После взрыва

"Кто ты – враг мне или от крови кровь?" Ясвена

Я и не думал, что это будет так быстро. Предположить не мог, что кто-то из них откроется так глупо. Однако восторженный крик заставил меня подскочить в кресле. С противоположного конца класса, перескакивая через столы и стулья, ко мне вихрем нёсся мальчишка с растрёпанной копной золотистых волос. Легко вспорхнул на колени, вцепился в плечи потными ладонями, уткнулся носом в шею. — Получилось! Я отстранил его от себя и заглянул в лицо. — Ты в порядке, Наруто? Он кивнул. — Простите, сэмпай. Чё-то я совсем… того… Я рассмеялся. Столкнул его на пол и встал. В кармане вибрировал смартфон. Надо было ответить. — Узнайте всё, что сможете узнать. Возьмите всё, что имеет хоть какую-то ценность. Вы их сделали, вам теперь всё можно, — я подмигнул ребятам и быстро вышел за дверь. Открыл вирт и принял звонок. — Сэмпай? — услышал в трубке тихий вкрадчивый голос. — Леви. Рад тебе. Есть новости? — Не те, что ты ждёшь. Твоего брата нет в организации. Он здесь не появлялся. Я привалился спиной к стене. — Ты уверен? — На сто процентов. То, что ты принял за работу Саске — дело рук Итачи. Пейн нашёл его где-то на западе. Говорят, раньше он работал в НАНО. Всё, чего организация добилась в последние месяцы, — его рук дело. Я сглотнул вставший в горле комок. — Это всё? — Нет, сэмпай. У нас тут, на востоке, пропадают хакеры. Все так или иначе связаны с Пейном, по сути, все под его защитой. Ни одного пока не нашли. Я предполагаю, что твой брат мог попасть под случайный замес. — Что ты имеешь в виду? — Я не уверен. Но подозреваю, что это как-то связано с НАНО. На наших улицах всё чаще появляются патрули киберполиции, да и обычных западных копов прибавилось. Что-то происходит в городе. На носу выборы. Корпорация намерена занять все места в совете. Да и в самой корпорации на днях сменилась власть. Во главе совета директоров новый человек. Говорят, раньше он руководил отделом секретных разработок. Никто его толком не знает. Папарацци сбились с ног, но так и не сделали ни одной внятной фотографии. Эти парни из секретного отдела всегда умели оставаться в тени… — Что думает об этом Пейн? — Пейн? Сэмпай, ты серьёзно? Ты допускаешь, что эта тварь умеет думать? — Леви расхохотался. Мне не понравился его смех. Слишком много в нём было затаённой злобы. — Ты сам сказал, что пропадают его люди. Я не верю, что ему всё равно. Леви помолчал пару секунд и продолжил всё тем же вкрадчивым голосом. — Хочешь сломать его, сэмпай? Я знаю — как. Если согласишься, всё, что принадлежит ему, станет твоим. Понимаешь? Тебе и делать ничего не придётся. Он сам всё отдаст. Добровольно. Я поморщился. Кажется, мои догадки были не просто догадками. У Леви были счёты с Пейном. И это было дерьмово. Дерьмовее некуда. Мне нужен был свой человек в Ньютауне. Чистый как стекло. Без личных интересов в деле, которым я занимаюсь. Такой, что и шага не сделает, не переговорив со мной. Если Леви движут ненависть и жажда мести, а там, похоже, было и то, и другое, я не смогу на него полагаться. Он подставит меня в любой момент. Просто однажды выйдет из-под контроля. — Мне не нужно то, что принадлежит Пейну. Мне нужен только мой брат, — начал было я, но он не дослушал. — Тот парень, о котором я говорил, — Итачи. Я видел их вместе. Пейн привозил его с собой в убежище. Ну и потом, после той истории, я с них глаз не спускал. И могу поклясться, сэмпай, если ты возьмёшь Итачи, ты возьмёшь и Пейна. Наш несгибаемый лидер будет ползать перед тобой на коленях и лизать твои ботинки, если Итачи будет в твоих руках. Меня передёрнуло. — Леви, — я постарался вложить в голос всю твёрдость, на которую был способен. — Это не наши методы. Мы так не работаем. И не будем работать. Если ты намерен оставаться с нами и жить в Ньютауне за наш счёт, ты тоже так не работаешь. Ты делаешь только то, что говорю я. Ясно? В трубке повисло молчание. Я вздохнул. — Что он тебе сделал? — Пейн? — я услышал короткий смешок. — Не мне лично. Но из-за него у меня никого нет. Так что… Я не знаю, сэмпай. Я хочу быть с вами. И буду, пока могу. Но. Ничего не обещаю. — Ладно, — отозвался я уже мягче. — Я всё понимаю. Просто держи меня в курсе. И предупреди, если что. А пока… Пока займись историей с НАНО, попытайся узнать, что происходит на самом деле. И продолжай искать Саске. Хоть что-то о нём. Я собираюсь в Ньютаун, и мне надо знать... — Не спеши с этим, — он снова меня перебил. — Тебе пока нечего здесь делать. Оставайся на Побережье. Так будет надёжнее для всех. — Ты боишься за меня? — я был удивлён. — Нет. Но я знаю, на что способен Пейн. Я бросил взгляд на часы. — Канал пора закрывать. Ещё чуть-чуть и мы попадём в зону доступа. — Понял. Я позвоню снова, как смогу. В трубке повисли тревожные гудки. Я отстранился от стены, не спеша размял затёкшие плечи. Надо было вернуться к ребятам. Надо было сказать им, что мы ошиблись. Что мы не там ищем. Я толкнул дверь и чуть не сбил с ног Наруто. Встретился с его распахнутыми глазами. — Подслушивал? — Саске там нет, — мальчишка опустил голову. — Всё зря. — Ну почему зря? — я улыбнулся. — Завершите их атаку на банк, вам это как раз плюнуть. Как закончите, снимите блокировку. Пусть сидят и ломают головы над тем, что это было. Наруто вздохнул. Я потрепал его по волосам, поймал за подбородок и приподнял голову. Заставил посмотреть мне в глаза. — Мы найдём его, обещаю. Я хочу этого, не меньше тебя. *** Мне надо было подумать о том, что делать дальше. Ещё раз прокрутить в голове разговор с Леви. Понять, насколько я доверяю тому, что он говорит, и насколько он сам разбирается в том, что сказал. Я прикрыл дверь в свой кабинет, с ногами устроился на подоконнике и вывел на экран одну из последних фотографий Пейна. Леви неплохо фотографировал. Кадр был сделан ранним утром. В правом углу фотографии — кусок вывески с нарисованной красной луной. Кажется, Пейн только что подъехал к дверям своей шараги. Стоял, держась за руль байка и смотрел чуть в сторону от объектива. В прищуренных кислотно-фиолетовых глазах застыла тревога и что-то ещё, чему я пока не мог найти определения. Промокшие под дождём пряди огненно-рыжих волос прилипли ко лбу. Плечи приподняты и напряжены. Губы закушены. Голова чуть наклонена вправо. Я замер. Что-то было в этом наклоне, в не прикрытой ни шарфом, ни воротником шее с капельками дождя на загорелой коже. Что-то, что никак не вязалось с тем его образом, который я знал, — мучительная какая-то незащищённость. Мне вдруг показалось, что ему больно. Что он думает о чём-то, что пугает его самого. «Ты допускаешь, что эта тварь умеет думать?» — голос Леви ворвался в мои размышления. «Ты допускаешь, что эта тварь…», «…эта тварь…». У меня закружилась голова. Тело со всех сторон сдавило чем-то тяжёлым, неподъёмным, непробиваемым. Я попытался и не смог пошевелиться. Невыносимо хотелось дышать. Но воздуха больше не было. Подумалось вдруг, что именно так — умирают. Я вздрогнул и тряхнул головой. Капля крови из носа упала на рубашку. За окном утешающе шумел прибой. В кабинете пахло кофе и сигаретным дымом. Утром здесь был Асума. Мы планировали атаку. Всё было хорошо. Всё и сейчас хорошо. Вот только… Я ведь уже встречался с Пейном в Ньютауне. Стоял от него на расстоянии каких-то ста метров. Видел, как он втаптывает в грязь человека, но меня не покидало ощущение, что его самого я увидел только сейчас, только на этой фотографии. Если бы Саске пришёл к нему, что бы Пейн с ним сделал? Я ещё раз всмотрелся в запирсингованное лицо. Заметил едва различимую ямку на левой щеке. Коснулся её кончиком пальца поверх экрана. Если бы Саске пришёл к нему — был бы в безопасности. Что за дурацкая мысль? Я отшвырнул смартфон и спрыгнул с подоконника. Какая ещё безопасность? Пейн прислал мне голову парня, который был виноват лишь в том, что взял у меня деньги. Пейн обещал, что сделает это с любым из моих людей. С каждым, кто появится в Ньютауне. Я сам был свидетелем его жестокости. Видел, во что превращает его ярость. Что на меня нашло? Ямочка на щеке меня растрогала? Капельки дождя на открытой шее? Я сжал зубы. Остро захотелось домой. Обнять Ируку. Увидеть его улыбку. Услышать: «Ты просто устал, сэмпай». Просто устал. Я затолкал смартфон в карман и вышел в коридор. Прислушался к весёлым голосам ребят. Значит, у них всё отлично. Вряд ли им нужна моя помощь. Над посёлком висело тёплое осеннее солнце, где-то кричали чайки. Я поднял голову и прислушался к шёпоту океана. К тихому шороху волн, что прямо сейчас лизали берег, влажными языками перекатывая песок и мелкую гальку. Отсюда я их не видел, но знал, что они рядом. Это успокаивало. Напоминало, что мир старше и мудрее нас. Внушало надежду, что на него всё-таки можно опереться. Я не заметил, как дошёл до дома. Поднялся по ступенькам крыльца. Толкнул дверь, скинул кеды в прихожей и босиком прошёл в гостиную. Ирука полулежал на низком диване, в руках планшет. Я хлопнулся рядом. Вытянул ноги. Он обернулся, как всегда приветливо улыбнулся мне. — Так рано и дома? — Ребята хорошо справляются и без меня. — Всё получилось? — он приподнял бровь. — Если ты про атаку, то да. Если про Саске, то его там нет, — я вздохнул. В голове снова зашевелились тревожные мысли. — И я не знаю, что делать дальше… Ирука коснулся моей щеки. Потянул за ворот рубашки. — Иди ко мне. Я отстранился неожиданно резко даже для себя. — Нет, — голос сорвался и упал. Он упёрся ладонями в колени и уставился на меня. Губы скривились. — Что значит нет? — Только то, что я не хочу. Ничего такого сейчас. — Ага, — он кивнул. — Ты не хочешь сейчас, не хотел вчера, позавчера, неделю назад. Я не помню, чтобы мы были вместе с тех пор, как пропал Саске. Ты считаешь, что это нормально? Я нахмурился. — Слушай, я не хочу ссориться. Только не сегодня. Он ударил кулаком по колену. — А я хочу! Я хочу! Потому что мне надоело! Я с тобой пять лет. Пять лет, сэмпай! Ты хоть что-то сделал для нас за это время? Для нас двоих? У меня такое чувство, что это исключительно моя забота — вкладываться в нас с тобой. Что это только мне и надо! Когда ты в последний раз говорил со мной о чём-то кроме работы? О чём-то кроме твоих грёбаных детей? — Они и твои тоже, — я начал закипать. — Ты тоже их учитель. — Да! — он повысил голос почти до крика. — Но я не тащу домой их успехи и неудачи, их ссоры и разбитые сердца! Я не тащу! Это делаешь только ты! Это ты говоришь о них, не замолкая! Утром, днём, вечером! Наруто! Сакура! Шикамару! Они всё время, всё время рядом! У меня сжалось сердце. — Ты мог просто сказать, что не хочешь говорить о них. — Да? И о чём бы мы с тобой тогда говорили? О Саске? Чего я о нём не знаю, если он живёт с нами? — Уже не живёт, — тихо поправил я. В горле разлилась горечь. — А ощущение — что живёт, — он словно отвесил мне невидимую пощёчину. В глазах полыхнуло. Я вскочил. — Мой брат где-то в Ньютауне! Он в опасности! Пейн прислал мне голову человека, который работал на нас! Я не могу думать ни о чём другом! А ты хочешь просто заняться сексом? — Да! — он тоже вскочил. — Я хочу просто заняться сексом. Просто! Сексом! Развернулся и вылетел из комнаты. Я вздохнул и пошёл следом. Он стоял у кухонной плиты, дрожащими руками насыпал в турку кофе. — Ирука, — осторожно позвал я. Он не обернулся. — Ты же знаешь, что я не просто так с тобой все эти пять лет. Ты же знаешь, что я тебя люблю. — Нет, — он не смотрел на меня. — Не знаю. Не чувствую ничего такого. Я второй раз за день привалился спиной к стене. Просто стоять не было сил. — Если не чувствуешь… Давай расстанемся на время. На пару дней, может. На неделю. — Что? — он обернулся. Случайно задел рукой турку, она с грохотом опрокинулась на пол. По паркету растеклась тёмно-коричневая лужа. — Ты о чём? Я вздохнул. — Просто не знаю, что ещё предложить. Не знаю, как всё исправить. Прости. Он шагнул ко мне. Во взгляде — детская беспомощность и отчаяние. Обхватил за шею. Уткнулся лбом в плечо. — Нет, это ты прости, — прошептал тихо. — Это ведь на меня что-то нашло. Мне не хватает тебя в последние дни. Всё из-за этого. Он коснулся губами моего подбородка, запустил пальцы в волосы. Я откинул голову, закрыл глаза и прижал его к себе, скользнул рукой под футболку. Почувствовал, как замерло и рвануло куда-то вверх сердце, как внизу живота начала разливаться приятная тяжесть. Мазнул языком по его виску и услышал лёгкий стук в дверь. Мы никогда её не запирали. Поэтому вслед за стуком сразу же раздался скрип и топот ног в коридоре. Ещё мгновение и на кухню влетела моя лучшая ученица. Тряхнула розовыми волосами, но отворачиваться не стала. — Простите, что мешаю, сэмпай. Я опустил руки. Ирука отстранился. Я перевел взгляд на девчонку. — Что-то случилось, Сакура? — Нет, — её глаза горели. — То есть, да. Мы там столько всего нашли! Про организацию, про них самих… Но мы не всё понимаем. Хорошо бы вам прийти. Посмотреть кое-что. Я бросил взгляд на Ируку. Он стоял, отвернувшись к окну, сложив на груди руки. Вряд ли ему понравится, если я сейчас уйду. Но ребята ждали. К тому же мне на самом деле было важно то, что они нашли. — Хорошо. Я подойду. Сакура довольно улыбнулась. — Спасибо, сэмпай! Топот её ног затих в коридоре, входная дверь хлопнула. Ирука посмотрел мне в глаза. — Может, пора начать запирать дверь? Хотя бы иногда? Я покачал головой. — Нет, — оттолкнулся от стены. Вскользь погладил его по плечу. — Мне надо идти. Он кивнул. Ни слова против. Я почти поверил, что всё будет хорошо.