Дорога в никуда

Лучи закатного солнца обрамляют бледное лицо. Тени подчеркивают даже маленькие изъяны, что есть на коже. Освещают мягким горячим цветом губы, нос, щеки и даже полуприкрытые веки. Легкий ветерок обдувает тело, путает короткие кудрявые огненные волосы, что так непослушны даже сейчас. Россыпь веснушек на носу и щеках украшают, почти что детское лицо, а голубые глаза неотрывно следят за солнцем, которое медленно уплывает за горизонт. Казалось бы, этот вечер прекрасен, если бы не одно «но». Горькая улыбка, застывшие слезы на глазах и край крыши, с которой девушка провожает свой последний закат. Ее губы озаряет горькая улыбка, которая такая же разбитая, как и все внутри нее. Что там по шахматным клеткам? Черная или белая? Скорее всего — алая, словно кровь, которая стекает по предплечью, разбивась о прозрачную холодную воду, что заполнила до краёв ванну. Такая же алая, как и выкрашены волосы парня, что следит за тем, как синеют кончики его пальцев ног, ведь вода почти что ледяная. Но он будто и не чувствует холод. Губы, когда-то такого же живого цвета, теперь бледные, обрамлены синевой. Руки слегка трясутся, ведь температура воды по ощущениям словно в Атлантическом океане, том самом, где затонул известный всем Титаник. Карие глаза словно смотрят в пустоту, зная, что ничего там не увидят толком. Как в принципе больше не увидят вовсе. Черная. Чернее самой ночи. Кожу лица неприятно стягивает от слез, которые оставили влажные дорожки на щеках. Девушка шмыгает носом, делая пару вдохов и выдохов. Мнимый способ успокоить бурю внутри себя. Ведь это ни капельки не помогает. Даже на маленькую долю. Внутренний ураган эмоций и чувств, что навалились разом, теперь сложно успокоить. Рыжеволосая представляет себя птицей, которая парит над пропастью. Правда, для нее эта пропасть прямая дорога к погибели. Она не птица и стать в этой жизни ею не сможет. Правда, можно притвориться что руки это крылья. Развести их в стороны, закрыть глаза и свесить одну ногу над пропастью. Всего одно движение и можно будет почувствовать эту легкость, невесомость и ветер, который проходит будто сквозь все тело. Конец игры? Или всего лишь шаг? Затылок касается бортика ванной. Холод от него посылает очередные мурашки, которые за поселение полчаса стали слишком родными для тела. Глаза плотно сжаты, как и губы, а рана на руке уже начинает неприятно щиплет. Болючей пульсацией доходит к самой корке мозга. И казалось бы — идеальный момент для того, чтобы наконец-то прекратить дышать. Но нет. Что-то не позволяет выйти с тела последним крупицам жизни. Стоит открыть глаза и кажется, что синий потолок живет отдельной жизнью. Он будто качается со стороны в сторону, хочет показать какой-то новый узор или что-то в этом роде. Юноше это точно не понять. Особенно если слабость давит на виски и все тело разом. Не это ли конец? Когда уже видишь яркий свет и тянешь к нему ослабшие руки. Когда вот-вот твое сознание покинет тебя навсегда. Не это ли то, что ты хотел всегда ощутить? Возможно это оно и есть. Когда сознание еще в силе держаться на плаву, но все же ему что-то мешает уйти полностью в небытие. Или же кто-то. Может, в эту игру играют двое? И кто-то мешает тебе выиграть? Но почему? Губы озаряет легкая улыбка. Уголки глаза вновь заполняются слезами. Солнце почти скрылось за горизонтом, посылая свое тепло на другую часть Земли. Где-то за спиной небо становится темнее, озаряется первыми звездами. Девушка наклоняется вперед, в надежде наконец-то покончить со всем. Она уже ощущает желанный ветерок в волосах и на самом теле. Казалось бы, что может быть прекраснее этого чувства? В конце боль ведь не будет столь сильной, да? Всего секунда и тело будет безжизненно лежать на тротуаре, обрамлено алыми цветами. Рывок. Девушка наклоняется назад, ощущая чужую хватку на собственной футболке. Руки, все ещё разведены в стороны, вот только нога больше не касается безмятежной пропасти. Она соприкасается с твердой поверхностью крыши. Рыжая ощущает резкую боль, что расходится по всему тело, словно трещины на стекле. Она невольно стонет, ощущая тупую боль в затылке.  — Черт… Нежный голос звучит с болью. Она морщится, готовая захныкать от боли. Разве она не должна была умереть? Почему кто-то решил помешать ей в этом?  — Я конечно слышал, что все рыжие ебанутые, но не мог даже подумать, что прям настолько. Девушка слышит глубокий низкий голос чуть дальше от себя. Она с трудом открывает глаза, сразу замечая синее небесное полотно, которое постепенно наполняют звезды.  — Сильно ушиблась? Над ней склоняется парень, упираясь ладонями в свои колени. Его небрежно уложенные черные волосы падают на глаза, прикрывая лоб. Рыжая моргает пару раз, не отрывая глаза от юноши, а после, будто того тут нет, начинает подниматься. Он жмурится и встает на ноги превозмогая боль, что словно яд распространяется телом.  — Лучше бы я упала вперед, а не назад. Так бы боли вообще бы не почувствова, — язвит девушка, бросая злой взгляд на парня. Юноша в удивлении приподнимает бровь. Легкий ветер треплет его волосы точно так же, как и рыжие пряди его собеседницы.  — Я расчитывал услышать спасибо, — произносит он, сикладывая руки на груди. Правда, в ответ он получает лишь безразличный взгляд. Девушка поворачивается к нему спиной и шипя себе под нос, направляется к двери, которая служит выходом с крыши.  — В следующий раз, когда захочешь умереть, выбери место получше — бросает ей в спину юноша. Видимо, все же одиночной игре с жизнью мешает кто-то один. Или не совсем один? Алые волосы разбросаны рад поверхностью воды, образуя что-то на подобии тех самых щупалец кальмара, которого бояться морские жители. Лёгкие жжет от того, что воздух в них постепенно заканчивает. Юноша смотрит на потолок сквозь толщу окрашенной воды и выдыхает воздух, который поднимается вверх, образовывая пузырьки, что стремятся ближе к поверхности. Парень прикрывает глаза и ощущает как легкие заполняются водой. Ему сложно поверить в то, что скоро всё что его окружало перестанет существовать для него.  — Сэм! Сознание мутнеет, но даже сквозь толщу тьмы и воды он слышит крик сестры. Девушка бросается к брату, хватая того за футболку и тянет на себя. Она не такая сильная, даже наоборот, но в этот момент ее будто переполняет силой из-за волнения и страха потерять самое дорогое в своей жизни. Девушке удаётся вытащить Сэма с ванны и уложить его на пол.  — Вен...ди… Он еле дышит, ведь вода заполнила легкие почти полностью. Венди теряется. Она паникует, но во время берет себя в руки, начиная делать непрямой массаж сердца.  — Нуже… Сэм… Только попробуй сдохнуть! Она отчаянно кричит последнее слово, не давая брату покинуть этот мир. Не для того она защищала и оберегала его, чтобы сейчас так просто его потерять. Юноша начинает кашлять, склоняясь на бок и выплевывая воду. Рана на руке все еще открыта и поэтому кровь повсюду и даже на одежде его сестры. Она облегченно вздыхает помогая младшему встать и отводит парня в его комнату. Мысленно девушка подмечает что нужно будет вытереть кровь, но сначала желательно ее остановить. Ким выходит с комнаты и возвращается уже с аптечкой в руках.  — Дурак. Ди закусив губу обрабатывает порез, обматывая после предплечье бинтом. Она знала, что рано или поздно ее Сэмми не выдержит, но не думала что это наступит так быстро. Девушка откладывает аптечку и прижимает к себе притихшего брата. Его губы все еще отдают синевой, а кончики пальцев ледяные. Ким поднимается и стягивает с Сэма мокрую одежду. Сейчас ее братишка похож на тряпичную куклу. Такой же безвольный. Венди помогает одеть Сэмуэлю теплую одежду и заставляет его залезть под одеяло. Она садится на корточки и гладит парня по волосам.  — Какой же ты глупый, — тихо говорит она.  — Зачем спасла? — спрашивает Сэм. Его голос охрип и видимо вскоре придется пережить высокую температуру и всё прилагающее к ней.  — Потому что ты поступил необдуманно. Решил оставить меня одну? Я же говорила, что бы ты обратился ко мне, если будет плохо, — девушка вздыхает оставляя на лбу Сэма поцелуй. — Поспи. И не делай больше глупостей. Родители сегодня не приедут. Парень молчит и лишь сильнее кутается в одеяло. Венди покидает комнату юноши, надеясь что тот послушает ее. Двое. Этой игре мешают двое. Пока что. *** Тишину прерывает лишь звон столовых приборов. В воздухе летает приятный запах разных блюд. За столом для четверых человек сидят трое. Одного из них не хватает. Девушка аккуратно снимает свою обувь в надежде пройти незамеченной. Правда ее все же замечает отчим. — Грейс, — звучит строгий голос. — Чёрт, — шипит девушка себе под нос хмурясь. — Да отец? — девушка слегка улыбается — фальшиво — стоя на пороге в столовую. — Ты опоздала к ужину. Разве такое подобает такой девушке как ты? —произносит мужчина, не отрывая взгляд от тарелки. — Прости отец. Этого больше не повториться, — произносит Грейс, опустив голову и сжимая кулаки. — Поднимись к себе. Переоденься и присоиденяйся к ужину, — говорит мать, отправляя в рот кусочек мяса, нанизаный на вилку. — Я откажусь. Не голодна. Спокойной ночи, мама, отец, — она поочередно смотрит на них, сжимая губы, — сестра, — произносит сквозь стиснутые зубы и слегка склоняется вперед, как это подобает в кругу знатных людей как ее семья. Девушка разворачивается и собирается уходить, но ее останавливают слова отчима: — Завтра нужно подавать заявки в вузы, надеюсь ты сделаешь правильный выбор. — Конечно, отец. Грейс сжимает кулаки так сильно, что ощущает как ногти впиваются в кожу. Она кусает губу, не сразу ощущая привкус крови. «Скорее убраться отсюда», — приглушенно шумит в мыслях. Рид поднимается на второй этаж и запирается в комнате. Ее планы сегодня пали крахом из-за одного человека, который совершенно не во время решил появится на крыше в тот же момент что и сама Грейс. Девушка так хотела наконец-то избавиться от всего что творится в ее жизнь. Но видимо этого не случится так скоро. Она кричит в подушку, сжимая ту пальцами так, что белеют костяшки. Она бы хотела кричать громче. Чтобы ее слышал весь мир. Чтобы он ощутил ее боль так же как и она ощущает ее сама. Рид кусает губы, в надежде что слезы прекратят катится с глаз. Но все четно. Соленые дорожки остаются на ее покрасневших щеках, а сама Грейс теряет счет времени, будто теряясь в нем. Она стирает мокрые дорожки со щек и шмыгает носом, упорно игнорируя стуки в дверь. Знает что за ней сестра поэтому упорно притворяется спящей. Стоит младшей сдаться и уйти — Рид с облегчением выдыхает. Грейс ставит ноутбук на колени и кусает губу. Осталось всего пол часа к подаче. Она выбирет несколько вузов, в надежде, что хоть тут ей не будут потыкать в том, куда ей стоит пойти учиться. В голове слишком много мыслей. Одни уже придумывают план того, как и на кого будет учится Грейс, которая сможет найти друзей. Вторые заполнены страхами, что тянут девушку на дно уже как год. А третьи... Третьи просто отчаялись и им плевать на все что происходит вокруг и единственное их желание это покой где-то по ту сторону жизни. Девушка открывает новую вкладку, решая скоротать время хоть как-то. Комнату заполняет спокойная музыка. Это песня одной из ее любимых групп. Когда-то именно в голосах этих семерых парней она нашла то самое успокоение. Их песни помогают, хоть и на короткий миг, но забыть о всех проблемах, что ее окружают всю ее жизнь. Позволяют ощутить другую жизнь, о которой она может лишь мечтать. «Я словно смотрю на пустыню. Мне так хочется иметь своё море, чтобы топить в нём всё», — доносятся из динамиков слова на корейском языке, которые Грейс понимает. — Я бы тоже хотела иметь свое море. В нем проще убить себя, — шепотом произносит девушка, пока ее губы озаряет горькая улыбка. Грейс выдыхает, полность погружаясь в тот самый мир, где все хорошо. Где нет людей, которые ранят ее. Нет тех, кто всячески хочет встать на ее пути к тому счастью, к которому она стремится. Рид закрывает глаза, касаясь головой подушки и прижимая к груди плюшевого барашка. Она пытается создать иллюзию, в которой она не одинока. В которой рядом есть хоть кто-то. В которой нет боли и страха. В которой нет того, что могло бы ее огорчить. Она почти засыпает, пока на смену одной песне приходит другая. — Ты и правда сломал меня первым, — хмыкает Грейс, стоит услышать такие похожие на её ситуацию слова. Рид трет глаз кулаком и заходит на нужный сайт для подачи заявок у вузы. Она кусает губы. Пожалуй впервые поступая так, как хочет сама. А точнее, отправляя результаты экзаменов не только на ту профессию, которую выбрали ей родители, но и на ту, которую она выбрала сама. Губы тут же озаряет улыбка. Хоть раз она сделала то, против чего бы родители были против. В неком неверии Грейс выключает ноутбук и крепче обнимая любимую игрушку решает все же хотя бы попытаться уснуть. *** Юноша ударяется о стену, стоит отцу со всей силы ударить его по лицу. Венди стоит рядом с мамой, которая удерживает девушку на месте, пока Сэм прикладывает руку к горящей щеке. Он не думал, что его поступок так скажется на поведении родителей. Они прежде им вовсе не интересовались, а сейчас решили поучать. Сэмюэль прикрывает глаза, резко выдыхая. — Зачем ты сейчас кричишь? — его голос спокойный, даже какой-то меланхоличный. — А что я еще должен делать, зная что мой сын больной?! — кричит мужчина, чем ставит парня в ступор. — Больной? Ты о чём? Сэм хмуриться. Он думал это связано с его сегодняшним поступком, но его руку скрывает кофта, а Ди бы не смогла его сдать. — Не понимает он. Как же, — старший Ким опирается спиной о стену. — Я конечно знал, что ты особенный, но не на столько же! Скольким ты уже свою задницу в школе успел подставить, а?! Как ты посмел заклеймить мое имя?! Мужчина зло смотрит на сына, резко отталкиваясь от стены и нанося еще парочку ударов в область живота. Сэм падает на колени. Он обхватывает рукой живот, второй упираясь о пол. — И долго хотел скрывать то, что ты пидор, а? — отец хватает юношу за волосы, поднимая его лицо. — Я не гей! — отчаянный крик. — И это говоришь мне ты? На том мерзком видео, которое мне скинули явно ты. Понравилось видимо сосать члены, раз ты и задницу подставил после. Скажи спасибо, что я уладил это и видео не попадёт в сеть. Хороший подарок ты сделал нам сынок. Мужчина резко бьёт парня головой о стену, благо не со всей силы, и Сэм падает на пол. Глаза щиплет от слёз. Отец безразлично смотрит на сына. Его взгляд так и излучает новое отношение к парню. Отвращение. — Пидор, — едко звучит с чужих уст. — Лучше б у меня вообще сына не было, чем такое отродье как ты, — мужчина плюет парню в лицо и выходит из гостинной. Венди тут же подбегает к брату. Девушка кусает губу и обхватывает его лицо руками, стараясь не причинить боль. — Больно? — с волнением спрашивает Венди. — Разве что тут, — хмыкает Сэм, прикладывая дрожащую ладонь к груди. — Уведи в его в комнату, — отрешенно говорить мать. Сэм сжимает губы в тонкую полоску и с помощью сестры поднимается. Он пытается игнорировать боль, что с каждым шагом становится лишь сильнее. С головы никак не выходят слова отца о видео и том, что он на нем делал. Ким бы волел забыть то унижение, но видимо оно решило преследовать его к концу его гребаной жизни. С таким расчетом хочется скорее с ней покончить. Голову заполняют вновь мысли о том, где он умирает. Он даже не сразу замечает что сидит в своей комнате. — Те синяки, что я видела на тебе... Это он сделал? — спрашивает Венди касаясь лица брата ладонью. — Нет, — он отрицательно качает головой. — Они сошли. Это уже не важно. Давай... Не будем об этом... Сэм вздыхает прикрывая глаза. Он так устал от всего, что происходит в его жизни. Устал настолько, что единственным выходом видит лишь смерть. У него бы вышло, если бы так не вовремя вернувшиеся сестра. — Сэм... Переезжай ко мне. Я знаю что отец иногда тебя бьёт. Да и мать любит словами унизить. Хватит это терпеть, — тихо говорит девушка. Она переживает за брата. Боится, что тот попытается сделать что-то с собой еще. Не остановиться на первый неудачной попытке. Венди готова на все, лишь бы Сэм прекратил думать о том, чтобы покончить со своей жизнью. Парень смотрит в одну точку и кусает губу. Сестра права. И он это прекрасно понимает. Знает что в этом доме жизни ему не будет. Что с этого места ему нужно убегать. Но точно ли он сможет найти в доме сестры безопасное место? Или и там его достанут родители? — Хорошо. Давай сейчас? Я только соберусь, ладно? Венди кивает головой и решает оставить брата. Все же ей нужно сказать что Сэма она заберет с собой. Юноша, оставшись один, собирает лишь самое необходимое. Он считает, что большую часть вещей оставить в этом доме будет правильным. Ким кусает губы, стоит сделать какой-то не верный поворот телом, и прихватывает еще и мазь от ушибов, которая всегда служила ему верной подругой. Множество вещей все еще были на полках шкафа, но в них Сэм не очень и нуждался. Не хотел даже думать о том, что эти вещи ему нужны. В основном он взял лишь то, что покупал себе сам или получал в подарок от сестры. Большего ему и не нужно. Парень хватается за ручку чемодана и выходит со своей комнаты. Он замирает в паре метрах от гостиной, в которой были его родные и прислушивается. — Он никуда не поедет, — строго говорит отец. — Это отродье больше мой дом не покинет. Чтобы этот позор еще и люди видели? Ни в жизнь. Сэм сжимает кулаки и стискивает зубы. Слова отца режут по нему как то самое лезвие, которой совсем недавно касалось его руки. — Отец прав, — произносит мать, пожалуй, таким же голосом как и отец. — Он будет тут. Впихнем его в какой-то вуз, чтобы учился на дому. Запишем к прихологу. Может от этой болезни и таблетки какие-то есть. — Я не больной, — звучит голос Сэма. — И я не гей. Я нормальный! — отчаянно кричит младший, зло смотря на родителей, что сидят рядом. — Нормальный? — смешок с уст старшего Кима. — Нормальный мужчина никогда не станет сосать чужие члены и подставлять им же свой зад, — ядко говорит тот. Глаза начинает щипать от поступивших слез. Сердце предательски сжимает от боли, что сидит внутри Сэма давно. — Да что ты блять знаешь?! Ты был там?! Был на моеи месте? Нет! Тебя не было! Никого из вас не было! Ни тебя, ни матери! Вы ничего не знаете! Да вы даже не спросили меня, что случилось и всё ли в порядке, когда я пришел в грязной одежде! Просто сказали «такому парню как ты, нужно ходить опрятным, чтобы не позорить семью». Вы ничего не знаете! Сэмюэль кричит отчаянно и срывается с места, покидая пределы дома, громко хлопнув дверью. Венди переживает за брата, надеясь что он будет в порядке. Девушка берет ручку чемодана, который Сэм оставил в дверях, и поворачивается к родителям. — Я совершеннолетняя и я могу взять за него отвественность. С этого дня у меня нет родителей. Позже я заберу свои вещи который тут остались и вещи Сэма тоже. Ди разворачивается и покидает дом, в котором она провела пол жизни, даже не подозревая, что ее родители настолько черствы. *** Фонари освещают ночную улицу. Редкие прохожие иногда появляются на пути парня. На щеках всё еще мокрые дорожки слез, что неприятно щиплять царапину на его щеке. Сэм не понимает в каком районе он сейчас. Позвонить Венди он не может, ведь его телефон поприветствовал юношу черным экраном. Ким смотрит под ноги, обходя редких прохожих. Правда стоит ему попытаться идти смотря вперед, как он тут же спотыкается о что-то и падает на асфальт. К больным ребрам и животу прибавляются и коленки с ладонями. — Ты в порядке? — слышит Сэм над головой приятный незнакомый голос. Ким смотрит на идеально белые кроссовки которые находится рядом с его пальцами. Юноша поднимает готову смотря покрасневшими глазами на парня перед собой. Не дождавшись ответа от Сэма, незнакомец хочет помочь ему подняться. Вот только сам Ким сейчас не в том состоянии чтобы принимать помощь. В голове стоит картинка, которую он бы хотел забыть, и на репите звучат слова отца, что полосуют ни хуже ножа. Сэмюэль отталкивает от себя юношу и срывается на бег, не желая испытывать очередное унижение. Незнакомец лишь выгибает бровь в недоумении. — Милашка, — слетает с его губ. *** Ким кусает губу ощущая боль, что истощает все его тело. Он сидит на лавочке у дома сестры. Как он сюда попал парень толком и не понял. Ноги будто сами привели его в место, где он может чувствовать себя в безопасности. На улице, не смотря на начало лета, витает прохлада, что заставляет юношу поежиться от холода. — Сэми! Венди падает на колени рядом с братом и тут же обхватывает его лицо ладонями. Ким сторит на сестру, вновь ощущая как мокрые дорожки бежат по щекам. Он шмыгает носом и отвечает на объятия Ди, прижимаясь к той сильнее. Девушка гладит младшего по волосам и щепчет что-то себе под нос. — Я так испугалась за тебя. Я звонила тебе... Уже думала в полицию обращаться! Больше не делай так... — Прости, нуна, — всхлипывая говорит Сэм. — Я не понимал в каком я районе... Телефон сел, хоть я и хотел тебе позвонить... Я даже не понял, как оказался тут... Венди ничего не говорит. Лишь продолжает гладит пушистые волосы брата. Они еще какое-то время находится в этом положении, пока старшая все же не решает, что поплакать можно и в теплой кровати. Сэм благодарен за то, что в его жизни есть такой человек как Венди. *** Грейс смотрио в потолок не прекращая улыбаться. Возле кровати разбросаны пустые пузырьки от таблеток. На глаза наворачиваются слезы от осознания того, что скоро ее жизнь закончится. Она слишком ждала этого. Она действительно не сможет больше терпеть все то, что происходит в ее жизни. Она ощущает как сердцебиение стает медленее, а дышать становится труднее. Она прикрывает веки, которые в считанные мгновения стали тяжелыми. Она ощущает как ее тело словно поднимается над кроватью, а после резко открывает глаза, тяжело дыша и отрывая туловище от матраса. Сон. Всего лишь сон, в котором она умирает. На самом деле это страшно. Умирать так долго. Это точно не для нее. Грейс смотрит в окно понимая что сейчас всего лишь ранее утро. Девушка вздыхает и падает на подушки. Уже месяц она сидит в четырех стенах. В самом буквальном смысле. Девушка не имеет желания выходить куда либо. Ее мысли заняты лишь результатами того, куда ее примут. Она очень надеется на то, что все же ее мечта станет реальностью и она сможет учится там где она так хочет. Пожалуй, это желание единственная ниточка, что держит ее на плаву сейчас. Девушка поднимается с кровати и идет к полкам. В шкатулке она хранит то, что считает слишком личным. А еще лезвия. Рид садится на кровать, легко проводя по коже предплечья и оставляя парочку длинных порезов. Она кусает губу и прикрывает глаза. Это помогает ей хоть ненадолго ощутить умиротворение и спокойствие. Она прячет вещицу обратно и тут же обрабатывает порезы, скрывая их за повязкой бинта. На телефон приходит сообщение с почты. — Результаты! Грейс улыбается, молясь всем богам о том, чтобы ее приняли в тот вуз, которым она так бредит. Она с волнением открывает сообщение. Пытается настроит себя на любой результат. — Грейс, спокойно... Все хорошо... Рид открывает глаза резко вскрикивая, отбросывая телефон и прикладывая ладони ко рту. «Поступила», — крутится в ее голове. Из всех возможных вузов, в которые она подавала заявку, она прошла лишь в один. Режиссура. Туда куда так лежит ее душа. — Чего кричишь с утра то? — резко и неожиданно спрашивает вошедшая без стука мать. Грейс вздрагивает и поворачивает к ней голову. Девушка улыбается и тут же протягивает женщине телефон с открытым письмом. — Я поступила! — радостно говорит Грейс. Женщина читает сообщение и хмурится. С каждой строчкой ее взгляд становится все злее. — Поступила? Кто разрешил тебе подавать заявление в этот вуз? Ты провалилась в сфере бизнеса из-за этой жалкой режиссуры! — кричит мать. — Но мам! Это моя мечта! — Ты должна забыть о бесполезных мечтах. Мать бросает телефон на кровать девушки и покидает ее комнату захлопнув дверь. Грейс опускает голову, подавляя слёзы. Где-то больно колет меж рёбер. *** Темное полотно усыпано россыпью мерцающих точек. Луна сегодня особо прекрасна. Грейс трет щеку, которая все еще болит и смотрит на ночное темное небо. Из-за своего самовольного решения на теле несколько синяков и царапин. Ее и раньше то били. Вот только тогда она была маленьким ребенком, а не взрослым человеком со своими мечтами. Родители были очень злы, так что на обидные слова и парочку ударов не поскупились. — Как же я устала, — шепчет девушка прикрыв глаза. Она слышит скрип двери, что ведет на крышу. Пожалуй, прити туда, откуда она собиралась покончить с жизнью было слишком опрометчиво. Но сейчас ее это не особо волновало. — Кого я вижу. Чжасаль собственной персоной, — произносит юноша. Грейс открывает глаза смотря на того самого парня, что спас ее в прошлый раз. Слово которое произнес юноша Рид совсем не поняла. Что он имеел ввиду? — Жас... Что?— спрашивает девушка смотря на парня, все еще не удосужившись подняться. — Чжасаль — самоубийца на моем родном языке, — объясняет тот. — А ты как раз на него похожа. Юноша садится рядом с девушкой и поднимает голову к небу. — Звезда падает. Говорят в такие моменты нужно загадать желание, — произносит брюнет слегка улыбаясь. — Хочу умиреть, — в голос произносит Грейс, не отрывая глаз от неба. — Если так хочется сдохнуть, выбирай или заброшки или найди другой способ, — хмыкает юноша. — Не нуждаюсь в советах китайца, — морщится Грейс и поднимается на ноги. Девушка покидает крышу, вновь так и не назвав своего имени и не услышав в ответ: — Я кореец, — произнес он с обидой в голосе. *** Сэм смотрит на отражение в зеркале. Он видит уставшего от всего парня, что так нуждался в помощи. Вот только помочь ему никто не спешил. Всех волновали свои проблемы и на жизнь Кима им было все равно. Так считал Сэм, пока его сестра не вырвала его тело с лап смерти. Он нужен ей. И понимает это четко, пока оставляет тонкую не глубокую линию на левом предплечье. А потом еще одну и еще. Вся рука пестрит алой паутиной порезов. — Сэм я... Венди входит слишком внезапно. С ее рук падает полотенце и она срывается к брату, откидывая лезвие в его руке в сторону. — Ты дурак?! Что опять удумал?! Девушка ведет Сэма в его комнату, попути захватывая аптечку и обрабатывая порезы. Да они выглядят не опасно, но кто знает, с какой силой младший надавить на кожу в следующий раз? — Зачем ты это делаешь? Ди кусает губу, невидя потребности в том, чтобы обматывать руку бинтом. Она волнуется за брата даже больше чем за саму себя. — Принося себе боль, я хоть что-то чувствую, — грустно улыбаясь отвечает Ким. — Так нельзя, Сэм... — Прости... Я устал сегодня. Можно я посплю? — Да. Спокойной ночи, Сэмми. Красноволосый кивает и ложитьсяв кровать. А Венди дает себе установку на то, чтобы придумать что-то, чтобы помочь своему брату. *** — Я договорился со своим знакомым. Документы можно завести уже завтра в университет, — говорит отчим за ужином. Мать служает Джозефа, пока младшая сестра отвлекается на телефон. — Это прекрасно. Из-за твоей ошибки, Грейс, отцу пришлось пользоваться своим положением! Ты должна быть благодарна ему, — твердит мать. — Я все равно пойду туда, куда хочу. Я не хочу иметь дел с бизнесом! У вас еще есть Венесса! Почему именно я?! — зло спрашивает Грейс. — У Несс хорошие перспективы в актёрском мастерстване и модельном бизнессе, — произносит отец. — К тому же, Несси очень хочет быть моделью или актрисой. — Но почему ее мечты учитываются, а мои нет?! — Ты старше, — произносит Софи. — И должна понимать, что кому-то нужно оставить бизнес. — Но у Джозефа еще есть сын от первого брака! Почему я?! — Не Джозефа, а отца. Сколько еще тебя учить? — сквозь зубы шипит мать. — И Айзек не имеет ничего общего с нашей семьей. — Я пойду на режиссуру. Не смейте мне препятствовать! И он мне не отец и никогда им не будет! — Ты пойдешь туда, куда скажу я, — строго говорит отчим. — И еще раз назовешь меня по имени, лишишься возможности свободно передвигаться вне дома. Грейс кричит, переворачивая свой ужин. — К черту вас всех! Я вас ненавижу! Девушка опрокидывает стул, чем пугает сестру, и направляется прочь из зала. — Вернись сейчас же! — визжит мать. Но Рид ее не слушает. Лишь в спешке обувается чтобы покинуть дом. Мать догоняяет ее у ворот хватая за руку. — Вернись сейчас же. — Нет! Отпусти! Девушка пытается вырвать руку, но получает звонкую пощечину. Ее словно окатывает холодной водой. Грейс со злостью вырывет руку, толкая мать и выбегая со двора. *** Прохладный ветерок обдувает веснущатое лицо. Вновь закат. Рыжие волосы небрежно спадают на глаза. Грейс прикрывает их и вдыхает полной грудью. Внизу река. Такая же глубокая как и боль что сидит внутри Рид. Девушка прислушалась к словам того незнакомого парня с крыши. Решила завершить жизнь там, где скорее всего ее спасти точно никто не сможет. Мост над рекой прекрасное место, учитывая то, что сейчас то время когда прохожих в этой части практически нет, а внизу глубокая река. Если не умрет от столкновения с водой, просто не станет пытаться всплыть. Так тоже умереть ведь можно. Хотя и процесс самой смерти и будет длиннее. Но это ничего. — Прощай, солнце, — улыбаясь шепчет рыжая. Грейс забирается на ту сторону через перила, пока что крепко за них держась и становится в солнцу спиной. Девушка отпускает руки и расправляет их в стороны. Слышит короткий свист ветра в последний раз а после и воду, что накрывает ее словно пуховое одеяло.