Погрешность не учитывается

Плохо быть авантюристом, когда ни ума, ни точных данных, одни лишь предположения и совершенно ненаучный интерес

Моё появление, не смотря на темноту, тут же привлекло всеобщее внимание. Возникло подозрение, что меня если не ждали всё это время, то специально, из интереса собрались поблизости. А может быть и так, что моя интуиция давала сбой. Где ещё находиться людям во время чёртового конца света как не в центре посёлка, возле спасительного огня? Пламя дарило древнее чувство уверенности и защиты, пришедшее ещё из каменного века. У зверей не хватает ума совладать со своим инстинктом, а обманчивое ощущение того, что местные ночные твари, боящиеся света, не осмелятся приблизится, сильнее здравого смысла. Впрочем, куда больше доверия вызывала ограда, находящаяся под напряжением. Тем более, огонь это немного не то же самое, что и ультрафиолетовые лампы.  — Добрый вечер… — нарушила я уже ставшую невыносимой тишину. Казалось, чужие взгляды ввергают в панику едва ли не вернее чем вопли в ночи.  — Да, Том, у неё действительно проблемки с головой имеются, — один из мужчин громко засмеялся, оборачиваясь к медику, а после, не получив одобрения, снова ко мне, — если подобное тебе кажется «добрым», боюсь представить…  — Озан! — Аида оборвала так и не законченную колкость, выступая вперёд, — имей совесть. Или мне стоит напомнить, как дети напугали тебя до полусмерти, изобразив зомби? Мужчина тихо выругался, в то время как несколько других людей, сидящих вокруг костра, тактично скрыли насмешку за кашлем. Из-за темноты я не могла точно рассмотреть количество собравшихся, но явно не больше десятка. Они расположились на деревянных ящиках, исполняющих роль стульев и столов одновременно, а некоторые и прямо на земле. Картину довершали металлические баночки с пивом, создавая впечатление странного пикника, посреди ада на земле. Больше всего эти люди походили на… Рыбаков? Наверное это вполне естественно, учитывая само название поселения. Впрочем, чувство опасности новые знакомые не вызывали, да и впечатления плохих парней не производили, а это, пожалуй, самое главное. В основном здесь были мужчины, лет за сорок, с выражением усталости на лице и множеством рыболовных крючков и ещё каких-то мелочей для ловли рыбы, приколотых к одежде. У некоторых на жилетках и кепках красовались значки, в общем-то тоже поддерживающие образ. Помимо Аиды, была ещё одна женщина, немолодая, смуглая, но не темнокожая. Впрочем, явного интереса к разговору она не проявляла, поэтому беспокоиться не стоило. Кажется, всё было относительно в порядке. По крайней мере не верилось, что такие люди могут, например, внезапно выставить меня на корм мертвецам.  — Ты-ы! — протяжный вопль нарушил относительную тишину, мигом заставляя всех сидящих у костра обернуться в сторону источника шума.  — Чёрт, Гарун, — до этого безмолвный Том отлип от металлической опоры, которая поддерживала навес, опустил банку с пивом на один из стоящих рядом ящиков, которые рыбаки использовали в качестве стола и обернулся к стремительно приближающемуся мужчине. От остальных прибывший мало чем отличался. Он был в одних шортах, с кучей бессмысленных татуировок на теле. Наверное, пытался казаться опасным парнем, но производил впечатление истеричного придурка. Впрочем, свои выводы я оставила при себе, понимая, что при всём желании, если дело дойдет до серьёзного конфликта, мне не победить. Противник просто не в моей весовой категории.  — Чего вы ждёте, идиоты? Пока она превратится в зомби и вас всех сожрёт? — Гарун замер у костра, немного расслабляя узел жёлтой банданы на шее, видимо, чтобы удобнее было кричать, — я говорил, выставьте её за ворота и дело с концом! Сейчас не время для жалости!  — Прошло больше двадцати четырёх часов, — голосом Тома можно было убивать, и его оппонент заметно сник, тем не менее выражая крайнюю степень ярости, — это был не укус. Ты хочешь выкинуть чудом спасённого человека в ночь, и ради чего?  — Даже если она не зомби, лишний рот в посёлке ни к чему. Нам бы самим пережить ещё один приход людей Раиса. Кто поможет собрать достаточно денег, чтобы откупиться ещё на пару недель?  — Рыба из реки никуда не делась, — медик отмахнулся от чужих слов, снова беря банку с пивом, тем самым показывая, что вопрос исчерпан, — думаю, что при всём желании она и за неделю не съест больше чем ты за день. Раздались смешки, и в этот раз их совершенно не пытались скрыть. Гарун громко выругался, но продолжать скандал не решился. Мне бы совершенно не хотелось встретиться с ним без должной поддержки, потому что такой человек действительно вышвырнет за ворота и не посмотрит. Но против толпы он вряд ли пойдёт.  — Учти, получишь укус, я буду первым, кто придет за тобой. Мужчина развернулся, снова затягивая бандану, и скрылся в темноте, напоследок прошипев несколько ругательств.  — Не обращай внимания, — Озан с хрустом распечатал ещё одну баночку пива, — Гарун тот ещё ублюдок, но к словам его стоит прислушаться. Укушенным здесь места нет. Будешь? В его руках оказалась ещё одна металлическая ёмкость, и я наконец-то рассмотрела между ящиками палету с банками, откуда рыбаки и доставали пиво.  — Не будет, — резко оборвал Том.  — Я больше чем уверена, что уже совершеннолетняя, — пришлось подавить внезапно вспыхнувшее раздражение. Не то чтобы мне очень хотелось выпить, тем более постапокалиптическое пиво, скорее всего, та ещё дрянь, но подобная реакция радости не вызывала.  — А я уверен, что мешать алкоголь, снотворное, антибиотики и обезболивающее, идея хреновая, — кажется, медик оценил мою вынужденную сдержанность, ограничившись коротким пояснением, — после таких травм, у тебя были все шансы не дожить до этого момента.  — Кстати, как ты оказалась на мосту? — Озан не сильно расстроился отказу, перекидывая пиво сидящему рядом мужчине. Рыбаки одобрительно покачали головами, тоже ожидая ответа на вопрос.  — Она ничерта не помнит, — Том избавил меня от нужды объяснять причины и форму собственной амнезии, — увидев ту рану, я удивлен, как только мозги не вытекли. Хотя, это мы ещё не проверяли.  — Ситуация… — протянул один из рыбаков, поджимая губы, — и что, вообще ничего?  — Чистый лист, — подтвердила я, — очнулась в машине. Снаружи долбиться какая-то тварь. Даже не сразу поняла, что это вообще такое. Ну, а потом, пришлось спасать свою жизнь, там уже не до расспросов было, что именно мертвецам от меня понадобилось.  — Повезло, — подала голос молчащая до этого Аида, — хорошо, что на кусак нарвалась. И то, что в тот день Муса на воротах дежурил. Другие бы на шум и не вышли, а он побоялся тварей похуже привлечь. Они-то думали тебя добить, а ты вдруг заговорила.  — Хорошо что помощи не просила, — добавил Том, каким-то пустым взглядом уставившись в огонь, — они этим часто пользуются. А стоит помедлить, цепляются в глотку.  — Кто, они? Пришлось понизить голос, подчиняясь общему тяжёлому настроению, возникшему вокруг костра. Кажется, мы зацепили тему, которую никто не хотел обсуждать.  — Заражённые, новообращённые, называй как хочешь, — Том ответил за всех. Ему как-то негласно уступали слово в этом разговоре, скорее всего, из чувства уважения, — те кого укусили недавно. Ума ещё хватает на человеческие действия, они даже способны на обман, но вестись на это не стоит. Ими движет только голод.  — Я в начале этого всего, решил заскочить к другу. Он здесь недалеко жил, на горе, возле антенны, — Озан пододвинулся поближе к огню, делая паузу и прокручивая в руке банку с пивом, — мы ещё думали вместе из города выбираться. Так вот, стучу я в дверь, а оттуда дыхание такое тяжёлое, хрипящее. Как будто кто-то задыхается. И крики. «Помоги! Помоги пожалуйста! Открой!». Я уже к ручке потянулся, а потом смотрю вдруг, а замок-то, не заперт. Только на ручку нажми, дверь и откроется. А он всё стучит изнутри и кричит… Мужчина медленно выдохнул, отпивая пиво. Ночь не была слишком холодной, но вдоль позвоночника невольно пробежал морозец. Сознание отказывалось принимать происходящее, но мир совсем не беспокоила собственная ненормальность.  — А дальше? — пришлось нарушить молчание, лишь бы ещё дольше не оставаться в этой звенящей, мерзкой тишине.  — А что дальше? — Озан ответил почти безразлично, а Том тихо шикнул, явно намекая на то, что стоит прекратить разговор, — свалил оттуда как можно быстрее. А он, видимо, почувствовал. Выл вслед, как зверюга, но с дверью не справился.  — На этом и закончим. Медик смял банку из-под пива, отбрасывая её в один из ящиков. Уходить не очень хотелось, но спорить было глупо. Нужно было узнать о мутантах как можно больше, но портить настроение сидящим сильнее, чем уже есть, не стоит. У меня будет ещё много времени. Но сначала нужно хотя бы минимально восстановиться. Словно в подтверждении моим мыслям, голова потяжелела, намекая на то, что неплохо было бы перейти в горизонтальное положение. Коротко попрощавшись, я поплелась за Томом, внимательно следя за тем, чтобы не споткнуться. Да уж, просто гений. Додумалась бы присесть возле огня, а не стоять на своих двоих всё это время, хотя ещё недавно на ровном месте падала.  — Если хочешь дельный совет, — медик замер возле двери, пропуская меня в дом, — то слушай. Ни при каких условиях не оставайся вне безопасных зон ночью. И не жалей мёртвых. От людей у них осталась только оболочка.

***

Наверное, мне стоит благодарить судьбу за возможность попасть к выжившим в месте вроде рыбацкого посёлка. Их почти полностью обошли ужасы умирающего города. Здесь был доступ к воде и еде, без особой нужды выбираться на территорию тварей. Даже электричество всё ещё подавалось исправно, а несколько генераторов, установленных ещё до эпидемии обеспечивали работу без перебоев. Скачки напряжения здесь были большой проблемой. Одно дело посидеть без света несколько минут в мирное время, пока перезагружается подстанция, а совсем другое — оказаться в темноте во время охоты ночных тварей. Я их ни разу не видела, как и большая часть живущих здесь, но прекрасно слышала. И встретиться с чем-то подобным совершенно не хотелось. Город, где мне не посчастливилось оказаться назывался Харран. Государство-анклав на востоке Турции, между Арменией и Грузией. В прошлом не самое популярное место, несмотря на красивый, по чужим рассказам, Старый Город и привлекательную природу пригорода. Здесь должно было пройти крупное спортивное мероприятие, которое и обеспечило огромный приток туристов. Эпидемия вспыхнула мгновенно, как искра упавшая в сухую траву. Первым под ударом, конечно же, оказался исторический центр. Где ещё собираться толпам людей, как не в самой древней и живописной части города, по праву считающейся его сердцем? И это «сердце» несколькими рваными, передсмертными ударами, разнесло дурную кровь от человека к человеку. Говорят, в Старом Городе была та ещё бойня. Может и так. Теперь его называли «Сектор Ноль» и мне очень бы не хотелось оказаться в узком колодце улиц, среди стен домов и толп мертвецов. Вторыми на очереди стали Трущобы. Весьма подходящее название для промзоны, совмещённой с районом бедняков. Относительно малое количество населения позволило выиграть так необходимое время и правительство перекрыло мосты на другую сторону реки, изолировав заражённые участки города. После взгляда на карту, мне стало казаться, что Харран просто идеальное место для того, чтобы быть заражённым зомби-вирусом. Город-государство, который по определению уязвимее чем целая страна. Старый и бедный районы расположены с другой стороны от новой части мегаполиса, ещё и эта территория так удачно огорожена естественными препятствиями в виде непроходимых, без специального снаряжения и подготовки, горных образований. А всё что связывает инфицированные территории с внешним миром — взорванный мост, перекрытые катакомбы и небольшой перешеек свободной земли, ныне непроходимый из-за наскоро возведённой стены с мощными прожекторами и множеством вооружённых солдат. Выглядело подозрительно.  — Чёрт, подсекай! Ты вообще следишь за поплавком?! Громкий крик мгновенно вырвал меня из состояния крайней сосредоточенности. Следуя простому совету я рванула на себя удочку и… И рыба, блеснув серебристым боком, исчезла в тёмной речной воде.  — Уже четвёртая, ну твою же ж мать, — Озан взыл отчаянно, словно я упустила не рыбу, а как минимум стала причиной смерти близкого ему человека, — я не могу на это смотреть! О чём ты вообще думаешь? О том, что стоит найти шапочку из фольги. Всю прошедшую после спасения неделю меня преследовали навязчивые идеи, которые только укреплялись с каждым новым днём. Безделье сводило с ума. Сознание требовало активных действий, в то время как весь рыбацкий посёлок жил одним лишь правилом «при отсутствии контактов с зомби, шансов быть укушенным не будет». Никто не выходил в город. Никто не пытался понять, что им делать дальше. Только обсуждали головорезов Раиса и то, как заплатить им за «крышу» в следующий раз. Это было чертовски глупо. За неимением лучших вариантов, приходилось играть по правилам.  — Я не понимаю, когда нужно подсекать, — удочка оказалась отложенной в сторону, в то время как я встала, разминая затёкшую спину, — это просто невыносимо.  — Когда ты на рыбалке, думай о рыбе, а не о всём остальном. Зарождающийся ехидный комментарий прервал нарастающий гул. Серый военный самолёт пролетел низко, едва ли не касаясь крылом опор моста. А после скинул ящики, над которыми тут же раскрылись три купола парашютов. Груз медленно опускался вниз, пока не исчез за горой, в центральной части Трущоб.  — Антизин… Надеюсь, ребята из Башни успеют к нему быстрее уродов Раиса, — Озан проследил за удаляющимся силуэтом самолёта.  — Антизин? — я ухватилась за незнакомое слово, надеясь отвлечь мужчину разговором, лишь бы не возвращаться к невыносимой рыбалке.  — Что-то вроде лекарства. Позволяет сдержать распостранение вируса в организме, — Озан всё же ответил, явно не заподозрив подвоха, — его сбрасывают раз в несколько дней, в качестве гуманитарной помощи.  — И здесь он есть? Как долго укушенный может продержаться с его помощью?! От такого неожиданного факта меня продрало холодом до костей. Может мой непонятный «иммунитет» и не иммунитет вовсе? Тогда, все находящиеся в посёлке и я в первую очередь, под постоянной угрозой.  — Откуда у нас антизин? — Озан выдохнул устало, махнув рукой, — выжившие готовы за него глотки грызть. А у нас оружие в руках способны держать от силы пару человек, не говоря уже о том, чтобы выживать снаружи. Поэтому у укушенных не будет и шанса. Новую дозу нужно колоть каждые три дня, а перехватить хотя бы одну поставку быстрее Раиса, уже чудо.  — И… Антизин во всех грузах? — облегчение в моём голосе мог бы не заметить разве что глухой. Или некто настолько же отвлеченный от реальности как Озан. Три дня. Прошла неделя. Я не обращусь. Не должна, — как вы понимаете, где они появятся?  — Во всех. Это что-то вроде распоряжения министерства обороны, поступившие после начала эпидемии. Только вот предсказать, куда упадёт новая партия невозможно. Те кто участвуют в охоте, держат связь с ВГМ по специальному каналу, где сообщают точное время и приблизительное место сброса. А дальше уже удача. Кто успеет первым, кто будет лучше вооружён. Ребята из Башни делают упор на ночные поставки. Рискуют конечно, но сбежать от прыгунов у них больше шансов, чем от Раиса. Я готова была засыпать мужчину большим количеством вопросов, но силой заставила себя заткнуться. Пришлось сделать грустное лицо и покачать головой. Мол, очень жаль конечно, но ничего не поделаешь. Не тягаться же нам с профессиональными засранцами?  — В общем, выбрось из головы эти глупости и продолжай рыбачить, — Озан похлопал меня по плечу, явно не заметив резкой смены настроения, — нужно заработать денег. Скоро будут взимать плату. Не стоит лезть в пасть к акулам. Я кивнула, с нездоровым интересом подбирая удочку и обновляя приманку. Крючок с тихим звуком ушёл под воду, в то время как я гипнотизировала поплавок. В дурной голове медленно зрела Очень Плохая Идея.