Кремниевая жизнь

Раннох. Завод гетов.

      Покончив наконец с обработкой и осмыслением всего предоставленного ему массива информации, Алекс «вернулся в реальность» и стал пытаться прикидывать свои дальнейшие действия. А для постороннего наблюдателя же это выглядело, как замерший, словно статуя, гет издал треск, его «глаз» засветился, и оживший синтетик пришёл в движение.       Но все важные размышления пришлось отложить на потом, ибо в тот же момент ему пришёл запрос от общности на поддержку в разрешении конфликта с внезапными вторженцами на территорию гетов. И Алексу было необходимо для начала явится в арсенал, после чего проследовать на корабль. Общность хотела оценить на практике способности своего новоиспечённого «союзника», как и степень правдивости слов о его лояльности и готовности сотрудничать.       Напоследок осмотрев зал, где геты напрямую соединялись сетью новым взглядом, «человек» направился к выходу с завода, продвигаясь по запутанному лабиринту полупустых коридоров и всевозможных цехов, в конечном итоге он добросался до небольшой посадочной площадки напротив открытого склада с выставленным там вооружением и амуницией.       Синтетики группами заходили в, судя по всему, тот самый арсенал, где идентичных-стандартизированных солдат снабжали не менее идентичным вооружением, после чего эти группы забирали то и дело прилетающие по очереди челноки и увозили куда-то в высь.       Отстояв в очереди некоторое время и получив-таки в свои цепкие руки самый настоящий космический автомат, Алекс был заинтригован появившейся информацией о нём.       Оружие в основе своей работы использовало так называемый «эффект массы» в сочетании с уже более знакомым по прошлой жизни принципу разгона снарядов рельсотроном. При помощи поля эффекта массы, от вольфрамового бруска отделялась крошечная песчинка, чей и без того небольшой вес этим же полем снижался на порядок, после чего её выбрасывало на огромной скорости при помощи электромагнитных полей, а избыточное же тепло от всей этой замудрённой системы отводилось и поглощалось термопатроном с высоким коэффициентом теплоёмкости, дабы в результате перегрева оружие не вышло из строя. Благодаря такой системе, большинство ручного вооружения слабо ограничено числом доступных снарядов, так таких брусков хватает надолго, но, как правило, их регулярно заменяют после высадки или затяжного боя во время ТО.       Убрав оружие за спину, Алекс направился к посадочной площадке.       Оказавшись напротив неё, он «собственными глазами» окончательно убедился в том, что точно находится не на Земле. Не было там столь странных пейзажей. Посреди пустыни при пятидесятиградусной жаре на километры во все стороны раскинулся циклопических размеров механизированный комплекс, усеянный всевозможными цехами, складами, трубами, башнями и посадочными площадками. А в разные стороны от него тянулись куда-то за горизонт громадные магистрали скоростных поездов, что регулярно то и дело сновали из одной стороны в другую, привозя и увозя грузы. А вдали, в полукилометре, отчетливо виднелись редкие, но огромные, если можно так их назвать, растения. Внутренний доступ к базам данных Общности услужливо подсказал, что это тёмного цвета мясистое образование, своим видом напоминавшее колонию трубчатых кораллов, называется «Кетса» и представляет оно собой ни что иное, как симбиотическую колонию из местного аналога земных кораллов и всевозможных микроорганизмов. Данное «растение» вытягивает из атмосферного воздуха влагу путем конденсации и приманивает для последующего усвоения различных мелких животных, производя летучий сладковатый феромон и звук, что оно издаёт, когда через специализированную сеть каналов дует ветер.       Данный организм имел завораживающий вид и довольно ясно передавал суть чуждости этого мира. Явно показывал, что это совсем не та планета, где он прожил свою жизнь от начала и до самого конца.       Проследовав к приземлившемуся челноку, который стоял на площадке, Алекс погрузился в него с другой партией платформ при помощи грузового магнито-фиксируемого лифта, расположившегося аккурат под брюхом летательного аппарата.       Затем произошел легкий скачок давления, свидетельствующий об отрыве от поверхности, и аппарат с Алексом на борту деловито направился всё туда же, куда и прочие, — в высь, за облака, прямо на орбиту этого столь нового мира.       По пришествию десяти минут полёта, челнок сблизился и влетел в ангар крупного космического судна.       Внутри эсминец, а именно им и являлся корабль, на который отправили Алекса, выглядел, по его мнению, довольно однообразно, если не сказать аскетично, хотя и не то чтобы он разбирался в том, как должны быть организованы космические корабли.       Кругом были сплош одинаковые стальные стены и переборки. Минимальное освещение служащщее, скорее, индикации энерговодов нежели для самого освещения. Небольшой ангар, в котором и расположился привезший его челнок, находился на второй палубе — там же были склады и мастерские — палубой выше расположились «каюты» экипажа, чьим назначением было хранение платформ Гетов в режиме ожидания до тех пор, пока они не понадобятся, а на первой палубе были основные технические помещения, магистрали и крупный массив серверов Гетов. На самом верху расположился мостик Эсминца, где и расположились основные системы управления и координации корабля.       Решив, пока есть время, по внимательнее осмотреть своим собственным взглядом инопланетное судно, его посещения не избежал и тот самый мостик.       Благодаря тому, что некогда это было патрульное судно ещё Кварианцев, на нём ещё сохранялись некоторые элементы систем адаптированных под органиков. И одной из таких был экран-иллюминатор, что проецировал картинку с обшивки корабля.       Вид с орбиты на другую планету завораживал Алекса и вызывал в нём несколько ребяческий восторг. В конце концов, не каждый день ты оказываешься в самом настоящем космосе. Словно бы в одночасье сбылись все потаенные детские мечты о самоличном полёте туда, к звёздам. Ощущение было такое, что теперь эти самые звезды можно ухватить собственными руками, лишь протяни.       — Кто знает. Может, оно действительно стоило того. Пережить столько, совершить самоубийство, а после оказаться словно загнанная крыса на столе у вивисектора, прямиком перед безжалостным и хладнокровным искусственным разумом, выторговав у него толику свободы за те крохи, что у него были с собой. Но одно можно сказать точно, Общность продешевила, когда дала мне путь сюда.       Проследовав на своё место, Алекс подключился к кораблю с помощью уже виденного на заводе кабеля. На этот раз в виртуальном пространстве не было встречающих, зато был пакет инструкций о том, как работать с данной технологией. Благодаря простым манипуляциям, «человек» подключился к датчикам корабля и смог «увидеть» всё, что «видит» корабль. Иметь угол обзора в триста шестьдесят градусов было очень непривычно, но поражало, скорее, даже не это. Он оказался погружен в доселе невиданные ощущения. Звуки радиосигналов, потоки частиц и звёздного ветра, что словно бы обтекали его и проходили сквозь нервные окончания, оставляя странное ощущение прохлады и статики. Он смог воспринимать излучения в самых разных диапазонах, от коротковолновых до длинноволновых. Алекс теперь мог даже ощутить во всей мере гравитацию и распространение её волн в пространстве.       Целый новый океан невиданных ощущений захлёстывал с головой, но оцифрованное сознание, не занятое ничем кроме обработки поступающих данных, справлялось. Алекс, конечно, мог бы попытаться более подробно описать, как всё это ощущается, но это не имеет смысла, так же как говорить слепому, как выглядит радуга, или объяснять глухому, что такое звук или музыка. Да и вряд ли бы хоть в одном языке нашлись подходящие слова.       — Всё столь непривычно, но довольно быстро к этому привыкаешь. Должно быть, сказывается большая пластичность разума, помноженная на вычислительную мощь машины. Очень интересный феномен, надо бы будет его изучить и научиться уже осознанно и самостоятельно всё настраивать и всем управлять.       Но вот пришло время, послышался легкий гул ядра массы, двигателей и роста напряжения в энергомагистралях. Корабль двинулся в путь, прямиком к огромной структуре Ретранслятора, видневшейся в дали. Наконец заработал ССД и многотонный корабль с грацией и легкостью, словно бы нарушающими законы физики, на огромной скорости двинулся вперёд и оказался на самой окраине звездной системы всего за тридцать минут.       Масс-ретранслятор внушал своими размерами, будучи в десятки раз больше корабля. Приблизившись к нему, кольца вокруг его ядра из нулевого элемента пришли в движение, а судно охватила серия голубоватых вспышек, похожих на разряды молний, после чего осуществилось наяву то, о чём многие люди могли веками только грезить: корабль был разогнан до скоростей в тысячи раз превышающих скорость света, и, покрывая за секунды непостижимые космические расстояния, остановился в совершенно другой звёздной системе, прямиком перед другим таким же ретранслятором.

Аттический траверс. Разлом Калестон. Система Сольвейг. Суртур, орбита.

      Корабль, похожий на диковинную смесь ракообразного, чью голову заменил металлический бублик, крепящийся к телу в основании верхней полуоси, закончил сверхсветовой прыжок, а из его нутра вылетели четыре чёрные АДЧ, напоминающие своими очертаниями нечто среднее между стрекозой и блохой: овальный сегментированный корпус без крыльев, сложенные по бокам «лапы»-опоры, короткое и плотное «брюшко», в котором расположилось небольшое ядро массы, электронный массив и система радиаторов. По всему внешнему слою корпуса виднелись различные комплексы антенн и датчиков, а завершал же сию картину головной сегмент, приплюснутый и достаточно плотно прилегавший к центральному, который был просто усеян оптическими сенсорами, отчего походил на морду паука.       Пока корабли двигались к своей цели, десант ожидал в полной боевой готовности.

Суртур. База гетов.

      Алекс через сенсоры челнока, идущего первым, видел, как двадцать фигур в разноцветных скафандрах готовились к приближению кораблей синтетиков. Несколько кварианцев-десантников бежали к своим позициям от места, где предположительно должны были высадится синтетики. Органики, понимая, что их отряд не успеет дойти до корабля, окопались на остатках укреплений базы гетов. Снайперы и ракетчики заняли четыре уцелевшие вышки из тех шести, что были вокруг базы. Пехотинцы сложили баррикады из контейнеров и тел гетов, установив там что-то похожее на пушку.       Минут через пять-шесть раздался оглушительный рёв корабельных двигателей. Геты прибыли.       В это же время фрегат органиков, который напоминал кольцо, надетое на вилку для рыбы с оторванной ручкой, начал оживать.       Первые два транспорта синтетиков, не останавливаясь, пронеслись над полем сбрасывая десант, который с глухим звуком падал, врезаясь в почву планеты, чем поднимал целые облака пыли. Сразу же сработало несколько мин, разбрасывая пыль и детали роботов по округе.       Корабль кварианцев, пытаясь запустить двигатели, практически сразу пал жертвой мощнейшей вирусной атаки. Геты, используя один из челноков как ретранслятор, в считанные минуты взломали ВИ корабля и через него начали создавать помехи в работоспособности систем корабля. Как будто этого кварианцам было мало, третий и четвёртый челноки дали залп торпедами по двигателю корабля, поставив крест на возможных попытках покинуть планету без ремонта.       Тем временем десантники, которые прошли не одно сражение, уже увязли в перестрелке с гетами, однако это не помешало пустить пару ракет по пролетающему мимо третьему челноку. Получив ощутимый урон, транспорт потерял управление и, оставляя дымный след, упал с другой стороны базы. Но четвёртый АДК, который ранее изображал статиста, кружась над полем боя, заложил вираж, сбрасывая вторую волну десанта вокруг посудины органиков.       Пока пехота гетов, которую плотный огонь заставлял постоянно перемещаться, пыталась оказать сопротивление своим создателям. В бой наконец вступила вторая волна десанта. Радость органиков от расстрела синтетиков померкла, когда подоспели первые два АДЧ, которые вернулись с подкреплением, и на землю рухнули два шагающих танка, тут уже кварианцы осознали, что дело плохо и время выкладывать козыри. Сапёры начали взрывать оставшиеся мины. Один из шагающих танков сразу же был выведен из строя двумя взрывами, которые снесли щит и оторвали ему три ноги, из-за чего танк просто рухнул, собственным выстрелом лишая себя головы. Но второй шагоход остался целым. Своим огнём он подорвал позицию с автопушкой и взорвал одну из вышек, похоронив под ней нескольких кварианских бойцов. В бой незамедлительно вступили ракетчики кварианцев — четыре последние ракеты снесли щит и голову шагающему танку. Своими останками танки гетов послужили синтетикам в качестве укрытия, что стало важным фактором в происходящем боестолкновении. Геты не чувствовали боли и не знали страха, они просто плевали на все некритические повреждения, потому даже с оторванными конечностями некоторые платформы продолжали вести огонь; в это же время кварианцы с дырами в скафандре начинали задыхаться и умирать от пуль, застревающих в органах.       Алекс, находившийся в сбитом корабле, выбравшись из-под обломков, увидел конец сражения, что произошло между создателями и их творениями, видел, как Разрушители, сброшенные в третьей волне десанта, выбежали из-под прикрытия обломков танка. Как добежали до десантников, не обращая внимания на стрельбу из штурмовых винтовок, и как кварианцы начали умирать под огнём тяжёлых орудий. Даже мины и растяжки, которые уничтожили несколько гетов, не особо помогли органикам, и вскоре те из них, что не успели спрятаться в корабле, были убиты.       После того, как геты расправились с противниками на базе, челноки сделали ещё один заход за четвёртой волной десанта. В это же время уцелевшие геты начали стягиваться к кораблю органиков.

***

             У дверей ангара Алекс достал винтовку и приготовился к штурму. Сейчас он не желал смерти кварианцам. У него не было ненависти к ним, как и у гетов, которые атаковали кварианцев в ответ на агрессию к наблюдательному посту. По этой причине он попросил общность гетов по возможности не убивать органиков, аргументируя это тем, что от пленных кварианцев можно будет получить ценную информацию. Всё-таки знание, что Общность гетов не хотела, а была вынуждена атаковать, сильно упрощало для Алекса понимание «Утренней войны», где с одной стороны были кварианцы, повергнутые в ужас осознанием того, что же они сотворили, и желавшие всё вернуть обратно, а с другой — их творение, что, несмотря ни на что, просто хотело жить.       Но вот двери открылись, и по строю из джаггернаутов ударил залп ракет, гранат и выстрелы из пушек, сметая линию тяжелой пехоты. Стоявшие за спинами своих более крупных «собратьев» геты-Разрушители рванули с места, но массированный огонь не дал роботам подобраться на расстояние эффективной стрельбы. Однако, выстроенные третьей линией штурмовики, снайперы и пехотинцы успели дать своим создателям адекватный ответ. В позицию с автоматической пушкой прилетела граната. Кварианцев с ракетницами прижали огнём штурмовики и пехотинцы, а снайперы выбивали любых неудачно высунувшихся органиков. После побоища в трюме-ангаре геты, почти играючи, вынесли входные двери и растеклись по кораблю тремя ручейками, по количеству главных объектов: реактор с ядром эффекта массы, мостик и БИЦ, двигатели.       В первую секунду «человеку» не повезло, и одна из ракет взорвалась попав в гета справа от него. Ударной волной Алекса откинуло в сторону, а последовавший следом электромагнитный импульс отправил сознание на перезагрузку. Придя в себя, понял, что лишь чудом не получил фатальных повреждений, а проверять надёжность соединения с сетью и будет ли отправлено его сознание на сервер в случае разрушения платформы, он желанием не горел. Проведя быструю диагностику, Алекс начал материть кварианцев. Взрыв ракеты расплавил большую часть «мышц» в левой руке, парализовав ту, и сломал один из опорных суставов в ноге, и на десерт — броня справа напоминала гибрид дуршлага и ежа. Поднявшись, используя рабочую руку, попутно шатаясь, словно пьяный, поплёлся к лагерю, который геты разворачивали на месте бывшей базы. Там синтетики быстро складывали повреждённые платформы в одну кучу, а тела павших Кварианцев — в кучу по соседству, и чуть дальше от них складывалось всё снятое с тел снаряжение и оружие. Позже всё, что пригодно к ремонту, починят, а что нет — переработают, как и тела убитых. Последние будут изучены, после чего переработаны в биомассу и скормлены культурам различных генно-модифицированных бактерий, что выделят впоследствии из этого различные виды полимеров, пригодных в промышленности.       Можно даже сказать, что так творцы воссоединятся со своим творением.       — Какое же паршивое ощущение возникает глядя на это. Аж тошно. В этот момент Алекс получил сообщение.       — На корабле осталось три платформы класса Джаггернаут, желаете сменить платформу для эффективного функционирования, общность человек? — Резко ворвалось в мысли Алекса предложение от гетов.       — Желаю.       В этот момент почувствовалось резкое помутнение, Алекс ощутил, как его буквально вытащило из «старого» тела и поместило в новое. Тем временем вышедший из строя гет-Джаггернаут упал в пыль.       Пришёл в себя он так же резко, как и отключился. Небольшой полёт с высоты в десяток метров — и можно продолжать действовать. К тому же, корабль уже был почти захвачен, кварианцы зажаты в инженерном отсеке, и вскоре их там обезвредят.       — Надо наконец покончить с этим бессмысленным кровопролитием.       Пройдя по коридорам, где то тут, то там были следы боя– кровавые отметины — а стены имели незапланированные отверстия. Добравшись до двери в инженерный отсек и достав винтовку из-за спины, Алекс стал ждать, пока пара солдатов гетов взломает дверь.       Тем временем Алекс запросил разрешение на попытку задержать Кварианцев живыми, путём его переговоров с ними.       И вот, всего полминуты спустя, в помещение ворвалась плотная колонна Гетов, быстро взяв на мушку каждого находившегося в помещении органика, а прямо позади их строя встал Алекс, и пока замешкавшиеся на мгновение инженеры ещё не открыли встречный огонь, он внезапно и во всю доступную мощь своего речевого модуля воскликнул:       — Не стрелять!       Опешившие от подобного органики впали в ступор, а некоторые от испуга и выстрелили, но часть выстрелов попала мимо, а часть лишь немного просадила щиты гетов.       — И так. Прошу всё же оставить импульсивные попытки к сопротивлению и сдаться, и тогда останетесь живы, и по возможности целы. Ибо как сами видите, вы в меньшинстве, помощи не будет.       — Да как какая-то машина смеет нам…       И стоило какому-то смельчаку попытаться что-то сказать против, как прогремел звук выстрела, а рядом с его головой, буквально в паре миллиметров оказалось аккуратное отверстие.       — Вы не в том положении, чтобы со мной тут шутки шутить. Так что хватит этих пустых речей, опустите своё оружие, а то знаете, у этих ребят, — кивок в сторону одной из платформ, — так себе с чувством юмора, зато меткость просто убийственная.       И оружие всё-таки было опущено. И хоть атмосфера была по-прежнему напряжённой, теперь можно было пытаться вести диалог.       — И так. Кто из вас тут главный?       Ответ последовал, от, судя по фигуре и голосу, уже не молодого кварианского инженера в сером потрёпанном костюме.       — Я Тарвец’Зорра — инженер шестой категории, глава этой группы.       — Что же, тогда донесите до своих подчинённых одну простую мысль. Они должны немедленно сдать всё своё оружие, оставить попытки к сопротивлению и пройти с нами. И если всё это будет выполнено, я даю слово, что вы останетесь в живых. Я ясно изъясняюсь?       — Достаточно. Но давай и я тебе кое-что скажу, железка. Вы можете сколько угодно убивать нас, уничтожать и присваивать себе наши дома, отнимать жизни у всех, кто нам дорог, но одного вы у нас точно отнять не сумеете, и мы будем бороться за это до конца. Свобода!       — Я же просил…       Внезапно в отсеке раздался гулкий электронный голос.       — ПОДТВЕРЖДЕНИЕ ПОЛУЧЕНО. КОМАНДА ПРИНЯТА К ИСПОЛНЕНИЮ.       — ВНИМАНИЕ, РЕАКТОР ПЕРЕГРУЖЕН, РАЗРУШЕНИЕ ЯДРА РЕАКТОРА НАСТУПИТ ЧЕРЕЗ 5 МИНУТ, ВСЕМ ПОКИНУТЬ КОРАБЛЬ. — тревога раздалась только внутри машинного отделения, так как инженеры смогли перехватить контроль над потоком информации покидающим их вотчину ещё в начале штурма.       Услышав тревогу, геты открыли огонь на поражение положив первый ряд инженеров, однако остальные успели спрятаться за поворотом и приготовить своё оружие к бою. Алекс, имея самые крепкие щиты и броню, выхватив винтовку из магнитного захвата на спине, пошёл первым, следом за ним, ведя огонь на подавление, пошли геты, солдаты и штурмовики. Дойдя до укрытий органиков, «человек» ударами начал выводить кварианцев из строя, благо из-за силы механического тела это было довольно просто, главное было не убить из-за слишком сильного удара. За 30 секунд геты окружили старого инженера, которого человек не трогал, несмотря на то, что он стрелял из пистолета до тех пор, пока оружие не перегрелось. Однако, чтобы исключить возможность самоубийства, Алекс схватил кварианца за руки и выдернул из рук органика пистолет, и, судя по крику боли, инженеру это не понравилось.       — Дедуль, вам бы на пенсию, а то, знаете ли, перестрелки с подрывами кораблей вредны для вашего здоровья. — Алекс и сам не знал, к чему выпалил это, но, возможно, сказывалось то, что нервы начинали откровенно сдавать, будто они стали до предела натянутыми струнами.       — Чёртов синтетик. — Судя по голосу кварианец сам не испытывал особого веселья в этой ситуации и явно чувствовал острую боль в руке, в которой ранее держал оружие.       — Ответ отрицательный, кожаный ублюдок. — лёгким ударом тяжёлой руки наотмашь органик был выведен из строя на ближайшие полчаса, при этом одна рука органика оставалась зажатой в стальной хватке, и от резкого рывка конечность вылетела из плечевого сустава.       Бросив бессознательное тело на пол, Алекс посмотрел на таймер, на котором осталось жалкие 3 минуты. Через 8 минут корабль взорвётся, и вместе с командой корабля ЭМИ от взрыва уничтожит всех гетов в радиусе пары километров. Надо действовать быстро!       Время замедлилось, когда «человек» начал работать. Первым делом запросил данные по схеме корабля и по используемым на этой модели реакторам, получил краткий перечень столь необходимых сейчас данных, после чего, продираясь через тесные технические коридоры и иногда делая свои проходы в ветхих стенах, добрался до реакторной. Затем запросил всю возможную информацию по компонентам и принципам работы, начал попытки заглушить реактор, но либо местные инженеры оказались более умелыми, то ли они предусмотрели попытку предотвратить детонацию, но все потуги ни к чему не привели, — таймер всё так же отсчитывал последние минуты существования корабля.       По итогу, «человек» решил в ручную остановить реактор, для чего было необходимо войти в активную зону перегруженного термоядерного реактора и перекрыть подачу топливной смеси. В обычной ситуации такое производится лишь после произведения целого ряда процедур и в специализированной защитной экипировке, без которой органик мог бы довольно быстро обуглиться. Но он-то уже не был органиком. Тело Гета вполне способно выдержать столь значительные температуры, пусть и крайне недолго, а защита от электромагнитного излучения продержится и того меньше. Конечно, было ещё время спастись самому, бросить кварианцев, что сами во всём виноваты, а вместе с тем и часть тех гетов, что участвовали при высадке. Но он уже был сыт по горло этими бессмысленными смертями. Не для того ему выпал второй шанс, чтобы просто остаться в стороне.       За минуту до взрыва Алекс выругался, отправил сообщение гетам покинуть зону поражения и нырнул в технический люк, со скрежетом ползя по техническим тонелям, выключать перегруженный реактор в ручную. Выбив заклинивший люк, со стороны реактора все возможные датчики буквально закричали о том, что платформа долго не продержится из-за запредельного уровня электромагнитного излучения и температур. Пройдя к уже начавшемуся плавиться топливному эмиттеру и кое-как сдвинув заклинивший рычаг, потеряв в процессе обе руки, вышло лишь довести дело до половины.       — Тварь. Я шёл сюда не ради того, чтобы вот так просто сдохнуть. Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому.       *Удар*        Ни видя уже иных вариантов от части потому, что зрительный аппарат уже окончательно расплавился, Алекс начал по памяти бить по оплавившемуся краю топливо провода ногами со всей доступной силой.       *Удар* *Удар* *Удар*       Алекс начал уже терять ход времени, пытаясь в своей бессильной злобе предотвратить катастрофу, и в конечном итоге немногие сохранившиеся датчики просигнализировали о начавшей падать температуре. Но увы, для него было уже поздно — платформа грани, связи с сетью нет, а вся электронная начинка начала выходить уже из строя.       В поле зрения начали появляться окна о выходе из строя той или иной системы. Из-за падения вычислительной мощности «человек» потерял возможность связно мыслить, а вышедшие из строя датчики не смогли зафиксировать, как взорвался реактор.