Меняя судьбу

      Мы спешно отдалялись от зала до тех пор, пока нас не стала окружать непривычная тишина, раздавливая своей неестественностью.       В этой части замка время будто замерло: вокруг не было ни души, ни одного постороннего звука, кроме размеренных ударов капель воды по полу где-то вдали, и было странно осознавать, что совсем близко, в каких-то полсотни метров от нас, разворачивался бой не на жизнь, а на смерть.       Я прекрасно понимала, что Вольтури выйдут из него бесспорными победителями, учитывая, что в их арсенале были Джейн и Алек, способные лишь вдвоём справиться со сворой Киро, и Феликс, который был сильнее всех их вместе взятых. Но, в любом случае, на душе было неспокойно. Сумасшедший вампир был способен выкинуть любую глупость, которая могла стать роковой в жизни одного из Вольтури.       Я украдкой посмотрела на Деметрия.       Его челюсти были плотно сжаты, а глаза беспокойно бегали из стороны в сторону. Идеальный вампирский слух помогал ему прекрасно слышать то, что происходило в зале. Но если бы случилось что-то совсем плохое, непоправимое, он бы обязательно сказал мне об этом. Ведь так?       Я зажмурилась и слегка покачала головой, прогоняя из головы беспокойные мысли.       Деметрий, поняв, что за нами нет хвоста и мы находимся в относительной безопасности, остановился.       — Ты вся дрожишь, — прошептал он, глядя на меня.       Всё тело на самом деле мелко потряхивало так, что зубы иногда случайно заходили друг на друга, издавая неприятный скрежещущий звук. И я не могла точно определить, из-за чего: то ли из-за влажного холодного воздуха, окутавшего каждую щёлочку замка, то ли из-за нестерпимой боли в ноге, которая при каждом малейшем движении тела резью напоминала о себе.       — Сейчас, — вампир осторожно поставил меня на пол, уверенно поддерживая одной рукой.       Деметрий спешно снял с себя мантию и помог мне надеть её, аккуратно просовывая мои руки в слишком длинные для меня рукава. Как только гладкая, пахнущая моим вампиром ткань окутала собой всю меня, я облегчённо выдохнула, чувствуя, как волны тепла медленно наполняют каждый крошечный участок моего тела.       — Спасибо, — тихо прошептала я, укутываясь сильнее в начинающую согреваться от оставшегося тепла моей кожи хлопковую подкладку.       — Пойдём, — Деметрий снова бережно подхватил меня на руки и замер, внимательно осматриваясь по сторонам. — Нет никакого смысла выходить через главный вход или там, где мы пытались уйти с тобой до этого. Киро наверняка расставил там своих людей, чтобы отрезать нам пути к отступлению.       Вампир замолчал, обдумывая лучшее решение для нашего побега.       Его мысли двигались в верном направлении, с точностью высчитывая каждый вариант развития событий. Он был прав. Киро вряд ли дал бы нам так легко покинуть замок, напоследок не оставив у себя парочку козырей в рукаве.       — Выйдем через крышу, — сказал он, глядя на меня.       — Крышу? — недоверчиво переспросила я.       — Да, — ответил Деметрий, целуя меня в лоб. — Не думаю, что Киро предусмотрел и это.       Вампир едва заметно улыбнулся и устремился вглубь замка, продвигаясь по пустынным туннелям. Мы бежали совсем недолго, словно вампир точно знал, куда держит путь.       Меньше чем через минуту перед нами появилась ржавая железная дверь, которая вела на крышу. Деметрий осторожно толкнул её, придерживая меня одной рукой, и я увидела перед нами узкую винтовую лестницу, ведущую высоко вверх.       Не теряя ни секунды, вампир стал взбираться по ней, стремительно приближаясь к нашей цели. Наконец мы оказались на улице.       Там вовсю бушевала стихия, словно чувствуя настроение происходящего в замке.       Ветер хлестал меня по лицу, разбрасывая в стороны грязные пряди волос, крупные капли дождя с примесью колючих льдинок града ритмично барабанили по нашей одежде, моментально делая её влажной, яркие молнии с периодичностью разрезали небеса на части, окрашивая крышу белыми вспышками света. Чёрные тучи опустились так низко, что, казалось, до них можно дотянуться рукой, утонув пальцами в их плотности.       Одна из толстых стен замка заканчивалась на самом краю высокого утёса, где бушующие волны неспокойного океана накрывали солёной водой прибрежные валуны, и, шипя, уходили обратно в пучину, чтобы затем ударить по ним с новой разрушающей силой.       Деметрий пошёл вперёд, направляясь прямо к краю.       Дверь за нами с грохотом захлопнулась, подгоняемая мощными порывами ледяного ветра.       Я вздрогнула. Ладони стали липкими от пота, лоб покрылся холодной испариной, смываемой ледяными каплями ливня, а нервы натянулись, словно тонкая струна, готовая с минуты на минуту лопнуть.       Мой вампир встал на край, прямо навстречу пропасти под его ногами и сбивающему с ног потоку воздуха, обдувающему нас со всех сторон.       Деметрий готов был сделать последний рывок и оказаться на твёрдой земле, а затем бежать, бежать как можно дальше из этого места, вычёркивая из головы случившееся.       Вдруг вампир напрягся.       По его телу прошлась крупная волна дрожи, а с губ сорвался низкий утробный рык, оповещающий о приближении чего-то плохого. Я нахмурилась, заглянула в его беспокойное лицо, пытаясь выяснить причины его внезапного агрессивного состояния. Его челюсть была плотно сжата, на выступающих отточенных скулах играли желваки, а глаза стали графитно-чёрными и в панике метались по крыше, будто вампир пытался найти спасительную для нас лазейку.       — Решили уйти не попрощавшись? — голос за нашей спиной вернул меня в реальность. — Как некультурно.       Деметрий прижал меня ближе к себе и, ухмыльнувшись, обернулся к вампиру.       — Тобиас, какая «приятная» встреча, — процедил сквозь зубы ищейка, не пытаясь скрыть нотки сарказма в голосе. — Так это ты тот, про которого говорил Киро?       Вампир радостно улыбнулся, словно испытывая гордость за то, что его господин упомянул о нём.       Он небрежно поправил неестественно белые волосы, которые мокрыми сосульками спадали ему прямо на лоб. Устрашающие рубиновые глаза сверлили меня взглядом, проделывая во мне невидимые дыры своим нескрываемым злорадством.       Я сжалась, нервно комкая в пальцах тонкую рубашку Деметрия.       — Тебя с позором выгнали из клана, и ты решил присоединиться к неудачникам? Похоже на тебя, — отчеканил мой вампир, насмехаясь над парнем.       — Замолчи. Единственное, что сделали Вольтури — это испоганили мою жизнь, — Тобиас сжал кулаки и на секунду прикрыл глаза, пытаясь обуздать рвущуюся наружу злобу. — Уйди с дороги, Деметрий. Мне нужна она.       — Чёрта с два, — процедил ищейка сквозь зубы, резко разворачиваясь в сторону нашего спасения.       Мой вампир слегка пригнулся, пружиня ноги, и приготовился к отчаянному прыжку, а затем едва слышно шепнул:       — Держись.       Я изо всех сил вцепилась руками в его шею, обхватывая её стальным кольцом. Тихо пискнула, когда Деметрий спрыгнул вниз, и задохнулась от страха, когда на долю секунды увидела головокружительную пропасть под нами.       Но Тобиас не мог позволить нам дать так просто уйти от него, оставив его совершенно ни с чем.       Одним резким движением он вернул нас обратно на твёрдую поверхность, откидывая на несколько метров назад к противоположному краю. В этот раз мой вампир держал меня крепко, сжимая почти что до хруста хрупких костей, не позволив нам отделиться друг от друга.       Деметрий сгруппировался, и приземление пришлось прямо на его спину, оставляя на белоснежной рубашке мокрые куски грязи и мелкие острые камешки, которыми была усыпана вся крыша.       Я оказалась сверху, прижатая к его твёрдой груди, и широко раскрытыми от неописуемого ужаса глазами смотрела в до неузнаваемости бледное лицо, которое исказилось гримасой ярости.       — Ты сейчас серьёзно? — засмеялся недалеко от нас блондин, театрально закинув голову назад. — Давай, сразись со мной, как в старые добрые времена.       Мой вампир вскочил на ноги, устремляя меня за собой слишком резко, пуская в пляс в моих глазах разноцветные круги от резкого маневра. Он осторожно поставил меня на землю, облокотив о каменный парапет, и повернулся к Тобиасу, загораживая меня от его рубиновых глаз своим телом.       Вампир смотрел на ищейку с вызовом, явно намереваясь покончить с ним.       Деметрий уверенно кинулся вперёд, яростно сцепившись с блондином. Они кружились с такой скоростью, что моё человеческое зрение не могло уловить этих стремительных движений. Были слышны только звуки ударов по твёрдым телам, которые вампиры наносили друг другу в попытке одержать желанную победу.       Тобиас был намного быстрее ищейки. Иногда казалось, что он просто играет с ним, по-детски уклоняясь от его мощных ударов и перепрыгивая с места на место, противно хихикая над рывками Деметрия.       — Тебе и раньше было сложно справиться с моей скоростью, думаешь, сейчас получится? — прокричал подчинённый Киро, отталкивая моего вампира в сторону.       — Несомненно, — прошипел Деметрий, вновь кидаясь на парня.       Но вампир, казалось, ждал именно этого.       Взвинтить ищейку до предела, заставить утопать в злости и принудить к импульсивным действиям, не полагаясь на здравомыслие и расчётливость. Тобиас за долю секунды оказался за его спиной и одним лёгким движением повалил моего вампира на землю, выкручивая в сторону его голову, полностью обездвиживая. Я отрывисто задышала и впилась руками в мокрый камень, услышав до боли знакомый скрежет.       Тобиас смотрел на Деметрия сверху вниз, победно улыбаясь. Но он не стал продолжать своё дело, а вместо этого перевёл взгляд на меня, радуясь, что мы наконец остались вдвоём. Задачей вампира было не убить ищейку, а просто вывести из игры на время, давая ему фору на исполнение своего истинного предназначения.       Тишина. Мы молча смотрели друг на друга сквозь рваную пелену дождя. Боковым зрением я старалась уловить силуэт Деметрия, который всё никак не приходил в себя, глядя мутными глазами в тёмное небо.       — Ох, ну привет, — улыбнулся Тобиас, слегка кивнув.       Я сглотнула горькую слюну, просчитывая в голове его дальнейшие действия, но в мыслях была пустота. Только знакомый липкий страх, ползущий откуда-то изнутри, разливавшийся густотой по всему телу.       — Мне не хочется тебя убивать, правда, — начал вампир, вмиг став серьёзным. — Но я выполняю приказ.       Блондин подлетел ко мне, с лёгкостью, но уверенно толкая в плечо.       Я не думала, что всё закончится именно так. Так до жути нелепо, глупо.       Я опрометью перевалилась за край крыши, бессмысленно пытаясь поймать невидимую поддержку в воздухе.       Свист ветра в ушах и мой отчаянный крик, растворяющийся в грохоте грозы и океана.       Раз – моё тело глухо ударилось об острый, будто возведённый природой специально для меня камень. Два – я кувырком качусь вниз по крутому склону утёса, в конце концов ударяясь спиной о плоский валун прямо рядом с солёной водой так, что упругая волна настойчиво омывает покалеченную руку, будто намереваясь утащить меня к себе вглубь.       Голова повёрнута в сторону. Глаза открыты, не моргая смотрят прямо на начинающий светлеть горизонт, где сквозь чёрные тучи настырными лучами пробивается солнце. Из горла выходит хрип, и на мгновение мне кажется, что этот звук издаю вовсе не я, настолько чуждым он звучит.       Боль во всём теле настолько интенсивная, что я не могу точно разобрать, что сильнее пострадало при падении. Голова, руки, ноги, спина – сплошной комок адской боли.       Сердце едва стучит на пределах своих возможностей, пропуская слабые короткие удары в груди.       Это нормально быть такой спокойной, когда знаешь, что умираешь?       Рядом со мной кто-то приземляется, и сквозь равномерный шум вокруг я слышу, как шаркнула обувь по щербатому камню.       — Нет-нет-нет, — голос Деметрия надломился, и он коротко втянул ртом воздух, почти что всхлипывая.       Собрав до последней крупицы всю свою оставшуюся волю, медленно поворачиваю голову, стараясь игнорировать пульсирующую боль, ответом отдавшуюся на это никчёмное движение. Я не смогла отказать себе в диком желании увидеть его идеальное лицо.       Вампир тянет ко мне дрожащую руку, но обрывает себя на полпути, понимая, что может сделать ещё хуже.       Зрение не фокусировалось, несмотря на мои настойчивые попытки, и я сдалась, глядя прямо в мрачное небо и подставляя лицо под крупные капли холодного дождя. Деметрий мельтешит передо мной, вроде даже что-то говорит едва шевеля губами, но я его не слышу. Я сосредоточена на внезапно появившемся чувстве, будто что-то оборвалось внутри и не осталось ничего, кроме умиротворения и смирения.       Я закрыла тяжёлые веки, подчиняясь воле спасительной тьмы, и словно через толстую стену услышала голос Деметрия:       — Потерпи, mio angelo. Всё будет хорошо. Я люблю тебя.       Каждый рваный вдох всё тяжелее доходил до лёгких, и наконец я перестала дышать, вздрагивая грудной клеткой словно от ударов тока.       Я падала в объятия темноты.       Мне казалось, что я тону в глубоком солёном океане, спиной стремительно опускаясь на топкое дно, всё дальше от блестящей поверхности и яркого света. Боль пропала, дойдя до своего предельного пика, не оставляя за собой и следа от того падения. Вокруг была тишина – давящая до звона в ушах.       Я знала, что эта длинная история наконец подошла к своему логическому финалу.       Но прежде чем я растворилась в густом мраке, прежде чем приняла смерть как должное, почувствовала, как огонь разливается по всему телу, вспыхивая новыми очагами боли сильнее предыдущих, разрушая всю меня.       С глубоким вдохом я в леденящем ужасе распахнула невидящие глаза, неожиданно приходя в себя.       Меня подбрасывало на месте от жгучей агонии, и казалось, что те травмы после падения не шли ни в какое сравнение с тем, что я испытывала в тот момент. По венам будто пустили раскалённую лаву, которая с бешеной скоростью прокладывала себе путь прямо к вновь ожившему сердцу, оголтело стучавшему в груди.       Тело буквально разрывало на куски, а все внутренние органы словно закинули в большую мясорубку, выставив самый мощный режим.       Я не умерла.       Голос далеко на задворках сознания кричал, яростно метался в попытках найти остатки затуманенного рассудка, что это неправильно, нелогично, что я должна была покинуть этот мир. Тем не менее понимание происходящего со мной пришло быстро. Я становилась бессмертной. Вампиром.       Казалось, превращение длилось целую вечность. Я то приходила в себя, желая остановить эти мучения, не испытывать это адское пламя в каждой клеточке своего тела, то проваливалась в небытие, не в силах больше выносить хотя бы секунду этой боли.       Я чувствовала, как с противным хрустом срастаются сломанные об острые камни кости. Чувствовала, как сердце наполняется вампирским ядом всё больше и как оно упорно сопротивляется этому, отскакивая ответными ударами от рёбер.       Наконец боль начала постепенно отпускать моё тело, возвращая мне возможность трезво мыслить и контролировать себя.       Сердце медленно начинало биться в привычном для себя ритме, подсказывая мне, что всё закончилось.       Я открыла глаза, глядя в каменный потолок, и сморщилась от какофонии звуков в моей голове.       Я слышала, как люди на улице шаркают обувью, пиная крошечные камешки у себя под ногами. Как лёгкий ветерок мягко ласкал листки на деревьях, и я буквально слышала, как он соприкасается с их бархатной поверхностью, пуская их в танец. Где-то вдалеке на итальянском бурно спорила пара на повышенных тонах, яростно обвиняя в чём-то друг друга. Я удивлённо вскинула брови, поняв, что каким-то образом оказалась в Вольтерре, в замке.       Попыталась сосредоточиться на месте, где я находилась, отгородиться от звуков, моментально наполнивших моё сознание.       Я, сама того не ожидая, резко села, успев только подумать об этом. Это была наша с Деметрием комната: уютная и привычная.       Посмотрела на свои руки, потрогала пальцами шершавые ладони, готовая почувствовать нечеловеческий холод, но неожиданно ощутила прежнее тепло. Покрутила ими в разные стороны, подмечая непривычную для меня бледность.       — Эй, — тихий голос вывел меня из размышлений, и я повернула голову на его источник.       Чуть поодаль от кровати, на которую меня заботливо положили, стоял Деметрий.       Только в тот момент я поняла, насколько улучшилось моё новое зрение.       Я видела каждую мельчайшую пылинку, летающую в плотном воздухе между нами. Видела все маленькие волоски на ткани мантии вампира и каждый искусно сделанный вручную шов. Но когда я перевела взгляд на его лицо, мой рот открылся от удивления.       Моё человеческое зрение не позволяло мне в полной мере оценить его внеземную красоту.       Одни только его глаза, которые раньше были для меня простого алого цвета, теперь спектром распадались на все оттенки красного, разбавленного крапинками коричневых точек, показывая всю их глубину.       Я встала с кровати, за доли секунды оказавшись прямо перед ним. Неловко улыбнулась уголком губ, не привыкнув к этой невероятной скорости.       — Привет, — прошептал он одними губами так, что будь я человеком, не разобрала бы и буквы.       Вампир протянул мне свою раскрытую ладонь, и я без промедления вложила в неё свою. Деметрий был тёплым и неожиданно мягким, и я несколько раз провела рукой ему по предплечью, наслаждаясь новыми для себя ощущениями.       — Привет, — наконец ответила ему я, не узнавая собственный голос.       Он мигом притянул меня к себе, заковывая в свои крепкие объятия. Я втянула в себя воздух, наслаждаясь его запахом, который в тот момент раскрывался для меня совсем по-другому.       — Incredibile (прим. автора: невероятная), — тихо сказал вампир, отстраняясь.       Деметрий взял меня за руку, переплетая наши пальцы, и подвёл меня к зеркалу.       Наконец я увидела себя.       Не веря, приблизилась лицом прямо к тонкому стеклу, покрутила головой, проверяя, точно ли это я. На меня смотрела незнакомка, только отдалённо напоминающая прежнюю меня.       Я потянулась рукой к лицу, трогая пальцами идеально гладкую кожу, подушечками ощущая её мягкость. Провела рукой по шелковистым волосам, которые никогда не выглядели такими живыми и яркими при моей прошлой жизни. Потрогала губы, которые на фоне бледной кожи казались красновато-розовыми. Но то, что обескуражило меня больше всего, –рубиновые глаза, обрамлённые длинными ресницами, полностью выдававшие во мне того, кем я стала.       — Сказал же, ты прекрасна, — повторил мой вампир. — Кстати, это, вроде, твоё?       Вампир достал из кармана мантии свой подарок, который и запустил цепочку чудовищных событий в наших жизнях. Он осторожно откинул мои волосы назад и поместил камень мне на шею, а затем ловко щёлкнул застёжкой и вернул волосы назад, оставляя на плече невесомый поцелуй.       — Наконец-то она вернулась ко мне, — прошептала я.       Повернувшись лицом к Деметрию, улыбнулась ему и подошла вплотную, заглядывая прямо в его глаза.       — Значит, ты любишь меня? — спросила я, прикусив нижнюю губу.       — Эй, ты слышала? — ухмыльнулся он, слегка прищурившись.       Я кивнула.       — Да, — выдохнул Деметрий, легко положив свою руку мне на щёку. — Люблю.       Тугой узел образовался внизу живота, как только это слово сорвалось с его губ.       Осознание того, что вампир передо мной прожил на этом свете ни одну тысячу лет и теперь готов был отдать мне всего себя без остатка, заставляло сердце в груди биться с сумасшедшей скоростью.       — Могу поспорить, что не так сильно, как я люблю тебя, — выдохнула я, стараясь не выдавать дрожь в своём голосе.       Деметрий засмеялся и наклонился ко мне, припав к моим губам, целуя меня так, как никогда до этого. Настойчиво, дразня и переплетая наши языки, вкладывая в поцелуй всё, что не могут передать все слова на этом свете, так, что мир вокруг нас на одно чудесное мгновение перестал существовать, распадаясь на миллионы маленьких осколков.       Мы сумели оторваться друг от друга только тогда, когда на лестнице услышали шаги, которые затем неумолимо начали приближаться к нашей комнате. Быстрый стук в дверь, и на пороге появляются Феликс и Аро.       — Феликс! — выкрикнула я, не сдерживая своих эмоций, и бросилась прямо к нему в объятия. — Я так рада, что ты цел.       Гигант засмеялся и смущённо обхватил меня руками, явно не рассчитывая на такие неожиданные порывы с моей стороны. Но мне действительно важно было узнать, что никто из внезапно ставших мне настолько близкими не пострадал, что они все в полном порядке. Что он в порядке.       Вампир был единственным, кто с самого первого дня относился ко мне иначе, не так, как все в этом замке: заботился обо мне, помогал при любой возможности и изначально считал меня равной себе, и только тогда я полностью признала это, испытывая к нему большую благодарность.       — Ох, — простонал Феликс, когда я слишком сильно сжала его талию. — Осторожнее, сейчас ты сильнее меня.       Деметрий усмехнулся, покачав головой.       — Прости, — виновато потупилась я, делая шаг назад, и посмотрела на Аро, который сдержанно наблюдал за разворачивающейся перед ним сценой. — Аро. Спасибо. Если бы не ты со своей армией – не знаю, чем бы всё это закончилось.       Я намеренно обратилась к нему на «ты», стараясь убрать повисшую уже давно неловкость между нами, стараясь показать, что практически доверяю ему и отношусь отнюдь не с такой опаской и отвращением, как раньше.       Раньше мне казалось, что этот вампир – самое ужасное, что могло случиться со мной в этой жизни, но когда я столкнулась лицом к лицу с неотвратимой угрозой в обличии его сумасшедшего брата, я была готова забрать всё сказанное мной обратно.       — Не за что, — Аро положил руку мне на плечо и слегка сжал его, а затем многозначительно посмотрел на Деметрия. — Я думаю, у Марии накопилось немало вопросов. И ей нужно поесть. Поэтому мы с Феликсом оставим вас.       И, словно в подтверждение его слов, я почувствовала неприятное жжение в горле, будто что-то колючее стягивало его мягкие стенки изнутри, доставляя ощутимый дискомфорт.       Я в панике посмотрела Аро прямо в глаза, но он мягко улыбнулся мне, словно безмолвно показывая, что это абсолютно нормально, а затем коротко кивнул гиганту, и они вышли из комнаты, оставляя меня наедине с Деметрием.       Я повернулась к нему, потирая объятое огнём горло, а он переместился к тумбочке, доставая из ящика заранее приготовленный пакет с донорской кровью.       Я облегчённо выдохнула, когда поняла, что меня не собираются заставлять убивать кого-то.       — Вот, попробуй, — мой вампир протянул мне пухлую упаковку, уверенно вкладывая её мне в руку.       Я с подозрением взяла её, повертела в руках, рассматривая переливающуюся внутри густую жижу, и открыла клапан, который отделял меня от неё.       Я поднесла пакет к губам и сделала большой глоток, чувствуя, как горячая алая жидкость полилась мне в пылающее горло, мягко обволакивая его, заставляя саднящее изнутри чувство понемногу отступать.       Сначала я не задумывалась о вкусе крови, желая только остановить это адское жжение, но потом, когда она осела на моём языке и губах тонкой металлической плёнкой и заполнила весь рот своей вязкостью, я поморщилась и мгновенно остановилась, впихивая пакет обратно Деметрию.       — Ну как? – спросил вампир, приподняв бровь.       — Отвратительно, — честно призналась я, виновато поджимая губы.       Деметрий засмеялся, ласково погладив меня по руке.       — Ничего, — он положил пакет на тумбочку и поцеловал меня в лоб. — Ты привыкнешь со временем.       Я уселась на кровать и скрестила ноги в ожидании захватывающего рассказа.       — Так, расскажи мне, что произошло там, в замке, — я нервно сжимала и разжимала пальцы. — Кто-то пострадал?       — Из наших нет, — Деметрий сел рядом, положив руку мне на колено. — Но Киро, его отпрыск и парочка вампиров из его своры сумели сбежать. Мы пытаемся найти их, но они словно сквозь землю провалились.       Я прикрыла глаза, чувствуя, как злость неумолимо наполняет меня до краёв.       Это было явно не то, что мне хотелось услышать от ищейки, но я ни в коем разе не винила Вольтури в том, что Киро так ловко удалось сбежать. Я знала, что это всего лишь вопрос времени, когда нам удастся отыскать вампира и заставить его ответить за всё то зло, что он нам всем причинил.       — Успокойся, — прошептал Деметрий, одним резким движением перемещая меня к себе на колени. — Твои эмоции сейчас находятся на пике, и лучше не разбавлять их злостью, чтобы не сделать хуже. Мы найдём его, обещаю. Он больше не навредит нам.       Я сделала глубокий вдох, покорно расслабляясь в объятиях вампира. Причин не верить ему у меня не было, потому что я знала, что Деметрий сдержит своё слово. Как и всегда.       — Хорошо, — кивнула я и загадочно улыбнулась, глядя на ищейку. — Так что, ты научишь меня всему? Я же должна знать все тонкости жизни вампира. Как драться, использовать свою способность.       Вампир засмеялся, напористо притягивая моё лицо к своему.       — Конечно, — ответил он, оставляя быстрый поцелуй у меня на губах. — Я думаю, это будет очень весело.       — В этом я не сомневаюсь, — улыбнулась я.