Поздравляю: Вы Выжили!

Вечер Вторника. Матчи стали восприниматься, как что-то неизбежное, особенно, когда против тебя ожесточенный новыми правилами Охотник. Что бы вы себе представили, если бы вам сказали, что вы идете в матч против клоуна из ночных кошмаров, так еще и с бензопилой? Может просто ужасающий вид старой машины с закоптившейся кровью на лезвиях вселяет больший ужас, чем огромный осиновый кол ввиде креста или крюк с серпом, протыкающие твою грудную клетку насквозь. До смены правил игры Охотникам запрещалось наносить смертельные удары а Смайли приходилось бить обратной стороной пилы, почти вырубая Выживших во время матча. Но а сейчас? Что сейчас творится в его голове? В холле пусто. Только четверо Выживших, идущих на верную погибель, и двое сопровождавших. Доктор, смотря в спины своих товарищей, уже видела надгробные инициалы Кевина, Майка, Эдгара и Марты. Каков же шанс того, что хоть один из них выйдет оттуда живым? Координатор, в сопровождении Наемника, была совсем не в состоянии идти куда-то. Такое ощущение, будто она совсем не понимала, куда она идет и зачем. После смерти Веры она практически никуда не выходила из своей комнаты, находясь под опекой Эмили. Кто бы знал, как последняя уже вымоталась... Как та уже хотела прекратить все это... Все молча сели за старый пыльный стол с черствым хлебом, Наиб же все еще не отходил от Марты и что-то шептал ей на ухо. - Знаете, - неожиданно для всех начал Кевин. - Раз уж нам не суждено выбраться отсюда, то в этом матче умрем не только мы... В комнате повисла интригующая тишина. - Мы заберем его с собой... - Ковбой с отчаянной серьезностью посмотрел Наемнику в глаза. - Н-но как?! - растерялся Майк. - Я возьму это на себя, Марта будет на подхвате, - быстро распределил мужчина. - Вы наблюдайте за ситуацией и пытайтесь открыть ворота. В конце концов, мы не столь беспомощны, как они думают. Мне надоело наблюдать, как мы, как подопытные крысы, жмемся к стенкам клетки, боясь как-либо возразить. - Ты прав, шанс в любом случае есть... - прокомментировал Эдгар, как по пустой и холодной комнате начал раздаваться противный металлический скрежет о кафель. На старое потрепаное кресло тяжело свалился Джокер, не известно, откуда взявшийся. Он даже не обратил внимания на своих жертв, просто распластался на своем месте, уронив рядом свое оружие. - Удачи вам, ребят... - последнее, что услышало четверо Выживших перед тем, как отправиться на карту Завода. Проснувшись около второго выхода, Смайли медленно оглянулся, уже в голове предполагая места появления каждого из Выживших, а также параллельно собирал недостающие запчасти своей пилы. Майк спокойно декодировал около фабрики, как по телу пробежался неприятный холодок, сопровождаемый мурашками. Как-никак нервы у всех сейчас напряжены. Блондин решил оглянуться, мало-ли... Как на зло, сейчас на карте был достаточно сильный ветер, который поднимал всю земную пыть и грязь, усугубляя и так малую видимость из-за густого тумана. Обернувшись, Акробат заметил темный силуэт, из которого постепенно выступал более четкий образ Охотника. Мрачный, угнетающе-спокойный, неизвестный... Майк застыл на месте, ожидая иных действий со стороны противника, или это все же парализование в силу страха? Подойдя достаточно близко, Джокер сорвался с места и побежал напрямую к Выжившему. Майк тоже не заставил себя ждать, тоже быстро среагировав, убежал в фабрику. Внезапный звук заведенной пилы позади заставил адреналин чуть-ли не мгновенно распространиться по телу. Ноги бежали, не зная усталости. - Охотник около меня! Сосредоточтесь на расшифровке! - полуиспуганным голосом быстро протараторил Майк в рацию. — - П-потер-рял... О-он мен-ня п-потерял...л... - захлебываясь болью и ужасом, еле проговорил блондин. Кисть руки болталась на предплечье, не подавая совершенно никаких признаков жизни. Второй рукой Майк пережал запястие, шипя от боли. Наконец, его нашел Кевин. - Сейчас будет больно, отвернись. - быстро скомандовал тот, окончательно перерезая мертвый груз. Только Майк хотел обратно повернуться, чтобы окончательно осознать, что его правой руки больше нет, как ужасную картину Ковбой перевязал своим платком. - Сп-спасибо... - отчаянно пробормотал парень. - Живой зато... - Ковбой планировал эти слова ободряющими, но вышло так себе. - Осталось три машинки. Приступай расшифровывать, я пойду помогать Эдгару. — Минус один. Кевин нашел Художника уже распилиным: одна часть тела находилась за окном, другая перед ним. Учитывая то, что правила игры были полностью изменены, Эдгар был совершенно безоружен. Хотя, рядом валялись окровавленные кисти и разбитый, видимо об голову Охотника, мольберт. За это время починилась еще одна машинка. Оставалось две. — Через пару минут была найдена и Марта, совершенно не готовая ко встречи с Охотником. Пускай и раненая, но она смогла спрятаться от него, вернувшись к своей машинке. Майк, не успев расшифровать последние пару процентов, был найден. Надолго его не хватило: взгляд замыливался, мысли путались, как в тумане, силы заканчивались. Благо, вовремя подскочил Кевин и в последнюю секунду выхватывает Майка из под лезвий пилы, проехвашиеся по светлым волосам парня. - Марта, продолжай расшифровку! - быстро проговорил по рации Ковбой, параллельно неся на себе полуживого Акробата. Вскоре на тела обоих не остается практически ни одного живого места. Охотник был крайне агрессивен. До этого матча Выжившие еще не встречали такой ярости и целеустремленности. Майк бежит впереди, впритык за ним бежит и прикрывает Кевин. Последний героически пытался сохранить рассудок, не поддаваться панике и страху, продолжал раздавать команды, дабы выжить. Оставалась последняя машинка, ее уже заводила Координатор. Майк, выбегая из здания завода, краем глаза увидел, как на мгновение мелькнула фигура его товарища и в ту же секунду исчезла за кирпичной стеной. Он его схватил... В ушах звенело на столько, что даже предсмертного крика Ковбоя не было слышно, только массивные брызги крови окрасили землю и серые стены. Давление подскочило до невыносимости, тело начало онемевать, а в глазах темнеть. Все чувства: осязание, обоняние, зрение - все соскочило на ноль. Только невыносимый шум в ушах готов был окончательно свести с ума, пытая своего же хозяина. Ходьба Майка была похожа на передвижение мертвеца. Ноги плелись друг за другом, отчаянно пытаясь парадировать бег. На окровавленном и пыльном лице выступила ленивая, безумная улыбка, а глаза глядели в пустоту. Джокер даже не пытался его догнать. Выживший даже не пытался убежать от источника опасности, врядли вообще видел и осознавал. Его смерть была быстрой и неосознанной. Как только Марта увидела статус последнего ее товарища "Мертв", она бросила последнюю машинку, которая была почти заведена, и отправилась искать данж. Она видела его около старой лачуги. Но, как только она подошла к заветному выходу, остановилась. Координатор знала, что Охотник ее ищет, осозновала это, но страха перед этим не было. Она ничего не чувствовала. Ни скорби по погибшим подле нее, ни по умершим ранее. Ни грусти, ни радости, ни страха, ни тревоги. Пустота, приятная, глубокая и бархатная. Ни одна мысль не портила сей картины. Так ли выглядит свобода? Так ли выглядит абсолютная невинность? И последняя Выжившая на этом поле боя равнодушно отходит от спасительного выхода. Джокер нашел ее в пустом центре карты. А точнее, девушка находит Охотника. Мужчина, недоумевающе, остановился и молча оценивал противника. Но долго это не продлилось. Через пару секунд он с нарастающим темпом угрожающе направился к рыжей. - Встречай меня, Вера... - тихо прошептала Марта перед тем, как ее живот был насквозь пронизал затупившимися и ржавыми лезвиями. Было больно, - первое, что почувствовала Выжившая спустя долгое время. Крупные капли слез стекали по нижним ресничками и падали наземь. Но нежная улыбка не сходила с чистенького личика девушки. Вера в то, что она снова увидит Наир, заглушала все остальное. - И ты... Пойдешь со мной, козел! - резко изменившись в лице, Марта посмотрела во впадшие и мутные глаза Охотника, скрытые за клоунской маской. Дуло ракетницы впритык уперлось в открытую шею, а именно ее горловую часть, и куча маленьких металлических и стеклянных осколков разорвали кожу и впились во внутреннюю плоть мужчины. Все это сопровождалось громким звуком выстрела и красной дымкой, ослепившей обоих. Джокер выронил свое оружие из рук, которое в свою очередь сильнее разорвало живот девушки, и рефлекторно схватился за горло, крепче его сжимая. Он не мог сделать и вздоха, так как захлебывался в собственной крови. Жалобные стоны и хрипы - все, что слышала Марта в последний раз. Она лежала на холодной земле и мутным, потухающим взглядом наблюдала, как Охотник также, как она, издает последние звуки, корчась от боли. - Не зря я подготовилась... - легко улыбнулась рыжая, безчувственно глядя на картину с мученником. - Скоро я снова ее увижу... - на этих словах Марта довольно закрывает глаза, а по щекам прокатились последние слезки в этой жизни. — Главные часы пробили 12 ночи, а товарищи все никак не возвращались с матча, как и Охотник. - Они не вернутся, Наиб, - тихо озвучила мысли парня Эмили, положив свою ручку на плечо Выжившего. - Но, видимо, они сделали то, что запланировали. Давай вернемся в комнаты, я устала. Субедар в свою очередь еще пару секунд посидел, уткнувшись мордочкой в сложенные ладони, и, досадно скривив рот, встал со своего места. Ничего не ответив девушке, он проследовал в крыло Выживших. Оба молча шли друг за другом, погрузившись в свои мысли. В нынешнем кошмаре каждому было, что обдумать с самим собой. Длинный темный коридор будто не собирался кончаться, тусклость пыльных ламп уже резала глаза в этом мраке. Сильный ветер просачивался сквозь щели стен, заставляя поежиться от холода. С нарастающей скоростью дождь начал барабанить по стеклам, вскоре начал лить "как из ведра". Впереди Наиб заметил приоткрытую щелку громадных дверей, ведущих на балкон. Тусклый свет луны одиноко просачивался сквозь нее. - Эмили... - тихо шепнул парень, взглядом указывая на источник интереса. Девушка лишь устало вздохнула, но последовала за другом. Раздался протяженный скрип ржавых петлей. Шатен заглянул за двери и встретился взглядом с удивленным Почтальоном. Он явно не ожидал увидеть кого-то в столь поздное время. Сильный ветер раскачивал деревья, а дождь неприятно бился об лицо. Весь мраморный пол и заборчик были залиты. И Виктор явно стоял на перилах неустойчиво... - Виктор! - резко ворвался Наиб. - Слезай оттуда! Ты можешь упасть! - пытался он перекричать шум ветра, параллельно прикрываясь предплечьем от попутного дождя. - Виктор, только осторожно! - добавила Доктор. - Мы сейчас подойдем и снимем тебя! Но блондин ничего не отвечал, только также растеряно смотрел на этих двоих. Слезы, выступающие у него на глазах, сливались с ливнем, и лицо сморщилось от жалости. Парень начал потихоньку присаживаться на корточки, чтобы слезть с края мраморных перил. - Я почти подошел! Тут очень скользко! Лучше оставайся там! - обернулся на девушку Субедар, беспокойно взглянув на нее. Но, как только Наемник свел взгляд с Почтальона, последний подскользнулся. - Виктор! - истерически выкрикнула Доктор, уже прикрыв рот в ужасе. На крик девушки среагировал и Наиб, резко обернувшийся обратно на товарища. Но все, что он увидел, - отчаянно пытающаяся ухватиться рука за край балкона. Субедар, подскальзываясь, резко ухватился за каменные балки, с ужасом уставясь на валяющееся на траве тело. Там уже подбежала и Дайер, дабы еще и Наемник не вылетел. Пускай высота и не большая, но удача была явно не на стороне Виктора. Парень видимо сломал шею, когда ударился о ветки большого дерева. Мгновенная смерть. Пустые стеклянные глаза уставились в никуда, а тело омывал проливной дождь, смешивая его с мокрой землей. — Утро Среды началось с огромной серой тучи, окутавшей все небо. Холодный ветер пробирал до костей, а влажность после дождя только усугубляла противные ощущения. Глядя на эту серую картину за окном, хотелось спать, укутавшись в свое теплое одеялко, и не думать ни о чем. Комната Потрошителя поникла в сером мраке погоды, но разве в этом нет своих плюсов? В такой атмосфере есть тоже свои прелести. Например, взглянув на это под ругим углом, можно почувствовать уют, но это при условии, если ты наблюдаешь за редкими капельками начинающегося дождика лежа на кроватке. Ты начинаешь вслушиваться в мелодию стука капель о старое стекло, и эта мелодия тебя убаюкивает. Вскоре и она начинает создавать задний план для твоих мыслей, с которыми ты спокойно засыпаешь. Так и сделал Потрошитель, медленно и неосознанно погружаясь в царство снов. Но всему хорошему рано или поздно наступает конец, как и сейчас. Спокойствие мужчины нарушает настойчивый стук в дверь, проезжаясь как ножом по нервам. - Уйди, пожалуйста. - мягко послать нарушителя спокойствия получилось скорее грубо. В ответ на послание со стороны послышался последний "вздох" дверной ручки и скрип настырно отворяющейся двери. - Совсем охринел... В край... - прошипел Джек, сильнее сжимая теплое одеялко на груди. - Замок тебе не обязателен. - как ни в чем не бывало, Хастур спокойно зашел в комнату. - Согласен, от тебя только гранатомет поможет... - недовольно фыркнул Потрошитель, с головой уйдя под одеяло. Альбинос, недолго осмотревшись, присел возле ног Охотника на кровать, параллельно снимая капюшон. Далее длилось загробное молчание, сопровождаемое настырным взглядом Бога и барабанющим по окну дождику. - Чего тебе? - не выдержал мужчина, одарив белобрысого недовольным взглядом. - Мне помощь в библиотеке нужна. - сразу выложил Бог. - Год назад ты бы прекрасно и один справился, так что иди сам. - четко ответил Риппер, намереваясь на этом закончить недолгий разговор. И снова наступило молчание, но уже не такое долгое. Божество, чуть прищурившись, не отводил глаз с хозяина комнаты. - Я отдам тебе на час тот томик... - нехотя предложил Хастур. На этом заманчивом предложении Джек высунулся из своего укрытия, внимательно вглядываясь в Бога. Мало ли он его обманывает... Убедившись более менее в правдивости слов альбиноса, Джек резко встал с кровати, приводя себя в порядок. - Ты пожалеешь, если соврал. - холодно заявил тот. — Думаю, библиотека - самое частопосещаемое место во всем Поместье, и этому есть объяснение: уют и атмосфера. Эта комната будто находится совершенно в другом месте, не пропуская в себя все невзгоды и проблемы данного времени. И, спустя долгое время, деревянные двери снова проскрипели своими петлями, впуская в себя двух гостей. И в помещении будто ничего не поменялось: яркий утренний свет, летящая с полок пыль, столы, запах старых книг и дерева, дурманящий до безумия. - Повезло, здесь никого. - облегченно вздохнул Потрошитель, снимая свою маску и свободно вдыхая свежий воздух. - Ты боишься кого-то встретить? - немного удивленно спросил Бог. - Просто не хочу... - Джек уже начал рассматривать стеллажи в поисках нужных книг. - Один их только вид разражает... - Хм... - чуть слышно усмехнулся Хастур. Потрошителю конечно такой комментарий мало понравился и вызвал подозрения, но он решил проигнорировать это. - Что тебе нужно из всего списка? - сменил тот тему. - Собери все, что найдешь, связанное с Рунами. - И это все...? - Ты лучше сначала начни, а потом уже будешь ныть. - сказал, как отрезал, Бог и приступил к своей части работы. Джек в ответ лишь "надулся", но все равно пошел выполнять поручение. Что только не сделаешь, лишь бы прикоснуться к Запретному плоду, а именно томику об истории и культуре Богов и им подобным. Игра уже совсем скоро кончается, все это понимают, поэтому было бы непростительно упускать шанс прочитать что-то новое, что больше никогда не встретишь. - Зачем тебе все это? - нарушил гробовую тишину Риппер. - Хочу позаимствовать парочку книжек у Хозяина, - не отрываясь от поисков, ответил Бог. - Не думаю, что он будет против. - Намереваешься выйти отсюда...? - также, не прекращая работы, продолжал интересоваться мужчина. - А как же? - усмехнулся альбинос. - Это было с самого начала понятно. Самое интригующее лишь то, кто же выйдет вторым... Последние слова прозвучали по-змеиному, загадочно-угрожающе. Джек чувствовал на себе взгляд Божества, заставляющий немного встрепенуться. - Я не собираюсь дохнуть в ближайшие пару лет... - немного неуверенно ответил Потрошитель. - От чего зависит твоя способность растворяться в тумане? - неожиданно резко сменил тему Хастур. Шестое чувство все не унемалось, сердце почему-то колотилось быстрее обычного, разгоняя кровь по телу. Небольшая капля пота стекала по виску мужчины, но лицо тот пытался сохранить безэмоциональным. - От эмоционального спокойствия... - будто на подхвате ответил Джек, сам того не поняв. - Замечательно... - еле слышно сказал себе под нос Хастур, как скрип дверей снова повторился. В комнату, шепчась, вошло двое Выживших. Оглядевшись, они уверенно вошли в библиотеку, разговаривая уже в обычном тоне. - Хорошо, здесь никого, можем спокойно тут посидеть. - раздался женский голос. - Как скажешь... - ответила уже более молоденькая и неуверенная особа. Два Охотника тихо стояли за стеллажом в более темной и отдаленной части библиотеки. Точнее, Бог пытался высмотреть личности незванных гостей, а Потрошитель возмущенно брыкался у первого в руках, пытаясь освободить себе рот. - *Как кстати они заглянули* - подумал альбинос, сильнее прижав к себе чужое тело. - Ты... Мхэ щеюсть схомаешь... - кое-как выдавил из себя Джек, прожигая взглядом когтистую руку у себя на лице. - Продолжишь брыкаться - я даже на их глазах не остановлюсь... - прошептал сзади над ухом Бог, продолжая вслушиваться в разговор двух дам. Но даже после непонятного предупреждения, Джек только сильнее стал возражать, пиная нарушителя личного пространства и всячески пытаясь выскользнуть из "объятий". - Ц-ш-ш... - прошипел сквозь зубы Хастур, когда по одному из его щупалец проехались каблуком. После такого дерзкого для Божества поступка Джеку точно нашлось, чем заняться. Неожиданно для второго в его полости начал хозяйничать чужой язык, иногда проезжаясь по небу. Вот так внезапно для себя Потрошитель открыл еще одну способность тела Божества, хотя тот будто ничего и не замечал. Не было возможности даже прикусить нахальную руку, дабы та прекратила, оставалось только терпеть. На лице выступил яркий румянец, а по телу прокатывала неконтролируема дрожь. Активные движения чужого языка были невероятно постыдными и возбуждающими. - М-мх... - тихо доносилось до правого уха Хастура, что уже было невозможно не замечать. Жаркая и мокрая полость рта чувствовалась даже через руку, а вздроги трущегося тела возбуждали еще больше. - Я предупреждал... - Божество слегка прикусил краешек уха Потрошителя и прижал к стенке книжной полки, освобождая тому лицо. Мгновение после своеобразного "поцелуя" было как в тумане. По телу бил жар и ритмично проходился пульс, лицо горело от стыда. - Критин... А если нас... - попытался благоразумить Джек второго Охотника, но его губы снова оккупировали. У Божества явно был опыт в подобном, целовался он умело. Легкий поцелуй в уголок губ, затем в нижнюю, плавно переходя в укусы и посасывания. Большие перевязаные руки альбиноса медленно перешли с ладоней Потрошителя на щеки, большими пальцами поглаживая виски, а остальными зарываясь в мягкие платиновые волосы. На этом моменте и поцелуй стал более напористым и глубоким. Внутри язык Божества казался более длинным, чем можно было наблюдать издалека, более гибким, чем у обычного человека. Хастур бесстыдно хозяйничал в полости Джека, заставляя вздрагивать того от любого нового движения в нем, тем самым и отвлек от того, что происходило внизу. Пока Потрошитель инстинктивно обнял шею Божества, последний спустил свои руки ниже, освобождая штаны от ремня. Стараясь не греметь лишний раз металлической пряжкой, он взял под одну руку бедро мужчины, приподнимая тому ногу, а второй рукой обвил одно из своих щупалец, одалживая немного мускуса. Через пару секунд весь кислород из легких Джека выбился, сопровождаясь тихим стоном прямо в рот. Тело пробила судорога от непривычных ощущений чужих прикосновений внизу. Риппер тяжело улегся лбом на плече Бога, пытаясь восстановить дыхание после долгого поцелуя. Руки нервно сминали ткань на груди альбиноса, не зная, куда себя деть. Впереди штаны уже были насквозь мокрые, и паховая область охотно терлась о тело другого, моля об освобождении. Руки сами потянулись выполнить желание, но строгий взгляд Хастура заставил остановиться и подумать. Опять же Джек осмелился ослушаться, испытывая терпение Божества. Альбинос не заставил последствия себя ждать: подразнивающие поглаживания вокруг дырочки прекратились и он резко вставил средний палец почти до основания. Джек резко вздрогнул, на мгновение выгнувшись в спине: - Ах-х-ай! - громко простонал он, сразу же уткнувшись обратно в плечо мордочкой, и руки вернул на место. По спине прошелся приятный холодок от неожиданного стона партнера, но сразу же это чувство накрылось холодным потом. Прижав Риппера сильнее к стенке, Хастур начал вслушиваться к двум посторонним в комнате. Они замолчали. Джек все еще подрагивал от неожиданного внедрения, свыкаясь с давно знакомым чувством, поэтому теперь его мало волновали те двое. - Может, что в нашем крыле случилось...? - предположила одна из девушек. - Скорее всего, - поддержала вторая. - Стены тут уже как картонные, ничего не скроешь. Божество выдохнул с облегчением, когда Выжившие продолжили свою беседу. Его внимание снова привлекла томящаяся тушка Потрошителя. - Расслабься чуть-чуть, - с легкой насмешкой, но при этом и ласково, прошептал Хастур, возвращая Джека из забвения. - А то без пальца меня оставишь. - Т-ты к-критин... - с оскалом ответил мужчина, даже не поворачивая на альбиноса головы. - *Как вообще все до этого дошло...?* - недоумевал он в собственных мыслях. Поняв, что Джек привыкнул, Хастур начал потихоньку водить внутри пальцем, ища заветное место. Риппер же тихонько постанывал вслед движениям. - Не надо меня так сжимать, в ближайшее время они точно из тебя не выйдут~ - продолжал дразнить Бог. - И еще на всякий случай готовься... Почему сейчас такие "прямые" речи смущают сильнее, чем в повседневной жизни? От нового прилива смущения Джек снова сжался, затрудняя движения внутри. - Тц... - досадно цокнул Бог и вставил безымянный палец, благо смазка позволяла. - Мх... - уже более жалобно простонал мужчина, сведя брови к переносице. - *Весь напряжен, как на пытке...* - сочувствующе вглянул Бог на Риппера. - *Ладно... Допустим...* На шее почувствовались прикосновения горячих губ, потом в ушко, висок... Сначала приятная неожиданность заставила вздрогнуть, но потом стала такой желанной, приятной... - Не на... - хотел было возразить Джек, протестующе взглянув на Божество, но второй продолжил покрывать своими губами уже губы Потрошителя. Мужчина чуть-чуть сморщился, но стал более податливым. Горячее дыхание Бога опаляло нежную кожу, губы слегка опухли от частых укусов и оттягиваний, и вскоре язык альбиноса снова настойчиво вошел в Потрошителя. Джек уже более менее начал наслаждаться дурманящим моментом, полностью прикрыв веки и обостряя остальные чувства. Плащ и золотистый жилет со шляпой уже давно полетели на пол, освобождая белоснежную узорчатую рубашку. Бедро плавно было перехвачено одним из щупалец, а свободная рука Хастура начала блуждать по торсу мужчины, параллельно расстегивая пуговицы. Джек заметил неравномерное распределение температуры тела Бога, - когда почти вся верхняя часть была чуть-ли не палящей, нижняя была очень прохладной. Даже так, кончики пальцев, в сравнении с телом Джека, очень холодные, поэтому с каждым прикосновением к животу или бокам, спина прогибалась под массивным телом Бога. Почувствовав, что Джек достаточно расслабился, Хастур возобновил движения пальцами, продолжая искать нужную точку. И вот оно! В очередной раз внедрившись в его дырочку, альбинос прошелся по простате. - М-ма-ах...! - Джек на секунду отстранился, прерывая поцелуй, но его снова утянули, заглушая стон. - М-м-м... На глазах от наслаждения потихоньку начали выступать маленькие капельки слез, от нарастающего темпа дышать становилось все сложнее, а вскоре добавился еще и третий палец. Потрошитель разорвал поцелуй, жадно глотая необходимый кислород, а потом бессильно облокотился лбом о плечо Божества. Мгновение, когда Джек жадно разорвал поцелуй, оставляя связующую струнку из слюны, длился будто вечность. Такой похотливый взгляд собственника, прожигающий Хастура своим осуждением и желанием насквозь. Сказали бы ему представить такую картину в обычной повседневности, - никогда в жизни. Такое только лицезреть. Хастур прижал ближе к себе за талию тело Охотника, обжигая дыханием ухо второго, и быстро начал увеличивать темп, постоянно проезжаясь по простате. То нереально быстро, то поддразнивающе медленно под разным углом альбинос растягивал мышечное колечко. Сердце Потрошителя билось с бешенной скоростью, дыхание постоянно сбивалось под темп внедрения. - Ха-а-а... Мгх! Ах! Ха-ай... - стонал Джек в шею Божества, стараясь заглушать себя, как только можно. - П... Ах! Пом-мед-Ах-ха! Потрошитель начал извиваться под Богом и, вцепившись ногтями в его плоть, начал сам насаживаться на его пальцы. Он был на пределе. - Хва-а-ат... Аха... Й-я с-сей... М-АХ! - издал тот разочарованный стон, когда пальцы Хастура резко покинули его нутро и стали поглаживать ритмично сжимающееся колечко. - Извини, - Бог ласково поцеловал Потрошителя в веко. - Только после меня.~ А еще сейчас две гостьи вряд ли поведутся на шумных соседей сверху... И правда, девушки снова замолчали. - Если эти идиоты нарочно... - раздраженно раздался сдерживаемый голос старшей. - Кхм... Ладно, ты же знаешь, что со вчерашнего матча никто не вернулся? - Да, и про Виктора я слышала... - ответил слегка напуганный голос девушки помладше. - *НИКТО?!* - Джек даже не пытался скрыть удивления на своем лице, взглядом спрашивая у партнера, в курсе ли он. - Сейчас это не так важно, не думаешь? - задал риторический вопрос Божество, приблизившись к уху. - И ты мне ничего не сказал?! - уже начал шипеть Потрошитель, как его взяли за бедра и чуть приподняли. - Ах... Ему в ответ оставалось лишь покорно обвить руками шею Божества, облокотившись на широкие плечи. Хастур начал ласкать грудь Джека, оставляя яркие засосы и укусы, а затем медленно поднимался выше к ключицам и шее, продлевая влажную дорожку слюны. Спустив нижнее белье с бедер Потрошителя, он шире раздвинул его ноги, далее удерживая их парой щупалец. Когтистые руки же дальше продолжили блуждать по телу Охотника. Пульсация внизу все не унемалась, благо хоть белье больше не придает дискомфорта вставшему органу. Внезапно Джек резко сжался, почувствовав, как что-то влажное и холодное приставилось к его анусу. - Расслабься, больно не будет... - прошептал Бог перед тем, как вставить свой второй член. - Ха-а... Скользкое и мягкое нечто с легкостью начало проникать внутрь, доставляя легкий, но приятный дискомфорт. Потрошитель инстиктивно начал отстраняться, но его обратно насаживали на щупальце, даже глубже. Легкие все больше и больше начали заполняться кислородом, и мужчина банально не мог выпустить его из себя, пока в него медленно, но верно внедряются. - Ах... Хват-тит... Г-глуб... Мха... Ко... - пытался выдавить из себя Джек прерывистыми стонами. - Ты такой горячий внутри...~ - дыхание Хастура опаляло мочку уха. - Так... Затягиваешь... Внутри было так мокро, так скользко, что осознание этого заставляло лицо пылать от стыда. Член Хастура самовольно двигался внутри ануса, нарочно не попадая по нужной точке. Побывав внутри около минуты, альбинос начал медленно вытаскивать его, доводя сознание чуть-ли не до истерики. Ритмично пульсу, проходящему внутри, мышечное колечко сжималось и разжималось, доставляя большее удовольствие партнеру. - Может... Ха...~ Отпустишь меня? - издевательски спросил Хастур, стараясь поймать взгляд Риппера. Второй же старался наоборот не сталкиваться, отвернув голову и зажмурив глаза. Сознание плыло, Джек из последних сил старался сохранить последние капли ясности ума. - Знаешь, глядя на твое личико в данный момент, в голову лезут самые извращенные фантазии, - Бог приблизился к лицу партнера, соприкасаясь с ним лбом и кончиком носа. - Вплоть до "взять тебя с двух сторон".~ Глядя на выражение лица Хастура, можно было бы назвать его Королем Похоти. Кто бы знал, что скрывается за этим вечно спокойным и непринужденным видом... Со стороны Джека можно было бы спросить, куда краснеть больше? Но, оказывается, можно. Божество же он одарил шокирующими и одновременно наивными глазками. Секунду откровения наконец прервали настойчивые толчки сзади, отчего Джек сильнее ухватился за мантию Божества, сминая ее уже чуть-ли не до дырок. - Ха-а-а.... - мужчина не успевал глотать новую порцию воздуха, как его тут же насильно выбивали из легких. - По... Ха-ай! Пол-легче! Усл... Мха~ шат... - А ты постарайся... Ха~ Потише~ - прошептал прямо в губы Божество, подразнивающе слизнув стекающую с уголка рта Джека слюнку. Хастур начал испытывать партнера, увеличивая свой темп. С каждым разом член входил все глубже, обильно смазывая внутренние стенки предсеменем и мускусом. Мягкое "щупальце" со временем становилось все тверже и увеличивалось внутри. - Я бы вставил второй, но, боюсь, порву... - с ноткой разочарования добавил Хастур. - М-мх! - Джек, как мог, сдерживал стоны и старался сохранить здравый разум, но как же уже хотелось полностью отдаться ситуации, ни о чем не думая. Такой раскрепощенный вид Охотника, которого даже во сне не представить таким, как сейчас, невероятно возбуждал. Хотелось полностью перейти границы дозволенного, полностью утонув в абсолютном разврате. Но, как не прискорбно, обычный человек врядли выдержит "заграничный билет" от Бога. - *Пора заканчивать, иначе вырубится* - предположил альбинос. Сквозь пелену эмоций Джек почувствовал, как к его органу приставилось что-то еще горячее и большое. Одной рукой Хастур обхватил оба твердых члена, начиная поглаживать их, а второй ухватился за ягодицу, указательным и средним пальцами поглаживая натянутую анальную кожу вокруг щупальца. На этой ноте Потрошитель понял, что не выдержит, поэтому облокотился на заднюю стенку, одной рукой прикрыв рот. Брови свелись к переносице, и более жалобные стоны начали доноситься из закрытого ротика. И снова тело Потрошителя начало содрогаться перед эякуляцией, что и заметил Хастур, значительно увеличивая темп. - А это разве не маска Риппера? - заметила девушка постарше. - Думаешь, забыл здесь...? - настороженно спросила более юная. От осознания оставленной "улики" по лицу начал скатываться холодный пот, поэтому оба Охотника резко утихли. Джек вообще начал пребывать в шоковом осознании, накручивая себя, что сейчас их спалят, и инстиктивно сжался. У Хастура же стало пребывать резкое осознание того, что сейчас у него останется только один половой орган. Дабы выдержать нестерпимую муку, он прикусил нижнюю губу в оскале и оперся лбом о плечо Потрошителя. - Давай уйдем отсюда, у меня плохое предчувствие... - предположила девушка, оглянувшись вокруг старой библиотеки. - Согласна, сейчас лучше держаться подле своих... - согласилась младшая, и обе Выживших поспешили удалиться. Как только дверь захлопнулась оба Охотника спокойно выдохнули (у каждого по разной причине). - Ха-а... Я думал все, спалились... - Джек все еще нервно оглядывался на запертые двери. - Ты его убил... - Хастур сочувствующе посмотрел на своего дружка. - Тебя ебать - себе дороже... - Тебя никто не просил, - прошипел Джек. - В таком случае, сворачиваем шарманку. Спусти меня! - Куда это ты?! - возмущенно-непонимающе воскликнул Бог. - Стоять! Убил - воскрешай! - Каким образом?! - уже раздраженно рычал Охотник. - Мне сейчас вообще не до шуток. Я просто хочу обратно к себе... - "Искусственное дыхание", - перебил Хастур и резко вставил обратно свой орган. - Как закончим, сможешь уйти... Джек не ожидал, что его так грубо снова заполнят, аж громкий стон раздался на всю библиотеку. Альбинос раздраженно рыкнул и, подхватив на руки тело Потрошителя, грубо уложил того на деревянный стол. Почему-то настроение в один миг поменялось, ушла та страстная атмосфера. Раздражала эта резкая смена настроения со стороны Потрошителя. Хотелось сделать все по старинке - поиметь и сожрать. Хастур сразу же взял высокий темп, вдалбливаясь в несчастную дырочку Джека. С уголков глаз стекли тоненькие дорожки слез, а изо рта свободно вырывались развратные стоны. Крупный орган постоянно проезжался по простате, заставляя вздрагивать и прогинаться в спине. - Ха-а-ас... П-ол-лег... ХА-АЙ! Больно! - Джек умоляюще взглянул на Охотника, нависшего над ним. Божество услышал своего партнера, значительно замедлив темп. Раздражение на лице сменилось осознанием происходящего. - Извини, - Хастур плавно нагнулся к лицу Джека, стыдливо боясь посмотреть в глаза. - Я не хотел делать тебе больно... Тонкие и изящные пальцы Потрошителя плавно заправили выбивающиеся пряди белоснежных волос за ухо Божества, а затем Джек утянул второго в легкий успокаивающий поцелуй. Хастур одной рукой накрыл тонкое запястие партнера, плавно поглаживая его. - Когда ты уже заставишь меня кончить? - чуть возмущенно спросил Риппер. - Хм~ Чуточку терпения...~ - усмехнулся Бог, возобновляя движения. Теперь точно можно быть готовым потерять голову. Мягкие губы и умелый язык ласкают чувствительную грудь и соски Джека, прикусывая и оттягивая их. Крупный и горячий член трется о его собственный, а рука поверх них всячески дразнит, приближая кульминацию. Второй половой орган Хастура все глубже внедряется в чрево Потрошителя, заходя в него с разных углов. Из дырочки потихоньку стекало и развратно хлюпало предсемя, прилипая к бедрам и ягодицам. - Г... Ха-а-а.. Глубоко! - еле простонал из себя Джек. На животе даже начал появляться небольшой бугорок, на который Хастур специально надавливал, чувствуя пальцами движения внутри живота партнера. - Й-я... Скоро... Мха~ - пытался предупредить о своей разрядке Джек. - Я тоже... - прижавшись ближе, почти прорычал Бог. Хастур взял самый быстрый темп. Щупальце извивалось в разные стороны внутри чрева Охотника, задевая заветную точку - простату. И снова дрожь во всем теле. Джек прогибался под Божеством, чуть-ли не сам насаживаясь на его член. Второй вцепился в деревянный стол по обе стороны от него. И, обхватив ногами торс альбиноса, Джек кончил: - АХА-А-АЙ! - раздался сладкий стон, приглушая рык Божества. На поверхности и так побитого жизнью стола остались следы от когтей Хастура, а на спине его самого кровавые царапки. Немного отдышавшись, Охотник вытащил своего уставшего друга из ануса Потрошителя. Мышечное колечко сразу же начало ритмично сжиматься и разжиматься, выталкивая из себя белое семя. - Хах, - довольно усмехнулся Хастур. - Ты потрясающий.~ Но, видимо, сказал это сам себе, так как Джека сразу же после разрядки вырубило.