Вспышки отвратительного мира

      Он сломался. В темной подворотне, совсем не дрожа от пронизывающего холода, мужчина лежал практически голый, в одной лишь перепачканной темной рубашке, грудью прижимаясь к земле. Даже при таком тусклом освещении, бросались в глаза его необычно красные волосы. На красивом лице виднелись свежие кровоподтеки, вперемешку с почти зажившими ссадинами. - Вы в порядке? - случайная прохожая, совсем миниатюрная девушка, озабоченно и немного трусливо заглянула в темный переулок.       Мужчина оперся на руки и с усилием заставил себя подняться. Пуговиц на рубашке не было. Девушка вскрикнула от неожиданности, едва увидев обнаженное тело, но не бросилась прочь, а осталась на месте. Возможно, ей действительно хотелось помочь, а не проявить картонную заинтересованность. Но его не интересовало ни одно, ни другое. - Я в порядке, - низкий голос хрипами вырывался из груди, приходилось сдерживать удушающий кашель, - не беспокойтесь.       Девушка с сомнением окинула взглядом мужчину. Красные пустые глаза и избитое тело не внушали ей доверия, но настаивать не стала. Легкий шлейф цветочного парфюма достиг его носа только тогда, когда затихло даже эхо шагов маленьких женских ножек. Он упал обратно на землю и немигая уставился на тяжелые серые тучи. Мысли настойчиво твердили ему, что скоро будет дождь, а значит надо бы найти укрытие. Дилюк, а это был именно он, не хотел. Осенний холод вызывал в нем хотя бы какие-то остатки чувств, а значит холодный дождь мог бы добавить пронзительности. Конечно, он может простыть. Но в самом деле, стоит ли ему заботиться о какой-то простуде, лежа раздетым в грязи? Он засмеялся едва различимым сиплым смехом.       Не то чтобы он не пытался найти другой путь. Первые годы Дилюк хотел приспособиться, стать частью места, где ему недоступны силы стихий. Шок и ощущение того, что из него будто вырвали часть души вместе с Глазом Бога не прошло до сих пор. Удивительное дело, почти всю свою сознательную жизнь Дилюк потратил на то, чтобы контролировать одну из самых своенравных стихий, бросил долгие часы знаний и тренировок на алтарь мастерства, чтобы в один момент всего лишиться.       Вновь послышались шаги, уже знакомый голос окликнул его: - Нет, все-таки мне кажется, что вам нужна помощь.       Девушка осмелела и подошла прямо к нему. Болезненным чувством отозвались её голубые глаза в сердце Дилюка. Мимолетное виденье отступило, позволяя рассмотреть человека, который хотел стать его спасителем. Его очередным владельцем. - Нет. Но если вам угодно, могу прислушаться к вашим желаниям.       Она вздрогнула. Похоже, что в этом районе девушка бывала крайне редко, а возможно и вовсе впервые. Случайности тоже не удивляли Дилюка, теперь нет. Теплый вязаный платок зеленого цвета перекочевал с хрупких плеч на его. Неожиданный жест, только и подумал красноволосый. - Вы сможете подняться? - Пожалуй, но я не уверен, что хорошая идея покидать это темное место в таком виде. - О, не беспокойтесь, такси уже ждет.       Дилюк криво улыбнулся. Ничего необычного, что даже столь миловидное создание было частью круговорота грязи и похоти этого странного мира. Он поднялся почти рывком, позволяя вязаному платку упасть на землю - ощущения от него от теплоты резко сменились жгучим отвращением. Девушка потупила взгляд и жестом пригласила пойти за собой, держась на расстоянии большем чем вытянутая рука. Хотя, подумал Дилюк, можно было бы всего одним рывком настигнуть её и сломать словно тростинку. Да только девчонке было это невдомек - его навыки мечника и бойца тоже не нашли применения, ведь они дополняли и увеличивали силу огня, но никак не являлись вершиной мастерства отдельно. Да и меч, собственно, смотрелся в этом мире смехотворно. Особенно огромный клеймор. Дилюку стало интересно, где же теперь его былой стальной товарищ - в чьей-то частной коллекции или музее, который по глупости счел клинок достоянием прошлого, а не чуждого.       Девушка открыла дверь машины сама - негоже было пачкать такими грязными руками столь яркую рекламу. Такси, хотя скорее "такси", было ослепительно белым, начищенным едва ли не до сияния, пестрело яркими наклейками с разнообразными цифрами и буквами для связи. Символы переливались, перемигивали и всячески пытались привлечь к себе внимание, едва ли не вытанцовывая. Это означало две вещи: там, куда они направляются, будет душ и можно будет наконец смыть с себя всю грязь, и там будут наркотики. Дилюк не знал что радовало из этого его больше. Одно позволяло ненадолго вновь почувствовать себя человеком, когда стоя под горячими струями раз за разом вместе с отмершей кожей сходило всё то отвратительное , что было до этого. Другое давало возможность увидеть на месте покупателей тех, кто зыбким эхом жил на самом краю истощенной памяти. Если очень сильно повезет, а учитывая столь прелестную и юную ищейку шансы были довольно высоки, то можно было наткнуться на медперсонал, который сначала дал бы возможность затянуться бесчисленным синякам и ссадинам. О пище речи не шло. То, чем предстояло питаться было отвратительным, липким и единственным что доступно, кроме воды. От этих мыслей тошнота уже давно не подступала к горлу Дилюка - он привык. - Прежде всего, хозяин должен вас оценить. Если вы не подойдете, то… - Вернусь в тот же переулок, да? - Не совсем, но да       Этот ответ означал, что никто не будет заморачиваться его возвращением. Дилюк подумал, что ему ведь только-только удалось выскользнуть в район, где убийства были редкостью, а дурь вполне сносной - после неё не хотелось кричать, сдирая с себя кожу от боли. Он ухмыльнулся сам себе, ведь эти грязные и дрянные наркотики со жгучими последствиями были почти похожи на его собственное пламя. Быть может, вернуться в трущобы было бы не так уж плохо, хотя ему и было почти все равно.       Еще до того как автомобиль остановился, его попросили завязать глаза. Дилюк и без того уже успел увидеть, что они почти пересекли границу как минимум пяти районов. Неужели его подобрал кто-то из элиты хозяев? Но об этом ещё рано, ведь в таком виде он запросто мог провалить “оценку”. Интересно, сколько достанется этой прелестной миловидной девчушке? Может, её следующий платок будет уже из шелка.       Удивительно, но его не отвели первым делом мыться. Значит, хозяин был более переборчив, чем можно было представить. Лицо Дилюка закрыли плотной темной маской и строго-настрого приказали молчать. Любой звук означал бы полный провал оценки. Что ж, это требование было не таким уж и сложным - его хотя бы не поставили на колени в унизительной позе. Хотя одежду могли бы и дать. Вместо этого совсем скоро с него с силой сорвали несчастную рубашку - так Дилюк понял, что пришел хозяин. Он молча обошел красноволосого несколько раз по кругу, иногда трогая истончившиеся мышцы. И не отвратно ему прикасаться к такой грязи? Странный он, определенно странный - зря попался ему, мелькало в голове Дилюка. Но сбежать было уже абсолютно невозможно. - Сабрина, он почти идеален, я ваш должник, - мягкий голос разлился в воздухе словно весенний мёд, - жду вас послезавтра за дополнительным вознаграждением, оговоренное держите сейчас.       Звуки шелестящего платья подсказывали Дилюку, что девушка почтительно выслушивала эти речи, стоя одним коленом на асфальте. Наверняка, она склонила голову и не смела заглянуть в глаза хозяину. Правила этикета в этом мире были так же безобразны, как и всё остальное. Как и все остальные. Два щелчка - похоже что хозяин открывал дипломат - утвердительный ответ Сабрины, вновь щелчки и хлопок двери машины. Дилюк прошел этот отвратительный отбор и стал собственностью человека, которого даже не мог увидеть. Мягкий текучий голос раздался вновь: - Приведите его в порядок. Как обычно. И ах да, подстригите волосы, до пояса - это слишком.       Где-то вдали послышался обрывок птичьей трели.