Мисс Майклсон

Октябрь, 819 — Кэролайн, — шепот сестры и легкое потряхивание за плечо заставили меня распахнуть веки. — Который час? — сонно спросила я. — Светает уже. Идем. Я протерла глаза и встала, шлепая босиком за удивительно резвой для такого часа Ребеккой. Мы, как мыши, выползли в приоткрытую дверь и побежали по мокрой траве в сторону леса. — А ты знаешь, где искать? — задыхаясь из-за набранной ею скорости, спросила я. — Да! Мы пробежали около мили до того, как я обессиленно упала на траву. — Вставай! — попросила меня Ребекка. — Не могу. — Поднимайся, Кэролайн, он скоро проснется. К тому же мы пришли. Я с облегчением огляделась по сторонам. В двух метрах от меня виднелись заросли ароматной жимолости. — Потрясающе, — улыбнулась я и встала, наблюдая за тем, как ловко блондинка собирает ягоды в подол своего платья. Пожалев свой белоснежный наряд, я оторвала от дерева пластинку коры и наполнила ее спелыми плодами. Возвращались мы долго, старательно сохраняя свою ношу и рассказывая друг другу самые яркие сны. Уже светало, и я улыбнулась, глядя на синее небо. Сегодня волшебный день. Я шла впереди, оглядываясь по сторонам. Тихо. Поселение спит. Придерживая левой рукой свое импровизированное блюдо, правой я с силой распахнула дверь и онемела. Кол стоял в проходе, невозмутимо скрестив руки на груди и лукаво прищурившись. — Э-э-э... — потеряв дар речи, протянула я. — С Днем рождения, Кол, — подсказал мне парень. — С Днем рождения, Кол.

***

Мы сидели на берегу реки, и Ребекка пыталась собрать мои волосы в косу. Я то и дело скрипела зубами от боли и хныкала, сопротивляясь ее напору. День был и правда прекрасным. Лучи солнца щекотали прикрытые ресница Кола, а мы целовали его, бесконечно напоминая, какой он потрясающий. Мне нравилось наблюдать за этой разной и неустанно любящей семьей. За статным и прекрасным в своей суровости Майклом, за нежной и загадочной Эстер. За преданным матери Финном и его маленькой кудрявой тенью по имени Генри. За мягким тактичным Элайджей и за потухшим загадочным Клаусом. За любимыми и светлыми Ребеккой и Колом. Я полюбила их. Отрицать это было бессмысленно, а бороться я не хотела. Иногда пугалась, искала свою цель, но все равно продолжала смотреть на них с трепетом и безграничной благодарностью. — Можно к вам? — с улыбкой спросил Элайджа и протянул сестре малиновую ленту. Она закрепила ее в моих волосах и улыбнулась брату. — Конечно. Элайджа устроился рядом и положил голову мне на колени. Я немного растерялась от этого несвойственного старшему Майклсону поступка, но вовремя взяла себя в руки и улыбнулась ему, смотря сверху вниз. Волосы Элайджи были влажными и спутанными от порывистого ветра. Я теребила его волнистые пряди и пыталась понять, в какой момент наши с ним души объединились. — Тебе очень идет эта прическа, — сказал он, проведя рукой по моей сбитой челке. Я смутилась. — Спасибо. Спасибо Ребекке. — Кэролайн? — Да? — Я рад, что ты с нами.

***

День подходил к концу, и мы засобирались домой. Я рассмеялась над Колом, губы которого были синими от любимых ягод, и потрепала его по волосам. — Заткнись, Клыкастик. Или покусаю! От этих слов мне стало еще смешнее. Какая ирония. Какое подходящее прозвище. — Идем! — я обняла его за талию и обернулась, стараясь отыскать взглядом Ребекку. Но наткнулась не на нее, а на разъяренного Клауса. Он шел со стороны деревни уверенным шагом, и в глазах его прыгали черти. Странно. А я и не заметила, как он ушел. — Ты! — крикнул он, направляя на Элайджу свой меч. — Что ты наплел ей про меня?! — Ты о чем? — Не прикидывайся! Татья. Ты что-то сказал ей. Элайджа освободился от оков и обошел брата стороной. Я не знаю, чего я боялась больше всего: злого Клауса или того, что он может пострадать. Интуиция подсказывала убраться, а ноги сами подходили ближе. — Я не понимаю, о чем ты, Никлаус. Убери оружие и давай нормально поговорим. — Хорошо, — улыбнулся он, отбросил меч в сторону и со всей силы ударил Элайджу по лицу. Тот не остался в долгу, толкнул брата, и они в короткий миг оказались на земле, сцепленные в замок. Я в страхе огляделась. Где все? Ни родителей, ни Финна. — Кол, разними их! — закричала я, но в ответ услышала лишь смешок: — Я что, по-твоему, самоубийца? — Серьезно?! Твои братья дерутся! — Успокойся, Кэр. И отойди подальше. Это частое явление. Завтра уже снова будут друзьями. — Ну уж нет! — твердо сказала я и схватила Клауса за плечи, пытаясь оттащить от прижатого его весом брата. Казалось, что он даже не чувствует меня, продолжая вжимать Элайджу в землю. Губы второго посинели, и мне стало по-настоящему страшно. — Клаус!!! — прокричала я перед тем, как Майклсон отбросил меня в синюю пропасть реки. Вода была не просто холодной — ледяной. Я глотала ее безмерно и отчаянно дергалась, не понимая, почему так свело все тело. Чьи-то руки уверенно вытянули меня на поверхность, и я закашляла, выплевывая остатки воды. — Искупалась, Клыкастик? — посмеялся Кол, помогая мне выйти. Ребекка набросила на меня чью-то куртку и с осуждением посмотрела на брата. Элайджа повернулся к Клаусу: — Извинись. — Нет. — Никлаус, она могла утонуть. Извинись немедленно. Клаус сделал несколько шагов вперед и проговорил по слогам: — Я не стану перед ней извиняться. Я опустила взгляд. Элайджа хотел сказать что-то еще, но я перебила: — Не стоит. Мне не нужны его извинения. Мне ничего от него не нужно. Глаза-хамелеоны заискрились светло-голубым, когда я проходила мимо. К черту все. Теперь пусть хоть поубивают друг друга. Волшебный денек, ничего не скажешь! Умница, Кэролайн. Хотела как лучше, а получилось как всегда. Я выжимала волосы, стоя у ворот, и пыталась взять себя в руки. Сама виновата. В конце концов, Кол меня предупредил. Взгляд Клауса. Он не выходил у меня из головы. Насколько сильной должна быть его ненависть, чтобы так просто плевать мне в душу? Я мысленно ругала себя за глупость и злилась, пока не почувствовала на себе чей-то внимательный взгляд. Вампиризм научил меня резкости, поэтому наблюдатель не успел скрыться, когда я повернулась к нему лицом. Это была женщина. Стройная, с довольно симпатичными чертами и черными, как вороново крыло, волосами. Она не сводила с меня глаз, и я отчетливо видела этот испуг. Смешанный с сомнением и любопытством. — Кто Вы? — спросила я уверенным голосом. Она попятилась назад до самого забора, пока не уперлась в него спиной. Потом усиленно замотала головой и тихо произнесла: — Этого не может быть... Мне хватило секунды, чтобы догадаться, что она не сумасшедшая. — Вы ведьма? Женщина кивнула, внимательно разглядывая меня с головы до ног. — Как Вас зовут? — Аяна. Мне стало тяжело дышать. Не от того, что ее имя мне говорило о чем-то. Просто осознание того, что это ведьма и она, возможно, сможет помочь мне вернуться домой, заставляло меня трепетать. Я знала, что Эстер тоже обучается магии, но доверить ей свою тайну я не могла. Судорожно сглотнув, я схватила женщину за локоть и увела вглубь двора. Она не сопротивлялась — просто продолжала разглядывать меня. Это раздражало. — Ну что ты уставилась?! — Прости. До сих пор не могу поверить. — Ты знаешь, кто я? — Нет. — Знаешь, откуда? — Из... другого времени. — Но откуда ты знаешь? Она улыбнулась. — Я очень сильная ведьма. А на тебе очень сильное заклятье. Сердце мое заколотилось, а голова пошла кругом. Что это? Надежда? — Скажи, а ты... Сможешь мне... помочь? Ее молчание словно деревянный клинок под кожу. Аяна размеренно обошла меня стороной, загадочно бормоча что-то себе под нос, и, наконец, выдохнула: — Да. Думаю, что да.