Мисс Майклсон

Ноябрь, 819 Итак, я влюбилась в Клауса. Отрицать это было смешно и по-детски. Влюбилась в его глаза, наполненные какой-то безграничной мужской тоской, в его светлые волосы и статную походку. Я ловила каждый его жест и пыталась прочувствовать. Хуже всего было то, что после случая с рисунком он снова стал меня игнорировать. Если раньше я могла удостоиться его презрительного взгляда или колкой фразы, то сейчас все стало совсем плачевно. Я отчаянно старалась ненавидеть его также сильно и проходить мимо, не вздыхая, как пятиклашка. Возможно, у меня выходило. Но на душе скребли кошки. Дни превратились в борьбу с самой собой. Я смотрела на него украдкой и боялась быть застуканной. Я любовалась из окна своей комнаты на его неподвижную тень, а ночью закусывала пальцы, слушая стоны Татьи, доносящиеся с крыши. Элайдже тоже было несладко, но в отличие от меня он продолжал бороться. Все еще бросал цветы к ее ногам и очень старался улыбаться. Я навсегда запомню один из наших с ним вечеров. В тот день мы решили наплевать на тренировку и просто сбежали ото всех к реке. Мы жгли костер и смотрели, как малиновое солнце опускается на гладкую водную поверхность. — Почему ты его полюбила? — вдруг спросил он. Я не удивилась этому вопросу. Элайджа. Он потрясающе научился чувствовать меня. Мы могли бы сутки напролет молчать и узнавать друг о друге много нового. — Не знаю. Наверное, потому что он единственный, кто умеет ставить меня на место одним суровым взглядом. Ну, и еще... за глаза. Они у него волшебные. Дальше была тишина. Небо темнело, и я отчетливо чувствовала приближение зимы. — Почему ты полюбил ее? — продублировала я вопрос брата. — Потому что она необыкновенная. Она умеет слушать. И она с ним. А еще я завидовала Ребекке. Завидовала по-доброму, ведь их отношения с Клаусом были настолько тесными, что при виде их — светящихся и преданно любящих друг друга — глаза мои наполнялись слезами. Он водил ее за собой, словно маленькую девочку, играл с ее волосами и что-то мурлыкал под нос, когда она засыпала, положив голову ему на колени. Он раскрывался для меня. Он был нежным. Ни с мамой, ни с братьями, ни со мной. С Ребеккой. В остальном же дела обстояли неплохо. Я окончательно свыклась с этой новой жизнью и даже, возможно, стала походить на местную. Вот только по ночам мне продолжал сниться солнечный Мистик Фоллс и Стефан Сальваторе.

***

Но один из старших братьев Майклсон долгое время был не то что недоступен для меня — недосягаем. Я почти не видела его и считала чужим. До определенного момента. Густые деревья за домом скрывали ветхую избушку. Ее подпирал белый дуб, красоту которого нельзя было описать словами. Я осторожно приоткрыла скрипучую дверь и огляделась. Помещение было довольно светлым, хоть и маленьким. В нем пахло травами и огнем. — Кэролайн, — улыбнулся мне всегда такой молчаливый Финн. — Ты что-то хотела? Я улыбнулась в ответ: — Да, я искала Генри. Он обещал помочь собрать трАвы для чая. — Генри ушел на охоту с отцом. Если хочешь, я могу составить тебе компанию. — Сочту за честь. Воздух был морозным, и я вдыхала его, стараясь задержать где-то в легких, а потом с наслаждением наблюдала за клубами пара, выпуская его наружу. Солнце садилось, и мы следовали по тропе вглубь леса, внимательно вглядываясь в окружающие нас растения и периодически срывая зеленые стебельки. — Тебе нравится наша семья? Такой простой вопрос. И ответ на него не менее прост. — Разумеется. Я не встречала более благородных и чистых душой людей. Я благодарна за все, что вы для меня сделали. Не знаю, что со мной было бы, если бы все сложилось иначе. Брюнет смутился и опустил взгляд. — Ты подружилась с Колом. Я очень рад этому. Я осторожно кивнула. — Да, он... чудесный. Я не заметила, как стала задавать Финну вопросы, на которые тот с удовольствием отвечал. Он был крайне вежлив, осторожен в выражениях и довольно обаятелен. В очередной раз я убедилась в том, что по-настоящему узнать и прощупать человека можно лишь в разговоре. Он рассказал мне кучу легенд и преданий, все о безграничной силе магии и управлении стихиями, а я в свою очередь задала единственный интересующий меня на тот момент вопрос: — А ты смог бы распорядиться вечностью? К примеру, тебе бы выпал шанс стать бессмертным и жить сотни лет... Финн засмеялся. Действительно. Бред. — Не знаю, Кэролайн. Мне кажется, что человек имеет право прожить столько, сколько ему уготовано. А вечность это будет или тридцать лет — неважно. Главное ведь как ты живешь, а не сколько. Я восхитилась. Финн. Такой закрытый, угрюмый, странный. Но жутко умный и проницательный. Своими словами он открыл в моей душе дверь, за которой прятались самые безумные страхи и поступки. Моя человеческая глупость, снобизм, высокомерие. Моя вампирская дерзость, жестокость, жажда крови. Какая разница — человек ты или вампир? Только ты сам можешь выбрать для себя путь. Будучи вампиром можно оставаться человечным, а чтобы стать монстром, не обязательно иметь бессмертие.

***

Я уже засыпала, когда в окно кто-то настойчиво постучал. Стало страшно. Я бросила взгляд на мирно спящую Ребекку и встала, осторожно всматриваясь в темноту ночного сада. — Кэролайн, — тихо позвал меня тонкий голос. — Аяна? Она обернулась, оглядываясь по сторонам, а потом прошептала: — Нужно поговорить. Я набросила на плечи одеяло и вышла на воздух. Холод пробирал до костей, но любопытство было сильнее. После нашего последнего разговора с ведьмой прошло больше месяца. Я боялась быть обманутой, поэтому, когда она наконец объявилась, радости моей не было предела. — Почему так долго?! — возмутилась я. — Искала заклинание. Ты ведь знаешь: ситуация крайне сложная. — Надеюсь, затруднений не возникло? — Нет. Я все нашла. Глупая улыбка выросла на моем лице, и я сдержала порыв, чтобы не броситься на Аяну с объятиями. — Рассказывай. — Для ритуала нужна сила убывающей луны, прядь твоих волос и кровь. — Это все? — Почти. Нужны еще ведьмы. Одна я не справлюсь. Не знаю, насколько безгранична была сила той, что отправила тебя сюда, но сделать обратное заклинание будет втрое сложнее. — Но у тебя ведь есть кто-то на примете? — Расскажи Эстер, — осторожно попросила она. — Она поможет. — Нет! Даже не думай! Ясно?! — взбесилась я. — А вдруг что-то пойдет не так?! Как я останусь в ее доме и семье, если правда откроется?! — Ты не понимаешь... — Это ты не понимаешь! Ищи других! Пожалуйста... — Хорошо. До полнолуния еще две недели. Плюс неделя после. Я найду ведьм и свяжусь с тобой. Я кивнула и поспешила вернуться в дом. Распахнув дверь, я задрожала. На пороге стоял Клаус. Суровый, злой, без намека на сон. Мы дышали друг на друга ненавистью, и меня передергивало от его бесстыдного оценивающего взгляда. Глаза горели пламенем, пугающим и страстным. Что с ним? Кто смог так сильно разозлить его? Если бы я не была уверена в том, что Клаус человек, то подумала бы, что он готов меня съесть. В какой-то момент электричество между нами зашкалило, и мужчина, оттолкнув меня, прошел мимо.