Я не влюблён в тебя

***

      POV Юри.       Просыпаюсь, но не спешу открывать глаза. Ощущаю себя странно, будто что-то не так, но… умиротворенно. Чувствую легкие прикосновения к своей груди. Что за?.. Воспоминания обваливаются на меня, и я еле сдерживаюсь, чтобы не застонать. Сорвался. Он был слишком близко. Поддался на очередную провокацию. Конечно, это всего лишь секс. Кульминация напряжения между нами. Наверное, мне стоит переживать, жалеть, но… Я открываю глаза. Виктор лежит рядом, я сглатываю. Настоящий Виктор Никифоров. С лёгкой, едва заметной паутинкой мимических морщинок, с короткими платиновыми волосами, с потрясающими глубокими живыми аквамариновыми глазами, с яркими теплыми губами, от которых не хотелось отрываться, с идеальным телом… Невероятно глупо жалеть о ночи с совершенством. И я жалеть не собираюсь, но… все это не должно ничего изменить.       — Привет, — ласково шепчет Виктор, заметив, что я открыл глаза. Я лишь прикусываю губу. Как мне себя вести? Что мне сказать?       — Привет, — хрипло отвечаю. Морщусь. Все это как-то по-дурацки, не находишь?       — А я думаю, по-дурацки себя ведешь здесь только ты! — проворчал Шиза укладываясь под другой бок на футон. — Притяни, поцелуй, скажи правду, что это было лучшее в твоей жизни. Извинись за то, что был идиотом, и живите долго и счастливо. Я как можно незаметнее покосился на Шизу, а потом с долгим выдохом потер глаза. Нужно было вставать и уходить. Виктор, заметив, что я собираюсь встать, положил мне ладонь на солнечное сплетение, чуть придавливая.       — Мне даже интересно какой он, — низко и едва слышно начал Никифоров, а я вперился взглядом в его цепкие глаза. — Виктор в твоей голове, — вдоль позвоночника всё занемело. «Неужели он….?» — Лучше ли он меня или хуже… смогу ли я с ним сравниться? — единственное, о чем я умолял свое тело, не выказать всего ужаса, охватившего меня. — Я это всего лишь я, Юри. Может, хоть попытаешься узнать? В ушах стучал пульс. Я уже практически не слышал, что он говорил. Как он…       — А ты думал, наша любовь настолько незаметна? — издевательски протянул Шиза, влюблённо смотря на Виктора. Я на секунду сомкнул веки, давая себе передышку. Крыть было нечем. А лучшая защита — нападение, ведь так? Открываю глаза и упрямо смотрю в аквамариновые омуты.       — Зачем ты приехал сюда, Виктор? — мужчина надо мной вздрогнул. Что? Не ожидал? Думал, я испугаюсь, забьюсь в угол? У тебя тоже скелеты в шкафу, и еще не известно, у кого из нас покрасочнее. — Глупо было бы думать, что и правда ради меня, — я жестоко усмехнулся. — Неудачник из Японии. А сколько таких? Выложили, как я катаю программу? Так не я первый, не я последний, — я привстал на локтях, заставляя Виктора чуть отстраниться. — Зачем ты здесь на самом деле? — я почти шипел, смотря как Виктор отступает. Правильно. Тебе нечего ответить, не так ли? — Приехал, чтобы за мой счет отработать свой кризис? — Виктор дернулся, но я не отступал. — Решил уйти в тренеры? Так иди тренируй Юру, он этого так хочет, что аж на людей кидается, — жестко закончил я, отталкивая его руку и все-таки вставая с футона.       — А ты не помнишь? — тихо, как-то совсем слабо и приглушенно спросил Виктор. Я натянул юкату и со вздохом уточнил.       — Не помню что?       — Тогда, на банкете, — немного резковато отозвался он. — Ты подошел ко мне, мы танцевали вместе, ты говорил, что всю жизнь меня любил, и просил стать твоим тренером, — в запале сказал Виктор. Я поморщился.       — И? — жестко уточнил я.       — В смысле? — опешил Виктор.       — Тогда твои слова в аэропорту — просто издевка. * Я разворачиваюсь и делаю шаг в сторону выхода.       — Юри! — отчаянно позвал меня Виктор.       — Что-то ты в тот момент не бросился ко мне, — сорвался я. — Почему? Потому что я был одним из многих, кто тебя любит. Ведь Юра правильно сказал: я интересен только тем, что сказал тебе «нет». Мое сердце затопила темная густая горечь. Меня не должен больше волновать Виктор Никифоров!       — Ты… слышал? — растерянно пролепетал он. Я выдохнул. Нужно было успокоиться. И так наговорил много лишнего. Того, что говорить не следовало.       — Уезжай, Виктор, — потухшим голосом произнёс я.       — Не уеду, — упрямо отозвался он, встречая мой взгляд снизу-вверх.       — Блять, почему? — не выдержал я. Виктор резко приблизился ко мне, останавливаясь буквально в десяти сантиметрах от моего лица.       — Ты сказал, что не любил меня, — его тихий уверенный голос заставил меня поёжиться. — Сказал, что это было пустое восхищение, так? — Виктор коснулся моего подбородка кончиками пальцев, не позволяя отстраниться. — Я сделаю так, что влюбишься. По-настоящему и в меня настоящего — уверенно и низко сказал Виктор, опаляя меня взглядом и жестко впиваясь пальцами в подбородок. — Я хочу именно тебя. И глупо думать, что это из-за одного отказа. Ты… я не смогу убрать тебя из головы, и я этого просто так не оставлю. Виктор выглядел, как бог войны. В глазах полыхала решимость, на лице мягкость и при этом непоколебимая уверенность.       — Вик…тор, — постарался возразить я, но…       — Я очарован тобой, Юри. Тем, какой ты на льду, и безумно хочу узнать все о том, какой ты в жизни. Внутри меня что-то дрогнуло. Сердце стучало в горле. Надо уходить! Я резко развернулся, вырываясь из цепкой хватки Виктора и буквально вылетая из его комнаты. Мне нужна передышка. Нужно успокоиться и все обдумать.       — Надо же, а он завёлся! — нагнал меня в коридоре восхищенный голос Шизы.       — Сгинь, — прорычал я, входя в свою комнату и хлопая дверью.       — Нет, ну, серьезно, долго ты будешь ломаться? Он же такой лапочка! — раздраженно отозвался Шиза. Я старательно его игнорировал, роясь в шкафу.       — Тебе-то какая разница? — устало уточнил я. Шиза приблизился и обнял со спины.       — Ты такой скучный! — заныл он. — Я просто хочу, чтобы ты был счастлив. А Юри Кацуки не может быть счастлив без Виктора Никифорова, — разъясняя, будто ребёнку, вещал Шиза. Я скинул оплетающие меня руки и процедил сквозь зубы:       — Ты просто надоедливая фантазия. Шиза тяжело вздохнул и сложил руки на груди, непривычно серьезно гладя на меня.       — Истинно так. Но тогда почему из-за меня ты злишься на него? — спокойным тоном спросил он.       — Что? — растерянно выдохнул я, оборачиваясь, но никого не было.