Colors (НА РЕДАКТИРОВАНИИ!)

Ноябрь 23, 1982

      Очередной рабочий день. Всё такой же довольно таки унылый, скучный и однообразный, как и обычно. Паспорта, документы, бумажки, печати, вечный нескончаемый поток людей, их бестолковые бормотания, просьбы, проклятия, насмешки, возмущения по поводу отказа или постоянные хвалебные "Слава Арстотцке!". Ничего не меняется. Как же эта рутина раздражает, честно говоря. Так и тошнит уже от этого всего. Хоть в петлю лезь от всего этого осточертевшего дерьма.       Обычная осенняя погода тоже не блистала особым разнообразием. Тот же пробирающий до костей холодный ветер, вечная сырость из-за дождей, запах прелой гнилой листвы. Всё те же тёмные свинцовые облака над головой, заслоняющие солнце. Всё те же лица снующих вокруг солдат с блестящими тяжёлыми чёрными автоматами на перевес, омерзительный настойчивый запах свежего асфальта, пороха и сырого бетона, высокие стены пропускного пункта, и крошечная будка инспектора. Казалось бы, ты попадаешь в бесконечную временную петлю, где всё одинаково скучно, однообразно и занудно.       Риперу уже основательно надоело это всё, честное слово. Однако, в любом случае, как и любой представитель рабочего класса, возмущаться он права не имел. Должен был по сути радоваться, что у него есть хоть какая-то работа, и даже квартира. Вот только огромной чёрной кляксой эту радость пачкало то, что зарплату его таковой даже и назвать нельзя было. Скудные гроши и центы, которые Деаз отчаянно копил, и которых едва хватало на проживание в квартирке. Именно квартирке. Небольшом помещении из двух комнат, учитывая, что одна из них — крошечная грязная ванна с колонией плесневелого грибка, постоянной ледяной водой и ржавыми гнилыми трубами, которые, казалось, вот-вот не выдержат и лопнут. Вторая комната совмещала в себе одновременно зал и кухню, и большую часть занимал один единственный маленький холодильник и старый обветшалый стол. Табуретка, кровать, шкаф с дешёвой не очень качественной одеждой, — вот и всё, что было у Жнеца. Хоть в одном ему повезло — в отличии от большинства соседей он жил не целой семьёй в десять человек, а в полнейшем одиночестве. Ведь семьи-то у него и не было даже. Однако даже при наличии данного факта, чтобы хоть как-то распределить бюджет и не обнищать окончательно, приходилось порой отключать отопление и не покупать еду. Голодая и промерзая, порой подхватывая болячки, жить было не очень-то и комфортно. Но, однако, мнения простых работников никто не спрашивал. И Рипер замечательно это понимал, поэтому не вякал, тихо сидя в своём уголочке и выполняя всё, что от него требовали вышестоящие. Отправиться в ссылку или быть казнённым ему вовсе не хотелось.       Поправляя своё чёрное строгое пальто, монстр слегка скукожился, уверенно шествуя по дороге к своему рабочему месту, докуривая вместе с этим сигарету. Раннее утро было до чёртиков холодным и тёмным, и единственным, что освещало сплошной мрак, были свет фонарей вдоль дороги, да алый, словно крошечный уголёк, огарок сигареты, зажатой между пальцами. Рипер плохо помнил, в каком возрасте начал курить, кажется, ему тогда было четырнадцать, а-то и вовсе тринадцать. Бросать вредную привычку он и не собирался, даже и не думал. В последнее время пачка "Marlboro" с ментолом была чуть ли не единственным, что помогло сглаживать нервы. Работа на пропускном пункте вовсе не была такой уж приятной. Возможно, дело было в постоянных косых взглядах злости и ненависти тех, в чьих бумагах пропечатывалась ярким красным надпись "Отказ". Либо же в том, что ещё самый первый рабочий день Рипера был омрачнён атакой террориста. Хуже того, чуть ли не каждый день порядок проверки документов менялся, начальство требовало от него большей эффективности, только к этому ещё и сокращало время его отдыха и прибавляло рабочие часы — для повышения работоспособности, как говорили они сами. Рабочий день начинался ранним утром, а заканчивался поздним вечером, хуже того, цены на квартплату медленно ползли вверх, а вот его зарплата стояла на месте, и что-то смутно подсказывало Деазу, что вскоре она начнёт ползти вниз, и достаточно быстро. Ну и дополнением к этому было то, что количество необходимых к проверке бумаг постоянно скакало, то увеличиваясь, то уменьшаясь. То имей одно, то имей другое, то одних пускать нельзя, то их можно пускать, то сверяться с кучей данных, отпечатками, искать контрабанду и бог знает ещё что. Нет, в целом, всё это казалось вполне нормальной процедурой при въезде в другую страну. Тем более с учётом всё ещё накалённой военной обстановки, хоть и война уже закончилась. Но Рипер работал один, почти двадцать четыре часа, шесть дней в неделю, практически без перерыва, и отнюдь не был машиной, чтобы успеть перепроверить миллион и миллиард бумажек, тем более, когда от количества обслуженных людей зависела его зарплата, и так представляющая копейки. Ошибки приводили к штрафам, а за несколько полученных штрафов за день приходилось платить. Находясь в постоянно раздражённом состоянии, ничерта не высыпающемуся, голодному и холодному, Риперу приходилось неимоверно концентрироваться, чтобы нормально делать работу и не ошибаться.       А люди искали другие нелегальные способы попасть через пропускной пункт. Ошибка могла казаться совсем безобидной и незаметной, в номере или серии паспорта, мог быть указан существующий город, но в той стране, в которой его нет, или и вовсе в графе пола стоять крошечная "Ж", когда обращающийся явно был мужчиной. И честно говоря, Рипер чувствовал себя уже чертовски вымотанным работой. Давление со стороны начальства не слабо так действовало на психику, и честно говоря, Деаз уже давно чувствовал себя херово. Достаточно большая часть зарплаты периодически уходила на таблетки и антидепрессанты. К ним подкупалось всё больше пачек сигарет. И если Риперу раньше хватало пачки чуть ли не на неделю, то теперь её едва ли хватало на день.       С недавнего времени даже пограничные солдаты стали замечать откровенно больной вид Рипера. Теперь его фамилия оправдывала себя полностью, и парень и правда выглядел как Смерть — бледный, словно снег, с тёмными кругами под глазницами от постоянной бессонницы и недосыпа, вечно хмурый, недовольный, с мрачным холодным голосом. Ссутулившись идущий по дороге, укутавшись во всё чёрное, кажется, он даже пугал их своим внешним видом. По-крайней мере, они избегали его, отворачивались, делали вид что не замечали, в общем, игнорировали по полной. Не то чтобы Риперу особо было грустно из-за этого, но всё же, иногда ему хотелось кому-нибудь выговориться. Впрочем, он тут же отгонял глупые мысли. Тцк. Ему стоило думать сейчас о другом. И всё же...       "Неблагодарная работа" пронеслось в мыслях. Деаз не решился озвучить эти слова вслух. Не дай бог услышат и сочтут за измену, предательство и вообще, действия против власти. Нужно было быть аккуратнее в том, что произносишь.       Дойдя до пропускного пункта, Рипер уже отметил небольшую очередь пришедших. Их силуэты освещались громадными прожекторами. Скоро подтянутся ещё. Очередной нудный рабочий день начался.       Рипер докурил сигарету и небрежно бросил огарок на асфальт, притаптывая его ботинком. Запах дыма с мятными нотками слегка бодрил, как и чувство никотина в крови. Что же, если он переживёт сегодняшнюю смену, то на полученную зарплату пойдёт и купит себе что-нибудь выпить, и в итоге вхлам нажрётся. Да уж, приятные мысли. Оставалось лишь тешить ими себя, поскольку Деаз прекрасно знал, что в итоге так и не пойдёт никуда за спиртным. Не хватит ему на это денег.       Он вздохнул с разочарованием.

***

      Сидя уже в своей кабинке, скелет с бесстрастным и скучающим видом вчитывался в документы. Глаза шустро пробегались по чёрным буквам, прочитывая строчку за строчкой, изредка отрываясь чтобы свериться со своей кипой документов, проверяя какую-либо информацию. Так проходили минуты, часы, весь день. Бумаги, бумаги, бумаги, одни бумаги. Сжечь бы их всех к чертям собачьим, честное слово. И этот пропускной пункт тоже. Да и вообще всю эту страну.       Стрелка часов, стоящих в углу на рабочем столе, указывала уже на цифру десять. Уже скоро пойдёт одиннадцатый час. Ночи. Остался всего лишь час работы, глаза Рипера уже слипались, а голова отказывалась работать. Зрение расплывалось, всё смешивалось в какое-то непонятное чёрное марево... Ещё и раскалывающая головная боль, хоть волком вой и об стенку бейся.       Вручив документы обратно, Рипер выиграл себе минутный перерыв, с тяжёлым стоном ткнувшись лбом в стол и тихо заскулив. Кажется, ему придётся сегодня потратиться на таблетки от головной боли, если, конечно, он успеет до закрытия аптеки. Потому что это уже невыносимо. Сегодня как назло припёрлось особенно много народу, подавляющая часть которого, во-первых, имела проблемы с документами, а во-вторых, почему-то почти каждый из этой массы посчитал своим долгом поскандалить насчёт этого с бедным инспектором, который вообще-то просто выполнял свою работу и ему было глубоко плевать до того, у кого там какие проблемы и отговорок вроде "я продлил срок, не знаю почему в паспорте не проставили" и всего в этом духе.       Выпрямившись в жёстком стуле, — позвоночник отозвался тянущей болью, — Деаз придушенно застонал. Работа мечты, ничего не скажешь.       Зашёл очередной монстр. Тоже скелет. В белой куртке поверх серого свитера, длинным красным шарфом, обвязаным несколько раз вокруг шеи, в брюках, и без одного глаза. На его месте парило облачко глюков, закрывающих травму. Он довольно и даже доброжелательно улыбался, кажется, вид трупа, на который Деаз был похож, его не пугал. Улыбка на его лице слегка смущала. Уж больно он довольный. Рипер не помнил, чтобы он хоть когда-нибудь такое делал. Наверное, когда-то давно, когда был ребёнком. Хотя и в детстве у него почти не было поводов для радости и улыбок. То есть, если быть точнее, их вообще не было.       — Доброго вечера, инспектор. А точнее, то доброй ночи, — дружелюбно протянул скелет и подмигнул. Однако, его энтузиазм и позитивность кажется не впечатлили инспектора от слова совсем. Даже больше — того это начало раздражать.       — Ваши документы, пожалуйста, — сухо буркнул в ответ Рипер, не отвечая ничего на приветствия со стороны этого парня. Не было у него никакого желания заводить со всякими незнакомцами диалоги. Бестолковый пустой трёп. А с учётом наличия головной боли, усталости и желания поспать, — тем более.       Одноглазый пошарился по карману куртки, — Деаз что, просто так постоянно произносит в динамик "Готовьте документы заранее"? — и, вытащив помятый паспорт с красной обложкой, выдал Риперу. Тот, нахмурившись, взял его.       Обложка явно была склеенна, как и сам паспорт. Местами помятая, из куда более мягкого материала, чем должна быть. На корочке, вместо привычного герба страны, была... Криво нарисованная кобра?       Уже на этом моменте можно было вручить эту подделку её автору и послать лесом далеко и надолго. Но всё же, любопытство взяло вверх и Рипер открыл паспорт, глядя на явно от руки нарисованные строки. Причём, без линейки, судя по тому, что они были слишком уж кривыми. Имя этого пришельца, — если, конечно, можно было верить столь оригинальной подделке, — было Гено Афтер. Страна, из которой это нечто явилось, называлась Кобрастан, — у парня с фантазией явно не очень, — и Жнец не считал эту шутку смешной. За месяцы работы он выучил все страны по соседству с Арстотцкой наизусть, и такого там точно не было. Орбистан — был. А такого точно нет. Да и даже если взять другие уголки мира, то в любом случае, — Рипер был готов поставить на эту всю свою зарплату, — страны с таким названием просто нигде не существует.       — Вы меня совсем за идиота принимаете? — холодно и крайне недоброжелательно поинтересовался Жнец, смеряя этого "Гено" таким взглядом, от чего тот поежился и даже перестал лыбиться. — Или это, по-вашему, смешно? — он говорил тихо, спокойно, но оттенки в его тоне звучали угрожающе и раздражённо.       — Ну... Эм... Ну, я надеялся... Что повезёт? — осторожно спросил Гено и выдавил неловкую улыбку. — Ну пожалуйста?       Если бы между ними не было окна, то Деаз честное слово швырнул бы кусок бумаги в своих руках прямо в лицо этого монстра. А так, ему оставалось лишь пропечатать красным отказ — на другой странице паспорта даже был криво нарисован прямоугольник, подписанный узким каллиграфическим почерком "Сюда ставить Разрешение".       — Не знаю, на что вы надеялись с этим, но теперь проваливайте куда подальше и не тратьте моё время, — Деаз, на самом деле, крайне редко грубил кому-либо, и то, если уж его совсем в шишки достали. Но сейчас, умирающий с голоду, едва не плачущий от того, что голова кружилась и болела куда сильнее, чем пять минут назад, он хотел просто прибить сейчас всех тех, кто полезет в пункт с проблемами в документах.       — Ладно, в этот раз не свезло. Но хей, я ещё вернусь, — весело откликнулся Афтер, правда, тут же слегка примолк, заметив тяжёлый взгляд инспектора. — Паспорт нормальный раздобуду, не переживай, — он подмигнул. — Буду рад ещё повидаться, инспектор, приятной ночи.       Парень, весело посвистывая как ни в чём ни бывало, вышел из пункта и засеменил по дорожке обратно, а Рипер, проморгавшись и осознав всё сказанное, выругался.       — Да пошёл ты, — огрызнулся он.       К сожалению, Гено уже не услышал прощальных слов.

***

      Тупым взглядом впиваясь в паспорт, Рипер чувствовал, как он просто напросто уже не может толком сосредоточиться. Цифры поплыли перед глазницами, да и не только они, но и весь мир — голова кружилась, тошнота подходила к шейным позвонкам. Почувствовав как трясутся его руки, монстр положил документы на стол и уже от собственного бессилия наобум поставил зелёную печать. Уже плевать, верно там или нет, скелет просто чувствовал себя убитым и уставшим.       С последним за его сегодняшнюю смену человеком он разобрался также быстро, — торопливо пролистав паспорт, вбил разрешение и отправил его восвояси. Даже если это обернётся штрафом, то плевать.       Из своей будки он чуть ли не выбежал, стремясь как можно быстрее покинуть рабочее место. На улице было темно, хоть глаз выколи, холодно и противно. Также, как и утром. Но правда свежий воздух слегка облегчил ситуацию, хоть и не намного, поэтому Смерть поплёлся на пределе своих возможностей с максимальной скоростью, по дороге выкурив последние три сигареты из пачки. Благо, дома лежали ещё несколько целых.       Прошло минут сорок с того момента, как он вышел с рабочего места, и наконец стоял на пороге квартиры, дрожащими руками пытаясь вставить ключ в замочную скважину, вместе с этим опираясь телом о дверь и тяжело учащённо дыша. Деаз не знал, как он вообще доковылял до дома. По пути завернув в круглосуточно работающую аптеку, он прихватил сразу пять упаковок анальгина, покуда те были по акции, а фармацевт, осмотрев его беспокойным взглядом, даже предложила вызвать скорую из-за почти что умирающего вида монстра.       Сейчас он уже пожалел о своём отказе.       Кое-как выиграв битву с ключом и дверью, Рипер на подкашивающихся ногах закрыл её за собой и с трудом разделся, с неимоверными усилиями переодеваясь в домашнюю одежду. Вяло умывшись, он закинул в рот сразу две таблетки, — ведь инструкцию по применению читают слабаки, — запил водой и присел на табуретку, пытаясь выровнять дыхание. Есть хотелось невыносимо, голод скрёбся, почти что раздирая надкостницу, но вот только из съедобного в доме были разве что тараканы, да и их нужно было поймать, для начала. Придётся сегодня голодать. Снова.       Наконец, парень дотащил свою тушку до кровати, перед этим запив ещё одну таблетку водой, и со стоном распластался на жёстком матрасе, укутываясь в тонкое одеяло.       По каким-то непонятным причинам в голову полезли мысли о сегодняшнем инциденте.       Как бы там ни было, но всё таки стоило признать, что этот парень был весьма... Оригинален. Ещё никто не делал такого же, что и он. Левые номера? Любимая картина. Кривые имена? Постоянно. Истёкший срок паспорта? Ну это вообще классика. Ошибка в указании пола? И такое бывает. Не та страна, не тот город? Часто встречается. Но чтобы самостоятельно склеенный паспорт, полностью написанный от руки, из выдуманной страны? Это было одновременно так тупо, и так... Забавно?       Рипер застонал, жмурясь и тыкаясь переносицей в подушку. Видимо, ему настолько плохо, что идиотские мысли начали в голову лезть. Вовсе это не забавно. Тупо. Тупо, и оригинально. Но факт оставался фактом, чётким и неопровержимым, пусть и Деаз не хотел его принимать. Этому странному парню удалось его удивить.       Головная боль наконец ослабла, позволяя облегчённо выдохнуть и наконец поспать, чему Смерть был несказанно рад.       И всё же, перед тем, как наконец провалиться в желанный сладкий сон Рипер глубоко выдохнул, уставился в потолок, медленно прикрыл глаза.       И совсем слабо усмехнулся.