Слёзы не помогут

      Прошло три дня с тех пор, как на наш участок завалились чуваки из казино. Мне никто так и не позвонил. Ну, и заебись. Мне же лучше. В школу я не ходил. У меня сотрясение мозга (того, что от него осталось), поэтому я просто лежу и стараюсь не крутить головой. Денег опять нет. Есть хочется. Короче, все как обычно.       Думаю о том, что надо сходить в бар к Джейсу. Давно не виделись с ним. А он еще и накормит. Медленно встаю с кровати. Чтобы голову сильно не трясти. Иду к зеркалу. Все лицо в синяках. Открытые раны уже затянулись. Ну, и синяки стали гораздо меньше. Поправляю волосы. На самом деле, все не так уж и плохо. Я медленно наклоняюсь за рюкзаком. Спускаюсь по лестнице.       Родители снова бухают. У них нет проблем. Правильно! Нет долгов — нет проблем, так ведь? Я хочу уйти как можно быстрее. Прохожу мимо комнаты. Какой-то пьяный мужик задел меня плечом, и я отлетел на полметра. Голова заболела, перед глазами все поплыло. Блять! Тупой урод. Я стараюсь взять себя в руки. Выхожу на улицу. Закуриваю. В последнее время сигареты мне не помогают. Выдыхаю дым и медленно иду в «Вали». Джейс суетится за стойкой, одновременно болтая с Томасом Лайтом. Томас старше меня и учится в другой школе. Они с Джейсом хорошие друзья. Я сажусь рядом с ним. Крафт удивленно вскидывает брови. Этот Малый и правда рад меня видеть. Конечно, радуется он не долго. Мой внешний вид его настораживает. Том тоже смотрит обеспокоенно.       — Что с тобой случилось? — Джейсон перестает работать. Все его внимание сосредоточено на мне. Я прошу его, чтобы он принес мне еды. Он кивает и уходит в кладовку. Том делает глоток пива, продолжая смотреть на меня. С кладовки возвращается Джейсон с тарелкой супа и пачкой орешков. Ставит все на стойку.       — Ну, рассказывай, — теперь они оба смотрят на меня. Я не знаю, что говорить, поэтому начинаю пиздеть, что все в порядке. Упал, блять! Ни один, ни другой мне не верит. Смотрят, как на дурака. Я смотрю Томасу в глаза. На секунду забываю, как дышать. А он красивый… Так… Стоп. Что за мысли такие? Закрываю глаза, отгоняя их. На него смотреть больше не буду…. (а я гигант мысли прям).       — Ты кому заливаешь, Филлип? — Джейс ждет от меня правдивой истории.       — Все нормально, ладно? Просто оказался не в то время не в том месте. Начинаю есть суп. Вкусный. Томас продолжил пить свое пиво. Джейсон еще что-то побубнил, но решил не давить.       Суп был афигенский. Наверняка это был обед Джейса. Но он сам мне его отдал, поэтому я не при делах.       — Спасибо большое! — я вытираю рот, беру орешки. Джейс подмигивает мне. Открываю упаковку. Томас, не спрашивая, опускает руку и берет горсть орехов. Я не против. Все равно не мои. Мы сидим так до вечера. Общаемся ни о чем. Джейсон рассказывает про какие-то курсы для барменов. Я и Томас без особого интереса слушаем.       До конца смены Джейса осталось пять минут. Из бара мы выходим втроем. Вместе мы идем в сторону парка. Людей на улице много. Шумно. Я говорю, что мне херово и мы сходим с оживленной улицы на какую-то тропинку. Через минут семь мы выходим к озеру. Людей нет. Тишина. Я сажусь прямо на землю. Крафт садится рядом, Лайт немного подальше. Джейс достает из рюкзака три бутылки пива. Протягивает мне, потом Тому. Не уверен, что в моем состоянии можно пить, но, если честно, мне насрать. Мы молчим.       — Вот, почему богатые люди тратят деньги на всякую хуйню? — Не знаю, сколько времени прошло прежде чем Томас нарушил тишину. Из нас троих он выпил больше всех, поэтому сейчас взгляд у него….плавающий, а язык немного заплетается. — Вот вы знали, что есть чай, 20 грамм которого стоят 25 тысяч долларов? А раз такой чай продается, значит кто-то его покупает? Вот чем обычный чай хуже?       Не знаю, откуда она все время берет эти факты. Вот, сколько я с ним знаком, он ни разу не повторился. Джейс вздохнул. Я пожал плечами. У меня нет ненависти к богатым людям, если деньги заработаны честно. Если бы у меня была возможность покупать чай за 25к… Наверное, я бы покупал его. Хотя, мне откуда знать.       — Ну, вот вас не бесит? Мы выживаем, а кто-то чай пьет за 25 косарей, — Томас встал и пошел к воде.       — Ты чего задумал? — спросил Джейсон. В ответ молчание. Том просто пошел вдоль берега. Мы с Крафтом взяли вещи и пошли за ним. Лайт немного покачивался, поэтому Джейс его придерживал за плечо. Не знаю, куда мы идем. Солнце уже почти спряталось за горизонт.       — Ладно, я пойду домой, — говорю тихо. Башка раскалывается пиздец! Джейс кивает, Томас что-то мычит. Я разворачиваюсь и ухожу. Завтра уже надо начинать работать. 3 дня выходных — заебись конечно, но пора шевелить задницей (во всех смыслах). Долг сам себя не выплатит. Достаю сигареты. Закуриваю.

Я возвращаюсь в сточную канаву, где мой дом,

Обшарпанные стены, там смерть, микрорайон,

Голые дома, бомжи, алкаши и шлюхи,

Хотели жизни лучшей, но лучше б сдохли эти суки

Наркоманы дохнут, обливаясь собственную рвотой

Рвотой обливая матерей им плоть кровь

Дали им когда-то, но проебали в тот же час глупцы

Что каждый думает, что Бог его когда-то спас

Каждый пидарас считает, что его никем не заменить

Кричи, окстись, ты уже мертв в гробу лежишь

Глава номер 4 — повесть неудавшейся мечты

Шизофрения, не один ведь рядом ты

      Просыпаюсь от крика на первом этаже. Заебали орать! Встаю, иду в ванную. Синяки стали еще меньше. Чудо какое-то. Как на псине все заживает. Умываюсь и спускаюсь вниз. Отец орет на какого-то мужика. Я, игнорируя их, иду на кухню. На меня опять налетел какой-то чел. Я ударился об стену. Голова опять заболела. Даже руки онемели. Урод!       Еды нет. Ещё бы! Наливаю воду и сажусь. В комнату заходит какой-то мужчина (назвать его мужиком язык не поворачивается). Красивый. Гладко выбритый…. В пиджаке (немного грязном). Правда, бухой. Но это ладно. У нас в доме других не бывает.       — Тут поговар — ривают, что тебе деньги нужны, — он косо смотрит на меня. Не может взгляд сфокусировать. Ну, ничего, бывает.       — Сначала покажи деньги, потом будем договариваться.       Незнакомец достает из кармана толстую пачку денег. Я чуть не подавился водой. Закашлялся. Никогда не видел так много денег у нас в доме. Смотрю на него. Раз он бухой и богатый можно загнуть ценник побольше. Встаю. Он смотрит на меня сверху вниз. Пьяно улыбается. Называю цену. Он согласен. Пора начинать работать. (Долг сам никуда не денется).       Идем в мою комнату. По пути я увидел, что батя уже лежит без сознания на полу. Похуй. Поднимаюсь на второй этаж. Незнакомец идет за мной. Заходим в комнату. Я прикрываю дверь. Встаю на колени. Снимаю с него штаны. Он запускает руку мне в волосы. Ничего нового. Я отсасываю ему старательно. Как умею. Он тихо постанывает у меня над головой. Снизу опять слышны крики. Но нам плевать. Я тут работаю! Прошло минут десять, без происшествий. Я сосу, клиент доволен. Чувствую, что он сейчас кончит. Я прав. Пьяный богач сильнее сжимает мои волосы. Сейчас начнется. Почему-то все всегда думают, что сам я не справлюсь. Он начинает вдавливать мою голову себе в пах. Так и знал! Я просто подчиняюсь. А что еще остается? Зажмуриваюсь. Он кончает. Довольно быстро. Но тут уж извините. Сам виноват. С моей стороны все было идеально. Я как всегда. Работник года. Беру деньги, прогоняю его из комнаты. Ну вот. Снова чистить зубы. Зато денег заработал.              Надо бы сделать заначку. Так, чтобы только я про нее знал. Спрятать деньги. И пополнять запас постоянно. Гениально. Носить деньги с собой, учитывая то, где я ошиваюсь постоянно — такой себе вариант. Да. Короче, надо организовать тайник. У меня даже есть идея. Отодвигаю немного комод. За ним есть одна дощечка, которая, если приложить небольшие усилия, поворачивается вбок. Супер. Туда запросто пролезет рука. Просовываю руку. Там мокро. И по руке кто-то пробежал. Фу, блять! Нельзя так просто класть деньги. Надо… Шкатулку какую-нибудь. Откуда у меня, нафиг, шкатулка?! Блять! Сажусь на пол. Думаю. Кажется, придумал. На кухне у нас не бывает никого. Родители не едят, я тоже. Гости тем более. Иду туда. Там пусто. На верхней полке есть несколько банок. Они пустые. В них точно никто не полезет. Беру банку, в которой когда-то была крупа. Этикетка частично стерлась. Это теперь просто грязная трехлитровая жестяная банка. Кладу туда деньги. Ставлю на самый верх. Осматриваюсь. Никто не видит. Супер. В комнате на обрывке записываю. 20к. Чтобы сложить потом. Неплохое начало. В школу сегодня не надо, поэтому беру рюкзак и направляюсь в бар. Джейс сегодня работает. Я его подожду. Потом, может, сходим куда-нибудь.       На полпути в бар у меня зазвонил телефон. Знаете, в чем прикол? У меня нет телефона. Только один, тот самый телефон. Я останавливаюсь. Смотрю перед собой и не могу пошевелиться. Тело как-будто разом отказало. Почему я так боюсь? Не знаю. Вдох. Выдох. Вдох. Беру себя в руки. Достаю телефон. Прикладываю к уху и жду. Не знаю, чего. Чего-то плохого (ну а как?).       — Мистер Мур, доброе утро, подъезжайте к… — говорит адрес. Я молчу. Адрес мне знаком. Это бизнес-центр в городе. Таких как я туда не пускают. — Скажете охраннику, что вы Мур, и что вас ожидает мистер Гривз. Вас проводят. Гудки. Он просто сбросил трубку. Даже не дождался моего ответа. Хах. Точно. Никого не ебёт, что я там отвечу. Ладно. Ещё немного стою на дороге. Просто, чтобы успокоиться и иду на остановку.

***

      Через полчаса я уже на месте. Вижу того самого охранника. Иду к нему. Он напрягся. Не привык видеть бомжей рядом с Центром. «Незаметно» потянулся к дубинке. Говорю же, такие как я тут не в почете.       — Филлип Мур. К мистеру Гривзу. — я сказал громко, чтобы он точно услышал и не отпиздил меня раньше времени (а он точно этого хотел). Охранник немного расслабился. Махнул рукой, типа, иди за мной. Только сейчас подумал о том, что это полный пиздец. Какого хуя я тут делаю вообще? Почему я разгребаю проблемы родителей? Заходим в лифт. Заметил, что руки у меня трясутся. И вообще весь дрожу. Хули мне так страшно? Я же шлюха, разве нет? Ну, вот и все. Очередной клиент. В любом случае, я уже приехал. Помни, что всем похуй на тебя. Только я сам могу помочь себе.       Мы поднялись на сто какой-то там этаж. Охранник еще так смотрит. Как бы говорит: «Все понятно. С тобой и с такими, как ты. Мерзкий неудачник». От этого взгляда легче не становиться. Ну, бля! Куда мне до него! Он работает в бизнес-центре! Охранником! Я рассмеялся. Ну а хули? Не этому придурку меня осуждать. Теперь он смотрит на меня, как на сумасшедшего. Ну и похуй! Он провожает меня до двери. Но перед тем как войти, я показываю ему средний палец. В ответ слышу: «Придурок». Мы в расчете.       Захожу в кабинет. Пока припирался с охранником, немного успокоился. В кабинете светло. Панорамные окна. Один большой стол и крутой кожаный диван в углу. За столом сидит не Гривз. Я, конечно, хз, кто вообще этот Гривз, но за столом точно не он. На меня опять, со своей противно-милой улыбкой, смотрит Роберт Кросс. Я сажусь за стол с другой стороны, кидаю рюкзак на пол.       — Мистер Мур, вы здесь, чтобы подписать договор. Сейчас я вам все объясню. Ваша задача сейчас, слушать меня и понимать, что я вам говорю. Если будут какие-то вопросы, вы сможете задать их после того, как я закончу. Все понятно? — он выжидающе смотрит на меня. И опять эта ебаная улыбка. Как будто я машину покупаю, а не в рабство себя продаю. Урод! Я кивнул, и Кросс продолжил.       — Думаю, вы уже догадались, в чем будет заключаться ваша работа. Но я все равно должен вам это объяснить. На телефон, который мы вам предоставили, будут приходить сообщения. Там будет указано место и время. Настоятельная просьба, не опаздывать. Вы приезжаете в указанное место. Ваша задача — сексуальное удовлетворение клиента. Делайте то, что умеете, — опять его улыбка. Вот придурок! Я ненавижу его уже. Я даже сквозь его аристократский тон слышу презрение в голосе. Меня начинает тошнить. Блять. Так еще красиво сказал: «сексуальное удовлетворение клиента». В глубине души я надеялся, что меня заставят работать официантом. Или горничной. Пофиг. Кем угодно. Хах. Это было слишком наивно с моей стороны. Роберт продолжил что-то там рассказывать, но я не слушаю. Не хочу это слушать. «Делайте то, что умеете». Откуда он знает вообще? Достаю сигареты.       — Филлип, я говорю важные вещи. Не курите здесь. И будьте внимательны, — он смотрит на меня. Без улыбки (спасибо), серьезно. Как учитель, на провинившегося ученика. Я закатываю глаза, киваю. Убираю пачку и снова слушаю (ну я и молодчина конечно). — За один, так называемый, «сеанс» с вашего долга будут списываться двадцать пять тысяч. Сколько «сеансов» потребуется, вы можете сами посчитать. При этом вы можете продолжать выплачивать деньги, чтобы уменьшить количество необходимой, кхм, отработки. Так же не забывайте о процентах. Каждый месяц сумма увеличивается. Все это прописано в договоре............       Мне пиздец! Чтобы выплатить весь долг, я должен с утра до ночи скакать на членах в течение очень большого периода времени. 25к за один «сеанс» (отвратное слово). Это я должен буду 70 раз к нему придти (наверное). И это без процентов! Я тяжело вздыхаю. Опускаю голову. Щас бы бухнуть. Или обкуриться. Роберт смотрит на меня с усмешкой. Ему меня не жалко, скорее наоборот. Злорадствует. Смеется надо мной. «Так тебе и надо, ты заслужил». Он еще что-то говорит, и протягивает бумажку. Я читаю. Мне надо подписать это. Напомните, для чего я это делаю? А, точно! Чтобы с моих родителей деньги не вымогали. Блять! Я согласен подставлять свою жопу каждый раз, когда меня об этом попросят. Так же я обязуюсь никому об этом не рассказывать. Подписываю. Рука дрожит. Еще и холодно вдруг стало. Вот дерьмо!       Выхожу на улицу. Закуриваю. Вижу, как ко мне направляется охранник. Уже другой какой-то. Сука. Здесь тоже курить нельзя. Я разворачиваюсь и ухожу. Райончик тут что надо. Чистые тротуары, дорогие тачки. Так чисто, что аж насрать хочется.