Твоя любовь, сравнима с фиалкой

С тех пор прошло не мало дней. Коротко говоря, наступила зима. Мелкие снежинки, словно балерины, плавно приземлялись на землю и таяли. Как и надежда на изменение Дазая. Даже готовя новогодние украшения, он снова проканал. Так же он сумел снова собрать нашу четвёрку в кабинете после уроков. И теперь нам придётся делать новогодние украшения за весь класс. Что же на этот раз учидил наш шатен? Попытка суицида. Мать его попытка суицида. У него вообще всё в порядке с головой? Ладно, если б он повесился на герлянде у себя дома, но в школе... Это уже переступает все его границы. Я пытался уговорить его не делать этого и Ацуши был за это же. Но он упрямый как осёл. А Чуя просто ржал с происходящего. А нас снова заметила стервочка. Сейчас мы сидим за скучными задолбавшими партами и вырезаем. Тоже мне занятие. Я от этого не надолго отвлёкся в тёмное новогоднее окно. Там танцевали за окном пушистые снежинки. Они прекрасно сочитались с светлыми волосами тигра, на которые я по видимо тоже завис. Ведь он в недоумении посмотрел на меня и спросил: —Эм... Что-то случилось Аку? Я не много завис. А потом сделав вид, что не заметил его слова, отвернулся и дальше начал вырезать. Ещё с детства мне не нравились ножницы. Ведь даже детскими продуктами ада я мог порезаться. А потом просто их забросил куда подальше в тёмный угол своего сознания. Тем более у меня никогда не получалось сделать ровные вырезы не только как девочки, но и по сравнению с мальчиками получилась очень плохо. Один из таких парней, мой сосед по парте. Из-за того что у меня плохо получается зоть что либо, я очень хмурюсь, как говорит моя сестра. И ещё одна причина, это наша парочка из алкаша и суицидника. Дазай бегал от рыжей угрозы, у которого в руках были ножницы, угрожаший отрезать тому бубенчики. Чуе естественно не понравилось, что он не сдох и из-за него он снова влип. Ацуши наконец-то закончил свою часть работы и стал их вешать на окно. И не удивительно, что он единственный кто закончил работу. Ведь эти два дебила носятся друг за другом, я вырезаю 1 снежинку пол часа. А он единственный, который добросовестно делал работу. Но есть одно но... Хоть он и выше Чуи, но до окна не доставал. Я подошёл к нему, чтоб помочь. Взял украшение и повесил его в середину наверх. Но покуда я это делал, я чуть приобнял тигра. И почувствовал его приятный запах. Запах детства, как будто нежная выпечка с ванилью, поэтому после того как я повесил снежинку чуть уткнулся в шею Накаджимы. Ацуши снова занервничал и покраснел, а я сначала не понял, что вообще я делаю. Чуя приафигел и не понял вообще, что происходит. А Дазай как настоящий шипер начал задавать вопросы. Как только я понял, что я делаю, сразу отпрыгнул от ванильной шеи. Закрыл рукою рот и вышел из кабинета. Как не странно, но никто не захотел пойти за мной. Я разнервничался, что происходило очень редко. Неужели... Я влюбился в парня?... Да, нет, мне просто понравился его запах, но... Всё же... Тем же вечером, через 10 минут, я забрал вещи из класса и ушёл один домой. И мне всё равно было, что на меня на орёт та училка. Мне уже на всё было насрать. Я шёл пиная камень по дороге. На улице было темно, но иллюзию света, придавали снежинки. Которые вот вот произведут въюгу. Песни в плейлисте так и менялись, без надежды быть услышаными мной. Пришедши домой, я свалился на кровать, уткнувшись в подушку. Но как не странно не спал. Просто не хотелось. Есть я перестал, хоть и до этого не очень любил поесть. За несколько дней, единственное, что у меня появилось это синяки под глазами, постоянная усталость и избегание тигра... Да и всех в общем-то. Накаджима просто нервничал, когда я собирался заговорить с ним. Так же он попросил учительницу отсадить его от меня. Никто другой и до этого не особо хотел со мной общаться, но сейчас я выглядел ещё хуже. А Дазай и Чуя были на домашнем обучении, по их же вине. Возможно... Это начало конца.