Марионетка

Сирена надрывала свою механическую глотку, блоки-наблюдатели засекли попытку побега. Трое стражников телепортировались по вызову в камеру экстренного реагирования и, получив от раздатчиков самые лучшие доспехи, оружие и магические эффекты (если их у кого-то не было), уже чуть ли не бегом двигались в сторону одиночной камеры строгого содержания по коридорам, предназначенных только спец-персоналу. Но заключённого там не было. Он исчез, оставив пустые четыре стены и пол из обсидиана. Сэм, как только перестал пялиться в пустоту помещения, приказал новому работнику — Бэд Бой Хало, перепроверить работу всех механизмов в ближайший час, что было невозможно, так как система красного камня была огромных размеров и имела много мелких нюансов. Занимала такая проверка несколько дней, да и только в том случае, если ты знаешь всё об этой системе. Второго ушастого работника он отправил осматривать периметр Хранилища Пандоры на наличие повреждений, подозревая систему в том, что она просто не оповестила о возможном вторжении лицом извне. Но, по донесениям Антфроста, время от времени издававшихся из динамика рации, никаких подкопов, башен, ведущих на крышу, или туннелей к сердцу тюрьмы не было обнаружено. К тому же, древние рыбы-стражи не были убиты и продолжали плавать в отдельных скрытых хранилищах с водой, накладывая эффект утомления на всяк сюда входящего. Такой расклад событий наводил на отчаянные мысли и казался просто дурным сном; кошмаром, если можно так назвать. Сэм надеялся и даже в какой-то мере желал, чтоб это не было действительностью. Не мог же он просто так, на ровном месте, оплошать, провалиться как последний неудачник и позволить единственному заключённому сбежать, верно? Он же не долбаёб. Томми его непременно так назовёт, если узнает. В голову пришла весьма хорошая, но в то же время отвратительная для него самого мысль о том, что эту новость можно засекретить. Ограничить все посещения, аргументируя это тем, что в системе безопасности неизвестные проблемы или баги. Запереть ворота Нижнего мира, которые ведут в приёмную, навсегда. Самому скрыться в стенах массивной постройки и не выходить на связь месяцами, словно самому стать заключённым этих стен. Пока жители сами всё не поймут. Пока сами не предпримут меры. Но он же не трус. Он же не может подвергнуть опасности всех, спасая свою собственную душу от разочарованных, гневных и укорительных слов, выкрикиваний, молчаливых взглядов. Он не сволочь, заботящаяся только о целостности своей задницы. Глава стражи, подавив панику и идиотские мысли, осмотрел камеру. Нет никаких следов побега. Только кровавые, уже засохшие, оставшиеся после восьмого визита Кью. Но интересная вещь обнаружилась в сундуке. Вернее, в одной из книг-рукописей, название которой было «Записи Пандоры» (символично), наверно, по рассеянности оставленной там её хозяином. Среди каких-то дурацких зарисовок и записей, которые мог оставить только безумец, проявлялись фразы, немного заляпанные красным, похожие на неполный диалог: «Нет имени. Называй меня Грёзы» «Я не нереален.» «Хочешь уйти отсюда?» Какой последовал ответ, было очевидно. Но поверить в то, что этот диалог не был ничем иным, как проявление бредовых галлюцинаций владельца записей — означало самому себе признаться в доверчивости и глупости. Почерк ничем не отличался от того, что был на предыдущих страницах. Но сам факт того, что это писал человек, ранее сидящий в этой комнате месяцами и испытывающий не только моральное, психологическое, но и физическое, с недавних пор, давление, не давал поверить в реальное существование сторонников, причастных к побегу Дрима. Сэм наспех провёл логический анализ у себя в голове и решил всё-таки забрать книгу как улику. «Общее состояние редстоуновой системы в порядке», — донеслось обрывками из рации.

***

Уже через два часа небольшая кучка людей столпилась у входа в здание лишения свободы. Они достаточно громко обсуждали причину созыва, так как она была неизвестна. Администратор тюрьмы самым быстрым и лёгким способом оповестил всех, кого смог — отправил сообщение, а затем сразу же стал думать над тем, как в мягкой форме преподнести столь шокирующую информацию. И вот, спустя пару часов люди нетерпеливо уже ждали объяснений. Портал зажёгся, и из него вышли три фигуры в доспехах. Толпа сразу затихла. Стражники подошли ко входу. Вперёд на два шага, к людям, вышел Сэм. Из-за респиратора, который выглядел очень даже футуристично, сложно было прочитать его эмоции. Но из-за потупленного взгляда, так и веющего отчаянием и виной, многие встревожились. Такой же взгляд у него был, когда с Томми произошёл несчастный случай. Повисло напряжённое молчание. Но прежде чем хоть кто-то успел открыть рот, чтобы всё же спросить, что случилось, владелец ёбанного казино тюрьмы снял дыхательный аппарат, чтоб его было лучше слышно, и, вдохнув побольше воздуха, стал издалека, медленно и спокойно, насколько можно в данной ситуации, объясняться. — Спасибо, что вы все пришли. — начал он. Его дыхание было рваным, губы немного дрожали, но он пытался это скрыть, поджимая их, — Я хотел вам сообщить о некотором положении дел. — его голос был громким и уверенным, несмотря на то, что творилось в голове. Все приготовленные слова смешались в одну большую кучу и так и желали вылиться одним неразборчивым потоком, среди которых выделялись искренние извинения и чувство огромной вины перед всеми. — Все вы в курсе, что это за здание. — некоторые из толпы кинули беглый взгляд на постройку весьма внушительных размеров, — Все вы уведомлены о том, кто здесь находится. — чуть ли не послышался единый голос, раздавшийся у многих только в голове. Люди все вместе подумали об имени сидельца. — И вы все знаете, что произойдёт, если он по ужасной для нас, но счастливой для него, случайности, покинет это место. — тут у каждого человека в памяти промелькнули самые яркие и, возможно, самые негативные воспоминания из их жизни. Они могли быть совершенно разными, но всех их объединяло только одно — зелёный цвет. Конечно же, никто не желал свободы этому подлецу. Сэм замолчал, но потом тут же тихо, прискорбно, опуская плечи и глаза, произнёс, — Простите. Он сделал шаг назад, давая понять, что он закончил. Всё вокруг утонуло в молчании. Томми, стоящий впереди всех, нахмурился, раздумывая над тем, к чему было последнее слово. И лишь одна мысль была ужасающе верна. Он нервно взглянул на своего надёжного друга Таббо, стоящего рядом, дабы опровергнуть своё предположение. Но в его чистых глазах, которые часто скрывались под чёлкой, читалась та же самая догадка. — Какого чёрта это значит? — спросил Иннит, сжав руки в кулаки. Он был готов броситься с предъявлениями, матом и криками на оповестителя. Но как только почувствовал, что его взяли под локоть, и, кажется, навряд ли так просто отпустят, решил не начинать скандал. — Это значит, что его больше здесь нет. — таким же тоном, что и до этого, ответил Сэм. — То есть, ты хочешь сказать, что он сбежал? — вступил в диалог Ранбу. Он не кричал, его речь была сдержанной и вежливой. Тот кивнул. — Но как? Это же невозможно. — Я не знаю. — честно признался тюремный смотритель, — Аппараты видеонаблюдения в камере вышли из строя, и снова начали исправно работать только после того, как я побывал там. Самого момента побега на записи нет. Да и навряд ли запись могла бы хоть как-то помочь, так как никаких следов попыток разбить обсидиан я не нашёл, а переплыть занавесу из лавы у него навряд ли получилось бы. — Есть хоть какие-то предположения? — поинтересовался гибрид. Ответ был отрицательным. — В любом случае, нам теперь нужно будет быть осторожнее. — подвёл итог Таббо, теперь переживая не только за себя и друга, но и за свою семью. Все, как один, согласились с этим утверждением и решили пока что разойтись и обдумать план последующих действий по одиночке, так как, скорее всего, Дрим скрылся в совершенно никому не известном направлении и точно не заявится сюда без полного комплекта зелий и зачарованной брони и оружия. Следующий сбор состоится через три дня. Достаточно времени, чтоб обдумать произошедшее.