Заклинания в звездах

📜📜📜

Ацуму был точно уверен, что сходит с ума. — Куро-о! — задумчиво тянет Мия. — Как это, чёрт возьми, возможно? Тецуро раздражённо вскидывает голову. Мия уже час непонятно себя ведёт и совершенно никак не объясняет своё поведение, второй брат, наоборот, ни слова не обронил и куда-то свалил, видимо, от Ацуму подальше. У того сегодня явно было разговорчивое настроение, а когда у Ацуму разговорчивое настроение — это понимают все. — Я вообще ничего не понимаю! — Послушай, если ты собираешься продолжать ныть, а не объяснить, в чём дело, то я не намерен тебя слушать. «Своих проблем хватает», — хотел было добавить Куроо, однако вовремя остановился. Всё же эта фраза была немного жёсткой, особенно по отношению к Ацуму, принимающему всё близко к сердцу.       Ацуму медлил, тщательно всё обдумывая, пока не собравшись с духом, не вывалил все гложащие его мысли: — В общем, мне приснился сон, будто Хината был рядом, но это было настолько реалистично, как будто бы происходило бы наяву! Ты даже не представляешь, как мне теперь сложно осознать, что это был всего лишь сон! — Ну ты и нытик, — фыркнул Куроо, тактично умалчивая, что это был вовсе не сон, а реальность.       Когда Куроо вернулся с урока пораньше, так как ему надо было забрать проект по зельеварению, он был совершенно обескуражен, увидев спящего Ацуму и красного, как летний закат, Шоё.       Рука рыжего покоилась в волосах Ацуму, а сам он, облокотившись о стену около кровати, испуганно смотрел на пришедшего.       Они оба негласно дали обещание — не говорить никому и, в принципе, не поднимать эту тему.       Интересно, какая была бы реакция у Ацуму, узнай он, что это было взаправду? Конечно, это были бы вопросы, начиная от: как Шоё оказался в слизеринском крыле, а если быть точнее, в их с близнецами комнате? Заканчивая: какого хера он тут забыл? Хотя, как говорят маглорождённые: «Меньше знаешь — крепче спишь». Мастерски пропуская речь Мии мимо ушей, Тецуро устало пялился в стену, раздумывая о своих проблемах, а если быть точнее, то об одной. Яку Мориске. Кажется, им с Ацуму обоим не везёт с гриффиндорцами.       Тецуро не то чтобы сильно парился насчёт Яку, однако его очень напрягала недосказанность. Разумеется, чувств к нему у него нет и подавно; было весело подкатывать и флиртовать, возможно, устроить парочку свиданий, но не более. Конечно, с Осаму и Ацуму он частенько забавляется, что заполучит Яку, что это не просто игра.       Но ведь на деле это просто шутки с близнецами, и происходящее — абсолютно точно игра. В два игрока — Яку и Куроо. Лишь игра, верно? Тецуро даже не мог понять, друзья ли они. Однако было что-то, что неимоверно раздражает. Это что-то — Лев Хайба, излишне озабоченный Яку. Нет, Куроо не ревновал, ни в коем случае: просто ему не нравилось, как Лев ненавязчиво (как сам Хайба думает) дотрагивается до Мориске и пытается привлечь внимание.       Какого вообще чёрта? Он даже не во вкусе Яку! Ну, не то чтобы Куроо знал вкусы Яку, но всё же… Тецуро никогда и никому не признается, но Яку был интересен. Не в плане внешности, он был интересен… в поведении.       В тот день, когда Куроо от скуки выпросил у Мориске помощь с учёбой, он даже и представить не мог, что настолько проникнется к парню. Он ведь до этого знал Яку только по общим друзьям: тот частенько зависал с Акааши, а где Акааши — там и Бокуто. С первого курса они подкалывают друг друга, с первого курса они знают лишь базовую информацию друг о друге.       Яку любит кошек, свой факультет, квиддич, горы. На этом знания Тецуро заканчиваются. Точнее, заканчивались: с каждым занятием Куроо подмечал всё новые и новые детали, и это было… необычно. Но весело. Очень даже, особенно злить гриффиндорца своими недоподкатами и посягательствами, провоцируя на бурную реакцию. Для Куроо Яку не друг и уж тем более не что-то больше. Мысли о том, что это может перерасти во что-то серьёзное, слизеринец даже не допускал.       Яку просто интересный, не более.

📜📜📜

— Ты уверен, что хочешь пойти один тренироваться? — Теру-Тер, всё в порядке, мне надо побыть одному, охладиться. Всё же, скоро соревнования. — Нехорошее у меня предчувствие. Хината глубоко вздохнул: и в чем же его «нехорошее предчувствие» заключается? Будто Шоё не способен постоять за себя. Ох, да даже если не способен — он быстро бегает! У него есть все шансы свалить, если начнутся проблемы, даже неважно, какие. Хината, в принципе, и не против напарника — всё же игра становится интереснее, когда на поле идёт борьба за снитч, а не просто тренировка его захвата. Шоё даже думал позвать кого-то из знакомых, может, Сугавару-сана? А может, Яку? Или… Ну, может быть, самого Мию — нет, не Ацуму, здесь больше подходит Осаму. Шоё всё ещё сторонится младшего близнеца, свято веря, что Ацуму злой. Взять ту же шутку, когда Ацуму назначил «свидание» (свидание же?..) и не пришёл. Возможно, Шоё принял это слишком близко к сердцу… Но так обидно и унизительно! К чему вообще это было? Терушима хоть и предупреждал о натуре слизеринца, однако он всё-таки не всегда бывает прав. Как бы Осаму и другие ни пытались доказать, какой на самом деле Ацуму, Хината был непреклонен в этом плане, даже несмотря на случай недельной давности — болезни Мии-младшего. Тогда Мия-сан был до невозможности… Нет. Хватит. Надо побыть одному. — Юджи, всё правда в норме. Если хочешь, можем завтра вместе потренироваться. Стойко выдержав тяжёлый взгляд, рыжий слегка улыбнулся, пытаясь смягчить недовольство друга. Этот взгляд, которым прожигал его Терушима, кое-что ему напоминал… Их первую встречу. Познакомились они совершенно случайно. Как только Хината поступил в Хогвартс, он был довольно активным, что очень отпугивало людей. Не считая друзей детства — Коджи и Изуми — ему не с кем было общаться.       И вот однажды у них с Терушимой произошёл конфликт.       — Так это, чёрт возьми, ты! Скитаясь по коридору с метлой, Хината резко развернулся. Он совершенно не ожидал увидеть второкурсника (или он старше?), грозно надвигающегося на него.       Выцветшие волосы, весь в пирсинге и со злым взглядом. Похоже на Слизерин. — Мелкая пакость! Ты украл мою метлу! — Чего?! Хината стоял в изумлении. Да как этот человек смеет такое говорить? — Наглый воришка! — Это моя метла! — блондин закатил глаза на эту реплику и попытался отобрать. — Нет, моя! Ну и что за манеры? Хината хотел было развернуться и уйти, пока крепкая рука не сжала его плечо. — Рыжий, да ты не оборзел ли? Началась потасовка, в ходе которой Хината огрел по голове, а Терушима — по челюсти. Пока они пытались выяснить отношения, их обоих заметили и отослали к директору. Были долгие споры, ругательства, даже извинения. Они так и не смогли подружиться ни через месяц, ни через два.       Как выяснилось, Терушима — так звали того хулигана — учится на Гриффиндоре и всего на год старше самого Хинаты.       Что же случилось с метлой? Никто так и не смог выяснить, кому именно она принадлежала, и директор вынес решение её изъять. Бедному Терушиме, скрипя зубами, пришлось покупать новую метлу. А Хината… А Хината ни за что в жизни не признается, что нашёл точно такую же, а именно свою метлу, забытую в раздевалке, спустя неделю после инцидента. Всё-таки та метла принадлежала Терушиме… Но Хината никогда не признается. В коридоре и в общей гостиной Юджи всячески пытался задеть парня. Всё продолжалось до того момента, пока Хината и блондин не встретились впервые на поле. Это было вечером, они были одни и оба пришли отдохнуть от людей и потренироваться. С трудом сохраняя спокойствие, Юджи наблюдал, как Шоё нарушает ряд правил в квиддиче, а его жалкие попытки поймать снитч, не зная базовых правил, оставались безуспешными и вгоняли в дикое раздражение. В один момент он не выдержал. Тогда именно Терушима был первым, кто объяснил правила и дал пару советов Хинате. Вскоре они начали видеться чаще, а через год и вовсе договорились с деканом поселиться вместе.       Так зародилось их приятельство, а затем переросло в дружбу. Каждые каникулы Хината ездил к Юджи на пару недель в гости, мама блондина ему стала как родная. Семья приняла его. Юджи же бывал у друга всего пару раз. Шоё было неловко приводить друга в свой крохотный дом на окраине Лондона, да и туда добираться было сложно.       Отец Шое был магом, а мать простым человеком. Раньше они жили хорошо, до одного момента. В один день, когда Шоё было одиннадцать, а Нацу только-только два годика исполнилось, их отец и ушёл от них. Мама тогда долго плакала. Вскоре начали всплывать старые долги отца. Мама много работала и не бывала дома даже по месяцу.       Из просторного дома им пришлось переехать в старенький домик около болота. Там было красиво, но так… тесно? До того, как Шоё уехал в Хогвартс, Нацу спала на диване в гостиной, было неудобно и некомфортно. Его мама изо всех сил пыталась подняться на ноги, хоть и не особо получалось. Шоё вырос не то чтобы бедным, но слегка обделённым и с тех пор постоянно стыдился своего дома.       А вот Юджи дом понравился. По сравнению с двухэтажным домом родителей Теру, маленький домик Хинаты казался очень уютным.

📜📜📜

— Нет. Знаешь, Теру, лучше мне проветриться одному, если что, я позову. Не дожидаясь ответа, Хината развернулся, захватив с собой метлу.       Денег катастрофически не хватало, мама Шоё недавно серьёзно заболела, и Хината подумывал бросить учёбу и пойти работать разнорабочим. Он ведь единственная опора в семье. Он должен заботиться о сестре и матери.       Раздумывая, как лучше поступить, Хината не заметил, как дошёл до самой площадки. Глубоко вздыхая, он открыл небольшой ящик, стоявший около трибуны, и выпустил снитч и пару бладжеров. — Хината? Какая встреча, мы так и будем натыкаться друг на друга? — А? — оглядываясь назад, он увидел фигуру Мии. Мии Осаму. — Привет, не ожидал тебя встретить. — Ха-а, я тоже, — нервно смеясь и постоянно оглядываясь назад, ответил Мия, — не ожидал. — Ты тренируешься? Я не особо хотел сегодня тренироваться с кем-то. Хината замялся. Он даже не знал, как себя вести, было все ещё неловко с этим человеком. — Нам уйти? — Нам? Мия непонимающе склонил голову, пока осознание своих действий не настигло его. — Оу, хм, нам — это мне и… — мысли лихорадочно мешались в голове: что же сказать? Хината непонимающим взглядом впился в Осаму, ожидая ответа. Какая нелепая ситуация. — Мне и моей метле. Заметив ещё больше непонимания на лице рыжего, Осаму добавил: — Ха-ха, знаешь же, метла как живая — иногда забываю, что это просто предмет, вот и говорю глупости. Господи, как же тупо. Даже идиот в это не поверит. — А! Понимаю, я бы не хотел вас выгонять, но и сам уходить не хочу… Поэтому придётся совместить тренировку? Видимо, Хината всё-таки идиот, раз поверил. «Прости, Цуму, но у меня нет выбора». — Придётся. Ацуму, прячась за трибунами, пытался изо всех сил подслушать разговор. Его брат знаком с Хинатой? Как давно? Почему не сказал? Судя по улыбке Шоё, их отношения с его близнецом лучше, чем у него самого с рыжим.       Это расстраивало. Ну вот почему всё самое лучшее Осаму?! Они поднимаются на мётлах? Что происходит? Они собрались тренироваться? Блондин в непонятках смотрел, как его брат и Хината так спокойно вместе находятся. Как же это начинало злить. Почему он не мог быть на месте Осаму? Чёртов Саму. Они пришли сюда потренироваться вдвоём впервые за этот месяц, всё-таки экзамены сильно ударили по голове, да и основных тренировок было уйма. Но, не успев даже разогреться и сесть на метлу, Ацуму запихнули за трибуны и попросили помолчать. Осаму обещал, что разберётся за пару минут с проблемой. Но с какой именно, так и не объяснил. Когда же Ацуму сообразил, брата рядом уже не было. Он был на трибуне. Рядом с Хинатой. Так хотелось выйти, но он знал, что Шоё напугается, а с рыжим надо было действовать осторожно, чтоб не спугнуть. Тупой Саму!       Немного выглядывая, блондин обомлел. Хината, милый, краснеющий, находился так близко к Осаму! Что за чушь?! Тысячи вопросов появлялись в голове парня. Они были ранее знакомы? Они встречаются? Поэтому Осаму спрятал Ацуму?       Тем временем Хината и Осаму вместе воспаряли к небу на мётлах. Так, значит, совместная тренировка у них. Ну, это ненадолго.

📜📜📜

Вечерело. Ойкава ворочается: как же сложно уснуть, однако.       В голову лезут разные мысли, не давая спать. Как же странно это всё. Его так тянет к этому парню… Как это может быть?       Голова болела, как никогда, в ушах стоял шум. Ох, не дай Мерлин заболеть, как Ацуму.       А ведь раньше за ним Коуши ухаживал… Сугавара, — мысленно поправил себя Ойкава. Нет. Достаточно. Забыть. Отпустить. Сугавара это сделал. Никто другой, это он захотел прекратить. Это он захотел стать незнакомцами. Ох, как же хотелось воспользоваться маховиком и вернуться назад во времени.       Видимо, уснуть у него уже не получится.       Можно было бы и прогуляться. Ох, как же Ойкава устал.       Все эти богом забытые чувства к Сугаваре снова всплывали.       А были ли эти чувства? Ойкава не знает.       Тоору вспоминает, как не мог спать ночами, думая о новой встрече с Коуши. Он пытался занять себя работой, увлечениями, но всё это было бесполезно. Его мысли были только о том, как бы поскорее увидеться с другом. Ведь с другом же, да? Они никогда не говорили об этом напрямую, но оба знали, что между ними крепкая связь, и эта связь отличается от простого приятельства или дружбы. Но они были так молоды, так юны, чтобы это принять. Так глупы, чтобы сделать шаг в пропасть и поговорить об этом. Никогда ничего не заходило дальше флирта, и оба они довольствовались статусом «друзья». Но стоило ли это молчание того? Он понимал, что ему нужно двигаться дальше, но это было так сложно. Он продолжал гулять по улицам, смотреть на прохожих, но его мысли были только о нём. Он знал, что ему нужно забыть его, но это было так трудно. Он должен идти дальше, несмотря на боль и разочарование. Он должен находить новые увлечения, друзей, чтобы заполнить эту пустоту. Ойкава порывисто выдыхает. Как же он устал.       Он смотрит на маленькую аллею, по которой, если пройтись, выйдешь на прудик со старенькой скамейкой. Раньше Коуши часто зависал там с Ойкавой. Они часами слушали друг друга, делали домашку, шутили, смеялись. Были собой. Были просто детьми, только поступившими в Хогвартс. На них ещё не давили экзамены, они были просто счастливыми, влюблёнными мальчишками. Тоору засмотрелся на эту аллею. Почему бы не сходить туда? Взвешивая все за и против, он неспешным шагом направился к тропинке. Он вдыхает свежий воздух и оглядывается. Здесь так ничего и не изменилось: большой камень, где Суга и Тоору часто читали книги; высокое старое дерево, на нем всё те же надписи, вырезанные школьниками, где писались первые буквы имён и сердце. Если Ойкава не ошибается, где-то и их с Сугой есть. Когда они были ещё детьми и не видели разницу между любовью и дружбой, высекли каким-то старым ножом свою надпись.       Ойкава хотел было на неё посмотреть, но как-то сердце кололо, да и там столько этих надписей, уже и не разберёшь, где чья.       Ойкава продолжил свой путь, пока не дошёл до того самого места. Прекрасная природа окружала маленький прудик, на котором плавали листья и цветы. Вода была прозрачной и спокойной, словно зеркало, отражая облака на небе. Вокруг прудика росли высокие деревья, их листья шелестели на ветру, создавая мелодичный звук. На берегу стояла уютная скамейка, сделанная из тёмного дерева. Она была простой, но хранила уют. Рядом с ней росли цветы разных оттенков, создавая яркий ковёр на земле. Это было место, где можно было расслабиться и забыть о проблемах. Отражение ярких красок в воде создавало волшебный эффект. Это было место, где можно было наслаждаться красотой природы и находить вдохновение. Вот только одно выбивалось из привычной картины. Сидевший на скамейке Сугавара Коуши как-то странно смотревший на пришедшего Тоору. Ну вот. Приплыли.