Все могут короли

      Рука взмывала вверх несколько раз, но бессильно падала, приблизившись к двери. Казалось, он стоит тут уже всю ночь, и вот-вот начнется рассвет. Но часы на каминной полке сообщили удивленному Дину, что с того момента, как он лег в постель, прошла всего пара часов.       Темнота и тишина в комнате Каса злили. Как он смеет преспокойно спать, когда его король уже готов сам себя ногтями разодрать, лишь бы избавиться от проклятого ЗУДА?!       Дин стоял и накручивал, накручивал себя, подкидывал полешки мыслей в свой костер, потому что знал — только в настоящей ярости ему хватит смелости войти.       Кажется, вот сейчас. Или сейчас, или уже никогда.       Он взял с прикроватного столика свечу, поджег от едва теплящегося пламени в камине, вернулся к двери Каса, дважды глубоко вздохнул, словно собирался нырять, проигнорировал необходимость стучать и просто открыл.       Все его усилия по разжиганию в себе злости оказались напрасными. Ее только и хватило на то, чтобы войти, и запал тут же закончился.       Кас не спал.       Он сидел на подоконнике у открытого окна, свесив одну ногу вниз и опираясь на согнутую в колене вторую. Ночная сорочка задралась, почти обнажая бедра.       Сорочка Дина мгновенно обрисовала холмик в районе его паха.       Что ж, это должно было случиться. Два часа метаний и болезненных попыток сдержать себя слишком утомили его. Силы воли больше не осталось, и вот он стоит на пороге комнаты своего слуги с дикой эрекцией.       — Ваше Величество… — прошептал Кас, повернув к нему лицо, едва освещенное отдаленными парковыми фонарями. — Вам не спится?       Огонек свечи выхватил влажные дорожки на его щеках.       — Я… — сипло выдавил Дин. Сглотнул, чтобы избавиться от застрявшего в горле кома, заговорил хрипловато, но уже громче и четче. — Кас, я не могу так больше. Не могу!       Кас спустился с подоконника, но с места не сдвинулся. Глаза сделались настолько огромными, что Дин, наверное, смог бы в них провалиться. Хотя… Он уже провалился давным давно.       — Мне это нужно, Кас. Ты же видишь, ты знаешь, что со мной происходит. Я хочу. Мне надо!       И ему действительно надо. Дело даже не в сексе — этого у него с лихвой. Ему хотелось напиться другими, более пикантными ощущениями, окунуться в них с головой. Мужское тело в его руках — крепкое, выносливое, с которым можно в полную силу. Царапающая кожу чужая щетина, из-за чего кажется, эрогенные зоны просто повсюду. Мускусный запах мужского возбуждения, который дразнит и щекочет. Блаженство, с которым руки скользят не по изящной женской фигурке, а по кому-то большому, упругому, с играющими под кожей мускулами.       Вкусив однажды этот вид удовольствий, Дин понял, что никогда не сможет ими насытиться. Именно тогда в нем зародился этот ЗУД, и время от времени он становился его рабом.       А с появлением Каса ЗУД стал самой сутью Дина.       — Пожалуйста, Кас…       Руки дрожали, и пламя свечи нервно плясало, Дин поставил свечу на маленькую консоль у двери.       — Я прошу тебя. Один только раз!       — Ваше Величество…       — Я же так с ума сойду! Не могу теперь ни с кем, понимаешь? Я тебя хочу, Кас! Я… я обещаю, я клянусь, что никаких чувств не будет. Я обещаю!       — Вы слишком часто даете обещания, которые выполнить не можете, Ваше Величество.       Голос Каса звучал до крайности обреченно. Он смотрел с какой-то тихой грустью и еще с чем-то, от чего сердце Дина то сжималось в засохшую горошину, то разбухало, словно тесто для хлеба. И было то щекотно, то больно и сладостно.       Потому что это было «да».       Молчаливое, одними глазами, но непоколебимое «ДА».       Они рванули друг к другу одновременно и сошлись ровно посередине, у кровати.       Дина так трясло, что зуб на зуб не попадал — от возбуждения, от страха. От счастья.       — Все хорошо, Дин, — ласково сказал Кас, касаясь его щеки и улыбаясь невероятно нежно. — Все хорошо, мой король. Я тоже этого хочу.       Это и стало отправной точкой. Дин подался вперед и буквально впился в его губы с явным намерением заглотить сразу половину лица. Страсть в ответном поцелуе была не менее яростной. Пока их языки боролись за первенство, Дин развязал тесемки на своей ночной сорочке, и она с шелковым шелестом соскользнула с плеч к ногам. А сорочку на Касе он просто разорвал. И тут же с каким-то животным рыком вжался в обнаженное совершенное тело рядом с ним.       Члены соприкоснулись, размазывая друг по другу свою естественную тягучую влагу. Обоюдный глухой стон разлился по комнате. Они никак не могли перестать целоваться, опаляя друг друга огнем взаимного желания.       Не было в жизни Дина ничего вкуснее. Рот Каса, его губы и язык — он впивался в это чудо снова и снова, и с каждой минутой становилось только еще более сладостно. Руки блуждали по телу любовника, не находя в нем ни малейшего изъяна. Кас был совершенством. Его, Дина, совершенством. И Дин уже знал, что обещание об одном только разе он без сожаления нарушит. Этим телом, этими губами насытиться просто невозможно.       Кас опустился на кровать, утягивая его за собой. Дин навис над ним на вытянутых руках, не сводя с любовника восхищенных глаз.       — Какой же ты красивый, Кас!       — Но не красивее тебя, мой король.       Оттого, как Кас называл его, Дину казалось, что он король вообще всего мира. Опустившись на локти и вновь вернувшись к поцелуям, Дин чуть сполз на бок, чтобы дать им больше возможностей для ласк.       Кас поглаживал его грудь, плечи, спину, бедра, и эти прикосновения отзывались во всем теле фантастическим блаженством. Дин старался доставить ему такое же удовольствие. Спустившись губами по подбородку, он вылизал шею Каса, наслаждаясь вкусом его гладкой кожи, потом уделил внимание соблазнительным ключицам, добрался до сосков и долго играл с ними языком. Кас извивался, выгибался под его ласками и беспрестанно вздыхал и постанывал.       Дину было мало. Он хотел слышать крики удовольствия. Но понимал, что сегодня никто из них к полноценному сексу не готов. У них нет ничего, что облегчило бы проникновение, и оба через чур возбуждены, чтобы выдержать долгую прелюдию и подготовку. Дин вообще уже сдерживался лишь титаническим усилием воли.       Кас взял его руку и сунул пальцы себе в рот, принимаясь облизывать и посасывать их. Дина опять затрясло, он вынужден был впиться зубами в подушку, моментально взмок, но удержался.       — Мучитель! Что ты со мной делаешь, а? — простонал он.       Кас выпустил изо рта его мокрые пальцы, лукаво улыбнулся и положил руку Дина на свой член.       — Хочу, чтобы ты ласкал меня, Дин…       И сам в ответ потянулся к члену партнера.       Дин был так счастлив, словно ему достался самый желанный приз. В сущности, так оно и есть. Долгие недели он мечтал об этом парне. Хотел его, пытаясь списать такое дикое желание на то, что Кас ему недоступен. Но вот он получил его, а желание обладать ничуть не уменьшилось, а только разгорелось сильнее.       Кас совершенно определенно знал, что делать. Он словно считывал все эмоции, наполняющие стоны Дина, и его чуткие тонкие пальцы снова и снова возвращались туда, где стоны любовника становились наиболее сладостными. У Дина такого партнера еще не было. Впервые он не только вел, но и следовал. Это были словно качели, и оба получали от раскачивания непередаваемое удовольствие.       Член у Каса оказался не менее идеальным, чем весь он. Дин со странной радостью ласкал ровный твердый ствол, гладил нежную влажную головку, добиваясь от Каса таких же криков наслаждения, какие рвались из его собственной груди.       — Не останавливайся, Дин, — шептал Кас, задыхаясь. — Так хорошо… Я сейчас кончу…       Дин прекрасно понимал, что его любовник чувствует в данный момент. Он и сам был близок к краю. Хотелось еще усилить ощущения, так что он нашел опухшие уже от поцелуев горячие губы мечущегося по постели Каса, и тот с готовностью подхватил это, закружив Дина в ласках своим языком.       Дин ускорил движения руки, вытягивая Каса на вершину. Тот вдруг охнул прямо ему в рот, прикусил его губу и кончил, вибрируя всем телом.       «О, да!» — с ликованием подумал Дин, ловя пальцами теплые густые капли, и тут же кончил сам, выгнувшись дугой навстречу руке Каса. Его даже на короткий миг вытолкнуло из реальности, а когда он вернулся, то прижал Каса к себе со счастливым смешком, пачкая их тела спермой друг друга.       А этот синеглазый паршивец усмехался и слизывал сперму со своих пальцев. Его, Дина, сперму! Это было более чем эротично. И если бы Дин сейчас не захлебывался облегчением и счастьем, точно утащил бы Каса на второй круг.       — Ох, Кас, как же ты хорош! — блаженно выдохнул он, подтягивая к себе подушку и растекаясь по кровати. — Даже знать не хочу, кто тебя всему научил.       — Очень правильная мысль, Ваше Величество, — ответил Кас, все еще пытаясь восстановить дыхание.       Дин оторвал голову от подушки и чуть нахмурился, снова услышав от него обращение по титулу. Ему нравилось быть Дином.       — Кас, между нами все как раньше, да?       — Что вы имеете в виду?       — Ну, я король, а ты мой друг и помощник. Секс же ничего не испортил? Это просто секс, мы договорились, не так ли?       — Конечно, Ваше Величество. Это просто секс.       Странно, но впервые Дин был практически уверен, что слышит в его голосе ложь. Только вот думать об этом не хотелось. Не сейчас, когда ему настолько хорошо. Он чувствовал себя таким расслабленным и сонным.       — Иди ко мне, Кас. Ты такой мягкий, — пробормотал он, подтягивая любовника ближе к себе и устраивая голову на его плече, обнимая, словно мягкую игрушку, потом закинул на него ногу, чтобы уж наверняка, и тут же отрубился.       Утро отметилось пробуждением от странной возни под боком. Что-то маленькое, круглое и пушистое щекотало его, вынуждая нервно подергивать плечом. Дин поднял одеяло, заглядывая себе подмышку, и обнаружил там белого котенка, пытающегося отыскать себе правильное местечко для сна.       — Тадж! Привет, приятель, — заулыбался Дин, вытягивая котенка из-под одеяла и вглядываясь в удивленную мордочку. — А я и забыл о тебе вчера. Ну, просто… Не до этого было, сам понимаешь.       Тадж завозился, желая получить свободу, крохотной белой лапкой с коготками угрожающе попытался дотянуться до носа человека.       — Ты что, такой же недотрога, как твой хозяин? — засмеялся Дин, отпуская котенка. — А ты в курсе, что он уже согласился на то, чтобы я держал его в руках?       Только вот сейчас держать ему было некого. Дин проснулся один в комнате. Как всегда совершенно один. Поменялось место, поменялся партнер, но все осталось, как было.       Он сел на кровати и огляделся. На спинке стула висели заботливо приготовленные для него вещи, на столике находились умывальный тазик с водой, зубной порошок, щетка и все остальное, необходимое для утренних нужд.       Кас встретил утро не в его объятиях в постели, а за работой. Ночь прошла, и он не любовник, а слуга.       Что-то очень больно кольнуло в груди. Да, Дин сам же и поклялся, что чувств не будет, но он не предполагал, что не будет совсем ничего. И роль, в которой оказался Кас — днем слуга, ночью секс-игрушка — не устраивала самого Дина. Ему нужна была близость, пусть и только наедине.       Дин слез с кровати, привел себя в порядок, надел только штаны, проигнорировав остальную одежду, и вышел из комнаты помощника в свою спальню.       — Доброе утро, Ваше Величество, — чинно поздоровался Кас.       Одет он был как всегда тщательно и уже успел накрыть стол к завтраку. Прямо в центре высилась аппетитная стопка лоснящихся золотистых блинов.       — Вам блинчики с джемом или с горячим шоколадом? — спросил Кас, подхватывая со стола серебряный соусник с шоколадным соусом.       Дин глядел на него большими жадными глазами и истекал слюной, но отнюдь не из-за блинчиков. Он так тяжело дышал, что Кас начал беспокоится.       — Вам нехорошо, Ваше Величество?       Дин медленно, словно хищник, начал приближаться к нему, прожигая взглядом. Кас осторожно попятился. Кажется, он решил, будто король снова его обидит. Нет, этого никогда не случится!       — Мне с тобой, Кас. Мне блинчики с тобой, — объявил Дин, метнулся к своему помощнику, сграбастал в объятия и практически швырнул на кровать.       — Ай, шоколад! — вскрикнул Кас, но было уже поздно. Теплый густой шоколадный соус выплеснулся на постель и на самого Каса.       Дин довольно рассмеялся и принялся слизывать шоколад с его щеки и шеи, а потом взял измазанные сладкой массой пальцы, сунул в рот и засосал так глубоко, что Кас не удержался от стона.       — Что вы делаете, Ваше Величество? — прохрипел он, барахтаясь под Дином и еще больше размазывая теплый шоколад по постели.       — Да к черту Величество! Я Дин! И не смей вот так оставлять меня по утрам. Я должен просыпаться с тобой, а не с другим котенком.       — Можешь замолчать и просто поцеловать меня? — поинтересовался Кас.       Дина от его деловитого тона даже повело, и он набросился на пухлые губы Каса. Утробно урча, словно кот, которому перепали сливки, он с жадностью целовал парня, вылизывал, посасывал его язык и губы. А руки тем временем ловко освободили Каса от одежды. Кас вцепился в его волосы и потянул голову вниз в совершенно недвусмысленной и молчаливой просьбе.       Дин облизнулся, нырнул и вобрал в рот налившийся член практически до самого основания. И тут же принялся с удовольствием сосать, щекоча языком головку.       — Мой король… Мой король… — лихорадочно шептал Кас, беспорядочно перебирал его волосы и вскидывал бедра навстречу ласкам.       Вкус горячего парня смешивался со вкусом горячего шоколада. Дин вылизывал его член, норовя быть везде и всюду разом. Кас уже истекал соком, и он размазывал все это по твердому стволу, почти не отрывая ненасытных губ и языка. Запах мужского возбуждения сводил с ума.       — Хватит… Хватит! — простонал Кас. — Я уже почти все, Дин!..       У Дина ушла лишь секунда на размышление. Он никогда раньше не пробовал сперму на вкус, даже не думал об этом. Бегая время от времени в тот особый бордель, он только брал, не пытаясь отдать взамен. Но вот сейчас внезапно остро захотелось довести до конца. Ощутить все сполна. И разве Кас того не стоит?       Дин захватил губами влажную сладкую головку и глубоко затянулся. Кас тут же кончил с громким «Ах, черт!». Теплое и густое ударило в небо, соскальзывая прямо в горло. Дин едва не подавился от неожиданности, но справился с этим, проглотил все и причмокнул, чтобы без остатка получить солоноватую терпкую сперму. И ничего неприятного в этом не было.       Но ведь это же Кас. Он и не может быть неприятным.       Дин приподнял голову, с теплой усмешкой глядя на очаровательное, раскрасневшееся от удовольствие лицо любовника.       — Иди сюда, — улыбнулся Кас, потянув его вверх, тут же облизнул губы Дина и проник языком в его рот, пробуя свой собственный вкус.       Дин еще углубил поцелуй. Ему вообще хотелось проглотить этого безумно сладкого парня целиком, чтобы Кас навсегда остался с ним. Скоро уже не только губы, но и подбородок, нос и щеки Каса блестели от его сочных поцелуев.       Кас с усилием перевернул их, нависая над Дином, и высвободил его жаждущий ласки член из штанов. Дин был настолько возбужден, что сумасшедший оргазм унес его, едва Кас обхватил влажными пухлыми губами головку члена. Пришел черед Дина слизывать в поцелуях свой вкус.       Это было так невероятно чувственно, что глаза заволокло слезами, и он поспешно прижал Каса к себе, утыкаясь ему в шею, и попытался взять себя в руки.       — Вот теперь утро и правда, доброе.       — И вся постель в шоколаде. Придется менять, — заметил Кас.       — Ты тоже весь в шоколаде, — засмеялся Дин и облизал ему ухо. — Но тебя я менять не собираюсь. Не представляешь, как я испугался, когда проснулся и не нашел тебя рядом, Кас. Больше так не делай, ладно?       — Я боялся, что вы можете пожалеть о том, что было, — смущенно признался Кас.       — И я испугался того же! Но теперь мы оба знаем, что ни о чем не жалеем. Так что не бросай меня по утром. Я помню об этом дурацком правиле, но на тебя оно не распространяется. Ты для меня… особенный.       Дин поцеловал его нежно и сильно. Им овладело странное чувство, будто ему хотелось целоваться беспрерывно.       — Как давно у меня этого не было, — тихо и мягко вздохнул Кас, когда его губы оказались свободны.       — Давно? — Дин приподнял голову, недоверчиво уставившись на него. — Правда?       Кас вернул ему спокойный и серьезный взгляд.       — Если вы думаете о Мике, то у нас с ним ничего не было, Ваше Величество.       — Я же видел, как он целует тебя. Тогда, у фонтана, — ревниво пробубнил Дин.       — На этом все и закончилось. Я никогда не думал о нем в этом плане.       — А обо мне думал?       Кас вместо ответа поцеловал его так чувственно, что член Дина мгновенно воспрял духом — большой и жаждущий, словно и не разрядился всего лишь несколько минут назад.       — Ты только посмотри. — Дин двинул бедрами вперед. — Вот именно поэтому не сбегай по утрам.       Он куснул Каса за торчащий сосок, облизнул свою ладонь и обхватил ею оба члена. Сладостные стоны и вздохи вновь наполнили спальню, сливаясь со звуками бесконечных поцелуев.       — Не хочу вставать, — по-детски захныкал Дин и подмял Каса под себя.       — Я уже скоро навечно слипнусь с простыней, — улыбнулся Кас, карябая ногтями подсохший шоколад.       — Лучше слипнись со мной.       — Мы не можем вечно валяться в постели, Ваше Ве…       — Так! — строго прервал его Дин. — Опять Величество? Мы с тобой все утро сексом занимались, а я Величество? Я Дин!       — Вы занимаетесь сексом с вашими девушками постоянно, — сказал Кас грустно и замолчал на миг, точно с мыслями собираясь. — Но ни одна из них не зовет вас по имени.       Дин взял его лицо за подбородок и заставил посмотреть на себя. Волшебные синие глаза вдруг наполнились влагой.       — Кас, я… Я бы хотел тебе сказать что-то правильное об этом, но боюсь, что правильного нет, — мягко сказал Дин. — Это не я придумал и не я начал, пойми.       — Я понимаю. Не идиот же, — ответил Кас и попытался слезть с кровати.       — Нет! — вскрикнул Дин, схватил его и прижался к спине так крепко, что парень невольно охнул. — Ты теперь мой. Насовсем мой.       — Словно я собственность… Ах, ну да.       — Черт тебя подери, Кас!       Но по-настоящему разозлиться Дин не смог — мысли уже поплыли, потому что ягодицы Каса оказались даже более упругими и гладкими, чем он себе представлял, и член Дина уже заинтересованно приподнялся.       Надо срочно попросить у Ровены какое-нибудь особое средство…       — Ты не собственность… не собственность, — повторял Дин, беспорядочно целуя его волосы и шею. — Ты особенный. И самый желанный. И для тебя я Дин, а не король. Теперь ты будешь спать рядом со мной каждую ночь, Кас!       — Даже не знаю, что мне делать с этими привилегиями, — ответил Кас, и неясно было, шутит он или всерьез.       Дин уже собирался уточнить, но тут пальцы его ног были внезапно атакованы чьими-то маленькими острыми зубками.       — Ай! — вскрикнул он, дергаясь.       К зубкам добавились коготки.       — Ах, ты, засранец! — притворно возмутился Дин, выпустил Каса из объятий и подхватил под теплый животик котенка.       — Он прелесть, — улыбнулся Кас, усаживаясь в кровати по-турецки.       — Тебе понравился мой подарок?       — Конечно! Спасибо, Ва… Дин.       Дину очень хотелось узнать, что Кас думает о его записке, но он испугался возможного ответа и не решился задать вопрос.       Кас забрал у него Таджа, легонько щелкнул по лбу, чтобы тот не задирался, тут же поцеловал и отпустил. Тадж сразу же вернулся к отрабатыванию навыков хищника на диновых ногах.       — Я так начну думать, что он выражает твои мысли, — засмеялся Дин, дергая ногами.       — Ну что ты? Если б это было так, то он уже отгрыз бы тебе половину ноги.       Дин тут же сцеловал его лукавую ухмылку.       — Так хочется остаться тут с тобой на весь день. Но, чувствую, скоро сюда начнут ломиться все, кому не лень, чтобы выяснить, куда я подевался.       — Это уж точно, — улыбнулся Кас. — Нам бы еще помыться…       — Сейчас выйду в коридор и велю стражникам, чтобы передали Эндрю, что я хочу в душ.       — Голым?       — В простыню завернусь. И пусть думают, что хотят. — Дин соскочил с кровати и горделиво вытянулся во весь рост. — И вообще, я король, могу ходить как угодно. Хоть голым. Мне стыдиться нечего.       — Согласен, — игриво откликнулся Кас.       — Хватит меня соблазнять!       — Но я ничего не делаю.       — Ты существуешь.       — Ну, простите.       Дин засмеялся, подхватил одно из одеял, обернулся им и пошагал в гостиную. Его распирало чувство безграничной легкости, словно он весь наполнился мыльными пузырями. Удивительно, что еще не взлетел.       — Здорово, парни! — выкрикнул Дин, высовывая голову в коридор.       Стражники подскочили от неожиданности, но тут же опомнились и вытянулись в струнку.       — Найдите Эндрю, скажите ему, что мне нужна вода для душа. И много.       Он не стал дожидаться ответа и вернулся к Касу, играющему с Таджем на кровати. Умилился этой картиной. И тут же устыдился этому чувству. Несолидно как-то одному мужчине растекаться лужицей при виде того, как другой мужчина возится с котенком. Даже если котенок очаровательный, а этот второй мужчина — самое восхитительное и сексуальное создание на планете.       — Кас, ты голодный? Я лично да. — Он подхватил с тарелки давно остывший блинчик и проглотил его почти не жуя.       — Да, я тоже. Скоро уже обед.       — Отлично! — воскликнул Дин. — Вот отмоемся от шоколада, и я прикажу принести нам обед.       — Нет, этого делать точно не стоит, — покачал головой Кас.       — Что? Почему? — разочарованно спросил Дин, забрался на кровать и сел рядом с ним.       Кас внезапно прижался к нему, пряча лицо на его груди и руками обнимая так крепко, что Дин по достоинству оценил его силу.       — Потому что все закончилось, Дин.       — В каком смысле закончилось? Ничего не закончилось!       — Мы не можем проводить вместе все время. Обедать, принимать ванну… Мы должны вернуться к нашим обычным жизням. Иначе поползут ненужные слухи.       — Вот любишь ты разрушать романтику, — вздохнул Дин, поглаживая его по волосам и целуя в макушку.       — Ты пообедаешь с сэром Робертом и Джоди, а я на кухне со слугами, как обычно. А потом каждый займется своими обязанностями.       — Кас, я понимаю, что это разумно и правильно… И я согласен, что нам нельзя быть открытыми. Но хотя бы ночи будут принадлежать нам с тобой. Я сегодня же попрошу у Ровены какое-нибудь масло, и у нас все пойдет как по… маслу, — сообщил Дин и широко и довольно ухмыльнулся.       — О, Боже! — воскликнул Кас, отчаянно краснея.       Дин танцующим шагом вплыл в столовую, где за столом уже сидели Бобби, Джоди и Руфус.       — Бобо! — воскликнул Дин, подскакивая к наставнику, и чмокнул его в гладкую макушку. — Джодичка! — добавил он, подхватил Джоди за талию и закружил по залу, потом усадил разрумянившуюся даму и подмигнул Руфусу. — Привет и вам, мой верный рыцарь!       — Бобо? Джодичка? — ошарашенно проговорил Сингер. — Дин, что с вами?       — А что? Настроение хорошее, — пожал плечами Дин и уселся во главе стола. Его губы то и дело расплывались в улыбке, и он никак не мог удержаться от этого.       — По-моему, слишком хорошее. Вы что, опять стащили у Ровены какую-то травку и накурились?       Дин рассмеялся так, что на глаза навернулись слезы. Бобби и Руфус таращились на него в изумлении, а Джоди просто улыбалась, хоть и слегка удивленно.       — Почему ты всегда подозреваешь худшее, Бобби? Я уже давно перерос эти шалости, — сказал Дин, отсмеявшись и вытирая глаза салфеткой. — У меня что, не может быть хорошего настроения просто так? У меня была чудесная ночь и не менее прекрасное утро, вот и все.       — Мне доложили, что вы даже не притронулись к завтраку, — не унимался Бобби. — И я решил, что вы снова не в духе. Но все, как я вижу, совсем наоборот.       — А, уже доложили? Шустрые какие. — Дин ухмыльнулся. — А что еще тебе доложили?       — Что все ваше постельное белье было измазано шоколадом, а вы потребовали воды для душа.       — Ну, я же должен был смыть с себя этот шоколад. Я ел блинчик на кровати и случайно опрокинул соусник.       — Хм! — сказал Сингер.       — Кстати, Бобо, должен тебе сказать, что ты мудрейший и самый дальновидный человек на Земле. Все твои идеи просто блеск! Спасибо.       — Эмм. Не за что?       — Давайте уже поедим. — Дин нетерпеливо заерзал на стуле.       — Конечно, — сказала Джоди и подала знак стоящему в дверях столовой официанту, чтобы им подавали. — Ваше Величество, уже готовы приглашения на Осенний бал. Желаете взглянуть?       — Нет, фу! — скривился Дин. — Отправьте так. Ничего общего с этим балом иметь не хочу.       — Но присутствовать на нем вам все же придется, — жестко сказал Бобби.       — Не порть мне сейчас настроение, ладно? — попросил Дин.       — Как скажете. Я отдал вашему помощнику распоряжение подготовить для вас вещи в дорогу.       — В дорогу куда? — нервно уточнил Дин.       — Герцог Сандерс прислал вам приглашение на празднование своего юбилея. Вы забыли? Мы выезжаем сразу после ужина, чтобы утром быть в поместье герцога.       — Но… но… — растерялся Дин, улыбка его окончательно увяла.       — Вы не можете отказываться от приглашений именитых господ королевства, — сказала Джоди с заметным сочувствием в голосе.       — Кстати, у герцога две прелестные дочери. И другие гости прибудут с дочерями и сестрами. У вас появится возможность уже начать присматривать себе невесту, — сказал Бобби.       Дин решил промолчать, и остервенело принялся пилить телячью отбивную, донимая всех натужным скрипом ножа по фарфоровой тарелке.       Вернувшись к себе, Дин обнаружил, что Каса еще нет. На него вдруг навалилась странная паника. Безотчетный страх потерять засел где-то внутри и вынуждал видеть плохое там, где его нет. Ну, в самом деле, куда Кас денется? Не сбежит же. С беглыми слугами разговор короткий. Да и зачем ему убегать, если достаточно просто сказать, что все случившееся между ними было ошибкой и больше не повторится?       Дин проглотит это. Пусть внутри все сломается от боли, он сможет принять чужое «нет».       — Кас? — позвал он с замирающим от страха сердцем.       — Я здесь, Ваше величество.       Голос, раздавшийся из гардеробной комнаты, принес такое облегчение, что у Дина на миг подкосились ноги.       — Что ты тут делаешь? И почему опять «Величество»? — с притворной строгостью спросил он, появляясь в гардеробной.       — Вы ведь могли быть не одни, — спокойно ответил Кас.       — Я один.       Страх был в глазах у обоих. Словно каждый из них боялся мыслей другого. Или думал о том, что все случившееся было сном, а другой о нем и не подозревает.       Дин вцепился в воротник рубашки Каса, дернул его на себя и губами поймал губы еще в движении. Кас ответил тут же, пропуская его язык в рот и встречая ответной лаской своего.       — Я боялся, что ты жалеешь, — шепнул Дин, когда поцелуи сменились нежными поглаживаниями друг друга.       — Никогда.       — И я никогда. И даже дольше.       Снова поцелуи. Дин по-настоящему наслаждался ими. Он никогда раньше не целовался с мужчинами. Тех, с кем он проводил тайные ночи в борделе, меньше всего хотелось целовать.       — Сэр Роберт приказал приготовить тебе гардероб на пару дней. Уже почти готово, — сообщил Кас.       — Мне так паршиво оттого, что мы опять расстаемся, Кас! — с горечью воскликнул Дин, прижимая его к себе.       — Совсем ненадолго.       — Я бы лучше эти два дня с тобой провел. Вернусь, поедем на озеро Инман в мой загородный дворец. Сэм как раз уже вернется сюда со своим гаремом. И мы будем только вдвоем!       — Нам не удастся быть рядом круглосуточно, — сказал Кас. — В том дворце тоже есть слуги. А в этом у короля слишком много работы и обязанностей.       — Это уж точно, — невесело усмехнулся Дин. — Я все равно постараюсь быть с тобой каждую свободную минуту. Я этого хочу! Даже если кажусь тебе сейчас сопливым романтиком…       — Мне нравятся романтики, — улыбнулся Кас и потянулся за поцелуем.