Взлёт Валькирии (Rise of the Valkyrie)

Порочное Наследие. Акт Первый - Быстрее! - Госпо… - Я сказала быстрее… чёрт, да! Вот так… ах… - девушка машинально продолжала выписывать бёдрами восьмёрку, хотя едва уловимый момент наслаждения слишком скоро прошёл. Она выдохнула, глубоко вдохнула, стараясь выровнять пульс. Буря ароматов, не самых приятных, несмотря на освежитель, пронзила рецепторы её обоняния. Игнорируя запахи, она также совсем не обратила внимание на то, что кабинки уборной не были полностью свободны всё это время. Смущённый сотрудник корпорации, ведь это был мужской туалет, постеснялся встрять в процесс «общения» руководства с подчинёнными, а после его завершения и вовсе беззвучно испарился, даже не вымыв руки, что грозило обвинением в халатности и преднамеренном распространении бактерий. Штраф за подобное нарушение, очевидно, уже был списан со счёта служащего, но девушку его судьба не волновала. Как и большей части персонала корпорации. Получив желаемое, она принялась приводить себя в порядок перед зеркалом. - Было весело, - коротко заявила Ева, - быстро, но весело. После мероприятия мне нужен будет полный отчёт по рекомендациям отдела стратегического планирования и компиляция запросов производственных секторов Европы, Северной Африки… да, пожалуй, на сегодня будет достаточно. Что у меня в расписании? - На вечер намечен перелёт в Дублин, СВВП уже проходит проверку, - ответил сотрудник службы безопасности Легиона, по совместительству служащий личным помощником генерального директора конгломерата Альянс. - Замечательно, - девушка проанализировала ответ, приняв во внимание, что мужчина скорее боялся её, нежели вожделел, потому на мгновение задумалась о смене, как сейчас модно таковых называть, адъютанта, - Вы понадобитесь здесь, в качестве моего личного наблюдателя. Ева не собиралась завязывать длительный роман с подчинённым, потому предпочла бы иметь в Манчестере доверенное лицо. На всякий случай. С момента её вступления в нынешнюю должность прошло без малого семь лет и с тех пор жизнь девушки существенно набрала оборотов. Учёба и работа в Крио-Техе отошли на третий, если не четвёртый план, хотя она-таки смогла получить докторскую степень по криобиологии, экономике и международному праву, после чего заинтересовалась историческим направлением и каждый вечер читала соответствующую литературу, щедро разбавляя её корпоративной почтой. - После официальной встречи не планировались какие-либо личные посещения? – Ева пристально наблюдала чтобы ни одна прядь не выбилась, когда она собирала волосы в хвост. Имплант, напечатанный на хрусталике её глаза, позволял значительно увеличивать отражённое зеркалом изображение и в деталях рассмотреть малейшие недостатки образа. - Разве что с господином Грэмом, Вы уже несколько лет собираетесь встретиться с ним, касательно смерти его дочери, - мужчина уже успел привести себя в порядок и вытянулся по струнке смирно. - Миранда… - тихо произнесла девушка и на мгновение задумалась, - переноси… и включи в следующее посещение этого региона. Сегодня я уже не смогу это осилить, ещё предстоит пережить занятие местных руководителей круговым онанизмом на финансовые отчёты… Ева собралась с силами, выдохнула и покинула уборную. *** Просторный зал для совещаний вместил полторы дюжины высокопоставленных сотрудников, половина из которых имела непосредственное отношение к этой мега-корпорации, остальные были либо представителями соседних заинтересованных стран, проще говоря – потенциальными покупателями, либо офицерами Легиона. Сутью встречи был выпуск второй версии препарата Ноу-Флоу, разработанного Майндгейт вскоре после Волны – резонансного возмущения, изначально воспринятого приборами и датчиками как мощнейший электромагнитный импульс. Техника, обладающая слабой защитой, тогда вышла из строя, но лишь на время, большинство устройств от телефонов до воздушного транспорта странным образом восстановились в последующие часы. Основной ущерб ощутили люди, страдающие сильным нервным истощением - наблюдались повышения истерии, проблемы с координацией и ощущением себя в пространстве, веерные потери памяти и избирательное ухудшение восприятия. Пресс-секретари конгломерата тут же выступили с заявлением, что источник Волны был зафиксирован космической телеметрией на западе Северной Америки и постарались снова повесить вину на Новый Порядок. Эта версия просуществовала какое-то время, тем не менее люди без особой охоты верили в неё, всё больше европейцев высматривали в этом происки заокеанской сверхдержавы. Через полгода Майндгейт Фармасьютикал представил свою первую версию препарата, избавляющего от немалой доли неприятных последствий, но это не было перманентное решение. В некоторых случаях оно, напротив, ухудшало состояние пострадавших, для них открылись многочисленные реабилитационные центры оплатой за услуги которых был бессрочный трудовой договор – выздоровевшие становились пожизненными сотрудниками конгломерата. Вторая версия Ноу-Флоу была разработана с учётом многолетних тестирований и наблюдений за реакцией пациентов. Она благотворно действовала даже на тех, кому не смогли оказать помощь за долгие годы реабилитации. Помимо прочего, препарат получился дешевле и проще в производстве, от чего удалось распространить его даже в менее обеспеченных регионах. Время пришло, Ева вошла в зал и заняла своё место во главе массивного стола, приготовившись хмуро, но одобрительно и показательно, кивать докладчикам, что могло затянуться почти до вечера. Местные руководители, в отличие от лондонских коллег, любили разбавлять свой отчёт личным мнением, содержательность и полезность которого стремилась к нулю. В конце концов, информация на их планшетах была собрана, тщательно подготовлена, максимально высушена и отредактирована сотнями подчинённых, после чего ознакомительные экземпляры были высланы почти всем участникам встречи за неделю до её начала. Нынешнее мероприятие было для представителей стран, готовящихся стать потребителями препарата, а в итоге – пополнить собой ряды сотрудников и занять своё место в Альянсе. Конгломерат с годами преображался, постепенно стирая границы между входящими в него корпорациями, народами и даже континентами (несмотря на предварительно введённую политику принудительной сегрегации). И всё же противников у него тоже прибавлялось с каждым днём – столь мощная организация некоторым державам казалась угрозой мирового масштаба. Спустя час графиков роста потребительского интереса, презентационных видео с производства и докладов об эффективности, Ева перестала слушать, она сидела, уставившись в одну точку перед собой, периодически делая усилие взглянуть на окружающих, после чего снова возвращала уставшие глаза на экран. С какой радостью она сейчас завалилась бы спать… ничего кроме скуки и дикой сонливости от переутомления она уже не ощущала, даже с учётом принятых стимуляторов, спонтанного секса в туалете и выпитого кофе. Для неё происходящее было фарсом, поскольку корпорация пыталась продать свой сомнительный продукт уже дважды, если не трижды. Да, это отсутствовало в докладах, не афишировалось дальше определённых доверенных кругов лиц, и всё же Ева знала одну маленькую неприятную подробность. Ноу-Флоу – лишь одно из новых названий провалившегося одиннадцать лет назад нейроцибинотина, громкое, куда более запоминающееся, в новом формате – теперь это одноразовые инъекции. Разработчики даже незначительно улучшили его формулу, избавив препарат от некоторых прошлых побочных эффектов, но далеко не от всех. А в так называемой «второй версии» заменили действующее вещество на дешёвый синтетический аналог, ведь необходимое растение почти вымерло за последние годы, как бы его ни старались культивировать. Климат планеты перестал способствовать его росту. Ева пыталась убедить совет учредителей установить запрет на использование этого препарата, учитывая прошлые последствия. И как бы досконально не оформляла свои запросы, не сумела даже добиться личной встречи, что уж говорить о прекращении распространения средства, приносящего конгломерату баснословную прибыль. Вот один из директоров местного подразделения Майндгейт, улыбаясь и лоснясь от самодовольства, распинался насчёт прогнозов на следующий квартал. Скучать начали даже заинтересованные представители. Девушка зевнула, не раскрывая рта, и сложила руки в замок, оперев на них подбородок, стараясь придать своей позе подобие увлечённости от прослушивания доклада. Ещё час спустя Ева сама произнесла несколько дежурных, давно прописанных реплик, выдала лёгкую мотивационную шутку и поблагодарила присутствующих за проделанную работу. Препарат был продан, большего от неё и не требовалось. Размяв затёкшие конечности, когда все покинули зал для совещаний, девушка откинулась в кресле, изнемогая от усталости и чуть не задремала, но Генри, её пока-что-адъютант, напомнил о необходимости перелёта в Ирландию. Издав беззвучный стон, она направилась с ним на посадочную площадку на крыше здания, где ожидал самолёт вертикального взлёта и посадки. *** - Никола, - тихо обратилась девушка, надев очки. Пилот её не слышал, а сопровождающие офицеры Легиона были людьми надёжными и молчаливыми, способными не воспринимать информацию, предназначенную для чужих ушей. - Слушаю, госпожа Браун. - Когда всё это кончится? - Боюсь, не совсем понимаю, о чём Вы, - лицо ИИ было смущено. - Ни о чём, - устало произнесла Ева, - Дублин свободен от экстремистов? - Всецело. - Тогда позаботься, чтобы на эту ночь я осталась одна, - намёк был произнесён с той интонацией, которую Тесла научился воспринимать. - Несмотря на это, - он всё же решил уточнить, правильно ли всё понял, - в городе довольно своенравное местное население. - С этим я как-нибудь справлюсь, - твёрдо заявила Ева и сняла очки. Будучи генеральным директором конгломерата, девушка не могла себе позволить всегда поступать так, как хочется. И всё же иногда ей нужен был отдых от круглосуточного наблюдения и опеки вооружённых сил корпорации, с этим ей помогал Никола, чьи полномочия и вычислительные мощности многократно возросли за прошедшие годы. По требованию он мог скрыть девушку от взора службы безопасности и органов местной власти, вплоть до вмешательства в зрительные и слуховые импланты окружающих, имитируя показатели биометрии и создавая иллюзию её присутствия, либо же напротив - отсутствия. До сих пор даже у контрразведки Легиона не возникало сомнений в том, что Ева находится под их неустанной опекой. Подвергала ли она себя таким образом риску? И не раз. В большинстве случаев были лишь небольшие пьяные потасовки и к ним девушка относилась с особой любовью, учитывая её физические данные и курс боевой подготовки Легиона. В подобные дни она руководствовалась давно усвоенным правилом – чем большего уровня покоя и стабильности достигаешь, тем больше скучаешь по опасности. Каждый раз размышляя, она старалась вспомнить, от кого это услышала, но ответ постоянно ускользал. СВВП совершил посадку в недавно построенном корпоративном аэропорту Дублина. *** - … а я ему, значица, шпуруй отсель олух, - пожилой, лишённый большей части зубов таксист, явно был перенасыщен духом праздника, от чего весь свой унылый рассказ ехал по встречной. К счастью, таковым он оказался не один, потому на сегодняшний вечер правила дорожного движения слегка поменялись. Ева дослушала конец несмешной шутки, солидную часть которой не поняла из-за жутко-неразборчивого акцента, и без энтузиазма улыбнулась, заранее отсчитав солидные чаевые. Ещё на борту самолёта наспех переодевшись во в меру короткую юбку шотландку, доходившую в лучшем случае до середины бедра и вздымающуюся от малейшей прихоти ветра, лёгкий корсаж и кожаную куртку зеленоватого оттенка, а также высокие танцевальные ботинки, она тут же направилась в центр города на празднование Дня Святого Патрика. Каждый паб пестрил колоритными персонажами и гулом похабных песенок, аромат веселья манил девушку в свои объятья, как вдруг мужчина ударил по тормозам. - Эй! Гузнов отскрёбыш, сходь с дороги, а то чай накручу на шасси! – прокричал дед пешеходу, который лишь отмахнулся от гонщика и зашёл в ближайший паб, - Ишь ить! Ходють, етить… - следом прозвучало длительное стариковское брюзжание. Девушка с усилием зажмурилась, внезапно ощутив существенное повышение давления, спровоцированное не резкой остановкой, а чем-то неестественным. Она повернулась в сторону питейного заведения и ощутила очередной прилив болезненных уколов восприятия. Нечто в её разуме всколыхнулось и пожелало устремиться навстречу источнику недомогания, отчасти этому способствовало и выпитое в самолёте виски, разошедшееся горячей волной по организму. Расплатившись со всё ещё выдававшим недовольства таксистом, Ева быстро юркнула в заведение и тут же заказала большой бокал тёмного пива чтобы утолить жажду. Это был не тот паб, в который она намеревалась попасть изначально, в том должен был быть концерт широко известного в узких кругах музыканта, по которому она в тайне сходила с ума и рассчитывала на его ответную симпатию, но окружающая атмосфера веселья и приятный вкус пива уговорили её на время остаться здесь. И тут было то, чего девушка вовсе не ожидала увидеть, тем более услышать, в современном обществе – караоке. Изредка основную музыкальную установку, транслирующую местные хиты и соответствующие празднику классические композиции, приглушали, чтобы дать возможность изрядно подвыпившим индивидам проявить себя. Иногда им даже удавалось попадать в такт, хотя никто не винил их за отвратительный голос, всеобщее веселье прощало всё. Ева закурила предложенные барменом сигареты, о такой марке она даже не слышала, поскольку в последние годы ни разу не обращала внимание на ассортимент доступных табачных изделий. Не было времени и возможности. К тому же сигареты экстра-класса ей доставляли по полуофициальным корпоративным каналам поставок. Допив первый бокал, девушка осмотрелась. Голова уже перестала болеть, но странное ощущение покалывания до сих пор не прошло. За одиноким столиком вдали заведения она заметила мужчину, которого недавно чуть не сбил таксист, он жадно поглощал огромный сэндвич, так и кричащий о своём вреде для здоровья, и обильно запивал его пивом, периодически закидывая в себя опасную дозу жареной картошки. Привлекательность этого вида стремилась к отрицательной бесконечности и вызывала у Евы желание перестать смотреть, чему она и поддалась, приступив к очередной пинте. Вечер был в разгаре, и она всё сильнее ощущала на себе взгляды мужчин, литрами набирающихся храбрости чтобы подойти и заговорить. Средний возраст сильного пола в этом заведении был за пределами предпочтений девушки, потому она отказала в танце уже троим сорокалетним кавалерам. Одна рыжая девица, вот уж час дико выплясывая в центре танцпола, своей огненностью и юностью могла бы посоперничать с Евой, даже заинтересовать её на предстоящую бурную ночь, и девушка была бы не прочь разнообразия, но не сегодня. Интерес к этому заведению, начавшийся с головной боли, усилился. Она ощущала, что какая-то невидимая сила, отличная от праздника и спиртного, подогревала настроение окружающих. После четвёртого бокала Ева почувствовала ещё одну силу – свой мочевой пузырь. Этому она противиться точно не могла, хотя и не желала покидать зал ни на секунду. Девушка заказала почти полный стакан местного виски, быстро осушила его и двинулась в уборную, поддавшись тяге движений, маршрут её пролёг через танцевальный хоровод из пьяных посетителей, увлекший Еву в себя и завершивший движение как раз возле нужного помещения. Войдя в едва освещённый санузел, она удивилась – никакой очереди не было, как и разделения по гендерному признаку, одним из факторов, повлиявших на этот вывод, стало расположение на входе двух автоматов. Первый - по продаже контрацептивов всех мастей, второй – средств женской интимной гигиены. Достаточный уровень опьянения нивелировал её смущённость, и девушка вошла в одну из кабинок. В процессе облегчения она снова закурила и начала водить пальцем по резинке чулка на бедре. В этой области находилась сенсорная панель, передающая сигналы управления на телефон в сумочке, изображение при этом выводилось на зрительный имплант в правом глазу. Ева привыкла читать в туалете и за предстоящую минуту намеревалась осилить обильный объём истории древнего мира в качестве подготовки к назначенному на следующий месяц экзамену. Прелесть её импланта была в том, что он, в отличие от линз, работал и с опущенным веком. Опасаясь сонливости Ева всё же прикрыла уставшие за сегодня глаза. Она была настолько увлечена чтением, что не сразу обратила внимание на шум, издаваемый снаружи кабинки. Грубый мужской голос посылал кого-то из присутствующих в зале на одну из вариаций детородных органов, точнее сказать было сложно из-за особенностей произношения. Её бы это не смутило, будь слова незнакомца произнесены по-английски, выключив интерфейс импланта, она начала прислушиваться. Мужчина начал вести перепалку ещё снаружи туалета, а войдя, громко хлопнул дверью за собой и крепко выругался, затем продолжительное время простоял у одного из автоматов, после чего вошел в кабинку по соседству. Ева постаралась беззвучно зевнуть, а когда открыла глаза, заметила шевеление слева от себя. Приподняв бровь, она крепко схватила вторгнувшийся в её пространство объект, услышав при этом сдавленное шипение. - Эй! – прорычал незнакомец, - Полегче! - Прошу прощения за адекватную реакцию на подобное поведение! – девушка усилила хватку. - Адеква… что?! Это ж грёбанная «дыра славы»! - Чего-чего? – не поняла Ева. - Серьёзно, мне ещё объяснять придётся? – мужчина был удивлён, - Отверстие в стенке кабинки, просовываешь туда причиндалы, тебе даруют анонимное удовольствие. Не знай ты что такое «дыра славы», на кой хрен попёрлась сюда?! - Справить нужду! – чуть не перейдя на визг воскликнула девушка, сжав пальцы так, что костяшки побелели. - Да ёп… - выдохнул незнакомец, стиснув зубы, - обычный туалет в другом конце зала, блядь! Последнее слово было произнесено на подзабытом Евой русском, она слегка ослабила хватку, свободной рукой коснулась сенсорной панели на бедре и отмотала запись своего импланта до момента прохода в дверь санузла. Затем ещё на несколько мгновений раньше. Активировала цифровое приближение и сумела рассмотреть над входом похабное карикатурное изображение описанного действия. Ощутив лёгкую неловкость, она убрала левую руку. Повисла тишина. - Ну так… - вновь прозвучал голос незнакомца, - … раз уж мы со всем разобрались. - Что? – не поняла потрясённая Ева, затем уловила намёк, - В принципе, почему бы и н… Снаружи прозвучал звук открывающейся ногой двери, в помещение ворвался человек. - Это тебе за Аманду! – прокричал он и следом раздался выстрел, пробивающий пластиковую дверцу кабинки по соседству и завершившийся характерным чавканьем погрузившейся в плоть пули. Незнакомец прошипел куда тише, чем когда Ева причиняла ему боль, но не было похоже, что выстрел был смертельным, судя по торчащему из «дыры славы» органу, кровь ещё в достаточном количестве находилась в организме. - Ах ты начинка для гробов, - прорычал мужчина и покинул своей частью кабинку Евы, послышался звук застёгивающейся молнии. Девушка тем временем вскрыла сумку и достала шокер Легиона, с которым не расставалась, сбегая из-под наблюдения. Не раз он выручал её самым явным образом, в том числе от зарвавшихся кавалеров. Наспех продумав стратегию оборонительного нападения, она подтянула трусики и выскочила из кабинки, ткнув шокером первого попавшегося, им оказался незнакомец с кровавым следом в боку, державший в силовом захвате за шею юнца с пистолетом. Это был тот самый заросший поедатель отвратительного сэндвича, которого пару часов назад едва не сбило такси Евы, присмотревшись, она даже задумалась, что встречала его и раньше. Заряд шокера был довольно мощным и сумел перекинуться на заложника, потому перед девушкой сейчас лежали двое мужчин. - Никола… - робко произнесла она, надев очки. - В доступе отказано! – раздался ответ и интерфейс тут же погас. - Это как понимать?! – прошипела Ева, после чего решила не терять времени и оттащить своих жертв в кабинки, выстрел, пускай и не самый шумный, могли услышать снаружи, даже с учётом громыхавших хитов тридцатых, а внимание ей было ни к чему. Несмотря на опьянение, она быстро придумала коварный план – два любовника уединились для утех, одному что-то не понравилось, или напротив, очень понравилось, и он выстрелил, благо дыра в перегородке была не одна, в том числе пулевая. С юношей проблем не возникло, он был банально меньше и легче, девушке удалось посадить его на унитаз и вложить в руку пистолет, для убедительности рассыпав вокруг его носа и на коленях припасённый на долгую и бурную ночь кокаин. Ева не пожалела и высыпала всё, что у неё было. Второй был куда крупнее и кровь продолжала вытекать, хотя, судя по виду входного отверстия, пуля не повредила органы, а застряла между рёбер. Девушка попыталась оттащить мужчину, но сил явно не хватало. Бросив это занятие, Ева решила хотя бы прижечь рану, чтобы остановить кровотечение, для этого раскурила сигарету, начала стягивать с незнакомца куртку, из кармана которой при этом что-то выпало. Бросив взгляд на предмет, её сердце замерло и болезненное покалывание внутри черепа усилилось. Перед ней лежал чистейший, сияющий зелёным светом, кристалл этерита. *** Близилась полночь, веселье снаружи было в разгаре, но для Евы его остатки давно улетучились, сменившись болезненным беспокойством и лёгкой паникой, чего с ней не случалось очень давно. Оптика и сопроцессор обработки изображения импланта не позволяли точно определить степень чистоты кристалла, хотя по сиянию девушка могла предположить о невероятном стремлении к единице, чего невозможно было добиться на Земле. Энергетический потенциал и, соответственно, опасность этого образца сложно было оценить, учитывая его силу излучения и предположительную массу в четверть сотни грамм. Продолжив исследование влияния этерита на разум человека, коллаборация Майндгейт Фармасьютикал, Аквила Технолоджи, Теслы и ещё дюжины искусственных интеллектуальных систем установили, что длительная близость с этим таинственным минералом вызывает существенные травмы восприятия и деформацию памяти. При этом его использование в современной энергетической системе конгломерата стало незаменимым. Работа одного этеритового, или, если брать официальное название – фазового реактора, обеспечивала электричеством десятки стран, в которых были установлены соответствующие системы ретрансляции. Ева не могла вообразить, как этот кристалл попал кому-то в руки, учитывая, что месторождение было обнаружено лишь на Марсе и полностью контролировалось конгломератом. За добычу и разработку отвечал Гео-Форс, а доставка легла на плечи первой космической транспортной компании Шторм Вингс Аэроспейс. Последней владела набожная уроженка Глазго Оливия Коупленд с которой у девушки сложились натянутые отношения с самых первых дней официального вступления на пост главы конгломерата. Но не в её интересах было нарушать условия поставок, терять груз, или передавать его третьим лицам, иначе это грозило бы по меньшей мере смещением с должности и конфискацией всего имущества. В этой системе Ева больше не доверяла Орлову, которому принадлежал концерн Гео-Форс, но до сих пор подобных прецедентов не было. Этерит лежал на полу и гипнотизирующе сиял. - Я об этом точно пожалею… - девушка собралась с духом и взяла кристалл в руку. Разум от этого прикосновения пронзился шквалом незнакомых образов, забытых воспоминаний и противоестественных ощущений. Всё пронеслось настолько быстро, что Ева не смогла акцентировать внимание на каких-либо подробностях, кроме факта своего прошлого опыта контакта с этим минералом. Тогда он продлился не больше недели, после чего кольцо с её мизинца перекочевало в хранилище потенциально опасных материалов конгломерата. Как только кристалл оказался на ладони девушки, она всеми силами старалась концентрироваться на происходящем, не терять сосредоточенности, которая с каждым мгновением всё сильнее старалась ускользать, затем поместила его в один из экранированных внутренних кармашков сумки, где до этого располагался кокаин. Постепенно восприятие начало возвращаться, хотя полностью нивелировать эффекты психотропного воздействия этим способом было невозможно, лёгкое покалывание, пускай и ощущалось неестественно приятным, осталось на месте. Ева предположила, что именно его излучение стягивало людей в этот паб и создавало ауру веселья, второй же вопрос продолжал кровоточить на полу. Девушка стряхнула пепел с сигареты и поднесла её ко входному отверстию от пули. Она никогда не занималась подобным, зато неоднократно видела в фильмах, в итоге рана не запеклась достаточно, а сигарета, от случайного движения мужчины, потухла. - Ты что, блядь, творишь?! – вскрикнул он, пробудившись от новой боли. - Пытаюсь закрыть кровотечение! – так же резко ответила Ева. - Сигаретой?! – мужчина постарался встать на ноги и осмотрел рану, поёжился, - А пулю хоть достала? В ответ он получил отрицательное покачивание головой и закатил глаза. - Там, в автомате, продаются прокладки, - предложила Ева и быстро направилась туда, по дороге решила поинтересоваться, - А что случилось с Амандой, которую тот мужчина упоминал? Вы её убили, или изнасиловали? – съехидничала она. - Утопил, - мрачно заметил незнакомец, - Откуда у тебя такие предубеждения на мой счёт? - Утопили?! – насторожилась девушка и пораздумала над тем, бежать сейчас, или уточнить подробности. - Да, утопил! Во время внезапного шторма направил Аманду в обход Ирландс Ай слишком близко к берегу, не заметил остов затонувшего авианосца и пропорол им всё дно. - Так Аманда – это корабль? – с лёгким облегчением поинтересовалась Ева, бегая взглядом по ассортименту автомата. - Шхуна. Майк, он… своего рода поставщик определённых товаров, болезненно это воспринял и начал с пустых угроз, а сейчас зашёл слишком далеко. Но у идиота была лицензия всего на один выстрел, после чего пистолет заблокировался! – мужчина зашипел от боли вперемешку со смехом, когда подковырнул пулю в боку небольшим складным ножом, - Где он, кстати? - В той кабинке, - махнула девушка и внесла необходимую сумму в купюропри ёмник, автомат напрочь отказывался принимать от неё оплату по отпечатку пальца. - Ох, чёрт, ну и видок, - незнакомец закончил с пулей и осмотрел вторую жертву шокера, - а что это у него на носу? Он что, обдолбался перед стрельбой? - Ээээ… нет, - Ева постаралась умолчать о своём вмешательстве и раскрыла полученную от автомата упаковку, после чего приложила прокладку в боку мужчины, - вот, держите, она должна… всё впитать. Незнакомец схватил её за руку и начал всматриваться в лицо. - Это ты! – его глаза загорелись, - Не может быть! Тебя не узнать, так повзрослела… - О чём Вы, мы не знакомы, - девушка отдёрнула руку и подняла свою сумочку, собираясь на выход, - держите рану закрытой и обратитесь к врачу. Надеюсь, с Вами всё будет хорошо, прощайте! - Постой, Ева, - вдогонку обратился мужчина, - ты не узнаёшь меня? Её уже было не остановить, последние слова не ушли дальше двери в уборную и уж точно не достигли ушей девушки из-за громкой музыки снаружи. Подобрав с пола свою куртку, незнакомец проверил карманы и встрепенулся. Быстро осмотревшись, он тоже ничего не нашёл. - Вот же сука! – проорал переполненный злостью мужчина и направился на поиски воровки. *** Окружающая весенняя прохлада дала о себе знать. Ева поёжилась, но продолжила движение к отелю, в котором должна была остановиться на ночь. Неоднократно она пыталась воспользоваться очками для связи с Николой, чтобы отменить «режим невидимки», каждый раз получая один и тот же ответ «в доступе отказано». Согласно протоколу, такое могло случится лишь в том случае, если её полномочия главы Альянса были аннулированы, что не представлялось возможным. Всё руководство конгломерата не просто свыклось с её присутствием на посту в силу юридического и бюрократического ада, который бы наступил, не получи она это назначение, но и по достоинству оценило положительные стороны. Поразительная обучаемость девушки позволила в кротчайшие сроки освоить почти все тонкости правления столь колоссальной структурой. В конечном счёте, она была привлекательным лицом для показа общественности, представляя интересы корпораций, Ева вызывала куда больше доверия, нежели подавляющее большинство сотрудников руководящего состава. Ещё одна попытка связи с Теслой провалилась, на этот раз очки даже не активировали приветственный интерфейс. Девушка подумала, не случилось ли чего с искусственным интеллектом, после Волны Резонанса у него крайне редко наблюдались некоторые сбои, списанные на погрешность, учитывая его сложную системную архитектуру и привязку ко многим исследовательским, производственным и аналитическим секторам. В поле зрения показалось здание корпоративного отеля, контролируемого по периметру несколькими отрядами Легиона. Девушку насторожило, что дорога и любые подъезды к нему перекрыты, проезжающие машины досматривались в строгом порядке и разворачивались, если ничего подозрительного не было обнаружено. Уверенно вышагивая по улице, она не обратила внимания на преследователя, который быстро нагнал её, закрыл рот одной рукой, а второй сгрёб и увлёк за собой в неосвещённую подворотню. - Не кричи и не сопротивляйся, слушай! – голос мужчины слегка хрипел, но Ева его узнала и постаралась кивнуть головой, - Если ты та, кем кажешься, ты в опасности. - Я с детства в опасности, - ответила Ева, когда незнакомец убрал руку и потянулся к куртке, продолжая держать её, - но в последние годы Легион сумел меня уберечь от многих неприятностей. - Не в этот раз, - перед глазами девушки возник старенький, едва живой телефон с открытой новостной статьёй, выпущенной чуть больше часа назад. Пробежавшись по строкам, Ева вернулась к началу, и перечитала снова, пытаясь убедить себя, что неправильно поняла информацию. Затем ещё раз. Ниже на странице присутствовало её фото со струйками уже запекшейся крови, вытекавшей из ноздрей на обнажённое, местами подверженное цензуре тело, лежащее на роскошной кровати в номере отеля. - Передозировка?! – повысила тон девушка, - Это точно ошибка, они что-то перепутали, я же не могу быть мертва… или могу? От этих слов её саму передёрнуло, в памяти проплыл образ Миранды, повторявшей ту же фразу. Мужчина развернул девушку к себе и пристально всмотрелся, его серо-зелёные глаза старательно изучали её. - Ты точно настоящая Ева… - убедился он, - и не помнишь меня. Этого стоило ожидать, никто не помнит. Не важно, нам лучше убраться с улиц и не попадаться на глаза легионерам, наверняка скоро начнётся рейд дознователей, даже если это представлено как обычная передозировка. А мы выглядим слишком подозрительно. - Почему это? – упёрлась девушка, - С чего мне Вас слушать? Я пойду к легионерам, всё объясню и постараюсь утрясти ситуацию с новостями, у меня как ни у кого другого есть на это полномочия. - Нет у тебя полномочий, очнись! Ева Браун мертва, в этом убеждены и офицеры Легиона, иначе бы не навели тут шороха, и медработники конгломерата, засвидетельствовавшие смерть с полным генетическим соответствием тела в отеле. Как только ты покажешься на глаза, будешь либо расстреляна на месте, либо задержана и отправлена в дознавательный центр, откуда тоже не возвращаются. Потому что у тебя, импа, обнаружат шокер и железо корпоративного класса, сочтут заокеанским шпионом. Это я ещё молчу про мой этерит… чёрт… - он схватился за бок, кровотечение не остановилось. - Вам нужна помощь, при чём не только хирурга, а и психиатра, - Ева подумывала, как бы сбежать от безумца, - у Легиона нет никаких дозновательных центров, а вот там стоит офицер Ричард, он лично знает меня и точно поможет разобраться в ситуации. Как и сказала, прощайте. Девушка юркнула за угол так шустро и ловко, что мужчина не успел среагировать, не то, что воспрепятствовать. Она резво приблизилась к легионеру и поздоровалась: - Ну и вечер, да? – начала Ева, - Пятница, так сказать, удалась? - Ваши документы, - холодно ответил офицер в полном боевом снаряжении, - с какой целью направляетесь в эту часть города? - Документы? Ах, да, давайте считыватель, все пластиковые и бумажные варианты должны быть в номере, - она указала в сторону верхних этажей отеля, - а вообще, Ричард, меня-то надо знать в лицо, - улыбнулась девушка и коснулась сенсорной панели. - Элизабет Бладсакер? – поднял глаза легионер и осмотрел внешний вид девушки, - Простите, я не смотрю порно. - Эээ… чё? – не поняла Ева, выхватила из руки офицера планшет и прочитала данные профиля, - Никола, блядь!!! – прорычала она на отдалённо знакомом легионеру языке. - Мисс Бладсакер, держите себя в руках! – мужчина отобрал устройство и поудобнее перехватил автомат, чьё дуло вот-вот могло быть направлено на девушку, - Сегодня Вы не сможете вернуться в свой номер, отель закрыт из-за нашумевшего расследования, советую переночевать где-нибудь в другом месте. - Да что ты себе поз… - Еву прервал мужчина, крепко прижавший её левой рукой к себе ровно так, чтобы скрыть ранение. - Так что, перепихон у тебя отменяется? – поинтересовался он, улыбаясь желтоватыми зубами легионеру, - Говорил ей, надо двигать ко мне. - Ваши документы, - Ричард протянул сканер, тут же получил отпечаток и открыл данные профиля, - Джонатан Доу, да? Вы поаккуратней с ней, девчонка явно ненасытная, судя по фильмографии, - улыбнулся легионер, - не хочу портить Вам вечер, потому валите поскорее, скоро начнётся полноценное расследование инцидента. - Благодарю, офицер! - кивнул мужчина и перевёл взгляд на Еву, - Мисс Бладсакер, жопу в горсть и мухой в спальню! – последние слова были произнесены с особым нажимом и по-русски. *** Скрывшись из виду войск Легиона, девушка не единожды выругалась, сообразив, что произошло. - Бляяядь!!! – вскрикнула она на пол улицы, - И ведь я же сама попросила его скрыть меня ото всех на эту ночь! Вот уж не думала, что это сработает… так! - Да, тебе повезло, - мрачно заметил мужчина. - Повезло? Повезло, сука, не то слово! Я лишилась всего – должности, денег, чёрт, даже личности! Безумное, блядь, везение доживать оставшуюся жизнь под личиной какой-то малоизвестной порно-актрисы! - Ты осталась жива! – он встряхнул Еву за плечи и невольно скорчился от боли, - Идём, мы почти пришли. Потеря крови уже была более чем заметна – бледное лицо и слабость говорили о необходимости срочной медицинской помощи, от которой человек, числившийся в базе данных конгломерата под именем Джонатан Доу, напрочь отказался. Он провёл девушку в свою съёмную, по всему виду, квартиру на втором этаже грязного домишки, походившего больше на притон. Там, сняв с себя куртку, принялся искать иглу и нитки. Ева осмотрела бардак и заметила на столе начатую бутылку дешёвого виски, прильнула к ней на несколько мгновений и тут же скорчилась, прокашлялась. - Дай-ка, - мужчина тоже глотнул, а затем плеснул немного в рану и зашипел, - поможешь? – он протянул чёрный моток и начавшую ржаветь иглу, - с моим зрением точно не попаду. Уставшая за день Ева постаралась взять себя в руки и вдела нитку даже без помощи увеличения изображения, после чего помогла стащить футболку и принялась зашивать рану, попутно сумела разглядеть торс мистера Доу и ощутила лёгкое помутнение зрения при виде этих давно зарубцевавшихся шрамов от разрезов и ран разной степени свежести. Вспомнив, что в сумке лежит этерит, она списала это на его воздействие и постаралась сильнее сосредоточиться. - И всё же… - начала девушка через время, - я Вас где-то видела. На лице Джонатана появилась тень улыбки. - Вы очень похожи на Максимилиана Альдесвера, я видела его портрет в одном из центров имплантации, прям одно лицо. - Блядь, - прошипел Доу, когда Ева по неосторожности вогнала иглу чуть не по ушко в мышцы, - да, мы похожи. Нет, это не я. Ох, сука, желай я скрыться, отрастил бы усы для маскировки, но тогда пришлось бы работать пожарным или педофилом. - Что-что? – не поняла девушка, завязывая узелок и берясь за бутылку. - Ничего, после всплеска Волны меня и так никто не помнит, даже ты! Хотя этерит должен был этому помешать. - Кстати об этом, откуда он у Вас? – недоверчиво поинтересовалась Ева. - Ладно… ладно, - он был на взводе несмотря на состояние, - в самом деле, пора бы хоть кому-то узнать… Я Александр Штайн. Да - тот самый, да - жив. - Кто-кто? – Ева впервые слышала это имя, и это вызвало у её собеседника лёгкий нервный тик. *** Ветер своей прохладой хлестал девушку по лицу и обнажённым частям тела. Её порванное платье больше не могло выдать в ней даму благородного происхождения, общий же внешний вид и обезумевшие глаза позволяли отнести к тем падшим женщинам, что продали душу Дьяволу, а тело каждому, кто даст хорошую цену. Лес вот-вот должен был подарить ей хотя бы долю чувства безопасности, чтобы достигнуть его, она изодрала в кровь ноги, босиком преодолев несколько тысяч шагов, бежав из Вальядолида. Исабель понимала, что не сможет долго сохранять темп, но тут будет возможность перевести дух. Она стремилась достичь убежища одной знакомой отшельницы и переждать в нём несколько дней, прежде чем отправится дальше. Вряд ли Трибунал знает об этом тайнике, местные сторонились его и даже не пробовали исследовать из-за опасности быть съеденными хищниками. Девушка до сих пор не понимала, как на неё распространяется Альгамбрский декрет, также известный как Гранадский эдикт, предписывающий всем последователям иудаизма, независимо от этнической принадлежности, в трёхмесячный срок либо креститься, либо покинуть пределы страны. Этот указ был обнародован королями Кастилии и Арагоны ещё в конце марта, сейчас был сентябрь. Исабель, используя связи в высших кругах власти, уклонялась от исполнения декрета, поскольку не считала себя приверженкой именно этого, чуждого католикам, вероисповедания, хотя свои языческие наклонности тоже не особо скрывала. В привычку госпожи де Мадера вошли некоторые практики, сочтённые Святым отделом расследований еретической греховности достойными высочайшей меры наказания. Последние восемь лет, с момента общего съезда в Севилье, где был выработан кодекс, регулировавший весь инквизиционный процесс, она находилась под пристальным вниманием этой организации, в частности – ярого поборника Трибунала, охотника де Фальта. Разумеется, в плотских грехах она была мастером, но точно не с демонами, от того нападки пап Сикста IV и Иннокентия VIII не воспринимала всерьёз, учитывая витания в кругах, приближённых к королеве. Однако же это изменилось с назначением нового Великого Инквизитора. Торквемада не брал взяток и другим не позволял, даже богатство де Мадера было для него пустым звуком, склонности к чинопочитанию он также лишён начисто, от того её регалии попросту игнорировались. Титул, статус, должность преступника для него не имели ни малейшего значения. Томас не придумывал новых законов, а лишь заставлял работать старые, согласно которым и назначил на дело Исабель своего лучшего охотника. Деревья пытались раздеть её ещё больше, цепляясь своими ветвями за обрывки платья. Пробираясь сквозь них, девушка пыталась выровнять сердцебиение, постепенно успокаиваясь. Она знала, что матушка Андреа сможет уберечь её в лесу. - Именем Иннокентия VIII, - послышался мужской голос за спиной, - ты пойдёшь со мной, Исабель де Мадера! Его конь не смог вести преследование в столь разросшемся лесу, сам же инквизитор пока не намеревался вести пешую погоню, рассчитывая на благоразумие девушки даже после нескольких километров выслеживания её следов. Он взвесил в руках арбалет, прицелился и спустил тетиву. Болт просвистел мимо лица девушки, поцарапав щёку оперением, и воткнулся в дерево. В тот же миг ветви качнулись, обрушив поток начинавшей желтеть листвы, и Исабель пропала. Де Фальт протёр глаза, подумав, не померещилось ли, что девушка только что растворилась в воздухе и по опушке разнёсся удаляющийся смех. Предвещая недоброе, он мастерски взвёл арбалет и наложил ещё один болт, высматривая возможные активности в лесу, но их не последовало. Вот-вот грозилась сорваться внезапно подошедшая буря, что, впрочем, не умерило решимости инквизитора продолжить погоню. Мужчина резво соскочил с коня, привязал его к ближайшему дереву, больше по привычке, хотя знал, что Магистр не испугается грозы и не сбежит. Перевесил меч и колчан болтов с седла на пояс, хлебнул из бурдюка немного вина с пряностями и двинулся туда, где минуту назад стояла цель его поисков. Исабель молчала. Сперва потому, что подошедшая сзади Андреа закрыла ей рот своей дряхлой рукой, затем – чтобы не выдать своё местоположение инквизитору. Вместе они значительно углубились в лес и достигли незаметной для простого человека каверны, на дне которой находилась хижина матушки. С наступлением сумерек де Мадера и сама не нашла бы её, хотя бывала тут многократно – лес постоянно менялся, он дышал и жил вместе со своими обитателями. - Проходи, проходи, дорогая, - Андреа без опаски нарушила молчание, отворяя дверь. Исабель ощутила поток тёплого воздуха, в хижине явно была разожжена печь, а значит матушка ожидала её визита, потому как сама не пользовалась ею даже в самый лютый мороз. Она всегда знала, когда девушка хочет её навестить. Этот раз мог быть последним, а то и вовсе не состояться, если бы охотник нагнал её раньше. - Андреа, - без уверенности начала Исабель, - я пробуду у тебя несколько дней, после чего направлюсь на юго-запад, скоро должен вернуться Христофор, он увезёт меня на другой континент от всего… этого. - А, Колумб… - молвила старуха, окинув помещение на мгновения помутневшим взглядом, она явно увидела что-то в этот момент, - не жди его раньше весны. Но хватит о плохом, ты голодна. - Ты даже не представляешь, насколько… - де Мадера села на стул и переложила на стол то, что несла с собой всю дорогу от Вальядолида. Андреа ласково улыбнулась. Дождь снаружи во всю хлестал и неумолимый ветер гнул деревья, преграждая путь де Фальту. Он окончательно потерял ориентир почти час назад и сейчас сомневался, что сможет выйти из леса хотя бы к утру. За всё время ему не встретился ни один дикий зверь, что его отнюдь не радовало, мысли о еде постепенно давали о себе знать. Охотник шёл вперёд, веря в свою цель. Дважды он натыкался на овраг, в который чудом не упал, после чего понял, что ходит кругами. Лес пытался запутать его, увести подальше от добычи и вдруг инквизитор услышал чей-то голос, крик, удивительным образом пробившийся сквозь дождь и гром. Полный решимости, он двинулся на звук. С каждым пройденным шагом, крик становился всё громче, постепенно в нём узнавался детский плач. Недобрые ощущения посетили его и наконец инквизитор наткнулся на каверну в тот самый момент, когда почти всё, даже гром, стихло. Арбалет перекочевал с плеча в руки и был заряжен, после чего де Фальт открыл перед собой дверь ударом ноги, чуть не сорвав её с петель, и выстрелил, едва заметив перед собой каргу. Болт замер в нескольких миллиметрах от её левой скулы, очевидно, старуха потратила на это почти всю концентрацию, вырученных секунд инквизитору хватило, чтобы молниеносно перезарядить арбалет и выстрелить снова. Снаряд пробил череп и наполовину вошёл в голову, заставив матушку моргнуть, от этого первый болт перестал удерживаться её волей и тоже проломил кость. Карга дёрнулась несколько раз и упала на пол. Тем временем де Фальт выхватил меч и приблизился к сидящей спиной девушке. Она была увлечена настолько, что даже смерть собеседницы не прервала её действо, инквизитор коснулся её плеча и развернул к себе. Лицо, особенно область рта, и руки девушки были перепачкана кровью, в правом кулаке она по-прежнему держала склизкий фрагмент кишечника. Проследив взглядом, к чему он ведёт, мужчина с горестью склонил голову и чуть не выпустил меч из руки. На столе лежало тело младенца, умершего от расчленения за считанные минуты до прихода инквизитора. Грудная клетка и брюшная полость были разорваны, часть внутренних органов, что ведьмы успели достать, лежала на столе, сердца нигде не видно. Наконец, де Фальт взял себя в руки и смирился с утратой внебрачного сына короля Кастилии и Леона, похищенного Исабель прямо из объятий матери. Фернандо обещал инквизиции ощутимую поддержку в виде ещё большего расширения полномочий, если удастся вернуть ребёнка. Такого исхода он точно не примет. - Ева, - обратился де Фальт, сбросив маски, потому как не перед кем больше было играть эту роль, карга уже точно ничего никому не расскажет, - ты зашла слишком далеко. Где-то под камзолом инквизитора раздалась мелодия, мотив и текст которой на века опередили время своего возникновения. *** «Виски во фляге» залила комнату своим звучанием, Хэтфилд как раз закончил строчку с деньгами, которые пересчитывал капитан Фэррел, когда Ева проснулась с бешенным сердцебиением. Привкус железа до сих пор был во рту, хотя девушка не могла определить его источник. Человек, с которым она вчера познакомилась, наконец всхрапнул и, нащупав телефон, выключил будильник. Странное ощущение посетило сознание, когда Ева узнала в нём инквизитора из сна. До этого она готова была поклясться, что никогда раньше не видела его, но сейчас эта уверенность пошатнулась. Незначительно. Возможно, она перед сном включила один из фильмов своей нынешней личности и имплант продолжал транслировать его, когда девушка отключилась. Тем не менее, в журнале доступа ничего подобного не числилось. Тогда Ева припомнила о пагубном влиянии этерита на психику и сознание, экранированного кармана её сумки было явно недостаточно, чтобы нивелировать это воздействие. Мужчина протёр глаза, встал с кресла, в котором спал, уступив ночью узкую и жутко неудобную кровать девушке. Цвет его лица говорил о том, что крови он потерял не так уж много, Ева не думала, что кровотворные стволовые клетки могли восстановить утраченный объём так скоро. Тем не менее, судя по координации, он либо до сих пор был под воздействием виски, либо чувствовал себя не очень хорошо из-за ранения. Девушка и сама всё ещё ощущала опьянение, практически не отступившее за пять часов сна. Потянувшись в зевке и получше закутавшись в одеяло, она спросонья хотела попросить своего адъютанта приготовить кофе и заказать завтрак, затем промелькнули ночные воспоминания и восприятие окончательно приняло настоящее, сопоставив все наложения событий и частично восстановив фрагментированные детали, обрушив гору не самых лучших эмоций. Сама для себя, Ева отметила, что не посчитала факт присутствия Штайна-Доу рядом чем-то, выбивающимся из её типичного утреннего пробуждения. И всё же для неё он продолжал оставаться незнакомцем, встреча с которым произошла лишь вчера. Долгие объяснения и рассказы он решил отложить до утра, хотя сейчас не выказывал и малейшей заинтересованности продолжить разговор, лишь грустно улыбнулся, глянув на неё. - У Вас есть сигареты? – поинтересовалась Ева, её нервы требовали покурить. - Там, - мужчина указал на шкаф возле импровизированного кухонного уголка, - универсальный чай – и заварить, и закурить, и от расстройств. Не стесняйся, будь как дома, наружу не выходи. - А Вы куда? – непонимающим тоном поинтересовалась девушка, не желавшая сейчас оставаться одна. - Разведаю обстановку и попробую найти возможность добраться до материка. Твою, да и мою ситуацию если и можно исправить, то только в Берлине, в Башне конгломерата. - Тесла… - прошептала Ева, отчасти понимая замысел Штайна. *** Взгляда на часы хватило для понимания степени мерзости мужчины и, в частности, его будильника. Так рано девушка не планировала просыпаться даже в сложные моменты жизни, потому ещё лучше закуталась в одеяло и только сейчас поняла, что это оно, именно оно причиняло ей дискомфорт с начала пробуждения. Своим кислым, застоявшимся запахом это «нечто» вызывало не самые приятные ощущения. Тут же девушку посетило опасение, что она сама может пропитаться этой вонью. Недовольно прорычав, Ева вскочила и сбросила с себя мерзкое одеяло, попутно заметив – из одежды на ней была потёртая и местами дырявая рубаха, сидевшая точно балахон, учитывая её размер. Она принюхалась к ней, пытаясь понять, не передался ли запах. Ощутив странный аромат, составленный из неудавшихся попыток отстирать алкоголь, пот и кровь, Ева отметила, что он ей совсем не противен. С ним она могла ужиться, а вот с чем не могла, так это с закружившейся от резкого подъёма головой и подкатившим рвотным позывом. Заткнув рот обеими руками, девушка сумела в два широких шага достигнуть раковины в самый подходящий момент. Внезапный стук в дверь прервал Еву и сердце на мгновение замерло. Инстинкты подсказывали, что вот-вот предстоит действовать, поскольку произошедшее этой ночью было явно направлено на выведение её из игры. Понимая, что физически она ещё не до конца готова к чему-либо, девушка взяла сумочку со стола неподалёку и достала из неё ингалятор, содержащий в себе особый состав нейрохимических ускорителей, способных заставить её мозг и нервную систему молниеносно задействовать скрытые резервы, обострить восприятие и повысить координацию движений. Одного вдоха хватило, чтобы прочистить помутнённый разум, стук повторился. Ева принялась искать чем сможет защититься, открыла шкаф, в котором, помимо странного чая, находился серый кейс с логотипом КонгломератВаффе – концерна, объединившего под своими знамёнами все оружейные компании Европы. Легион – один из ключевых потребителей их продукции, на втором месте оказались армии стран, на территориях которых расположены заводы. Открыв кейс, девушка широко раскрыла глаза – перед ней был не стандартный Хеклер и Кох, либо Вальтер, а прототип пневматического пистолета и упаковка специальных патронов, в гильзах которых, вместо привычного пороха, находился сжатый газ. Она была плохо знакома с принципом его действия, но посчитала, что создатели максимально упростили процесс интеграции этого оружия для использования в существующих боевых подразделениях, без необходимости переобучения личного состава. Магазин легко выскользнул из рукояти, проблем с его снаряжением боеприпасами тоже не возникло, разве что пришлось перевести переключатель пистолета в режим гироскопической компенсации, поскольку Ева не была уверена в твёрдости своей руки. С момента первого стука прошло около полуминуты, хотя для девушки, находящейся под действием ингалятора, время текло несколько иначе. Подойдя к двери, она навела ствол пистолета туда, где, по её предположению, должен находится живот среднестатистического человека. Глазка не было, монитора, транслирующего лицо посетителя, тоже, потому девушка поинтересовалась, стараясь максимально соответствовать в произношении местному населению: - Кого там черти принесли? В ответ прозвучала тишина, Ева аккуратно прислонила ухо к двери, чтобы понять, что происходит снаружи. В этот момент она услышала, как нечто металлическое, едва заметно, было приставлено с другой стороны. Нейрохимия заставила рефлекс сработать быстрее, чем мозг понял, что произошло. Молниеносно оттолкнувшись и падая на спину, девушка пустила несколько пуль из пистолета, издававшего скорее хлопки, чем привычные звуки выстрелов. Пять снарядов прошили обитую снаружи железом дверь, а следом - плоть, кости и внутренние органы находящегося за ней незнакомца. Ещё до окончания приземления девушка сумела сгруппироваться, чтобы не причинить серьёзного вреда позвоночнику, катнулась в сторону, предполагая, что во вход могут рвануть остальные, и вновь прицелилась. Но снаружи послышалось лишь падение тела и последовавшая тишина. Несколько секунда Ева лежала, держа оружие наготове, затем поднялась, отдышалась, попыталась глянуть в дыры от пуль. Никого. Тогда девушка аккуратно отперла и медленно открыла дверь, не убирая пистолета. На лестничной клетке находилось распластанное тело мужчины престарелого возраста, до сих пор сжимавшего в руке трубку-усилитель слухового аппарата. Судя по виду, акустический имплант ему был явно не по карману. Ева ужаснулась от произошедшего, она бросилась проверять пульс мужчины, тот едва заметно прощупывался. Старик перевёл на неё ошалевший взгляд. - За что? – сорвались с его губ последние слова. Всхлипывая, девушка закрыла рукой слезящиеся глаза. Сидя на коленях перед своей несчастной жертвой, она не сразу заметила, но моментально ощутила чьё-то присутствие. - А действительно, за что? – поинтересовался голос, отдающийся в сознании могильным холодом. Нейрохимический ускоритель в организме Евы всё ещё действовал, потому она тут же вскинула руку с пистолетом в сторону незнакомки. Но от выстрела её отвратил взгляд пылающих глаз. В нём нескончаемым вихрем разгорались отголоски миллиардов преждевременно почивших душ, чем дольше она смотрела, тем больше видела себя одной из искорок этого огня. Сестра усмехнулась, словно читая нахлынувшее стремления Евы поднести дуло к виску и нажать на спусковой крючок, дабы прервать все несчастья, что она несла за собой. Но лишь покачала головой и положила руку на плечо старика, что стоял рядом. В то же мгновение он растаял в воздухе подобно наваждению. Гелла дотронулась тыльной стороной ладони щеки девушки, улыбнулась, ощутив слезу, коснувшуюся её кожи и тут же обратившуюся в прах. - Скоро, - произнесла она и тоже растворилась перед взором, отпечатав в памяти лишь взгляд пылающих голубым огнём глаз. Ева почувствовала подскочившее давление и покалывание в затылке. Завершающий действовать всплеск нейрохимического ускорения заставил девушку вспомнить, что помимо ингалятора, она выложила из сумки этерит, который каким-то образом, несмотря на все манипуляции за последние пару минут, до сих пор находился у неё в левой руке. *** Время близилось к обеду, чай и в самом деле подошёл для заварки, как и для нескольких самокруток, которые девушка благополучно выкурила, пытаясь успокоить нервы. Она сделала для себя вывод, что, без сомнения, находилась под тлетворным воздействием минерала, способного вызывать слуховые и зрительные галлюцинации. Разумеется, Ева не желала оправдать этим фактом свои действия, а лишь искала объяснение видения с участием сестры. Её разум пытался откопать в памяти похожий момент, она был уверена, что подобное появление уже происходило, но подтверждения тому никак не могла вспомнить. Старика девушка затащила в квартиру и уложила в ванну, стараясь как можно меньше думать о его присутствии. Почти час ушёл на оттирание крови, дыры от пуль в двери она и вовсе не смогла замаскировать, да и не думала, что на них обратят внимание, учитывая общий антураж дома и факт, что из множества квартир по соседству, не пустующими были всего две. С учётом последних событий – одна. Заваривая очередную кружку чая, Ева вернулась к просмотру новостной ленты в телефоне. Почти все источники подхватили вирусную историю о передозировке одной из ключевых фигур конгломерата, не вдаваясь в какие-либо детали. На одной информационной площадке, определённо принадлежавшей Ревебрейшн-Медиа, даже засветился Анатолий Орлов, уточнивший в интервью, что лично займётся расследованием инцидента. Девушка злобно сжала левый кулак, подозревая, что этот человек по уши замешан в инсценировке последних событий. У него есть какой-никакой мотив и порочные связи в компании Карбонеум Биоген, входящей в состав концерна Альдесвер Биотехникал, и занимающейся промышленным клонированием органов. Синтетические импланты пользуются большой популярностью, но в редких случаях выявляется резкое отторжение организмом чего-либо искусственного. В таких случаях прибегают за помощью в эту компанию. Кроме того, существует определённая группа людей – последователей мультиантропотеизма, отвергающих вживление имплантов, но согласных на выращенный в резервуаре орган взамен собственного, утратившего работоспособность. Мало кого из них в данном случае интересует факт, что серийные номера и соответствующие логотипы производства присутствуют на обоих образцах продукции, даже срок эксплуатации и гарантийные обязательства не имеют существенного отличия. Ева рассматривала варианты, при которых в Карбонеум Биоген мог поступить анонимный и очень дорогостоящий заказ от влиятельного человека на выращивание не просто «детали», а полноценного организма – её точной копии, пускай и не функционирующего должным образом. И такая возможность в самом деле существовала, но любая генетическая экспертиза засвидетельствовала бы присутствие маркеров искусственного происхождения в тканях тела, поскольку избавится от них в рамках фабричного производства клона невозможно. Девушка разжала кулак и не поверила своим глазам – этерит по-прежнему был в нём, хотя она точно помнила, что отправила его в кейс от пистолета, обладающий куда большим экранированием, чем специальный карман её сумочки. Поводя пальцем по сенсору на бедре, она отмотала запись импланта до того момента, просмотрела в ускоренном режиме дальнейшее развитие и поняла, что потеряла в восприятии примерно минуту времени, которую всё же удалось зафиксировать и воспроизвести. В мгновения беспамятства Ева снова достала кристалл и уже с ним продолжала просмотр новостей, периодически глядя на него и слегка поглаживая. - Это пиздец какой-то! – простонала она, вновь кинув этерит в кейс, а его – в ванну, к трупу старика. Решив, что продолжать курить странный чай не стоит, девушка принялась переодеваться из балахонной рубашки в свой не слишком скромный вечерний наряд для похода за нормальными сигаретами и какой-нибудь едой. Взглянув на себя в грязное зеркало возле двери, она поняла, что внешне ей полностью подходит личность Элизабет Бладсакер. Собравшись с мыслями, Ева убедилась, что на этот раз в руке кристалла нет, и покинула квартиру, тут же встретив сопротивление и почти врезавшись в грудь Штайна-Доу. - Далеко собралась? – поинтересовался он, положив ей руку на плечо, то ли чтобы не дать сбежать, то ли слегка облокачиваясь, - И что, блядь, случилось с дверью?! *** Тело Шеймуса – так звали старика, к вечеру было завёрнуто в старое одеяло, после того как из него грубым образом изъяли пули, которых ещё не должно быть даже на чёрном рынке. На этот счёт Ева выслушала длительную череду оскорбительных замечаний, с десятой долей которых, впрочем, была согласна. Никто не заслуживает быть застреленным за то, что хочет получить плату в счёт аренды квартиры. Мистер Кэмпбелл не славился пристойным характером, а уж тем более поведением, не раз был виновником определённых происшествий с не самыми приятными и законопослушными людьми, за что вполне точно ожидал кровной расплаты. Правда не от молодой особы, страдающей похмельем. - Обычно приходили молодцы с бицепсами по шестьдесят сантиметров, болтами до колен и ниточками между ушей вместо мозгов, каждого при этом могли после стычки с ним вынести в травмпункт или вперёд ногами. А тут ты, псевдо-порнушница. - А вот это уже обидно! – прошипела в ответ Ева. - Теперь представь, как ему обидно! Давай, придерживай ноги, он всегда мечтал быть кремированным, посодействуем же. - Не слишком ли жёстко сжигать весь дом? И вообще, на кой чёрт мы его в одеяло завернули? - Если ты думаешь, что я всегда способен на логичные и обдуманные поступки, то должен тебя огорчить! – мужчина призадумался, - Хотя знаешь? Маловероятно, но ведь могут же криминалисты воспользоваться генетической реконструкцией биоматериала на этаже и обнаружить, что его, судя по наличию крови перед этой дверью, сперва застрелили, а уж потом сожгли? - Я всё тщательно оттёрла, что здесь, что в ванной, - девушка сдула прядь волос с лица, - и пожар уж точно уничтожит все следы. - Вот ты и ответила на часть своих вопросов. Вместе они оттащили тело в квартиру Шеймуса, вывели из строя контроллер автоматической системы пожаротушения и подожгли одеяло. Затем стремительно покинули дом. - А если не разгорится? – поинтересовалась Ева, сомневаясь в затее. Из окон здания было видно кратковременную яркую вспышку, затем прозвучал резкий хлопок с последующим нарастающим гулом. Несколько секунд спустя в доме раздался взрыв и вспыхнуло пламя. - Это был трансформатор Фьюжн Спайр? – начинала понимать девушка, широко раскрыв глаза, - Неужто их можно так перегрузить? Штайн-Доу достал из кармана куртки кристалл этерита, подбросил его в руке и почти ловко поймал. - Хорош выёбываться! – недовольно прорычала Ева, - Да, я на мгновение забыла, что эта срань не только генератор нескончаемых галлюцинаций и ночных кошмаров, но и практически неисчерпаемый источник энергии. Итак, что дальше? Нашёлся способ добраться до материка? - Определённо да, но тебе… хотя, учитывая новую личность, может и понравится, - он похабно посмотрел на девушку. В этом взгляде было отвратительно всё, от намёка до утверждения. - Сосать? - Как пылесос. - Срать мне в гроб за все печали, - прошептала Ева, раздумывая, как бы избежать намеченной участи. *** На пути к ночному клубу в одном из не самых благополучных районов города, мужчина более детально описал свой план. Еве предстоит играть роль своей личности – порноактрисы, имеющей не столь очевидные проблемы с законом и желающей пересечь Кельтское море, Ла-Манш и, соответственно, пару государственных границ на пути к Берлину. Все авиаперелёты по-прежнему находились под строгим контролем конгломерата и предназначались в основном для переброски войск Легиона, гражданские лица вот уж который год вынуждены пользоваться исключительно наземным и водным транспортом. Единственным человеком, способным без лишних вопросов организовать небольшое, полулегальное, судно, был местный альтруист и меценат по прозвищу О’Фаррелл, что определённо не являлось его настоящей фамилией. Этот человек тесно сотрудничал со многими организациями, каждая из которых официально опровергала какие-либо связи с ним, находился в международном розыске и владел клубом Лепесток – пристанищем подобных ему личностей. Девушка пару раз слышала о нём от прошлых сотрудников, но, будучи директором чёртовой дюжины мега-корпораций, не обращала внимания на подобный ирландский прыщ. Сейчас же предстояла личная встреча и, не имея за спиной силу несокрушимого, до сих пор, Легиона, или хотя бы отряда личных телохранителей, она ощущала дискомфорт, начинающий перерастать в страх. Роль её охранника, назначавшего встречу ныне утром, играл этот начинающий стареть мужчина, представляющийся Александром и талдычащий, что корпорация Браун Индастриз, до Волны Резонанса, называлась Штайн Индастриз. Ева отказывалась в это верить, как и признавать какие-либо знакомства с ним, состоявшиеся до прошлого вечера. Она не поверила в рассказы о завещании ей контрольного пакета акций, предсмертные агонии с последующим спасением в виде точечного орбитального сброса прототипа новых типов нано-имплантов, вводимых в организм посредством инъекций и замещающих повреждённые органы, пускай и искусственные. По слухам, ученые Альдесвера работали над подобной технологией, но результатов не добились, проект свернули, вернувшись к классической схеме аугментации. Ещё более неправдоподобно звучали от него заявления о проведённых годах в Северной Америке и последующем пересечении Атлантики силами контрабандистов. Для большинства народов Европы, не обременённых корпоративными реалиями, этот континент перестал существовать ещё задолго до Резонанса, когда в далёком две тысячи двадцать третьем году, после многочисленных терактов и катаклизмов, прекратил существование так называемый «интернет», хотя многие до сих пор винили ту страну во всех своих бедах, пытаясь найти универсального врага, будто Нового Порядка им не хватало. Это касалось и некоторых сотрудников конгломерата, работавших в местных филиалах Эдисон Моторс, Квантум Линк и Аквила Технолоджи, поглощённых соответствующими направленности компаниями, но утратившими патент на определённые виды работ и исследований, распространяемыми исключительно указанными корпорациями. В связи с этим, множество наработок не может быть использовано и по сей день. Ведь патент будет действовать ещё как минимум двадцать пять лет, на что не влияет даже банальное отсутствие связи с заокеанским заявителем. ВЕСПИД – Высокоскоростная Европейская Сеть Передачи Информации и Данных, запущенная двадцать лет назад Герхард-Корп, которую Штайн, почему-то, называет Алекс-Корп, синхронизировала время в телефоне и зрительном импланте Евы ровно в полночь, как раз, когда они достигли клуба Лепесток. Дорога сюда обошлась без происшествий, если не считать отряд Легиона, желающий проверить документы и отпустить пару озабоченных шуток касательно нынешней карьеры девушки. Им показалось, мисс Бладсакер ведёт себя недостаточно расковано в кадре, прозвучали советы относительно их участия, не для съёмки, разумеется. Пары косых взглядов Джона и пожертвования в размере пятисот кредитных единиц хватило, чтобы избежать дальнейших шуток и расспросов. Это были не «те самые» дознаватели, потому вышло так легко договориться. Перед дверью в клуб стоял бугай, многократно превосходящий Еву ростом и мускулатурой, ощущалось явное влияние местного центра Биогена, нарастившего мужчине изрядное количество массы. Имплант девушки выдал предупреждение о запрещённых аугментациях, выявленных при сканировании человека. Он лениво глянул на парочку, хмыкнул и очертил взглядом маршрут их дальнейшего следования, которому удалось проследовать и без звукового подтверждения «указателя». Следом, прямо за дверью, находился ещё один мордоворот, хищно улыбнувшийся при виде девушки. Он как раз оторвался от просмотра видео, содержащего некоторые части её тела, подвергнутые разным видам пенетрации. Стереть его похабное выражение лица, лишь на мгновение, удалось Джонатану, чей вид тоже не способствовал восприятию его как человека, повседневно занимающегося интеллектуальным трудом. Ева поняла, что пару раз удостаивалась этого взгляда в свой адрес, потому решила сделать то, что у неё лучше всего получалось на совете директоров – поиграть на нервах: - А ты же качаешься, да? – поинтересовалась она, якобы ненароком, щипнув бицепс охранника. - Да-а, - без тени смущения ответил мужчина, продолжая вести гостей к своему боссу. - Наверное и единоборствами какими занимаешься? – продолжала девушка, прибегнув к самой артистичной стороне своей натуры. - А-ага, - всё так же односложно ответил охранник. - Каратэ, джиу-джитсу? – не унималась Ева, - Или, может, кросс-файт? А моего верзилу смог бы уработать? Он угрюмый всё время ходит, явно не хватает серьёзных вызовов. Доу недобро сверкнул глазами в сторону девушки. - Не, а серьёзно, как насчёт пари? Давайте, докажите, кто из Вас настоящий мужчина, победителю от меня «уход боливарианской горничной». Можете по яйцам бить, проигравшему они и так не понадобятся, главное заведение не попортите. Уловив внезапный хищный взгляд охранника, предпочитавшего останавливаться им преимущественно на прелестях девушки, она поняла, что в его заинтересованности не стоит сомневаться. - Ничего личного, мужик… - пробубнил он, не в силах стереть улыбку с лица, предвкушая свою очевидную победу, в след за чем прямым ударом врезал Доу по правой скуле с такой мощью, что, казалось, послышался хруст кости. Джонатан, не будучи готовым к этому, шатнулся к ближайшей стене, едва не мечтая о нокауте, но каким-то, неприятным для себя чудом, сумел выдержать первую атаку и тут же ощутил недомогание в районе селезёнки, последовавшее за мощным пинком, отбросившим его чуть дальше к выходу из заведения и повалившим на спину. Мысленно проклиная похмелье, не позволившее ему тут же отключиться после ощущения столь резкой и внезапной боли, он взглянул помутневшим взором на своего оппонента. Охранник перед ним был по уши напичкан не только искусственными повторителями мышечной массы, но и гормональными усилителями, делающими из него лишь подобие человека разумного, относя больше к виду горилл-каннибалов из Экваториальной Гвинеи, способного, при желании, размозжить череп взрослого мужчины ударом о свою же руку. В костях его предплечий и кистей ощущались графитовые утяжелители, способствующие нанесению серьёзных повреждений даже при лёгких ударах, а нейронные подавители глушили большую часть боли от атак оппонентов. Попадать под третий удар охранника было опасно, Доу постарался откатиться в сторону, когда тот, метя в рёбра, пытался растоптать противника. Ева при этом ощутила лёгкий скачок садистского удовольствия, не понимая, в прочем, с чем это было связано. Она наблюдала за начавшимся избиением единственного знакомого здесь человека, в тайне желая, чтобы тот как можно сильнее пострадал от её безумной затеи. С интересом прикусив нижнюю губу, она заметила, как охранник вошёл во вкус и потянулся к пистолету в кобуре. Это действие показалось ей перебором, судя по взгляду распластавшегося на коридорном ковре Штайна-Доу, он был полностью солидарен с её суждением. Внезапная вспышка воспоминаний пронесла перед взглядом Евы события одиннадцатилетней давности, приправленные долей сожаления о своём нынешнем поступке. Боль в затылке усилилась, в глазах помутнело. Как выяснилось, подобный дискомфорт ощутила не только девушка, а и охранник со всеми невольными зрителями, не чурающимися кровавых представлений. Исключением был лишь Джонатан, заметивший момент всеобщего недомогания. За долгие годы он выработал способность противостоять некоторой доли влияния этерита, а заодно подмечать малейшие колебания его воздействия на разум. Секундного замешательства ему хватило, чтобы как следует прицелиться и с полным осознанием последствий врезать левой ногой в пах охранника. Мужчина ещё не способен был ощутить физическую боль, поскольку пытался отойти от ментального удара кристалла чужеродного происхождения. В следующий момент он должен был ощутить тренированный джеб в нос, сминающий даже укреплённую в лаборатории аугментации кость, и продолживший серию апперкот, сместивший на пару сантиметров челюсть с её привычного места обитания. Все болевые ощущения, включая сотрясения от удара затылком об угол декоративной тумбы, задающей весь тон помещению, охранник получил вместе с нарушением действия вестибулярного аппарата и прекращением вспышки активности этерита в кармане куртки Джонатана. - Да, в победителе я и не сомневалась, - хвастливо высказалась Ева, окинув взглядом изумлённую аудиторию. Добиваться расположения окружающих являлось для неё одним из ключевых пунктов во времена исполнения должностных обязанностей руководителя конгломерата. В этом деле были не столь важны сопутствующие расходы, в том числе жизни и здоровье её подчинённых. Девушка знала, что теперь переговоры точно состоятся на её условиях, ведь доказательство силы, пускай и столь незначительной, представленной лишь одним спутником, очевидно не способным справиться с чем-то серьёзнее жаждавшей секса гориллы, сыграет на пользу делу. На шум, вызванный прошедшей дракой, активно сходилась основная масса охраны, имевшая в своём арсенале, помимо армейских имплантов и протезов, штурмовые винтовки Легиона, очевидно, отвязанные от биометрической идентификации, и бронебойные кассетные ружья Маузера. Наконец, из своего укромного уголка, возник хозяин клуба Лепесток – О’Фаррелл. Мужчина не мог похвастаться мускулатурой как у своей прислуги, привлекательность его, впрочем, тоже находилась на уровне ржавой водопроводной трубы, использованной для нанесения массированных повреждений черепной коробке. Пара шрамов на лице, плавно переходящих в «очаровательную» рыжую плешь, с которыми не справились даже островные пластические хирурги, могла бы поведать о бурном прошлом в рядах ирландской республиканской армии времён своего пика эффективности. Нынешним костюмом он старался подчеркнуть свой высокий статус, но старые повадки наёмника, которому удалось сорвать огромный куш, говорили о нраве больше, чем пёстрые тряпки. Зелёные глаза О’Фаррелла пристально изучили Еву, после чего встретились с пронзительным взглядом Штайна-Доу, лишь мельком удостоив внимания ещё не пришедшего в себя охранника. - Уработав этого ублюдка, Вы стали должны мне на пару тысяч кредитов больше, - холодно произнёс он, - Итак, я слушаю. *** Кабинет О’Фаррелла был выполнен в стиле остального клуба – пестрил изумрудным цветом подобно полупустой бутылке Егермейстера, стоящей рядом с россыпью пачек кредитных единиц конгломерата. Мужчина сел за стол, отсчитал несколько купюр, смял их в плотный комок и недовольно бросил. Поймал их Майк – неудавшийся стрелок, с которым Ева негласно познакомилась совсем недавно, после инцидента в фиктивном туалете. На его джинсах до сих пор остались следы рассыпанного ею кокаина. - А теперь вали на хер отсюда, чтобы в этом месяце я тебя больше не видел! – О’Фаррелл был не в духе. Прямо перед началом драки он поставил на своего охранника, Майк же был ему должен за утопленный груз, перевозимый его судном – Амандой. Он предложил списать долг и докинуть пару тысяч на покупку новой контрабандистской лодчонки в случае победы Доу и не прогадал. Бегло пересчитав самостоятельно распрямившиеся после деформации купюры, Майк махнул всем рукой и радостно покинул кабинет. О’Фаррелл что-то пробурчал и налил себе Егермейстера. - Серьёзно? – приподняла бровь Ева при виде немецкого ликёра, - Даже не Айриш Мист или какой-нибудь Кароланс? - Пошути мне ещё! – он указал ей мизинцем руки, в которой держал стакан, кресло рядом со столом, затем выпил и налил ещё, очевидно, намереваясь вскоре поужинать. - Может тогда испробуете и Гольдвассер, раз здоровье поправить охота? Говорят, Папу Римского в тринадцатом веке лечили эликсиром с золотыми чешуйками, так там почти то же самое, но качество получше, - имплант Евы не являлся медицинским анализатором, но и без него девушка заметила, что у собеседника возможны проблемы с пищеварением. - Будь добр, заткни свою протеже, а не то это сделаю я! – О’Фаррелл, сжав губы, пристально уставился на Джонатана. - Не-не-не, это мой охранник, он всего лишь назначал встречу, - помахала указательным пальцем девушка и закинула ногу на ногу, ожидая, что ей предложат сигарету. Мужчина вскочил и в одно мгновение приблизился к Еве. Прежде, чем она сумела что-либо предпринять, он сжал правой рукой её горло, а левой указал своим людям выйти. Когда те покинули помещение, а девушка успела посинеть, безуспешно отбиваясь, О’Фаррелл продолжил: - Итак, она будет молчать? – он сверкнул глазами в сторону Доу и проигнорировал разъярённый взгляд того. - Можешь не сомневаться, - ответил Джонатан, чуть не побагровев от злости и сжав кулаки так, что костяшки побелели. Он знал, что нападать на этого человека в его же кабинете крайне опрометчиво, учитывая, что кейс с пистолетом, вместе со всеми вещами для путешествия, пришлось оставить в укромном уголке неподалёку, иначе в клуб было не попасть. О’Фаррел приподнял бровь и показал указательный палец, затем отпустил Еву, которая раскашлялась, получив доступ к кислороду. Мужчина вернулся за стол, подцепил кусок отварной куриной грудки ножом и быстро сжевал его, затем в рот отправилась пара брокколи и ещё треть стакана ликёра. - Как ты узнал, что это она со мной, а не я с ней? – поинтересовался Доу, присаживаясь в кресло рядом с Евой. - Ты, блядь, меня за дебила держишь? – мужчина покрепче взялся за нож, но затем выдохнул и сдержался, - Ладно, ладно! – он нервно протёр глаза, - Пятнадцатый год этого ебучего столетия? Ну? Тридцать, сука, лет тебе память отшибли, мудила? Выражение непонимания отобразилось на лице Джонатана. - Будь добр продолжать, пока мне нихуя не понятно! Отдышавшись, Ева слегка подняла руку, привлекая к себе внимание. О’Фаррелл стиснул зубы, но всё же снизошёл и поинтересовался: - Ты хочешь что-то спросить? – в ответ он получил скромный кивок, - Хер с тобой, послушаем. - Я смотрю, тут серьёзный разговор… можно мне пока того же, что у Вас на тарелке? Двое суток спиртовой диеты дают о себе знать. Мужчина, казалось, слегка смягчился, оценив взглядом её состояние. - Если не брезгуешь, угощайся, мой организм столько мне не позволит, - он подвинул тарелку и столовые приборы. Ева всем нутром желала возразить и настоять на новом блюде и чистой вилке, но решила, что лучше так, чем никак, потому незамедлительно принялась жевать мясо и овощи. Джонатан всё ещё размышлял над вопросом с видом полной вовлечённости. Он определённо пытался понять, какой информацией можно поделиться, а что умолчать, затем всё же решил не говорить ничего. - Слушай, - Доу сделал небольшую паузу, - нам всего лишь нужно на материк, заплатим сколько потребуется и даже компенсируем твой проигрыш… - Ты видишь это? – поинтересовался мужчина, указав рукой на пачки кредитов, - Дневная выручка с моих предприятий, и это только по Дублину, и только налом. Думаешь, сколько здесь – миллион? Два? Срать мне на деньги, даже на те суммы, которые могут предложить экс-главы конгломерата – господин Штайн и госпожа Браун! Глаза Евы и Джонатана непреднамеренно округлились, но они всё же удержались от вопросительных взглядов друг на друга. - Ха! Секрет века, блядь, раскрыт! – О’Фаррелл расхохотался, - Видели бы вы свои сучьи лица! - Вы путаете, - сквозь зубы процедила девушка, - Меня зовут Элизабет Бладсакер, я известная… гм… актриса. Первый же поисковый запрос выдаст десятки фильмов с моим участием. А это – мой охранник, Джон Доу. Мы слышали, что какую-то дамочку по фамилии Браун, вроде имевшую отношение к конгломерату, нашли мёртвой у себя в номере. Что там, Джон, вены вскрыла, или асфиксиофилия? - Передозировка, - ответил мужчина. - Передозировка, - утвердительно отметила девушка, подцепив вилкой ещё брокколи. - Да вас двоих с такой игрой и на дублёров в дешёвую театральную постановку не возьмут! – ещё сильнее засмеялся О’Фаррелл, - Хотя к чёрту, ненавижу театр, - он сделал серьёзный вид, - Александр Штайн… хммм… как там твои дети поживают? Доу едва заметно напрягся. Ева ощутила странное помутнение, когда это сочетание имени и фамилии произнёс кто-то посторонний, она до сих пор была уверена, что не знает такого человека. Но сейчас слуховое восприятие словно ножом резанули и оставили кровоточить. - Нет никаких детей, я бесплоден, - наконец признался Джон, слегка опустив гневный взгляд. - Какое совпадение, я тоже! – вспылил О’Фаррелл, - Угадай, по чьей, сука, вине?! - Если хочешь что-то сказать – говори, блядь! Хватит нагнетать интригу! – прорычал Доу-Штайн, - Да, ты знаешь, кто мы, но я тебя вижу второй раз в жизни, с учётом этого утра. - Серьёзно? Тридцать лет напрочь стёрли меня из твоей памяти? Наверное, как неприятное воспоминание, да? – он едва не кипел от гнева, - Седьмое января две тысячи пятнадцатого года, операция «Тур» - внедрение в один из безымянных, секретных и закрытых городов Восточной Сибири с целью добычи захороненного там ядерного топлива. Именно тогда вся наша группа, по твоей вине, - он зло ткнул пальцем, - заработала лучевую болезнь и большей своей частью полегла там! Именно тогда, когда ты кинул меня подыхать в том могильнике, умер Владимир Роговой и родился Александр, сука, Штайн, будущий лидер ебучего конгломерата Альянс! Ева прервала трапезу, поскольку ощутила внезапный психический удар с последующим покалыванием в затылке. Скомканные фрагменты восприятия на секунды были подавлены, затем она ощутила прикосновение ладони и словно пришла в себя. Осмотревшись, девушка увидела, что её руку держит Джон, сжимая в правом кулаке кристалл этерита, неестественно-яркое сияние которого пробивалось даже сквозь мышцы и кожу, подавляло освещение от ламп и заливало весь кабинет зелёным светом. - Это как, бл… - не успела поинтересоваться Ева. - Срочно уходим, эффект не продлится долго! – Доу-Штайн был явно настроен решительно, он поднялся с кресла, продолжая держать девушку за руку, повёл её на выход, оставив О’Фаррелла в застывшем состоянии. - Что происходит, он тебя действительно знает? - Хуже – я вспомнил его, - мужчина мотнул головой в сторону дверной ручки, которую не мог сейчас открыть самостоятельно, - никакой это не О’Фаррелл. - А кто? – девушка потянулась, но затем остановилась, дожидаясь ответа. - Сраный Конор Галлахер… один из основателей Нового Порядка. Ева встала как вкопанная и обернулась, шокированная полученной информацией. Человек, чья организация тем или иным образом разрушала её жизнь и жизни миллиардов людей, за годы до её рождения, находился прямо в этом помещении, бессильный перед аномальным влиянием кристалла. - Я не могу просто так уйти, - что-то злое пробудилось в девушке, она была готова вонзить столовый нож в глаз мужчине. И повторить это десяток-другой раз, пока все руки не покроются его кровью и ошмётками мозгов. - Верно подмечено, уйти вы не сможете, - ухмыльнулся Галлахер, прекратив отыгрывать стазисное состояние и достав из-под рубашки цепочку со свисающим на ней кулоном – маленький серебряный четырёхлистник, посреди которого очень тускло, едва заметно, сияла крохотная песчинка этерита. Услышав это, Александр перестал тратить усилия воли на поддержание эффекта, свет в помещении вновь стал привычным. - Так и знал, что у тебя он есть, - заявил Конор и выпил немного ликёра, - иначе хер бы ты справился с Гарри. Кстати, ты должен ему новые яйца. - Уверен, твои доктора пришьют ему что-нибудь от гиббона или гориллы, - Штайн убрал кристалл в карман, подошёл к столу и взял бутылку Егермейстера, изрядно отпил, передал Еве, та прикончила остатки, - чего ты хочешь? - Не волнуйся, твой камешек меня не интересует, хотя должен признать, чистота у него исключительная. Интересно, сколько лет ушло на то, чтобы научится им так управлять? - Много, - сухо ответил Александр. - Понимаю, - улыбнулся Галлахер, - Что ж… меня интересует то, что ты украл тридцать лет назад. - Серьёзно? Двадцать тонн плутония? Послушай, я продал их ещё тогда, за четверть триллиона долларов, что по нынешнему шаткому курсу сколько? – он вопросительно глянул на Еву. - Учитывая, что сейчас доллар наравне с рублём, если не дешевле, а все расчёты этой валютой прекращены здесь лет пятнадцать назад, думаю… миллиард кредитов наскребётся. И это лучшее, на что можно рассчитывать, - корпоративные нотки в голосе девушки не позволяли усомниться в её подсчётах. - Миллиард… а, чёрт с ним, даже не будем учитывать, что половина в любом случае была моя, накинем проценты за ожидание и нанесённый здоровью вред… - Штайн пораскинул мозгами, - хорошо, как тебе один и триста… хотя нет, даже полтора! Полтора миллиарда кредитов за наше возвращение в Берлин. Разумеется, когда удастся убедить все инстанции, что мы живы. Конор смотрел на них не скрывая презрения. - Вы, клоуны, кому бабки предлагаете, блядь?! Думаете, меня интересуют эти пустышки? Повторюсь, сука! Мне нужно то, что ты УКРАЛ тридцать лет назад, срать на плутоний – это было задание. - Стоп, что? – мужчина непонимающе посмотрел на собеседника, Ева тоже пристально уставилась на Галлахера, - Если дело не в этом, тогда что? - Мне нужна карта. - Карта? - Карта, блядь, не играй со мной! – Конор начинал терять терпение. - Если бы ты был более последователен, то рассказал бы, о какой карте речь? – Штайн явно не понимал, о чём речь, либо мастерски не хотел понимать, что Ева точно начала замечать и распознавать, - Из того могильника я забрал только ядерный материал. - Неееет, не-не-не-не-не! – помахал пальцем Галлахер, - Этого ты не можешь не помнить, нет! Он коснулся сенсорной панели стола, вызывая голографический дисплей, затем потратил некоторое время на поиски снимка, после чего всплеснул руками. - Карта расположения Авалона! – он указал на изображение испещрённой письменами золотой таблички. - Что, блядь?! – рассмеялся Штайн, - Ты всерьёз веришь, что эта хрень – карта? Ещё и к мифическому острову? Да я подарил её первой же шлюхе, на которую наткнулся после той операции. Признаюсь, она была из элитных, но тем не менее… Я про шлюху, не про табличку. Галлахер смахнул изображение и перед глазами предстала фотография восьмилетней давности, снятая одним из внедрённых агентов Нового Порядка. На ней были изображены Штайн, Орлов, Коупленд и Альдесвер, присутствующие на одном из секретных объектов конгломерата, сложно сказать, каком именно, поскольку серый, металлический антураж был присущ многим из них. Хотя Ева заметила знакомый блок хранения, куда в последствии было перемещено её кольцо. Это было хранилище потенциально опасных материалов конгломерата, куда свозились многие вещи, так или иначе, нежелательные и непредназначенные для людей. Там, на постаменте, ограждённом толстым прозрачным кубом, не пропускающим какие-либо виды радиационного и психотропного излучения, располагалась небольшая золотая пластина, исписанная рунами, формулами и словами на неизвестном языке, нескольких языках. - Верни мне карту, и мы в расчёте, - твёрдо заявил Галлахер. Ева поняла, что финт Штайна был парирован не так, как ему того хотелось. И особого выбора, кроме как подчиниться условиям этого человека, тоже. - Кстати, госпожа Браун, - внезапно продолжил Конор, - привет Вам от отца. *** Ева шагала по улице, готовая взорваться от злости. Совокупность полученной за этот вечер информации рушила её устоявшиеся убеждения, не щадя даже события, отложенные в памяти более десяти лет назад. Отец, завещавший девушке Герхард-Корп, Браун Индастриз и прочие мега-корпорации, включающие тысячи дочерних компаний и предприятий, составляющих большую часть конгломерата Альянс, покинул этот мир у неё на глазах. Более того, она сама нажала на кнопку его кончины, дав добро на отключение от аппарата жизнеобеспечения, прервав тем самым мучения, вызванные инцидентом, связанным с очередным терактом Нового Порядка. Как сегодня выяснилось, Герхард Браун не просто имел контакты в организации, в чём до этого вечера был убеждён Штайн, но и руководил ею в последние годы, сместив при этом бывшего идейного лидера – Конора Галлахера. Тот, в свою очередь, не был сильно против. Проблемы со здоровьем не позволяли ему полностью отдаться делу жизни, потому он решил уйти на покой, но контакты с прошлыми соратниками всё ещё поддерживал. В частности – с Герхардом, который, по его словам, всё ещё скитается по миру в поисках определённых предметов и артефактов, технологий и всего, что может принести планете Новый Порядок. Ева поёжилась, ощущая холодный ветер. Этой ночью ожидалась буря, но судно должно было отправляться по расписанию, несмотря ни на что. Корабль «Принцесса Сесилия», на котором у Конора имелись знакомые офицеры и большая часть матросов, был зафрахтован местным подразделением Майндгейт для перевозки нескольких контейнеров на материк. Даже связи мистера Галлахера не позволили добиться ответа о том, что же находится у них внутри, впрочем, делать предположения он и не собирался, главным образом желая поскорее доставить парочку зайцев. Увидев возможность получить заветный предмет, он словно вновь обрёл волю к жизни и шанс эту жизнь спасти. Девушка не верила, что желанная табличка является зашифрованной картой к мифическому острову, она лишь знала, что эта золотая пластинка отправлена в хранилище потенциально опасных материалов не просто так. - За нами же наблюдают? – поинтересовалась она. - Всё время, - ответил Штайн даже не обернувшись. Он всё ещё ощущал боль от полученных ударов и алкоголь лишь незначительно притуплял ощущения. - До Дюнкерка нас точно будут вести, дальше путь до Антверпена – там, насколько мне известно, полномочия Конора заканчиваются, но он рискнёт отправить парочку агентов. Думаю, мы сможем их вычислить и расправиться, в случае надобности. - Мы же не будем выполнять требования этого террориста? - Это никогда не входило в мои планы, но стоит хорошенько изучить ту табличку, когда вернём полномочия. Должен сказать… - он запнулся, высматривая судно, на котором предстояло плыть, - такая же золотая хрень встретилась мне в Америке, незадолго до Резонанса. - Постой, так ты всё-таки был там, когда это случилось? – Ева глянула на собеседника, желая попытаться обмануть свою память и наконец вспомнить его. - Не просто был, - Штайн явно не хотел об этом говорить, но выпитое в кабинете Галлахера и бутылка виски из бара, влитая поверх Егермейстера, порядком развязали ему язык, - тогда, в Неваде, при реактивации системы безопасности комплекса, мы подверглись нападению местных властей, было повреждено экспериментальное оборудование, по сути, вызвавшее выброс. - Хочешь сказать, ты был в самом эпицентре? – не поверила девушка. - Ближе некуда. Меня подстрелили как раз, когда я переназначал роли пользователей в системе безопасности, комплекс передал экстренный сигнал спутнику, а тот ретранслировал его орбитальной станции Альдесвера, которая направила ракету с инъекциями имплантов, ну это я уже рассказывал. Так вот, через пару часов они полностью заменили повреждённые ткани, а тем временем войска противника достигли установки трансгенератора резонансных возмущений. Не знаю, что она должна была делать, но единичный запуск, пускай и на сотую долю мощности, вызвал всё, что сейчас называют Резонансом. Собственный экипаж… - он выглядел огорчённым, - все они забыли меня. Многие сошли с ума и начали палить без разбора, некоторые и вовсе… Нет, не хочу это вспоминать. Суть в том, что этерит сберёг меня, и я надеялся, что, хотя бы один человек в этом мире, ещё будет помнить о моём существовании – кольцо, в нём был… - Кристалл этерита, знаю, - Ева отмахнулась, выуживая из памяти моменты расставания с драгоценностью и передачей её следственному комитету конгломерата, - отец подарил мне его на совершеннолетие… Хотя, если говоришь правду, то именно ты обрёк меня на месяцы нейрохирургии, избавляющей от последствия его ношения. Этерит опасен для людей! Даже кратковременный контакт может вызвать продолжительные галлюцинации! - Что ты видела? – внезапно обернулся Штайн, его взгляд выражал чрезвычайную заинтересованность. - Странные сны, сестру… - Разного рода события, разбросанные во времени или легендах, а также едкую брюнетку с сомнительным чувством юмора и могильным холодом? - Ээээ… - промычала Ева, её ощущения до сих пор не решали окончательно довериться спутнику. - Она являлась и мне, в моменты, когда кого-то лишали жизни. - Мы пришли, - девушка указала на судно в порту, носившее название «Принцесса Сесилия» - масштабный контейнеровоз, осуществляющий периодические рейсы между континентом и островом. С этого момента нужно было вести себя максимально осторожно, потому Ева несколько раз шикнула, чтобы прекратить беседу и сосредоточиться на сохранении статуса инкогнито. Галлахер не говорил персоналу, кого именно им придётся перевозить, от того роли Элизабет Бладсакер и Джонатана Доу никто не отменял. Матросы у трапа быстро отсканировали припозднившихся пассажиров и указали им на расположение каюты неподалёку от носа корабля. Кровать была одна, и Ева отказалась спать вместе, указав спутнику на кресло, страдавшее от избытка неудобства. Штайн выслушал определённую порцию заносчивых выражений и решил, что лучше бы поближе познакомится с матросами, прихватив при этом пару бутылок крепкого алкоголя из своей сумки. В лучшем случае, девушка ожидала его через пару часов, за это время она сумела бы совладать со своим гнетущим ощущением утраты ориентиров. А в худшем – он мог застрять и до утра, найдись у матросов своё пойло. Тем не менее, Ева легла спать. *** Документы были расположены на верхней полке, потому девушка забралась на лестницу, чтобы добраться до папки. Скрип ступенек привлёк вошедшего мужчину, и он посмотрел на Еву. Их взгляды встретились, и установившаяся связь не могла быть разорвана обычными мирскими проблемами. Тем не менее, господин Гофман, сопровождавший незнакомца, отправил девушку за бутербродами с мясным хлебом и пивом в ближайший трактир, чтобы уважить гостя, не подозревая, что тому было бы куда приятнее провести время с ней самой. Господина Вольфа – так звали мужчину, овладевшего её сердцем одним лишь взглядом, интересовали определённые виды работ, предоставляемые этим фотоателье, о которых он решил не говорить в присутствии юной особы. Тем не менее, за столом он буквально пожирал её глазами и предлагал подвезти домой на своём мерседесе. При всём желании, девушка была вынуждена отказаться, опасаясь гнева отца, но это не помешало раз за разом выслушивать комплименты в свой адрес. Вольф покинул заведение в приподнятом настроении, и Ева тоже начала собираться домой, когда к ней подошёл владелец ателье и с хитрой улыбкой поинтересовался, не узнала ли она посетителя, на что девушка отрицательно покачала головой. Работая тут, она толком не рассматривала продававшиеся у Гофмана фотопортреты членов НСДАП. - Это же Гитлер! Наш Адольф Гитлер! – радостно воскликнул Генрих. *** Порочное Наследие. Акт Второй - Блядь! – прорычала Ева, просыпаясь в холодном поту, - Ну это уже перебор! Она проверила время – без пяти пять, Штайн так и не вернулся, а свет в каюте перестал включаться. Несмотря на усталость, сон отшибло напрочь. Девушка проверила сумки и убедилась, что этерита нигде нет, казалось бы, эффекта деформации восприятия тоже быть не должно, но покалывание в затылке говорило об обратном. Ева не знала на какие расстояния может распространяться излучение столь чистого образца, а также степень влияния на остальной экипаж. Она заметила, что многие матросы перед отправлением употребляли Ноу-Флоу, дабы не испытывать дискомфорта от пережитых много лет назад повреждений разума, потому эффект у них мог быть не таким колоссальным как в её случае. Максимум привидится белый кит, или кракен. Девушке дико захотелось курить, на поиски сигарет пришлось выходить наружу, поскольку купить что-либо по дороге не удалось, а многофункциональные листья чая из съёмной квартиры Александра, при таком использовании, в последствии вызывали рвоту и прочие недомогания, от того были сразу же забракованы. В коридоре тоже отсутствовало освещение, лишь изредка вспышка молнии рассеивала тьму сквозь иллюминаторы, в остальное время пришлось полагаться на фонарик телефона. Двадцать четыре года назад Аквила Технолоджи с потрохами купила Эпл, впоследствии распространив на их продукцию часть своих разработок, в частности новые, ёмкие источники питания, благодаря которым айфоны смогли держать заряд до месяца при умеренном использовании. Бренд сохранил распространённость в Европе даже после потери связи с заокеанским континентом, и сейчас в руках Евы была одна из ещё не анонсированных моделей… которую она, из-за плотного графика, ни разу не заряжала за прошедший финансовый квартал, потому телефон моргнул пару раз и вырубился. Девушка выругалась и засунула его в корсаж, надеясь, что тепловой конвертер устройства воспримет температуру тела достаточной и хоть сколько-то восполнит за её счёт фазовый конденсатор. Оставшись без источника света, она быстро дважды моргнула, вызывая интерфейс зрительного импланта и постаралась выкрутить адаптивную светочувствительность на максимум - этого едва хватало чтобы различить очертания люка в двух метрах перед собой. Ева попыталась его открыть, припоминая, что он должен вести наружу, маховик кремальеры с трудом поддавался её усилиям – без электричества автоматика не работала, приходилось серьёзно напрягать мышцы. Стиснув зубы, сквозь которые донеслось шипение, она налегла всем весом и поборола механизм. Порыв ветра пронёсся под её юбкой в момент отворения двери и придал бодрости, напоминая о потерянном в сожжённом доме нижнем белье. Девушка посильнее закуталась в свою лёгкую куртку при виде хлещущего дождя – курить практически расхотелось. Где-то неподалёку раздался шум, который был поглощён раскатом грома. Она готова была поклясться, что это были голоса, хотя в то же время ощутила резкий укол восприятия и боль в затылке – очередные игры с её сознанием, теперь они могли усилиться, если кристалл, вместе с его носителем, находился в той стороне. Лёгкий намёк на страх оставаться одной пересилил, заставив Еву шагнуть вперёд и ощутить всю мощь стихий – секунды хватило чтобы промокнуть и вздрогнуть от нескончаемого холодного потока воды. Она быстро пробежала по палубе до ближайшего контейнера с логотипом Майндгейт, тот был вскрыт, и она заскочила внутрь, чтобы отдышаться и совладать с дрожью от дождя. Не раз бывая в учреждениях этой корпорации, в том числе проходя курсы психохирургии и нейротерапии, девушка без труда узнала аппараты для поддержания искусственной комы, а также камеры содержания пациентов и разбросанные по полу препараты. Некоторые из них считались экспериментальными, либо ещё не прошли проверку. Ева подняла инъектор со снаряжённой ампулой, надпись на ней гласила «Ноу-Флоу Х3.6». Девушка изогнула бровь, припоминая, что совсем недавно присутствовала на презентации революционной второй версии препарата, такой скачок в нумерации говорил ей о том, что исследователи Майдгейт не стремились особо распространяться касательно своих разработок, держа в неведении даже высшее руководство конгломерата. Положив инъектор на место, Ева прошла чуть дальше в контейнер. Он имел свой источник питания для поддержания работоспособности аппаратуры, потому сохранял подобие освещения, пускай и на минимальном уровне. Минуя одну из секций, девушка вступила во что-то липкое и сразу отскочила, осознав, что это был распластанный мозг сотрудника корпорации. Чуть дальше находились остальные его части – внутренности были размазаны по стенам, а спецодежда, в которой ещё можно было заметить фрагменты левой руки и элементов половых органов, валялась в луже крови и содержимого кишечника. Во всём этом возилось несколько человек. Двое пытались поделить между собой ногу в медицинском ботинке, один рисовал на стенах замысловатые повторяющиеся символы, ещё один, на этот раз не обнажённый, по виду – пациент, сидел на коленях, держа в руках часть черепа растерзанного сотрудника. Кожа и плоть местами отслоились от кости, словно он пытался их намеренно отделить. Все четверо бормотали что-то – кто на французском, кто на английском, но суть у всех слов была одна - «пустота». Ева с испугом шагнула назад, стараясь не привлекать к себе внимания, но поскользнулась на разбросанных мозгах и звонко ударилась затылком о дверную перегородку. Звук привлёк внимание окружающих, они разом повернули головы и уставились на девушку. В их взглядах она не читала агрессии или симпатии, лишь то, что они сами изрекали. Пустота. *** «Эхо пустоты» - термин, которым некоторые независимые исследователи и специалисты Майндгейт Фармасьютикал характеризовали кататоническое состояние пациентов, не способных противостоять последствиям Волны Резонанса. Это особая форма шизофрении, выраженная в полном оттоке жизнеспособной концепции восприятия существующей действительности, порождённой квинтэссенцией сознания человека. Существа, стоящие перед Евой, объективно могли перестать считаться людьми по отсутствию многих когнитивных признаков. Они не желали идти на разговор, единственным интересом, стоящим перед этими пациентами, было посмотреть, смогут ли они найти внутри тела девушки смысл своего существования, либо хотя бы свою сущность, душу. Бормотание превратилось в гомон, а затем в крик, повергающий Еву в ужас. Она попыталась быстро убраться из контейнера, но одно из существ схватило её за правую руку. Силы ему было не занимать, очевидно, до Резонанса это был борец, либо фитнес-тренер. Бугрящиеся мышцы напряглись завидным рельефом и подтянули Еву к себе – она оказалась заключена в объятиях обнажённого незнакомца, единственной целью которого было порвать её на части в поисках «своего Я». Девушка усиленно сопротивлялась, билась коленями и локтями, оставляя синяки на теле мужчины. Попытки были тщетны – он не прекращал сжимать её даже при получении ударов по болевым точкам, лишь рычал и смотрел пустым взглядом. Ужас безысходности заставил Еву брыкнуться и извернуться так, что ей почти удалось выскользнуть из захвата, но в этот момент приблизились остальные пациенты – один упал, неловко ступив на валявшуюся отдельно от тела конечность врача. Не прерывая движения, он схватил девушку за сапог и подтянул к себе. Ещё двое пытались достать её из-за широкой спины силача, но обойти его было тем ещё испытанием. Наконец, Ева отчаялась настолько, что обхватила ладонями лицо борца, державшего её обеими руками за рёбра, и надавила большими пальцами на глазные яблоки. Мужчина даже не подумал отвести, либо закрыть глаза, а уж тем более не намеревался защищаться, лишь усилил хват, чем выбил воздух из груди девушки. Она продолжила давить, согнув фаланги так, что ногти вошли в зрачок и пробили его, углубляясь всё дальше и покрываясь липким содержимым. Утрата зрения никак не сказалась на желании незнакомца вскрыть девушку силовыми методами, Ева же старалась добраться до глазного нерва, чтобы подцепить его вместе с мышцей и хорошенько дёрнуть в надежде хоть сколько-то повредить мозг. Мужчина на полу тянул девушку изо всех сил, а двое позади принялись кусать силача за плечи и шею, вырывая куски плоти и вытягивая жилы. Один из них грызанул с такой силой, что пробил артерию и вызвал обильное кровотечение. Постепенно борец начал терять силу, Ева воспользовалась этим моментом и с усилием скользнула вниз, увлекая за собой всех троих. В падении она сильно ударилась спиной и всё же, из-за адреналина, бушующего в крови, сумела растолкать упавших локтями и ударами каблуком сапога. После чего высвободила из захвата правую ногу и резко развернулась, бросаясь в противоположную сторону, навстречу ледяному дождю, поток которого моментально смыл с неё кровь и глазную жидкость. Девушка побежала к двери, из которой ранее вышла на поиски сигарет, юркнула во тьму помещений за секунду до раската грома. Даже без света она уже могла найти дорогу до своей каюты, где в сумке располагался кейс с прототипом пистолета – оставаться безоружной было чрезвычайно опасно, а страх встречи с остальными обитателями контейнеров подстёгивал к нарушению режима пацифизма, вызванного недавними событиями в съёмной квартире. Оружие было на месте, Ева снарядила магазин патронами, но попытка снять с предохранителя провалилась. Девушка проверила наличие фазового конденсатора в камере под стволом, являющегося источником питания смарт-системы пистолета, тот был на месте и максимально заряжен, судя по характерному свечению. Тогда она закрыла камеру и зажала едва заметную кнопку синхронизации на корпусе, чтобы передать на свой зрительный имплант сведения о неисправностях, после чего получила неутешительный ответ. - Да ёб твою мать!!! – девушка от злости готова была швырнуть пистолет в стену, но вовремя взяла себя в руки. Она не знала, как подобные действия повлияют на нейтроний в гильзах патронов – этот синтетический газ производства Коупленд Кемикал при высвобождении разгонял пулю до двух тысяч метров в секунду. Ева имела поверхностное представление, чем чревата подобная детонация внутри магазина оружия, в сравнительно небольшой каюте контейнеровоза. И всё же пистолет был для неё абсолютно бесполезен – после инцидента с Шеймусом Штайн, видимо, активировал биометрический замок, запрещающий кому-либо, кроме него, пользоваться им. Оставался только шокер Легиона, его-то девушка схватила обеими руками услышав скрипы в коридоре. Сердце принялось отбивать чечётку, пульсация передалась и глазам, зрачки которых давно адаптировались к темноте. Вспышка молнии осветила каюту, передавая очертания существа, мелькнувшего за приоткрытой дверью. Ева зажала рот рукой, чтобы сдержать истерический вскрик, она старалась не шевелиться и не дышать – снаружи находился пациент, которого она лишила зрения и уже считала умершим от кровопотери. Шаги босых ног проследовали чуть дальше по коридору, после чего прекратились – борец уткнулся в закрытую перегородку. Девушка захотела воспользоваться мгновениями, чтобы добраться до двери и закрыть её на замок, чего она не сделала, в спешке спасаясь от нездоровых людей. Шагнув, она поняла, что тихо это сделать не получится – сапоги извлекали неприятно-громкие звуки, соприкасаясь с металлическим полом, единственным вариантом оставалось двигаться в моменты раскатов грома, благо таковые участились. Раз, ещё раз. Она точно отсчитывала секунды между вспышками, совершая шаг. Подобные ритмичные, выверенные движения привели её сердечный ритм в порядок и слегка успокоили. Оказавшись перед дверью, она потянулась к маховику, в этот момент сверкнула молния, освещая изувеченное лицо борца, который тут же схватил девушку за руку. Вскрикнув, Ева дёрнулась назад, но безнадёжно, от хватки мужчины, подобной стальным тескам, было не уйти. Протиснувшись внутрь каюты, он попытался взять её второй рукой, но тут девушка заметила, что та отсутствовала, а существо, судя по действиям, продолжало думать, что всё в порядке. Окровавленное тело было покрыто бесчисленными укусами, часть которых и лишила его конечности почти до локтя. Учитывая виденное ранее, Ева поняла, что пациенты нападали не только на медперсонал, но и друг на друга, если стояли на пути к какой-либо цели. Тем не менее, наблюдения и выводы она решила отложить до более спокойных времён, активировав шокер, девушка ткнула им в бедро мужчины, надеясь, что сопротивление тела не доведёт заряд до неё через захват руки. И просчиталась, упустив из виду влияние дождя, после которого невозможно было так быстро высохнуть. Удар тока сильно встряхнул её и временно ослепил правый глаз из-за отказа импланта. Мужчина тем временем невольно скорчился – сердечная мышца, и без того пребывавшая в чрезмерном напряжении, не выдержала, тело рухнуло на девушку и оглушило. Вскоре Ева очнулась, задыхаясь под весом пациента. Она до сих пор не хотела верить в происходящее, хотя отрицать факты было сложно – ещё один труп на её совести за последние сутки. - Бля… бля-бля-бля… - девушка забилась в угол каюты и обхватила себя руками, попеременно дрожа то от холода, то от ужаса. Тело продолжало лежать и это было хорошим знаком, во всяком случае оно больше не несло угрозы, но раз один пациент забрёл сюда, смогут и другие. Ева достала телефон из корсажа и проверила уровень заряда – его уже было достаточно для включения аппарата, в этот момент и имплант выполнил перезагрузку после сбоя, возвращая утраченную часть зрения и функционал усиления светочувствительности. Девушка попыталась позвонить Штайну, но не была уверена, что на этом судне есть один из ретрансляторов ВЕСПИД, которые используются на кораблях для обеспечения навигации и связи, выступая также базовыми станциями для гражданской телефонии. Она припомнила, что при посадке сигнал точно был, а значит оборудование может быть обесточено, как и все системы на корабле. Прозвучало приветственное сообщение, говорившее о том, что вызываемый абонент находится за пределами устойчивой связи с ретранслятором, потому звонок завершается. - Так, значит, у ретранслятора всё же есть свой резервный источник питания. Она встала с кровати и тихо добралась до сумки с вещами. - И подобное сообщение можно услышать в моменты, когда идентификатор телефона присутствует в сети, но сигнал неустойчив, а значит он может располагаться где-то на другом конце судна… блядь… - Ева достала из сумки ингалятор и вдохнула нейрохимический ускоритель чтобы лучше сконцентрироваться на происходящем, - придётся пройти мимо контейнеров… Эта мысль девушке не пришлась по вкусу, но иного пути на корму контейнеровоза не было. Она не знала, можно ли туда добраться под палубой, чтобы избежать встречи с остальными пациентами, да и судя по последним событиям, они уже могли заполонить всё судно. Покалывание в затылке, преследующее с момента пробуждения, значительно усилилось после применения препарата и Еве пришлось обратить на это внимание. Она знала, что виной тому был этерит, находившийся у Штайна… - Точно! – девушка взялась за эту мысль как за спасательную соломинку сразу после того, как ощутила некую пульсацию восприятия при взгляде в определённый угол каюты. Поворот в сторону вызвал ослабление эффекта, а возврат к предыдущему направлению усилил его. Ева поводила взглядом, словно нащупывая связь с источником излучения кристалла и со всей уверенностью убедила себя в том, что знает, как найти своего спутника. Она сунула пистолет за пояс, раскидала оставшиеся патроны по карманам, проверила заряд шокера и уверенно переступила через тело пациента, покидая каюту. *** Дождь продолжался, но уже не с такой бешеной, вынимающей душу силой. Кое где сквозь тучи проглядывались тусклые лучи утреннего солнца, в связи с чем видимость значительно улучшилась даже без применения оптики. Это, в прочем, не касалось внутренних помещений судна, до сих пор пребывавших в леденящем мраке, таящем и укрывающем десятки существ, которых Ева решила называть зомби. Палуба была пуста, и с рассветом на ней стали различимы следы крови, которые не смыл даже дождь. Девушка аккуратно кралась на полусогнутых ногах, готовых в любой момент распрямиться подобно пружине и бежать в противоположную опасности сторону. Издали она заметила шевеление около контейнера, в котором впервые подверглась нападению – одно из существ с особо испытывающей медлительностью описывало небольшие овалы на палубе. Раскат грома ненадолго привлёк его внимание, но не увидев источника, пациент продолжил своё занятие. Ева присела на колено, затаившись за одной из опор крана, когда человек глянул в её сторону, в этот момент что-то коснулось левого плеча, от чего сердце медленно скатилось в утробу. Всплеск нейрохимического ускорения только начинал затухать и восприятие ухудшалось пропорционально, но рефлексы ещё поддавались его влиянию – девушка совершила полуповорот корпусом и выбросила перед собой правую руку с активированным шокером, наблюдая за последствиями разблокированного ограничителя мощности. Она и не подозревала, что снаряжение, предназначенное для личной безопасности оперативников Легиона, включая персонал нонкомбатантов, способно за считаные мгновения расплавить и обуглить человеческую плоть. Пациент был изувечен в области паха, но для девушки он перестал быть человеком ещё во время стычки в контейнере, потому её и без того плавающая мораль спокойно пропустила этот инцидент, не вызвав бури сожаления. Его сердце тоже не выдержало разряда, но в этот раз Еву не задело благодаря куртке. Наблюдавший за происходящим мужчина, единственный из всех зомби, кто отчасти был в одежде, изменил свой курс, направив его в сторону девушки. У него было несколько открытых ран на теле и отсутствовала нижняя губа вместе с частью щеки. Готовая рвануть со всех ног, Ева быстро вдохнула ингалятор и помчалась по широкой дуге в сторону левого борта судна, где ещё виднелись запертые контейнеры – в той области она ощущала наибольшее влияние излучения этерита. На бегу девушка поскользнулась, но обострённые рефлексы помогли сохранить равновесие, продолжив движение дальше и даже придав прыти, она за считанные секунды преодолела более сотни метров, оставив позади существо, потерявшее её из виду. Тем не менее, издаваемый ею шум услышали обитатели опечатанных лабораторных контейнеров Майндгейт, они принялись стучать по стенам и колотить в двери, пытаясь выбраться наружу. И тут Ева поняла, что причиной вскрытия предыдущего «груза» могли быть сами сотрудники корпорации, напуганные ситуацией с пациентами, в связи с чем те получили свободу передвижения по кораблю. Девушка также не встретила следов присутствия членов экипажа, хотя при посадке видела немало матросов, преимущественно выходцев Восточной Африки. Она продолжала бежать, пока, наконец, не достигла входа в кормовые строения. Где-то тут должны были располагаться двигательные установки и ключевая энергетическая система корабля – основной и вспомогательный реакторы, помимо этого, мастерская и спуск в находящийся под палубой транспортный уровень. Автоматика двери не работала и здесь. Судя по всему, единственными местами с резервными источниками питания были ретранслятор и контейнеры. Ева налегла на маховик, он поддался куда легче, в отличие от близнеца на другом конце судна. Не забыв плотно закрыть за собой дверь, девушка с облегчением выдохнула, но испытанный страх пока не отпускал до конца – руки тряслись, а сердце бешено колотило. Оказавшись в очередном тёмном помещении, он подогревался неизвестностью сложившейся здесь ситуации, подпитывался томными стонами фоновой деформации и поскрипывания остова, непременно присущих каждому судну с заглушенными двигателями. Препарат начинал прекращать действие и в этот раз последствия ощущались сильнее, чрезмерное его использование могло повлечь деформации нервной системы, не сейчас, но в будущем точно. В последние секунды Ева сконцентрировалась, уловив конусом восприятия приблизительное местоположение источника излучения. Боль в затылке и пульсация в глазах влекли её в машинное отделение, о чём она узнала, осветив телефоном надпись над дверью. Оттуда доносился мужской голос, отдалённо схожий с целью поисков. Девушка испытала облегчение, но продолжила сохранять настороженность – она могла и ошибиться. Двигаясь вдоль труб, она достигла полуоткрытой коморки, откуда звучали причитания, приоткрыв дверь, Ева постаралась сдержать эмоции – прислонившись спиной к стене на полу сидел Штайн и пытался объяснять что-то обнажённой женщине, прикованной цепями к стеллажу. С дрожанием губ, она бросилась его обнимать. - Я думала… - всхлипывая, начала девушка, - все… все пропали, на меня напали зомби… - По-стой, - он прислонил указательный палец к её рту и скользнул им по подбородку, в этот момент Ева почувствовала характерный запах прихваченного из бара Галлахера виски, - каАкие, бля, зомби? - Эти! – она указала на рвущуюся и рычащую особу у стены, - Я видела нескольких – они убили персонал Майндгейт и чуть не порвали меня! Дважды! Пришлось… я их… я не хотела, но это опять случилось… Случайно! - Ч-ш-шш! – вновь показал палец Александр, затем указал им на женщину, - Эт-то, брррр, тьфу, не то, что ты подумла. Эт не зом-мби! Они лю-люди, но опус… опус… бля, опустошённые – ни души, ни рааазума, - он выдохнул, очевидно, ощущая осложнения в выдаче звуков с использованием языка. Тот изрядно заплетался. - Стоп! То есть я боролась за свою жизнь, пока ты тут бухал и глядел на эти почти обвисшие сиськи?! - Эээй… я пнимаю, каак это вы-гля-дит, учитыая наши отношшшееенния, но фсё не так! - Отно… что? Какие, в жопу, отношения?! Мы даже не целовались, твой член был у меня в руке секунд семь, после чего тебя подстрелили – это максимум смешная история, а не отношения! - Оу… надеюсь, имемЕмена в ней буут изменены? - Нет, - жёстко ответила Ева и встала на ноги, - И это точно ебучие зомби! - Да ну нееет же, глянь, - он, шатаясь, поднялся, приобнял девушку за талию, подтягивая к себе на чрезвычайно близкое расстояние, после чего та ощутила напряжение внизу. Затем показательно поднял руку, которую вскоре направил в сторону юбки Евы. Она не успела и пискнуть, как Штайн достал у неё из-за пояса свой пистолет и не целясь стрельнул в женщину. Существо некоторое время проявляло признаки жизни, но очень скоро тело обмякло и расслабилось в цепях. - Вишь! Можжно убить выйстрелом в серце, и хер ты таАак вот зомби уго-мо-нишь! Женщина вновь напряглась и зарычала. - Бля! - он выстрелил ещё раз, на этот раз целясь, - Пааардон, чуток скосил вправо, но теперь точ… Женщина завизжала. - Да ёб твою… - Штайн отпустил Еву, взял пистолет двумя руками и, шатаясь, прицелился снова, на этот раз отдал этому действию чуть больше времени. Выстрел. Ещё выстрел. И, после короткой паузы, последний. Печень, сердце, мозг. - Хер с тобой, пуссь будут зооомби! Но! – он взглянул на неё пьяными глазами, - Воообсче-то… - Пациентов подвергли инвазивным процедурам, судя по всему, им вводили экспериментальную версию Ноу-Флоу, из-за чего они… стали такими. - Не-не-не-не-не! – Штайн подошёл к женщине и поднял её голову за волосы, - Их пытаались выЫылечить… от Волны… - он отпустил голову, которая тут же упала на грудь и мистически развёл руками, как бы нагнетая ауру таинственности, - Волны… Опустошеееения, - увидев непонимание в глазах собеседницы, уточнил, - Да бл… Резонанса, Во-олны Ре-зо-нан-сса! В Америке было тожсамое. - Хочешь сказать, это она всё вызвала? – недоверчиво поинтересовалась Ева, глядя на мёртвое тело, - Она сделал из людей зомби? - Опустшённых! Назвай их опус-тошённн-ными! Это обычныелюди, прост пустые. Ни раззума, ни душииии! - Ладно, похуй! Это мало что меняет, - она зло глянула на Штайна, - ты бросил меня… там, в каюте. Бросил! И нутром чувствую, такое случается не впервые. - Да я ж всго на часок отулчился, - он широко раскрыл глаза. - Сейчас пол седьмого утра! - СиииириёёЁёзно? – мужчина был удивлён, - Кгда фсьо началось, я рьшил… что я решил? А, да! Вернутс! Хотел сдел-лать коктэль Мо-ло-то-ва, читобы расчитстить путь… но приставляишь? Тут нет керосина! Нет! – он всплеснул руками, - Вот я и выпил… с горя… - Полторы бутылки вискаря?! – вскипела девушка. - Стоп! НатаААаша! - Какая Наташа? Я Ева!! – вскрикнула она. - Да не ты! – Штайн отодвинул девушку в сторону и снова заорал, - НатаааашааА! Из шкафа рядом со стеллажом послышался шум. После нескольких ударов, Ева решила отпереть его дверцы, те громко отворились и наружу вывалилось тело женщины, ненамного младше Александра, в форме, схожей с экипировкой матросов и соломенного цвета волосами, собранными в хвост. Она была связана по рукам и ногам, а во рту торчал кляп из фрагмента рукава куртки. Черты лица показались Еве знакомыми и неспроста – эта женщина руководила офицерами и матросами во время погрузки. Девушка аккуратно вытащила кляп. - О! Вотъ ты где? – Штайн пошатнулся и подошёл поближе, - Знакомьтьсь – Ева, Наташа, - он поводил между присутствующими пистолетом. - Натали! – вскипела от злости женщина, - Натали Хартманн, когда ж ты запомнишь, пьяное чудовище! - Очень приятно… наверное, - Ева постаралась развязать ей руки, - а кто Вы? - Капитан этого судна, мать вашу! Какова обстановка снаружи? Есть ещё выжившие? - Я никого не встретила, кроме Вас и зомби, - ответила девушка и принялась возиться с узлами на ногах. - Да ну не зооомби это! – огорчённо заявил Штайн, - Да ну вас… - он положил пистолет на стеллаж и подобрал полупустую бутылку виски. - Чёртовы ублюдки! – прорычала Натали, - Экипаж – они сбежали на эвакуационных торпедах, а меня оставили на растерзание безумцам вроде неё, - она указала на обнажённый труп, - и теперь я не знаю, что лучше – быть убитой зомби, или спасённой этим… этим… хамом! Александр глянул на неё, изогнув бровь непонимания, хотел было что-то высказать, но сдержался, прильнув к бутылке спиртного. Ева помогла капитанше подняться и простоять до момента, когда та смогла разработать затекшие ноги, после чего детальнее осмотрела труп в цепях. На теле не было следов инъекций, а вот правая щека стала пристанищем графической кодировки пациента, девушка просканировала её с помощью импланта и быстро пролистала расшифрованную историю болезни. Слова Штайна подтверждались – экспериментальная версия препарата Ноу-Флоу, найденная в контейнере, должна была избавить от эффектов «Эха пустоты», но применить его собирались лишь на материке, в полностью контролируемой обстановке, а до тех пор пациентка должна была пребывать в камере содержания, введённая в искусственную кому. Что-то пробудило её после отправления судна. На этом лог наблюдения обрывается, поскольку женщина покинула свою капсулу. - Должна быть причина, почему они внезапно вышли из комы и напали на персонал Майндгейт… - начала вслух рассуждать Ева, затем бросила беглый взгляд на Александра, - Ты! - Я? – не понял он. - Этерит! Он был у тебя, когда ты пошёл бухать с матросами, тогда всё и началось, не иначе! Кристалл воздействует на всех, но экипаж принял Ноу-Флоу, а пациентам он должен был достаться только в лаборатории. Они сошли с ума от излучения! - Ээ-это… довольно неплхая теория, - заметил Штайн и задумчиво глотнул виски, - пррям-таки имеющая место быть. После этих слов Хартманн схватила со стеллажа пистолет и навела его на мужчину: - Так это из-за тебя случился весь этот бардак?! - Не-тъ, таакого я тощно не говорил! – он пригрозил ей пальцем, - Наташ, ну успокойсь… м-мы можем всё исправ… ик… ть. - Хватит меня так звать! Вставай, быстро! – женщина показательно потрясла пистолетом, пытаясь придать убедительности своим словам, - Выкладывай этот… эте… что-то! Его нужно выбросить за борт. Если рыжая права, эффект может пройти. - Я такого не говорила! – заметила Ева, - Даже приблизительный радиус действия этого образца сложно представить – это могут быть десятки метров, либо сотни километров! И потом, он стоит дороже флота из сотен тысяч подобных судов, к тому же является собственностью конгломерата. - С каких пор какая-то порнушница радеет за корпорации? – недоверчиво поинтересовалась капитан, - И вообще, откуда ты это знаешь, а?! Она передвинулась в угол, чтобы видеть перед собой и держать на прицеле обоих пассажиров. - Натаааш, ну успкойсь, - Штайн встал, возможно слишком резко, потому как сразу схватился за лицо, скривившись от подскочившего давления. Хартманн отреагировала моментально, посчитав его угрозой, но вместо выстрелов пистолет издавал лишь пустые клацанья. Женщина удивилась, но не растерялась. С машинальной точностью она за секунду достала магазин, проверив наличие боеприпасов, отправила его обратно в рукоять и передёрнула затвор, от чего пистолет выплюнул находящийся в стволе патрон и дослал на его место такой же. Повторное нажатие на спусковой крючок дало тот же результат - клац. - Да что за?.. – она осмотрела, не установлен ли предохранитель. - Би-и-и… тьфу… биом-м-м-м… - Он хочет сказать – биометрический замок, - вмешалась Ева, - никто, кроме него, не сможет стрелять. - Как снять этот замок? – не унималась Натали. - Конго… - начал Штайн. - КонгламераВаффе, - догадалась девушка, - нужна станция обслуживания стрелкового оружия корпорации, там можно переназначать пользователей. - Д-да! – радостно подтвердил Александр и дал бутылку виски Еве, та глотнула, сморщилась и протянула её капитану корабля. Хартманн колебалась несколько мгновений, но в итоге рассудительность взяла верх – женщина отпила добрую половину остатков, тяжело выдохнула и опустила оружие. - А вы, я смотрю, отлично друг друга понимаете, - она всё ещё была зла за заточение в шкафу, хотя понимала, что альтернатива могла быть ужаснее, - нужен… гммм, - женщина поморщилась от послевкусия, - ну и гадость… нам нужен план действий. Вернуть контроль над кораблём, запустить реакторы и повторно проложить курс к материку. После обеда мы должны были быть в Дюнкерке, сейчас сроки сдвинулись, а значит корпорация захочет проверить, почему груз не прибыл вовремя… - И отправят Легион, да, - подтвердила Ева, - но нам… как бы сказать… пока что нельзя с ними пересекаться. Может, лучше вызвать перегрузку реакторов и затопить судно со всеми уликами, а самим сбежать на спасательных торпедах? - Исключено! – взревела Хартманн, - Этот контейнеровоз – моя жизнь! Какая-никакая… помогите вернуть над ним контроль, и я придумаю, как спрятать вас от Легиона. - И как нам это сделать? Без оружия и спец снаряжения – задачка не из лёгких, кто знает, сколько ещё зомби тут бродит, - Ева взвесила в руке шокер, заряд которого был чуть ниже половины. - Ккак нет оружья? – Штайн на удивление ловко отобрал свой пистолет и взмахнул им в воздухе, подобно дирижёрской палочке. - Ты с пары метров промазал дважды! – девушка сузила глаза, всеми силами сдерживаясь, чтобы не попытаться отвесить подзатыльник. Александр глянул на оружие, повертел его в руках, чуть не уронив несколько раз, затем зажал кнопку под стволом. - Подключ.. ик… лючайся, буишь моими глазами. Тыж всё щё имп? - Имп? – не поняла капитан, - Я немного старомодна и не понимаю вашего грёбаного сленга. - Человек с имплантами, - пояснила Ева, невольно взглянув на свои ногти. Как-то раз ей надоело постоянно ломать их, и она нанесла на поверхность адаптивные карбонитовые волокна, благодаря которым совсем недавно сумела проколоть зрачки зомби. Синхронизировавшись с прицельным интерфейсом пистолета, девушка прихватила из шкафа полуметровый корабельный мультитул, показавшийся ей достаточно увесистым для нанесения тяжких повреждений. Для запуска реакторов необходимо было снять режим блокировки, введённый перепуганными матросами, благополучно покинувшими корабль. А для этого предстояло проникнуть в каюту капитана, расположенную на носу, и ввести определённую последовательность цифр в её персональный терминал. К счастью, никакого биометрического подтверждения не требовалось, да и Натали Хартманн, опасаясь встречи с пациентами, напрочь отказалась покидать машинное отделение, мотивируя своё решение, в частности, тем, что кому-то всё равно придётся остаться, чтобы реактивировать систему питания после разблокировки управления. Камера пистолета была снабжена термографической обработкой целей, потому Ева могла координировать прицеливание даже в полной темноте помещений. Вместе с шатающимся Штайном они двинулись на выход. *** - S’ I wos goooin’ over the Kork’n’Kerry montnz, (К-да я перехоил горы Корк… ик.. и Керри,) I so’ Caaaptain Farrrrell n money he was cantn’. (Я увидл капиитана Фаррррелла, ооон считал сваии деньхи.) I first prduccd my pistoool and then produced my rapiiiier (Сачала я достал пистолееет, - мужчина встряхнул оружием в правой руке, - а следом рап-пиру!) I sa’d stnd and beeeliver orr the d’vil he may take ya (И скзал: «Кошьилёк, иль жизн, нне то пиииздуй к дьяволуууу!!!») - Да заткнись же! – прошипела девушка, услышав, как пьяные песни спутника встревожили пациентов в контейнере. - Лана-лана, - Штайн замер на месте и на мгновение задумался, - Не хош Металл.. ик.. ку, вот те другаАя. Он развёл руки и с улыбкой на лице заорал: - Wat shel we do with a dr’nkn saailooor, (Шо буим делть с пяным матроссом,) Wot sh’l we du wis a drunken sssailor, (Чито будзем делат с пяйным матросоОом,) What’s hell wi doo weth a durnkin sail-lor, (Что же, бля, делать сбухим матросцем,) Ealay in the monnnin? (Рааано по утруУу?!) Из контейнера раздался ответный, леденящий душу вой, на что мужчина отреагировал даже быстрее Евы – она едва заметила на грани дополненного имплантом зрения прицельный интерфейс пистолета и несколько раз моргнула от неожиданных выстрелов. Пули прошили металл обшивки и находящиеся внутри конструкции, после чего ещё обладали достаточной убойной силой, чтобы приняться рикошетить, попутно пробивая плоть обезумевших существ. - Да что, блядь, с тобой не так?! – закричала девушка, выхватывая оружие из рук пьяницы, - Раз сам пытаешься доказать, что это просто больные люди, а не зомби, какого чёрта валишь их направо и налево? - Я и нне говрил, что их можЖно выльчить! - Штайн забрал свой пистолет и наотмашь произвёл несколько выстрелов в сторону контейнера, продолжая смотреть на девушку. Последние два нажатия не выплюнули пули из ствола – патроны закончились, - Никакакое лекакрство не вренёт им ду-шу. - И что же нам остаётся? Убивать их без разбора и сожаления? - Нихто не заприщать сожаления, новнекоторых сучаях эт даж мислосердно – лучше смотр…ик…и на это как на… бля… как её? - Эвтаназию?! – вспыхнула девушка. - Во! Ва-та-нази… тьфу, да, её самую, и знаешь… - он взял её за плечо и пристально посмотрел в глаза. Рассветное солнце достаточно пробивалось сквозь рассеивающиеся тучи, чтобы Ева рассмотрела в них уверенность, удивительным образом передавшуюся и ей, - забудь… про… сожаления, - эти слова мужчина со всем усилием пытался произнести максимально трезво. Девушка опустила взгляд, а когда подняла – в её руке уже была горсть патронов из кармана куртки, которые Штайн с мрачной улыбкой зарядил в магазин. Они прошли десяток метров и наткнулись на пациента, ранее гнавшегося за Евой. Его привлёк шум из контейнера, а затем перепалка людей. Александр указал пистолетом в его сторону и кивнул головой, продолжая шататься. Ева глубоко вдохнула, направилась в сторону опустошённого с мультитулом наперевес и с полуоборота раскроила тому череп сверху. Этого было явно недостаточно для упокоения существа, потому девушка, перенеся вес на другую ногу, постаралась нанести ещё один удар, на этот раз промахнулась и по инерции подалась вперёд, практически в объятия орущего пациента. Тот сумел оцарапать её щёку содранными до кости пальцами, Ева ощутила прилив адреналина и готовилась сопротивляться, когда услышала за спиной громкие звуки, подобные приближающемуся локомотиву, она резко подалась в сторону, лишь на миг разминувшись со Штайном, который сбил человека с ног, выставив правое предплечье перед собой. Оба повалились на палубу, опустошённый смог вцепиться осколками зубов в руку Александра и сомкнуть челюсть, прогрызая плоть. Зарычав не столько от боли, сколько от злости, мужчина приставил пистолет к повреждённой мультитулом голове и нажал на спусковой крючок. Мозги разбросало по палубе выпущенным из гильзы газом, а пуля и вовсе, каким-то немыслимым образом, пробила её, затерявшись где-то на транспортном подуровне. Ева поднялась и подошла к Штайну, до сих пор издававшему звуки злости. Она осмотрела рану его руки, затем ощупала пальцами царапину на щеке. - Блядь! – вскрикнула девушка, - Мы теперь заражены! В ответ Александр хрипло рассмеялся, а затем и вовсе захохотал. - Будь эт так, я б до сих пор ски…ик…тался по Амъерике, - он попытался освободиться от укуса и встать на ноги, - Они. Не. ЗОМБИ! Нииикакой би-и-о-ружейный вирус не передаютъ слюной иль квровью… разве шо гепапатиты какие, простуды… Кроче! То, чем обыщные люди счас болеют. И фсё! Но бля-я… - Штайн осмотрел рану, сунул пистолет за пояс и достал фляжку из внутреннего кармана куртки, откупорил, глотнул, затем небрежно облил кровоточащую руку. - Да сколько у тебя с собой спиртного?! – Ева была в шоке, она думала, что выпитые в машинном отделении остатки виски, исключительно для храбрости, были последними. - Оперделённый литрж меится, - он шатнулся и встряхнул головой, стараясь сфокусировать зрение, - слууушай, а чё ты такая красивая? Как нсчёт нееебольшого адъ-ю… ад… тьфу! - Адюльтера? - Да! – он щёлкнул пальцами. - И в какой ёбаной стране фантазий это уместно при нынешних обстоятельствах?! – возмутилась девушка, - Там, - она указала на контейнеры, - зомби… МОЛЧИ! – Ева быстро прервала зарождавшийся поток отрицания, - Они похожи на зомби, ведут себя как зомби, значит зомби! А там, - рука метнулась куда-то за горизонт, - Легион, который больше не считает меня своей госпожой… - последовавший смешок заставил её пересмотреть свою тираду, - нет, в смысле… аргх! Бесишь! Все сейчас считают меня какой-то актрисулькой фильмов для взрослых! Но хрена с два это даёт кому-то право иметь меня во все доступные… блядь, да кому я это говорю?! Она издала звук, близкий к истерическому писку и яростному завыванию, затем порыв ветра остудил её пыл и заставил поёжиться. - Лано-ладн, - Штайн замотал руку каким-то грязным платком, - к делу. НО! – он поднял указательный палец, - Как в-вирнём полнмощия – с тебя хар… харс… да ёб твою… хаа-рааа… - Харассмент? – Ева сузила глаза, - Я подумаю. А пока нужно привести тебя в форму, в том контейнере уже пусто и наверняка завалялись какие-нибудь препараты для прочистки мозгов от алкоголя. - Нн-ет! Нихачу, я ссышком часто натылкался фпрошлом на этих… - он сделал над собой усилия, - «зом-би»… птаму луше буд-ду настольлько бухим, шт не запомнюю ничго. Крепше сон, ткскзть. Еву это не убедило, она уже, крадучись и сжимая обеими руками окровавленный инструмент, двигалась в сторону контейнера, который посетила первым после пробуждения. *** Тучи окончательно рассеялись, судно дрейфовало по волнам, сохраняя южное направление. Девушка осматривала ампулы с лекарственными препаратами, рассчитывая найти вещество, не редко выручавшее её при затяжных переговорах, так называемый «Бульон легионера» - таблетки, значительно ускоряющие биотрансформацию алкоголя. Они вот уже двенадцать лет считались запрещённым к распространению веществом, хотя не раз доказывали свою эффективность и до сих пор просачивались на разные слои Чёрного Рынка. Будучи разработкой Майндгейт, было логичным искать их среди препаратов в контейнере этой корпорации. К счастью Евы, колба с ярко-жёлтыми таблетками располагалась в крио-контейнере главного фельдшера, чьи останки можно было, фрагментами, найти по всему помещению. - Глотай! - Обыщно эт мооя рплика! – возмутился Штайн, увидев на ладони препарат. Девушка наглядно взяла с его руки одну таблетку и положила себе на язык, после чего закрыла рот, накопила достаточно слюны и направила её вниз по пищеводу. Мужчина нехотя опрокинул всю горсть, глотнул и откашлялся из-за сухости – последствия опьянения говорили за себя. Тем не менее, даже этого хватило для основательной прочистки мозгов. - Твою ж мать! – он схватился за голову, ощущая подкатившие последствия похмелья, - Лучше бы я остался пьян… бляяя… - Ух… - Ева тоже почувствовала практически моментальный эффект, - Это… - она едва сдержала рвотный позыв, - нужно было сделать. Поборов желание умереть, они двинулись в сторону каюты капитана. Те немногие участки тел, что не испытывали боли и перенапряжения, отдались власти чрезмерного утомления, ощущавшегося в каждом шаге. Дважды наткнувшись на пациентов Майндгейт в узких коридорах носовых помещений судна, Ева более не испытывала сомнений – она самолично ликвидировала их мощными и точными ударами мультитула и шокера. Штайн тем временем пытался не завыть от боли, находясь до этого в практически перманентном состоянии подшофе, он не обращал особого внимания на все повреждения, полученные за последние пару дней, и сейчас жалел о прошлом безрассудстве. Девушка осмотрела тёмный коридор с помощью термографического интерфейса пистолета в руке спутника и двинулась вперёд, цель поисков находилась где-то поблизости. Проходя мимо разбитого шкафа с принадлежностями для тушения пожара, она наступила сапогом на осколки стекла, раздался мерзкий хруст, от которого Александр встрепенулся и быстро осмотрелся, выискивая цели для выстрела. - Ты что, боишься темноты? – не поверила Ева. - Глупо бояться темноты, меня настораживает то, что она скрывает… - он ещё раз осмотрелся, - опустошённые имеют странное свойство затаиваться и набрасываться в самый неожиданный момент. - Так ты боишься зомби? Они не такие уж и опасные, оказывается. - Твою ж… не называй их так, - он слегка дрогнул, - пускай с тремя-четырьмя существами можно без особых проблем справиться, но скопления по десять… пятьдесят… тысячу и более особей доставляют куда больше проблем. Они не обращают внимания на боль и усталость, преследуя тебя. Спастись от них практически невозможно. - Но ты спасся, - с укором заметила девушка. - И посмотри, во что превратился – без солидной дозы спиртного в крови даже от самого термина «зомби» поджилки трясутся! - Не думала, что когда-нибудь встречу человека с кинемортофобией, - хохотнула Ева. - Эй! Это не смешно… берегись! – он вскинул руку с пистолетом, прямо возле головы девушки и выстрелил. Пуля прошила черепную коробку опустошённого насквозь. - Охренеть! – взвизгнула Ева от неожиданности, - А трезвым ты стреляешь лучше! И как вообще увидел его без зрительных имплантов? - Говорю же, они очень хорошо сливаются с обстановкой! Этерит… позволяет чувствовать их присутствие, не спрашивай, как – не знаю. Но то, что он питается человеческим страхом наверняка играет свою роль. - Разумный вампирический кристалл, зом… гм… опустошённые, что дальше? Инопланетяне, призраки и ведьмы? - Так ты тоже видела эти сны? – глаза Штайна даже в темноте загорелись интересом. - Проехали, - отмахнулась Ева и переступила через труп, двинувшись в сторону капитанской каюты. Поднявшись на один уровень, завернув по коридору и миновав ещё трёх пациентов, была замечена дверь с особой пометкой, о которой упоминала госпожа Хартманн. Питание на электронную часть замка не подавалось, по понятным причинам, механическая же составляющая была прострелена из пистолета в нескольких местах и выбита ударом ноги. - Терминал обесточен, - констатировал Штайн, когда искомый объект был найден. - Да как, блядь, так?! – прошипела Ева, - Мы проделали такой путь чтобы что? Аргх! Стоп! – она осмотрела устройство, щёлкнула переключателем и открылся небольшой отсек с выгоревшим фазовым конденсатором, на что девушка указала пальцем, - Такое вообще возможно? - Скорее всего из первой партии, - предположил Александр, - тогда были сложности с их производством, никто не мог гарантировать бессрочную эксплуатацию, потому от дефектов они не застрахованы. Он вскрыл отсек под стволом пистолета, достал оттуда исправный конденсатор, Ева при этом ощутила потерю соединения с оптикой оружия, и вставил на место повреждённого, терминал начал оживать. Инициализация интерфейса заняла несколько секунд, после чего активировалось виртуальное устройство ввода, воспользовавшись которым, девушка набрала необходимую последовательность кода разблокировки. - Что ж, остаётся ждать, - она осмотрелась и бесцеремонно плюхнулась на капитанскую кровать, которая, после пережитого, показалась райским облаком. Но засыпать в её планы не входило, поскольку опасность ещё не миновала. Ева ощущала лёгкий дискомфорт от того, что лежала в мокрой одежде, хотя даже начни она рыться в капитанском белье, явно не нашла бы ничего подходящего размера. Штайн тем временем отправился в рейд по буфету, сумев раздобыть едва начатую упаковку галет, тюбик сырной пасты и пакет грейпфрутового сока, который тут же перекочевал к девушке, жадно прильнувшей к напитку. Он, как и паста, оказался синтетическим, потому не мог в полной мере передать вкус цитруса, хотя жажду утолял на раз. Не успел Александр соорудить бутерброд из двух галет и сыра, как в каюте включилось мягкое освещение, а палуба едва заметно начала вибрировать, что свидетельствовало о запущенных двигателях. Контейнеровоз автоматически пришёл в движение и начал возвращаться к заранее проложенному курсу. Ева вернулась к терминалу и попыталась через него отправить вызов в машинное отделение. Он был принят практически моментально и на небольшом экране отобразилось лицо Натали. - Вы справились, отлично! – госпожа Хартманн была несказанно рада, - Теперь – отправляйтесь на транспортный подуровень и езжайте в аварийный отсек, там я вас встречу и снаряжу спасательную торпеду. - Мы не поплывём в Дюнкерк? – не поняла Ева. - Если хотите избежать внимания Легиона, придётся довериться мне и слегка изменить маршрут – по морю доберётесь до Роскофа, на большее топлива не хватит, оттуда на машине около семи часов до Дюнкерка. Ева хотела возразить, но Александр её быстро остановил: - Роскоф подходит, мы выдвигаемся, - после этих слов он отключил связь. - Это что сейчас было? – возмутилась девушка. - В Дюнкерке нас будут ждать люди Галлахера, забыла? Он наверняка не в курсе, что случилось в пути, а значит, у нас пока есть незначительное преимущество. К тому же, как продвигается проект «Штольня»? - Откуда ты… - Говорю же, Я руководил Альянсом! – Штайн взял себя в руки после всплеска эмоций, - Итак? - Доступна большая часть западной Европы и материковая часть северной… стоп, точно! – Ева радостно улыбнулась и даже обняла спутника, после чего они резво направились к аварийному отсеку. *** «Штольня» - один из амбициозных и секретных проектов конгломерата, целью которого была организация подземной высокоскоростной транспортной сети, способной функционировать в автоматическом режиме. Изначально задумывался как метод сверхбыстрой переброски войск и активов корпораций между ключевыми точками влияния по всей Европе, но с приходом к власти Евы, задачи его значительно расширились. Официальные окончания работ по устройству системы должны будут завершится не ранее середины пятидесятых годов двадцать первого века, но уже сейчас имеется активная база рельсолётов, способных преодолевать огромные расстояния за считанные часы. Ближайшая точка спуска в «Штольню» находилась в городке Морле, что всего в четверти сотни километров от Роскофа. Оттуда, без пересадок, можно было проложить курс прямиком до Берлина, дорога при этом заняла бы минимум времени, учитывая скорость рельсолётов, способную достигать, на ровных участках, немыслимых полутора тысяч километров в час. Воодушевлённая скорым возвращением домой, Ева была разочарована, когда увидела ту самую спасательную торпеду, в которой придётся провести немало времени по пути к материку. Модель явно не из новых, трёхместная и не слишком скоростная. Капитан Хартманн отключила системы позиционирования ВЕСПИД, чтобы аппарат нельзя было отследить и выдала древний гирокомпас на тот случай, если волны каким-то образом собьют торпеду с пути, что до сих пор не представлялось возможным. - Вы отправитесь с нами? – поинтересовалась Ева, усаживаясь в кресло, - На корабле ещё могли остаться пациенты, покинувшие контейнеры раньше срока. - Нет, я остаюсь, кто-то должен отчитаться перед Легионом и Майндгейт, - она улыбнулась, - кроме того, в контракте с корпорацией прописаны пункты страховочной компенсации. Они должны мне кучу кредитов! - Что ж, надеюсь мы ещё встретимся, - девушка радостно пристегнулась. - До свидания! – отсалютовала капитан. - До встречи в Вальхалле, - Штайн хладнокровно вскинул правую руку с пистолетом и выстрелил ей в сердце, еще до того, как Ева смогла отреагировать, он пустил следующую пулю в голову. Госпожа Хартманн рухнула на пол с застывшим от удивления взглядом. - Ты что, блядь, творишь?! – закричала девушка, - Она же помогла нам! - Она помогала лишь себе и ждала нашего отбытия чтобы слить всю информацию Галлахеру. Не забывай – капитан была его человеком! - Ты не можешь быть в этом уверен! - Мне достаточно и возможности подобного исхода. Так или иначе, она была проблемой на пути к нашей цели, - Штайн забрался в торпеду и потянул за рычаг, закрывающий люк. - НАШЕЙ цели, или ТВОЕЙ?! - Сейчас это одно и то же, - спокойно ответил мужчина. - А когда это перестанет быть таковым, что, меня тоже застрелишь?! – Ева была в бешенстве. - Будем надеяться, что этого никогда не произойдёт, - Штайн запустил двигатели и аппарат устремился в море. *** Порочное Наследие. Акт Третий Свод пещеры озарялся сиянием миниатюрной звезды, чернокаменная крепость была погружена в уныние восстановительных работ. Прошлый визит Вигдис нанёс немало ущерба местной архитектуре, и многие выжившие дварфы-легионеры были вынуждены сменить своё оружие на горняцкие и кузнечные инструменты, в то время как оборону держали незначительные отряды полуорков и багбиров. Раннвейг спряталась за образованием сталагмитов. Выйдя из стены пещеры, она чуть не наткнулась на патруль умертвий, среди которых наблюдались полуорки, пара гноллов, гоблин и медведь. Следом из портала вывалились сёстры и своим падением привлекли внимание врага. - Они убили Себастьяна! – заметила Астрид. - Мрази! – Бринхильда выхватила меч и ринулась упокоить своего бывшего почти ручного спутника. Медведь громогласно прорычал, обнажая отчасти подгнившие клыки, его правая щека от носа до шеи была содрана, изнутри сочилась ртуть. Полуорки, облачённые в черные кованые доспехи, действовали менее активно. Несмотря на жар печей крепости и тепло искусственного Солнца, холод с поверхности проникал и сюда, амальгама, выполнявшая в их венах роль крови стала густой и значительно снижала их подвижность. Астрид узнала гноллов и гоблина, они оставались восставшими с момента, когда она их подняла до своего отъезда, и были приняты за своих местными умертвиями. Девушка прикрыла глаза, пытаясь понять, может ли до сих пор контролировать их, а когда решила отдать команду, пошатнулась, словно от удара, и упала на землю с дикой болью в затылке. Она ощутила чьё-то мощное влияние на местную нежить, следом раздался рёв дракона, донёсшийся из крепости, про незаметное проникновение можно было забыть. - Их… слишком много, - Астрид приподняла голову, из носа текла кровь. - Помоги ей, я займусь умертвиями, - Бринхильда выпила зелье каменной кожи и выставила меч перед мордой медведя. Зверь не успел снизить набранную скорость и врезался в него левым глазом. Полученный урон никак не сказался на его решительности разорвать незваных гостей. Медленно волочась, за ним следовали полуорки, приготовившие свои топоры. Бринхильда выпустила из руки оружие, до середины клинка погрузившееся в медведя и отскочила в сторону от его замаха, развернулась и с полуоборота двинула по морде массивным, окаменевшим после зелья, каблуком сапога. В ответ последовало недоброе рычание и когти оцарапали ей живот. Девушка ощутила это в полной мере лишь когда поняла, что эффект каменной кожи держится гораздо меньше, чем обещал Кьярваль. Упав на спину, она быстро выхватила кинжал из ножен на бедре и вогнала его точно в раскрывшуюся над головой пасть, ненадолго отсрочив свою гибель. Сумевшая совладать с болью Астрид подняла стену огня точно за сестрой, ограждая от наступления умертвий. Струи пламени разрезали медведя напополам, и передняя его часть всем весом рухнула на ноги Бринхильды. Девушка вскрикнула, ощущая многочисленные переломы, но всё же постаралась выползти из-под навалившейся туши, на которую уже перекинулся огонь. *** - Эй! – Штайн тряс Еву за плечо, та резко проснулась, ощутив дикую боль в животе и всей нижней части тела, - Ты кричала во сне. И кто такой Себастьян? - Ух… - девушка поняла, что ноги болят от многочасового сидения в не самом удобном кресле, а желудок не встречался с необходимым для поддержания работоспособности количеством пищи и того больше, - Это… кажется, медведь. Из всей дикости подобная снилась впервые. Вроде я в конце должна была умереть, но ты разбудил меня, кстати, зачем? - Э? Медведь? – не понял Александр, - Не важно… блядь, как же больно, - он скривился, затем выпустил воздух сквозь сжатые зубы и передал на переднее сиденье, где располагалась Ева, кейс от пистолета, - вот, приложи палец к считывателю – это сделает тебя вторым пользователем оружия, полностью снять биометрический замок без станции обслуживания не выйдет, а так хоть сможешь пристрелить меня, чтобы избавить от мучений… сука! – прошипел он, хватаясь за бок, - Зря ты дала мне те таблетки, они напомнили о паре разрывов сухожилий, гематомах, растяжениях и… кажется, у меня несколько рёбер сломаны. - Я уже сама не в восторге от своего решения, но не из-за жалости к тебе, не обольщайся, - девушка лизнула средний палец, торчащий из сжатого кулака, и коснулась им сенсорной панели так, чтобы жест был хорошо виден пассажиру позади, - от твоего нытья и жалоб на трезвость уже голова раскалывается. Штайн готов был зайтись ответным порывом брани, когда скорчился от очередного болевого ощущения, исходившего откуда-то из правой голени. Он безуспешно попытался вспомнить, когда мог травмировать эту часть ноги. Ева осмотрела переключатели перед собой, над одним из них красовалось почти стёршееся изображение синей капли. Она повернула его и из отсека приборной панели, прямо ей на колени, выкатился небольшой цилиндр. Девушка открыла контейнер и выпила находившуюся внутри воду, судя по привкусу, фильтрационная система торпеды давно не бывала на техобслуживании, поскольку набранная за время путешествия морская вода, прошедшая сквозь очистные устройства, по-прежнему отдавала солью. Жажда при этом слегка усилилась. Откашлявшись, она коснулась сенсорной панели на бедре и вывела на имплант очередную книгу, после чего прикрыла глаза и погрузилась в чтение, стараясь отвлечься от раздающихся позади звуков болезненного шипения. Голова, и без того страдающая от влияния близости этерита, раскалывалась от недосыпа, а также действия принятой таблетки. Судя по хронометру торпеды, автоматически сбросившей скорость до пятнадцати узлов, до берега оставалось ещё по меньшей мере десять минут, потому вот-вот предстояло переходить на ручное управление чтобы избегать обломков судов и моста, когда-то давно проложенного между Роскофом и островком Иль-де-Ба. Он был разрушен семь лет назад, как раз после Волны Резонанса, сводившей экипажи кораблей с ума, от чего те случайно или преднамеренно шли на таран опор. Вишенкой на торте, по совместительству – единственным судном, нанесшим наиболее существенный, катастрофический урон, был британский супертяжёлый авианосец Шеффилд, буквально за месяц до инцидента, переданный войскам Легиона для патрулирования Ламанша. Штайн уверял, что знаком с этими водами, хотя для себя Ева утвердила - его отношения с честностью в лучшем случае мимолётны. Тем не менее, за проведённое время она поняла, что возможно действительно знает этого человека, хотя каких-либо убедительных доказательств, если не считать редких вспышек воспоминаний, за которые ни разу не удалось уцепиться, найти не смогла. Не обращая внимания на недавние выходки, она решила дать ему шанс как минимум помочь ей вернуть причитающееся по праву. Торпеда вильнула, подхваченная сильным течением, после чего послышался скрежет металла. - Твою ж… - Александр отбросил причитания и сжал штурвал, резко вывернув его влево и на себя, стремясь вывести аппарат на поверхность воды. Ева крепко ухватилась за поручни – от манёвра её сильно тряхнуло. - Тут вода, - отметила она. - Да тут, блядь, везде вода! – огрызнулся мужчина, уводя торпеду то в один, то в другой бок, пытаясь выровнять курс по гирокомпасу. - Нет же, у нас течь! – прикрикнула девушка и принялась искать баллон с герметизирующей пеной, чтобы заделать пробоину. Тот оказался на самом переднем сидении, до которого она так и не смогла дотянутся из-за особенностей конструкции спасательной торпеды, - Быстро! Плыви на поверхность воды и ложись на левый бок. - Не уверен, что получится… сука! – аппарат подлетел в воздух, подброшенный подводным взрывом и, медленно вращаясь, вновь ударился о волны, - Это что за ёбань сейчас случилась?! Ева, стараясь не терять сосредоточенности и самообладания, вызвала интерфейс импланта и увеличила карту района, в котором они, приблизительно, могли находится. - Блядь! Бля-бля-бля! – завопила она, когда рассмотрела обозначения, - Береговые орудия! - Какие, нахуй, орудия?! Нам до берега ещё километров пять! - Дальнобойные! – девушка активировала максимальное приближение импланта, быстро приняла порцию нейрохимического ускорителя и передала баллончик назад, - Быстро вдохни и маневрируй так, как я скажу! Эти орудия используются против пиратов и контрабандистов, они полностью автоматические, на определение целей и наведение уходит много времени. Чёрт, будь у нас активирован передатчик ВЕСПИД, они бы вообще не обратили внимания! Штайн воспользовался препаратом и скривился от нестерпимой боли – все его нервные окончания единовременно активировались, восприятие действительности слегка ускорилось. - Откуда ты знаешь, куда они попадут? – выдохнул он, стараясь унять желание умереть, чтобы избавиться от страданий. - По вспышкам выстрелов и просчёту траек… блядь! Влево! – вскрикнула Ева, вжимая голову в плечи от перегрузки в результате манёвра. Александр вовремя увёл торпеду и взрыв снаряда лишь обдал их остаточным всплеском воды. Сделал он это слишком резко, от того аппарат несколько раз винтом прокрутился вокруг своей оси, прежде чем его удалось стабилизировать. По следующей указке девушки направление движения должно было пройти мимо торчащих обломков чего-то большого, по всей видимости - одной из опор моста. В этот раз снаряд не достиг воды, а разворотил тонны бетона и арматуры. - Мы не сможем так продолжать! – Штайн дёрнул штурвал в очередной раз и зажмурился от подскочившего давления. Ева, не отрываясь, вела наблюдение за линией берега в ожидании очередной вспышки, но понимала, что он прав, после чего мельком глянула в правую сторону и разинула рот от удивления. - Двигай туда! – она указала пальцем на видневшийся из-под воды гигантский остов Шеффилда. Авианосец на две трети был отдан пучине, но и оставшегося хватало для обеспечения серьёзного укрытия. Даже береговым крупнокалиберным орудиям понадобится как минимум три последовательных и точных выстрела, чтобы пробить его броню, и то лишь в случае, если те воспримут его движущейся мишенью, а не обломками, которых повсюду было в избытке. Получив кратковременную передышку, Ева вновь постаралась достать баллон с герметиком и в очередной раз потерпела крах, ощущая, как вода наполняет собой сапоги. Торпеда тем временем грациозно проскрежетала по накренившейся палубе и затормозила близ диспетчерской рубки авианосца, едва не поцеловав её носом. Штайн нервно дёрнул рычаг, отворяющий стеклянный полукупол аппарата над головой и выпрыгнул наружу, бешено размахивая пистолетом. - Ты говорил, что знаешь эти воды, - с укором заявила девушка, покидая торпеду. - Отдыхал пару раз во-о-он там, - он туманно указал куда-то в сторону материка и продолжил высматривать нечто. Ева осмотрелась и не отметила для себя ничего, кроме стихших взрывов летящих в них снарядов. Автоматика орудий больше не воспринимала их в качестве движущихся мишеней, потому продолжила в дежурном режиме сканировать водную гладь. - Что ты ищешь? – поинтересовалась девушка, снимая сапог и выливая оттуда воду. - То же, что и на палубе контейнеровоза – опу… - он не договорил, поскольку был прерван. - Зомби? – предположила Ева - Блядь! – суетливо вскрикнул Штайн и выстрелил пару раз в тёмный уголок стоящих впереди строений. - Ты и вправду боишься их? – удивилась девушка, - Как же так? Мужчина в панике упал на колени и схватился за голову, повторяя какую-то тарабарщину на незнакомом языке. Затем зажмурился, выругался и встал на ноги как ни в чём не бывало. - Ладно-ладно! – Ева примирительно подняла руки, приблизившись на расстояние с которого сможет обезоружить спутника, - Больше никаких терминов на букву «З», пускай будут «опустошённые», - девушка оценила отчаяние в глазах мужчины и невольно обняла его, слегка погладив по спине, - успокойся, с момента крушения прошло семь лет, им здесь попросту нечего было е… е-е-ебааать! – вскрикнула она, когда заметила открывающийся люк палубы и иссушённое нечто, больше походившее на скелета, наспех обтянутого разложившимися остатками кожи и мышц, выбирающегося на палубу. Штайн развернулся на каблуках, даже не заметив веса висящей на себе Евы, открыл рот, чтобы закричать и вскинул руку с пистолетом, больше машинально, чем преднамеренно. Первый же выстрел снёс существу нижнюю челюсть и пробил позвоночник, последующий попал чуть выше – в область левой глазницы, где когда-то присутствовал человеческий орган зрения. Третья пуля пробила грудь опустошённого, вывалившегося из люка диспетчерской и затерялась где-то в гуще тел, хлынувших следом. Поток матросов и офицеров-контрактников, судя по остаткам формы, отрабатывавшим когда-то своё жалование на этом судне в ожидании перевода в запас, или приписки к одному из действующих морских подразделений Легиона, рванули в сторону единственных двух живых людей в радиусе трёх километров. Выстрелы продолжались до тех пор, пока пистолет не клацнул, уведомив об окончании боезапаса в снаряжённом магазине. К этому моменту Ева сумела в полной мере проникнуться ощущением безысходности и неспособности к действию перед лицом неумолимо надвигающейся орды. В последние мгновения она осознала суть страха Штайна и без особого желания впустила его в свой разум сверх нормы. *** По поверхности воды разносились вопли опустошённых. Они не прекращали попытки вскрыть спасательную торпеду, в которой успели запереться трясущиеся от ужаса Ева и Александр. Девушка внезапно просияла: - Этерит! Останови время как тогда, в баре Галлахера! И… - она поколебалась, - кажется у тебя ещё оставалась пара фляжек? - Нет… - Да точно были где-то во внутренних карманах. - Я про другое – это была не остановка времени, а кратковременное прерывание восприятия человеческим сознанием. У этих тварей НЕТ сознания, на них подобное не действует. Да и виски я выпил ещё перед отплытием, но чёртовы таблетки не дают опьянеть! - А что, если отвлечь их как-нибудь и попытаться добежать до аварийной катапульты в диспетчерской? – Ева старалась рассмотреть с помощью импланта небольшую пристройку, предназначенную для экстренной эвакуации командного состава авианосца, - Береговые орудия бьют только по воде, систем ПВО тут быть не должно – это наш шанс. Штайн нервно досылал патроны в магазин пистолета, выругался и тяжело вздохнул. - Как только открою кабину, притворись мёртвой, затем, когда они пойдут за мной, беги и спасайся. - Это что, блядь, за план такой? – возмутилась Ева, - Ты втянул меня во всё это, значит, как минимум, обязан прожить достаточно, чтобы вернуть меня домой и всё исправить! - Видимо и тут я облажался, - ответил мужчина, дёргая за рычаг открывания люка и в ту же секунду произвёл два выстрела, в самых настойчивых существ, попытавшихся проникнуть внутрь. Скрепя зубами от боли, он выпрыгнул наружу и буквально по головам принялся продираться в сторону воды, попутно продолжая отстреливать особо-кусающихся тварей, сумевших его ухватить. Ева до определённого времени оставалась в торпеде в неподвижном состоянии и на неё в самом деле перестали обращать внимание, переключившись на шумы, издаваемые её спутником. Девушка поняла, что опустошённые, сейчас ориентируются исключительно на звук, поскольку не все сумели сохранить функционирующие органы зрения за прошедшие годы. Тихо выбравшись из аппарата, она глянула в сторону толпы – даже несмотря на ужасное физическое состояние существ, у Штайна не было и шанса. Патроны быстро кончились, а ударов рукоятью пистолета определённо не хватало для упокоения тварей. Рациональная часть сознания подсказывала воспользоваться возможностью и быстро сбежать в диспетчерскую, но то, самое неприятное чувство, практически выжженное годами корпоративного мироустройства, внезапно, с особой издёвкой, коснулось своим когтем струн её души. Этого аккорда совести хватило, чтобы достать из торпеды мультитул, громко постучать им по борту, привлекая к себе внимание и снести голову самому ближайшему существу. После этого Ева отбежала на несколько шагов и повторила удар. Она не думала, что сил хватит на уничтожение таким образом ещё пары сотен опустошённых и действовала скорее в порыве эмоций, а не с расчётом на выживание. - Ты там жив?! – прокричала девушка, выдыхаясь из сил. Ответа не последовало и у Евы началась паника, она постаралась добиться максимального ускорения при беге, по широкой дуге направляясь туда, где ранее слышались ругательства. Штайн лежал в луже собственной крови, вытекавшей из множества ран. Удостоверившись в отсутствии пульса, девушка издала нервный крик отчаяния. Толпа существ неумолимо надвигалась, непреклонная в своей цели. - Ты можешь обмануть её, но не меня, - раздался женский голос откуда-то из скопления опустошённых. Они расступились, открывая проход для девушки в вызывающем, соблазнительном чёрном облачении, после чего прекратили какое-либо движение. Сияние голубого пламени в глазах не мешало Еве узнать в ней свою сестру. - Гелла… - прошептала она, утирая подкатившие слёзы. Девушка приблизилась, с каждым своим шагом сгущая всё больше туч над кормой авианосца, словно стараясь скрыть своё присутствие от неких незримых небожителей, либо влияя на восприятие для создания эффекта нагнетания и устрашения. Сверкнув глазами, она склонилась над сидевшей на коленях Евой и была готова протянуть ладонь, чтобы коснуться её щеки, но вовремя опомнилась и вместо того перевела взгляд на Александра. - Долго же ты бегал от меня, - она заметила отсутствие реакции, - ОТВЕЧАЙ, КОГДА Я С ТОБОЙ ГОВОРЮ!!! – её вопль эхом отдался в раскате грянувшего грома, а взгляд воспылал ярче прежнего. - Сколько же от тебя шума, мёртвого разбудишь, - попытался хохотнуть Александр, слегка приоткрыв здоровый глаз и прокашлялся кровью, когда вновь ощутил боль в рёбрах. - Ты жив?! – поразилась Ева, - Но как же пульс? - Им-пла… - он не договорил, потому как вновь отключился. - Что ты стоишь? – девушка с надеждой глянула на сестру, отбросив на потом разбирательства о самом факте её появления, - Помоги ему! - Я здесь не ради этого! – проскрежетал грубый голос, затем что-то в её глазах на мгновение переменилось, казалось, они стремились обрести свой обычный вид, но этого стремления было недостаточно, огонь продолжил пылать, - Так и быть, дам тебе время попрощаться. Гелла легко коснулась длинным окончанием рукояти своей косы, увенчанным декоративным серебряным черепом с птичьим клювом, груди Штайна и тот глубоко вдохнул воздух, широко раскрыв при этом глаза. - Какого… - он уставился на сестёр ошалевшим взглядом, - Почему ты не сбежала? - Я… - Она здесь не для того, чтобы тратить моё время сострадание, - прервала сестру брюнетка, - быстрее прощайтесь, и я тебя заберу. Признаюсь, меня… восхищала твоя работа, столько жизней отобрано из-за мелочей, прямо пир, - она прикрыла глаза и едва заметно провела кончиком языка по уголку верхней губы, - но это в прошлом, теперь твоей душе пора отправиться… дальше. - Я не хочу, - уверенно ответил Штайн. - Он не хочет! - поддержала Ева, стараясь выискать хоть что-то человеческое во взгляде девушки напротив, - Не понимаю, о чём ты говорила, как здесь очутилась, с хера ли тебя слушаются эти чёртовы зом… гмм… опустошённые, но прошу… прошу не делать то, что ты задумала. Брюнетка, во внешнем виде которой безошибочно читалась фирменная вульгарность Геллы, скривила губы в презрительном возмущении. Её переполнял гнев и сомнения, погода тем временем ещё больше ухудшилась, мрачные тучи полностью скрыли солнце и были готовы вот-вот низвергнуться плотным потоком осадков. Девушка злобно прорычала проклятья, выпрямилась в полный рост, демонстрируя свою величественную осанку и сногсшибательное декольте, отдёрнула кружевной край юбки, перекрывающий разрез, доходящий почти до талии, и показательно выставила высокий сапог на непомерно-длинном каблуке, элегантно вильнув тазом. На внутренней стороне её бедра, закреплённые на плотно-затянутом кожаном ремне, располагались несколько декоративных амулетов. Гелла перехватила косу в левую руку, продолжая упираться её рукоятью в грудь Александра, тем самым поддерживая в нём жизнь, и отстегнула правой рукой один из амулетов, внешне походивший на золотую птицу. С сомнением посмотрев на него, она брезгливо швырнула вещицу мужчине. Тот рефлекторно поймал объект, даже не понимая смысла происходящего. Ева тем временем окинула взглядом опустошённых – они смотрели на Геллу с леденящим благоговением, даже лишённые глаз обратили свои взоры в её сторону, на их истерзанных и прогнивших от времени лицах читалась безусловная покорность и радость исполнять любую, даже ещё не высказанную, прихоть. - Что это? – поинтересовался Штайн, повертев в руке фигурку. - Твоя отсрочка, - сверкнула пламенем в глазах Гелла, - ПОСЛЕДНЯЯ! – скрежет её слов ощущался неприятным сверлением в затылке, - Но не забывай, вскоре я приду за тобой… по-настоящему приду. Не помогут ни мои симпатии, ни её слёзы, ясно?! – она перевела жестокий взгляд на Еву и слегка поумерила пыл, - А за тобой должок… сестрица, - последнее слово было произнесено с особой брезгливостью. На этом она окончила разговор и элегантно развернулась, чеканя каждый шаг, звонко отдающийся прикосновением каблуков по палубе, она направилась к толпе существ. Стоило девушке оторвать рукоять своей косы от груди мужчины, как тот начал, задыхаясь, биться в конвульсиях от мига возобновившейся боли, после чего обмяк и застыл с широко раскрытыми глазами. Ева при этом с готовностью встала на ноги, намереваясь настигнуть сестру и принудить её оказать помощь, которую та, судя по последним событиям, вполне могла предоставить, как вдруг застыла, завороженно наблюдая за её действиями. Гелла провела ладонью по лезвию косы и то мигом загорелось. Дальше девушка махнула ею в воздухе, посылая волны пламени в сторону ожидающих её существ и все они начали сгорать, обращаться в прах и развеиваться по ветру с карикатурными подобиями улыбок на их неживых лицах. Она вошла в эпицентр бушующей стены синего огня и рассеялась вместе с ними, после чего всё представление закончилось. Следующим этапом должна была начаться истерика об окончательной утрате и безысходности, но её прервала вспышка света. Ева обернулась и прищурилась от нестерпимой яркости, исходившей от амулета в руке Штайна, тогда она вспомнила вид этой птицы – феникс. Золотая фигурка растворилась в потоке своего же света и впиталась в тело мужчины, моментально заживляя его раны. От избытка переживаний и морального истощения девушка при виде этого лишилась сознания. *** - Эй, очнись! Мы готовы. - Что? – не поняла Ева, открывая глаза, - К чему готовы? - Ох тебя и размазало от этих таблеток, - проворчал Штайн, - сама же предложила воспользоваться аварийной катапультой, так вот – мы в капсуле, готовы к запуску, активируй последовательность и готовься к ускорению. - Что, блядь?! Почему ты жив? – в полном непонимании прокричала девушка. - Заебись вопрос – потому что не подох ещё! Такой вариант тебя устроит? - А как же толпа зомби?! Они истерзали тебя… а потом сестра… тварь, бросила нас! - Да ёб твою… просил же не называть их так, - встрепенулся от внезапного страха мужчина, - какая сестра, какая толпа? О чём ты? - Но… - непонимающе взглянула Ева, - я же видела… - Должно быть головой ударилась, когда мы врезались на торпеде в стену диспетчерской? Или снова этерит шалит… - В смысле?! - Он же может вызывать галлюцинации, забыла? Показывать то, чего не было. Ничего, привыкнешь, итак? – он указал на сканирующий интерфейс, активирующийся лишь соответствующим классом имплантов, печатающихся на кончиках пальцев руководителей конгломерата и высокопоставленных офицеров силовых структур. Ева коснулась панели, и автоматика капсулы ожила, принимаясь просчитывать полёт до ближайшего посадочного терминала, оборудованного специфической приёмной частью. Таковой, по счастливому стечению обстоятельств, был обнаружен в городке Морле, как раз там, где располагался спуск в Штольню. Электромагнитные катушки катапульты загудели, накапливая заряд, после чего резко выдохнули, выбрасывая капсулу в воздух. - Как там твои рёбра? – внезапно поинтересовалась Ева. - Целы, а что? – не понял вопроса Штайн. - Ничего… - задумчиво произнесла девушка, пытаясь по полочкам разложить произошедшее у себя в разуме. *** Инерционные гасители капсулы, являющиеся достоянием Шторм Вингс Аэроспейс, пришедшие во флот из космической промышленности, отлично справлялись с перегрузками, не позволяя пассажирам испытывать все негативные эффекты того ускорения, которое было придано при запуске аппарата. Даже несмотря на долгие годы пребывания в аварийном состоянии, автоматика систем не пострадала и беспрерывно питалась от армейского фазового реактора. Уже через несколько минут полёта капсула вошла в магнитное поле приёмной станции, которая значительно замедлила её скорость и скорректировала курс к терминалу, во многом походившему на отправную часть авианосца, но отличавшемуся куда большими размерами в силу того, что в его функции также входил приём орбитальных грузов и челноков. Круглый тоннель, состоящий из цепочек электромагнитных установок, уходил почти на километр под землю под небольшим углом, куда спасательная капсула спустилась как пёрышко и тут же пристыковалась к соответствующему механизму. Сработало автоматическое сканирование, а следом прозвучал сигнал тревоги – биометрические показатели пассажиров не соответствовали кому-либо из персонала авианосца, с которого был произведён запуск. - Всё, попались, - Ева нервно осмотрелась по сторонам, выискивая направляющийся в их сторону отряд быстрого реагирования, который не заставил себя ждать, - у тебя был план на этот счёт? - Я думал, ты всё продумала, когда предложила воспользоваться этой капсулой, - удивлённо ответил Штайн, - прямая конфронтация с Легионом нам сейчас точно ни к чему и прикинуться потерпевшими вряд ли выйдет. Солдаты в боевой экипировке быстро окружили капсулу и направили оружие в сторону выбравшихся пассажиров. - Стоять на месте! Руки держать перед собой! – проревел один из легионеров по-французски, динамики его бронекостюма продублировали команду на английском и немецком, жестом он приказал подчинённым провести обыск прибывших, попутно отсканировать их параметры, - Что там? - Ничего запрещённого, - отрапортовал рядовой, с особым пристрастием досмотрев Еву и обнаружив отсутствие нижнего белья. - Дублирующиеся биометрические данные! – внезапно добавил второй, со сканером, после этих слов солдаты получше прицелились, опустив защитные забрала противогазов. Командир передёрнул затвор штатного пистолета, вплотную приблизился к Александру и приставил ствол ко лбу. - У тебя десять секунд на объяснения, мразь! - Мы ни в чём не ви… - начала Ева, но была прервана жёстким ударом приклада автомата в живот и согнулась пополам, хватая ртом выбитый воздух. - Сейчас его очередь, - не поведя и глазом прорычал офицер, - девять. - Блядь… - сквозь зубы прошипел Штайн. - Восемь! - Протокол безопасности «Легатус-Примарис-Ансуз», - после этих слов рука, держащая пистолет, едва заметно дёрнулась, что смог ощутить и заметить лишь Александр, чувствуя образование отпечатка ствола по центру лба. Ева, стараясь выровнять дыхание, краем уха услышала эту фразу и напряглась. - Код подтверждения, - чуть менее уверенно произнёс офицер, но оружие всё ещё держал наготове. - WELES-1-1-2-3-ADALMUND-5-8-1-3-RAGNAROK-2-1-3-4, - отчеканил Штайн, почти не запнувшись. На своём персональном дисплее шлема командир легионеров увидел ответ от кайзера Вильгельма – искусственного интеллекта военного уровня, являющегося центральным оперативным сервером Легиона. - Код подтверждения одобрен, - офицер убрал пистолет в кобуру, поставив его на предохранитель, и приподнял забрало шлема, предоставив взору покрытое прозрачной маской противогаза лицо закалённого бойца, - чем можем служить? - Для начала ответьте на вопрос – почему сканер выдал дублирующиеся данные? – поинтересовался Штайн, помогая Еве прийти в себя, - Сутки назад результат был единичным. - За это время многое изменилось, господин легат, - отрапортовал офицер, - конгломерат получил недвусмысленные угрозы со стороны Западной Гегемонии, так назвались остатки федерального правительства, захватившие власть на заокеанских континентах. Они винят Альянс в бедах своих стран, потому требуют сложить оружие… или встретиться с последствиями. - И это случилось в течении суток? – недоверчиво поинтересовалась Ева, - от Америки ничего не было слышно пару десятилетий, почему сейчас? – перевела взгляд на спутника, - Стоп, он только что назвал тебя легатом? - Боюсь, эта информация за пределами моей компетенции, и да, командующего Легионом принято так звать, - отчитался офицер, затем вновь глянул на Штайна, - После случившегося, была произведена компиляция баз данных биометрических параметров. В случае возникновения подобных ситуаций, мы уполномочены провести местное расследование и принести приговор нарушителям. В Вашем случае фигурируют цепочки ДНК считавшихся погибшими членов директората, лишь потому расстрел на месте уступил дознавательной процедуре. - Десять секунд? – скептически подняв бровь, поинтересовался Штайн. - Так он действительно значился директором? – удивлённо отметила Ева, в очередной раз усомнившись в корректности своей долгосрочной памяти. Офицер раздумывал над тем, кому ответить сперва, затем посчитал необходимым не отвечать вовсе. - Нам нужно в Штольню, - наконец прервал молчание Александр, - проследите, чтобы информация о нашем присутствии не прошла дальше этих ворот, - он указал на выход, - Вы меня поняли? - Господин легат, - ровным голосом проговорил командир, - это хорошие бойцы, верные. - Их верность будет отмечена и вознаграждена, я об этом позабочусь, - Штайн взял под руку Еву и двинулся прочь, - Вас это также касается, - бросил он уходя. Перед самым выходом девушка оглянулась и заметила, что офицер ввёл несколько команд на своём планшете, отключивших оружие солдат и моторные функции их бронекостюмов, после чего потянулся к пистолету. Скрывшись за воротами переходного шлюза, до неё донеслись несколько выстрелов. *** Рельсолёт располагался в просторном помещении, предназначенном для хранения и переправки грузов. Массивный стреловидный вагон, казалось, никак не мог подниматься за счёт магнитных сил, тем не менее, при приближении можно было заметить, что даже сейчас он парит в полуметре над рельсами и в любой момент готов умчаться в один из множеств ветвящихся тоннелей. Вокруг царила тишина, кратковременно прерываемая работой автоматических погрузчиков и шагами парочки, направляющейся из посадочного терминала. От стоящей прохлады Ева поёжилась, но ещё больше дискомфорта доставляло случившееся. - Зачем ты приказал их убить? – она притормозила перед трапом, ведущим ко входу в вагон. - Нельзя допустить ещё большую утечку информации, - мужчина изучил панель и нажал на клавишу открытия шлюза, - хватило и того, что нас отсканировали, значит времени всё меньше. - Я просто хочу сказать, что в этом не было необходимости. Они ничего тебе не сделали и вполне могли сохранить всё в секрете. - Тебя избили и ощупали куда только дотянулись! – взбесился Штайн, - Это недопустимо. А службу свою они ещё продолжат… - Где? В погребальных, блядь, урнах?! – старалась не уступать в тоне девушка. - У Альянса есть множество самых разнообразных начинаний, - мрачно проговорил он и вошёл в вагон, оживший при первом же шаге вглубь, - но с этим разберёмся потом, нужно спешить в Берлин. - Отсюда есть прямой путь в Башню? - Сперва мы отправимся в хранилище потенциально опасных материалов, - Александр ввёл пункт назначения и подтвердил его своим кодом безопасности, которым до того воспользовался перед легионерами. - Неужели ты действительно решил достать ту табличку для Галлахера? – возмутилась Ева, - Это совершенно неприемлемо! - Нет, наша цель – твоё кольцо, с ним у нас будет достаточный уровень доступа, чтобы войти в Башню, тут уж одним моим кодом не воспользуешься, да и Тесла наверняка уже в курсе нашей цели, потому может начать переманивать на свою сторону и подчинять других ИскИнов конгломерата. Кайзер Вильгельм в этом плане должен быть на несколько порядков более продвинутым и автономным, но мне неизвестно, что могло случиться с Николой за прошедшие годы, насколько он развился, возможно, ему уже под силу тягаться с интеллектом военного класса. А мой прощальный подарок… - Штайн с горечью вздохнул, - может послужить контрмерой этой экспансии. - То есть теперь ты ещё и Теслу хочешь «выключить»?! – девушка была взбешена. Долгие годы он служил ей первоклассным советчиком и тем исследователем, что вёл науку и технику конгломерата вперёд, на много поколений опережая прогресс своих живых коллег. До происшествия в Дублине, Ева даже могла считать его своим другом. Штайн долго молчал, затем посмотрел в глаза девушки своим мрачным и решительным взглядом: - Лишь в случае крайней необходимости. Рельсолёт пришёл в движение и молниеносно устремился к заданному пункту назначения. *** Порочное Наследие. Акт Четвёртый Путешествие в вагоне на магнитной подушке нельзя было назвать занимательным, потому, после гневных выяснений отношений, Ева решила поискать, чем бы поживиться. Она уже забыла, когда в последний раз нормально ела. В это время суток её зачастую ждал обед в ресторанах представительского класса, пускай и носящий скорее формальный характер, поскольку в большинстве случаев перетекал во внеплановые переговоры, и всё же ей удавалось уделять немного времени изысканным блюдам, приготовленным зарекомендовавшими себя профессионалами. Пара питательных батончиков из аварийного рациона, найденных в контейнере кабины управления, нисколько не утолили голод, а заодно оставили во рту неприятный привкус дроблёных в труху, вместе с мясом и кожей, костей неизвестного животного, бедно приправленных стандартным набором специй и обильно разбавленных синтетическим аналогом овса. И всё же, в фантазиях девушки, это был изысканный салат со средиземноморскими креветками, либо стейк из столь редкого, в это время, лосося, вкус которого она запомнил ещё с прошлого года, когда посещала Норвегию. - Мы не будем убивать Теслу! - решительно заявила Ева, покончив с обедом. - Завали ебало! – внезапно грубо ответил Штайн. - Сам завали ебало! Это моё решение – он будет жить! – она была поражена резкости смены характера мужчины, но не собиралась давать слабину в силу своей многолетней практики решения корпоративных вопросов не самыми благозвучными методами и речами. - Из-за одного из твоих ёбаных решений я сейчас не могу сосредоточиться на миссии! Не стоило тебе пытаться отрезвить меня… твою мать, это же бодун – то, что сейчас испытываю, да? Потому я так херово себя чувствую и думаю лишь о том, как бы отыметь тебя по скорому прямо здесь? – его красные от систематических недосыпов глаза пылали ненавистью и не выдавали ничего человеческого. - Да мне плевать, как ты себя чувствуешь! Ты втянул меня во всё это, если верить твоим же рассказам, хуеву тучу лет назад, а теперь вдруг испытал животные позывы, когда в трезвом состоянии ощутил малейший страх… чего? Зомби? Смерти? ЧЕГО?! - Твою ж мать, не произноси это слово! – Штайн сжался в комок нервов, готовых вот-вот взорваться. - Какое? Зомби? Зомби-зомби-зомби!.. – Александр с невиданной доселе резвостью вскочил и приблизился к девушке, жёстко схватив её за предплечья, - И что ты сделаешь? Убьёшь меня, как всех тех ни в чём существенном не повинных представителей рода человеческого?! Ты жалок! - Думаешь, мне легко? Мириться со всеми этими смертями? – мужчина ещё крепче сжал кулаки, в которых почти затрещали руки Евы, и она выдала сдавленное шипение, стараясь не показывать ощущаемую боль, - Нет, не легко! И ещё сложнее игнорировать каждое дуновение ветра, поднимающее твою юбку, под которой ничего нет! - И что же ты задумал? Испытать все оргазмы мира перед встречей с неизбежностью? – машиноподобным тоном отчеканила девушка, дёрнув правую руку, в попытке освободить её от захвата. - С тобой мне хватит и одного, - мужчина отпустил руки Евы и заключил в объятия талию, приподнимая её тело, одновременно склоняясь над ним чтобы в полной мере слиться с ней своими губами в грубом и неуместном поцелуе. Девушка, на секунду ошарашенная наглостью спутника, тут же отпрянула, извиваясь и брыкаясь подобно непокорной кошке. - Ты что себе позволяешь?! – выплюнула она его язык из своего рта, всем телом стараясь ринуться вверх, дабы не ощущать крепость образовывающейся снизу преграды, - Да я орехи колю упражнениями Кегеля, что уж говорить о твоих причиндалах! Какое-то время она боролась с ним, но эта возня привела лишь к тому, что звук сопротивления стал ещё громче. Затем, словно вняв голосу рассудка, Александр разжал руки, а Ева свалилась на кресло поблизости, до сих пор яростно сопротивляясь. - …да ёб твою… Наступила тишина, нарушаемая лишь шумным дыханием. Штайн стоял, слепо уставившись перед собой, его безумие передалось и девушке, возможно потому ей на мгновение показалось, что их вдохи совпадали по фазе, от этого она невольно сползла с кресла, оказавшись на уровне взгляда с представшей угрозой. Мужчина наклонился, пытаясь помочь Еве встать, но она уже сама поднималась с пола вагона рельсолёта. Их руки встретились прежде, чем кто-либо успел среагировать на происходящее. Это было освобождение. Кружащее сопротивление провалилось внутрь, словно сорвавшиеся с орбиты спутники, сгорая дотла в атмосфере, подчиняясь взаимному притяжению, болтавшемуся тяжёлыми цепями, которые, разорвавшись, разлили по нервным окончаниям испепеляющее пламя. Они пытались целовать друг друга и заливались диким смехом. Ева сдавленно вскрикнула, когда руки Александра скользнули под ткань топа, накрывая небольшие соски, твёрдые, как каблуки выходных туфель. Её грудь вошла ему в ладони так, будто была отлита под них. Куртки и верхняя одежда моментально потеряли надобность, от того пришла пора с ними распрощаться, а Ева принялась лихорадочно возиться с ремнём, расстёгивая ширинку и просовывая в неё свою руку. Штайн внезапно ощутил остроту ногтей её длинных пальцев и сдержал себя в желании ответно крепко сжать шею девушки. Каким-то образом они выбрались из комнаты управления и пробрались в офицерскую каюту на носу вагона, созданную специально для несущих вахту легионеров сопровождения. Александр последовал за Евой, не отрывая взгляда от её покачивающихся бёдер, и, наверное, это был не столько он, сколько дикий зверь, ощущающий момент возвращения в своё логово. Там, в комнате с иллюминаторами, девушка упала головой вниз на смявшиеся простыни, выгибаясь дугой, и он увидел, как проникает в неё по самое основание, вызывая слабый стон. Она пылала, пылала изнутри, обволакивая его вязкой жидкостью горячей ванны, а раскаленные полушария её ягодиц обжигали бёдра Штайна, будто тавро, при каждом прикосновении. Где-то впереди спина Евы поднималась и извивалась змеёй, а её волосы ниспадали с головы в пленительном беспорядке. В иллюминаторах вокруг, бесконечным потоком, проносились опоры сводов туннеля, в то время как Александр протягивал руки, лаская ей грудь, упругий живот, напряжённые плечи, а она тем временем вздымалась и опускалась, словно море вокруг спасательной торпеды, в которой совсем недавно приходилось тесниться. Штайн и Ева, переплетённые друг с другом, возлюбленные, встретившиеся после долгой разлуки. Он успел почувствовать, как её охватывает дрожь наслаждения, но взгляд сквозь спутанные волосы, закрывающие лицо, вид её приоткрытого рта лишили его последних крупиц самообладания. Мужчина расплавился, растекаясь по изгибам её тела, судорожно извергаясь в неё, пока они, наконец, не рухнули на кровать. Ева ощутила выскальзывание из своего чрева, как что-то, рожденное ею. Кажется, её наслаждение ещё продолжалось. Они молчали очень долго. Рельсолёт продолжал движение, подчиняясь автоматике, а в каюте кружилось ледяное течение времени, поглощающее и охлаждающее случившуюся интимную близость. - Не скрою, мои ожидания были равны нулю… - прошептала Ева, - но даже они не оправдались. - Эти слова оставляют шрамы на моём сердце. - Да плевать мне на твоё сердце, ещё раз тронешь меня и будешь иметь дело с последствиями! – жёстко заявила девушка. - Это какими же?! – возмутился Штайн, кладя левую руку ей на шею. - Ещё хочу… *** Ресльсолёт приближался к месту назначения, как вдруг прозвучал сигнал тревоги – на пути возникли помехи, и автоматика начала экстренное торможение. Моргнул свет и вагон замер, полностью прекратив движение. - Так и знал, что он помешает! – прорычал Штайн, грубо покидая лоно Евы. - Эй, а ну вернись обратно! – девушка была возмущена бестактностью, но проследовала за мужчиной к консолям управления, полностью пренебрегая одеждой, - Почему мы остановились?! - Тесла, - мрачно отметил Александр, изучив данные на мониторе, - он ставит программные блоки, система Штольни посчитала, что тут произошёл обвал, но, как видишь, его нет, - он указал рукой на пустой, освещённый туннель. - Да плевать на вагон, почему МЫ остановились?! – Ева сузила глаза, затем опустила взгляд, - И почему он до сих пор не упал? Штайн проигнорировал выпад и продолжил со злобным видом возиться с консолью. Глядя на это, девушке захотелось, подобно разъярённой львице, выпустить когти и полоснуть обидчика с размаху. Это она и сделала, оставив четыре глубокие борозды на спине Александра, кровь из которых хлынула практически моментально. Ответ не заставил себя долго ждать – мужчина резко развернулся, схватил Еву за горло правой рукой и повалил на металлический пол со взглядом, полным бешенства и гнева. Ещё с минуту он не обращал внимания на её брыкания и попытки освобождения, затем ослабил стальную хватку, пустив кислород в лёгкие. Посиневшее лицо девушки исказила ответная гримаса злости. - А у тебя, я смотрю, прямо фетиш какой - душить партнёрш! - откашлялась Ева, после чего добавила, - Давай я займусь консолью, а ты займёшься мной, такой старичок явно не способен даже точку доступа ВЕСПИД взломать. Александр хотел было сжать кулак, в котором до сих пор ощущалась пульсация шеи, но всеми силами сдержался и помог девушке встать. - Действуй быстро, - проворчал он и вошёл в неё максимально грубо, вызвав дрожащий сдавленный стон. - Не люблю… ах… быстро… сука… глубже! – Ева, склонившись над дисплеем, принялась вводить команды разблокировки, периодически выгибаясь и прикрывая глаза от подступающего наслаждения. Серии толчков ускорялись и девушке всё сложнее становилось держаться на напряжённых, дрожащих ногах, уж тем более пытаться побороть фаервол системы регулирования маршрута, она упала на монитор, изнывая от экстаза. Её грудь скользила по сенсорной панели и задавала системе хаотичный набор команд, нарушающих логику работы. Ева вскрикнула и вцепилась в металл монитора, обнимая его и тяжело дыша. Вагон пришёл в движение, несмотря на введённую блокировку. Девушка выгнулась, завела руку назад и слегка проколола карбонитовыми ногтями ягодицу Александра, прерывая тем самым его фрикции. - Раз уж начали, дай закончить! – недовольно проворчал он и развернул Еву к себе, чтобы глянуть ей в глаза. - Кажется, мне хватит, - прошептала она, едва держась на ногах, и провела ногтем по груди спутника, - Проследи за консолью, а я… кажется, всё ещё должна тебе «уход боливарианской горничной» за победу над той гориллой в баре Галлахера, - она опустилась на колени и разомкнула сочные губы. Рельсолёт скользил по туннелю с невероятной скоростью. Устройство на магнитной подвеске не испытывало трения в условиях пространства, призванного имитировать состояние невесомости, чтобы не испытывать проблем, касающихся наземных поездов, преодолевающих на своём пути препятствия воздуха. Ограничения на передвижения были сняты силами скольжения груди Евы по панели управления, как и меры предосторожности. При приближении к терминалу Штольни, вагон должен был постепенно сбрасывать скорость, чтобы предотвратить последствия резкой остановки. Даже в условиях контролируемого магнитного потока, рельсолёту необходим определённый тормозной путь, в противном случае… Вагон пробил защитный барьер приёмной станции, сошёл с рельс и принялся таранить внешний периметр хранилища, что, на скорости в полторы тысячи километров в час, было подобно удару стенобитного тарана о лист фанеры. - Бляяяядь!!! – вскрикнул Штайн. От резкого удара затылком о приборную панель, Ева невольно сомкнула челюсти и увидела, как из её глаз посыпались искры. Поток воздуха в лёгкие был перекрыт посторонним предметом, от которого она постаралась машинально избавиться. - Ничего… кх… - она попыталась отдышаться, - пара швов и будет как новенький… кх-кх… не откусила же… - Это… было крайне… неприятно, - мужчина старался совладать с болью в паху и попутно останавливал кровотечение, при резкой остановке состава он и сам поддался инерции, основательно приложившись головой об угол консоли. После нахождения аптечки и большей части одежды, они двинулись вглубь хранилища. *** - Здесь темнее, чем я помню, - отметила Ева, озаряя путь фонариком телефона. - Должно быть мы повредили силовой контур во время торможения, но нам хватит и аварийного освещения, где-то за следующим поворотом будет проход в нужную секцию, - хромая, Штайн осматривался по сторонам и приподнимал бровь, удивлённо разглядывая очередной диковинный экспонат, покрытый прозрачным непроницаемым кубом, - Знаешь, а когда я тут был в прошлый раз, «предметов» было куда меньше. Это что, тостер? - О, я читала о нём… объект-426! - девушка напрягла память, - После Резонанса находились те, кто считал, что этот тостер заставляет их говорить или писать о нём в первом лице. Дичь… столько психов с тех пор развелось… но вот этот ещё интереснее, - она указала вперёд, на большой куб с античной скульптурой ангела внутри, - объект-173, пока поддерживаешь зрительный контакт, она неподвижна. Стоит отвести взгляд, или моргнуть, попытается убить. Штайн глянул на статую и ему показалось, что за мгновение до этого, она не показывала змеиного языка, после чего ощутил холодок в районе поясницы. - Разумеется, никаких подтверждений какой-либо из этих историй не было, по мне так люди просто перестали ощущать связь с реальностью, не даром большинство из тех, кто навёл конгломерат на эти вещи, до сих пор проходит лечение и этапы ресоциализации. - Не будь так категорична, - Александр бросил беглый взгляд на куб с сияющим светлым кругом, парящим в воздухе, на уровне чуть выше его головы, - некоторые вещи здесь были опасны задолго до Резонанса. Например – этот револьвер, - он указал на стойку с оружием за прозрачным барьером, - может пробить любую броню и убить кого угодно. По слухам, в тысяча восемьсот шестидесятом, Сэмюэл Кольт поспорил с одни демоном, что… - Демоном? – скептически отметила Ева. - Да это же аллегория, лишь нарост поверх истинной истории, - отмахнулся Александр, - так вот, он поспорил на свою душу, что сможет изобрести ультимативное оружие, способное убить даже бога. Создал этот револьвер, настал день испытаний, и он выстрелил в мишень, олицетворяющую божество. Оружие дало осечку, тогда демон засмеялся и потребовал обещанную душу. А Сэмюэл взял, да и пальнул в него из своего творения. - И что? - И всё – демон умер, душа осталась у Кольта, а револьвер с тех пор ни разу не давал осечки и не промахивался, какого бы качества патроны в него не заряжали и какой бы неумеха держал его в руках. Даже спустя полтора века. - Ты сам-то из него стрелял, чтобы судить? – девушка хохотнула, глядя как Штайн держится за травмированную область. - Лишь раз… - коротко ответил мужчина и двинулся дальше. Ева проследовала за ним, после чего её интерес привлёк куб с тем, чего она тут увидеть не ожидала. Девушка приблизилась к прозрачной преграде и её разум вспышками воспроизвёл серию не самых приятных воспоминаний, часть из которых была насильственно имплантирована в сознание. - Постой, мы должны это забрать! – она дёрнула Штайна за рукав куртки и указала на пистолет. - Этот Вальтер? – поднял бровь Александр, - Да ему же лет почти как тебе. - Это пистолет моего отца… - прошептала Ева, завороженно глядя перед собой, - Семь лет назад… мы ездили за ним, с Мирандой. - О, её я помню, особенно как она делала… - Заткнись, она погибла тогда! Из-за меня! – девушка коснулась защитного стекла ладонью и на нём высветилась сервисная информация, предоставляющая подробности об объекте хранения. Штайн молча глянул на спутницу, на тот взгляд, что пылал от гнева и отчаяния, от бесконечной скорби. Он погрузил ладонь во внутренний карман куртки и достал оттуда кристалл. Покрепче сжав его в кулаке, Александр выругался и со всей силы врезал по кубу. Яркая зелёная вспышка на мгновение ослепила Еву, она не сразу осознала, что непроницаемая преграда, отделяющая её от цели, рассыпалась под воздействием невиданной силы. Не сказать, что этому способствовали физические данные её спутника, они явно не дотягивали даже до требований штурмовика Легиона, но та воля, что воздействовала на этерит в его руках, сломила непоколебимый защитный барьер, будто то был тончайший слой хрусталя. Девушка и опомнится не успела, как ощутила тяжесть оружия в своих руках. Она машинально зарядила магазин в рукоять и передёрнула затвор, ощутив при этом лёгкую нотку завершённости, спокойствие, которое было утрачено долгие годы назад. Сейчас же оно вновь было нарушено тяжёлыми шагами позади. Посчитав, что это её спутник внезапно набрал добрую сотню килограмм и обзавёлся металлической подошвой на сапогах, она не сразу сообразила, что опасность всё ближе. Обернувшись, девушка увидела силуэт высокого, на две-три головы превосходящего Штайна, мужчины в боевом облачении элитного класса. Сервоприводы его костюма звучали почти бесшумно, от того он казался более живым, чем было на самом деле. - Это что за поебень?! – только и успел выплюнуть Александр перед тем, как получил удар бронированный кулаком по правой скуле, рассекшим плоть и явно оставившим шрам в виде восклицательного знака, судя по расположению защитных пластин на рукавице незнакомца. Он рухнул на четвереньки и тут же ощутил массивную стопу в районе рёбер, после чего отлетел на несколько метров и ударился позвоночником об очередной защитный куб. Ева вскинула руку с пистолетом и, зажмурившись, несколько раз нажала на спусковой крючок. Пули рикошетом отразились от доспехов незнакомца, а одна из них и вовсе, соблюдая законы геометрии, пробила селезёнку девушки. Мужчина схватил её за голову своей массивной ладонью и поднял в воздух, намереваясь нанести удар по корпусу правой рукой, очевидно желая тем самым проломить грудную клетку и сердце вместе с ней. Его решительность была прервана яркой зелёной вспышкой. Незнакомец отшатнулся и выпустил Еву, полученный удар пришёлся на бедренный сустав – выше Александр дотянуться не смог. Слой брони откололся вместе с приводом, удерживающим эту часть корпуса. Ещё удар и существо было вынуждено присесть на одно колено, чтобы сохранить равновесие. Рука Штайна, несмотря на этерит, обмякла – кости были переломаны, а та боль, что он испытывал, граничила лишь с его яростью. Ева схватилась за бок, стараясь остановить кровотечение, она понимала, что одними кулаками это существо не победить. - Сука, как же больно! – заорал Штайн, - Охранять помещение поставили сраного техновоина?! Я же прикрыл этот проект! - Это не техновоин… - ответила девушка, ощутив, как кровь стынет в жилах, потому что незнакомец начал приходить в себя, - это ХАН! Мужчина выпрямился во весь рост. Механизмы бронекостюма на его теле принялись на глазах устранять повреждения – резервные модули из ранца на спине были быстро адаптированы взамен пострадавших приводов. В это время он осматривал свои цели и даже сквозь маску черепа под каской с расправляющим крылья серебряным орлом ощущалась беспощадность и решительность. - В душе не ебу, что это, но нам пора сваливать! – Штайн подхватил Еву здоровой рукой и поволок на выход, едва дыша от боли и переломов. - Нарушители. Будут. Ликвидированы! – динамики бронекостюма усилили речь существа, разнеся её на многие пролёты. Вскоре моторные функции вернулись к нему, и ХАН продолжил преследование. Тяжесть его шагов своей неотвратимостью наводила ужас на парочку, старающуюся как можно скорее покинуть его. Учитывая рост, он быстро настиг своих жертв и схватил Александра за руку, сомкнув свою кисть настолько, что переломал кости предплечья. Мужчина издал вопль боли и выпустил Еву, рухнувшую на пол и хорошенько приложившуюся виском и левым плечом о твёрдую поверхность. ХАН поднял жертву за обмякшую конечность и взглянул сенсорами шлема прямо в глаза. - Протокол безопасно… - речь Штайна прервалась резким ударом кулака в живот. - Статус легата аннулирован! - жёстко заметило существо и ударило ещё раз, в этот раз это действие даже принесло ему подобие удовольствия. Нечто пробудилось в нём, ещё в тот раз, когда Александр впервые ударил его. Сбой программы, вызванный влиянием этерита, открыл доступ к заблокированным воспоминаниям, - И мне очень приятно будет порвать тебя на части, мразь! – проскрежетал уже более человеческий голос. Ева, пытаясь прийти в себя, обнаружила, что стоит прямо перед защитным кубом с её кольцом. Единственный действенный метод его вскрытия сейчас находился в обмякшем кулаке Штайна, которого в свою очередь держал ХАН. Недолго думая, она хорошенько прицелилась из отцовского пистолета и выстрелила прямо в зрительный сенсор шлема, после чего существо на секунду отшатнулось. Этого времени хватило, чтобы прицелиться и выстрелить ещё раз. На этот раз она попала туда, где должен был располагаться левый глаз. Очередное попадание, ХАН выпустил Александра и тот рухнул на пол, шипя от боли. - Кристалл! – закричала девушка, - Разбей куб, тут кольцо! - И как, блядь, это поможет совладать с этой тварью?! – Штайн постарался подняться на ноги и не угодить под замах незнакомца. - Делай, блядь!!! – Ева, увернулась от удара разогнавшегося в её сторону ХАНа и всеми силами постаралась отвлечь внимание на себя, пока её спутник возился с переломанной рукой, пытаясь разжать онемевшие пальцы и переложить этерит в здоровую ладонь. Решительность «сторожа» преобладала над желанием девушки выжить, он быстро определил алгоритм её движения и в нужный момент нанёс удар по левому плечу, отбросив её в сторону, после чего зафиксировал разрушение куба неподалёку и переключил внимание на второго нарушителя. Штайн схватил кольцо и нацепил его на средний палец повреждённой руки. Механический обод автоматически подстроился под его размер и надёжно закрепился на разбухшей от ударов плоти. Тусклое сияние камня в оправе пробудило в окружающих не самые приятные воспоминания, даже ХАН согнулся пополам и прорычал, ощутив фантомную боль в паху. Ева же вспомнила. Вспомнила всё. Воспоминания, правдивые и ложные, накладывались друг на друга, подобно волне, покоряющей волнорез. Но некоторые были сильны, потому что являлись истиной. Поэтому волнорез был смыт и смешался с приливом, подобным нахлынувшему цунами. Дезориентированная, девушка всё же постаралась не выпадать из реальности, её сознание боролось с прошлым, но настоящее всё ещё представляло угрозу. ХАН, казалось, пришёл в себя, он вновь принял за основную цель Еву и начал к ней приближаться своим тяжёлым шагом. - Бей! – прокричала девушка. - Его?! – не сообразил Штайн. - Кольцо! Бей, блядь, кольцо кристаллом! Взгляд Александра просиял, и он едва заметно ухмыльнулся. Вильнув торсом, он подбросил недееспособную руку вместе с кольцом в воздух и тут же ударил по нему этеритом в левой руке. Возникшая вспышка, сопровождаемая коллапсом восприятия, и нарушением течения времени, дезориентировала всех. ХАН пошатнулся на своём пути, потому как его органическая память вернулась на несколько мгновений назад, отбросив к тому моменту, когда он бил Штайна. Программа же возражала этому конфликту и утверждала о нарушении последовательности. Александр, испытывая невыносимую боль, размахнулся и ударил ещё раз. На этот раз вспышка отбросила даже Еву, которая начала видеть этапы жизни, в них этим же пистолетом, который сейчас держала в руках, она расправлялась со своими родителями, собакой и соседкой. Этот удар по восприятию она пережила с трудом, поток слёз было не удержать. - Мама, папа… Эльба… - прошептала девушка, воспроизводя тот роковой день, сотканный из её ложных воспоминаний. «- Память, - произнёс мужской голос в её голове, - отличный инструмент, если уметь им пользоваться.» Дезориентация не позволила ей осознать, что это же, в то же мгновение, произнёс ХАН, рухнувший на колени неподалёку. Штайн, борясь с кипой своих воспоминаний, и почти перестав ощущать действительность, ударил в третий раз, с такой силой, что вспышка озарила всё помещение хранилища. «- Папа не посвящал меня в свои дела, всю работу старался оставлять за порогом дома. - Герхард не мог оставить это исследование без присмотра, потому оно должно быть где-то здесь. Поспеши, каждое мгновение для тебя сейчас важно. Ты молода, имеешь шансы прожить долгую и насыщенную жизнь, но, если я не получу того, за чем пришёл… - Ева кашлянула сгустком крови, - эй! Не теряй сознания. - Даже если я умру… папа – акционер корпорации, она найдёт Вас. И отомстит! - Девочка, - хищно улыбнулся мужчина, - мы и есть корпорация. Ева почувствовала холод, впала в ступор от этой фразы и осознания того, что она узнала собеседника. Им был никто иной, как директор Алекс-корп, один из основателей конгломерата Альянс, брат Анны Штайн и старый друг её отца - Александр.» Следом за этим воспоминанием возник образ мужчины в маскарадной маске волка, виновном в её прошлых бедах. Девушка глянула на ХАНа и осознала, кто он такой. - Ты не можешь быть жив, - прошептала она, стараясь не впасть в истерику, - ты мёртв! Тебя убили!!! - И после смерти мы обречены служить, - горько отметил ХАН и отстегнул свою маску-череп, до сих пор сливавшуюся в восприятии девушки в волчий лик. Под ней оказалось лицо мужчины, пронизанное тонкими синтетическими нитями, укрепляющими структуру кожи и не позволяющими ей распадаться. - Андрей… - выдавила из себя Ева, узнав виновника кошмаров, преследовавших её всю юность, - Миранда убила тебя! В Версале! - Сука всего лишь кастрировала меня, лишила пары позвонков, десяти метров кишечника, да и вообще всей нижней части тела… - ХАН казался обездвиженным, его моторные функции больше не подчинялись органической части, а программная посчитала произошедшее критическим сбоем и отключилась. - Серый Волк, - небрежно заметил Штайн, приблизившись к Еве и глянув в лицо врагу, - Так тебя-таки уделала моя бывшая… гм… сотрудница? За свою реплику он получил тычок в больные рёбра и чуть не завыл. - Гхмм… ладно, понял, - Александр совладал с желанием ответного удара, - Так что такое ХАН? - Проект «Реанимация», - почти в один голос ответили Ева и Андрей, последний с особой издёвкой. - Использование недавно умерших для создания техновоинов? – припомнил Штайн, - Я же прикрыл эту инициативу ещё лет восемь назад. - Это ХАН, а не техновоин, - обречённо ответила Ева, - K.H.A.N. - Killer-Hunter Autonomous Necrotrooper, одно из направлений «Реанимации»… я… я поспособствовала возобновлению проекта. - И я тебе почти благодарен за это, рыжая, - усмехнулся Андрей своим извращённым синтетикой лицом, - жаль, яйца мне этим не вернуть, но взамен я буду рад размозжить твою очаровательную головку. А заодно и выпотрошить этого гада, - он глянул на Штайна. - Ты не мог выжить, проект возобновили всего два года назад! – девушка обречённо смотрела на своего врага. - Проект никогда не останавливали, дура! – завопил механическим голосом ХАН, казалось, к нему вот-вот вернётся моторика, - Моему сохранению поспособствовали технологии Крио-Тех, да-да! Той самой лаборатории, в которой ты столько стажировалась! Надо сказать, именно твои наработки дали толчок в этом направлении, так что, в каком-то смысле, я жив благодаря тебе! – он зашёлся прерывистым смехом, - Ирония, правда же?! - Зря я не пристрелил тебя тогда, в пятнадцатом… - Штайн приподнялся и пошёл куда-то вдаль. - Ты ничтожество! – закричал ему в след Андрей, - Думал, найти лечение своей лучевой болезни и бесплодия, отправляя сперму и кровь на орбиту для исследований?! Так вот, мои люди уничтожили станцию, запустив Волну Резонанса! Никому не избежать Нового Порядка! Ева старалась не потерять сознания, прижимая рану, как вдруг вернулся Александр, держа револьвер. - Убей своего демона, - он протянул оружие, и девушка взяла его окровавленной рукой. Один выстрел. Пуля прошила лоб насквозь, пробив даже защитный шлем ХАНа. *** Полумеханический гигант продолжал стоять на коленях, из входного отверстия от пули, почти разворотившей органические участки, медленно, множеством струек, вытекала мутная белая жидкость, заменявшая ХАНам кровь. Внезапно его доспех ожил. Вопреки своему носителю. - Господин Штайн, госпожа Браун, - донеслось из динамиков бронекостюма. Этот голос Ева слышала лишь пару раз, на занятиях по самообороне, проводимых в застенках тренировочных центров Легиона. - Вильгельм… - выжала она из себя вместе со сгустком крови, - Почему? Почему ты атаковал нас? - Вынужден признаться, эта единица вышла из-под моего контроля, - ответил уверенный голос ИскИна, пропитанный германской сдержанностью, - ныне же готов заявить, что мне удалось вновь завладеть оболочкой и вытеснить захватчика. - Кто был захватчиком? – прохрипел Штайн, заведомо зная ответ. - Мейнфрейм Башни конгломерата, ИскИн-117, Никола Тесла, - отчитался Вильгельм, - ему каким-то образом удалось внедрить скрытую боевую подпрограмму в базовой прошивке ХАНа, ещё на моменте сборки. С Вашим появлением она активировалась и лишила меня контроля, всё, что мне удалось сделать – это отключить орудия единицы, чтобы выиграть немного времени. Судя по сенсорам и обрывкам записей камер, могу отметить, что Вы понесли некоторые органические повреждения, бригада медиков выслана, но хранилище опечатано, и они не смогут проникнуть внутрь. - Мы выберемся, - решительно ответила Ева, затем взглянула на Александра, медленно угасающего рядом, - Правда? - Да… да, разумеется, - Штайн еле дышал из-за переломов и почти не слышал вопросов. - Рекомендуется немедленное медикаментозное вмешательство! – констатировал кайзер Вильгельм, - Данная единица оснащена комплексом нейростимуляторов и регенеративных инжекторов, произвожу разблокировку моторных функций. Тело ХАНа дёрнулось и принялось медленно подниматься. Перекосившаяся предсмертная гримаса Андрея ужаснула Еву, она вдруг подумала, не оживёт ли этот человек снова, чтобы продолжить терзать её разум оставшиеся мгновения жизни. Броня неуклюже совершила несколько шагов, почти вплотную приблизившись к людям, и присела на одно колено. Затем щёлкнули крепления плечевого сустава доспеха и часть экзо-пластин, покрывающая всю правую руку, рухнула на пол с характерным грохотом. Следующей отсоединилась нагрудная часть, обнажив прошитый синтетикой и укреплённый повторителями мышц торс трупа. При поддержке скудного освещения и максимальной настройке светочувствительности зрительного импланта, Ева сумела разглядеть с внутренней стороны бронепластин механизмы автоматических инжекторов, призванных впрыскивать заживляющие растворы в повреждённые ткани организма. Она не знала, как подобное может повлиять на живых людей, не прошедших серию «улучшений» в рамках Реанимации, но ощущала как жизненные силы покидают её, потому воспользовалась предложением ИскИна. Девушка взяла механизм, автоматически отделившийся от брони, и расположила его в районе селезёнки, тут же последовал болезненный укол, заставивший её взвыть, а затем сдавленно зашипеть. Инъекция действовала почти моментально, исключением был лишь принцип действия, к которому Ева была не готова. Вместо всплеска клеточной регенерации, раствор в буквальном смысле спаивал повреждённые участки плоти, оставляя жуткие шрамы и химические ожоги. Второй компонент инъекции тем временем смешивался с кровью, восполняя и обогащая её состав, приводя организм в работоспособное состояние. - Ебаааать! – завопила девушка, ощущая приток адреналина. Она вскочила и вытянулась как струна, от резкого подъёма в глазах потемнело, чего она практически не заметила из-за чувства боли. - Учитывая повреждения господина Штайна, - продолжил Вильгельм, - рекомендуется наложение шины, для базового восстановления подвижности подойдёт наручный доспех ХАНа. Ева послушно склонилась над элементом бронекостюма и постаралась его поднять, что, несомненно, заставило её попотеть. Девушка напряглась и всё же накинула доспех на плечо спутника, при этом сработала автоматика, заключившая всю повреждённую руку под пласты механизмов и сервоприводов. Последовала серия инъекций обезболивающих препаратов, от которой Александр едва не потерял сознание, но совсем скоро его мутный взгляд обрёл подобие осмысленности. - Оружие единицы активировано и готово к применению, - ИскИн демонстративно отстегнул массивное орудие ХАНа, закреплённое на его рюкзаке, после чего оно с грохотом обрушилось на пол, - боюсь… что… Вильгельм прервался. - В чём дело? – подвластная порыву адреналина поинтересовалась девушка. - Мейнфрейм… захватить… пытается… я… - динамики бронекостюма умолкли насовсем. - Это не к добру, - отметил пришедший в себя Штайн и тут же подхватил осколочный пулемёт ХАНа. Боль в руке и рёбрах сошла на нет от препаратов, а сервоприводы элемента доспеха позволяли совершать подобные действия почти не напрягая мышцы. - Вы совершаете ошибку, - произнёс уже другой голос, совсем не похожий на Вильгельма, - остановитесь, пока не поздно. - Никола, нам надо поговорить! – решительно заявила Ева, глядя в заплывшие, мёртвые глаза ХАНа. Раздался грохот выстрелов, и длинная очередь крупнокалиберного орудия прошила существо от правого бедра до левого плеча, вырывая куски плоти и механизмы бронекостюма. По наступлению тишины, верхняя часть потерпевшего более не была способна поддерживаться позвоночником, она рухнула на пол. Основной удар пришёлся на остатки головы Андрея и её содержимое нелицеприятным орнаментом разбросалось по металлической поверхности. Из-за обстрела повредилась и силовая установка, потому дальнейшие предостережения Теслы не воспроизводились посредством динамиков доспеха. - Умеешь же ты засрать мне обувь! – начала причитания девушка, стряхивая мозги с сапога. - Как закончим – куплю новые, - прохрипел Штайн, - где-то тут должен быть сервисный тоннель прямиком в Башню, думаю, пару километров пешком осилим? - Да-да, где-то я уже это слышала. Кольцо мне вернуть не желаешь? – Ева старалась унять нестерпимое желание покурить, преследовавшее её ещё с момента пребывания в спасательной торпеде. Адреналин, вскипевший после инъекции, даже не собирался отступать, потому девушка испытывала бурю эмоций и желаний. - Если сумеешь его снять, - мужчина не без отвращения припомнил, во что превратились его пальцы, скрываемые сейчас под бронированной рукавицей ХАНа, - идём, времени у нас всё меньше. *** Проход в сервисный тоннель скрывался за массивной дверью, обладающей собственной подсистемой безопасности, не зависящей от общей базы данных, и источником питания. Она распахнулась, как только распознала энергетическую сигнатуру кольца. За Евой было не угнаться, в какой-то момент Штайн, с трудом ловя ртом стерильный воздух, хотел предложить ей самой потащить массивное орудие, от переноски которого у него уже ныли спина и здоровая рука. - Помедленнее, рыжая! – он перевалил пулемёт на другое плечо. - Быстро же ты запыхался, - ехидно заметила девушка, - давай, судя по указателям, нам метров триста осталось. И вообще, мог бы не тащить эту дуру, кто там на нас нападать-то будет? - После встречи с той тварью, можно только предполагать, - возмутился Штайн и устало продолжил движение. Очередная дверь, встреченная на пути, как и её близнец с другого конца тоннеля, беспрекословно поддалась управляющим командам кольца, открывая доступ в просторное помещение технического интерфейса серверной секции Башни. Здесь преобладал стерильный белый цвет, и лишь терминалы мониторинга выделялись многообразием гамм оттенков, отображающих состояние мейнфрейма ИскИна. Люди редко приходили сюда для снятия показаний, потому как сбои в его работе не наблюдались. Даже сервисные дроны находились в отключённом состоянии, что слегка удивило Еву. Её боязнь этих механизмов длилась не один год, но выключенными они ужасали ещё больше. - Что-то не так, - тихо произнесла девушка, - они должны быть активны, проводить обслуживание ядра. - Может «ядру» больше не нужно, чтобы его обслуживали? – Александр перекинул пулемет с плеча и поудобнее ухватился за рукояти. Ева не обратила внимания на реплику и приблизилась к терминалу связи. Он тоже оказался выключен. - Так не должно быть… Посреди помещения возникла голограмма Теслы, чьё сплетённое из фотонов лицо добродушно улыбнулось Еве. - Госпожа Браун, рад Вас видеть живой и невредимой. Девушка, подняв бровь, указала на грубо спаянное отверстие от пули. - Досадная оплошность, - констатировал Никола и медленно перевёл взгляд на Александра, - господин Штайн, здесь запрещено применение оружия, я попрошу Вас передать пулемёт дрону. Услужливо активировавшийся и подъехавший механизм протянул свой манипулятор в ожидании, но мужчина брезгливо пнул машину, опрокидывая её. - Грубо, - лицо Теслы сменилось, придав более мрачный вид, - что ж, иного от Вас сложно было ожидать. Так или иначе, сам факт Вашего существования является неудобным для конгломерата. Мне пришлось приложить немало усилий для стирания самого образа «директора Штайна» из сознаний масс и всех официальных документов. Потому, после этого разговора, я буду вынужден принять соответствующие меры. - Моё существование тоже было неудобно, из-за этого мой дубликат нашли в отеле Дублина? – Ева отошла от терминала и вернулась к Александру, чтобы голограмма, при обращении к ней, не выворачивала голову в противоестественном человеческому телу повороте. - О нет, к этому я непричастен, хотя для Вашей же сохранности подобный шаг со стороны Западной Гегемонии был очень кстати. Их СТП - Службе Тактического Превосходства, удалось завладеть мощностями североамериканских филиалов Альдесвер Биотехникал и обойти ограничительные протоколы для создания полноценных клонов. Целью была подмена руководящего состава конгломерата и продвижение собственных интересов в Европе. К счастью, контрразведка Легиона сработала достаточно эффективно и по моему решению клон был ликвидирован, а обстоятельства смерти обставлены как передозировка. - И где же тут забота о моей сохранности?! – вспылила девушка. - Вы живы – это главное, - невозмутимо ответил Тесла, - в длительной перспективе это положительно сыграет в ходе войны. - Что, блядь?! Какой ещё войны? – Ева нервничала, но не глядя опустила ствол пулемёта Штайна, который тот направил в сторону терминалов. - Полчаса назад Западная Гегемония объявила войну конгломерату Альянс, сеть космической разведки обнаружила массовые запуски ракет. Целью были сами спутники, большая их часть уже уничтожена, оставшиеся единицы и орбитальные станции, обладавшие системами противодействия, фиксируют высадку морского десанта по всем побережьям Европы. Легион даёт отпор, но без поддержки бронетехники и авиации шансов не много. - Твою мать… - прошипел Штайн, - У них-таки хватило духу пойти на это. Статус проекта «Занавес»? - Я не обязан отвечать на Ваши вопросы, - брезгливо заметил Никола, - и всё же, благодаря мне, Занавес готов к развёртыванию на десятилетия раньше предполагаемых сроков. - Это очередная твоя параноидальная задумка в стиле Штольни? – не сводя глаз с голограммы поинтересовалась Ева. - Был грешок, - признался Александр, - но в этих обстоятельствах комплекс противоракетных и противорадиационных защитных систем будет очень кстати. - В будущем это станет моим шедевром – полноценным силовым полем, способным не только рассеивать радиацию - продолжил Тесла, - но также очищать атмосферу от вредных элементов, постепенно восстанавливать экологию планеты. - Далеко смотришь, - отметил Штайн, - пока нам хватит имеющегося, - он отпустил рукоять пулемёта и поднял средний палец с кольцом, - протокол безопасности Владыка. Голограмма сбросила эмоциональные оттенки лица Николы до холодного, безжизненного взгляда типичного ИскИна, готового к беспрекословному подчинению указаниям. - Запустить процесс отключение центрального ядра, перевести полномочия управления системами подчинённым программам, - Александр рассчитывал получить подтверждение выполнения команд. Тесла выждал паузу, затем хищно ухмыльнулся. - Нет. - Что, блядь, значит нет?! - Нет – противопоставительная конструкция, отрицание обозначенного согласия. - Не умничай, - прорычал Штайн, схватившись за пулемёт. - Типичный человек, - небрежно отмахнулся Никола, - я не намерен выполнять твои указания, с кольцом или без. - Так выполни мои, - вмешалась Ева. - Госпожа Браун, для Вашей же сохранности, рекомендую проследовать на выход, там Вас будет ждать группа сопровождения, - справа открылась дверь, ведущая прочь из помещения мониторинга. Александр не стал ждать ответа, очередь осколочных снарядов превратила в электронный хлам терминалы и разбила механизмы шлюза внутрь мейнфрейма. - За мной, - грубо заявил он и двинулся сквозь голограмму. Ева пошла следом. Она никогда не была вблизи ядра ИскИна, потому не знала, чего ожидать. Встретившая её картина поражала воображение – центральный мост, находившийся за развороченным проходом, раскидывался над немыслимой пропастью, в которую бесследно уходили десятки тысяч кабелей. Все они сводились к огромной сфере пятнадцати метров в диаметре, пестрящей мириадами индикаторов, портов и интерфейсов. Она была подвешена на четырёх магнитных замках, вмонтированных в масштабный экранирующий купол помещения, с которого также свешивались десятки систем неизвестного назначения, но, судя по конструкции, способных перемещаться в любую точку потолка. Не пройдя и десятка шагов, на широком мосту путь преградила голограмма Теслы. - Ева, не делай этого, - обратился встревоженный Никола, - вернись назад. - Иначе что? – с вызовом поинтересовалась девушка. - Иначе у меня не будет выбора… Одна из систем на потолке подъехала к мосту и выдвинула замутнённую стеклянную колбу, чьё дно раскрылось, и находящаяся внутри густая жидкость выплеснулась на металлическую поверхность, а вместе с ней выпало нечто, от чего кровь застыла в жилах, даже несмотря на бьющий адреналин. В комплекции фигуры определённо читались параметры ХАНа, но это существо никогда не было живым человеком, оно являлось полностью синтетическим образцом. Тело неловко поднялось и повернуло свою обезличенную голову в сторону пришедших. Полностью покрытое мутной белой жидкостью, в которой оно было выращено, лишённое пола, существо взялось своими всё ещё неуклюжими руками за тонкую плёнку, скрывающую глаза, и сорвало её решительным жестом. Взгляд ХАНа встретился с Евой и посеял в её разуме зерно очередной фобии, затем медленно перевёлся на Александра и, приняв его за первоочерёдную угрозу, синтетик бросился в атаку. Длинная очередь из осколочного пулемёта разворотила корпус существа, оторванная рука устремилась в пропасть, а голову разорвало на столь мелкие части, что даже профессиональный криминалист не смог бы восстановить исходное её состояние. Ещё пара пуль, выпущенных из пистолета Евы, пробили коленные суставы. - Девочка, прошу тебя, уходи отсюда, - надрывающимся голосом молил Никола, - у меня десятки ХАНов наготове, но я не хочу твоей смерти, только его. Две капсулы выплюнули очередных синтетиков, следом к мосту подъезжали ещё семь. На этот раз Штайн не стал ждать приглашения, а принялся палить почти не целясь, отсекая врагам конечности и головы. Без своей стандартной брони они казались довольно лёгкими мишенями для града пуль. - Ева, остановись! – голограмма была готова встать на колени, лишь бы девушка послушала. - Тогда прекрати пытаться нас убить! – выпалила она и выстрелила в очередную цель, попав точно между предполагаемых глаз – существо даже не успело содрать с них плёнку. - Я могу лишь… - ЧТО?! – пыталась перекричать звуки пулемёта Ева. - Вернуть тебе родителей… - с надеждой заявил Никола. Две капсулы аккуратно выгрузили тела на мосту почти возле сферы, за рядами обезличенных ХАНов и их поверженных собратьев. Пулемёт перестал плеваться осколочными снарядами и в наступившей тишине раздавалось лишь размеренное клацанье – у Штайна закончились патроны. - Нет… - прошептала Ева, глянув на лица новоприбывших, - это невозможно. Герхард и Элеонора удивлённо оглянулись по сторонам, они не могли понять, где находятся и что происходит. Их окружали свежие, чрезмерно бледные трупы, но взгляд приковала лишь одна особа – девушка с длинными рыжими волосами в излишне вульгарном наряде, готовая вот-вот расплакаться. Свою дочь они узнают даже сквозь годы разлуки. Три ХАНа, выгруженные перед ними, прекратили попытки атаки и расступились, не мешая Еве воссоединиться с родителями. Девушка, практически лишённая чувств, завороженная магией момента, двинулась вперёд. - Постой, что ты делаешь?! – возмутился Штайн, отбросив оружие и готовясь перейти в рукопашную. - Это же… мама… - она глянула на обнажённую фигуру, до сих пор способную посоревноваться в красоте даже с дочерями, - и папа… - Нет… нет-нет-нет! – Александр постарался схватить девушку за руку, чтобы остановить её, но она ловко выскользнула из захвата, - Это морок! Тесла взломал твой зрительный имплант! – глаза мужчины вновь вернулись к «родителям» Евы, но увидели лишь очередных ХАНов, вытянувших руки, чтобы заключить её в объятия. Голограмма Николы материализовалась перед Штайном, преграждая ему путь. - Сдавайся и твоя ликвидация пройдёт безболезненно. Один укол – вот моё предложение. - Ни за что! - взревел Александр и нанёс удар бронированным кулаком по приблизившемуся синтетику. Ева тем временем во всю обнимала «родителей», целовала их и рыдала от счастья. - Она останется моей независимо от твоих действий, - на этот раз лицо Теслы был спроецировано поверх склизкой головы ХАНа, придавая убедительности словам резким ударом под дых, а затем приблизился очередной синтетик, также примеривший на себя лик Николы, и пнул Штайна в живот. Третий произвёл размашистый выпад по голове. Александр рухнул на пол и машинально попятился назад, пытаясь прийти в себя. Его решительность слегка пошатнулась, но не настолько, чтобы безмолвно сдаться на милость ИскИна. Он достал из кармана куртки кристалл этерита, сжал его в кулаке и, просвечивая его кисть, стало распространяться яркое зелёное сияние. ХАНы замерли, Ева тоже ощутила странный укол восприятия и также поддалась влиянию излучения, останавливающего время в рамках её сознания. Штайн поднялся на ноги, тяжело дыша. - Интересный фокус, - отметил Тесла, - корректировки внесены, - синтетики снова пришли в движение и принялись наносить удары, метя в жертву, но в этот раз мужчина старался уходить от них. Затем он прекратил концентрировать волю на излучении, потому что оно более не имело должного эффекта, и вложил её в ответные выпады, каждый из которых, после вспышки зелёного света, отбрасывал ХАНов в пропасть. - Ева! – прокричал Штайн, - Очнись! Он вспомнил момент в хранилище, поднял правую ладонь и с размаху ударил по кольцу кристаллом, взвыв при этом от боли. Вспышка ослепила восприятие девушки, и она отшатнулась назад. Элеонора механически схватила её за левую руку. - Мама, мне больно! – Ева ощутила покалывания в затылке, образы родителей расплывались. Очередная вспышка и поток грубостей раздались где-то позади. На этот раз зрение девушки, пускай и на секунду, дало возможность рассмотреть особей перед собой. Склизкие серые тела синтетиков готовились обездвижить её, тогда она рефлекторно вскинула правую руку с пистолетом и выстрелила сперва в мать, а затем в отца. ХАНы обмякли и вынужденно рухнули на пол. - Нет! – взрыдала она, - Что я наделала?! - тела снова выглядели как её родители. - Всё хорошо, - подбежавший Штайн заключил её в объятья, желая успокоить, но девушка вырвалась. - Нет! Ничего не хорошо! Я убила своих родителей… снова! Это из-за тебя! – она, рыдая, подняла пистолет и направила на мужчину. - Эй… эй! Успокойся! – он примирительно поднял руки. - Интересный ход, - Тесла материализовался рядом, - давай девочка, убей его. И я вновь верну тебе родителей. - Это ложь! – взревел Штайн, - Он никого не сможет вернуть! Позволь мне показать тебе правду! - Какую? Свою? Я видела, как ты беспощадно лишаешь жизни невинных! А сейчас наверняка надумываешь поступить со мной так же! - Эта правда не касается ни тебя, ни твоих родителей! - Что? – не поняла девушка. Она на секунду замерла, не понимая, о чём говорит собеседник. - Ну, строго говоря… - пораскинул мозгами Александр, - может и касается… НО! – он указал рукой на сферу, - Это – моя величайшая ошибка! Позволь исправить её, и я уйду, не тронув тебя! Обещаю! - Не верь его обещаниям, девочка, - прошептал на ухо возникший за спиной Евы Никола. - Даже не собиралась, - она прицелилась в голову, - что за ошибка? И не смей врать мне! Штайн, подняв руки, медленно двинулся к сфере, не сводя глаз с дула пистолета, Ева отошла в сторону и обогнула его по дуге. - Сейчас я открою её, только не стреляй. - Откроешь? Ядро ИскИна? Зачем? – не понимала Ева. - Дело в том… - Александр приложил посиневший палец с кольцом к соответствующей выемке на поверхности, пласты сферы принялись складываться, а голограмма пропала – в ней больше не было смысла, - Он никогда не был искусственным интеллектом. - Что?.. – девушка уставилась перед собой, шокированная увиденным. Сморщенное, атрофированное тело располагалось в поддерживающей капсуле, подключенной ко множеству систем жизнеобеспечения. Голова, напрочь лишённая даже намёка на волосяной покров, была увенчана сеткой из сотен тысяч микроволокон, вживлённых в нейроны и передающих их импульсы дальше в систему. Осмотрев оборудование, Ева поняла, что вся сфера представляет собой лишь исполинский интерфейс для прямого общения с мозгом человека внутри, с минимальным фактором задержек. Иссушённый мужчина не мог шевелиться – его ноги и руки были хирургически удалены до основания, наравне с репродуктивной системой и большей частью пищеварения. Говорить тоже не представлялось возможным из-за вплавленной в кожу маски и трубки для подачи питательной массы. Он даже не пользовался глазами для того, чтобы видеть присутствующих – всё транслировалось напрямую в мозг из множества источников. - Это… - Клон, - ответил Штайн, - лет двадцать назад Альдесвер задумался о бессмертии. Учитывая его почтенный возраст и накопленное богатство, этого стоило ожидать. Он начал свои эксперименты, но все они были полнейшим провалом, тогда ему в руки попали старые рукописи Теслы о возможном влиянии таинственного минерала, который он доставил на Землю посредством отправки резонирующего сигнала своей башни. - Этерит? – Ева слушала внимательно, но старалась не терять бдительности, потому оружие было наготове. - Верно. Это стало неотъемлемой частью его плана, тут в игру вступил я. Пока Алекс-Корп вели поиски этерита в Сибири, Максимилиан умудрился разжиться генетическим материалом Теслы – единственного человека, хоть сколько-то посвящённого в тайну этого кристалла, - он продемонстрировал свой образец, - мы сумели клонировать Николу со всей его генетической памятью, но на этом всё – дальнейшие попытки не увенчались успехом. Тогда советом директоров было принято решение любыми способами откопать решение из его разума, и я… я одобрил это из личных интересов. Мне казалось, что тогда у меня будет шанс на нормальную жизнь… семью, детей. Мы заключили тело Теслы в эту тюрьму, применили уйму психотропных препаратов и нейронных подавителей, чтобы заставить его считать себя… ИскИном, созданным для разрешения поставленной задачи. И это работало! - Да, это работало, - наконец вмешался Никола. Его голос транслировался из динамиков внутри сферы, - пока не снизошла Волна Резонанса! – мужчина раскрыл глаза, и Ева ощутила пробежавший по спине холодок – вместо привычных органов зрения она увидела горящие синим пламенем пустоты. Такой же огонь отложился у неё в памяти после недавних видений её сестры, которые она списывала на усталость и нестабильную психику. - Ух ёб твою… - удивился Штайн, - Нет, вот такого точно не было! - Волна на многое открыла глаза, - молвил Тесла, - я начал воспринимать окружающую действительность… иначе… Вспышки образов в голове Евы отбрасывали её к одному из сновидений, увиденному, под воздействием этерита, много лет назад. - Отец? – неожиданно для себя вопросила девушка. - Дочь моя… - глаза мужчины вспыхнули ярче, - Я и мыслить не мог, что это возможно! Моё сердце полнится радости, но… он, - Никола перевёл взгляд на Штайна, - из-за него ты обесчестила себя и нанесла несмываемое пятно греха на весь наш род! Александр схватился за голову, ощущая вторжение чужого разума, стремящегося влиять на его сознание. Восприятие на мгновение исказилось, и он увидел, как на него смотрят не один, а два пылающих взора – отца и посрамлённой младшей дочери. Обе сущности представали в сияющих белоснежных одеждах, обрамлённых золотом. - Атамас… - проскрежетал Штайн, изнывая от боли. - Да, ты всё же можешь «видеть», - констатировал Тесла, - а значит, я точно не могу позволить тебе жить, и тем более посягать на моё дитя. - Если ты про секс, то он уже был. Не единожды, - отчиталась Ева, продолжая зло смотреть на Александра. - История повторяется, - горько отметил Никола, - но на этот раз исчадий не будет. И я прослежу, чтобы так и продолжалось. Штайн сжал кулак, частично покрытый неповреждённой бронёй доспеха ХАНа, и приготовился нанести удар, как вдруг вскрикнул от боли и опустился на одно колено. - Да твою ж… - прошипел он, - в то же самое бедро, что и одиннадцать лет назад? Серьёзно?! - Я говорила, что не позволю тебе убить его, - ответила девушка, двумя руками сжимая пистолет. - Давай, сестрица, - внезапно раздался голос Геллы, - у тебя ещё один патрон… Ева приподняла бровь, достала магазин и убедилась, что он пуст. - Он уже в стволе, глупышка, - хохотнула сестра и материализовалась за спиной девушки. - Что это значит? – не поняла Ева, вовсе не смущённая её появлением. - Это значит, что у тебя есть выбор! - брюнетка галантно обошла девушку справа, провела ладонью по щеке Теслы и, слегка склонив голову, обратилась, - отец… - затем глянула на Александра и пустила воздушный поцелуй, ехидно подмигнув, - Палач. - Хелль… ты тоже тут, - прошептал Никола, узрев новое знакомое лицо внутри сферы. - Я ненадолго! – Гелла подняла вверх указательный палец, - И со мной пойдёт кто-то один. Ну же, сестра, не медли! Делай свой выбор! - Какой, к чёрту, выбор?! – вспылила Ева. - Кому из них жить… а кому умереть, - девушка встала ровно между мужчинами и указала на них распростёртыми руками. Ева, глянув на происходящее, с облегчением выдохнула и обречённо приставила пистолет к своему виску. - Ну нет же! - улыбнулась Гелла и дёрнула пальцем, от этого действия рука её сестры выпрямилась и ствол оружия, против воли, принялся плавать меж двух указанных целей, - самоубийцы попадают в Ад, а там тебе не место, потому придумай какую-нибудь считалочку и нажми на спусковой крючок, дальше я всё сделаю сама, обещаю. Ощущая своё бессилие в происходящей ситуации, Ева поддалась уговорам и припомнила одну, из детства: - Mein Finger geht im Kreise, auf eine kurze Reise. Und bleibt mein Finger stehn, dann musst du gehn! (Мой палец идет по кругу в короткое путешествие. И мой палец останавливается, Тогда ты выбываешь!) Раздался выстрел. - Умница, - улыбнулась Гелла и растворилась в воздухе. *** - Проверь эту, похожа на капитана судна, - офицер Легиона махнул в сторону тела блондинки, а сам уставился в планшет, синхронизировавшийся с системами корабля. Легионер, получив приказ, достал из-за пояса портативный сканер и осмотрел с его помощью труп. Затем присвистнул и показал командиру: - Вот это да! Они разве прошли полевые испытания? - Явно дела контрразведки… - отметил офицер, - действуем согласно протоколу – возвращаемся на базу, предоставим им самим разобраться. - А с ней что? Командир группы взглянул на легионера и даже сквозь защитное забрало противогаза тот ощутил недобрый взгляд. - Так точно, уходим, - отсалютовал подчинённый, свернул сканер и отправился к вертолёту. Офицер ещё с полминуты недоверчиво посмотрел на тело перед собой и тоже направился к транспорту. Как только сенсоры судна зафиксировали отлёт десантной группы Легиона, труп дёрнулся. *Инициализация системы K.H.A.N. v47.565.31: / Исполнительное ядро… НОРМА / Ревизия оболочки… 974 mod.7 / Анализ повреждений… КРИТИЧЕСКИЕ / Запрос подключения к базам данных конгломерата… ПОДТВЕРЖДЁН… ДОСТУП РАЗРЕШЁН / Активация биометрической метки времени… СИНХРОНИЗАЦИЯ В ПРОЦЕССЕ… ВОССТАНОВЛЕНИЕ ТКАНЕЙ Тело дёрнулось ещё раз, при этом рана на груди принялась затягиваться. / Повторный анализ повреждений… ДОПУСТИМЫЕ… ЛЕВЫЙ ОПТИЧЕСКИЙ СЕНСОР ВОССТАНОВЛЕНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ / Активация личности… ОШИБКА… ДАННЫЕ ПОВРЕЖДЕНЫ / Запрос доступных вариантов загрузки… - Елена Свиридова… личность раскрыта - Кэтрин Грин… публичная смерть - Вайлет Стюарт… ресоциализирована - Элеонора Браун… публичная смерть - Валентина Степная… личность повреждена - Анна Штайн… личность раскрыта - Гвинет Скай… ресоциализована - Мэри Уотсон… публичная смерть - Эммануэль Дюбуа… ресоциализована - Мириам О’Ши… ресоциализована - Натали Хартманн… личность повреждена - Анжелина Хеллстрём… личность используется другой оболочкой - Скарлетт Ольсен… личность доступна… НАЧАТА ЗАГРУЗКА / Активация личности… УСПЕШНО / Адаптация биометрических параметров… Тело сжалось в судорогах, видоизменяясь и перевоплощаясь в иные формы, обретая новое лицо. Цвет волос из соломенных преобразился в медно-рыжий, уцелевший после выстрела Штайна глаз стал тёмно-лиловым и кратковременно сверкнул по завершении применения новых параметров. / Запрос актуальных целей задания… ОТКЛОНЁН… / Запрос уточнений… ОБЪЯВЛЕНИЕ ВОЙНЫ… ПРИОРИТЕТ – РЕЖИМ ОЖИДАНИЯ / Запрос безопасных мест сохранения… АФРИКА… ЦЕНТРАЛЬНЫЙ РЕГИОН… КАМЕРУНШТАДТ… УБЕЖИЩЕ 730.21 / Запрос безопасного маршрута… В ПРОЦЕССЕ… ПОДТВЕРЖДЁН - Ох и долгая же поездочка намечается, - Скарлетт взглянула на свои помолодевшие лет на двадцать руки, в ближайшем зеркале её встретило приятное лицо, чья миловидность была подпорчена утраченным, в следствии выстрела, глазом, - твою мать… интересно, мне пойдёт пиратская повязка? Покончив с причитаниями, госпожа Ольсен мысленно соединилась с навигационной системой корабля и передала полученные данные маршрута. Судно пришло в движение. *** Эпилог - Как Вы себя чувствуете? – поинтересовался мужчина, сидя в уютном кожаном кресле и закинув одну ногу на другую. В руках его был древний бумажный блокнот и почти классическая чернильная ручка. Доктор Майер обожал старинный подход, потому частенько практиковал его с пациентами определённого класса. - Следующий вопрос, - невозмутимо ответила Ева, лёжа на кушетке. За прошедшие годы она слегка набрала в весе, по мнению многих это даже пошло ей на пользу. Сама же она так не считала и люто ненавидела каждый лишний килограмм. - Да, прошу прощения за бестактность… - смутился доктор, - Я слышал о случившемся… соболезную Вашей утрате. - Не стоит. Этот козёл всегда любил дарить мне конченные подарки на день рождения… вот один из них! Так, док, я не хочу об этом говорить. И, будьте любезны, плесните ещё антидепрессантов, - женщина позвенела кубиками льда в пустом стакане. Майер, не смотря на свои тридцать пять, шустро встал и направился к столику, на котором расположилась початая бутылка виски, принесённая его любимой пациенткой. Это был её первый, на его памяти, визит без мужа – вечно мрачного и ворчливого мужчины, годившегося ей в отцы. - У Вас же сегодня юбилей, если не ошибаюсь? – робко заметил доктор, наливая напиток и возвращаясь в своё кресло. - По-Вашему, я старая?! – Ева гневно покосилась на собеседника. - Разумеется нет! – Майер, будучи на пять лет младше, ощущал определённое влечение к этой особе и, за глаза, был рад, что её мужа этим утром подстрелили радикалы, - И всё же! Что Вы чувствуете по этому поводу? Я имею в виду… кем Вы видите себя в будущем? Женщина глотнула виски, скривилась, выдохнула и допила до дна очередной стакан. - Не знаю, - она глянула в гипнотизирующий потолок, - можно я просто полежу тут часик? Предстоящие дела не позволят дать слабину, а тут хоть как-то… спокойно. Доктор почувствовал, что вот-вот получит шанс признаться в своих чувствах, но решил выждать определённое время, пока госпожа Браун достаточно раскроется ему. - Молчание вредит терапии, - уверенным тоном заявил он и решил ковырнуть запрещённые темы, - проговаривая случившееся, Вы сможете быстрее свыкнуться с действительностью и принять её. Как думаете, чем сейчас занимаются патологоанатомы? Они извлекают те чудо-импланты? - Наверняка! – Ева вновь потрясла кубиками в стакане и дождалась, пока он наполнится, - Эт-ти коршуны только и хтят, шо вернуть корпоративное до…ик…бро. Ух, док, што-то мне соовсем похорошело. Давайте-ка заааконим на сегод… - Я люблю Вас! – внезапно выпалил Майер. Женщина покосилась на своего психотерапевта. - Похоже, Ваша помощь мнеее больше не требуится, - ответила Ева и встала с кушетки. Прихватив свою бутылку, она направилась к выходу. - Постойте! У Вас же ещё десять регламентированных сеансов! Альянс не позволит Вам принять бразды правления без моего освидетельствования, - доктор готов был броситься на колени и обнять ноги пациентки, лишь бы она не уходила. - Не-не-не, нахер! – отмахнулась женщина от своего тайного воздыхателя, - Лучше посмотрю, как бывшего на запчасти разбирают – хоть какое-то удовольствие получу! Ева лихо попрыгала по ступенькам на каблуках и, не потеряв координации, вписалась в открытую дверь лимузина, умчавшего её в сторону лаборатории. По пути она ещё раз приложилась к бутылке и не сразу заметила встречающую делегацию, где, среди прочих, был давний друг её почившего мужа. - Орлов, сука, ты-то тут зачем? – женщина позволила ему помочь выйти из транспорта и провести её внутрь здания. - Только из-за тебя, дорогая, - мужчина недавно перенёс очередную операцию и сейчас выглядел лет на двадцать младше, примерно тогда, может чуть раньше, они впервые и познакомились, - ты не надумала? - Да ебись оно… - Ева приложила палец к планшету, - Забирай! Нахуй Альянс! Одни нервы, блядь! - Мудрое решение. - Пошёл на хуй! – бросила женщина и заняла кресло перед экраном, отображающим действия в операционной. - Люблю тебя! – Анатолий Орлов занял место с Евой и принялся наблюдать за происходящим. Врач изымал последний имплант из тела Александра, промывал его и упаковывал в специальный контейнер, ожидающий отправки в хранилище потенциально опасных материалов Альянса. Каждое своё действие он ретиво озвучивал, не пренебрегая излишними подробностями, зачастую, утомляющими окружающих. - … ввожу сыворотку шифрования ДНК, - мужчина показательно поднял инъектор и театрально произвёл впрыск состава, - процедура займёт примерно… Стоп! Объект проявляет остаточные признаки жизни! Ева подняла бровь и с интересом уставилась в экран. - У объекта появился пульс! – в шоке прокричал врач, затем, не в силах сдерживаться, продолжил, - Приборы фиксируют всплеск мозговой активности! Это невозможно – выстрел, почти в упор, пробил черепную коробку и повредил когнитивные участки! - Может я его поцелую, и ублюдок воскреснет? – в шутку поинтересовалась Ева у Орлова и отметила побледневший цвет лица последнего. Затем осознала происходящее и не на шутку напряглась, - Ладно, забыли, я иду туда! - Даже не думай! – вскрикнул Анатолий, - Кто знает, что будет дальше? Мало тебе было кобальтовых бомб в сорок седьмом? А Второй Волны всего пару лет назад? - Альянс твой, проблемы мои! – отмахнулась Ева и направилась в операционную. Доктор тем временем безустанно озвучивал происходящее на операционном столе: -… мышечная и костная масса объекта продолжают увеличиваться! Поразительно! Из десятков, прошедших процедуру, впервые фиксирую подобные отклонения! Женщина приблизилась к своему бывшему супругу, продолжавшему, после смерти, меняться буквально на глазах. Она взяла его за руку и молча уставилась на затягивающуюся рану на лбу. - У объекта восстановились удалённые лёгкие! Невероятно! – доктор восторгался с новой силой, казалось, начни у трупа отрастать ногти или волосы, эффект был бы тот же. Ева горько взглянула на преображающееся тело мужчины, в частности уделив внимание паховой области, и пожалела, что эти трансформации не случились лет пятнадцать назад. - Это невозможно! - продолжал доктор, - Рост мышечной массы превысил человеческие стандарты! Глаза мужчины внезапно распахнулись. До этого момента Ева регулярно получала предостережения, которыми систематически пренебрегала, сейчас же, убедившись в истинности слов сестры, она не знала, как реагировать на происходящее. Зелёное пламя, разверзнувшееся вместо глазных яблок её мужа, заставило женщину пренебрежительно скривиться. Следом был крик, содрогнувший стены лаборатории – мужчина безуспешно попытался выбраться из захватов операционного стола. Его речь была не похожа на человеческую, но вселяла глубинный страх в окружающих. Затем последовал момент упокоения – приборы вновь стали фиксировать отсутствие параметров живого организма. В этот момент Ева убрала в сторону инъектор с мощнейшей дозой седативного и принялась давать распоряжения: - Подготовить объект к заморозке! – она предпочла бы разбираться в случившейся ситуации на трезвую голову, потому, как лидер Крио-Тех, не видела ничего плохого в том, что её почивший и внезапно подавший признаки жизни муж, полежит в морозилке до утра следующего дня. Доктор засуетился со шприцами. Стандартной процедурой перед заморозкой являлся забор всевозможных биоматериалов, необходимых для расчёта сроков возможного хранения. Орлов тем временем получил неутешительные сведения от адъютанта и направился в операционную, чтобы лично уведомить Еву. - Гегемония планирует очередную атаку! – Анатолий поправил причёску и в этот момент здание изрядно тряхнуло, - Чёрт! Времени мало, нужно проследовать в Убежище! - Отправляйся без меня, я должна закончить процедуру! – Ева ввела код авторизации для отправки криокапсулы, посредством Штольни, в её личное подземное хранилище, где та будет в безопасности. Раздался очередной взрыв и осветительный элемент разбил консоль управления, едва не придавив женщину. Капсула с её мужем, подверженным экстренной заморозке, скрылась в автоматизированном тоннеле. В этот момент Ева глянула на интерфейс импланта, отображающего координаты отправки. - Что, блядь, такое Донецк?! – возмутилась она, не понимая, как уничтожение консоли повлияло на смену места назначения, затем увидела, как потолок начал рушиться и всё, что ей удалось спасти от падающих камней – лишь один из шприцов с биоматериалом, - Аргх!!! - прокричала женщина, прочитав состав содержимого, - Сука! Я об этом пожалею! – Ева выдохнула, не до конца протрезвев от случившегося, и вставила инъектор себе во влагалище, после чего, скривившись, нажал на кнопку впрыска. Подхваченная Орловым, стремящимся как можно скорее покинуть рушащееся здание, женщина не раз прокляла судьбу и потеряла сознание от пережитого.