Кожаные оковы

Гермиона схватила свой плащ, накинула его на плечи и убедилась, что ужасное одеяние скрыто от глаз, прежде чем распахнула дверь, молясь, чтобы ее единственная надежда еще не легла спать. Он проводил много времени в своей комнате, но она видела, как он крадется ранним утром, пытаясь не быть обнаруженным, когда уносит еду с кухни в комнату. Она стремительно пересекла гостиную, не обращая внимания на трех еще не спящих студентов, и поднялась по лестнице для мальчиков, остановившись у двери с его инициалами. Она сурово постучала и ждала, решив не называть своего имени. Он, вероятно, не открыл бы, если бы знал, что это она. - Что? - раздался раздраженный голос откуда-то изнутри, и она постучала снова, сильнее и настойчивее. Дверь распахнулась, и перед ней предстал Драко Малфой, глаза которого сузились от раздражения, а волосы растрепались. - Что ты... - он замер, удивленно вскинув брови. - Грейнджер. Что тебе надо? - Мне нужна твоя помощь кое с чем, и ты должен поклясться, что никому не расскажешь, - сказала она, сохраняя строгость в голосе. Его глаза скользнули по ней, и она слегка вздернула подбородок, чтобы обмануть его своей уверенностью, надеясь, что ремешок на шее не был виден. - Почему ты носишь плащ в помещении, Грейнджер? Что-то скрываешь? Так вот в чём тебе нужна моя помощь, что бы ты там ни прятала, - он смотрел на взъерошенную девушку с любопытством и опасением, как будто она могла вытворить что угодно. - Ш-ш-ш! - прошипела она, оглядываясь на лестницу. Возможно, кто-нибудь подслушивал, надеясь узнать, зачем она поднялась по лестнице для мальчиков. Гермиона быстро приняла решение, толкнула его в грудь, и парень сделал шаг обратно в комнату. Девушка последовала за ним и захлопнула дверь. Она наложила на дверь заклинание невмешательства и почувствовала, как пальцы обхватили ее запястье. Она повернулась, направляя палочку на Малфоя, который разглядывал только что схваченную руку. - Что это? Что на тебе НАДЕТО? - он снова оглядел ее с ног до головы, и она кинула злобный взгляд, предупреждая, чтобы он замолчал. - Это несчастный случай. На меня напала темная реликвия, и мне нужна твоя помощь, чтобы избавиться от неё. Ты можешь помочь и держать рот на замке или нет? - Это зависит от того, что это такое.… - Он снова посмотрел на ее руку, его пальцы соскользнули от запястья к плечу, исследуя странные кожаные ремешки. - В любом случае, вряд ли кто-то поверит моим словам. Или меня проклянут за распространение слухов. Ты же видела, как они со мной обращаются, Грейнджер. Ты действительно думаешь, что я снова рискую быть проклятым, только чтобы немного подшутить над тобой? - Вот почему я здесь. Из всех людей, которые могли бы помочь, ты меньше всего склонен сплетничать, - согласилась она, зная, что даже ни один слизеринец Восьмого курса не дружил с ним. С кем бы он вообще поговорил? - Итак, ты, наверно, собираешься сказать мне, в ЧЕМ я должен помогать и ПОЧЕМУ я вообще хочу этим заняться? - беспристрастно спросил он, откидываясь на спинку деревянного стула за своим небольшим рабочим столом и устремляя на нее такой же свирепый взгляд, как и она. - Ты поможешь мне, потому что это ПРАВИЛЬНО, и мы все знаем, как сильно ты пытаешься доказать, что ты действительно на ПРАВИЛЬНОЙ стороне.… - девушка плотнее закуталась в мантию, не желая показываться ему почти обнаженной. - Прекрасно. Я помогу, чем смогу, но ты будешь у меня в долгу, - сказал он, предлагая свои условия. Гермиона обдумала их. - Я окажу тебе такую же услугу, ничего из ряда вон выходящего или свыше разумного, - возразила она. Он кивнул. - Договорились, - он протянул ей руку, и девушка, поколебавшись лишь мгновение, пожала ее. - Я нашел комнату, полную зачарованных запрещенных предметов. Скорее всего - это новый тайник для запрещенных предметов, так как выручай-комната была уничтожена, и я прикоснулась к одному из предметов. Он напал на меня, и я не могу от него избавиться, - объяснила Гермиона и снова протянула ему руку, чтобы он мог осмотреть обтягивающий ремешок на предмет следов темной магии. Он хмыкнул, вытащил палочку и ткнул ей в запястье. - Ах! - подскочила Гермиона, выдернув руку, и бросила на него свирепый взгляд. - Магия не работает! Меня просто бьет током! - Девушка немного приврала, не желая признавать, что ток не всегда бил сильно, и что любое заклинание, которое бы он произнес, преобразовалось в самое неприятное эротическое покалывание прямо меж ног. Дурацкий Темный магический костюм. - Бьет током? - Он прищурился и встал. - Дай мне руку еще раз. Она осторожно протянула ему руку, и он взял ее в свою. Она не видела, как он взмахнул волшебной палочкой, но почувствовала, как щекотка пробежала по телу. - Я ничего не почувствовал, - он встретился с ней взглядом и отпустил руку. - Я почувствовала, - сердито объявила она. - Какие заклинания ты пытаешься произнести? - Первое было заклинанием открытия, второе - щекочущим, - легко ответил он. - Это действительно было похоже на щекотку! В руке и во всем теле! - потрясенно выдохнула она. Может быть этот наряд некоторые заклинания не преобразовывал? - О? - Его брови поднялись ещё выше, и он ухмыльнулся. - Что ИМЕННО напало на тебя, Грейнджер? - Его взгляд снова скользнул по ее прикрытому телу, и она покраснела от того, что он, казалось, знал, что было у нее под плащом. Видел ли он что-нибудь подобное раньше? Знал ли он, что это такое? - Это был предмет одежды. Хотя, на самом деле, я бы не назвала это "одеждой”, - призналась она. В его глазах буквально зажглись огоньки от восторга. - Дай посмотреть, - скомандовал он, и она сделала несколько шагов назад, натягивая плащ еще плотнее, поднимая палочку. - Нет! Это… Это унизительно, - запнулась девушка. Он упер руки в бока и строго посмотрел на нее. - Как я могу помочь, если даже не знаю, что это такое? - возразил он. Гермиона пристально посмотрела на него и мучительно вздохнула. - Поклянись, что никому не расскажешь и не покажешь это воспоминание в омуте памяти? - потребовала она. - Клянусь, что бы ты там ни надела, это останется между нами, - он театрально прижал руку к сердцу и слегка закатил глаза, но девушка почувствовала облегчение от этих слов. Она приоткрыла верхнюю часть плаща и показала смущающее декольте, пряжки, которые она не могла расстегнуть, и воротник, который крепко сидел на ее шее. Его глаза расширились, и он внимательно посмотрел на ту часть тела, что была открыта. Она не могла сказать, изучающий это взгляд или развратный и надеялась, что это первое. - Можно? - он указал на пряжки, и она пожала плечами. - Попробуй. Мне они не поддаются. - Драко попробовал раскрыть одну из застежек, но безрезультатно. - Мне кажется, я знаю, что это такое, и знаю, как это снять, - сказал он, но ухмыльнулся так, что она побледнела. - В чем подвох? - спросила она, подавляя беспокойство. - Ну, это не совсем темная магия, но… Ты никогда не справишься сама, - объявил он, уперев руки в бока и уставившись на пряжку, которая дала ему отпор. - Что ты имеешь в виду? - спросила она, проследив за его взглядом вниз, к застежке. - Я имею в виду, что это костюм для бондажа, Грейнджер. И похоже, что это не доминантная половина. Это значит, что ты никогда не сможешь снять его в одиночку. Это требует, чтобы некая другая сторона… участвовала. - Участвовала? Это не Квиддич, Малфой! - рявкнула она, снова закутываясь в плащ. Их взгляды встретились, и он уставился на нее с понимающей ухмылкой. - Хочешь небольшую демонстрацию того, как это работает? - предложил он, хищно улыбаясь ей. Девушка почувствовала, как по спине пробежала дрожь, и на мгновение задумалась. - Что за демонстрация? - Сними плащ, - предложил он. Она крепче схватилась за спасительную мантию, - Нет! - Ты хочешь снять эту штуку или нет? - спросил он надменным голосом. Гермиона некоторое время смотрела на него сверху вниз, а затем медленно раскрыла плащ и позволила ему упасть на пол. Оставшись без плотной ткани ей оставалось только прикрываться руками в попытках скрыть как можно больше обнаженного тела. - Хорошо. На колени. - Что, прости? - На колени, Грейнджер. Девушка что-то проворчала, но опустилась на колени, подыгрывая ему. - Хорошая девочка. Теперь расстегни верхнюю застежку. Она мне мешает наблюдать, - парень почти мурлыкал эти слова, и Гермиона пристально непонимающе посмотрела на него, прежде чем протянуть руку, чтобы доказать ему, что пряжка неподвижна. Однако она легко раскрылась под ее пальцами, и Гермиона ахнула от шока. Посмотрев вниз она увидела оголенные груди, но первый шаг в расстегивании корсета был завершен. - О боже! - крикнула она, вскочив на ноги, и схватив ремешок обеими руками, чтобы рассмотреть его. - Как ты это сделал? - спросила она, прикрывая рукой голую грудь. - Костюм для подчинений, Грейнджер. Ты можешь его расстегнуть, пока подчиняешься, - произнес он нараспев. - Каждый такой костюм отличается по спецификации, это зависит от того зачем его купили, но этот кажется довольно простым. По крайней мере, это не для мазохиста. - А что было бы, если бы он был для мазохиста? - спросила она, ужаснувшись этой мысли. - Ну, если бы он предназначался мазохисту, то можно было либо отшлепать тебя, чтобы снять, либо подождать, пока мы не найдем создателя, и заставить их отменить свою магию, - объяснил он. Гермиона вздрогнула - ни то, ни другое ее не привлекало. - Значит, ты просто должен сказать мне, чтобы я расстегнула остальные пряжки, и я смогу? - спросила она, желая поскорее выбраться из этого чудовищного одеяния. - Не думаю, что это будет так просто, но мы можем попытаться. Расстегни вторую пряжку. - Гермиона попыталась, но застежка не поддавалась, а от движений только дергалась грудь. Она снова прикрыла её и недовольно посмотрела на парня. - Я так и думал. Вот, дай мне попробовать…- Он протянул руки, но дождался ее кивка, прежде чем подойти ближе. Вместо того чтобы потянуться к пряжке, он схватил ее за ошейник рывком оттолкнул назад к двери. Гермиона ахнула от неожиданности, но прежде чем она успела отругать его, парень схватил одной рукой её за бедро и прошептал на ухо, - не сердись на меня, Грейнджер, это ты прикоснулась к костюму. Он мягко и нежно проскользил губами по её шее, а рука скользнула по обнаженной коже живота, опоясанной бретельками, которые составляли боковые стороны лифа, и она услышала второй щелчок, когда нижняя застежка была расстегнута. Драко откинул голову назад и посмотрел ей в глаза с расстояния всего в несколько сантиметров, держась за воротник. - Итак, Грейнджер, как ты думаешь, ты можешь продолжать в том же духе или хочешь остановиться и провести следующие пару дней, выслеживая волшебника, который сделал костюм? - Его дыхание коснулось ее ключицы, и она попыталась собраться с мыслями. Девушка была рассержена, смущена и, если честно, немного возбуждена. Какой бы странной магией ни была пропитана эта кожа, она заставляла ее шею покалывать, когда он держал её за ошейник, и покалывание тянулось по шлейкам вниз. - Я хочу снять его немедленно, - требовательно сказала Гермиона. Ее никогда так крепко не держали и не смотрели так, и ТОЛЬКО это уже заставляло ее думать о странных вещах. Например, каким напряженным выглядел Малфой, какими мягкими были его губы на ее коже. Она чувствовала тепло его руки на своем бедре, ей хотелось и оттолкнуть его, и притянуть ближе. Что бы ни потребовалось, чтобы снять эту проклятую штуку, оно того стоит. - Ладно, - промурлыкал он, ухмыляясь. Гермиона нервно сглотнула. Когда она решила обратиться к Малфою за помощью, ей было все равно, что он думает о ней, но теперь она задавалась вопросом, действительно ли ей безразлично его мнение. - Не смей так ухмыляться, Малфой. Я не ТАКАЯ девушка, - грозно ответила она. - Я знаю. Всё это делает ситуацию ещё более забавной, - он наклонил голову и поцеловал её, прежде чем она успела что-то сказать. Он потянул за ошейник чтобы девушка следовала за ним, не отрываясь от поцелуя. Он оторвался от нее только тогда, когда они подошли к кровати, и повернулся, чтобы толкнуть Гермиону на нее. Девушка слегка подпрыгнула на матрасе и открыла рот, чтобы возмутиться, но парень уже наклонился над ней, снова поцеловал и потянулся к третьей застежке. Драко отстранился и посмотрел на нее сверху вниз. - Почему это не сработало? - спросила она встревоженно, ее губы покалывало. - Он считает, что я не приложил достаточно усилий? - Драко пожал плечами и нахмурился. - Комплект может потребовать продолжения представления. Ты готова пойти на такой шаг? - спросил он, склонившись над ней и вертя в пальцах волшебную палочку. Гермиона чувствовала себя даже более обнаженной в этом кожаном комплекте, чем просто полностью обнаженной. Сейчас она лежала под ним, наполовину обнаженная, а палочка покоилась в плаще на полу. - Просто сними его, чего бы это ни стоило, - умоляла она. Гермионе не нравилось, что он на самом деле довольно хорошо целовался. Неужели на этом сюрпризы не заканчиваются? - Как пожелаешь, - ухмыльнулся парень и крепко сжал палочку. - Подними руки над головой, Грейнджер. Она подчинилась, бросив последний взгляд на дьявольский плотно сидевший костюм - причину, по которой она ДОЛЖНА была подчиниться и закинула руки на подушки. - Инкарцеро, - пробормотал юноша, направив палочку на ее запястья. Гермиона вскрикнула от шока, когда веревки связали ее запястья, и опустила руки вниз, в более защищенное положение, глядя на него. Драко расстегнул ранее неохотно поддававшуюся пряжку, и она уставилась на него еще пристальнее. Конечно, это сработало. - Я сказал, руки над головой, Грейнджер - произнёс он приказным тоном, и она сглотнула, положив руки на подушки. - Держи их там. Он подождал, пока она молча кивнет, а затем склонился над ней со злобной ухмылкой. - Тебе это нравится, Грейнджер? - Нет! - резко ответила она, но он только ухмыльнулся и наклонился ближе, целуя щёки и подбородок, проверяя четвертую последнюю пряжку, удерживающую лиф. Дверь оставалась запертой, и она почувствовала его ухмылку. Он будет мучить ее и дальше, ради бога. - Скажи мне правду, Грейнджер. Тебе это нравится?- Он поцеловал шею, опускаясь ниже к ошейнику и поцеловал ключицу. - Нет… - пробормотала она, сама не понимая, что значит это "нет" - то ли ей это не нравилось, то ли она отказывалась отвечать на вопрос. По правде говоря, он действительно был хорош. Одна из его рук скользнула ей под поясницу, заставив ее слегка выгнуться, когда он поцелуями спускался вниз по ее груди. Она не могла удержаться от резкого вдоха, когда его губы достигли выпуклости ее груди и продолжили двигаться ниже. Еще один бесполезный рывок за пряжку. Еще на несколько сантиметров ниже поцелуи. - Ты немного раскраснелась для человека, который не получает удовольствия. Я никому не скажу, если ты признаешься, Грейнджер, но я вознагражу тебя, - проворковал он, нежно уткнувшись носом в бледную кожу живота, ожидая ее ответа. Она закрыла глаза, стараясь не думать о том, что говорит, и вместо этого сосредоточилась на том, чтобы открыть эту чертову застежку. - Мне нравится, - прошептала она, - ты лучше, чем я думала. Корсаж распахнулся под его пальцами. Он склонился над ее лицом, глядя ей в глаза. - Значит ли это, что ты думала об этом раньше? - спросил он, и вместо обычной ухмылки на его лице появилось выражение вспыхнувшего любопытства. - Н-нет. Просто… Я никогда не думала, что ты будешь хорош в таких вещах. Гораздо лучше, чем в оскорблениях и нытье, - девушка опустила руки, чтобы прикрыть голую грудь, надеясь, что он ещё не видел её. - О? Ты никогда раньше не думала о том, чтобы поцеловать меня? Ни разу? - дразнил он, его взгляд упал на руки, закрывающие грудь, прежде чем метнуться обратно к ее глазам. - Подчиняться тебе - это значит ещё и разговаривать, Малфой? Неужели ты не можешь снять его без разговоров? - спросила она, пряча смущение за раздражением. - Я мог бы ПОПЫТАТЬСЯ, но… разве для тебя это было бы похоже на подчинение, если бы ты не сопротивлялась? - возразил он. Гермиона хотела возразить, но его довод был справедлив. Если он просит ее сделать то, что она уже готова сделать, действительно ли она подчиняется ему или просто следует его советам? - Наверное нет, - ответила она, и парень снова ухмыльнулся. - Хорошо. Так ты когда-нибудь думала о том, чтобы поцеловать меня? - Он подтолкнул ее, его пальцы скользнули вверх по ее руке, по коже и к пряжкам, которые удерживали ее рукава прикрепленными к ошейнику. - Один раз, - призналась она, густо покраснев. - Когда? - Он глупо улыбнулся, восхищенный ее признанием. - На первом курсе, еще до того, как я узнала, что ты придурок.… Тогда ты показался мне довольно симпатичным. - А теперь? - Его пальцы расстегнули одну пряжку на ее плече, и он сдвинулся в сторону, чтобы сделать то же самое движение вверх по ее противоположной руке. - Что теперь? - Она замешкалась, отводя от него взгляд и наблюдая, как его пальцы парят над пряжкой. - Сейчас ты считаешь меня красивым? - Я полагаю, ты хорошо выглядишь, - девушка пожала плечами, но пряжка не поддавалась. - Тебе придется придумать что-нибудь получше, Грейнджер. Посмотри на меня. Ее глаза снова встретились с его глазами, и её поглотило внезапное нервное чувство, которое не давало ей дышать. - Знаешь, может быть, я и не смогу распознать твою ложь, но этот чертов костюм знает, - он дернул за кожаный ремешок, и она закатила глаза. - Я не врала. - Но и не сказала правды, - съязвил он, снова схватив за ошейник и немного оторвав её голову от кровати, его серые глаза пристально смотрели на неё, когда очередное покалывание пронеслось от шеи к промежности. - Ты считаешь меня сексуальным, Грейнджер? Ты думаешь о том, чтобы поцеловать меня сейчас? - спросил он и нежно коснулся её губ. - Да, - она выдохнула в ответ, чувствуя, что ее лицо вот-вот вспыхнет. - Ответ на два вопроса? - Ммм, - девушка слегка кивнула, борясь с желанием закрыть глаза под его пронзительным взглядом. По крайней мере, он не ухмылялся ее ответу. Он опустил ее голову обратно на матрас и поцеловал ее. Пальцы двигались от ошейника к плечевому ремню, легко расстегивая пряжку. Она чуть не застонала от облегчения. Остался только один ремешок - ошейник. Она ожидала, что он прервет поцелуй после того, как расстегнет пряжку на плече, но он сильнее прижался губами к ее губам и провел рукой вниз по ее груди, но Гермиона схватила его за руку. - Позволь мне прикоснуться к тебе? - Его слова были едва слышны, и казалось, она чувствовала, как его губы формируют их, девушка вздрогнула. Это был не приказ, и его рука расслабилась в её хватке, больше не дергая, но ожидая ее ответа, пока губы продолжали целовать ее. Она позволила себе прижаться к его губам, целуя в ответ, наслаждаясь ощущением его языка, пробующего на вкус ее губы, теплом его тела, нависшем над ней. Гермиона медленно расслабила руки, удовлетворяя его просьбу, но готовая прикрыться, если он попытается посмотреть. Его пальцы нежно скользнули по ее ключице, вниз по центру груди, между грудями и почти до пупка, прежде чем ее связанные руки преградили ему путь. Она ахнула от удовольствия и удивления. Но думала, что он направится прямо к ее груди, а не проведет легкими прикосновениями перышка по ребрам ниже дозволенного, оставляя то же покалывание, что и через ошейник. Ее соски затвердели задолго до того, как его пальцы нашли их, и она содрогнулась от стыдливого удовольствия от того, что его игры с сосками посылали электрические волны тепла прямо между ее ног. Ей было все равно, если его действия были более чем достаточными, чтобы снять ошейник. Это было более приятно, чем любое прикосновение, которое она испытывала ранее, и она не хотела, чтобы это прекращалось. - Раздвинь ноги, - озвучил он следующий приказ после того, как прикусил ее распухшую нижнюю губу. Когда Гермиона согласилась, он раздвинул её ноги ещё шире и устроился между ног. Драко целовал ее, ласкал и вызывающе прижимался бедрами к ее бедрам. Она чувствовала, как твердая выпуклость давит на нее сквозь его одежду, и даже не осознавала, что обхватила ногами его бедра, сильнее притягивая его к себе. Она не замечала этого, пока он не сел, притянув ее к себе на колени. - Фините Инкантатем, - пробормотал парень, освобождая ее руки от веревок, чтобы стянуть кожаные рукава, помогая девушке освободиться от одежды, и полностью обнажая ее грудь. Он схватил ее за бедра, которые все еще были в плену кожаного костюма, но быстрее, чем она успела охнуть, он откинул ее на спину и поднял ее бедра, стягивая ремешки и сетку вниз по ногам, оставляя ее совершенно голой, за исключением ошейника, все еще плотно сидевшего на шее. Она мгновенно замолчала, когда он отбросил кожаные оковы в сторону, и повернулся, чтобы посмотреть на нее. Ее колени сомкнулись вместе, а руки закрыли грудь и живот, пытаясь спрятаться от его жаркого взгляда. - Не надо, - приказал он, нависая над ней, раздвигая ее ноги и наваливаясь всем своим весом. Он развел её руки и прижал к кровати, и поцеловал ключицу, прежде чем она успела возразить, ощущение его тепла и губ лишило её речи. Его горячий язык коснулся набухшего соска, парень нежно посасывал и покусывал её грудь. - О боже! - воскликнула Гермиона, вцепившись руками в его волосы. Она поняла, что он ухмыляется и закрыла глаза, пытаясь найти какой-то способ исправить ситуацию. У него это получалось гораздо лучше, чем у нее, он умел заставить ее извиваться и стонать. Она сказала, что она "не такая" девушка, но теперь была уверена, что вполне может ею быть. - Это несправедливо! - она, наконец, смогла тяжело дыша открыть глаза, и посмотрела на него, будучи уверенной, что пунцовые щёки разрушают любой ее пугающий взгляд. - Ты не можешь просто снять с меня одежду, Малфой, и оставить меня голой, в то время как сам останешься полностью одетым! Его губы оторвались от сосков, и он поцеловал ее ключицу, потом шею, и остановился у ее уха. - Ты хочешь, чтобы я разделся? - Он намеренно приподнял бедра при этом слове, давая понять, что если он разденется, то ничто не будет отделять ее от того, что набухло у него в штанах. - Я не это имела в виду! Я имела в виду, что ты должен позволить МНЕ одеться, прежде чем мы попытаемся снять ошейник! - заявила она, улучив момент, чтобы скрестить руки на груди. - Одеться во что? Ты не взяла с собой никакой одежды, но ты могла бы рискнуть и надеть бандаж обратно… - он, казалось, был слишком увлечен этой идеей, поэтому девушка покачала головой, прежде чем он закончил говорить. - Ни за что. Я могу сходить за одеждой в свою комнату… - начала она, но он тоже покачал головой. - Ничего не выйдет, если я не прикажу тебе куда-нибудь пойти, Грейнджер. Ошейник должен находиться в непосредственной близости от костюма, если не указано иное. - Так прикажи мне пойти и одеться! - грозно сказала девушка, крепче сжимая кулаки. - МНЕ это неинтересно, - ухмыльнулся он. - Но если ты действительно переживаешь насчёт справедливости… - его слова затихли, когда пальцы начали метаться по рубашке, быстро расстегивая пуговицы. Гермиона сглотнула, наблюдая, как его бледная грудь обнажилась и белая рубашка из-за контраста стала казаться грязно-желтой. - Ты призналась, что считаешь меня сексуальным.… Разве тебе не любопытно, что под рубашкой? - рубашка была отброшена прежде, чем девушка успела сказать хоть слово, и ее глаза открылись шире от удивления. Вся худоба войны исчезла с его лица, и его тело казалось скульптурным совершенством. Гибкий, подтянутый живот, и все тот же идеальный оттенок слоновой кости от шеи до бедер. Ей пришлось сжать руку в кулак, чтобы побороть желание коснуться его и проверить, не из мрамора ли он. Его ухмылка говорила о том, что он заметил и ее взгляд, и ее кулак, а также, что девушка заинтересовалась сильнее, когда он потянулся к поясу. - Не смей! - вскрикнула Гермиона, внезапно опустив руки, не уверенная, чего она хочет больше: остановить его от расстегивания штанов или спрятать свои интимные места от его взгляда. - А как насчет справедливости, Грейнджер? - усмехнулся Драко, когда Гермиона одной рукой отдёрнула его руку от ремня, а другой пыталась прикрыть свою интимную зону. Его ухмылка помогала ей мыслить рационально, отгоняя вожделение на задворки ее разума, когда на смену ему пришло раздражение. Самонадеянный придурок, он, конечно, думал, что сможет получить бесплатный секс благодаря её проблеме. - Ещё более несправедливо воспользоваться тем, кто просит твоей помощи, - возмутилась Гермиона, заметив, что его взгляд похотливо скользнул от ее рук к груди и, наконец, к лицу. - Я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО пользуюсь тобой, Грейнджер? - Он ухмыльнулся и навис над ней, опершись на руки. - Ты сказала "чего бы это ни стоило". Что, если для этого нужно действительно заняться чем-то сексуальным? Он протянул руку к ошейнику и его пальцы, которые так легко сняли рубашку, не смогли расстегнуть простую застежку. - Тот факт, что ошейник остается без остальной одежды, означает, что он предназначен для ношения в одиночку. Как ты думаешь, что намеревался сделать владелец, надев только ошейник, который можно снять только по приказу? Она почувствовала, как ее лицо снова покраснело от смущенного понимания. Индивид, купивший эту штуку, был настоящим извращенцем. - Ну и что? Я должна позволить тебе отдавать любые приказы, что тебе нравятся... Я не собираюсь быть твоей сексуальной рабыней, Малфой! - огрызнулась она. - Я никогда не говорил, что прикажу тебе переспать со мной, Грейнджер, - его глаза сузились, и он наклонился ближе. - Но ты бы действительно могла отрицать, что тебе этого хочется? Она возмущенно фыркнула, но он заговорил снова, прежде чем девушка успела что-либо ответить. - Я признаю, что хочу. А как насчет тебя, Грейнджер? Ты достаточно храбрая, чтобы признать, что хочешь меня? - грязно играл он на отличительных качествах гриффиндорцев, но она покачала головой, не желая признавать, насколько соблазнительным он был, особенно без рубашки. - Прекрасно, - рассержено сказал Драко и отстранился. На мгновение Гермиона забеспокоилась, что он собирается бросить ее на произвол судьбы, когда увидела в его руках волшебную палочку, её охватили другие тревоги. - Инкарцеро. - Подожди, Малфой, что ты... Еще один взмах его волшебной палочки привязал ее запястья к изголовью кровати, заставив обе ее руки подняться высоко над головой, казалось, она в ловушке. Глаза девушки раскрылись от удивления и она тщетно потянула руки, отчаянно пытаясь прикрыть наготу. Но мягкий хлопок не накрыл ее. Драко поднял с пола свою рубашку и накинул на девушку. - Лучше? - спросил он, и в его глазах вспыхнуло нескрываемое раздражение. Она кивнула, сглотнув, но не осмелилась попросить его освободить ее запястья. - Хорошо. Раздвинь ноги пошире, - он прижал руку к ее бедру, и она подчинилась, испытывая благодарность за то, что его взгляд был прикован к ней, а не между ее ног. Со связанными руками парень мог легко раздвинуть ее ноги и делать все, что хотел, будь то просто взгляд или прикосновение. Он не сделал ни того, ни другого, его лицо застыло в несчастной усмешке, когда он наклонился ближе и от поцелуя их разделял буквально дюйм. - Тебе нравится быть связанной, Грейнджер? - прошептал он, его взгляд метнулся к ее запястьям и обратно к лицу. - Нет, - вздохнула Гермиона и напряжение заполнило ее мышцы при виде его злого лица и резкости в словах. Он накрыл ее, но воздух стал тяжелее, как будто рядом была опасность. - Ну, если бы я попал в точку, то ты не призналась бы, - он ухмыльнулся и провел пальцем по ее щеке. - Верно? Девушка не знала, что ответить, поэтому молчала, ощущая, как его палец скользил от подбородка к горлу. - Когда я снял рубашку, ты хотела прикоснуться ко мне? Она собиралась снова промолчать, но он замолчал, ожидая ответа, поэтому она кивнула. - Скажи это, - приказал Драко, просунув палец под ошейник и притянув её чуть ближе к себе. - Я хотела прикоснуться к тебе, - пробормотала она, снова заливаясь румянцем. Драко сильнее сжал ошейник после очередной неудачной попытки открыть застежку. - Ты все еще хочешь прикоснуться ко мне? - он отпустил ошейник и провел рукой по её руке, двигаясь от связанного запястья к плечу. - Да, - ответила девушка, посмотрев бледную кожу его торса. Она действительно выглядела гладкой, осязаемой, и его теплые пальцы обещали, что она не будет холодной как камень. Его грудь вздымалась от дыхания, и даже нависая над ней, его живот был плоским, за исключением линий мышц под ним. Его пальцы снова тщетно потянули за ошейник. - Ты хочешь, чтобы я продолжал прикасаться к тебе? - Да. - Но ты не хочешь, чтобы я тебя трахнул? Она отрицательно покачала головой, но не смогла сквозь зубы выдавить... ложь. - Скажи это, - приказал он. Она снова помотала головой. Его рука скользнула вниз по рубашке, рисуя узоры между ее грудей, к животу. Он добрался до края ткани и потянул вниз, чтобы больше прикрыть ее холмик, в то же время обнажая ее грудь. Гермиона глубоко вдохнула и закрыла глаза. Если бы она была внимательнее, то заметила бы, что его рубашка была достаточно длинной, чтобы прикрыть ее от шеи до бедер, но не полностью закрывала ее, позволяя ему "выбирать" между тем, что было выставлено напоказ. Драко оставил рубашку в таком положении, чтобы она едва прикрывала ее соски, и Гермиона заставила себя не делать слишком слишком глубоких вздохов, чтобы рубашка ненароком не сползла. Его пальцы блуждали вверх по её телу, вычерчивая изгиб ее груди, а затем ровную линию, где его рубашка заканчивалась. - Хочешь, я развяжу тебя, чтобы ты могла уйти? - спросил он, не поднимая на неё взгляда, и в его голосе было больше любопытства, чем злобы. Девушка покачала головой. - Я не слышу, как работают твои мозги, Грейнджер, - произнес он нараспев. - Нет, я не хочу уходить, - они встретились взглядами на мгновение и парень продолжил прежнее занятие. - Ты не хочешь чтобы я тебя развязал? -спросил он медово-сладким голосом, попахивающим ловушкой. - Нет, если мне придется уйти, - ответила Гермиона, надеясь извернуться. - Так ты хочешь или не хочешь, чтобы я тебя развязал? - многозначительно спросил он, сжимая пальцами ее подбородок. - Нет! Я не хочу, чтобы ты меня развязывал! - огрызнулась она, раздраженная тем, что он требовал от нее этого. - Ты хочешь, чтобы я снова поцеловал тебя? Станет ли тебе приятнее быть связанной после этого? - Его губы были так близко, так многообещающе. Она кивнула, и взгляд упал на его губы, когда они ускользнули. Девушка нахмурилась, когда он наклонился и коснулся губами ее шеи, затем плеча, затем груди. Это было не совсем то, что она имела в виду, но его теплый язык, скользящий по самому краю ее обнаженной груди, был так приятен, что она не осмелилась пожаловаться. - Ты с кем-нибудь встречаешься, Грейнджер, или этот чудесный вид целиком мой? - спросил он, наклонив голову, чтобы посмотреть на нее. Она покачала головой, и он прищелкнул языком. - Значит ли это, что у тебя есть парень, или что я сам могу решить? - Я ни с кем не встречаюсь, - ответила Гермиона, чувствуя, как у нее перехватило дыхание от его хитрой ухмылки. Он снова склонился над её грудью и начал посасывать, сначала нежно, а потом с силой, завершив всё это странным звуком хлопка, от которого ее грудь задрожала в ответ. -Тогда никто этого не увидит, - он поднял голову, чтобы она увидела оставленный им засос. - Ах ты, сволочь! Ты оставил на мне засос!? - Гермиона почти кричала, изо всех сил пытаясь вырваться и ударить его, злясь, что он пометил ее. - Какое это имеет значение, если ты ни с кем не встречаешься? Засос пройдет еще до того, как ты выйдешь замуж, - насмехался парень и прижался губами к ее шее, чуть выше черного ремешка. - Не СМЕЙ, Малфой! - вскрикнула девушка, извиваясь. Он поднял голову и с усмешкой посмотрел на нее. - Я думал, ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал? - спросил он со всей невинностью ангела. Она сверкнула глазами. - Поцеловал, да. Не оставляй на мне засосов на всеобщее обозрение! - Выдохнула Гермиона. - Я не собирался оставлять его у тебя на шее. За кого ты меня принимаешь, за дилетанта? - парень ухмыльнулся и снова склонил лицо к изгибу её шеи, нежно прижавшись губами коже. Она почувствовала, как влажный язык пробежал от ошейника к уголку ее подбородка, вызвав дрожь и мурашки. - О, смотри. Ты так извивалась, что рубашка соскользнула, - пробормотал он, откидываясь назад, цокнув в притворном разочаровании. Он с жадностью смотрел на её обнаженные соски, и наблюдал, как ее груди вздымались от дыхания. - Исправь это! - требовала она, не в силах прикрыться и чувствуя, как румянец заливает все ее лицо. - Если ты настаиваешь, - парень схватил рубашку совсем не с той стороны и потянул, позволяя взгляду блуждать вниз по ее животу, пока рубашка медленно скользила по ее груди, открывая все больше и больше ее прекрасного тела. - Стой! - возмущенно крикнула девушка, и его рука замерла, а глаза снова встретились с её глазами. - Грейнджер, если ты будешь продолжать мне приказывать, мы никогда не снимем с тебя эту штуку, - протянул он, коснувшись кожаного ремешка на ее шее. Она сглотнула и закрыла глаза, считая до десяти. Почему он так бесит и так возбуждает? Неужели он не может просто выбрать одну сторону? - Прекрасно! - рявкнула она, расслабив мышцы в знак согласия. Он некоторое время смотрел на девушку, убеждаясь, что она не шевелится, а Гермиона воспользовалась моментом, чтобы взглянуть на его обнаженную фигуру. Он действительно был хорошо сложен. Вероятно потому, что квиддич наделил его телом ловца, хотя он не играл в квиддич должным образом в течение нескольких лет. Его бедра образовывали букву V, которая исчезала в брюках, и когда ее глаза следили за линиями, она могла ясно видеть очертания его возбужденного члена через черный хлопок. Девушка сглотнула, резко отвела глаза, снова посмотрела на него и поняла, что ее застукали за разглядыванием. - Тебе нравится то, что ты видишь, Грейнджер? - Его улыбка говорила, что он уже знает ответ, но она все равно ответила. - Да. Но ты и так знаешь, что привлекателен. - девушка пожала плечами, стараясь казаться беззаботной, хотя была уверена, что после этого вечера ее лицо навсегда останется розовым. - Да, я знаю, что это так. Все равно приятно знать, что женщины считают также. Тем более что в наши дни большинство обращается со мной как с прокаженным, - пробормотал он, наклоняясь. - А ты не боишься того, что может быть сказано о тебе, учитывая, как долго ты находишься в моей комнате? - Нет. Что бы они ни думали, это лучше, чем правда. Когда я пришла сюда, я понимала, что это может вызвать сплетни, но со слухами о романе с тобой будет гораздо легче справиться, чем со слухами о том, что я фрик, - ответила она, снова пожимая плечами, несмотря на связанные руки. - Понимаю. Значит, ты предпочитаешь быть моей игрушкой, чем позволять людям думать, что ты ненормальная? А что, если ты извращенка, Грейнджер? Ты не возражаешь, если я узнаю правду? - Он снова медленно наклонился, с каждым словом приближаясь к ней, приближая свою обнаженную кожу к ее. - Я не извращенка, - прошептала она, не в силах оторвать от него глаз. Казалось, что все её прежнее раздражение исчезло, и он снова выглядел желанным. - Ты уверена? Ты лежишь почти голая под мужчиной, которого терпеть не можешь, и ждешь, когда он тебя поцелует. Я уверен, что это НЕМНОГО говорит о твоей развратности, - его губы почти касались ее губ, и, черт бы его побрал, он был прав. - Я не возражаю, чтобы ты знал, - ответила девушка, хотя она не была полностью уверена, кто из них был действительно прав. Была ли она извращенкой или нет, его, похоже, это тоже не волновало. Или, скорее, ему это слишком нравилось, чтобы высмеивать. Его губы коснулись ее губ в нежнейшем из поцелуев, и она закрыла глаза и крепче прижалась губами к его губам. Поцелуй был настолько преисполнен чувств, что девушка позволила его языку соприкоснуться со своим. Она чувствовала, как его бедра снова прижимаются к ее эрогенной зоне, как его руки скользят по ее коже, прогоняя все мысли прочь. Когда он начал играть с розовым соском, проделывая движение, которое ей так нравилось, и мягко дергая, стон сорвался с ее губ и она заерзала на кровати, издав тихий стон. Его пальцы сжались сильнее на её груди, и она хотела схватить его за волосы и прикоснуться к нему, но руки оставались крепко привязанными к изголовью кровати. Это заставило девушку громко выдохнуть от разочарования, прерывая поцелуй. - Скажи, что хочешь меня, - прошептал он, целуя ее шею и грудь. Опустившись ниже, его язык начал лизать сосок самым восхитительным греховным способом. - Я хочу тебя, - простонала она, не в силах спорить, когда его рот и пальцы потянули за чувствительные соски, а свободная рука скользнула ниже по ее животу, медленно приближаясь к влажному месту между ног. Она не остановила его, половина ее разума была сосредоточена на ошейнике, а другая половина - на жгучем желании, требовавшем удовлетворения. Оба перевешивали ее желание уйти. Он уже догадался, что она извращенка, так почему бы не насладиться удовольствиями, связанными с этим предположением? Его пальцы наконец нашли свою цель, и ее дыхание замерло от совершенно чудесного ощущения его длинных пальцев, скользящих по ее набухшей плоти. Это было лучше, чем теплый огонь в холодный день, и его зубы, покусывающие сосок, лишали её возможности мыслить. Она извивалась под ним, не зная, что он будет делать дальше, но зная, что хочет, чтобы он касался ее больше. Она хотела больше тепла, которое наполняло ее, больше его влажного языка на ее коже, она хотела, чтобы его бедра снова были ближе, чтобы она могла обхватить его ногами, и она хотела, чтобы он никогда не останавливался. - Скажи, что ты моя, Грейнджер, и я позволю тебе кончить. Скажи, что ты принадлежишь мне, - прошептал парень на ухо, дергая мочку зубами, медленно рисуя пальцами круги на ее самой сокровенной точке. - Я принадлежу тебе. Я твоя! - Она задыхалась, отчаянно желая, чтобы он не останавливался. Но он остановился, отпустил сосок, и убрал руку от ее влажной промежности. Он расстегнул ошейник, и она тяжело вздохнула, раздраженная тем, что он прекратил, но ещё более разъяренная тем, что теперь у нее нет этого проклятого ошейника в качестве предлога, чтобы продолжать играть в эту игру. Он бросил ошейник на край кровати и посмотрел ей в глаза, его серые радужки горели огнем. - Скажи, что хочешь меня, Грейнджер, - требовательно сказал он, его брови дернулись от сдерживаемых эмоций. Гермиона тяжело дышала, изо всех сил стараясь не закричать на него в отчаянии. - Развяжи меня, Малфой, - громко заявила она, дергая руки. Его губы скривились в усмешке, и он закатил глаза, но тем не менее взмахнул палочкой, расслабляя веревки вокруг на её запястьях. Она согнула руки и поняла, что они затекли. Драко сидел на кровати, смотря на пол, куда бросил весь кожаный ансамбль, и совершенно ничего не подозревал. Гермиона наклонилась, схватила его за волосы и притянула его лицо к своему. Его глаза раскрылись от шока, когда она забралась к нему на колени и прижалась голой грудью к его груди, отбросив его рубашку в сторону. Девушка была слишком взволнованной, чтобы думать о том, что сейчас она совершенно голая. - У тебя есть пять секунд, Малфой, чтобы закончить то, что ты начал, или я наложу на тебя заклятье, разрывающее на тысячу крошечных кусочков. Он прервал угрозу, прижавшись губами к ее губам, обхватив пальцами ее голую задницу и швырнул обратно на матрас. У нее перехватило дыхание, но она не смогла сдержать улыбку, которая расплылась по ее лицу, когда он провел поцелуями по ее шее, груди и животу. Прежде чем она поняла, что он делает, его лицо уткнулось между ее бедер, заставляя ее задыхаться и очень неприлично извиваться. Ее руки сжались в кулаки в его волосах, а удовольствие заставило её забыть о всяческом споре. Теперь и его пальцы участвовали в процессе, и Гермиона растворилась в удовольствиях, ее стоны свободно вырывались из груди, тело дрожало от оргазма, а за закрытыми веками, казалось, плыли звезды. Она обессилено раскинулась на кровати, и Драко отстранился, победно улыбаясь. Он поцеловал ее живот, а после прикусил сосок, прежде чем приблизить свои губы к ее губам, и поцеловал ее медленно, более нежно, чем она думала. - Этого было достаточно, или ты хочешь еще? - Он провел пальцами по ее талии, дразня ее своим горящим взглядом. Она просто продолжала переводить дыхание, с закрытыми глазами. - Я полагаю, что это бестактность - просто уйти сейчас с той толикой достоинства, которое у меня осталось? - наконец проворчала Гермиона, чувствуя, как стыд за то, что она только что сделала, начинает просачиваться в ее возбужденный мозг. - Только полный идиот может потребовать, чтобы ты осталась, если не хочешь. Если это все, чего ты хочешь, то давай; я лучше буду дрочить, чем оставлю тебя силой, спасибо, - Малфой, к ее удивлению, перекатился на бок, вытянул ноги и лег рядом с ней, подперев голову локтем и в последний раз окинув ее взглядом. - Ох, - выдохнула она, чувствуя себя довольно глупо, когда на мгновение уставилась на него. Это было невероятно благородно с его стороны. - Тебе нужно одолжить одежду, чтобы пройти через общую комнату, или предпочтешь быть только в мантии? - спросил он, наконец подняв на нее глаза. Она уставилась на него, чуть не выпятив от удивления челюсть. Совсем не то предложение, которого она ожидала от него. - Я была бы тебе очень признателен, если не сложно, - пробормотала Гермиона, отводя взгляд и садясь, чтобы немного свернуться калачиком, вспомнив, что она действительно голая. Как она могла забыть? Он скатился с кровати, подошел к своему сундуку, открыл его и быстро вытащил несколько предметов, которые после осторожно бросил на кровать перед ней. -Спасибо, - выдавила она, быстро надевая через голову футболку и фланелевую пижаму. К ее удивлению, не вся одежда была черной. Брюки были темно-изумрудного цвета, а рубашка - светло-серая. Пока девушка одевалась, Драко прошелся по комнате, подобрал с пола кожаный костюм для бандажа, положил ее мантию на кровать рядом с ней и переложил рубашку в маленькую корзинку с грязной одеждой. Гермиона наблюдала, как он возится с чертовыми ремешками, и нахмурилась. - Почему он не нападает на ТЕБЯ? - спросила она, вставая, чтобы надеть мантию. Драко бесцеремонно швырнул комплект на стол и ухмыльнулся ей. - Это для девочки, Грейнджер. Ты действительно можешь представить меня, бегающую в чулках и корсете? Да поможет ей Бог. Это было действительно забавно. Она сдержала смех, а парень в ответ лучезарно улыбнулся и подошел к дверям. - Вот, - сказал парень, доставая что-то из-за спины - Что это? - спросила она, беря предложенный свиток пергамента. - Мои записи по нумерологии, на случай, если у тебя ещё остались какие-то нерешенные задачи, - он усмехнулся, и Гермиона почувствовала, как ее сердце нервно затрепетало, когда она посмотрела в его бурные серые глаза. Он дал ей одежду и АЛИБИ? Господи, неужели приближался к святости? - Я... Спасибо, - пробормотала она, чувствуя, как к горлу подступает комок. Нет, нет. Она не собиралась плакать из-за того, что Драко Малфой проявил немного человечности. - Почему ты вдруг стала такой милым? - спросила она с подозрением, смешанным с благодарностью. Он мог бы вышвырнуть ее вместе с мантией и бандажом, оставив самостоятельно сражаться за собственную репутацию, но он был здесь, провожал ее и был добрее, чем когда-либо. - Чтобы, если ты вернешься, не прокляла меня, - он озорно улыбнулся ей и наклонился ближе. - Я вообще не вернусь! - огрызнулась девушка, ей не понравилось крутящее ощущение в животе от осознания, как близко снова оказались его губы. Мерлин, но он действительно хорошо целовался. Сможет ли она когда-нибудь снова смотреть на него, не думая об этом? - Если, конечно, тебе не придется возвращать мои конспекты, - возразил парень и, схватив ее за руку, прижал к своей груди. К своей всё ещё голой груди. Девушка подняла голову вверх, чтобы не поддаться искушению уткнуться в него носом, но, похоже, это был неправильное решение. Его губы прижались к ее губам, целуя ее так же нежно и жадно, как всегда, а затем он отпустил ее, отступил и приоткрыл дверь - Спокойной ночи, Грейнджер. Не стесняйся приходить учиться снова, - сказал он, одарив ее дьявольской ухмылкой, когда она вышла в коридор. - Спокойной ночи, Малфой, - автоматически ответила девушка, подавив желание вернуться и продолжить целовать его. По крайней мере, когда он был сексуальным и придурком, было легко просто снять костюм и уйти. Теперь, когда он был сексуален и мил - Гермиона была совершенно сбита с толку. - Друзья зовут меня Драко, - пожал плечами парень, прислонившись к дверному косяку, его белокурые волосы создавали ореол в освещении комнаты. - Мы не друзья, - возразила она, наконец почувствовав, что может уверенно стоять на ногах. - Конечно, нет, - он ухмыльнулся и закрыл дверь, оставив ее стоять в темном коридоре. Оставив наедине с желанием крикнуть ему через дверь в детской манере, что весь мир снова закружился вокруг нее, и как будто стал серым из-за зависшего в воздухе его прощального сарказма.