Неожиданный поворот

- Что, прямо так и сказал? – содрогаясь, переспросил Вару. Щеки его уже изрядно покраснели от непрерывного смеха, а улыбка растянулась настолько, что, казалось, на этот раз его щеки точно не выдержат и треснут. Очки с неизменным узором слегка съехали с переносицы из-за непрерывных дёрганий от заливистого хохота. - Я же сказал: мне правда стыдно за те слова, - пробормотал Зонтик. Только мгновение назад, озвучив всю ситуацию своему валету, он понял, насколько грубым все же было его высказывание. И добавил: - Нужно будет извиниться потом перед Феликсом. - На правду не обижаются, - гнул свое пиковый. Похоже, что его вовсе не смутило поведение тихони, даже напротив – он был рад таким изменениям: - Да и потом, тебе давно нужно было научится говорить то, что ты взаправду думаешь. Не каждый же раз доводить себя до ручки. Как в тот раз, помнишь? Не нужно было даже долго вспоминать, чтобы понять, что пятый имеет в виду. Каждый в этом доме помнил те «волшебные дни», когда извечному нытику сносило крышу. Еще задолго до того происшествия в ванной, с Вару был инцидент, который действительно напугал зеленого. Просто одним непримечательным утром ему показалось отличной идеей напугать Зонта за готовкой завтрака. Бедняга простудился даже, после того, как ведро с ледяной водой с улицы оказалось прямо у него за шиворотом. Однако за завтраком в кружке Вару случайно оказалось несколько долек лимона. Кто бы мог их положить туда, если все знали об аллергии валета? Вот и он не догадывался, пока искал шприц с преднизолоном. Это был единственный раз, когда все действительно испугались за жизнь пятого. И лишь Зонт вел себя холодно и отстраненно. С той поры его целый месяц никто не трогал. - Прошу, не напоминай мне об этом. Я до сих пор не могу понять, чем руководствовался тогда, - слегка покраснев, крестовый зарылся с головой в плед. - Хей, куда это ты мигрировал? – обхватив валета поперек поясницы, зеленый попытался притянуть того поближе. Но сразу же остановился, как только услышал шипение от боли. Аккуратно развернув плед, он увидел, как шестой схватился за живот, пытаясь скрутится «калачиком». На ресничках начали скапливаться небольшие слезинки от боли, по виску струилась капля холодного пота. Зубы бедолаги сводило спазмом. Казалось, ничто не поможет ему расслабиться в этот момент. - Воу, ты… все в порядке? – спросил Вару. Глупый был вопрос, очевидно. Но он пытался вывести парня на контакт. Когда юноша понял, что ответа не получит в ближайшее время, он решил проявить инициативу: - Дай –ка глянуть. Его руки легли поверх ладоней шестого, в попытке отодвинуть. Но тот лишь отчаянно замотал головой, промямлив невразумительное: «Уходи…» - Еще чего, - фыркнул пиковый, - ты тут чуть ли не помираешь, а сам пытаешься меня выгнать? – осторожно улегшись сзади, он прижал к себе Зонта поперек груди, прижимая одной рукой. Вторая же нашла свое место на бедре и теперь трепетными движениями оглаживала нежную кожу. - Я серьёзно, выйди немедленно! – вяло попытался отпихнуть его от себя юноша. Казалось, что его снова одолевает жар: щеки покраснели пунцовым румянцем, все тело ненормально горело. Дерганными движениями он стал резко вырываться, пытаясь выбраться из объятий Вару. - Тише. Сначала объясни мне, что происходит, - но, тирада пятого резко прервалась, когда он почувствовал на своей руке скользкую влагу, а в комнате начал с новой силой распространятся запах тирамису. Почувствовав изменения в своем теле и то, что пиковый замер, Зонт начал брыкаться с еще большей силой. - Отпусти меня немедленно! Я не позволю, я… Помоги..! – слова оборвались, когда к нежным губам прильнули чуть искусанные. Нежное покусывание кромки губ в купе со щипанием ребер вызвало несдержанный вздох со стороны омеги, чем пиковый и воспользовался, осторожно углубляя поцелуй. Резкие дерганья со стороны трефового слегка поутихли, но тот все еще не оставлял попытки вывернутся из объятий. Тогда зеленый пошел в наступление – резко перевернув Зонта на спину, он зафиксировал его руки по обе стороны от головы. Лишь на мгновение пиковый оторвался от губ юноши, чтобы приласкать его шею. «Раньше это его успокаивало. Не думаю, что сейчас будет наоборот», - подумал валет, и начал медленно водить носом по шее трефа, периодически выдыхая горячий воздух и наблюдая за тем, как по рукам нижнего распространяются мурашки. Теплый язык прошелся вдоль шеи, вызывая легкое придыхание сверху. Методичное выцеловывание открытых участков, вроде как, заставило омегу притихнуть и расслабится, насколько это представлялось возможным в данной ситуации. - Ну, теперь тебе просто некуда деться. Хочешь не хочешь, а продолжить разговор придётся, - с присущей игривостью в голосе говорил Вару. Он медленно отпустил запястья Зонтика, и руки зеленого нашли покой в привычном месте – на талии трефа. - Ты разве не чувствуешь этот запах? – шепотом спросил валет. Несмотря на то, что чувство угрозы стихло, страх все еще просачивался сквозь его голос. - Ты говоришь о сладком запахе, которым насквозь пропитана комната и ты? – с наигранным недоумением спросил Вару. Да, прежняя колкость почти сошла на нет (по отношению к шестому, конечно), но от привычных иронии и сарказма ему так и не удалось отказался. В прочем, юноше это не резало слух, как раньше. Скорее наоборот, это стало своеобразной характерной изюминкой в их отношениях. Но вряд-ли Зонт когда-либо это признает. - Прекрати, ты прекрасно понимаешь, о чем я, - на выдохе произнес нижний. Тяжело сформулировать свои мысли, если кто-то так нагло лезет тебе под футболку, зная наверняка, какую реакцию это вызовет, - я ведь омега и сейчас… я.. у меня.. - Ты течёшь, - спокойно договорил за парня пиковый. Воспользовавшись смятением шестого, парень приподнял края изрядно мятой футболки и прильнул к ребрам, ласково покусывая их. Ладони же его переместились чуть ниже бедер: отодвигая резинку шорт, пальцы начали поглаживать тазобедренные косточки, чуть пощипывая. Комната наполнилась легкими вздохами, которые Зонтик пытался скрыть, прикрывая рот рукой. - Нет.., - тихо прошептали его губы. Но ножки предательски разъехались в стороны, а тело горело в неге. Он почти что сдался, но все еще старался сдерживать себя, взывая к разуму: - Вару, ты ведь понимаешь, чем грозит близкое нахождение возле омеги в этот период? - Поверь, я не такое животное, как ты думаешь, - сыронизировал пиковый, - если бы я захотел – давно взял бы тебя силой. Но у меня, в отличие от нашего романтика, или же рогоносца, - он усмехнулся, вспоминая о братьях, - есть выдержка. Тебе незачем меня боятся. Губы его поднялись выше, лаская грудь трефового. Покатывая розовую бусинку между губами, он мял вторую грудь рукой. Широко лизнув сосок, он услышал громкий стон. Улыбнувшись, парень переместился на второй участок груди, и вскоре россыпь небольших красных пятен усеяла пол груди шестого. Зеленая макушка переместилась ниже, целуя чуть впалый животик, в то время как ладони гладили внутреннюю сторону бедра. В какой-то момент, парень попытался стянуть шорты с нижнего, но встретил бурный протест. - Погоди! Не … не трогай, - попытался отодвинуться Зонт, но был наглым образом притянут за бедра на место. Однако это не помешало трефу с силой вцепиться в резинку шорт, не давая их стащить. - Почему? – спросил Вару, - все ведь, вроде, хорошо идет. Так почему же я должен отказать себе в желании помочь тебе расслабиться? – пока он говорил, руки его, обогнув вцепившиеся ладони парня, накрыли еле заметный бугорочек на темных шортах. Медленно поглаживая, он выжидал реакцию шестого. А она была бесценна: от неожиданности, валет тихо вскрикнул, но через миг начал тихо постанывать. Юркнув под руки трефа, пятый потерся щекой об ткань шорт, и спустился ниже, проведя языком по внешней части бедра. - Я не,… я просто не - У тебя закончились отговорки, - констатировал валет, - так позволь же мне просто сделать то, что тебе поможет. Обещаю – до прямого физического контакта не дойдет. Я просто сделаю что-то на подобии… массажа, наверное. Пока пятый говорил, ему удалось, наконец, стянуть шорты с шестого. Теперь же юноша, покраснев сильнее, непроизвольно попытался натянуть край футболки, чтобы прикрыться. - Нифига толкового из такого настроя не выйдет, - улыбнулся Вару, - тебе нужно хоть как-то открыться, если мы уж заходим так далеко. - Я понимаю, но не могу. Мне слишком стыдно, - прошептал Зонтик. С его ресниц скатилась одинокая слеза, которую тут же стер пиковый. Парень трепетно примкнул к губам нижнего, и пока тот был отвлечен поцелуем, стянул белье. Предотвращая волны возмущения, зеленый вновь припал к шее, дабы отвлечь партнера от ненужного волнения, и немного его расслабить. Ладонь его спустилась ниже, опуская крайнюю плоть партнера, размазывая слегка пахучую, вязкую жидкость по головке. Медленные ласкательные движения выбивали все больше вздохов и тихих постанываний от трефового. Когда тело под ним расслабилось окончательно, Вару опустился вниз. Аккуратно целуя внутреннюю сторону бедер, парень медленно развел ножки в стороны. Взгляду его предстала чуть подрагивающая дырочка, из которой сгустками выходила смазка. Шестой, почувствовав пристальный взгляд, попытался чуть свести колени - Нет-нет, не закрывайся, - пиковый приподнял бедра пассии, и положил их себе на плечи, не позволяя закрыть обзор. Медленно приблизившись чуть ближе, он вдохнул насыщенный запах полной грудью. «Сладко…», - подумал пятый, - «интересно, на вкус так же?». И, не отказывая себе в удовольствии проверить догадку, широко провел языком по подрагивающей розочке. Горячие, столь яркие ощущения не остались без внимания: тишину комнаты пронзил громкий, развязный стон. - П-погоди! Не надо там…, - прошептал Зонт. Нельзя было отрицать, что ему действительно понравилась такая своеобразная ласка, но было кое-что, что не позволяло ему до конца расслабится. - Что-то не так? – выдохнул Вару, - что тебя беспокоит? – на время он отстранился от промежности парня, приподнявшись к груди. Улегшись рядом, пятый прикрыл нагое тело пледом и прижал к себе. Пятерня, правда, все же проскользнула под лазурную ткань и принялась нежно поглаживать все еще эрегированный член партнера. Честно, зеленый понимал, что по хорошему счету нужно было прекратить все вовсе. Но, черт, как же хотелось наконец раскрепостить это голубое чудо; помочь ему наконец принять себя и его привлекательность. - Отвратительно, - всхлипнул Зонтик. Из его глаз скатились первые слезинки, прозрачными дорожками орошая чуть пухлые щечки - я просто отвратный. - Что ты конкретно имеешь ввиду? – спросил валет. Он трепетно поцеловал трефа в загривок, ладонью все так же продолжая скользящие движения. Большим пальцем он стимулировал уретру, остальные – медленно массировали головку. Да, возможно, его и утомили эти «ванильные лобызания», но возможный шанс того, что ему все-таки откроются до конца, был лучшим стимулом на протяжении таких своеобразных испытаний. - Ахм., - вздохнул трефовый, - мне все время было противно от того, что я вынужден терпеть… Каждые полгода мой недельный период растягивался на месяц. Постоянно просыпаться с этим позорным мокрым пятном на простыне, скулить от непонятного желания… - Продолжай, - юноша терпеливо выжидал откровений возлюбленного. Ладонь чуть ускорила свой темп, слегка сжимая орган у основания, затормаживая процесс. - Ах – ха…, - дыхание чуть сбилось, было тяжело сосредоточится на мысли, но Зонт продолжил, - Я одалживал вещи у Куро, потому что… потому что… - Запах, да? – завершил за него мысль Вару. Выцеловывая открытые участки шеи, он ускорил движения кисти почти что до придела, - Ты чувствовал себя одиноко без альфы, верно? Носил его рубашки, дабы облегчить желание своей сущности? – рука быстро двигалась на напряженной плоти, сжимая уже покрасневший орган. - ДА!! А…! – почти что с криком юноша кончает, чуть запачкав ладонь своего валета. Он измотан и смущен до предела, настолько, что даже не сопротивляется, когда пиковый бережно переворачивает его на живот, стягивая мягкий плед до щиколоток. Приподняв футболку, пятый целует между лопатками, руками чуть раздвигая половинки ниже. Губы скользят вдоль позвоночника, оставляя мокрую дорожку, что приятно холодит разгоряченное тело. - Но теперь-то ты не один, - прошептал на ухо нижнему парень, - и вполне можешь коротать свой срок. Если позволишь, конечно. Большой палец коснулся промежности омеги, и, чуть дразня, имитировал движение, способствуя лишь большему выделению смазки. Возобновившийся скулеж лишь доказывал, что он делал все правильно. - Нужно лишь расслабиться, довериться своему партнеру, - нежно укусив за половинку, продолжал пиковый, - и я, пожалуй, первый продемонстрирую, как это делается… Резкая тишина давила своей неясностью. Зонтик постепенно выныривал из возбужденной неги, и в серьез начал беспокоится. Но переживания прошли, как только губы вновь очутились на шее, а в руки сунули… - Стой, ты не обязан,- но поцелуй прервал недоумение. В руках голубоглазого так и остались очки с зелеными завитками. - Только не поворачивайся, ладно? – дыхнули омеге на ушко, - я, все-таки, давно не снимал их перед кем либо, - ладони мягкой щекоткой прошлись по ребрам, заставляя трефа хохотнуть. - И как давно? – спросил он. - Десять лет, - ответил альфа, сразу же приступая к задуманному. Чем больше пятый касался промежности парня, тем громче становились его вздохи. Пахучая жидкость и впрямь оказалась довольно сладкой на вкус. Юркий язык мягко толкнулся внутрь, на пробу, но, неожиданно для обоих, вошел достаточно глубоко, чем вызвал незамедлительную реакцию со стороны пассива. Горячие стенки плотно обхватили инородное тело. Тем не менее это не вызвало никаких отторгающих чувств со стороны пассии. Движения внутри казались совсем иными, гораздо более глубокими и острыми, чем снаружи. Но этого было чертовски недостаточно - Вару, хвааатиит, - проскулил Зонт. Пиковый медленно отстранился. - Больно? – но глядя на яркий румянец на всем лице и возбужденные стоны, версия о неприятном отпала, - или же мне нужно сделать… вот так? – указательный палец плавно вошел внутрь, не встретив сопротивления со стороны организма. - Кха…! – подавился выдохом трефовый. - Значит так, - улыбнулся пятый. Медленные движения кистью имитировали слабые фрикцыи, но этого было уже достаточно: спустя небольшой промежуток времени фаланга уперлась в небольшой комочек нервов. Несколько массажных движений и омега, со вскриком сжав простынь, кончил второй раз. Обессиленный, шестой полностью зарыл носом в подушку, все еще легко постанывая. «Какой нежный», - улыбнулся про себя Вару, и поцеловал своего партнера в щеку, параллельно натягивая привычные спиральки на глаза. - Тебе легче? – риторически поинтересовался валет. Но ответа не последовало, так как милый голубой комочек уже сопел. Парень не стал его будить. Приподняв бедра, пиковый обтер тело влажными салфетками, и, завернув в мягкий лазурный плед, оставил отдыхать. «Разбужу его через часик - другой», - подумал пятый и вышел из комнаты, тихо прикрыв дверь. Спустившись на первый этаж, юноша направился на кухню, дабы выпить воды. Но, достав бутылку минералки из холодильника, столкнулся нос к носу с пронзительными серыми глазами. - Чего тебе, Курилка? – в привычной язвительной манере ответил Вару, - если ты здесь за тем, что пропали твои драгоценные книженции, то спешу разочаровать: меня твои математические бредни не интересуют. - Я знаю, что только что произошло наверху, - резко начал Куро, - нам нужно поговорить о Зонтике. - Ого, как. Всегда бы ты начинал разговор с самой сути – цены бы тебе, переговорщику, не было, - отшутился парень. Тем не менее, он напрягся, при упоминании омеги, - Что тебе нужно? - Обсудим наверху, и решим неясности раз и навсегда - отрезал король треф. - Надеюсь на это, - оскалился пиковый. Похоже, намечался серьезный разговор.