Он жив?

- Сколько можно сидеть над этой вазой?! Ты это делаешь для женщины, которой просто нужно куда-то ставить цветы, а не на выставку! Пошевеливайся! - взволнованный старик скрылся за дверью так же быстро, как и появился. Снова наступила излюбленная Дейдарой тишина, но слова С. ударили ему в голову. "Каждый кусочек глины, коснувшийся моей руки, уже достоин быть на выставке." - подумал он и почувствовал, как к горлу начал подступать ком неистовой злости - "искусство требует времени, а ничего из себя не представляющие тарелки я делать не намерен!" - он еле подавил желание раздавить еще мягкую вазу, над которой работал 2 часа. - За кого меня принимают? - пробормотал он уже вслух. - Я - истинный творец, а не глиняный раб. Знали бы они, кто я на самом деле!. -Его прервал грохот в соседней комнате, за которым последовала невнятная брань С. как знак, что он увлекся разговорами с самим собой и следовало бы убавить громкость. Дейдара тяжело вздохнул и посмотрел на свои испачканные глиной ладони. - Вернее, кем я был.. - продолжая мысль, прошептал он. На месте некогда привычных ртов виднелись горизонтальные шрамы. Ком злости сменился отчаянием и, скрестив руки на столе, Дей уткнулся в изгиб локтя.