Идеальная фотография

      Что может так неожиданно привести человека в глубь лесной чащи?  Экскурсия, желание подышать наконец свежим воздухом, спустя долгое время пребывания в душном городе? Люди, которые привели его чтобы хорошо провести время и отдохнуть? Может его бурлящие в сердце чувства или скребущий душу страх? Когда глаза горят, а сердце стучит и выпрыгивает из груди, будто с каждым ударом всё больше и больше разламывая грудную клетку, прямо как в банальных, стереотипных фильмах. Увидев любимого с другой, девушка убегает прочь и невероятно мужественно терпит удары веток по лицу, стирая со своих покрасневших шёк солённые слёзы. Кто знает, может это всего лишь кинематографические преувеличения, а может в действительности такое бывает.       Да, может так и бывает, но явно это не произошло сегодня. Не здесь, по крайней мере. Судьба ещё не пришла к тому, чтобы сегодня, в этом лесу пролились чьи-то слёзы. Едва уловимое посвистывание ветра, который, проходя мимо, задевает древесные ветки с едва пропускающими золотистый свет листьями. Так красиво, нежно, рассеянно ложился свет среди высоких озеленённых деревьев и невысокой, примятой лапами диких животных, травы. Множество солнечных лучей причудливо яркими красками пронизывало лес сквозь просветы между изумрудными листочками. Великолепная, захватывающая дух картина. Тело будто забыло как двигаться в окружении такого пейзажа.       Увидев это великолепие, черноволосый парень с висящим на шее фотоаппаратом, буквально потерял дар речи. На мгновение, будто забыв как дышать, он мог лишь смотреть на это. Он чувствовал. Чувствовал как лёгкий ветерок щекочет кожу, слышал как птицы перебивая и перекрикивая друг друга, напевали свои мотивы. Как где то глубоко, далеко и ещё дальше ходят живые и самые настоящие жители этого леса — звери. Высохшая смола, влажный воздух от речки неподалеку, запах редких цветов и даже запах подсохшей травы ударяли в нос. Это успокаивало, радовало глаз и в то же время сердце начинало бешено стучать, будто он только что пробежал несколько десятков метров бега с препятствиями. Его губы дрогнули в невидимой улыбке. В малахитовых глазах заметно блеснул огонёк чистого вдохновения и желания запечатлеть этот момент. Не просто момент, парень хотел передать всю атмосферу лишь запечатлев их в памяти своего фотоаппарата. Звуки, запах, пейзаж и само ощущение пространства были необходимы, чтобы проникнуться этим видом всей душой.       Лишь спустя минут пять он смог выйти из состояния эйфории и наконец, будто отрезвившись от опьянения этой красотой, все же вспомнил, зачем же пришел в эту глушь. Ему нужно собрать портфолио.       Для поступления в колледж по фотографии, Акааши было необходимо собрать портфолио. Не то что бы он не собирал его ранее. Нет, скорее совсем наоборот. У него оно было. Только вот довольно старое, неумелое и потрёпанное. Множество фотографий были сделаны по-своему криво, да и, тем более, там совершенно не было тех фотографий, которые нужны были ему для поступления. На самом деле особо большой разницы не играло, что конкретно бы он сфотографировал. Фотография- это тоже своего рода ценное искусство, такое же как живопись или хореография. Самовыражение и стиль имели свою роль. Но Кейджи предпочитал преуспевать везде. Универсальный фотограф, наверняка будет более успешным, чем человек фотографирующий лишь лужи на дорогах и близких себе людей. В его будущем явно будет не много людей, готовых платить за портрет его отца, что будто бы давало пинка. «Иди, найди то, что тебе нравится, доведи до совершенства и зарабатывай на этом» - так твердило ему сознание. Все же Акааши любил фотографировать. Ощущение, когда вес твоего фотоаппарата слегка давит на ладони, многочисленные попытки захватить удачный кадр и, в конце концов, гордость за распечатанную фотографию. Будто ты оставил свои воспоминания в этой небольшой картинке, вложил частичку собственной души. Для него это было что-то вроде личной эйфории, потому сейчас, взяв камеру в руки, Кейджи искал тот самый «идеальный» кадр. Фотографировал, смотрел результат, менял настройки, ракурс, и вновь пытался. Он менял своё положение, высматривал лучшие места, сделал несколько снимков, и был в общем-то доволен, но чего-то не хватало этим фотографиям. Они были яркими, насыщенными и правильными. Наверное даже слишком правильными. Может пейзажам и не нужна цель или сюжет.  Но, хотя бы для себя, Акааши хотел найти что то переломное в своих фотографиях. Будь то одинокое, иссохшее дерево среди цветущего поля, как лучик света среди тучек, или единственный подсолнух среди высохшей травы. Это хотел найти собиратель своего портфолио. Сводя тёмные густые брови ближе к переносице, Акааши постепенно терял свой запал. То невероятное чувство, первое впечатление уже не то. Но он привык. Ему нужно было сменить место.       Нехотя опустив свою камеру, юный фотограф прошёл глубже в лес. Аккуратно перешагивая через пеньки и поваленные деревья, уклоняясь от крупных сучьев толстых деревьев и по ходу осматривая местность в поисках того, что тронет его творческую душу, он несколько раз пробовал останавливаться, фотографировать, но лишь он наводил объектив, как глаза его больше видеть не желали этот отрезок пространства.       Его мысли больше не были заполнены затеей сию же минуту получить идеальный кадр. Лишние мысли уходили и приходили в большем количестве. Сейчас Кейджи жалел что одел в лес белый спортивный костюм. Низ штанин был перепачкан в зеленовато-коричневых пятнах, от грязи и травы. Описать нельзя как он себя корил за это, ведь отстирывать такие загрязнения было довольно проблематично. "Неужели я не могу даже сделать нужную фотографию? Где то, чего я так хочу получить?»       Вдохнув свежий воздух и медленно выдохнув, Акааши твёрдо решил для себя, что сфотографирует первое что попадётся ему на глаза. Его руки едва дрогнули прежде чем взять камеру, будто бы моментально забыл о своей любви к изображениям. А стоит ли её брать? Может фотография это не для него? Быстро отбросив эти мысли, он навёл камеру вдаль, к давным-давно обваленному дереву, который теперь корягой прирос на земле. В конце концов, накручивать себя он умел, а вот найти то чего хочет, не очень. Сам того не заметив, щёлкнув, сделал снимок. Казалось будто этот «чжик» был громче чем обычно. Будто птицы вокруг примолкли и ветер перестал шуметь, но так лишь казалось. На той самой коряге, сидел так тихо широкоплечий парень с взлохмаченными волосами. Едва ли его можно было разглядеть с этого расстояния, но он выглядел одиноко. Хотя нет, одиноко не то слово, совершенно не то. Скорее мечтательно. И эта аура мечтательности и привлекала к себе.       Что то внутри сказало Акааши подойти. Просто подойти чтобы присоединиться к его великому и загадочному молчанию. Он незаметно и тихо сел рядом с этим спортивным на вид человеком. Растрёпанные белые волосы мешались с тёмными локонами и составляли глупую растрепанно-уложенную причёску. Он смотрел прямо на небо, которое здесь широко просвечивалось сквозь листву, будто составляя небольшой портал из мира леса, в мир неба. Такого чистого, невинного и бескрайнего.       Акааши не спешил разрушать эту взаимную тишину. Это было просто немым знакомством. Сейчас, определённо слова были лишними, ведь этот вид на синеву говорил им больше.       Облака нежно, будто нож по маслу рассекали голубое небо. Так завораживающе, будто тот самый идеальный кадр. Фотограф, недолго думая, взял камеру и направив объектив к тому самому великому «порталу», щёлкнул кнопкой и посмотрел на результат. Уже заранее обдумывал что будет делать после и как обработает эту фотографию в специальном редакторе.       На его хмуром лице промелькнула тень улыбки. Наконец то получилось. Нашёл что искал.       Глаза незнакомца не смотрели на фотографа рядом, не смотрели на леса или траву. Его взор был устремлён исключительно на небо. Так спокойно и неуютно одновременно было в его компании, но тепло разом разошлось по телу. Так странно было сидеть с незнакомцем, которого видишь впервые в жизни. Он выглядел смехотворно уверенным в себе. Уверенным во всём. На удивление первым тишину нарушил как раз немой собеседник. — Интересно, когда снег пойдёт? — спросил он спокойно. Его звонкий и дребезжащий голос отдавался небольшим эхо, что вызвало мурашки, спустя долгое молчание. Он перевёл наконец взгляд с неба и проводил им из стороны в сторону, приподняв широкие брови, чем словил недопонимающий взгляд зелёных глаз. Нет, скорее вопрос завёл Акааши в тупик. Вокруг лишь конец лета, так о каком снеге может идти речь? Он безумец? Может и не стоило вовсе к нему подходить? — Скорее всего зимой. Всегда ведь выпадает в холодное время года. — спустя недолгое молчание ответил ему Акааши Пускай ответ и был очевиден, незнакомец разочарованно выдохнул. Но едва показалось что он был недоволен, как на лице тут же засияла улыбка. Такая весёлая и искренняя. — Ты чего делаешь в такой глуши? — будто не желая вовсе говорить вежливо выпалил лохматый. Он с интересом взглянул на того, кто сидел с ним рядом. Акааши показал свою камеру. — Я фотографирую. Лицо человека сразу вытянулось и засияло в яркой улыбке. Он только сейчас заметил камеру на шее фотографа. Удивлению, казалось, не было предела, но вскоре он озадаченно прикрыл глаза, потирая подбородок. — Что то не так? Кейджи слегка наклонил голову на бок, не понимая причину переживания собеседника. Может ему не по себе от фотографий? Но он даже не фотографировал его. Может захочет чтобы он его сфотографировал? Такое иногда просили у фотолюбителя. Даже было такое что ему заплатили. Пускай и небольшую сумму. — Пха-ха! Тут действительно красиво! Ты наверняка сделал много таких же красивых фотографий! И вновь он улыбался. Его голос звучал в голове как барабаны. Резкий, громкий и весёлый смех словно гром среди ясного неба раздался в лесу. Но чего тут было смешного? Наврятли Акааши смог бы понять это сейчас. Кейджи отвёл взгляд, держа в руках свою любимую и единственную аппаратуру для фотографий. Он и не помнит уже откуда она у него, настолько он давно жил с ней бок-о-бок. — Всего одна получилась. — аккуратнее приподнимая камеру,  он надел крышечку на линзу. Не хотел он больше фотографировать сегодня. Желание растворилось вместе с неудачными кадрами. — Всего одна? А разве обычно не делают по миллиону фотографий, чтобы просто потом посмотреть? — золотистые глаза округлились от удивления. — Нет, не всегда. Мне нужна фотография для моего портфолио. Поступать буду. — О! Я думаю у тебя получится! — он ободряюще хлопнул Акааши по слегка согнутой спине. Своеобразный жест проявления дружелюбия. — Спасибо.       И вновь наступило молчание. Спокойствие нарушало лишь щебетание птичек и шелест зелёных листьев. Солнечные лучи пробивались сквозь просветы между деревьями. Такие, будто бы с эффектом наложения в редакторе, которым обычно пользовался Кейджи. Это завораживало. Можно было часами рассматривать невероятное множество деталей здесь. Успокаивает. Хотелось просто лечь и наблюдать за однотонным, чистым, ясным небом. Это было красиво.       Его собеседник в спортивном костюме явно считал так же. Может конечно думал не так. Нет, он точно думал не так. Он думал по-другому, совершенно иначе. А что он сам забыл в лесу? Пришёл посидеть? Скорее всего нет. Но на все вопросы парень ответил сам, будто прочитав его мысли. — Я сюда пришел с командой. — он задумчиво и с лёгкой улыбкой посмотрел вдаль. — Только я убежал дальше всех и заблудился. Зато я бежал первым! Я обогнал их всех! — Прямо всех? — Акааши озадаченно похлопал тёмными ресницами. Уголки его губ дрогнули в едва уловимой улыбке — А ты не веришь?! Я же Ас! Ас всегда должен быть на высоте! Это мой долг как капитана! Он расправил плечи, будто бы хвастаясь своей великолепной физической подготовкой. А она действительно была такой.       У Кейджи не было много шумных знакомых. Точнее вообще не было. Он не знал, как вести себя с такими гиперактивными и громкими людьми. Об этом человеке действительно сложилось такое впечатление. Громкий, весёлый и яркий. И фотограф не любил этот самый тип людей, у которых ни на секунду не затыкается рот. Но компания этого странного человека не доставляла дискомфорта. Скорее равнодушие. Он не чувствовал чего-то особенного рядом с ним. Если он исчезнет, ничего не произойдёт и все будет как и раньше. — Капитан? — переспросил фотограф — Ага! Самый настоящий капитан волейбольной команды! — Значит, ты действительно хорошо играешь. — А то! Лучше чем кто-либо! Хотя есть конечно и очень сильные игроки, которых мне ещё предстоит обойти, но если я лучший, то я обязательно одержу над ними победу! На то я и Бокуто Котаро! — Это ваше имя? — Именно! Запомни хорошенько это имя, потому что я стану великим асом о котором будут говорить люди! Все блокирующие… Нет, вообще всё будут считать Бокуто Котаро настоящей грозой площадки! — Звучит так, будто вы собираетесь стать президентом, а не доигровщиком. — Акааши слегка усмехнулся с невероятной уверенности Бокуто. В действительности же, его имя правда казалось великим. — Эээй! — Новый знакомый обиженно тянул гласные — Президентом быть не настолько весело! Наивно. Он как ребёнок рассказывал о своём хобби, будто о смысле своей жизни. Настолько он любил своё дело. Прямо как и Акааши, который с тем же энтузиазмом любил фотографию. Хотя нет, не с таким же. С совершенно другим, по-своему ярким. Как светлячок. Этого жука не увидеть днём, но ночью он сияет. Тускло, но нежно. — Да, наверное будь у нас такой президент, я бы переехал… — А вот это обидно! — Бокуто повышал голос который резал уши. Но это было не то, что кричат люди на почве ненависти и агрессии. Скорее шуточная обида, которая уже через минуту сменится шуткой. Забавно. — Вас команда не ищет? — Наверное. — На мгновение будущий великий ас замер с задумчивым лицом, но сразу озарился и хлопнул себя по лбу — Я же не знаю твоего имени! Брови Акааши слегка дрогнули, а губы сжались. Избегая настойчивого взгляда, он старался смотреть в сторону. Все же он хотел чтобы эта встреча так и осталась неожиданной, загадочной, первой и последней. Чтобы запечатлеть в памяти этот момент и вспоминать его вечерами под теплым одеялом. Но Бокуто был слишком напорист каждым миллиметром своей ауры и фотограф сдался. — Я Акааши. Громкий спортсмен тут же оживился и засмеявшись вскочил, махая руками перед новоиспечённым другом, будто крыльями. —  ХЭЙ ХЭЙ ХЭЙ! Акааши!!! — Да? — Я знаю как тебя зовут Акааши! — с невероятной радостью он улыбался. От такого внимания становилось даже неловко. — Потому что я сказал вам? — он слегка приподнял брови. — Именно! Нам необходимо встретиться ещё, Акааши! Фотографа слегка передёрнуло. Это было не то чего он хотел. Сидя на всё том же обваленном дереве, он вертел в руках чёрную и слегка поцарапанную камеру. Что ответить? Может его быстро забудут? Он не может уйти так просто. Тёмные короткие волосы шевелились от дуновения ветра, в то время как лохматые колючки на голове Бокуто даже не дрогнули. К его счастью или же нет, чуть дальше от них раздался хруст веток и утомлённое обсуждение между людьми. Заметив своего капитана они сначала облегчённо выдохнул, ведь тот был явно непредсказуемым человеком. Но после, они обречённо переглянулись. Снова. Один из них слегка вышел вперёд и позвал Бокуто обратно, дабы они прочитали нотации о том что нельзя так просто убегать, оставляя команду. И Котаро сразу же подбежал к ним. Акааши виднелась лишь широкая спина своего недавнего собеседника. Но что то остановило великого аса. Он порылся в карманах своей олимпийки и достав свой телефон, он рванул к фотографу. — АКАААШИ! Дай мне свой номер! Странный. — А? Но зачем? «Будто бы ты не знаешь, Кейджи…» Золотистые глаза буквально округлились от такого вопроса в лоб. — Как зачем? Я хочу написать тебе! — он ярко улыбнулся.- Я же говорил что нам надо ещё встретиться! Аргумент остался без ответа. Это действительно казалось уважительной причиной. И вновь Кейджи не смог сказать нет. Будто бы и не умел отказывать. Разучился как только зашёл в этот чарующий лес. И вот, уже через полминуты Бокуто с трясущимися от радости руками, забивал номер Акааши в свой телефон. И имя, он обязательно записал его большими буквами «АКААШИ». Будто напоминание, что это имя надо говорить громко. — Хэй Хэй! Отлично! Удачи тебе с поступлением! Ещё увидимся, Акааши! Он вновь спрятал свой телефон в карман и, подминая под ногами траву, Котаро помахал рукой на прощание. И ушёл. «Ещё увидимся…» Эта фраза вертелась в голове. А увидятся ли они снова? Наверное да