Тайна Теодора Уайта

       Я был в душе, когда в дверь номера постучали. Это видимо доставка решил я, наспех вытерев тело и натянув спортивные штаны, пошёл открывать дверь. Какого же было моё удивление когда я увидел кто стоит на пороге...        В чёрном облигающем платье, и белом переднике с подносом в руках стояла та официантка из ресторана, в котором мы обедали с отцом.        - Проходите. - я даже растерялся и не сразу сообразил отойти от двери.        - Ваше мороженое, сэр. - девушка аккуратно поставила поднос на кофейный столик и отошла в сторону.        - Спасибо. А я Вас сразу узнал! Это ведь Вы? Та официантка из ресторана? - я не мог не спросить. Вся эта ситуация днем и теперь у меня в номере забавляла и придавала новые ощущения моей осеревшей жизни.        - Да всё верно. Что-нибудь ещё желаете? - она терпеливо выжидала ответа, холодно смотря мне в глаза.        - Нет спасибо. - я чуть не потерял всякую совесть размышляя о необычном стечении обстоятельств, пока она всё ещё стояла у двери и ожидала положенную награду за свой труд. - Ох простите немного задумался. - я достал из бумажника лежащего на столике пятьдесят долларов и протянул их девушке.        - Благодарю, но этого много для оплаты заказа. - она вопросительно подняла бровь.        - Ну что Вы. Заказ я просил включить в общий счёт номера, а это чаевые за Вашу работу.        - Что? - она ещё более ошарашенно посмотрела на меня.        - Вы верно недавно работаете в отеле?        - Второй день, если честно. - она сконфуженно отвела взгляд в сторону, и я без всякого опасения мог разглядеть табличку с именем у неё на груди "Катарина", красивое и необычное имя.        - Ну что же тогда желаю Вам успехов на этой работе и чтобы чаевые всегда были не меньше пятидесяти баксов. - я широко улыбнулся своей фирменной улыбочкой, от которой млели все фанатки, но не она... Катарина выпрямилась и так же холодно спросила.        - Благодарю за пожелания! Я могу идти?        - Да, разумеется. Простите, что задержал.        Катарина покинула мой номер, оставив меня пребывать в немом восхищении. Она вела себя сдержанно, элегантно и гармонично. Не смотря на униформу официантки и горничной она казалась особой ну может не королевских, но как минимум дворянских кровей. Эта девушка крепко засела в моей голове и не собиралась её покидать. Для меня по прежнему было удивительно, что она не узнала меня и не попросила фото и автограф. По словам Саймона не было в нашей стране человека, который хотя бы раз не слышал мои песни, а тем более девушки, для которых меланхоличные рассуждения под музыку в моём исполнении являлись отдушиной.        Взяв мороженное и забравшись под одеяло я запустил наш любимый семейный фильм и погрузился в воображаемую тёплую родственную атмосферу. Когда то давным давно, а может и не так уж давно все действительно было прекрасно и радужно, как в одном из многочисленных ситкомов выпущенных в Америке восьмидесятых-девяностых годов. Если и случались какие-то неурядицы в нашей жизни, то они моментально решались и не оставляли неприятного осадка. Но теперь... С того самого чёрного дня... Все шло наперекосяк. Нет, у отца было все прекрасно и даже дела двигались в гору... Мне даже стало казаться, что только я заметил её уход.        Отец как и прежде в работе, бабушка в своих проблемах с очередным ухажером, а на смерть члена семьи им абсолютно начхать.        В тот день когда умерла мама я был на очередном концерте и занимался тогда ещё любимым делом. Отец сгорал на совещаниях и тоже отсутствовал в тот момент, когда на недозволительно огромной скорости чёрный внедорожник подрезав мамин красный спорткар, спровоцировал её выезд на встречную полосу движения и соответственно столкновение с фургоном мороженого. Она при жизни была прекрасна как цветок лотоса и погибла в такой жуткой аварии сохранив красоту до того момента пока не захлопнулась крышка гроба и не засыпали его землёй. От мощнейшего толчка машину развернуло и удар пришёлся в правую пассажирскую дверь и ничего серьёзного не сулил кроме ремонта правой стороны, но по стечению обстоятельств в тот день ремень и подушки безопасности не работали, мама ехала в сервис, чтобы всё исправить и...        Именно в тот день я лишился ровно половины себя. Со смертью мамы посерело абсолютно всё и всё то, что прежде приносило радость стало доставлять немыслимую боль. Просмотр любимого фильма в компании миндального мороженого стали моим убежищем от проблем и надежной крепостью. Именно эти атрибуты создавали иллюзию, что всё хорошо и ничего не происходило четыре года назад.        Мама была для меня всем. Она была эталоном и предметом гордости. Не смотря на сложившийся стереотип о глупости моделей, у неё за плечами было два диплома крупнейших университетов Европы, плюс невероятная начитанность и компетентность практически в любой сфере (будь то литература или медицина). Мама была изящна, грациозна, прекрасна внешне и богато устроена внутренне именно поэтому они с отцом и поженились.        Сразу после её гибели в голову пришли строчки песни, которую я исполняю на каждом своем концерте вот уже четыре года подряд:

Ты так звонко смеешься,

И так дивно поешь.

Даже если захочешь,

В тебе изъян не найдёшь…

Ты всегда помогаешь

И волшебно печешь.

Как бы жизнь не крутила,

Духом не упадёшь!

Я люблю тебя мама!

Мой ангел во тьме.

Я люблю тебя мама!

Мой проводник по судьбе.

Я люблю тебя мама

Где бы ты не была

Я люблю тебя мама

В сердце ты навсегда!        Жалею, только, что не написал ей ни песни, ни стихов раньше и не прочитал их лично. Теперь в надежде на существование загробной жизни я поднимаю глаза к небу и несмотря на свет прожекторов нахожу самую яркую звезду и начинаю петь. Мечтаю что она слышит мои слова и плачет от счастья, как любая мать получив в подарок очередную мазню от своего сокровища.        Простите за депрессивные нотки, но Вы должны узнать меня по лучше. Ведь про отношения с отцом знает всё мое окружение и думаю оно улавливается с первых строк этой истории, а вот о маме я почти ничего не рассказываю никому, кроме той информации, что есть в общем доступе на всем известных сайтах. Так что потерпите немного и прочувствуйте насколько она была мне дорога. Тот кусочек моей души, который она забрала с собой на небеса, навечно останется чёрным. И так или иначе придется на него натыкаться блуждая по закоулкам моего сознания и по задворкам моей души, для более близкого знакомства.