Часть 1
29 апреля 2021 г., 13:51
Гарри, скрытый мантией невидимкой, пробирался сквозь толпу людей. Они все, пока ещё, находились в шоке после битвы. Некоторые стояли небольшими группками по два-три человека, изучая лица мертвых. Другие — ломкими голосами пели песни о победе на войне, двигаясь в сторону школы. Он последовал за их неразрывной цепочкой, тянувшейся к Большому залу, глазами выискивая Рона, Гермиону и Джинни. Но вместо друзей вдруг обнаружил то, что выглядело как импровизированный судебный зал. С одной стороны этого огромного пространства стояло полдюжины связанных Пожирателей смерти с приставленной к ним, вроде как, охраной. С другой — валялось куча тел, в том числе и тело Люциуса Малфоя. Собравшиеся там зрители, безжалостно жаждали отомстить поверженным врагам. Наземникус Флетчер, взявший на себя роль Верховного Судьи, направлял палочку на Драко Малфоя.
— Итак, на основании показаний его матери, мы объявляем Драко Малфоя невиновным — громко объявил он, и Малфоя тут же бесцеремонно бросили в объятья Нарциссы. — Следующий – Грегори Гойл!
— Виновен! — закричала толпа.
Гарри стянул мантию невидимку.
— Что, черт возьми, происходит? — спросил он у молодой девушки, которой на вид было не больше пятнадцати, и чьё лицо исказилось от ненависти.
— Правосудие! — ответила она, даже не удостоив его взглядом.
Гарри поспешил протиснуться вперед. Он почти не слышал, что говорил Наземникус из-за стоящего вокруг шума. А затем, из всего этого гама, он вдруг вычленил высокий, испуганный голос Малфоя.
— Он более невиновен, чем я, — произнес Малфой.
Продвигаться вперед для Гарри становилось всё легче, так как люди, наконец, начали узнавать Героя и благоговейно уступали ему дорогу. Малфой вырвался из объятий матери и заслонил собой Гойла, оказавшись между ним и волшебником, скрывающим лицо за самодельным капюшоном. Палочка этого человека была теперь направлена в сердце Малфоя.
— Я подстрекал его ко всему, — говорил Малфой. — Я вынудил его стать Пожирателем смерти. Если я невиновен, то он тем более.
Нарцисса Малфой рыдала навзрыд, прикрывшись грязным носовым платком. Наземникус задумался.
— Хорошо, — вздохнул он. — Пусть будет по-твоему. Оба виновны. Алловисиус?
Волшебник в капюшоне кивнул. Гарри рьяно пытался обойти нескольких ведьм, мешающих ему оказаться рядом с Малфоем. Он увидел, как Малфой потянулся к руке Гойла, а тот схватился за протянутую ладонь крепко сжав её в ответ.
— Ава… — начал парень, которому, видимо, отводилась здесь роль палача.
— Довольно, — громко крикнул Гарри, наконец, встав возле Малфоя. — Это безумие! Прекратите!
«Гарри Поттер» — раздалось отовсюду в унисон.
— Идите домой! — велел им Гарри, но никто не сдвинулся с места. Он повернулся к Наземникусу, однако тот уже успел как сквозь землю провалиться. Толпа начала давить со всех сторон, и Гарри осознал, что, если не будет действовать быстро, его снесет потоком и отрежет от Малфоя. А при подобном исходе была велика вероятность, что того убьют прежде, чем Гарри снова сможет добраться до него.
Гарри чертовски устал спасать людей.
— Пойдем, — сказал он Малфою, хватая его за запястье. Парень подчинился ему мгновенно, словно это было само собой разумеющимся, что Гарри решил спасти ему жизнь, так же, как сделал это в Выручай комнате. Гойл и Нарцисса, не отставая, шли за ними. Толпа стала редеть, не поспевая за ловкими маневрами Гарри. Запястье Малфоя в его руке ощущалась чересчур костлявым. Он без конца бормотал что-то, но Гарри не мог разобрать ни слова. Когда они, наконец, оказались достаточно далеко от шумного зала, он услышал, что тот говорил.
— Они убили отца, — голос Малфоя был каким-то писклявым и дрожащим. — Они убили его.
Гарри оглянулся.
— Мне очень жаль, — выразил он свое соболезнование. Малфой глянул на него каким-то пустым взглядом, словно вовсе его не видел.
— Они убили его, — опять повторил он.
— С твоей стороны было очень храбро заступиться за Гойла, — произнес Гарри.
— Они убили отца, — продолжал твердить как заведенный Малфой.
— Там! — раздался голос позади них. — Пожиратели смерти! Авада Кедавра!
Всё произошло слишком непредсказуемо и быстро. Нарцисса, без лишней суеты, встала перед Малфоем так непринуждённо, будто собиралась забрать свой заказ в кофейне. Она совершенно не выглядела напуганной. Было ясно, что женщина и секунды не раздумывала над принятием этого решения. Она просто оказалась перед сыном, приняла удар проклятия на себя и замертво упала на пол. Малфой, окоченев от ужаса, не издал и звука.
Гарри молниеносно оглушил нападающего. Он не успел рассмотреть, кто именно это был. Перед глазами мелькнули лишь нечеткие очертания фигуры. Не теряя времени, он быстро создал вокруг них защитный барьер.
— Черт побери, — выругался Гарри.
Малфой вцепился в руку Гойла.
— Мне очень жаль, Драко, — неуклюже промямлил Гойл.
— Нужно доставить вас к аврорам, — изрек Гарри. Он ощущал, как по коже градом катится холодный пот. Сложно было представить, что же сейчас переживал Малфой. — Все превратились в долбанных психов.
— Мы не можем бросить её, — заявил Гойл.
— Монастырь, — неожиданно подал голос Малфой. — Там никого не будет.
— Тебе нельзя тут оставаться, — попробовал возразить Гарри, — нужно как можно скорее убираться из Хогвартса. Иначе тебя убьют.
Гойл отпустил руку Драко, и взял Нарциссу так нежно, словно она была спящим ребенком, а не бездыханным телом. Кадык Малфоя нервно дергался, пока он наблюдал за происходящим.
— Тебе не обязательно сопровождать нас, Поттер, — произнес Малфой, — но мы похороним мою мать в монастыре.
Гарри прижал пальцы к глазам, отмечая неприятную пульсацию в них.
— Мерлин. Ладно. Гойл, наденешь мантию.
— Что? — не понял Гойл. Гарри, игнорируя его вопрос, накинул на него мантию невидимку. Они, вместе с Нарциссой, с трудом поместились под ней, так что о том, чтобы накрыть ею ещё и Малфоя не было и речи.
— Малфой, ты… даже не знаю, просто держись ближе ко мне. Действовать надо очень быстро.
Малфой кивнул и протянул руку. От его прямого, доверчивого взгляда у Гарри внезапно закружилась голова. Мир определенно перевернулся с ног на голову.
Они крались по коридорам, стараясь постоянно оставаться в тени. Пару раз им пришлось прятаться в пустых классах, пока мимо не проходили группы ребят, громко переговариваясь между собой. Дорога до монастыря, с остановками, заняла около пятнадцати минут.
Как и предсказывал Малфой, кроме них в округе не было ни души. Каменный двор хранил тишину и безмятежность. Гойл бережно положил Нарциссу на каменную кладку под одиноко растущим деревом в центре двора. Гарри трансфигурировал один из камней в лопату и протянул её Малфою, однако тот лишь отрицательно покачал головой.
— Разве ты не хочешь… — осторожно начал Гарри, вспомнив Добби, и то, как ему пришлось самому копать для него могилу.
Но Малфой поднял свою палочку, а точнее — палочку своей матери (как внезапно осознал Гарри), и начал колдовать. При помощи магии булыжники поднимались в воздух и зависали там. Затем, в земле был аккуратно вырезан кусок, почему-то ассоциирующийся с куском огромного шоколадного торта, который тоже взмыл вверх, оставив после себя яму размером в шесть футов глубиной и три фута шириной. Легким движением палочки булыжники и земля опустились рядом с ямой, дожидаясь момента, когда потребуется вернуться на свое изначальное место. Это была неспешная, осторожная магия, именно такая, в которой Гарри был полный ноль. Малфой разглядывал получившуюся могилу.
— Драко, я очень плох в левитирующих чарах, — нарушил тишину Гойл.
Малфой поднял глаза, глянув так, будто совсем забыл о том, что был не один. Он помотал головой, подошел к матери и встал на колени возле неё. Убрав с её лица волосы, он наложил очищающие чары, и взял её под руки, чтобы поднять.
Держа свою мать на руках, он сделал несколько неустойчивых шагов, а затем споткнулся об небольшую горку булыжников возле могилы.
— Тебе следует левитировать её, Драко, — проговорил Гойл.
Малфой протестующе замотал головой. Он осторожно сел на краю ямы, крепко вцепившись в тело Нарциссы, и прыгнул вниз.
— Черт, — выругался он, как только приземлился и сразу же упал.
— Ты в порядке? — обеспокоено уточнил Гойл.
Малфой не ответил. Он вскочил на ноги, осторожно уложив тело своей матери. Она, с плотно закрытыми глазами, выглядела умиротворенной. Малфой склонился над ней, что-то шепча.
У Гарри больше не было сил наблюдать за этим. Он стал бродить кругами по дорожкам монастыря, ожидая, когда Малфой закончит.
— Драко, — наконец раздался голос Гойла. Гарри подошел к Гойлу, стоящему у края могилы. Малфой лежал, тесно прижавшись к Нарциссе и уткнувшись носом ей в шею.
— Похороните меня с ней, — жалобно попросил он.
Гарри сел на край ямы, свесив ноги вниз и протянув ему руку.
— Ну же, Малфой! — сказал он.
Тот не ответил и даже не шелохнулся.
— Мы должны увести Гойла. Ему грозит опасность. А ты прекрасно понимаешь, что без тебя он и шагу отсюда не сделает, — привел весомый аргумент Гарри.
Малфой заколебался, но после кивнул. Вокруг кулака он туго обвязал прядь волос своей матери. Прошло минут пять, прежде чем он поднялся. Было похоже на то, что при приземлении он повредил лодыжку.
— Возьми меня за руку, — велел ему Гарри, и тот безропотно послушался.
После нескольких неудачных попыток Драко всё же удалось выбраться из могилы. Он встал на ноги и, прихрамывая, пошел прочь. При каждом движении его плечи быстро поднимались и опускались вниз.
— Я только испорчу всё, — произнес Гойл, указывая на булыжники и землю.
— Я позабочусь об этом, — ответил Гарри. Он старался подражать Малфою и колдовать медленно и осторожно. Заклинанием он опустил землю на тело Нарциссы и вернул булыжники на место, создав из одного из них надгробие.
— Не указывай её имя, — попросил Гойл. Гарри нахмурился, но про себя признал, что Гойл, вероятно, прав. Ему даже представлять не хотелось, как могли осквернить могилу, если бы стало известно, что в ней покоится кто-то из Малфоев.
«Любящая мать» — выгравировал Гарри. А затем у него в голове всплыла картинка красивого желтого цветка — нарцисса. И, несмотря на усталость, злость и печаль, въевшуюся ему прямо в душу, он всё равно заставил себя сосредоточиться на этом мысленном образе. Образовавшаяся клумба выглядела неаккуратно, но зато, густо растущие нарциссы, были солнечно яркими, создающими теплую атмосферу весны.
— Готово! — крикнул он Драко.
Тот повернулся и, уставившись себе под ноги, хромая, вернулся к ним. Поравнявшись с Гарри, он, в конце концов, взглянул на надгробие. Он смотрел и смотрел, широко открыв глаза. Гойл встал рядом, обняв его за талию.
— Всё будет хорошо, да? Мы будем в порядке, верно, Драко? — с надеждой спросил он.
— Да, — ответил Драко треснутым, сиплым голосом, — не тупи. Конечно, мы будем.
— Нам пора идти, — поторапливал Гарри. Малфой покосился на него и кивнул.
— Ещё немного, — попросил он. Но Гарри услышал хриплый сумасшедший смех где-то со стороны монастыря.
— Тут небезопасно, — напомнил он. — Ты сможешь снова прийти сюда, Драко. В другой раз, хорошо?
Драко повернул голову, чтобы посмотреть на него. Выражение его лица стало таким озадаченным, словно Гарри выдал какую-то глупость, которая его искренне удивила.
— Я собираюсь в Азкабан на пожизненный срок, Поттер.
— Нет, если я вмешаюсь, — заявил Гарри. На это Драко лишь фыркнул и вновь повернулся к надгробию своей матери.
— Это правда, Драко? — задал вопрос Гойл. — Нас отправят в Азкабан?
Драко мгновенно переменился в лице.
— Нет, — успокаивающе ответил он. — Разумеется, нет. Я дам показания в твою защиту, Грег. Не беспокойся.
Гойл вздохнул с облегчением.
— Гарри, это ты?
Гарри резко обернулся. Перед ним, в десяти шагах, стоял Кингсли Шеклболт.
— Не причиняй им боль! — попытался остановить Кингсли Гарри, заметив, что тот достал палочку.
Мужчина стремительно кинул связывающим заклинанием в Гойла и Малфоя, и призвал, отобрав заклинанием, также их палочки.
— Я не причиню им вреда, — успокоил он Гарри. — Я сопровожу их в Министерство. Толпа становится… неуправляемой и требовательной.
— Они убивают людей, — сказал Гарри.
— С этим разберутся авроры, — пообещал Кингсли, — мистер Малфой, мистер Гойл, вы готовы сотрудничать, или мне следует вас оглушить?
— Мы будем сотрудничать, — ответил за них двоих Драко.
— С моим отцом всё хорошо? — спросил Гойл.
— Мы держим его под стражей, — ответил Кингсли. Драко улыбнулся.
— Слышал? — сказал он Гойлу. — Я же говорил тебе.
— Что с ними будет? — вмешался в разговор Гарри.
— Все пожиратели с меткой будут держаться под стражей до суда, без возможности выхода под залог, — обратив внимание, что такой ответ не удовлетворил Гарри, мужчина усмехнулся и добавил. — Я присмотрю за ними лично, Гарри. Тебе следует перестать беспокоиться о спасении всего человечества.
Казалось, Малфой и Гойл абсолютно забыли, что Гарри был здесь. Они позволили Кингсли схватить себя под локти, после чего все трое исчезли, перенесшись в Министерство при помощи портключа.
Гарри остался стоять в полном одиночестве во дворе монастыря, ощущая, как живот скручивает от тошноты и изнеможения.
***
Последующие недели напоминали бесконечный фильм ужасов. Похороны, чашка чая, люди поздравляют его с победой. — Я понимаю, почему ты выступаешь в защиту Малфоя, — говорит Рон, — но Гойла? — Он просто недалекий, — объяснял Гарри. — Всего лишь не очень умный ребенок, оказавшийся на войне. — Он пытался нас убить! — Я помню, я только… — Я согласна с Гарри, — встряла Гермиона. — Я тоже буду выступать в его защиту. — Он проявил такую… доброту, когда Нарциссу убили, — припомнил Гарри. Он пересказал им всё, что произошло, но поймал себя на том, что не способен полностью описать пустоту на лице Драко. Ему даже снились сны об этом. Сны, в которых вместо Драко была белоснежная оболочка, заслоняющая небо, и каждый раз после этого, он просыпался с чувством полной безысходности. Он вспоминал Драко, лежащего в могиле своей матери, и задавался вопросом, каково это — увидеть, как твоя мать умирает за тебя. Хотя на бессознательном уровне ответ ему был известен, ведь так? Он видел то же самое, даже если не мог это вспомнить. В итоге, их выступление в защиту Гойла на суде ничем не помогло. Все Пожиратели смерти с метками были приговорены минимум к пяти годам заключения в Азкабане. Даже показания Драко, в которых он уверял, что практически вынудил Гойла присоединиться к армии Волан-де-морта, не изменили ситуацию. Драко был единственным Пожирателем смерти, избежавшим тюрьмы. Гарри, Рон и Гермиона свидетельствовали, что он намеренно солгал, чтобы спасти их жизни. Дин и Луна тоже защищали его. Они, очевидно, подслушали, как он попытался покинуть ряды пожирателей, за что был наказан отцом. Его приговорили к ограничению магии на год и оштрафовали на огромную сумму. Но, несмотря ни на что, он был свободен. Пока оглашали приговор, Драко, часто моргая, стоял на скамье подсудимых, ни разу не взглянув в сторону Гарри. Гарри не мог понять, почему же его так сильно это беспокоило.
