под запретом

                  джонни неспеша двигается по коридору, стуча в плотно закрытые двери. уже наступило утро, а значит юным магам пора вставать на занятия. мимо него проходит зевающий, взъерошенный мальчишка, неуклюже подтягивающий длинные рукава рубашки. столкнувшись взглядом с храмовником, он тут же выпрямляется и семенит в сторону лестницы.       джонни качает головой: являясь одним из самых молодых смотрителей (младше его был один только марк, поступивший на службу совсем недавно), он не имел консервативных застарелых взглядов, и не считал магию преступлением против природы. но затворники башни все равно его сторонились.       все-таки, это так несправедливо, что общество так ненавидит магию, и запирает чародеев с раннего возраста в эту тюрьму. неудивительно, что они не доверяют своим охранникам.       к счастью (а может и к сожалению), без исключений не обходится: минимум двое из жителей башни не видят проблемы в том, чтобы донимать храмовников, и с большой охотой ведут с ними беседы.       юта, что недавно сдал экзамены и перешел на этаж выше, постоянно крутился вокруг марка и не давал ему прохода, смущая новопосвященного служителя церкви. один раз, марк даже просил поставить его на другой этаж. а вот головная боль джонни проявлялась в лице донхека. парнишка только за последний год сжег целый стеллаж в кабинете старшего чародея, выпустил пикси, которые преследовали рыцаря‐командора даже в уборной, стащил со склада гримуар с древними темными заклинания и смастерил куклу-вуду, которая работала через раз. и если на все это еще можно было закрыть глаза, то на его открытые заигрывания — уже нет. не то чтобы джонни был принципиальным. он даже и верующим то не был, родители его просто не спрашивали, хочет ли он пройти посвящение в рыцари и стать частью великого ордена. здесь было что-то другое. возможно, ощущение, что если поддаться чарам пакостливого мага, то назад дороги не будет. когда джонни был наблюдателем в банный день, донхек специально обливал себя из ведра в поле зрения храмовника. джонни видел перед глазами округлую задницу, крепкие бедра и "детский" мягкий живот. он детально запомнил, как капли воды стекают по смуглой спине, как парень проводил ладонями по своим соскам и как облизывал пухлые губы. — у тебя нет запасного полотенца? совсем из головы вылетело, оставил в комнате. гаденыш. но пусть не думает, что они играют по его правилам. джонни усмехается, отрываясь от стены. — похоже, тебе придется слегка намочить одежду. донхек явно недоволен, что рыцарь не повелся на его выходку, а от тягучего взгляда джонни по его телу и вовсе покрылся мурашками. с другой стороны, возможно это знак, что он близок к желаемому.

🕯🕯🕯

      в конце недели, большей части храмовников было разрешено покинуть башню и отдохнуть в ближайшем трактире. конечно, все ходят туда исключительно из-за симпатичных служанок, что разносят напитки. джонни подобные мероприятия всегда пропускает: на него обет безбрачия не слишком то давил и если нарушать, то нарушать достойно и со вкусом.       в полупустой башне, когда все чародеи уже отправились по комнатам, заняться было, откровенно говоря, нечем. вот и приходится патрулировать коридоры по кругу. и только джонни направился в сторону лестницы, как услышал хлопок дверей часовни. в это время она должна быть закрыта, а ключи есть только у рыцарей. неужели, кто-то вместо отдыха решил исповедаться?       джонни осторожно подбирается к дверям, заглядывая в щелку. он даже дыхание задерживает, чтобы латы не шумели.       внутри он видит знакомую рыжую макушку, и как донхек активно перебирает что-то на полках. затем, он идет в другую сторону, исчезая с поля зрения. рыцарь не выдерживает — нужно выяснить, что собрался устроить юный маг.       дверь скрипит слишком громко, джонни не успевает это предотвратить: донхек резко оборачивается, отскакивая от статуи, что стояла у стены. — если мне не изменяет память, тебе сюда нельзя. тем более, в такое время, — джон расправляет плечи, стараясь выглядеть устрашающе. — я как раз ухожу, — донхек понимает, что все пропало, но не оставляет попыток сохранить лицо. умирать, так с гордостью. — откуда у тебя ключ?       парнишка молчит, гордо задирая подбородок. джонни с одной стороны им восхищен, а с другой, не знает как ему реагировать. по правилам, провинившегося нужно за шкирку тащить к рыцарю-командору или главному чародею. а если говорить за самого себя, джонни безумно интересно, чем тут донхек промышляет глубокой ночью и доносить на него он не хочет. — а что мне будет, если я расскажу?       молодой храмовник не сдерживает смех. только донхек может начать торговаться в таком положении. — у тебя уже есть цена? — джонни улыбается, снова оглядывая донхека снизу вверх. возможно, это совсем аморально, но, кажется, это отличный повод свести их общение к тому самому.       донхек прищуривается, пытаясь найти подвох в словах рыцаря, но столкнувшись с ним взглядом, тут же меняется в лице. он резко подходит к джонни, встает на цыпочки и влажно целует его в губы. целоваться он совсем не умеет, но его попытки возбуждают еще сильнее. джонни перехватывает инициативу, проталкивая язык в чужой рот, вылизывая небо и проходясь по зубам.       когда донхек отстраняется, чтобы вдохнуть кислорода, за ним тянется ниточка слюны. тонкие пальчики легко развязывают шнуровку на широкой рубашке, хек стягивает ее через голову, кидая на скамью. к штанам он приступать не торопится. — я не знаю, как снимаются доспехи.       джонни кивает. ну еще бы, откуда деревенскому мальчишке, с рано проявившимися нестандартными способностями, знать о таком. открепляя латы частями, и осторожно кладя их рядом на пол, чтобы не создавать лишний шум, джонни постепенно остается в легкой сорочке и плотных брюках. донхек, глядя на просвечивающее крепкое тело, с литыми мышцами, невольно обхватывает себя руками.       джонни это кажется невероятно милым. все-таки, чародей был безумно привлекательным, и видеть смущение на его лице — словно запретная магия.       рыцарь подходит к донхеку вплотную, проводя пальцами по шее, груди и животу. он невесомо целует хека, слегка дует на его раскрывшиеся в ответ губы. — сними с себя все.       донхек резко выдыхает, и, не отстраняясь от джонни, тянет штаны вниз, вышагивая из них. наступая себе на пятки, он скидывает и ботинки.       джонни не может оторвать взгляда от гладкой кожи. на хеке словно нет ни одного волоска, и только в зоне паха есть совсем легкий пушок.       чародей менее терпеливый, чем джон: он сам тянет брюки храмовника вниз, вытягивая губы для поцелуя. джонни не был садистом, чтобы ему в этом отказать. он сам раздевается догола, но в наказание прикусывает нежную кожу на шее, оставляя небольшую метку.       донхек прижимается к нему, маниакально водя ладонями по прессу и груди, несильно сжимая ее. по его телу бегут мурашки, в часовне было прохладно. — согрей меня.       тихая просьба, которая, казалось бы, совсем невинная, но джонни видит по темнеющим глазам, как сильно сейчас заводится младший. и он чувствует то же самое.       большие ладони сминают мягкие ягодицы, донхек обнимает рыцаря за шею, и подается бедрами вперед. их члены соприкасаются, и стоны издают сразу оба. хек опускает взгляд вниз, охая от разницы в размерах. — у тебя ведь никого не было? — нет.       джонни задумчиво проводит рукой по плечу мага. под рукой нет ни масла, ни какого-нибудь жира. трахнуть девственника насухую или даже со слюной — просто безумие. к счастью, выход из ситуации находится сразу же. — повернись ко мне спиной, и упрись руками в скамью.       донхек повинуется, но его пробирает неприятный холодок. он обсуждал с другими парнями, как это лучше делать. неужели, его сейчас просто так, без подготовки?...       джонни давит на его спину, вынуждая поднять задницу выше. хек жмурится, готовый упираться и бежать. то, что происходит дальше, выкидывает его из реальности.       язык храмовника проходится вдоль сжавшегося входа, лижет гладкие стеночки. донхек громко стонет, сразу же расслабляясь и крепче хватается за скамью. равновесие начинает стремительно теряться. джонни доволен подобной реакцией. он проталкивает язык глубже, одновременно шлепая правую ягодицу. с каждым движением языка, хек становится все громче, хаотично двигается в такт и то тянется себе подрочить, то снова хватается за скамью. джон закрывает ему рот, опасаясь, что парень перебудит весь этаж. донхек, окончательно одуревший от новых ощущений, начинает лизать чужие пальцы.       язык проталкивается глубже, джонни водит им по кругу, иногда дуя на краснеющую кожицу. в один момент, донхек резко замирает, больно кусая храмовника за пальцы, и кончает. его трясет, если бы не джонни — упал бы на пол. — ты как? — очень хочу тебя отсосать...       донхек резко садится на колени, сразу же тянет свои ладошки к члену джонни. взгляд у него немного расфокусированный, но он определенно в сознании.       хек лижет основание члена, посасывает тяжелые яйца, пробует на вкус выделяющуюся смазку. он делает все неумело, но джонни все равно готов публично заявить, что это лучший минет в его жизни. донхек понимает, что заглотить на всю длину не сможет, и поэтому, пропускает член в горло лишь на половину, помогая себе руками. горячая пульсирующая головка утыкается в стенки рта, мажет по языку, предъэякулят начинает выделяться все обильнее.       донхеку нравится чувствовать, как на члене джона начинают взбухать вены, он активнее двигает рукой, и водит по кругу уже немеющим языком. наконец, джонни откидывает голову назад, мышцы на его животе сокращаются и он обильно изливается донхеку на язык. хек размышляет пару секунд, а затем глотает, вызывая удивленное "ах" у рыцаря.       джонни подтягивает хека к себе, чтобы поцеловать, и этот грязный поцелуй становится номером один в его жизни.       у хека снова стоит, но судя по тому, как он дрожит — кончит еще быстрее, чем в первый раз. пара движений рукой, и хек снова давится в стонах, крупно дрожит хватаясь за плечи храмовника.       одеваются они молча. донхек едва стоит на ногах, и хихикает, когда едва не спотыкается. джонни с трудом отрывает взгляд от голого тела.       что теперь делать с неконтролируемым желанием изводить чародея пальцами и заставлять его умолять, чтобы эти самые пальцы заменили членом — он пока не придумал. — ты же понимаешь, что я все равно не скажу, откуда у меня ключ? — да и так ясно, что от марка. юта ошивается вокруг него на постоянной основе, а ты воспользовался моментом.       донхек поджимает губу, словно ребенок, чью шалость раскрыли. — ты меня сдашь?       джонни поворачивается в его сторону, продолжая закреплять на себе латы. парнишка даже не представляет, что сегодня стал чем-то вроде личного наркотика для рыцаря. и от него отказываться джонни не собирается. — надеюсь, когда-нибудь, ты поделишься своими злодейскими планами со мной.       донхек улыбается, подбегая к джонни, и быстро целуя его в щеку. — а я могу иногда ночевать у тебя? мой сосед по комнате громко храпит.       рыцарь смеется, щелкая хека по носу, но этаж и нужную дверь все равно называет. донхек обещает заглянуть как можно скорее, и быстро ретируется из часовни. как только он скрылся, джонни замечает сунутый себе под пояс ключ.