под запретом

            за последние пару месяцев, джонни невероятно сильно привязался к донхеку. юный чародей частенько заходит в его спальню поздней ночью, когда вся башня видит уже десятый сон. хек скидывает обувь, залезает в кровать, и греется о теплое тело джонни. он говорил, что в общих комнатах холодно.       джонни жертвует часами сна в такие моменты, чтобы убаюкать донхека парочкой историй с его службы или рассказать, что же такого интересного есть в больших городах. хек задает много вопросов, а когда начинает засыпать, перечисляет все то, чтобы он хотел попробовать из еды.       их первый раз произошел в одну из таких ночей. донхек сам начал медленно целовать джонни, холодными руками забираясь под его ночную рубашку.       донхек был самым сильным наваждением. его запах, тело, кожа, смех — все сводило с ума. джонни никогда не чувствовал к кому-то подобного, и когда он услышал тихое "я хочу тебя" на ухо, то последние крупицы самообладания его покинули.       узкий, жаркий, возбуждающий, горячий, умоляющий, тяжело принимающий член донхек — за такой подарок рыцарь готов понести любые последствия.       после их первой ночи, чародей привязался к джонни еще сильнее. он постоянно крутился вокруг него днем, смущенно улыбался, когда они пересекались взглядами, а когда пробирался в рыцарские покои, строил мечты о счастливом будущем. — когда-нибудь, я отсюда сбегу. мы встретимся в одном из самых красивых и больших городов, и снова будем вместе. — и как же я тебя найду, если ты сбежишь?       донхек поднимает голову, и укоризненно смотрит на рыцаря, словно тот сказал самую большую глупость в мире. — само собой, я оставлю тебе подсказки, которые никто другой не сможет разгадать.       джонни смеется, целуя донхека в лоб. его наивность в подобных вещах поражала и умиляла одновременно.

🕯🕯🕯

      когда храмовникам снова было позволено на пару дней покинуть башню, чтобы повидать родных — джонни не стал отказываться, как делал это в другие дни. только вот в столицу он решил выбраться не для того, чтобы навестить своих родных. семья была слишком далеко отсюда, и до них добраться вряд ли получится в ближайшие годы.       все эти дни джон провел в путешествиях по торговым лавкам. экзотические сладости, симпатичные безделушки и ювелирные изделия — тем, у кого есть горсть золотых были открыты все дороги.       баночка меда, который было практически невозможно достать в здешних условиях, орехи в сахаре и свежие ягоды: донхеку должно понравится. конечно, джонни бы хотел сделать ему более значимый подарок — например, золотое колечко с гравировкой. но чародеям не разрешается носить украшения.       по прибытию в башню, джонни сразу же встречают недовольно поджатые губы. донхек хочет выглядеть злобно, но глаза выдают его с потрохами — он волновался и скучал.       за окном уже начинает светать, когда хек все-таки прижимается к храмовнику. — почему ты уехал? тут было так пусто все эти дни...       джонни улыбается, поглаживая донхека по голове. в конце концов, он сам жутко соскучился. — у меня для тебя кое-что есть. но ты ведешь себя как ребенок, и я даже не знаю, стоит ли...       хек шлепает джонни по животу, хватает его за руки и делает попытку прижать того к кровати, но рыцарь с легкостью переворачивает их, и оказывается сверху. прижатый чародей сдается моментально, целуя джона, проводя языком по его раскрытым губам.       джонни невесомо проводит пальцами по щеке младшего, а затем поднимается и идет в сторону небольшого комода. оттуда он достает коробочку с подарками.       донхек удивленно охает, когда открывает крышку и смотрит на содержимое. — ты говорил, что хочешь много всего попробовать, но начинать надо с малого. согласен?       первый орешек тут же исчезает во рту хека, и тот восторженно пританцовывает. затем он пробует вишню, слегка морщится. — я не знал, что она кислая. а это что? мед?       чародей тут же сует ладошку внутрь банки, и с наслаждением слизывает с нее сахаристую консистенцию. джонни забирает банку из рук, целуя тонкие пальчики. — я слышал, что вам дают безвкусную кашу и черствый хлеб. оставь мед для этого. — не думал, что тебя заботит подобное...       донхек отставляет подарки на прикроватную тумбочку, а затем усаживается к джонни на колени. тот прижимает его за ягодицы, целует в грудь, сквозь ткань сорочки. липкие пальцы проникают джонни в рот, пахом чародей трется о напряженный живот храмовника. слизав весь мед с чужих рук, джон вновь придавливает чужое тело к матрасу, проходится языком по шее, прикусывает сосок. донхек сам спускает с себя штаны, шире разводя ноги.       джонни жарко дышит на возбужденный член, проходится языком вдоль основания. краснеющая головка тут же отзывается на ласку, выделяя немного смазки. взять за щеку, немного поиграть с яйцами, подуть на кончик, и после взять глубже, вибрируя горлом. донхек сводит колени, подается бедрами вперед, беспорядочно вертит головой и закусывает ребро ладони. джонни выпускает член изо рта с характерным громким хлюпом, подключая руки.       ногтем он проникает в щелку, от чего хек едва не подпрыгивает на постели.       пока джон надрачивает младшему, они не перестают целоваться, прикусывая губы друг друга. чародей снова разводит ноги в стороны, чтобы джонни было удобнее, руками он держится за мощную спину.       оторваться друг от друга их побуждает лишь отсутствие кислорода. джонни словно под гипнозом смотрит на припухшие губы, краснеющие щеки и ниточку слюны, что течет по подбородку. донхек сжимает его лицо ладонями, смотрит прямо в глаза. — я не хочу говорить, что люблю тебя — здесь. обещай, что мы скажем это друг другу лишь на свободе.       рыцарь молчит первые пару секунд, но затем кивает, и тихо отвечает: "обещаю".       тогда донхек слегка его отталкивает, поворачиваясь задом, и вставая в коленно-локтевую. он очень редко позволял брать себя в такой покорной позе. ведь в таком положении приходится полностью отдавать контроль своему партнеру. джонни целует каждый выступающий позвонок, все это время оглаживая мягкие ягодицы, живот и тяжело вздымающуюся грудь.       когда младший окончательно расслабился, рыцарь потянулся за приторно-пахнущим маслом, что стояло под кроватью. его джон сразу же льет себе на руки, нагревая перед тем, как начать растягивать хека.       первый палец скользнул совсем легко, и донхек сразу же просит добавить второй. иногда джонни забывает о том, что это далеко не первый их раз. чувства, эмоции и ощущения — с каждым разом были все сильнее.       джонни делает "ножницы" двумя пальцами, смазывает горячие стенки, давит на простату и попутно гладит чужой член. донхек от такого скулит, кусает себя до крови, чтобы не сорваться и не начать стонать в полный голос, хаотично двигает бедрами, и запрокидывает голову назад. когда добавляется третий палец, чародей сжимает простынь до белых костяшек, не сдерживается, изливаясь в руку джонни. рыцарь сам на пределе, и сил на то, чтобы и дальше мучить хека пальцами и дрочкой у него нет.       спустив штаны, джонни пару раз проезжается крупной головкой вдоль дырочки, и донхек от этого покрывается мурашками. член начинает медленно растягивать вход, проникая все глубже, рыцарю приходится приложить не мало усилий, чтобы сдержать низкий стон, и не начать вколачиваться со всей силы. оказавшись полностью внутри, джонни берет медленный темп, давая чародею привыкнуть. донхек же, словно обезумел, начинает лихорадочно двигаться навстречу, требуя увеличить скорость и трахать его сильнее.       в комнате становится неестественно жарко, слышны громкие частые звуки толчков, шлепков мокрых бедер друг о друга, и тяжелых вздохов. донхек выпрямляет руки, что были согнуты в локтях, весь дрожит и почти теряет равновесие, но все равно оборачивается, чтобы получить поцелуй. джон крепко держит его за талию одной рукой, а второй обхватывает за шею.       конечно, поцелуем это сложно назвать — они оба едва могут двигать ртами, и просто мажут друг друга губами, пытаясь выдавить из себя пару слов.       наконец, джонни чувствует, как пружина в его животе начинает сжиматься и искриться. еще пара толчков, и он кончает глубоко в донхека.       в этом было что-то неправильное, но тем не менее очень возбуждающее.       донхек обессиленно падает на подушки, тяжело дышит, а затем поворачивается на спину. смотря джонни в глаза, он пару раз проводит по своему члену рукой, и кончает второй раз, на свой живот.       рыцарь сдвигает прядки волос с мокрого лба хека, ложится рядом с ним, утыкаясь носом в плечо. и мгновенно засыпает.

🕯🕯🕯

      проснувшись утром, джонни чувствует рукой привычную холодную простынь.       донхек всегда уходил под утро, чтобы их не поймали вместе. но в этот раз, на кровати лежала небольшая записка, с нарисованным гербом одного из крупных городов. и если джонни не изменяла память, там находился один из самых крупных портов.       на завтраке донхека нигде не видно, и его соседи по комнате также в замешательстве из-за его отсутствия.       к середине дня в башне начинается паника — один из чародеев сбежал этой ночью. и пока храмовники допрашивают остальных магов, джонни смотрит на рисунок. загадка разгадана — донхек отправился туда.       если бы джонни был хорошим рыцарем, честным воином и верил в силу создателя — наверняка он бы сейчас передал записку командору. но джонни поступает по-другому: он добровольно присоединяется к поисковому отряду. во время привала, пока остальные храмовники спали, он садится на свою лошадь, делает ложный след и мчится на собственные поиски донхека.