Капкан

Квартира Высоковой, пятница, 9:00 Люся медленно подняла тяжёлые веки и содрогнулась от мурашек, что охватили её организм. Несколько дней употребления наркотиков давали о себе знать, и теперь юную девушку ломало всё сильнее. Рядом мирно посапывала Клава, которая ворочалась от кошмаров всю ночь и смогла успокоиться лишь к утру. Чеботина понимала, что вчера её девушка пережила одни из самых страшных эмоций. Она знала, что Высокова теперь будет шарахаться каждой машины такси. Шатенке хотелось стереть из памяти любимой ужасные воспоминания о том, как её везут чёрт знает куда. Она нежно коснулась пухлыми губами бледной кожи на шее блондинки и постепенно стала переходить на ключицы. От таких приятных действий старшая девушка вышла из царства Морфея и, ещё не раскрывая глаз, растянула губы в глупой улыбке. — Мм, Лю, — сонно пробормотала Клава и погладила свою маленькую бестию по голове, пока та уже трепетно целовала её грудь. — Я тебя ужасно люблю, — на пару мгновений прервалась Люся, а потом вернулась к ласкам и стала посасывать соски. Затем она вновь отстранилась и взглянула в серые глаза партнёрши. — Ты всю ночь ворочалась… Что-то плохое снилось? — Да… — тихо призналась Клавдия. — Мне снилось, что ты не успела… Что он увёз меня далеко в лес и… — Это всего лишь сон. Я здесь, я рядом, — прошептала Люся и тут же накрыла пухлые губы Высоковой нежным поцелуем, ладонью начиная изучать стройные бёдра. Ловкие пальцы подбираются к промежности и осторожно касаются половых складок, поглаживая, потирая, разжигая внизу живота искорки возбуждения. Клава едва слышно стонет сквозь поцелуй и в ответ лапает обнажённое и такое горячее тело своей бестии. — Ах, Лю, я хочу пожёстче, — бормочет она и с мольбой смотрит в карие глаза. — Помнишь, как было на выпускном, в моём кабинете на столе, мм? Чеботина пошло ухмыльнулась и грубо схватила партнёршу за запястья, мгновенно лишая возможности двигаться. — Будешь рот свой открывать лишь для того, чтобы мне лизать, поняла? — слишком строгим тоном сказала младшая, смотря прямо в серые глаза снизу, что излучали и покорство, и азарт. — Мм, Лю, мне так нравится, когда ты такая… — Заткнись, я сказала! — прикрикнула шатенка. — Такая дерзкая… — всё же закончила блондинка, за что тут же получила болезненную пощёчину, от которой звонко вскрикнула. — Русского языка не понимаешь?! — Чеботина слезла с постели, достала из шкафа ремень и вновь села сверху на партнёршу. — Руки! Старшая девушка послушно протянула руки, а младшая скрепила запястья кожаным ремнём, причём достаточно сильно. Она приподнялась на бёдрах и расположилась над лицом блондинки, присаживаясь. — Давай, сучка. Поработай своим болтливым языком в правильном месте, — рычит Люся, а Клава решает больше не играть с огнём и покорно касается кончиком языка шёлковых складок. Чеботина упирается ладонями в стену над спинкой постели и прикрывает веки, шумно вздыхая от настигающего возбуждения. — Давай, сука, активнее, — приказывает девочка и двигает бёдрами навстречу. Высокова начинает посасывать клитор, смаковать губами, а девушка сверху хрипло застонала от наслаждения. — Молодец, бусинка. Давай ещё, работай язычком. Клавдия увеличивает скорость ласк, всё активнее удовлетворяет свою маленькую, но чертовски дерзкую бестию, и даже слегка прикусывает центр нервных окончаний, вызывая ещё большее количество стонов. Вдруг, Люся резко слезла с неё, развязала и грубым рывком перевернула на живот. Прежде чем дойти до оргазма, хотелось вдоволь насладиться своей любимой. Она сложила ремень пополам и замахнулась, уже через мгновение обжигая ягодицу Клавы жёстким ударом. — Блять, Люся! — взвизгнула старшая от боли и попыталась перевернуться на спину, но младшая не позволила. — Терпи! Сама же хотела грубости! — шатенка вновь замахнулась и оставила на заднице блондинки новый красный отпечаток от кожаного ремня. Та заскулила и стиснула в пальцах простынь. Чеботина решила чуть смягчиться и нежно погладила место удара, дабы облегчить жгучую боль. — Давай, бусинка, вставай на четвереньки. Высокова тут же покорно заняла нужную позицию и красиво прогнулась, виляя задницей. Такая животная грубость её бестии безумно возбуждала, от чего она была уже вся влажная. Люся достала из шкафа страпон и через минуту закрепила ремни на поясе. — Какая же ты красивая, сучка. Какой шикарный вид, — рвано дыша, прошептала младшая и, обхватив ладонью ствол секс-игрушки, стала водить головкой по половым складкам, слегка раздвигая их. — Мм, Лю, ты взяла ту игруш… Ах! — звонко вскрикнула старшая, не успев договорить, ведь Чеботина резко вогнала во влагалище член, растягивая тугие половые мышцы. — Заткнись! — сильный шлепок по упругой ягодице. — Ты забыла для чего должна открывать свой поганый рот?! — П-прости… — вновь случайно ляпнула Высокова, а Люся тут же совершила грубый толчок, в наказание, от чего та заскулила. — Для чего ты должна открывать рот?! — Чтобы… Чтобы лизать тебе, — сбито дыша, пробормотала Клавдия. — Молодец, хорошая память, — Люся вновь шлёпнула свою девушку, затем схватила за бёдра и стала совершать медленные, но глубокие движения. Блондинка тихо постанывает, опускается на локти, прогибаясь в позвоночнике ещё сильнее и утыкаясь лбом в свои руки. Шатенка постепенно увеличивает скорость, трахает партнёршу всё активнее, всё жёстче, изредка ударяет по ягодицам и кусает свои губы, ведь ощущает сильнейшее возбуждение внизу живота. Стоны старшей становятся громче, звонче, а потом даже срываются на крики, пока искусственный член проникает в её лоно и затрагивает самые чувствительные точки, от чего естественной смазки становится слишком много и она медленно стекает по внутренней стороне бёдер. — Ах, Лю, я почти… Боже мой… — Сука, хватит свой рот не по делу открывать! — недовольно рычит Чеботина и мгновенно останавливается, покидая чертовски влажное влагалище. В следующую секунду задницу блондинки обжигает кожаный материал ремня, с её губ срывается жалкий вскрик, а трясущиеся от напряжения кулачки ударяют по матрацу. Люся рывком переворачивает партнёршу на спину и резко раздвигает её ноги, располагаясь между ними и сразу же проникая до упора. Клава стонет от удовольствия, смешанного с болью, и закрывает глаза, откидываясь на подушку. Младшая девушка схватила старшую за шею и сжала, придушивая, вновь начиная резво двигаться, грубо трахая свою вредную сучку. Смазка хлюпает, вырабатывается всё активнее, Высокова приближается к оргазму и звонко стонет, сгорая от нетерпения. — Мм, сука, давай уже, кончай, — запыхавшись, бормочет Чеботина и продолжает жёсткие толчки, несмотря на сильную усталость. Ещё несколько секунд и с губ блондинки срывается последний крикливый стон. Весь молодой организм пронзил импульс, тело бросило в дрожь. Шатенка тут же вышла из её лона, стенки которого судорожно сокращались, а Клава свернулась в клубочек и повернулась на бок. Перед глазами темнело, внизу живота всё сжималось, содрогалось, конечности тряслись. — Бусинка, — ласково шепчет Чеботина и, уже расстегнув ремни на поясе и отбросив страпон в сторону, нежно касается ладонями бёдер, вновь раздвигая их и располагаясь между ними. — Как же ты ахуенно кончаешь… — язык скользит по влажным складкам, слизывая естественные соки, а партнёрша рвано стонет, всё ещё ощущая что-то невероятное. — Лю, — задыхаясь, прошептала Высокова и опустила ладонь на затылок шатенки, пытаясь стянуть пряди волос, но она ощущала слишком сильную слабость, поэтому не смогла сделать даже этого. Рука просто рухнула на мятую простынь. Младшая девушка отстранилась и поднялась к лицу старшей, тут же затягивая в чувственный поцелуй. — Лю, прости, но я не в силах доставить тебе сейчас удовольствие. Мне кажется, что если я оторвусь от кровати, то мгновенно потеряю сознание. — Оу, бусинка, ты мне сейчас сделала безумно приятный комплимент. Я даже не думала, что смогу довести тебя до такого сильного оргазма. — Я ничем не могу пошевелить… Чеботина лишь глупо ухмыльнулась. — Я так тебя люблю, — уже из последних сил промямлила Высокова. — А я тебя люблю, малышка. Люся легла рядом и обняла Клаву, утыкаясь носом в её шею. После такого приятного безумства хотелось лишь вновь уснуть, что девушки и сделали. 12:00 Клавдия Вадимовна проснулась от запаха табачного дыма. Её бестия в очередной раз курила на балконе, не смотря на все запреты и претензии. Блондинка медленно поднялась с постели, натянула на себя бесформенную длинную футболку и направилась к ней. Шатенка стояла полностью обнажённая, облокотившись локтями о подоконник и оттопырив свою упругую задницу. Высокова скользнула пошлым взглядом по ровной спине, затем по ягодицам и стройным ногам, и прикусила нижнюю губу, мгновенно ощутив прилив возбуждения от такого горячего вида. — Ты решила побесить меня тем, что опять куришь в квартире и тем, что светишь с окна своей шикарной грудью? — расположив руки на тонкой талии своей бестии, достаточно строго произнесла блондинка. — Не стыдно, мм? — Ни капельки, — бросив с окна сигарету, ухмыльнулась Чеботина и прижалась задницей к бёдрам партнёрши. — Не будешь стесняться, даже если я сейчас трахну тебя? Даже если вся улица будет слышать твои крики удовольствия? — А ты попробуй сделать так, чтобы я кричала. Думаешь, я не симулирую? Да ты вообще не можешь нащупать нужных точек… — язвила младшая, дабы раззадорить старшую. — Вот как?! — решила поддержать шутку та и тут же грубо схватила Люсю за шею, сжимая её и перекрывая кислород. — Сучка маленькая… — сладкий шёпот на ушко разжигает внизу живота шатенки настоящий пожар. Одна ладонь Клавы по-прежнему сжимает лебединую шею, пока вторая скользит вниз по телу и оказывается на промежности, несколько раз слабо хлопая по половым складкам. Пальцы ложатся на клитор и совершают чертовски медленные круговые движения. Люся запрокинула голову назад, на плечо Клавы, прикрыла глаза и шумно вздохнула. Блондинка постепенно ускоряет темп, ласкает самую чувствительную точку активнее, грубее, пока пухлые губы покрывают горячими поцелуями бледную кожу на шее. Ладонь перемещается на пышную грудь и сильно сжимает то правую, то левую, а затем пальцы стискивают набухшие соски, от чего шатенка хрипло постанывает. Вдруг, старшая девушка резко оборвала все прикосновения и, не позволив младшей опомниться, рывком нагнула её и вынудила опереться локтями о подоконник. Сильный и достаточно болезненный шлепок по ягодице срывает с губ шатенки оборванный стон. Блондинка удалилась на пару секунд в спальню, дабы взять секс-игрушку, а когда вернулась, уже закрепив агрегат на поясе, то её бестия по-прежнему стояла нагнувшись, явно не желая вредничать. Клавдия хватает её за бёдра, сжимает, а Люся пытается прижаться к ней как можно ближе и ощущает твёрдый член, что упирается в неё. — Мм, Клав, давай же, — скулит девочка, пока матка внутри неё так мучительно сжимается от возбуждения. Высокова обхватывает ствол ладонью и направляет ко входу во влагалище. Резкий толчок — она целиком вгоняет член в лоно партнёрши, вырывая из грудной клетки той громкий вскрик. Блондинка двумя руками берётся за бёдра шатенки и начинает размашисто двигаться, заодно с силой дёргая тело бестии себе навстречу. Та хрипло стонет, утыкаясь лбом в свои руки, пока стенки её влагалища резво раздвигаются, а затем вновь сужаются, пропуская в себя искусственный член. Клава схватила партнёршу за волосы и потянула на себя, вынуждая прогнуться и смотреть в открытое окно. Свободная ладонь шлёпает упругие ягодицы, оставляя за собой покраснения на коже. — Ах, да! Ещё! — сбито дыша, невнятно кричит Люся и двигает бёдрами навстречу, подстраиваясь под темп. Толчки становятся ещё глубже и грубее, старшая девушка буквально дерёт младшую, доводя её до дрожи в коленях. Оргазм накрывает юное тело и с приоткрытых пухлых губ срывается жалкий крик, который был явно слышен во всём дворе. — Шикарная сучка, — произносит блондинка и в последний раз ударяет шатенку по заднице, а затем покидает её безумно влажное и уже расслабленное влагалище. Та поворачивается, хватает Клаву за шею и страстно целует, пытаясь передать сквозь прикосновения губами все свои эмоции восторга. 18:00 Девушки сидели на диване в гостиной и ужинали, краем глаза смотря какую-то глупую передачу по телевизору. Клавдия ещё листала в телефоне сайты разных школ. Ей нужно было срочно искать работу. Она отправляла заявки и звонила уже в несколько учебных заведений, но как только слышали её фамилию, то сразу же посылали. Родители Чеботиной действительно позаботились о том, чтобы Высокову не приняли ни в одну школу. От осознания этого по спине бежали противные мурашки. — Чёрт! — психанула Клава и отбросила гаджет на журнальный столик. — Меня даже в эту школу не берут! — Вот ублюдки! Я их засужу! — закричала Люся и подскочила с места, направляясь в прихожую. — Лю, ты куда? — кинулась следом старшая. — Я сейчас же пойду к ним домой и заберу всю чёрную бухгалтерию, а потом солью конкурентам и прессе! — девочка завязала шнурки кроссовок и открыла входную дверь, но Высокова схватила её за руку и попыталась остановить. — Лю, малышка, не стоит. Я уверенна, что меня куда-нибудь да возьмут, — блондинка боялась, что своими действиями её бестия сделает только хуже. Ещё неизвестно, что придёт в голову родителям, когда они увидят собственную дочь. — Я говорила матери о том, что порву их на части, если они посмеют хоть как-то насолить тебе! — повысила голос младшая. — Я тебя люблю, бусинка. Всё будет хорошо, не переживай, — она приблизилась и нежно коснулась губ старшей. — Я тебя тоже люблю. Будь осторожней, прошу. Через двадцать минут шатенка подошла к знакомой высотке. Чёрного Mersedesa не было на парковочном месте, из чего Люся сделала вывод, что родителей нет дома. Это было только на руку. Она не горела желанием сталкиваться с ними. Девушка вошла в чистый светлый подъезд, поднялась на лифте на семнадцатый этаж и впала в лёгкую панику, оказавшись перед дверью квартиры, в которой раньше жила. Дрожащие пальцы перебирают ключи, и лишь через несколько секунд Чеботина решается вставить их в замочную скважину. Два поворота — и дверь открыта. — Даже замки не сменили, идиоты, — ухмыльнулась девушка и прошла в прихожую. Дома и вправду никого не было. Люся тут же кинулась в родительский кабинет, к сейфу, и стала вводить код. Старые цифры подошли и железная коробка открылась с характерным щелчком. — Серьёзно? Им было лень поменять несколько цифр? — вновь засмеялась Люся, но через мгновение улыбка пропала с её лица, ведь кроме пачек денег в сейфе ничего не было. Они уже избавились от липовых документов. — Сука! — психанула та. Голос сорвался на крик. Вместе с ещё большей ненавистью к родителям Чеботину накрыла ломка. Руки задрожали, во рту пересохло. Безумно хотелось принять. «Блять! Клава же сильно обидится на меня, будет опять злиться… Но я хочу кайфануть! Я имею на это право!» — размышляла она. Сейчас перед юной девушкой находилась куча денег, а в организме всё сжималось от ломки. Целый час пролетел за одну секунду. Шатенка даже сама не поняла, как оказалась перед дверью квартиры своего знакомого, что барыжил наркотой. Трясущиеся пальцы касаются звонка, через пару секунд парень открывает и глупо ухмыляется. — Привет, Люсь. — Жень, есть что-то? — шёпотом спрашивает девушка. — Солнце, для тебя всегда есть. Травка или порошок? Чего желаешь? — Давай и то, и то. Бабки есть. Парень кивнул и удалился, а уже через минуту вернулся и протянул два пакетика: один с белым порошком, второй — с травой. Чеботина отдала десять тысяч, что стащила у родителей из сейфа, и скрылась из виду. Через пятнадцать минут Люся сидела на крыше какой-то высотки и высыпала в ладошку небольшое количество порошка. Она занюхнула и легла на спину, прикрывая глаза. Органическую травку шатенка решила оставить на завтра, дабы скрутить косяк и менее болезненно пережить будущую ломку. Сейчас девушку начинало постепенно накрывать. Мысли покидали юную голову, тело расслаблялось. В кармане джинс завибрировал телефон, но Люся никак не отреагировала, ведь все силы отобрало наркотическое вещество. Это пыталась дозвониться Клава. Её бестия ушла почти два часа назад, а теперь не брала трубку. В голову блондинки закрадывались мысли о том, что шатенка сорвалась, и, к сожалению, это было правдой. Квартира Высоковой, 23:30 Клавдия Вадимовна сидела на диване в гостиной и теребила в дрожащих руках телефон. Кажется, она набирала номер своей девушки больше ста раз, но ответа ни разу не получала. Высокова одновременно и беспокоилась, и сильно бесилась. Вдруг, во входную дверь раздался настырный звонок. Блондинка подскочила с места и кинулась открывать. Она рывком распахнула дверь, да так, что чуть не пришибла ей Люсю, которая едва стояла на ногах и пьяно улыбалась. — Где ты, блять, опять шлялась?! — закричала Клава и, схватив свою бестию за шиворот, как котёнка, затащила в квартиру. — Что ты творишь?! Ты опять обдолбалась?! — истерика накрыла старшую девушку. — Да чё ты орёшь? Всё же шикарно, детка! — младшую мотает из стороны в сторону, но она всё же разувается и проходит вглубь квартиры. Упав на диван, Чеботина включила на телефоне какую-то попсовую песню и стала подпевать, пока Высокова сгорала изнутри от злости, смотря на всё это. — Сука, ты достала меня! — нервы сдали. Блондинка подскочила к шатенке, схватила её за ноги и грубо стянула с дивана прямо на пол. — Ай! Ты дура что-ли?! — вскрикнула от боли Люся, ведь знатно ударилась плечом и бедром. — Ты просто искала повод, чтобы обдолбаться?! Ты в очередной раз сорвалась! Да ты всегда будешь срываться, у тебя абсолютно нет силы воли! — продолжала истерить Клавдия, начиная ронять первые слёзы. Люся поднялась на ватные ноги и толкнула свою девушку, ведь её нервы тоже были на исходе. — Да хватит меня упрекать! Ты заебала! Я сказала, что завяжу — значит завяжу, но мне нужно время! — Да никогда ты не завяжешь! Ты конченая наркоманка! — эти слова явно были слишком резкими. Чеботиной сорвало крышу, и она набросилась на Высокову, хватая её за волосы, жёстко стягивая их. Старшая вскрикнула и очень сильно ударила младшую по ляжке. — Люся, блять, отпусти меня! — Сука тупая! — рявкнула шатенка и вновь толкнула блондинку, отпуская пряди её волос. — Ненавижу тебя! — напоследок сказала она и ушла на кухню, захватив с собой пакетик с оставшимся порошком. Клава лишь проводила её пустым взглядом и ушла в спальню, громко хлопая за собой дверью. Там она мгновенно разревелась. Люсю тоже колотило изнутри. Её начинало гложить то, что они вновь подняли друг на друга руку, что вновь накричали и наговорили уйму обидных слов. Дабы сбежать от этого, девушка высыпала на стол белую дорожку и занюхнула, получая новую дозу вещества в свой и так не трезвый организм. Через час она приняла ещё столько же, ведь чувствовала, что ей нужно догнаться. В крови оказалось слишком много наркотиков, от чего Чеботина больше ничего не понимала. Она ощущала уже не эйфорию, а странную дрожь во всех конечностях. Девочка упала на пол и отключилась, словив передоз. Юное сердце бешено заметалось в груди, а потом стало останавливаться, пульс замедлялся, жизнь покидала тело…