Рокер и инди-детка

Чимин широко улыбается и делает Хосоку его любимый коктейль, как только замечает спускающимся в бар. — Ну, как прошло свидание? Специально не общался с Юнги, чтобы всё от тебя узнать. — говорит он и протягивает высокий стакан. — О, замечательно, спасибо за то вино, оно дорогое, это не сделало какой-нибудь бреши в твоей прибыли или чём-то таком? — Не смеши, у меня прямо сейчас целый бар посетителей, а ведь только четыре часа, я цену этой бутылки отбил в тот же вечер, — отмахивается Чимин, — Лучше порадуй меня подробностями. — Ну, — тянет загадочно, — Мы переспали. — Да ладно?! — охает парень, — Так, нам с тобой нужно уединиться, бери свой коктейль и пошли ко мне. — Чимин хватает шоколадный ликёр, пару рюмок и, вызвав второго бармена, повёл друга в свой кабинет, устраивая в чёрном кресле. — Теперь можешь продолжать, но давай с самого начала, а ваше окончание вечера оставишь нам на ликёр. — Хосок смеётся и кивает. — Я, честно признаюсь, немного нервничал, у меня давненько не было всяких романтических ужинов, плюс это всё проходило в моей квартире, так что сам понимаешь, хотелось сделать всё хорошо. Представляешь, он пришёл в белой рубашке. В белой, чёрт возьми, классической рубашке. Ещё и цветок мне принёс. — Неужели наш кот и так умеет. — усмехается Чимин. — Ну, мы поужинали и всё было просто замечательно, мы много разговаривали и в какой-то момент тема перетекла к нашим отношениям, и мне с ним было так комфортно об этом говорить. Мы обсудили пару деталей, и знаешь, он действительно слушал и, оказывается, у нас очень много совпадений в этом плане, я это начал понимать ещё когда Юнги стал проводить много времени у меня, потому что об очень многих вещах я тогда ещё не говорил, но он будто сам всё знал, и у нас с ним совпадает уровень тактильности, у меня вообще чувство, что у нас с ним абсолютно всё совпадает. Это так удивительно, не могу до конца поверить, что всё настолько хорошо. — Вау, это круто. На самом деле я переживал по этому поводу, потому что внешне создаётся впечатление, будто вы диаметральные противоположности, и я немного боялся, что когда всё дойдёт до серьёзных вещей, то у вас коса на камень наткнётся. Но я рад, что всё не так. — Да, я тоже, это тяжело, когда у вас разнятся представления об отношениях. Конечно, компромисс никто не мешает найти, но иногда мнения слишком разные. — кивает Хосок, делая глоток напитка. — Я помню, ты говорил, что это стало причиной твоего расставания с бывшим. — Да, это были выматывающие отношения, — легко смахивает волосы с лица и откидывается на спинку кресла, — Я после них был выжат, как лимон, отходил долго. Он явно был энергетическим вампиром, не иначе. — Ты поэтому отшивал Юнги первое время? Давно уже хотел у тебя спросить об этом. — Да, отчасти. Я хотел отдохнуть от всего этого и, знаешь, понять, что я полноценен и без них, что они не нужны мне, чтобы я чувствовал себя счастливым. Я понял, что человек, прежде, чем вступать в какие-то подобные вещи, сначала должен стать самодостаточным, потому что отношения — не главное в жизни. Ты должен стать счастливым в одиночестве, чтобы была возможность стать счастливым с кем-то, раньше я считал иначе, поэтому и был опустошён после последних отношенний. — Чимин понимающе кивает и задумывается над этими словами. Возможно это и к нему относится? Но ведь он более чем самодостаточен и счастлив, разве нет? — Я рад, что у тебя получилось. — Я тоже, — улыбается Хосок, — Юнги действительно мне понравился, но в первую очередь я должен думать о себе. Понимаю, что это звучит эгоистично, но, на самом деле, в здоровом эгоизме нет ничего плохого. В конце концов, как ты сможешь заботиться о ком-то, если не можешь должным образом позаботиться о себе. — Звучит, как тост, — изрекает Пак, наливая себе ликёр и чокаясь с парнем, — Значит, вы с ним много разговаривали, а потом… — А потом я начал мыть посуду, она меня так раздражает, но мне не дали этого сделать, мы даже чуть бокал не разбили. — Животные. — прыскает Чимин, получая лёгкий удар по плечу. — Ну, это было, конечно, удивительно. Он не выглядит, знаешь, как чувственный любовник, поэтому я ничего такого и не ждал, но Юнги определённо умеет удивлять. Мы много целовались в процессе, и всё было довольно плавно, это хорошо, потому что в первый раз мне не очень хотелось уходить в какой-то жёсткий отрыв, поэтому, да, всё было просто прекрасно, а потом мы вернулись на кухню, он домыл посуду, мы попили чай, и когда вернулись в спальню, то снова целовались, то есть, очень много целовались. Он не выглядит, как нежный человек, но ты даже не представляешь насколько внешность оказалась обманчива в этом случае. — Выпьем за это. — Ты меня спаиваешь? — А что ты ожидал, заводя дружбу с владельцем бара? Именно дружбу, да. Как-то так незаметно и неожиданно парни стали чуть-ли не разлей вода, чему сначала никто верить не хотел, Чонгук только перепугался, что ему замену нашли, но Хосок тот ещё дипломат, поэтому довольно легко смог переубедить младшего. Чимин и сам не ожидал, что они так легко сойдутся, думал сначала, что это будет просто парень друга, который иногда будет появляться в их компании, а теперь они сидят в кабинете, пьют и всё-всё обсуждают. Пак даже в гости приходил ни единожды, выпить чай и поболтать, Хосок заходил в бар, просто чтобы посидеть пару минут в обеденный перерыв. Юнги шутил, что Чимин отбивает у него парня, Хосок, тоже в шутку, отвечал, что у того есть на это все шансы. — Именно этого, — говорит с важностью Хосок и двигает рюмку к бутылке, — Но я хочу обсудить твою драму с Сокджином, ты очень туманно писал обо всём этом. — Ой, да было бы что обсуждать. — отмахивается и наливает другу новую порцию алкоголя. — Ну, вы переспали в этом кабинете, вон на том диване, а потом ты, ни с того ни с сего, решил к нему съездить, а он предложил тебе встречаться, но ты убежал, потому что он сказал, что ты выкрикивал имя Тэхёна во время секса. Я лично думаю, что тут целую кучу всего можно обсудить. И ещё то, что ты признался Тэхёну спустя пять лет безответной любви и одной горячей ночи в этом же кабинете, но вон на том столе. Слушай, да у тебя в этой комнате столько интересного происходит. — Чимин нервно хмыкает. — Я иногда забываю, что успел рассказать тебе буквально всё, — вздыхает и трёт лицо руками, — Не знаю, всё запутано. Я в ту ночь думал вообще не о Сокджине, всё вспоминал Тэхёна и тот наш раз, мне стоило тогда быть смелее, знай я то, что знаю сейчас, я бы не стал обрывать все его попытки поговорить по этому поводу. — Ну, теперь я не вижу смысла забивать этим голову, это давно в прошлом. Ошибся, что ж теперь, сейчас главное подумать вот о чём, — Хосок делает глоток сладкого ликёра и довольно кивает, — Не допускаешь ли ты вновь эту ошибку. Тебе Джин либо нравится, либо нет. Либо ты хочешь попробовать, либо нет. Сейчас прости за соль на рану, но помнишь, как всё началось у Тэхёна с Чонгуком? Просто попытка, но более чем удачная. Вдруг и вам так свезёт? И вообще, я думал, что ты из тех, кто не любит усложнять. — Да вы сговорились с Тэхёном мне это припоминать? — возмущается Пак, — Возможно я боюсь. Мы с ним не были особенно близки. — Возможно стоит перестать. Мы все изначально не были особенно близки, нас просто тянуло. — пожимает плечами Хосок, и слова эти были так банальны и логично, что Чимин давиться воздухом, потому что ему в голову это даже не приходило. Тянет ли его? Вероятно, иначе бы они не переспали, но его много к кому тянет, не строить же теперь гарем? Он действительно не любит усложнять, но почему-то раз за разом это делает, ему пора просто проплыть по течению, от этого ещё не умирали. Смотрит на Чона и кивает. Возможно действительно стоит.

***

Чонгук сидит в телефоне, пока Тэхён, лёжа на его коленях, читал какой-то учебник по медицине, название которого младший не уверен, что сможет произнести правильно. Они находились в комнате общежития, в котором Ким жил с Юнги. Тут был больший хаос и беспорядок, чем в комнате Чонгука, но что-то ему подсказывало, что это у них тут порядок такой и всё лежит там, где должно. Сам Юнги поехал к Джебому выпить, да о последних пропущенных новостях рассказать, а то звуковик немного выпал из всей этой тусовки, когда слёг с простудой. Джебом был классным, весёлым и прямолинейным, он Чонгуку нравился, и тот искренне не понимал, чего Чимин так на него кидался. Нет, ну серьёзно, ему удалось пару раз понаблюдать за их взаимодействием и тут, если честно, неприязнью не пахнет, Чон бы назвал это химией, но возможно он любит выдумывать. — Нет. — вдруг говорит Тэхён, даже не отрываясь от книги. — Что «нет»? — Я знаю этот твой взгляд, ты нашёл себе новых жертв, но если ты забыл, чем последний раз закончился… — Ничего не забыл! Иногда система даёт сбой, не нужно цепляться за ошибки прошлого, нужно на них учиться и двигаться дальше. — Отличные слова, начни им следовать. — Какой ты грубиян, — дует губы Чонгук, — Ты ведь даже не знаешь, что это за парочка. — Удиви меня. — Не обязан, — язвит, но одного взгляда хватает, чтобы парень мгновенно сломался, — Чимин и Джебом. — Тэхён очень медленно закрывает учебник, откладывает его в сторону и смотрит на Чонгука, как на полного идиота. — Мне послышалось? Скажи, что мне послышалось. — Врать нехорошо. — Боже, малыш, — стонет страдальчески Тэхён, — Ты как себе это вообще представляешь? Да Чимин скорее бар свой сожжёт, чем к Джебому хотя бы прикоснётся. — Ну не знаю, он часто его трогает. — Прикосновения и избиения — разные вещи. — Я вижу в них пару, ничего не знаю. — Тогда сходи к окулисту, у тебя явно что-то со зрением, Чимин не в нём заинтересован. — А в ком? — тут же оживляется парень, у него даже глаза огнями яркими искрить начинают. — Ну, у них, возможно, что-нибудь наметится с Сокджином. — А теперь ты скажи, что мне послышалось, — хмурится Чонгук, но Тэхён плечами пожимает, — Да ладно… Вот вообще бы никогда не подумал, они такие разные. — Чья бы корова мычала. Да и с Джебомом они же так похожи, да? — Не сравнивай, — закатывает глаза, — Но с Джебомом у них гораздо больше общего, чем кажется на первый взгляд. У них одинаковый вкус в музыке, а ещё они пьют одно и тоже вино, и им нравится один жанр фильмов, а ещё, Бом говорил, что его типаж — это Чимин. — Когда это он такое говорил? — Ну, может и не говорил, но когда я его об этом спрашивал, то он нёс всякую околесицу, а сам глаз с Чимина не сводил, тут всё очевидно. — Ты не исправим. — И ты меня всё равно любишь. — рефлекторно вырывается у Чонгука с довольной улыбкой. — И я всё равно тебя люблю. — Тэхён отвечает не на автомате и не рефлекторно, более чем осознанно и серьёзно, у младшего улыбка с лица сползает, и сам смотрит шокировано. Ким говорит это впервые за всё время их отношений. — Правда? — Ты же знаешь, — вздыхает Тэхён снисходительно, — Я человек честный, и я говорю, что люблю тебя. Боже, ты что, плачешь? — тут же подскакивает он, пока Чонгук слёзы выступившие утирает. — Ты такой… Такой… — уже столько времени прошло, а он так и не может подобрать слов, — Я тебя тоже люблю, честно-честно. — Знаю, — улыбается и притягивает к себе, целуя в щёку, — Только от большой любви человек готов столько часов провести в мастерской, пока его парень возится с машиной и не испугается мотаться ночами чёрт знает куда. — Чонгук хихикает, шмыгает носом и гордо вздёргивает нос, беря старшего за руку. — Ты говорил, что у нас не получится. Неужели великий Ким Тэхён впервые ошибся? — щурится хитро и самодовольной улыбки не сдерживает. — И ты не представляешь, как он этому рад.

***

— Детка, ты как умудрился так напиться? — шокированно спрашивает Юнги, придерживая парня, чтобы тот не упал, Хосок молча указывает пальцем на не менее пьяного Чимина. — У нас был… Был вечер хороший. — заикается и опирается о дверной косяк, будто оправдываясь перед Юнги, совсем на Чимина не похоже. — Я хочу домой, — тянет Хосок, выпячивая забавно губы, — Ты ведь останешься, правда? Правда-правда? — Останусь, спокойно, сейчас такси приедет только. А ты, Чимин, куда смотрел? Ты же не напиваешься. — Напиваюсь, но в хорошей компании. — Юнги фыркает и закатывает глаза, а вот это на него очень похоже. Хосока удаётся без травм усадить в машину, под ворчание водителя. Мин гладит задремавшего на плече Чона, и еле сдерживает смех, потому что пьяный парень безумно забавный и смешной, а ещё обниматься лезет постоянно. Не думал Юнги, что ему предстоит с таким столкнуться, во всяком случае не через пару недель после начала отношений, но он, в принципе, таким раскладом доволен. Для него это как одна из форм проявления доверия, не при каждом человеке ты будешь так спокойно пьяным до чёртиков сидеть. Хосок послушно вылезает из машины, долго ищет ключи, спотыкается, матерится так, что Юнги дар речи теряет, инди-детка, оказывается, и такие слова знает. В квартире Чон стоит столбом, пока парень старается снять куртку с этого милого брёвнышка. — Куда свои ручонки тянешь? У меня молодой человек есть, между прочим, — громко говорит Хосок, пока этот самый молодой человек искренне старается не засмеяться, — Хотя вы похожи, будь я пьян, спутал бы. — Я и есть твой парень. — Мой парень меня сейчас из бара забирает, как тебе не стыдно, — замолкает, по лицу видно — в голове очень сложные вычислительные процессы происходят, — А, ой… Рокер мой! — голос его становится безумно ласковым, заваливается всем телом на Юнги и крепко-крепко обнимает, смех больше сдержать не удаётся. — Пойдём, инди-детка, уложим тебя спать. — Я не хочу спать, я хочу чай! — Ты в любом состоянии его пить готов? — в ответ лишь тяжёлый кивок головой. Вздыхает, но всё равно ведёт в спальню, — Давай мы тебя переоденем, а потом я заварю чай, хорошо? И при этом мы не падаем, Хосок! — орёт он и еле успевает поймать пьяное тело перед встречей угла тумбочки и лица. Всё же его тащить пьяным легче, чем того же Тэхёна, мысленно очень сочувствует Чонгуку, которому рано или поздно придётся через это пройти, но если вы будете тащить пьяного в дрызг Ким Тэхёна домой, то это самый настоящий показатель ваших чувств к нему, потому что с подобным явно не каждый справится. — Ну ты куда, — тянет хныча и цепляет пальцами край толстовки, — Ты говорил, что останешься. — Ты же чай хотел. — Пе… Пре… — Перехотел? — подсказывает Юнги, на что Хосок только мычит согласно, глаза закрывает и под одеяло по самую макушку забирается, на маленького хомячка похожий, так и хочется взять в ладошки и гладить осторожно. — Я, пожалуй, больше не пью… — хрипит Хосок на следующее утро, приползя на кухню с самым помятым лицом на планете. — Не зарекайся, — хмыкает Юнги, вставая и наливая чай страдальцу похмельному, — Как вы вообще умудрились? Только не говори, что тебя так унесло с одного коктейля. — Нет, конечно, — фыркает недовольно, — Сначала был коктейль, потом ликёр, потом Чимин ещё что-то принёс… — Можешь не продолжать, — улыбается Юнги, ставя кружку на стол, — О чём говорили? — О всяких секретах, в которые ты не посвящен. Ну и о нашем свидании. — Перемывали мне косточки? — Бережно мыли, я бы сказал. Нет, не целуй меня, я ещё зубы не чистил. — быстро качает головой и отстраняется, Юнги ловит руками лицо и улыбается, приближая к себе. — Нашёл, чем пугать.

***

— И что я здесь, собственно, делаю? — хмуро выдавливает Чимин, грозно смотря на жмущегося у стенки Сокджина. — Ну, ты сам вчера пришёл, завалился ко мне, упал в коридоре и уснул. — Пак трёт переносицу и глаза, по осколочкам собирая вчерашние события. Да, припоминает, действительно попёрлся к Джину, на кой чёрт только. Голова сейчас не очень соображает, а ещё болит и во рту, будто кошка померла, ему сейчас хочется пить, есть, в душ и ещё чтобы сердце так громко не стучало, а то в ушах отдаёт неприятно. И вот чего этот Сокджин пялится? Волнительно аж становится. — Позавтракаешь? — Чимин щурится и губы кривит неоднозначно, обдумывая предложение. Скручивающийся от голода желудок сам подталкивает к нужному ответу. — Раз предлагаешь, то отказываться не буду. — Джин кивает и идёт на кухню, доставая из холодильника яйца. — Могу я попросить что-нибудь другое? — Не ешь яйца? — утвердительный кивок, — Ну, могу предложить бутерброды с сыром и вчерашний кимпаб. — Бутерброды, спасибо. — Кофе? — Не пью, но если ты нальёшь мне воды, то будет неплохо, — Сокджин мычит виновато и начинает суетиться, — Мы ведь не переспали? Я себя пьяного знаю, мог и в постель тебя затащить. — Сокджин роняет нож и давится своим кофе, пачкая серую футболку. — А ты хотел? — Отвечать вопросом на вопрос — дурной тон. — Нет, ничего такого не было. — тут же тараторит парень, а Чимин довольно кивает. Едят молча, Пак на друга даже не смотрит, а вот последний глаз своих не сводит с него, даже к яичнице своей не прикоснулся ни разу. У него вчера чуть сердце не остановилось, когда он увидел парня под своей дверью вусмерть пьяного. Вот как в такой ситуации себя вести после всего? Джин тоже не знает. — Если что, — осторожно начинает он, — То моё предложение всё ещё в силе. — Я ещё не принял решение. — Но ты думаешь об этом? — Думаю, — честно признаётся Чимин, — Но пока не решил. — Понимаю, но я рад, что ты больше не отметаешь эту идею. — в ответ лишь усмешка и вздох. — Мне пора, надо бы принять душ. — Можешь сделать это у меня. — Давай не будем играть с огнём, люди взрослые, прекрасно знаем, чем такие хождения в душ заканчиваются, — доедает последний бутерброд и выпивает остатки воды, вставая с места, — Дай мне чистые полотенца. — голос спокойный, направляется в ванную комнату, спиной чувствую, как у Сокджина на губах улыбка расцветает.