Invisible (Not for long)

У Баки и Питера абсолютно разные характеры. И в этом они убедились посредством нескольких дней, проведенных в самых противоречивых чувствах. Если подросток, зайдя на кухню и увидев там одного только Барнса, сразу краснел, отводил взгляд и спешил поскорее смыться из комнаты, то мужчина, оказавшись наедине с Паркером, наоборот, засматривался и находил все больше мелких деталей в лице или теле парня, которые ещё больше сводили его с ума. Как мы все поняли, у Баки напрочь отсутствует смущение или хотя бы стыд. И если подросток ещё как минимум неделю ходил и сомневался по поводу своих чувств, то мужчина уже готов был затащить Питера под венец. Баки не любит ждать. Баки любит Питера. И он хочет, чтобы это было взаимно, хотя по поведению парня уже любой бы догадался, что это так и есть. Так что переформулируем. Мужчина хотел, чтобы подросток быстрее принял свои чувства и хоть что-то сделал. Именно он потому что должен понять свое отношение к Барнсу и первым сделать шаг навстречу.

***

Сам же Паркер находился в смятении. Он понимал, что признал свои чувства к мужчине, но пока ещё немного сомневался. Самые разные вопросы находили его в самых разных местах, и парень ничего не мог поделать. И как бы он ни старался не смотреть на Баки — почти все попытки были провалены, и подросток засматривался на солдата все чаще и чаще, давая повод для стеба над собой своему внутреннему голосу. — Вот что ты в голове уже такие события выстраиваешь, что о-хо-хо, — ехидно интересовался голос у Питера в голове, — а в жизни не можешь даже пару слов без запинки сказать? Снова. Это снова происходит. Этот голос у парня в мыслях был настолько… раздражающим, что иногда подростку хотелось приложить, себя же, получается, обо что-нибудь, желательно твердое. И это происходит снова, потому что Паркер снова смотрит Барнсу в спину, пока тот сидит на диване и смотрит телевизор. В голове у него сейчас не совсем приличные сцены с мужчиной в главной роли, чем не упускает шанса воспользоваться внутренний голос парня, шутя и подкалывая его почти все время. — Сгинь, — парень чуть не сказал это вслух, но вовремя сдержался. — Только вместе с тобой, — подросток с трудом отговорил себя от мысли приложиться головой об стенку, ведь этот голос говорил правду. Тут Паркер вспомнил, зачем вообще пришел сюда. — Ну, следить за Барнсом тоже важное дело. — Заткнись и больше никогда не появляйся, — не выдержал парень. Он бы вообще послал его на известный всем адрес, но слишком хорошо воспитан. Подросток поднял глаза к потолку и начал копаться у себя в голове в поисках ответа на вопрос. Через минуты три созерцания белой поверхности, он резко опустил голову и хлопнул себя по лбу. Как тут не хлопнуть, если ты забыл, что пришел за кофе и едой, к тому же вспоминал об этом три минуты? Питер тут же начал рыться по шкафам в поисках чего-нибудь пожевать и кофе, ведь капсулы для кофемашины уже закончились. Где-то в углу самого дальнего шкафчика завалялась одна, чем парень и воспользовался, запихнув её в машину и сразу поставив на начало работы. Через пару минут подросток, нагруженный всевозможными хлопьями, печеньями, едой быстрого приготовления и много чем другим, и большой (даже огромной) чашкой кофе в одной руке, которая была более-менее свободна, двинулся к выходу. Но только Паркер занёс ногу над порогом, как вдруг Баки повернулся в его сторону и окликнул. — Хэй, парень, тебе помощь не нужна? — Да нет, спасибо, ми… Баки, — запнулся парень, немного краснея (из-за чего?). — Ты спешишь куда-то? — не отставал мужчина. — Да… Да нет, вроде, — почему он исправился? — А ты будто не знаешь почему, — ехидства голосу не занимать, конечно, но это начинает порядком раздражать. Пропустив эту реплику мимо себя, подросток потряс головой, отгоняя голос, но быстро посмотрел вперёд, дабы не упустить слов Барнса. — …потренироваться со мной сегодня? — конец предложения Питер всё-таки осмыслил и вроде как понял, о чём идёт речь. — А… А когда? — ещё не до конца понимая вопрос, уточнил парень. — Сегодня. Часов в пять ты свободен? — Мужчина задумался и почесал подбородок. — Да, да. Свободен, — сбивчиво произнес подросток и попятился назад. — Хорошо, тогда договорились, — улыбнулся Барнс и вернулся к просмотру телепередачи. Паркер пробормотал что-то, похожее на «ага», и смылся в комнату. Зайдя к себе, он положил всю принесенную с собой еду на туалетный столик и упал на кровать. Баки Барнс пригласил его потренироваться вместе. Парень сжал руками одеяло и мечтательно улыбнулся. — Вечером будешь др… — начал было голос, но подросток и пальцем не пошевелил. — Заткнись и не мешай мне мечтать, — все так же с улыбкой произнес Питер, ещё больше углубляясь в мысли. О-о-о, сколько вариантов развития событий прокрутилось у парня в голове… И самой тренировки, и того, что было бы дальше. Кажется, от таких фантазий его штаны в области паха уже не такие сухие… А может, он себе это только надумал, как и все остальное. Не будет никаких продолжений. Никаких поцелуев и чего-то большего. Они просто потренируются, и все закончится. — Ты сейчас домечтаешься и пропустишь эту самую тренировку, — на самом деле, сейчас голос вовремя. Подросток резко распахнул глаза и судорожно посмотрел на наручные часы. «16:45» — гласили они. Увидев положение минутной стрелки, Питер начал быстро переодевать домашние штаны и футболку на спортивный костюм, который состоял из свободных штанов и белой майки, что висела на парне, как на вешалке. Через тринадцать минут, которые ушли на дорогу к залу и приведения себя хоть в какой-то приличный вид, двери в просторное помещение распахнулись, и показался подросток, прыгающий на одной ноге, а на вторую пытаясь натянуть все время слетающий кроссовок. — Ты даже не опоздал, — чуть насмешливо произнес Баки, уже разминающий шею и плечи. — Ага, — ответил Паркер, справившийся наконец со своей задачей, и тоже принялся разогреваться. Прошло минут двадцать, прежде чем оба решили, что уже пора начинать. Они встали в боевые позы по разным углам большого мата напротив друг друга. — Тебе как, поддаваться? — уже не сдерживая усмешки, решил подразнить парня мужчина. — А давай, — с хищным оскалом ответил ему подросток и кинулся вперёд. Он принял эту войну с высоко поднятой головой. Если бы кто-нибудь сейчас зашёл в зал, он бы увидел бой. Бой, казавшийся каким-то лёгким. Изящные движения, проделанные с такой быстротой и умением, завораживали. Подсечка, прыжок, переворот, выпад, защита, всё это могло показаться слишком искусно сделанным для семнадцатилетнего парня, но для Питера это не было чем-то сверхсложным. — А ты умеешь драться, — прохрипел Барнс, тут же выбравшись из захвата подростка. — А-то, — секунда промедления стоила парню победы. Мужчина немедленно воспользовался задержкой, и подсечка не заставила себя долго ждать. Питер повалился на маты, раскинув ноги и руки, а над ним сверху навис Баки, приземлившись аккуратно между ног парня, удерживая подростка за запястья. Паркер чувствовал дыхание мужчины у себя на губах, смотря ему в глаза, и сам не осмеливался двинуться. Прошла минута. Вторая. Третья. Они все лежали, дыша друг другу в губы и смотря в глаза, и никто не решался — или не хотел — закончить то, что между ними происходило. Кажется, Барнс чуть присогнул руки, тем самым ещё больше приблизившись к губам парня, а может, ему только показалось. — Надо это прекращать. — Пожалуйста, не прекращай это, — проносились у них в головах мысли. Через секунду мужчина вытолкнул себя руками и поднялся. Подросток при этом действии издал разочарованный стон, от которого Баки замер, но протянул Паркеру руку. Парень встал, не смея поднять на мужчину глаза, и направился к душевым. Барнс проводил его взглядом, а затем и сам покинул место. Только пошел он к себе, дабы не встретиться с подростком после такого. Им обоим надо было подумать.

***

Уже вечером, встретившись за общим столом на ужине, а после снова разойдясь, они сидели в своих комнатах и думали об одном. О себе. О друг друге. О них. У обоих нервы были на пределе.