Invisible (Not for long)

5. Принятие Спустя много долгих уговоров Хелен все же сдалась и согласилась отпустить Питера в его комнату, но настояла на посещении медблока хотя бы раз в три дня. Ванда заверила девушку, положив руку на сердце, что будет следить за питанием парня и напоминать про лекарства, которые Чо прописала подростку. После этого Паркеру можно было только мечтать о тишине и покое. Или хотя бы об одиночестве. Теперь его каждый день вытаскивали из его убежища и тащили куда угодно. И неважно, кто это был: Ванда, Наташа, Стив, Брюс, Тони, Пеппер, и так же неважно, куда его тащили: парк, мастерская, лаборатория, кинотеатр, кафе, галерея. По наводке Хелен все узнали, что парню, видите ли, нужно «всеми силами побеждать болезнь, а сидение в комнате её только развивает». С тех пор подросток ненавидел доктора Чо и ходил чуть ли не под ручку почти с каждым Мстителем и не только. *** В один из таких дней, когда его снова вытащила на улицу Пеппер, они шли по улице и разговаривали (точнее — женщина пыталась вытащить из Паркера хотя бы пару слов), пока ей не позвонили. Старк начала ругаться с кем-то по телефону, и парень решил воспользоваться этой возможностью, так что, когда женщина закончила разговор, подростка нигде не было. Сам Питер сейчас шел по дорожкам в парке, сунув руки в карманы и размышляя. Он сел на рядом стоящую скамейку и, подняв глаза к небу, запрокинул голову назад. Парень не думал ни о волнующейся Пеппер, ни о Мстителях, ни о Баки. Хотя о последнем он думает чаще. Пожалуй, слишком часто. Подросток сидит, не двигаясь, пока не слышит какой-то странный звук. Почему-то он похож на… плач? Причем детский. — Нет. Даже не думай, — мысленно говорит Паркер своему внутреннему голосу, который подталкивает его пойти и посмотреть, что там происходит. Со страдальческим стоном парень поднимается и направляется к месту, откуда слышится плач. — Иди к черту, — огрызается подросток на ехидную улыбку своего внутреннего голоса. Через шагов двадцать Питер видит маленькую девочку, которая сейчас стоит у небольшого прудика и плачет, сжимая свою куклу. Парень аккуратно подходит и присаживается на корточки перед ней. — Хей, привет, — дружелюбно улыбается подросток и смотрит девчушке в глаза. Она поднимает на него взгляд и замолкает, недоверчиво и чуть опасливо смотря.— Как тебя зовут? — ещё раз пытается Паркер. — Мен-ня зовут М-мэли, — заикается девочка, заинтересованно разглядывая парня. — А тебя? — Я Питер, — ещё шире улыбается подросток и протягивает ей руку, которую она осторожно пожимает. — Как ты сюда попала… Мэри? — Я… Я увидела уточек и побежала к ним, а потом не нашла маму… — Девочка показывает пальцем на плавающих в воде птиц, и ее глаза вновь наполняются слезами. — Эй, эй. Посмотри на меня, — просит Паркер, беря её за руку. — Мы найдем твою маму, не волнуйся. Она недоверчиво смотрит на парня, но все же робко кивает головой и покрепче прижимает к себе игрушку. Подросток встаёт и смотрит на девочку сверху вниз, так и не отпуская ее руку. — Ну, пойдем искать, — говорит Питер и направляется к выходу из парка, в который он забрел, в надежде найти маму Мэри на улице. Она только ещё раз кивает и смотрит себе под ноги, чтобы не споткнуться. Так они идут, петляя по дорожкам, между деревьев и пару раз останавливаются поваляться на траве. Но, как только показываются небольшие ворота, что отделяют парк от улицы, парень сразу замечает невысокую женщину, которая в отчаянии мечется от одного прохожего к другому, о чем-то спрашивая и чуть ли не плача. Подросток решил, что это и есть мама, потерявшая свою дочку, поэтому останавливается и ещё раз присаживается перед девочкой. — Вон, видишь, там твоя мама. — Паркер указывает ладонью на выход из парка и уже встаёт, но Мэри дёргает его вниз. — Спасибо, лыцарь! — взвизгивает она и быстро целует парня в щеку, после покраснев по самые уши. — Беги, принцесса, — смеётся подросток, краснея не меньше, а после ее ухода невесомо касаясь место поцелуя. Девочка с громкими криками бежит навстречу маме, которая ловит её в объятия. Паркер улыбается, но, после того как девочка указывает на него пальцем и что-то говорит на ухо маме, улыбка сползает с его лица. Женщина ставит дочь на землю и, взяв ее за руку, подходит к подростку. — Спасибо Вам большое! — восклицает она и начинает доставать бумажник. — О, нет-нет. Ничего не нужно, — уверяет Питер, останавливая её. — Я просто сделал то, что мог сделать, вот и все. — Но… — пытается возразить женщина, но парень её останавливает. — Не надо, — мягко улыбается он, уже собираясь уходить, поскольку замечает Пеппер, стоящую неподалеку со сложенными на груди руками и смотрящую на него испепеляющим взглядом. — Ну, давайте я Вас что-ли на ужин приглашу хотя бы… — предлагает она, и подросток снова хочет ее остановить, но на это раз встревает девочка. — Да! Мама очень вкусно готовит паэлью! — почти кричит Мэри, на что ее мама укоризненно смотрит на нее. — Ох, ладно… Я Питер, кстати, — представляется Паркер. — Аманда, — улыбается женщина, — тогда давайте в четверг в четыре? — Конечно. — Парень нервно поглядывает на Пеппер, которая все ещё стоит неподалеку и все ещё готова свернуть ему шею. — Ещё раз спасибо, — благодарит Аманда, доставая из кармана телефон. Питер продиктовал ей свой номер, а женщина ему свой, а затем она, получив в качестве ответа «Ещё раз не за что», уходит вместе с Мэри восвояси. Как только они вдвоем скрылись за поворотом, подросток замечает надвигающуюся на него Пеппер. С явно нехорошими намерениями. — Я знаю, что ты сейчас скажешь. И заранее говорю: первое — мне нужно было побыть одному, второе — оно как-то само… — принялся оправдываться Паркер. — Я сейчас скажу, Пит, что ты сказал за эти двадцать минут больше, чем за всю неделю. Так ещё и улыбался как минимум раз пять, а это в пять раз больше, чем за все время твоей депрессии. — Женщина резко обняла парня и потерлась щекой о его затылок. — Я волнуюсь за тебя. Но сейчас я рада, что ты начинаешь вылезать из этой ямы грусти и проблем, и надеюсь, что и продолжишь. — Прости, Пеп… Просто… Я сам в себе не разобрался, мне нужно было время подумать. Над собой, над своими чувствами, поступками… — пробормотал подросток в плечо Старк. — Ничего, Пит. Со всеми такое случается, и каждый переносит это по-разному, — женщина успокаивающе поглаживала его спину и затылок, шепча какие-то глупости. *** Питер сидел на диване в гостиной и смотрел в окно. Он специально выбрал это время — три часа ночи, — потому что сейчас его никто не побеспокоит. Комнату освещал лишь тусклый ночник, поставленный сюда Вандой, которая знает о всех похождениях всех Мстителей ночью в гостиную. К этому списку теперь прибавился и Питер. Нет, он не стал Мстителем и никогда не желал, но сейчас ему было жизненно необходимо покопаться в себе и решить, что же всё-таки он чувствует к Баки. Да. Это был главные вопрос на сегодня. Кто для него Баки? Друг, напарник, сокомандник? — Возлюбленный, — добавляет внутренний голос. Отправляя голос на известный всем адрес, подросток обдумывал эти слова, точнее слово. Раз уж пошла такая пьянка, давайте по-серьезному. И по-честному. Сколько Паркер бегал от своих чувств? Сколько ещё будет, если не признается или хотя бы не примет? Сколько ещё будет доставлять боль и себе, и другим? Он бы и дальше задавал себе подобные вопросы, если бы не услышал за спиной звуки. Обернувшись, парень увидел темную фигуру, которая почти бесшумно двигалась рядом с барной стойкой. Фигуру, имевшую длинные волосы и поблескивающую в свете луны металлическую руку. — Конечно, как заходят вопросы о чувствах — куда же без великого Баки Барнса, — недовольно пробормотал подросток себе под нос. Мужчина сразу напрягся и, резко развернувшись, кинул в Питера нож. Благо, парень вовремя пригнулся, иначе бы он так и не смог никогда принять свои чувства. — Эй, ты что творишь?! — возмущённо зашептал подросток, гневно сверкая глазами. — Ты меня чуть не убил! — Не надо было подкрадываться! — так же шепотом ответил ему солдат, сложив руки на груди. — Что?! — Паркер чуть не задохнулся от возмущения. — Так это я ещё виноват?! Это не я пришел, даже не смотря по сторонам, а потом чуть не убил кого-то! Барнс гневно забормотал что-то, вероятно, проклиная парня. — Так что ты тут делаешь? Да ещё и в три часа ночи, — спросил уже спокойно мужчина, наливая воды в кружку. — Размышляю о смысле жизни, — съязвил подросток, но отчасти это было правдой. — Как интересно. А мне расскажешь? — Солдат подошёл к дивану и посмотрел на Питера сверху вниз, чуть нависая над ним. — Э… — Такое расположение Баки немного смутило парня. Он запрокинул голову и тут же встретился с пронизывающим взглядом карих глаз. Каштановые волосы свисали по бокам от головы, губы были немного приоткрыты, глаза блестели, и чертята плясали на их дне. Невольно подросток облизнул пересохшие губы и перевел взгляд на губы мужчины. Они так манили к себе, так хотелось прикоснуться к ним своими, переплести языки, зарывшись руками в мягкие волосы. Кажется, все чувства, испытываемые сейчас Паркером, отражались в его глазах, иначе как объяснить то, что Баки, не дождавшись ответа, хмыкнул и выпрямился, направляясь к выходу, а после бросил через плечо фразу. — Спокойной ночи, — насмешливый тон смутил парня, но благодаря этой ситуации он окончательно убедился в своих чувствах. Он влюблен в Баки Барнса. В столетнего солдата, наёмного убийцу (бывшего, прошу заметить), суперсолдата с офигенной железной рукой, длинными волосами, мягкими, манящими губами, идеальным телом и лицом.

***

Кажется, Баки нигде не удастся убежать от своих чувств. Вы спросите: почему? Так вот. Мужчина сидел у себя в комнате, и, что бы он ни делал, его всегда настигали мысли о Питере. Об его чувствах к этому парню. Все эти мысли, вопросы и переживания были настолько невыносимыми, что Барнс не выдержал и вышел из комнаты. Первым местом, куда можно пойти, была кухня, так что мужчина направился прямо туда, намереваясь хотя бы попить. Но даже там не удалось скрыться. Там, на диване, спиной к выходу, сидел Питер Паркер собственной персоной. Вот и ответ на заданный вопрос. Баки чуть не взвыл от досады, но делать было нечего. Он ещё и чуть не убил объект своих чувств! Так получилось, что мужчина выбрал весьма неудачную позу для зрительного контакта. Как он это понял? Во взгляде парня можно было прочитать все чувства, которые он испытывает в этот момент. Да и сам Барнс не лучше. Смотрел в эти глаза, в которых хотелось утонуть, на эти волосы, в которые хотелось зарыться и вдохнуть запах, на губы, которые манили прижаться к ним, и думал, что ему неимоверно повезло с возлюбленным. Чуть не рассмеявшись от своих мыслей, лишь хмыкнув, мужчина пожелал подростку спокойной ночи и вышел. Он влюблен в Питера Паркера. Семнадцатилетнего мальчишку, гиперактивного ребенка, слишком эмоционального парня с кудрявыми волосами, прекрасным телом, таким идеальным лицом с такими же идеальными губами.