Lemegeton: личные заметки о демонах

      …Странные образы — преследовали меня.       Я думала раньше — что всё будет по-другому.       Что всё будет — иначе.       Что я увижу свет.       Про который написаны десятки книг.       Про который показаны — сотни передач.       Я думала — что полечу.       Но я словно зависла — в холодном плотном тумане. Как — в молоке. Чёрные тени мелькали передо мной. Смутные образы — которые я никак не могла уловить. Мне было грустно. Мне хотелось — вырваться отсюда. Неважно — куда. Только бы не оставаться в этом мрачном месте. Только бы не чувствовать — этот странный вакуум. Без единого звука. Только бы рассеялся — этот густой туман.       И то, что я могла бы увидеть за ним, — тоже было неважным.       Только бы — выбраться отсюда…       А потом, в какой-то момент — огромная тень вынырнула из клубящегося облака. Закрывая собой — тоскливое марево. И холод начал отступать — как по волшебству. И что-то запульсировало там — где у меня раньше было сердце. И меня, кажется, — понесло куда-то. Медленно — но абсолютно уверенно. И всё закружилось вокруг. И яркая вспышка — словно разорвала мой мозг.       И потом всё исчезло — мгновенно.       …Перед моими глазами — высокий купол потолка. Покачиваясь и мерцая — он висел надо мной. Такой знакомый — светлый высокий купол… И приглушенный свет. Только не было сил — повернуть голову. Не было сил увидеть — круглую кровать. Не было сил — поверить, что это не мираж. Не видение. Не фантазия — моего отказывающего мозга.       Я засыпала — и просыпалась. И — засыпала вновь. В какой-то момент начав слышать отдалённые звуки. Начав чувствовать — шёлковые простыни. И — тёплые руки. Уверенно и сильно — накрывающие меня одеялом. Приподнимающие — мою голову. Подносящие стакан с какой-то жидкостью — к моим губам.       А однажды — я проснулась так, как просыпалась всегда. И, откинув одеяло, ступила босыми ногами на пол. Ловя знакомые ощущения от деревянного паркета под ногами.       Знакомая ванная — с подсветкой в полу. Мне вдруг захотелось смыть с себя — весь холод. Весь туман. Который словно впитался — в мою кожу. И, стоя под горячими струями воды, — я с удовольствием ощущала, что становлюсь сама собой. И, машинально отрывая пластырь от своей шеи, — я даже не задумалась, откуда он взялся там. Мне было хорошо. И удивительно легко — на душе. На сердце.       Я уже набрасывала на себя пушистый халат — когда знакомый голос заставил вздрогнуть моё, ещё слабое, тело.       — Как это похоже — на тебя…       Я замерла. И мои готовые сорваться слова — застыли на онемевших губах. Он был очень бледным. С тёмными полукружьями — под глазами. С заострившимися скулами. И его футболка — висела на нём почти мешком.       — Ты…       Он не дослушал, как-то непривычно медленно — закутывая меня в белоснежный халат и подхватывая на руки. Непривычно медленно — унося назад. На круглую кровать — под высоким куполом потолка.       И мне стало очень не по себе — от его странного взгляда. Когда он усаживал меня — в окружении подушек. Когда сам — опускался рядом. Напротив.       — Как ты чувствуешь себя, принцесса?       Напряжённый взгляд — тёмных глаз. Напряжённые мышцы — сильной шеи. И — непривычно тихий голос.       — Хорошо. Уже — хорошо… Я только хотела спросить…       — Я знаю, что ты хочешь спросить.       Его лицо — вдруг исказилось.       Будто — от боли.       И он внезапно — отвернулся. Почти вскочил на ноги. Отошёл — к высокому окну. И я видела — как его ладони вцепились в подоконник. Как побелели сильные пальцы. Он смотрел куда-то за горизонт — и, кажется, ничего не видел.       — Я сделал… нехорошую вещь… принцесса. С тобой… Против твоей воли… Я просто не в состоянии был видеть — как ты уходишь от меня… навсегда…       Значит, я не ослышалась. Значит, противоядия не было. Значит…       — Значит, ты…       — Да!       Я машинально прикоснулась — к своей шее. Ощущая под пальцами — два маленьких рубца. Два маленьких шрама. На том месте — где был приклеен кусочек пластыря.       — И я теперь…       — Да!       В его голосе — неподдельная боль. Он чувствовал себя виноватым — этот демон-Вампир! Я не ослышалась — он чувствовал себя виноватым! За то, что спас мне жизнь! Для себя.       Как мало — он разобрался во мне!       Как мало он понял — мои чувства к нему!       — Ютукки…       Он резко обернулся. Мгновенно — оказываясь рядом. Мгновенно — пресекая мои попытки выбраться из подушек и встать.       — Ты можешь хоть иногда — слушаться меня, принцесса, скажи?!       Почти безнадёжные нотки — в его глубоком голосе.       — Могу…       Он несколько секунд смотрел на меня. А потом вдруг присел на край кровати — закрывая лицо руками.       — Когда ты так смотришь на меня… принцесса… такими глазами… Я начинаю надеяться — как наивный идиот…       Мне, наконец, удалось справиться с подушками. И я оказалась рядом — с ним. Протягивая руку — и ощущая под ладонью сильные мышцы шеи.       — То, что сказал Азазель, — правда?       Этот вопрос — сам сорвался с моих губ. И словно стальная пружина — натянулась у него внутри.       — Да…       Он повернулся ко мне — перехватывая мою руку.       — Да, принцесса! Я, на самом деле, жестоко поиздевался над ним… Над его чувствами! Я не верил в них. И мне казалось — что это всего лишь прихоть Великого Азазеля… Мне казалось, что это — наваждение, которое должно быстро пройти. Я был уверен — в своей правоте. Я думал, что подтверждал эту правоту — всем своим существованием… Мне казалось немыслимым, чтобы он — древнейший демон! — сделал главным смыслом своего существования смертную женщину! Он! — одним своим движением способный перевернуть весь мир!       Тяжёлый вздох — и его взгляд оторвался от меня. Убегая в сторону — к спасительному окну.       — Я на самом деле — не спас от смерти его жену, принцесса… Не смог её спасти! Думал, что — не в состоянии пойти против её воли… А может — просто не захотел… Тогда — меня не очень волновало это. И, только ощутив его боль, его горе, я понял — что для него это была не игра. Не прихоть. Не наваждение. Тогда он позволил мне уйти — наверное, ему просто было не до меня… Но я не питал на свой счет иллюзий — я приобрёл врага. Самого опасного — какого только можно себе представить.       Его голос был спокоен. Но он уже не мог обмануть меня. И я чувствовала, что творится у него внутри. Слышала — неровные удары его сердца. Видела боль — плескавшуюся в дорогих мне глазах.       — Он знал меня — лучше, чем я сам… Неприятное открытие, принцесса! И он во всём оказался прав… Великий демон пустыни… а я — из-за своего высокомерия почти потерял тебя… Я с упрямством барана — не хотел признавать очевидного! И не смог уберечь тебя…       — То, что сказал Азазель, — правда?       Меня волновало сейчас — другое. Мне хотелось убедиться, что услышанное мной — не фантазия моего мозга. Затуманенного ядом. Мне хотелось подтверждения — произнесённого вслух. Им самим. Мою ладонь, утонувшую в его огромной руке, — словно обожгло пламенем.       — Да.       — Посмотри на меня!       Его взгляд — упорно продолжал искать что-то в высоком окне.       — Ты же сама — всё знаешь, принцесса… Я давно — помешан на тебе. Давно уже — существую только тобой…       — И ты — любишь меня…       — Люблю…       Наконец, он повернулся ко мне. Я никогда не видела — такого выражения на его лице. Растерянного, смятенного, нежного, отчаянного…       — И я до такой степени эгоистичен — что просто не могу отпустить тебя... Понимаешь?! Когда ты пыталась в последний раз избавиться от меня — я окончательно убедился… что не в состоянии — существовать без тебя! Не в состоянии — быть на расстоянии. Знать — что ты где-то живешь… где-то просыпаешься… не в моей постели! И даришь кому-то — своё время, свою нежность… Представив это на мгновение — я, кажется, потерял голову в тот момент… Я! — и потерял голову! Хотя чему удивляться… это происходит со мной постоянно — в последнее время…       — Ты мог бы сказать мне — о своих чувствах!       Он грустно улыбнулся.       — Мне казалось — они так очевидны! Только бы слепой не заметил, что я — помешан на тебе…       — Наверное, я — слепая…       Он уже — обнимал меня. Прижимая к себе — и стягивая пушистую ткань с моих плеч. И касаясь губами — моей шеи.       — А ещё — эта моя идиотская гордость! Мне хотелось, чтобы ты — хоть немного полюбила меня! Чтобы я стал — хоть немного небезразличен тебе… Прежде чем ты поймешь — о моих чувствах… Только у меня — это очень плохо получалось, принцесса!       Тихий смех. С не очень веселыми нотками — в низком голосе.       — Ты будешь смеяться, принцесса, — я ревновал тебя даже к щенку! К Койре! Я выходил из себя — видя, как ты прикасаешься к нему. Как играешь — с ним… Ты была такой беззаботной и счастливой… И тогда я понял, что пойду на всё — чтобы ты была такой же. Со мной… И я действительно — эгоистичный и жестокий, как ты мне сказала тогда… Настолько эгоистичный, что сейчас — вместо того, чтобы дать тебе возможность прийти в себя, — я думаю только о том, что хочу тебя… Останови меня, принцесса… Скажи мне — «нет»…       — Ни за что!       Мои руки — уже касались его лица. Ощущая горячую кожу — под вздрагивающими пальцами. А он — вдруг чуть отстранился от меня. Вновь перехватывая — мои тонкие запястья.       — Я ведь — хотя бы немного нравлюсь тебе, принцесса? И твои глаза — не лгут мне сейчас, правда?       Если б я уже не любила его — наверное, я сдалась бы именно сейчас. Безоговорочно — перед этим хриплым голосом. Перед этим выражением — лица. Такого бледного и осунувшегося. Перед этим взглядом.       Могла ли я когда-нибудь предположить — что этот демон, этот высокомерный и жестокий Вампир, признается мне в любви? Признается — что потерял голову? Что не в состоянии существовать — без меня? Конечно, я — надеялась… Конечно — иногда мечтала… Но отбрасывала — непрошенные мысли. Считая их — иллюзией. Считая их — химерой.       Возможно, будь я чуть внимательнее… Чуть — смелее… Но ведь мы всегда сомневаемся в тех — кого любим. В их привязанности, в их чувствах… Мы всегда боимся — отказа. Боимся — обмануться. Боимся — удара. Боимся — своего разбитого сердца. Нас постоянно мучает — неуверенность и страх…       Тёмные глаза — затягивали меня в свою глубину. И она меня — уже не очень пугала. Он ждал ответа — и я слышала сильные удары его сердца. Видела тревогу — в напряжённом взгляде.       — Я…       Он вдруг перебил меня — чуть крепче сжимая мои ладони.       — Даже если ты не любишь меня сейчас, принцесса… Это — неважно! Потому что я всё равно — сделаю всё, чтобы ты полюбила меня! У меня теперь есть — столетия… если ты согласишься на своё вынужденное бессмертие!       Я почувствовала — что улыбаюсь. Конечно, от счастья. И сейчас меня мало волновала — цена этого счастья. Правда.       — Тебя очень сложно — не полюбить…       Он замер — и я видела, как дрогнули эти губы. И его руки — скользнули по моей обнаженной спине.       — Ты ведь — не шутишь сейчас, принцесса? И я — не безразличен тебе?       Он неожиданно бережно — опрокинул меня на простыни. И мне некуда было деться — от внимательных глаз. Не отпускающих меня — из своего плена.       — Далеко — не безразличен…       Вспыхнувший взгляд — и настороженная улыбка в ответ.       — И, может быть, — ты даже немножко любишь меня?       — Совсем — немножко…       Я уже обнимала — эти широкие плечи. Не переставая улыбаться. Чувствуя — как отпускает напряжение эти огромные мышцы. Как сильные ладони — прикасаются ко мне с неожиданной нежностью…       — Повтори это ещё раз, принцесса…       Его хриплый голос — завораживал меня.       Как всегда.       И я подчинилась — повторяя это волшебное слово. На букву «л». То самое слово — по сравнению с которым блекло всё остальное. По сравнению с которым — не казалась высокой никакая цена. Оно странным образом уравновесило всё — в моей жизни. И то — что в ней было. И то — что в ней, наверное, будет потом…       — …Ты когда-нибудь сможешь меня простить, принцесса? За то, что я сделал с тобой? Я обещаю — что твоя жизнь не изменится сильно…       Он не спал. Облокотившись на руку — он смотрел на меня. Тем новым взглядом — от которого у меня что-то сжималось в горле.       — Когда-нибудь — смогу….       В кольце его сильных рук — было спокойно. По-настоящему. Так — как я мечтала. Наверное — всю свою жизнь.

*****

      Оказалось, что всё — не так плохо. И быть укушенной демоном-вампиром — нестрашно. И слово «вечность» теперь для меня — не пустой звук.       Мне не пришлось прощать — и не пришлось жалеть.       Потому что башня из стекла — стала и моим домом. И роскошная лестница — на самом деле подняла до небес. Потому что каждое мгновение — я чувствую его внимание. Его заботу. Его — любовь. Потому что каждую ночь — он со мной. Каждую ночь — его тело говорит мне, что я — желанна. Что я — любима.       Тогда, на следующее утро после объяснения, — он принёс мне кольцо. Странное узкое кольцо — из белого металла. С надписью — похожей на арабскую вязь. И, надевая его мне на безымянный палец, он что-то говорил — на незнакомом языке. Таком же древнем — как и эта узкая полоска металла. Он тогда поразил меня — своей серьёзностью. Он словно совершал какой-то обряд — смысл которого до меня дошёл только через несколько мгновений. Когда в моей руке оказалось — второе кольцо. И его горячая рука. А потом он очень долго не отпускал меня — из своих объятий. И его вспыхнувшая страсть — заставила меня снова позабыть обо всём на свете…       Я не хочу — заглядывать в будущее. Не хочу — думать о нём.       Со мной произошла — странная вещь.       Как только я поняла — что впереди бесконечность, я стала ценить — своё настоящее.       Я перестала — спешить жить.       Я начала получать удовольствие — от сейчас и сегодня.       От вещей — на которые раньше не обращала внимания.       А может, всё дело в слове — на букву «л»?       Над ним можно — смеяться.       Иронизировать.       Не принимать.       Называть — другими, похожими, словами.       Но оно от этого — не исчезнет.       И смысл, который мы вкладываем в него — останется.       Оно меняет нас — это удивительное слово.       И не всегда — так, как нам хочется.       Но однажды произнеся его вслух…       Однажды — испытав…       Я не променяю его — ни на какое другое.

*****

      P.S. Мой муж — демон — уверяет меня в том же.

КОНЕЦ