Угадай кто?

По возвращению её ждал вкусный ужин, Ацуши было настолько скучно, что он умудрился сделать всё по дому раза три и всё равно умудрился скучать сидя в телефоне. Желание погулять его не посещало, он лишь думал: «когда же это прекратиться то?», как ни странно – ответ так и не появился, а надежды на исполнение этого маленького желания были доведены до полусмерти после разговора с Кёкой. – … Ты влюблён. – невозмутимо так ещё и без всякого предупреждения выпалила брюнетка мирно поедая рис с морепродуктами и тофу. А её собеседник лишь подавился тем же рисом не сумев поверить в услышанное. – Кхм-кхм, Кёка-тян, с чего ты это взяла? – отложив трапезу сидел как на иголках вслушиваясь в каждое слово соседки по комнате. – Прочитала… – а она предпочла продолжить есть. – Где?? – перебив, налетел с вопросами. – В журналах… газетах… интернете. – уверенность так и хлещет с её уст. – Что… ха-а, ты серьёзно, Кёка-тян? – недоверие к её словам только расло. – Да… я спрашивала у всех детективов и сотрудниках, даже бывших, но никто не отвечал нормально, поэтому я доверилась своей теории и стала искать ответ в написанных словах. – доев свою порцию, отложила приборы и стала уделять всё своё внимание собеседнику. Пока Снежный Демон убирает за ними, Кёка рассказывала всё, абсолютно всё, что за сегодня узнала. Тем временем Ацуши потихоньку находил сходства с собой и своей ситуацией, а после того как Изуми закончила и стала молча ждать, что на это скажет Накаджима, он прокричал на всю комнату, если не на всё общежитие: «да я влюблён!!». После этого они молча сидели в непонимании, тишине и удивление наверное пол часа. Тишину прервал телефонный звонок от Осаму с ярой просьбой помочь ему выбраться с убийственной ловушки. И дети пошли помогать, куда же они денутся то? Правильно, никудашеньки! Спасли, отвели в общежитие, пошли себе – всё обыденно и просто. Сев друг на против друга, тяжело вздыхая ещё немного помолчали пока Кёка эту тишину не прервала одним замечанием: «Только вот, всё то, что я тебе говорила и приведённые аргументы, оно всё касалось не взаимной любви». Это был как очередной удар для Ацуши – влюблён, так ещё и не взаимно. – Тогда давай хотя бы разберёмся с тем в кого же я влюблён оказался? – предложение Кёки показалось Накаджиме очень заманчивым, но в тоже время бесполезным. Время перевалило за полночь, а единственного кандидата так и не было найдено, но куда же без «но», они смогли выявить список подозреваемых и примерную ориентацию человека-тигра. Легли дети спать после возгласов Ацуши: «Да я гей!». Утро было тихое, спокойное, Накаджима не смог уснуть, Кёка тоже – слишком шокирующая правда. Помятые, почти ничего не евшие утром пошли на работу где не смогли скрыться от вопросов: «Чем же вы всю ночь занимались, раз такие жизнью побиты?». Спали не спали – работать надо, поэтому те тихо приступили к своим обязанностям. – Ацу-уши, - протягивая, забинтованный шатен упёрся со спины на плечи подопечного. – Куникида сказал, чтобы мы пошли вместе на задание, вставай! – А беловласый лишь кивнул и отложил бумаги, вместе они вышли из здания и пошли в сторону общежития, но из-за сонливости Ацуши этого не замечал и просто плёлся позади наставника пытаясь не уснуть.