Восстановить Баланс

      - Поздравляю тебя, Энакин! — хлопнул его Оби-Ван по плечу, когда двери зала Совета закрылись. — Я горжусь тобой. Мне было нелегко тебя готовить, ты это знаешь, но сейчас я горд, что мне выпала честь быть твоим мастером. Квай-Гон был мудрым джедаем. И дальновидным. Он знал о чем говорил. И я рад, что выполнил его просьбу.       - Спасибо, учитель. — растроганно ответил молодой человек, по привычке назвал он Оби-Вана.       - Я больше не твой учитель, Энакин. — тепло улыбнулся джедай.       - Вы навсегда им останетесь. — не согласился Скайуокер.       - Это радостное событие надо отметить. Ты так не думаешь?       - Буду рад! — улыбнулся Энакин.       - Пошли к Дексу тогда. Он знает толк в праздниках.       Энакин кивнул, не решившись заикнуться о Падме. Он бы и с ней хотел отметить это радостное событие. Но, подумав, решил что во-первых она все равно работает, а во-вторых он вечером с ней вдвоем прекрасно отметит окончание своего ученичества в куда более приятной интимной обстановке.       Падме вычитывала ошибки в очередном проекте, когда служанка сообщила ей о визите джедая. Немного удивленная, женщина вышла из-за стола и направилась в гостиную, раздумывая о неожиданном госте. Из всего Ордена с ней дружил лишь Оби-Ван, но и тот исключительно из-за их отношений с Энакином. Сам любимый супруг никогда дверью не пользовался. Падме несмело предположила, что кто-то из Совета джедаев к ней пожаловал, и мысленно приготовилась защищаться и отбиваться, скрывая ложь за крохами правды. И каково же было ее удивление, когда она увидела Энакина.       - Эни! — вскрикнула она от радости и бросилась к нему. Тот подхватил жену на руки и покружил вокруг себя, как всегда собственнически целуя ее. — Ты вошел через дверь?       - Теперь я имею на это почти полное право. — самодовольно улыбнулся он, отводя голову в сторону.       - Твоя косичка! — заметила девушка изменение в облике.       - Теперь я полноправный член Ордена джедаев. Моя вторая мечта сбылась. — радостно говорил юноша.       - А первая какая же? — Падме казалось, что это было основным чем бредил муж.       - Первая сбылась несколько лет назад. — склонился он к жене, Силой расстегивая на ней платье. — Я женился на той, кого люблю больше жизни.       Падме млела от слов и действий мужа. В коконе Силы, который всегда смыкался вокруг нее, когда муж был рядом, ей было спокойно и уютно. Он защищал ее одним только своим присутствием. Его любовь буквально окружала ее, и женщина чувствовала себя самой счастливой во всей галактике. Энакин был везде, в каждой частичке ее тела. Он целовал ее одновременно в разных местах, руками касался груди, а Силой — бедер. Скидывая одежду по дороге в спальню, Падме двигалась по направлению к постели, чтобы в полной мере насладиться мужем. Он аккуратно положил ее на простыни, быстро сдернув все мешающееся на пол. Когда женщина почувствовала приятную тяжесть мужского тела, она застонала от удовольствия. Он еще почти ничего не сделал, а она уже плавилась. Его поцелуи прожигали ее всю насквозь.       - Горячо, Эни... — шептала она, запрокидывая голову назад.       Энакин положил ладонь на кровать, чтобы увидеть лицо возлюбленной, однако шипящий звук отвлек его. Молниеносно убрав руку, он увидел тлеющее пятно. Отодвинув огненную руку подальше от жены, он в Силу отпустил неукротимую энергию, а сам вновь припал к жене, понимая, что надо ускориться. На ласки еще будет время. Боясь касаться любимой пальцами, он Силой проверил ее готовность и тяжело сглотнул, ощутив на языке ее влагу возбуждения.       - Как же я хочу тебя, Ангел! — прошептал он и одним движением слился с ней воедино.       Молодые люди застонали в унисон, и Падме сжала член мужа внутри себя. Дернув бедрами, она полностью соприкоснулась с ним, не оставляя ни малейшей щели между телами. Ее руки и ноги обнимали и прижимали к себе тело Скайуокера, чтобы быть еще ближе. Чтобы еще острее чувствовать его. Она кричала от удовольствия, когда муж начал быстро в ней двигаться и чуть не ослепла от фейерверков в глазах. Он взял всю инициативу на себя, не позволяя ей ничего, кроме как получать удовольствие. В другой раз Падме, может, и повозмущалась, попытавшись взять верх, но тут ей было слишком хорошо, чтобы перечить мужу. Она плавилась в его любви и растворялась в обжигающих ласках. Свет люстры мерцал, а потом и вовсе погас, не выдержав энергии Скайуокера. Скорость, с которой Энакин двигался в ней, была запредельная, и Падме кричала, не сдерживая себя и не думая, слышит ли ее кто-то из слуг или охраны. Не сдерживал себя и супруг, оглашая пространство рыком удовольствия. Когда он обжег ее лавой, выпущенной с гиперскоростью, Падме взорвалась салютами. В ушах стоял звон чего-то разбившегося, а потом раздался треск, и кровать под ними развалилась. Но все это было так неважно в данную секунду. Важнее было то, что они были вдвоем и любили друг друга как никто и никогда раньше не любил во всей вселенной.       Выжав себя всего, опустошив полностью, Скайуокер в изнеможении рухнул в труху от кровати, придавленную матрасом, и прижал жену к себе. Он чувствовал ее как никогда острее, как будто она была частью него самого, его вторым я.       - Слава Силе, ты не отключилась. — сказал он, запутываясь пальцами в ее кудряшках.       - Мы достаточно часто тренируемся. — довольным голосом произнесла Падме. — Не только лично, но и в мыслях. Меня это больше не шокирует, а только радует. Делает к тебе ближе, а наши отношения еще острее. Мне нравится заниматься любовью с тобой на расстоянии — ведь это позволяет насладиться еще большим, когда ты прилетаешь.       - Я опять все разрушил. — обвел Энакин глазами обстановку.       - Твоя сила растет. — поцеловала его девушка. — Обычные вещи не выдерживают. Значит надо их сделать не обычными.       - Что ты имеешь ввиду? — не понял Энакин.       - Если в тебе настолько много энергии, то надо создать то, что будет ее впитывать. Мини или не очень мини генератор. Он будет защищать окружающее пространство от перегрузок.       От неожиданности такой идеи Энакин приподнялся и удивленно посмотрел на свою жену. Такая идея ему в голову не приходила.       - Ангел мой, ты гений. — не веряще произнес он. — Как ты до такого додумалась?       - Эни, я обычный человек, не наделенный Силой. Но общаясь с тобой так часто и близко, воспринимаю ее как сгусток энергии. И если он сбоит, то надо его стабилизировать. Вот и весь секрет. — объяснила девушка свою мысль, которая ей в голову неожиданно пришла.       - Пожалуй, мне стоит еще поработать над своей перчаткой. — заключил Энакин.       - Или создай две.       - Две? — опять удивился муж.       - Твоя сила наверняка и дальше будет расти. Нужен запас. И потом, двумя такими руками тебе будет удобнее держать меч или ловить молнии. — пояснила девушка.       - Молнии? — переспросил Энакин.       - Ну, это же та же энергия, только сконцентрированная, разве нет? — предположила Падме. — Ты сам мне рассказывал, что мечом отбил молнии Дуку. Хорошо, если есть меч и он выдерживает такой накал и не вылетает. А если нет?       - Хм... — задумался Скайуокер, прокручивая в голове как технически это создать.       - И потом, кто-то в Сенате ситх, ты сам мне это говорил. Мы с ним можем каждый день пересекаться и не знать этого. Сила, да я сама хочу такое оружие! Столкнись я с ним, бластер мне не поможет. И тебя рядом может не оказаться.       - Не говори так. — нахмурился Энакин. — Не хочу даже думать о таком.       - Я тоже. — согласилась девушка. — Но идет война. И если Дуку или новоявленный Гривус вдруг заявятся сюда, то мы все будем в опасности.       - Я подумаю над оружием и для тебя, родная. — поцеловал ее Энакин, окрыленный новой идеей.       Несколько позже после очередных перекатываний по полу в крепких объятиях друг друга и наслаждения любовью друг друга на непострадавших от энергии джедая поверхностях пара влюбленных сидела на полу и ковыряла перчатку Энакина. Точнее, ковырял-то ее сам Скайуокер, а Падме помогала по мере своих возможностей. Ей нравилось быть частью жизни Энакина. Быть женой воина доставляло немало волнений и тревог, однако такое времяпрепровождение в калибровке и чистке оружия ей было откровенно приятно. Она сама регулярно этим занималась после тренировок.       - Как твоя миссия на Прэситлине, — спросила Падме. — ты мне так особо ничего и не рассказал.       Энакин пожал плечами, не зная как объяснить любимой свои ощущения во время битв.       - Ну, просто так тебе бы не дали звание рыцаря. — говорила девушка. — Ты не раз и прежде проявлял себя с лучшей стороны, однако Совет не производил тебя в рыцари.       Энакин закончил пайку контакта и отложил перчатку. Падме также отложила инструменты и взяла мужа за руки. Она поняла, что ему что-то неприятное сейчас придется рассказывать, и вся сосредоточилась.       - Там была женщина, ты сама мне о ней рассказывала, — начал Скайуокер свою исповедь, не поднимая глаз. — Рейджа Момен. Она была столь отважна, защищая Центр. Она верила в свои идеалы, в своих людей, в правое дело, которому служила. — Энакин сжал руки в кулаки, вспоминая убитую на своих руках женщину. — А еще она напомнила мне мою маму. Знаешь, когда я туда ворвался и спас их, она обняла меня и поцеловала. Как мама. — Энакин поднял голову, и Падме увидела в глазах неподдельную горечь. — И на меня нахлынули воспоминания с Татуина. А потом, когда ее застрелили у меня на глазах, у меня снова пронеслись ассоциации в голове. Как я мог не спасти ее из лагеря, и словно это моя мама умерла у меня на руках. Во мне такой гнев поднялся, такая злость. На всю ситуацию, на войну, на наших врагов, на тех, кто разрушает Республику. Она и так еле жива. Джедаев истребляют, нас все меньше и меньше становится. От этого бешеного калейдоскопа эмоций я отпустил себя в Силу, погрузился в злобу, которая всегда придает мне сил, и пошел крушить всех, кто вокруг представлял угрозу. Я не знаю скольких там положил, но успокоился только когда понял, что врагов больше нет.       Энакин замолчал, отведя взгляд, а Падме закусила губу, размышляя что именно тревожит любимого больше всего.       - И что было потом?       - А потом я вел эскадрилью в воздушный бой, и мы выиграли его. — Энакин поднял свои глаза, и они вновь лучились счастьем. — Правда, я сильно потрепал своего "Лазурного ангела", но это нестрашно. Я его почти отремонтировал. Хорошая птичка.       - И название тебе подходит. — улыбнулась девушка, погладив мужа по щеке. — Так что именно тебя так задело на этой миссии? Воспоминания о маме?       - Нет. — качнул Энакин головой. — Я же точно знаю где я и что реально. Меня беспокоит как легко я поддаюсь гневу. Ведь именно ассоциация с мамой меня вывела из себя. На войне многие умирают: дроиды, клоны, люди. Меня это беспокоит, разочаровывает, злит, но когда по-настоящему задевает, я выхожу из себя.       - Переживать за близких это нормально. — заметила Падме.       - Но я джедай. — не согласился Энакин. — Я не имею права на такие эмоции.       - Но ведь ты не такой как все. — разумно сказала женщина. — А, значит, и твоя реакция отличается. Разве нет?       - Джедай, который идет на поводу у своих эмоций, становится ситхом. — озвучил Энакин свой страх. — А я не хочу стать тем роботом в броне. — молодой человек опять с ненавистью посмотрел на свою перчатку.       - Не каждый робот ситх и не каждый ситх робот. — качнула Падме головой. Энакин повернулся к ней лицом.       - Что ты имеешь ввиду?       - Что значит быть ситхом? Кто это в реальности? Я в своей жизни слышала о трех — Дарт Мол, которого убил Оби-Ван, граф Дуку и неизвестный в Сенате. Про Дарт Мола я мало знаю, граф Дуку был джедаем и меня уверяли, что он не убийца, как ты помнишь, и по его виду не скажешь, что он злодей. А этот неизвестный в Сенате вообще сплошь тайна.       - Ситхи убивают! — воскликнул Энакин, ужасаясь как равнодушно Падме обсуждает эту тему.       - Джедаи тоже. — пожала девушка плечами. Она далеко не была так равнодушна как хотела казаться. Нет, она всего лишь пыталась понять что именно тревожит мужа. Страх перед словом — лишь игра сознания. Страх перед делом — реальная опасность.       - Джедаи защищают невиновных! — злился Энакин.       - Убивая противников, сражающихся за свою правду. — настаивала девушка. — Как видишь, итог один.       - Родная, ты меня таким образом толкаешь на Темную сторону? — уже начал Энакин выходить из себя. — Ты хочешь получить темную машину для убийств в качестве мужа?       - Нет, я всего лишь хочу понять, что именно тебя пугает. Меня не интересуют остальные джедаи — мне с ними не жить и детей не растить. Но я хочу понимать тебя. Что для тебя означает ситх? И каким ты его видишь?       - Кодекс говорит... — начал Энакин, но был перебит Падме.       - К ситху Кодекс! — рявкнула она. — Ты нарушал его не раз и будешь нарушать. И что теперь, ты ситх?       Энакин задумался и в размышлениях погрузился в себя. Он ушел в транс, соединяясь с Силой. Мягкие волны накатывали, отбрасывая сомнения, восстанавливая спокойствие, приводя мысли в норму. Он действительно задумался над словами Падме. Да, он часть системы, но он — личность. И у него есть свои мысли и убеждения. Это было неправильно в соответствии с Кодексом, но и он был неправильным. Так, может, Падме права?       - Я не думаю, что я ситх. — произнес он. — Во мне нет жажды убийства ради выгоды и желания власти для себя. Я лишь хочу мира и покоя, защищать мир и покой галактики. — вдумчиво произнес он.       - Ну вот и отлично. — улыбнулась девушка. — Мы разобрались в твоих страхах и чувствах и отделили Свет от Тьмы. Ты не раз мне говорил, что твое чувство Силы показывает, когда надо остановиться и кто есть враг на самом деле. Так что не думаю, что тебе нужно сильно переживать по поводу наличия Тьмы в душе. Она есть в каждом из нас. И вопрос не в ее наличии, а восприятии.       - Памде, ты ангел. — с чувством поцеловал Энакин ладонь жены. — Я никогда не устану это тебе повторять! Ты не представляешь как я признателен за все эти слова и помощь!       - Я всегда рядом для тебя, Эни. — тепло улыбнулась она. — А теперь можно закончить оружие для тебя и подумать над таким же для меня.       - Знаешь, а ведь я хотел поговорить с тобой, обсудить миссию на Прэситлине. — уже легко говорил Энакин. — Для меня было важно твое мнение о произошедшем. Происходящим со мной. И я рад, что ты спросила об этом.       - На то я и жена, чтобы беспокоиться о состоянии мужа. Тем более такого одаренного. — невесомо поцеловала она мужа. — Нам еще детей таких же растить.       - Ангел, ты уже не первый раз за сегодня говоришь о детях. — сощурил Скайуокер глаза. — Ты ни о чем не хочешь мне сказать?       - О чем я должна тебе сказать? — откровенно не поняла женщина.       - У нас будет ребенок? — напрямую спросил Энакин, боясь услышать положительный ответ.       - Эни, какой ребенок!? — засмеялась Падме. — Будь я беременна, ты бы первый узнал об этом! Раньше меня!       - Почему это? — удивился молодой человек.       - А разве ты не чувствуешь других? — вздернула девушка брови. — Ты же сам мне не раз говорил, что чувствуешь меня как себя, мое состояние. И лучше чувствуешь других. Вы же через Силу прощупываете живых существ, определяя их истинные намерения и чувства. Логично, что ты бы почувствовал, что я изменилась.       - Хм...ты права... — задумался Энакин.       - И, раз уж мы говорим о всяком таком, позволь заметить, что при всей мощи джедаев никто не может ощутить кто является ситхом в Сенате. Да тот же граф Дуку! Такой благообразный, внешне и не скажешь по нему ничего. Сколько лет он ситх? И никто не почувствовал это в нем?       - Ситхи — мастера маскировки. — произнес Энакин. — Их сложно вычислить. Они скрываются.       - Под видом благообразных старичков и честных торговцев? — засмеялась Падме.       - Что-то типа того. — также развеселился Энакин, однако в подсознании что-то царапнуло его.       - Надо найти его до того как он совершил непоправимое. — уже чуть серьезнее произнесла Падме. — Если он так долго при власти, то многое знает и умеет. Он глубоко пустил свои щупальца в Сенат, в галактику. Да и в ваш Орден тоже небось.       - И что ты предлагаешь?       - Надо провести расследование. Выявить круг тех, кто это может быть.       - Но это же не одна тысяча существ! — опешил Скайуокер. — Да и Орден проверял.       - Ага, и Дуку не распознал ваш Орден. — фыркнула девушка. — Не годятся их методы. Если не нашли они врага обычным путем, надо идти другим. Может, тогда и вымирать не будут джедаи.       - Пересмотреть догмы я бы и сам хотел. — буркнул Энакин. — Ты не представляешь до какой степени они мне видятся устаревшими и мало действенными.       - Поменяем мир, мою возлюбленный супруг? — хитро сощурилась сенатор. — Помнится, когда мы прибыли на Набу несколько лет назад, ты мне сам это сказал.       - Вместе мы можем все! — подхватил счастливый до нельзя Скайуокер свою жену и закружил ее в воздухе. — С чего начнем менять этот мир?       - С поиска ситха. — поцеловала она мужа.       - Я в Вашей власти, госпожа. — соблазнительно улыбнулся джедай. — Приказывайте.       - Сначала ты закончишь перчатку. — раскрыла Падме указательный палец, который Энакин тут же поцеловал, гипнотизируя ее. — Затем ты починишь кровать. — второй палец отогнулся, и Энакин всосал его несильно. — И сделаешь звукоизоляцию в спальне. — третий палец также не остался необласканным. — А то, боюсь, толпы соседей-сенаторов мне не избежать. — мило покраснела женщина, наблюдая как муж соблазнительно облизывает кончики ее пальцев. Во рту стало сухо, и она облизнула губы.       - Что мне делать потом? — почти шепотом спрашивал муж, и тело предательски вибрировало, сползая мыслями в чувственное продолжение разговора.       - Потом... — чуть сбилась девушка с мысли — ведь Скайуокер потянулся к ее шее. — Потом отправляйся в Храм и выясни с каких пор началась нестабильность в Республике.       - А что будешь делать ты? — проводил Энакин языком по шее жены, соблазняя ее сильнее.       - А я буду делать тоже самое в Сенате...ах! — не сдержала она стона, когда Энакин оставил поцелуй на особо чувствительном месте ее тела. — Буду почаще появляться на собрания-ах, прие-о-мах... — стонала Падме, изгибаясь в руках мужа. — выяснять кто долго присутствует в Сенате.       - Будешь встречаться с мужчинами... — кусал в ревности Скайуокер уже оголенную грудь жены, наслаждаясь ее пока еще слабыми криками.       - А также женщинами, их помощниками, секретарями, дроидами... — продолжила Падме список. — И вообще представителями всяких рас нашей галактики.       - И со многими ты будешь танцевать или оставаться наедине? — терзал он затвердевший сосок.       - Я буду тебе все транслировать, чтобы ты потом настучал по голове каждому, кто позволит себе лишнее. — прижала к себе она голову ревнивца.       - Буду ждать с нетерпением. — спустился Энакин ниже по телу супруги. — Давно пора почистить ряды Сената. — сняв с любимой всю одежду, он спустился языком к самому интимному месту. — Я бы прошелся широкой ковровой бомбардировкой по всему вашему сенату, чтобы избавиться от всех лентяев и дармоедов. — Энакин наглядно показал как бы он это сделал, и Падме задохнулась в своих эмоциях. — Я бы вычищал и вылизывал каждую платформу, чтобы не осталось ни одного равнодушного или неверного. — Падме задрожала от невероятных ощущений, которые дарил язык мужа. — Я бы с каждым представителем пристально пообщался, чтобы он не смог скрыть от меня хоть малейший кусочек информации. — прикусил он клитор, и Падме протяжно застонала, захлебнувшись криком. — Я бы допрашивал его до полного изнеможения, — теребил он клитор, заставляя Падме двигаться ему навстречу. — пока он мне все не рассказал. Что знает, что чувствует, чего боится.       - Ааааа! — затрясло Падме. — Так поступают диктаторы...       - Эффективно. Достигаешь результата. — довел до кульминации он любимую жену, отчего она громко закричала не своим голосом.       Бурно кончая, она ничего не слышала и не видела. Лишь хотела, чтобы любимый муж никуда не уходил и почаще доводил ее до такого исступления. Не сразу отдышавшись, она посмотрела на Скайуокера, который самодовольно улыбался.       - Что скажет мой дорогой сенатор? — поинтересовался он.       - Если допрос каждого сенатора будет в таком ключе, то, боюсь, очередь будет до самого края галактики. — зевнула девушка, прикрывая рот ладошкой.       - Я что-нибудь придумаю. — пообещал Энакин, целуя жену с намерением устроить неизвестно какой по счету за сегодня раунд.