Рыжая ведьма

Чуть не попав под машину, перебегаю злосчастную дорогу. В спину гудят люди, кажется, кто-то посигналил, но это не важно. Если я не успею, то Барби с меня три шкуры спустит себе на костюмчик или ещё что похуже. И на могилку ж потом плюнет, да и станцует ещё. Осталось всего пару метров, но я останавливаюсь из-за странного запаха. Дым. Я оглянулась, чтобы уловить источник, и с ужасом понимаю, что запах гари исходит от того самого завода. Тарабаню в железную дверь, которую никто не открывает. Не вытерпев, пытаюсь сама открыть её, и та поддается. Из глубины здания показался дым, мешающий дышать. Стало невыносимо жарко. Сбросив сумку с курткой куда-то в сторону, я поспешила внутрь. Из-за кашля и слезившихся глаз, я ничего не могла сделать, но всё же пыталась найти хоть кого-то. Споткнувшись обо что-то тяжелое, я упала на колени. Господи, это же Сережа! Что с ним? Черт, и телефона с собой нет, в сумке оставила. Отвесив неплохую пощечину знакомому, я вздрогнула. Он не очнулся. Хотелось ударить себя по голове. О чём я вечно думаю?! Явно не о том, о чем нужно. Я бросилась вперед, думая, что возвращаюсь к выходу, но, к сожалению, запуталась, и только ушла вглубь. Увидев ещё пару знакомых и предприняв бесполезные усилия, чтобы они очнулись, я побежала вперед. Нужно было срочно найти телефон или хотя бы открыть окно, чтобы позвать на помощь. Голова раскалывалась, с каждым вдохом было всё тяжелее, пока не напал новый приступ кашля. Остановившись, я наклонилась слишком низко, и всё закружилось. Впервые пожалев о прогулах уроков ОБЖ, я побежала дальше. Ноги почти не слушались, запах гари становился сильнее. Когда я нашла телефон, то поняла, что провода перерезаны. Это неслучайно! Вот только выберусь отсюда, и сразу в путь – искать негодяев. Только бы выйти. Голова тяжелела, глаза слезились. Сделав ещё пару шагов, я провалилась в темноту. Пытаюсь разлепить глаза, головы будто бы нет, всё тело ноет, как после пробежки по всей России через горы и реки. Первое, что я отчетливо увидела, был слепящий белый свет. Я попыталась прикрыть глаза рукой, но она была крепко прижата к кровати. С помощью всех сил, которые у меня были на данный момент, я повернула голову. О, чёрт, Юля! А она здесь что делает?! В горле было слишком сухо, чтобы что-то прошептать, а тем более сказать. У меня было время подумать. Пожар. Непроходной дым отчетливо врезался мне в память. Внезапно накатила истерика. Я рыдала и смеялась одновременно. Пожар. Я чуть не умерла. Если бы меня не спасли, меня бы не было. - Тише-тише, - Юля крепко обняла меня. Смех исчез так же неожиданно, как и появился, но поток слез было не остановить. В голове слишком много мыслей металось. Если кто-то не выжил, то я себе этого не прощу. Какая я дура! Нужно было сразу же звонить пожарным, а что сделала я?! Я горегеройствовала. Молодец, одним словом. - Все живы? – спросила я, наконец, что-то выдавив из себя. Собеседница сильно прижала к себе, а затем отпустила. - Все живы, правда те, кто остался рядом с источником огня, получили серьезные ожоги, да и все получили тяжелое отравление, - успокоила меня девушка. Живы, все живы. - Слава Богу… - прошептала я куда-то наверх. Накатила дикая усталость. - Спи, давай. Проснешься, всё узнаешь, - потребовала Юля и погладила меня по голове. От неё ничего не скроешь, видит насквозь. Я криво улыбнулась ей, и, закрыв глаза, вновь провалилась в беспокойный сон. Знаете, иногда просыпаешься ни от чего? Просто так, будто аккумулятор зарядили на все сто процентов. Примерно так я и проснулась. Хороший сон сделал своё дело, и я спокойно смогла рассмотреть свои апартаменты. Белые, а точнее слегка пожелтевшие, в разводах стены уже раздражали меня. Прекрасное начало утра, госпожа Фролова, прекрасное. Потолок белый и чистый, ремонт делали перед моим приездом? Похвально. Палата одноместная, хотя можно было бы поставить ещё две кровати и осталось бы достаточно места для моего личного пространства, с двумя окнами. Сбоку ютилась тумбочка и небольшой шкаф. За окном было ещё темно, а в открытую форточку подул ветер. Я поежилась и натянула одеяло до подбородка. В голове было пусто, словно кто-то всё стёр ластиком. Никаких эмоций, кроме жалости и горечи. Холод, пронизывающий всё тело, и тишина, давящая на виски. Хотелось вновь забыться сном, но это было невозможно. Дождь забарабанил по крыше, когда я перевела взгляд на окно. Сыро, муторно. Замечательное пробуждение, однако. - Войдите, - стук в дверь выбил меня из колеи, и я ответила как-то рассеяно. - Ты как? – в комнату вошла мама и села рядом. - Жива, - вот я сейчас смотрю на неё и понимаю, в какой передряге я недавно побывала. Мама. Господи, о чем я думала? Я придвинулась к единственному родному мне человеку и обняла её, - Мам, прости меня. Она чуть вздрагивает, а затем обнимает меня в ответ, крепче прижимая к себе, будто я пару минут была призраком, а сейчас она хочет удостовериться, что я всё ещё здесь. - Мам, прости, - я не заметила, как снова начала плакать, но на этот раз тихо. Неужели, я могла лишиться всего и так просто потерять её? - Всё хорошо, - я слышу её тихий шепот, но на душе всё ровно кошки скребут. Она отпускает меня, а затем аккуратно гладит по голове, - мне пора идти, но я скоро зайду. Она выскальзывает из палаты, а я вновь остаюсь одна. От прихода мамы стало немного легче, но что-то не отпускало меня. Поджав ноги, я прикрываю глаза. Мама ушла, холод вновь забрался в душу, и мурашки пробежали по телу. Не смотря на теплое одеяло, мне было ужасно холодно. Все мысли смешались, я просто не знала, что делать. - Войдите, - повторяю я во второй раз и поворачиваю голову в сторону двери. Юля. Я пытаюсь улыбнуться, но получается кривая гримаса. - Даже не пытайся, так ты меня только напугаешь, - усмехнулась Волкова и села рядом на стул. - Я тут стараюсь, а она даже не пытайся, - буркнула я, ещё больше заматываясь в одеяло. - Ты как? - Ты, наверное, всё время будешь начинать нашу встречу с этого вопроса, пока я не выпишусь, - снова пробурчала я, - Жива. - Да ладно, я думала мы тут тебя с того света достали, - саркастично хмыкнула она, и я поникла. Юля мгновенно хлопнула себя по лбу, - Господи, успокойся, все живы. - Вы и впрямь достали меня с того света, - слабо улыбнулась я, посмотрев в потолок. Не могла я смотреть ей в глаза. - Да, достали, не заставь меня пожалеть об этом, Женя, - она легонько стукнула меня по голове и притворно фыркнула. - Что случилось там? – наконец выдала я самый важный вопрос, который терзал меня изнутри. - Пожар, если ты не заметила, - фыркнула Волкова, но, тут же уловив мой настрой, приняла серьезное выражение лица, - Это было случайностью. Возгорание компьютера. Ты же помнишь, какой у нас он был старый? Динозавр просто. Какой-то придурок оставил его включенным, а точнее делал копии на принтере и вышел из комнаты. Компьютер возгорелся, потом принтер, бумага же помогла. - И что же он копировал? – почему-то мне показалось это странным. Да, принтер и компьютер были в здании, но почти никто ими не пользовался. Страхово было приближаться к нему и работать с этой доисторической техникой из СССР. Да и провода телефонные были перерезаны, но я не стала говорить Юле об этом. - Не знаю, это особо никого не интересовало, - задумчиво проговорила она. Я всё-таки посмотрела ей в глаза. Кажется, её тоже заинтересовал это отрывок. Нужно было сменить тему, причем срочно. Не хватало, чтобы она ещё разволновалась. - Ясно, - коротко буркнула я и легла на подушку. Повисла тишина, но она ничуть не давила. Было о чём подумать, но мне хотелось снова отключиться и проснуться дома до спора, после которого всё пошло под откос. И тут меня озарило, - как там твой братец? - Забавно, что ты меня спрашиваешься о нём, - неопределенно хмыкнула Юля и сразу же замолкла. Ну, здрасти, приехали. - Чёрт бы тебя побрал, я мысли читать не умею, - простонала я, закрывая глаза ладонью. Волковы, как я раньше не замечала, были поразительно похожи. И я говорю не о внешности, а о их долбанном характере. Вот он-то и сведёт меня в могилу. - Не поверишь, но Костя точно так же выразился, - просияла она. Шоколадную фабрику мне в личное пользование, что она только что сказала? Да ещё с таким видом, как будто мы женимся, прости Господи. - Отлично, теперь мы с Костей одинаково выражаемся, и что дальше? – пробурчала я, - Что он, кстати, спрашивал? - Не поверишь, о твоём самочувствии, - хитро улыбнулась она. Почему мне это не нравится?! Ах, да… Это же Юля. Обычно, когда у неё такая ослепительная улыбка, то это не заканчивается добром для меня. - Ему на голову метеорит упал? Или же пока я была в мире ином, случилось землетрясение? - Да ладно тебе, - улыбка на лице Волковой стала шире, - он не такой уж и плохой. - Ага, конечно. Эгоист, слюнтяй, наглый, бесцеремонный, грубый, бесчувственный, скотина, - начала перечислять я, на что собеседница все больше улыбалась, а под конец моей незаконченной тирады в её глазах зажёгся огонёк. Спасаться нужно отсюда, причем срочно. У меня нервно дернулась бровь. - Да, да… Ты ему, кстати, тоже нравишься, - девушка потрепала меня по плечу, и я обомлела напрочь. Что она только что сказала?! Я вздрогнула. Я ему нравлюсь?! Что за бред сивой кобылы?! Я скорее поверю в то, что Волан-де-Морт мой отец. - Не говори ерунды, - я чувствовала, как к щекам приливает жар. Впервые я так нервничала. Мы говорим о Косте. О Волкове, чёрт возьми. Хотелось просто провалиться сквозь землю, и чтобы потом никто не нашёл. - Ага, и краснеешь ты просто так, и он тебя вытащил из того долбанного здания тоже просто так, - усмехнулась она. Тут меня глюкануло. Волков спас меня… Волков спас меня. Волков спас меня? Волков спас меня?! - Это правда? – и тут глюкануло её, потому что вырвалось это у неё, по ходу, совершенно случайно. Мы смотрели в глаза друг другу, пока она пыталась собраться с мыслями и отдышаться от накатившей информации. Спор, беременная Юля, Костя, пожар и снова Костя. - Сама у него спросишь, - спустя минуту фыркнула она. Ага, а ты из себя сваху сейчас просто так, блядь, строила, да? - И вообще ты не так всё поняла, - ну раз ты пошла на попятную, то я, пожалуй, тоже тебе кое-что расскажу. Спустя час я выпроводила Юлю Волкову из своей палаты, совершенно забыв спросить о её ребенке и женихе. Проклятая моя забывчивость. Но как ни странно, после прихода подруги и тренера в одном лице мне стало легче. Даже после моей истории, она всё ровно считала, что мы настоящая пара. Да уж, если что-то она вобьёт в свою голову, то всё - выбить невозможно. Проще найти единорога и научить его подделывать деньги. Вечером после своего дежурства меня навестила мама и пообещала принести мне что-то вкусное. Питание в больнице меня не впечатлило. Мне от него ещё больше есть захотелось. И тут же про других мне мама снова ничего не сказала. Завтра воскресенье - 11 октября. До дня рождения осталось девять дней. Утром ко мне пришел лечащий врач, точнее подруга моей мамы, Анна Аристарховна. Заявила она мне довольно приятную новость. В среду меня выпишут и освободят от физкультуры. Вообще физкультура мне нравится, но то, что происходит у нас в школе физкультурой назвать никак нельзя. Издеваловка, одним словом, которого даже не существует. Погода резко изменилась, за окном светило солнышко, из-за чего палата казалась гостеприимнее. Проще говоря, день начинался неплохо, и я планировала, чтобы он таким и оставался, но баланс во Вселенной не будет восстановлен, если за день со мной что-нибудь не случится. В палату постучали за это утро около тридцати раз. Половину из которых была мама, три раза врач, пять раз медсестры и семь маленькие дети, которым понравилось издеваться над моим терпением, поэтому моё настроение, мягко говоря, ухудшилось. И когда постучали в дверь в тридцать первый раз, я не выдержала. - Войдите, - я буквально зарычала. Мне бы пару клыков, нужный фон, и я бы была неплохой бабайкой. - С ноги не с той встала, Рыжая? – спросил вошедший Костя. Ну тебе-то что здесь нужно? Или сегодня день такой? «Достань Евгению Фролову и получи плюс пятьсот к карме и самолюбию»?! И я бы непременно ему всё высказала, да только он был не единственным гостем. В палату вошли ещё Данил, Юля и Влад. Я понимаю, Данил – друг детства, Юля - в каждой бочке затычка, но Влад что здесь делает? Вряд ли просто так, не в его стиле. - Ага, левой четвертой от зуба, - буркнула я, но, только заметив в его руке пакет с едой, сморщила нос, а живот предательски заурчал. Волков хмыкнув то ли от моей фразы, то ли от подающего кое-какие признаки желудка. - Держи, - парень перекинул мне пакет. Господи, да за нормальную еду я готова терпеть его целый день. - Я всё сделаю, - заявила Юля и выдернула у меня пакет. Я тяжело вздохнула. Она хоть готовить хотя бы бутерброды умеет? - Надеюсь, ты меня не отравишь, - улыбнулась я, вспоминая, как она один раз приготовила мне кофе. На что она махнула рукой. - Ты как? – спросил Данил, садясь рядом на стул. - От того, что мне задают этот вопрос каждые два часа, ничего не меняется, если станет хуже или я умру, то я непременно сообщу, - пробурчала я. От моих слов братец засмеялся, и все остальные улыбнулись. - Похоже, и вправду всё в норме, - иронично усмехнулся Влад, а затем обратился к Шевченко, - она всегда такой была? - Да, сколько себя помню, - честно ответил ему Данил. Я не удержалась от затрещины, чем снова повеселила окружающих. - Пострадала я, пострадал запас слез, нервы потерпели жертвы, но только не сарказм. Он со мной останется надолго, - довольно улыбнулась я. Вдруг стало всё правильным, что ребята навестили меня. Что мы не ссоримся с Волковым. Может между нами и вправду образовалась симпатия? - Мальчики, сходите за кофе, - попросила Юля. Ей они не смогли отказать. Неужели, она познакомила их со своей тёмной стороной? Приняв заказ, Соколовский и Шевченко вышли из палаты со скоростью ультразвука. - Что врачи говорят? – спросила бывшая Чёрная вдова, заканчивая бутерброды и открывая булочку. - В среду выпишут, - улыбнулась я, девушка ответила мне странной улыбкой. Опять какой-то план в действии? Сваха mode on? - Отлично, значит, мы сможем отпраздновать твой день рождения, – черт подери, откуда она знает?! Данил сказал, наверное. Вот он вернётся, я ему по башке настучу. Будет знать. - А если я не хочу его праздновать? – раздраженно спросила я, намекая, что хочу пропустить этот день. Новый год? Обожаю. День Святого Валентина? Терплю. Пасха? Почему бы и нет. Проще говоря, любой праздник, но не мой день рождения. - Не говори глупости, - произнесла Волкова таким тоном, будто я не хотела жить, а потом сменила тему, - у меня для тебя сюрприз, - она резко переменилась в настроении и выскочила из палаты. - Как всегда в своём репертуаре, - тяжело вздохнула я и перевела взгляд на Волка. Он странно молчал, смотря мне в глаза. Почему-то я ясно читала окружающих меня людей по глазам, но его не могла прочитать. Его глаза цвета металла будто заморозили меня. Я смутилась, но не отвела взгляд. Стало вдруг хорошо и приятно, не смотря на то, что я заметно нервничала. - А вот и я, - я смогла перевести взгляд на Юлю только тогда, когда Костя отвернулся от меня, но я тут же забыла о нём. - Настя! – я вскочила на холодный пол без всякой обуви, обнимая любимую Барби. Чёрт бы забрал душу, она жива! И с ней всё хорошо. - А вот сейчас ты меня удушишь, - прошептала она, и я её отпустила. Господи, я готова была плясать от радости. С ребятами я прекрасно провела время, если не считать, что Волков всё время молчал. Когда все разошлись, из головы не выходило куча вопросов. Почему он так смотрел на меня? Почему Костя так повёл себя? И самое главное. Почему когда я вспоминаю тот зрительный контакт мне становится так хорошо и тепло?