я нуждаюсь в помощи, а не в обвинениях

      Джису просыпается ночью, огромные шторы плотно закрывают окна, поэтому в комнате царит кромешная тьма. Наверное впервые она ни чуть её не пугает. Девушка садится на кровати, её волосы слиплись то ли из-за крови, то ли… Она принюхивается и резко выдыхает, господи боже, кажется её стошнило.       Она пытается разглядеть хоть что-то, но смирившись с тем, что для этого слишком темно, нащупывает светильник и включает его. Такой, казалось бы, крошечный источник света достаточно ярко освещает огромную комнату, размеры которой явно не уступали дорогостоящему номеру отеле. Джису смеётся вслух. Как было бы здорово стань она таким же светом для таких «темных» парней, она могла бы показать им все прелести этой жизни без всякого насилия. Просто обычная жизнь, обычных, мать его, подростков, которые в этом возрасте должны наслаждаться своей молодостью.       Девушка вздыхает. Нет, ничто их не исправит. Даже тюрьма. Она бы хотела, но вчерашний день доказал ей, что такие нелюди могут лишь мучать и убивать людей. В них нет и капли человечности.       Она сомневается хватит ли у неё сил дойти до ванной, чтобы хотя бы отмыть с себя кровь и рвоту. Нет! Она резко останавливает себя. «Не вспоминай события вчерашней ночи! Давай, представим, что-нибудь хорошее? Нет. даже необязательно хорошее, просто давай не будем. Нет! Не вспоминай этого человека!»       Джису не хочет плакать и раскисать сегодня, у неё нет на это времени. Она трясёт головой, чтобы отогнать образ того мужчины, которого больше нет и идёт в ванную. Но тут входная дверь открывается и на пороге показывается Юквон. Джису инстинктивно делает шаг в противоположную от двери сторону. — Прости, я не хотел тебя пугать. — Растерявшись извиняется он и остаётся стоять в дверях. — Думал, ты спишь, вот, — он протягивает пару пакетов. — Купил тебе немного одежды. — Он ждёт, пока девушка сама подойдёт за пакетами, не решаясь подойти ближе, потому что боится напугать её. — Спасибо. — А вот, — он указывает в сторону прикроватной тумбы и когда понял, что Джису не понимает о чём он, двигается в его направлении. Джису прижимается спиной к двери ванной, хотя их всё равно разделяло достаточно большое расстояние. — Тут твой рюкзак под кроватью, там… в нём вещи твои. — Он говорит слишком быстро и это сбивает Джису столку. Она смотрит на него с недоумением на лице, потому что сомневается, действительно ли он настолько волнуется, что ведёт себя так или насмехается над ней. — Не стой там, меня стошнило кажется и теперь там воняет. Юквон смеётся: — Тебя стошнило прямо на Минхёка! Так что можешь не переживать! — но заметив как сменилась в лице девушка он резко успокаивается. — В общем, да, не переживай, мы в жизни всякого дерьма нанюхались, не только из-за тебя.       Джису наконец-то понимает что молчит слишком долго, когда парень начинает озираться по сторонам, словно в поисках чего-то. — О, извини, — она тянется к вещам. — Спасибо за одежду, я как раз собиралась принять душ. — Да, — он отдаёт ей пакеты с рюкзаком. — В общем, мы с Минхёком сегодня по очереди спим на случай, если тебе станет одиноко. Так что еще, — он смотрит на часы. — Ещё сорок восемь минут я в твоём распоряжении.       Джису пытается выдавить хоть что-то похожее на улыбку, понимая как он старается, но у неё плохо получается, поэтому она просто сбегает с вещами в ванную. Ещё несколько секунд она стоит прислонившись к двери изнутри и прижимая к груди одежду. Она не понимает что не так ровно до тех пор, пока не слышит щелчок выключателя снаружи и в ванной не включается свет. — Ну и дурында…       Девушка смотрит на свое отражение в зеркале и едва сдерживается от крика. С каких пор она стала такой? Вся в грязи, с синяком на лбу и кровью размазанной по щеке, шее, прилипшей к щекам волосами и рвотная масса вперемешку с той же кровью. Какой кошмар...       Она едва сдерживает рвотный позыв и бежит к раковине, чтобы смыть всё с себя. Но когда девушка тянется к крану, она замечает, что её руки в крови и вся ткань джинсовки пропитана кровью, которая уже успела засохнуть.       Она открывает кран и пытается оттереть кровь с рук, лица и шеи. Она растирает их поочередно снова и снова, ледяной водой, до покраснения кожи и когда понимает, что от этого мало толку — снимает с себя одежду по пути к душевой. Она чувствует себя отвратительно грязной и боится, что это чувство не изменится даже после того, как она отмоется.       Зайдя в кабинку она выкидывает уже из неё носки, включает теплую воду и продолжает оттирать кровь, сдирает волосы, потому что рвотные массы наверняка застряли в них. Она вновь и вновь проводит пальцами по волосам, выливает на ладонь огромное количество шампуня и размазывает не по корням, а по всей длине. Этой же пеной продолжает оттирать кровь, которой по сути то и не осталось, но ей страшно, что на её коже останется хотя бы крошечная частичка чужой крови. Крови уже мертвого человека.       Она трясет головой. Нет. Забудь о нём. Не сейчас.       Она снова намыливает голову, найдя гель для душа снова неистово трет кожу и когда она уже начинает скрипеть — Джису успокаивается и садится, подставляя голову воде. Она раньше так сильно её боялась, но сейчас это кажется самое комфортное место в мире.       Она прижимает колени к груди и обнимает их. Никто не услышит. Ты можешь снова дать волю слезам, Джису.

***

Выйдя из душа она наматывает одно полотенце на волосы, а вторым обтирается насухо, так, что кожа краснеет. В пакетах находит разную одежду, но её заставляет улыбнуться розовая пижама, которая очень уж ей напоминает ту, что сейчас лежит в комоде её комнаты. Она смеётся, даже носки. Самые разные и даже такие же, в которых она провела эти несколько дней. В рюкзаке она находит бельё и наконец-то переодевается в чистую и свежую одежду.       Свои старые вещи она выкидывает в мусорку и снова долго трет руки, потому что боится, что на её коже теперь куча частиц чужой крови. Разматывает полотенце на голове и выходит из ванной. И сразу чувствует резкий холод, что заставляет её съёжится. — Извини, — Юквон тут же бежит к окну и закрывает его. — Я хотел проветрить. — Да, я понимаю. — Пока иди к кровати. — Юквон бежит в ванную, а Джису мысленно даёт себе пощечину за то, что оставила там такой беспорядок.       Джису действительно идёт к кровати и подмечает, что он или кто тут у них этим занимается… сменил постельное белье. Да и наверное в принципе одеяла и подушки. — Тебе идёт пижама! — Юквон протягивает халат. — Надень его, чтобы было теплее. — Да, спасибо большое. Ты сам покупал одежду? — Да, съездил пока ты спала. — Спасибо. Спасибо за то, что постарался найти одежду похожую на ту, что я ношу. Толстовка, джинсовка, панамка… Спасибо. — Да всё порядке.       Джису накидывает на себя халат и садится на кровать, зарывшись ногами в одеяло. — Тяжёлый выдался у тебя денёк, верно? — спрашивает Юквон присаживаясь на край кровати, но поймав осуждающий взгляд Джису смеётся: — Ты уж меня извини, Лиа-щи… — Можешь называть меня корейским именем. — Ах, ты уж извини меня, я просто не знаю как вести себя с тобой. Раньше я боролся, как мне казалось, с плохими людьми, с теми кто такого наказания заслуживает. — Никто не заслуживает. — Прерывает его Джису. — Может и верно, но наказывать плохих людей было куда легче. Раньше мы шли против плохих людей, взрослых и преимущественно мужчин, но ты ни под один из критериев не подходишь. Я сам не до конца понимаю что ты здесь вообще делаешь. Ты хороший человек, к тому же еще и совсем юная. Мне жаль, что тебе приходится переживать такое. — Он вздыхает. — Вот даже сейчас, когда ты смотришь на меня вот так… мне кажется что я сижу напротив моей маленькой сестрёнки и пытаюсь научить её чему-то. Ты заставила почувствовать меня нечто новое для меня. И я благодарен тебе за это. Джису кивает. Они сидят молча около минуты и тут в голову девушки приходит неожиданная идея. — Юквон, а есть у вас тут ножницы? — Ножницы? — Не могло же ему послышаться. — Есть наверное, но зачем? Джису жестом показывает, что она хочет отстричь волосы. — Хорошо, я поищу.

***

      Он возвращается буквально через пять минут и Джису удаётся уговорить его тому, чтобы он и отстриг ей волосы, потому что самой это будет сделать тяжело. — Но твои волосы такие длинные и красивые! — Я хочу каре! — Но ведь я не умею! — Хуже чем у меня не получится!       Следующие полчаса проходят в такой обстановке, что Джису даже забывает о том, где она и при каких обстоятельствах находится. — Ты хочешь сказать, что никогда не пробовал торт «красный бархат»? Поверить не могу! Когда твой день рождения? Я подарю его в твой день! — Я не помню! — Смеётся парень. — Ты серьезно? — Да, вполне. Меня ребенком оставили у ворот тетушки, которая меня растила лет до 12, а потом я встретил Кёна. — То есть, ты никогда не праздновал свой день рождения? — Получается так. — Тогда, это будет сегодняшний день — девятое апреля! Юквон продолжает смеяться. — А год ты помнишь? — Вроде как девяносто второго. — Тогда с двадцать девятым днём рождения, Юквон-а! — «Юквон-а»? — Настроению парня действительно можно позавидовать. — С каких это пор мы общаемся неформально? — Разница не настолько уж и велика! — Ничего себе! Восемь лет! Почти десять! — Ну, слушай. Я съедала суп из рисовых лепешок каждый год и становилась старше, а ты этого не делал, а значит я старше! Юквон цокает и тянется к расчёске. Расчесав её волосы в последний раз он говорит о том, что его работа закончена. Джису бежит к зеркалу в ванной. — А говорил, что не умеешь! Получилось шикарно! — кричит она оттуда. — Ну конечно! — Ну слева правда немного длиннее, но выглядит так, словно так и задумывалось. Она выбегает из ванной и видит как парень уже собирает её волосы с пола. — А нет здесь метёлки или ещё чего? — Есть наверное, но у тех, кто нам комнаты и убирает. Нам они ни к чему. — Действительно. Но в таком случае, давай закончу я. Ты и без того проделал большую работу. Юквон встает с пола и идёт в ванную, как после оказывается за мусорным ведром. — Они бы всё равно не отстирались! — Защищается она, увидев взгляд Юквона.       Тот улыбается и ставит ведро рядом с ней.

***

Джису машет волосами из стороны в сторону. — Поверить не могу! Мне так легко! — Неужели настолько велика разница? — Юквон морщится. — На, закрепи уже волосы этой штукой. — Не хочу! — Ты заставляешь меня улыбаться снова и снова. — Мало же тебе для счастья надо. — Смущается Джису. — Ты просто рождён хорошим человеком. Ты тот тип людей, которых называют «солнечными». — Хотелось бы мне такую же сестрёнку или дочь как ты.       Его настроение заметно меняется. Заметив это Джису решает, что просто обязана это исправить. — В таком случае, можешь обращаться ко мне как к сестрёнке! — Серьёзно? — Он снова смеётся, что заставляет Джису улыбнуться. — Тогда я могу называть тебя «Джису-я»? — Должна ли я тогда звать тебя «оппа»? — Господи, да это слишком! — Юквон-оппа! — А нет, — он смеется.- Звучит очень естественно! Я так удивлен! — Верно же? Может в какой-то другой вселенной мы с тобой брат и сестра? — Очень бы хотелось. — Но даже в этой, давай, постараемся держаться настолько близко, насколько это вообще возможно? Юквон долго смотрит на неё и после поправляет выпавшую прядь. — А мне всегда нравились девушки с короткими волосами. Джису стоит на своём: — Мы постараемся быть настолько близко, насколько это возможно.