В жизни всякое бывает

Лето подходило к концу, но в сумеречном воздухе не было ни намёка на осень. На драконбольном поле стояла гробовая тишина. Соловей Одихмантьевич Разбойник, хрустя коленными суставами поднялся со скамьи, и окинув взглядом темнеющее безоблачное сиреневое небо, пошёл к зданию школы. В последние дни каникул его не покидали ностальгические мысли, поэтому Соловей не особенно удивился, когда понял, что ноги сами привели его в Тибидохский Музей. Взгляд старого тренера блуждал по экспонатам и он не сразу заметил, что находится в помещении не один. Сухое покашливание Ягге заставило Соловья мысленно напрячься, но внешне он не подал виду. Старушка неторопливо подошла к нему и встала рядом. — Воспоминания? — полуутвердительно-полувопросительно произнесла она. — Даже слишком много... — ответил Соловей. Ягге вздохнула и поправила шаль на плечах. — Да, есть, что вспомнить. Меня недавно одна статейка в журнале насмешила... да и о прошлом напомнила. Соловей промолчал, ожидая, что Ягге продолжит. Но она, как будто, задумалась. — Много они сочинят, все злые языки не вырвешь, — сварливо проговорил он наконец, чтобы поддержать разговор. Ягге повернулась к Соловью и насмешливо заглянула ему в глаза. — Да вот, написали, что я в молодости якобы за Кощеевым бегала, диетами себя изводила, чтоб худышкой быть, да зелья приворотные ему подсовывала. Соловей отчего-то покраснел, отведя взгляд. Давненько он за собой подобного не замечал. — Вот, ты и сам понял, где неправда-то здесь. — Ягге, — Соловей взял себя в руки и вновь посмотрел на неё, — я уже давно должен был попросить у тебя прощения, за то, что не поверил тогда. Ну а теперь уж и поздно. Но прости меня, Древнира ради, прости! — Та обида уж мхом поросла давно и испарилась без следа, Соловеюшка. Кто мы с тобой теперь? Такие же древности, как и все те, что собраны в этом месте. А прошлого не вернёшь. Соловей смотрел на свою постаревшую первую любовь и видел в её лице прежние черты, ту прекрасную молодую Ягге, которую страстно любил когда-то. Он испытывал при этом тихую нежность, которая теплилась в сердце уже многие годы с тех пор, когда он осознал свою ошибку. Поверив слухам единожды, Соловей потерял любимую. — Ты такая красавица... — пробормотал Соловей еле слышно. — Была. — Да нет, я всё ещё вижу тебя прежнюю, вне времени. — А ты всё такой же красноречивый льстивый удалец! — усмехнулась Ягге. Она прижалась к плечу старого разбойника и прикрыла глаза. Соловей приобнял её за плечи и прикоснулся губами к седой макушке. P.S.: — Как много времени мы потеряли зря. А ведь сейчас мы могли бы уже воспитывать внуков, Ягге, — с грустью сказал Соловей. — А кто тебе не велит, воспитывай своего внука сколько хочешь! — улыбнулась Ягге.