Ментовской беспредел

Единственное, в чем Канда оказался прав – пожрать, действительно, некогда. Уолкер работал уже больше полугода, но за это время он ни разу не готовил дома. Иногда питался в столовой рядом с отделом, иногда заваривал себе «Ролтон» из соседнего универсама. Конечно, бывало, что выходные Уолкер проводил дома, но он никогда не тратил их на приготовление еды, а предпочитал хорошо высыпаться, гулять в горах, которые были в 10 минутах от города, либо ездить к реке. Одним словом, если случались выходные, то он хотел максимально отдохнуть и зарядиться энергией, чтобы потом снова работать без выходных. Но Аллен ни разу не захотел уволиться и не ходил на больничный, он безумно любил свою работу, несмотря на все трудности, связанные с ней. И сейчас впереди были майские праздники, но для полиции это далеко не отдых, а наоборот, ведь охрану общественного порядка на всех городских мероприятиях никто не отменял. Кроме того, обычно в праздники люди злоупотребляют алкоголем, ведут себя неадекватно, после чего Аллен или любой другой следователь едет на осмотр трупа с ножом в какой-нибудь важной части тела. Раньше Аллену было интересно, почему люди убивают друг друга, с какой целью, с каким мотивом. Он изучал психологию преступника, пришел работать в полицию, надеясь получить ответы на свои вопросы. Но все оказалось слишком просто. Почти всегда убийства происходят из-за выпитого алкоголя и неосторожно сказанного грубого слова. В общем, все оказалось не так интересно, как представлял Уолкер. И прямо в первый праздничный день, в который Уолкер как обычно был на работе, к нему подошел самый нерешительный следователь отдела – Миранда, которая очень хотела успеть съездить на дачу, но была поставлена на дежурство. Конечно, Аллен, согласился, ведь у него в планах на сегодня была только работа, поэтому он ничего не теряет. Собственно говоря, догадаться, кто из оперативных сотрудников дежурит тоже не сложно. По закону подлости, или по счастливому совпадению – Канда Юу. Когда наступил вечер, а Аллена еще ни разу не подняли на выезд, он был очень удивлен и очень рад. Просидев весь день в кабинете, разгребая документы, он даже не обратил внимание на то, что все это время почти ничего не ел, поэтому решил перекусить лапшой быстрого приготовления и бутербродами, которые с утра взял из дома. Но есть одному не хотелось, поэтому недолго думая, он направился к Канде. За эти полгода они, конечно, не подружились, как минимум потому что у Юу нет друзей, но было между ними что-то, что сложно описать. Они сработались. Работать вместе у них получалось очень эффективно. Все дела, которые они расследовали совместно, были успешно окончены. Аллен умел найти неординарные способы расследования и ставить грамотно задачи даже перед Кандой, а тот в свою очередь выполнял оперативную работу лучше всех, так как знал город как свои пять пальцев, да и способы Уолкера выяснить правду и его интуиция были на высоте, что не могло остаться незамеченным. Где-то очень глубоко внутри Канда совсем немного уважал его, но Шпенделем называть не перестал, хотя его предсказание о том, что Уолкер уволится через месяц, не сбылось. Кроме того, Аллен был чертовски наглым и смелым с Юу, порой вызывающим и провоцирующим, что также привлекало внимание, ведь Канда терпеть не мог тех, кто всегда под него прогибается и пытается угодить. Да, это удобно, но абсолютно неинтересно. Но Уолкер – другое дело. Он не боялся и не пытался понравиться, он вел себя так, будто работал с Кандой не полгода, а все десять. Аллен также уважал Канду, потому что видел в нем равного, ведь Юу был не просто сильным опером, он умел находить выход из сложных и запутанных ситуаций. Хотя это было не главное. Еще в тот раз, когда Уолкер увидел Юу впервые, он обратил внимание на его грустные глаза, тогда он не мог понять грусть ли это, или просто усталость, но спустя полгода он понял, что это было. Одиночество. Пусть Юу никогда не признается в этом, но он был очень одинок, и в целом его это не напрягало, хотя иногда хотелось чьего-то общества, понимания. Но он никогда не признается в этом даже самому себе. Аллена привлекала грубость и уверенность, которая исходила от Юу, ему нравились такие люди, но еще больше привлекала эта едва уловимая грусть в его глазах. - Канда, давай поедим, ставь чайник, - произнес Уолкер, зайдя в кабинет заместителя начальника, предварительно даже не постучавшись. - Во-первых, какого хрена без стука?! – злобно произнес Канда. – А во-вторых, жри у себя, Шпендель. - Ты занимался здесь чем-то неприличным, или зачем я должен стучать? – как всегда вызывающе. Нет, Аллен не со всеми так разговаривал. Только с ним. - Сейчас я отрежу тебе кое-что неприличное, - выдвигая лезвие канцелярского ножа, угрожающе произнес Юу. - Я надеюсь, ты имеешь в виду язык, - показав язык, усмехнулся смельчак. – Ладно, Канда, я серьезно, давай поедим, я весь день голодный, один есть не хочу. Это, конечно, не соба Джерри, но есть только «Ролтон». Канда не стал ничего отвечать, просто включил электрический чайник и закурил сигарету. Просьбы Уолкера открыть окно, он упорно игнорировал, просто потому что об этом просил именно Уолкер. Ну нравилось Канде его провоцировать и злить, было от этого какое-то странное наслаждение. Поняв, что он зря распинается, Уолкер просто встал с дивана, подошел к Канде, который сидел прямо возле окна, но при этом не открывал его, и уперевшись коленом на стул между ногами Юу, наклонившись на последнего телом, дотянулся до окна и успешно открыл его, после чего просто встал рядом. Юу, разумеется, не ожидал такой наглости, поэтому среагировал немного с опозданием, кинув рядом с Алленом непотушенную сигарету, которая пролетела около щеки парня. - Что за человек? То ножами кидается, то сигаретами, - недовольно пробормотал Аллен, поднимая упавший окурок, и делая затяжку. – Фу, какая мерзость. - Детям курить вредно, Шпендель, - забирая у Аллена сигарету и кидая ее в пепельницу, произнес Канда. Эта выходка Уолкера немного выбила из колеи. Юу словно стало не хватать свежего воздуха, поэтому открытому окну он был даже рад. Это было слишком близко для него. Даже немного пошло. Наверное, именно это привлекало его внимание к Уолкеру. Со всеми он был улыбчив, приветлив и крайне вежлив, но с Юу он будто был самим собой. - Слушай, я уже полгода тут работаю, - открывая упаковку «Ролтона», начал Уолкер, - ты говорил, что я уйду через месяц, поэтому ты будешь называть меня Шпенделем, но я все еще здесь. Так какого хрена? - Ты надеешься, что я буду называть тебя по имени или что? – решил уточнить Юу. - Вообще-то да. - Не надейся, не заслужил, Шпендель. Аллен уже собирался начать возмущаться и провоцировать Юу, но их прервал голос дежурного из громкоговорителя: «Уолкер, Канда, срочно в дежурную часть». - Вот и поели, - вздохнул Уолкер. Как обычно. Но в этот раз не убийство, а изнасилование. Точнее пьяная женщина, утверждающая, что ее изнасиловали. Такое здесь происходит чуть ли не каждую неделю, и каждый раз это заканчивается очень быстро. Уолкер просто разъясняет женщине статью о заведомо ложном доносе, говорит о том, что если она врет, то сама будет нести не хилое наказание, и заявительница сознается, что придумала историю про изнасилование. Причины могут быть разные, но, как правило, это для того, чтобы скрыть свою неверность от мужа, сказав, что ее изнасиловали, либо наказать мужчину, который воспользовался ее доверчивостью, а жениться не стал, либо просто фантазии сильно напившейся женщины. Но в этот раз у Аллена было предчувствие, что все не так просто. Да, женщина была пьяна, но ее рассказ был последователен. Она рассказала, что пила алкоголь у знакомого, и в какой-то момент тот стал ее избивать и стягивать с нее одежду, сопротивляться она могла, но физически была слабее его. Кроме того, он сильно избил ее за сопротивления. В итоге изнасиловал ее и выгнал на улицу. А на улице она встретила своего мужа, с которым перед этим поругалась и ушла из дома. Увидев ее пьяную в растрепанной одежде, у него возникло много вопросов, на которые она рассказала, как ее изнасиловали. Вернувшись домой, она сходила в душ, потому что хотела скорее прийти в себя, после чего муж отвез ее в полицию. Казалось бы, классическая история о том, как женщина соврала мужу, чтобы скрыть измену. Но она, действительно, была вся в свежих гематомах. Кроме того, Аллен чувствовал, когда ему врут. Но тут сомнений не было, хотя и выглядело все так, словно она врет. Приехав в квартиру, где по ее словам все происходило, Аллен и Канда обнаружили вполне адекватного мужчину, немного выпившего, но находившегося в нормальном состоянии. Разумеется, он сказал, что никакого изнасилования не было, что она пришла уже избитая от мужа, они выпили спиртное, и та стала к нему приставать, после его они занялись сексом. Потом она просто собралась и ушла. На одеяле в комнате была кровь, поэтому оно тут же было изъято. И на столе в комнате было 2 стакана, которые также были изъяты. И, разумеется, трусы мужчине также пришлось снять, потому что их тоже необходимо изъять. После чего, мужчина вместе с Уолкером и Кандой проследовал в отдел полиции для дачи объяснений. - Уолкер, зачем ты столько изъял, ведь история стара как мир, - возмущался Канда, не понимая, что за петух клюнул Уолкера в одно место. - Я знаю, но чувствую, что она не врет, - объяснился Уолкер. – Мне казалось, что ты тоже чувствуешь фальшь. - Да, и я уверен, что они оба врут и что-то недоговаривают, вот и все. - Давай просто как обычно выясним, как все было, и решим, что делать дальше.