«Квазар»

Twenty One Pilots — Goner

Джерард появился в школе в понедельник, всё ещё немного пришибленный отходняком от принудительного спаивания и без пластыря на подсохшей ране. Если бы он мог, он надел бы солнцезащитные очки, чтобы немного отгородиться от повышенного внимания, но он не мог. По его счастью, футболистов на уроках не было — по всей видимости, их сняли для подготовки к матчу, так что обошлось глупыми смешками и перешëптываниями в духе: «Что, на лягушку наступил?». Вчерашний день отголосками пульсировал в его голове. Он достаточно быстро покинул дом Айеро и без происшествий добрался домой, но чего ждать от мамы, он просто не знал. К его удивлению, то ли она за ночь передумала себе самое страшное, и живой и почти целый Джерард был уже сам по себе подарком для того, чтобы устраивать сцену, то ли она решила просто простить его, потому что это был единичный случай, — так или иначе, всё обошлось серьёзным разговором и обещанием, что такое больше не повторится. Никогда ещё с ним не случалось подобное, и это правда напоминало несчастный случай или катастрофу. Страшно подумать, что бы было, останься он в доме Джессики, предоставленный сам себе Заком. Этот наглый парень объявился только ко второму уроку, примерно такой же помятый, каким был Джерард в воскресенье, но довольный, как кот в сметане, хоть и привычно невозмутимый — от того взбудораженного искателя приключений не осталось и следа, как и от его опьянения. Велосипед он так и не забрал, но, видимо, не очень-то и нуждался в нём. Джерард уговорил себя не злиться, ведь Зак вряд ли задумывал, чтобы так получилось, правда ведь? По крайней мере, он был невероятно благодарен Фрэнку, который следующим же утром вёл себя как ни в чём не бывало, сидя на том же самом месте и всем своим видом показывая, что ничего не произошло. И следующим утром тоже. Погода стояла тёплая, несмотря на затянутое тучами небо, и, входя в класс, Джерард отчего-то сожалел, что не успел рассмотреть татуировки Фрэнка, пока тот спал. Да и не до того тогда было... Ему просто нравилось любое проявление искусства, если это было оно, вот и вся причина. Сейчас же, пусть Фрэнк и появился в школе снова с открытыми руками, пялиться на изображённые там рисунки было бы крайне странным. К тому же, он планировал приложить все возможные усилия к тому, чтобы вновь хорошо показать себя на биологии, несмотря на тычки Филиппа и Стэнли незадолго до этого — вероятно, они тоже побывали на той вечеринке и могли лично наблюдать за тем, что там происходило, так что Джерард только стоически молчал в ответ на их издевательства. Он не забыл, что учитель перенёс его отработку за проваленную лабораторную на это занятие, поэтому вчера посвятил почти весь день штудированию разных, даже самых неожиданных, тем: на случай, если в наказание мистер Гридиг решит основательно погонять его. Но, похоже, планы учителя отличались от того, на что рассчитывал Джерард… — Персонально для Вас, мистер Уэй, новая лягушка. Ту за Вас любезно препарировал в одиночку мистер Айеро, — оповестил его почти торжественно всё такой же неумолимый преподаватель, на этот раз облачённый целиком в твидовую тройку, когда все заняли свои места и приготовились к уроку. Он поставил перед носом Джерарда весь набор и баночку с одинокой покалеченной лягушкой (отличающейся от прошлой только тем, что эта являлась самцом), не забыв выдать и бланк. Класс с предвкушением замолчал, Сосалка затеребила ворот своей водолазки, и с задней парты послышался задавленный смех. Все ждали представления. Получив всё это разом, Джерард застыл в ужасе. Сколько бы ни мужался, он не был готов проходить через ту же пытку снова. Только не опять. В голове вспыхнула картинка с вывороченными наружу кишками Поки, глаза которого были затянуты безжизненной белёсой плёнкой. Он тяжело сглотнул. Джерард не мог видеть этого, сидя ближе к доске, но Фрэнк, нервно покусывающий щёку изнутри, хмуро сверлил свой стол взглядом, стараясь отгородиться от разворачивающейся под боком ситуации. Он не должен вмешиваться, какое ему было дело до этого неженки? — А Вы полагали, что у меня будут любимчики? Зря. Все равны, так что свою работу Вы выполните сами, если не хотите терять баллы, — учитель сделал упор на последние слова, подержав многозначительную паузу, а затем взглянул на свои наручные часы и отвернулся к доске. — Будет справедливо, если у Вас будет меньше времени — полчаса, раз Вы просрочили выполнение лабораторной работы. Надеюсь, механизмы правильного вскрытия Вы изучили дома. Объяснять не нужно? — Н-нет… — пробормотал Джерард, запнувшись. Он правда был хорошо знаком с теорией и знал анатомию лягушки наизусть, но картинка никого не убивала, а здесь… — Приступайте. А мы пока… — одобрительно начал преподаватель. — Мистер Гридиг? — раздался внезапно голос, перебивший его на полуслове. Он изумлëнно обернулся, уже начав что-то писать, но теперь прервавшись. Рука Сосалки, обтянутая рукавом водолазки, торчала тощей чёрной палкой над головами остальных. — Да, мисс Мэйнард? — учитель демонстративно отложил мел, уже догадываясь, чему может быть посвящён вопрос. Эта дотошная девушка только и делала, что их задавала. — Разве ученики не могут просить заменить лабораторную на симуляцию в компьютере?.. — кажется, её всерьёз интересовал этот вопрос. Мистер Гридиг развернулся до конца, впиваясь колючим взглядом во встрявшую в образовательный процесс ученицу. — Считаете это справедливым? Вы, а также все остальные, работали с настоящим материалом, выполняя работу своими руками, в то время как кто-то, — он буквально выплюнул это слово, и между его бровей залегла глубокая складка недовольства, — просто потыкает в пару кнопочек и получит такой же балл? — Но… — Нет, это не одно и то же. И мистеру Уэю лучше понять это сейчас, если у него действительно есть какие-то планы на поступление, — отрезал он и вернулся к выведению мелом названия сегодняшней темы. Джерард растерянно смотрел то на внезапно вмешавшуюся Аду Мэйнард, то на учителя, отчаянно надеясь, что тот передумает, но мозгами понимая, что это невозможно. Только не мистер Гридиг. Словно потеряв к нему всякий интерес, тот начал объяснять новую тему, которую Джерарду придётся изучать потом самому. Он оглянулся по сторонам, словно ища поддержку, но часть класса без стеснения заинтересованно пялилась, ожидая его реакции, а часть занималась своими делами. Фрэнк упрямо сверлил взглядом парту, и, если бы Джерард знал его достаточно хорошо, увидел бы, как непривычно напряжена его челюсть. Он отвернулся обратно, собираясь с духом. Может, это был единичный случай в прошлый раз? Он впервые видел настоящую лягушку в таком виде, а сейчас уже должно быть легче, ведь так? Он бросил взгляд на запëкшуюся рану вместо головы. Нет, вообще не так. Сильно вдохнув через нос, он одним движением нацепил защитные очки и принялся натягивать перчатки. Тем временем мистер Гридиг начал рассказ про видовую и пространственную структуры экосистем — не самая интересная из тем для большинства. Просидев ещё добрых несколько минут над банкой, но ни усваивая новый материал, ни продвигаясь в своей лабораторной, Джерард всë-таки решил вытащить лягушку из раствора. Он взял щипцы в руку, убеждая себя, что это не сложнее, чем со сверчками, трогать которых он тоже не мог терпеть всей душой, но тем не менее справлялся с этим ради кормления Поки. Подцепив трупик за лапу, он неловко плюхнул его в свой поднос, чем привлёк внимание потерявших было к нему интерес одноклассников. — Это будет на следующей контрольной, так что не советую отвлекаться, — одëрнул учитель учеников, поглядывающих на происходящее за второй партой по центру, как на представление в цирке. — Мистер Уэй и сам разберётся. Джерард сглотнул, оглядываясь на глумящихся парней в соседнем ряду. Он отложил щипцы в металлическое судно и взял в руки пинцет и ножницы. Он сможет. Это нужно сделать всего один раз: все смогли, и он сможет. Он наклонился над лягушкой, чувствуя резкий запах формальдегида. Рука с ножницами дрожала, и Джерард ощутил подкатывающие к горлу рвотные позывы. Фрэнк смотрел на его борьбу с собой. Он сам не смог бы объяснить это себе, но отчего-то чувствовал тревогу. Джерард не выглядел как человек, у которого всё было под контролем. Вырубиться от алкоголя и просто посреди урока — две совсем разные вещи. В прошлый раз он сидел рядом, и, когда Джерард отключился, внезапно начав медленно сползать под стол, он среагировал и схватил его за руку, чтобы не дать упасть. Мистер Гридиг призывал Уэя к порядку, думая, что тот придуряется, но когда стало понятно, что Джерард правда потерял сознание, дал Фрэнку и ещё одному недовольно скривившемуся парню указание отнести его в медицинский кабинет, пока сам он останется для поддержания дисциплины в классе (что Айеро счёл крайне странным и непедагогичным решением). Подхватив с обеих сторон его безвольное тело, они кое-как доставили его туда. Фрэнк запомнил то, каким молочно-белым стало его лицо и как медленно он дышал. Сейчас же он сидел достаточно далеко, и, похоже, никто, кроме самого Айеро, не смог бы при случае ему помочь. Спина Джерарда была напряжена, он навис над подносом. Уэй медлил, пытаясь привыкнуть к этому зрелищу, но добился только того, что ему постепенно становилось всё хуже. Защипнув нежную кожу на брюшке, отделяя её этим движением от мышц, он аккуратно щëлкнул ножницами, а затем разрезал тонкую материю от клоаки до горла, двумя движениями срезая лоскуты кожи. Он умел обращаться с инструментами, но абстрагироваться не мог. Мышечная ткань лягушки напоминала освежëванного кролика, и Джерарда замутило с новой силой. Спеша не разочаровать мистера Гридига, он твердил себе в голове: «Я готовлю курицу, просто готовлю». Он поторопился вскрыть брюшину, помня, что нельзя повредить внутренние органы и особенно сердце. Удерживать мысль, что это просто филе на ужин, было всё сложнее. И тут в разрезе влажно блеснули крохотные внутренности. Джерард напрягся, чувствуя, как неотвратимо поднимается горячим комом по пищеводу его сегодняшний завтрак. Он вскочил, отшатываясь от стола и создавая невероятный грохот. Всё в классе обратилось к нему, мистер Гридиг открыл было рот для гневной тирады, но Джерард бросился к двери, зажимая рот ладонью. — Уэй, я Вас не отпускал! — крикнул ему в спину преподаватель, но тот вылетел из класса, не в силах больше контролировать себя.

***

Его рвало непереваренным завтраком так сильно, что начало казаться, будто он задохнëтся, и, когда всё закончилось, он обессиленно опустился прямо на пол рядом с унитазом, чтобы перевести дух. Глаза слезились от натуги, и мокрые пряди налипли на рану. Опять сдался, слабак. Сам перечеркнул своё будущее. Голова гудела, и ненависть к себе и этой проклятой лягушке закипала всё сильнее, а потом неожиданно сменилась на жалость. Он был так жалок, что сама мысль о том, чтобы учиться здесь ещё год, стала невыносима. Он не собирался выходить отсюда до конца урока, а может и дольше. Посмешище и ходячее разочарование. Возможно, стоит привыкать мыть туалеты, раз он не может всего-то вспороть лягушку. При мысли об этом его снова замутило, и последняя тарталетка с сëмгой попрощалась с ним с характерными звуками. За своей вознëй он не заметил, как хлопнула дверь туалета и кто-то приблизился к кабинке. — Джерард, ты по-любому здесь, — он замер, когда раздался голос того, кого он меньше всего ожидал услышать. Джерард решил не отзываться, в надежде, что Фрэнк, а это был именно он, уйдёт, потому что это было уже слишком. Зачем он пришёл сюда? Ушёл вслед за ним с урока... — Не смешно, я вижу половину тебя под этой дверью, — он пнул ногой кусок деревяшки так, что та задрожала, и Джерард действительно испугался, что она сейчас распахнëтся, принимаясь судорожно утирать рот рукой. — Пф, хочешь сиди. Я принёс твои вещи, но, видимо, мог бы не заморачиваться, — после непродолжительной тишины фыркнул Фрэнк, шлëпнув на пол его рюкзак, и собирался идти, как вдруг остановился. — Будешь и дальше позволять ему это? Здесь Джерард не мог промолчать. — Что — «это»? — но ответа не последовало, хотя Фрэнк точно ещё находился в туалете, и ему пришлось подняться на ноги и щëлкнуть задвижкой на двери, аккуратно выглядывая. Айеро стоял возле раковин, глядя на него как на самого предсказуемого человека на свете. Надорванный рюкзак Джерарда стоял у его ног. Он глянул на свою вещь и, чувствуя себя крайне неловко, пробормотал слабое: «Спасибо». — Доставать тебя, — наконец ответил на его вопрос Фрэнк, засовывая руки в карманы. — Эта девчонка, Мэйнард, права. Ты и правда можешь сделать всё в компе или продолжить издеваться над собой вечно. Он усмехнулся, и Джерард потупил взгляд. Он чувствовал себя странно — приободрëнным и пристыженным одновременно. Джерард прошёл к раковине в тишине, надеясь умыться и прополоскать рот достаточно незаметно для Фрэнка. Он отвернулся и нагнулся ниже, чем нужно. — Конечно, если молчать, ничего не выйдет. — Фрэнк посмотрел на него несколько секунд, а затем прокомментировал увиденное: — Ну и фигнëй же ты занимаешься… — Не хочу, чтобы кто-то это видел, — буркнул мокрый Джерард, умывшись и намыливая руки. — Поверь, я «это» очень видел в субботу ночью. Джерард покрылся холодными мурашками при мысли, что вместо сна Фрэнк смотрел на него, блюющего и пьяного, и носил за ним вонючий тазик. Хуже и не представишь. — Ах да, — спохватился Уэй, перекрывая воду и вытирая мокрые руки о бумажные полотенца. — Я… Твоя футболка всё ещё в стирке, но я верну её, честно. Фрэнк неопределённо качнул головой, почëсывая одну лопатку под лямкой рюкзака, так что внизу мелькнула полоска перекрытой чернилами кожи, обращая внимание Джерарда на удивительный факт — он тоже забрал свои вещи из класса? — Собираешься здесь жить? — отвлёк его от мыслей Фрэнк. Джерард замотал головой, хотя перспектива была неплохой — предстоял ещё урок физкультуры, которая и раньше не проходила без издевательств, что уж говорить про сейчас. — Тогда пошли. Я тоже не горю желанием наматывать до посинения круги по стадиону, — Фрэнк сделал шаг и обернулся. — Или тебе?.. — Нет! Нет, — Джерард прервал его намёк на очищение желудка и подхватил свой рюкзак. — А мы сможем выйти? — Как повезёт, — парень пожал плечами, покидая мужской туалет. Коридор был абсолютно пустынным — прошло всего около половины урока.

***

Задремавший на своём посту охранник пришёлся очень кстати, так что они быстро покинули школу. Никогда не прогуливающий Джерард, конечно, чувствовал за собой вину, но просто не мог оставаться после такого позора. Ему нужно было хотя бы переспать с этим, чтобы завтра быть готовым выдерживать новые язвительные шутки. Они оказались на парковке, и день стал ещё хуже, чем мог бы быть, как будто биологии было недостаточно. Джерард склонился над своим велосипедом: без шансов, колесо было проколото. А он точно припарковывал его без повреждений. — Здорово, — разочарованно констатировал он. Фрэнк, по какой-то причине всё ещё стоящий рядом с ним, заглянул через его плечо и хмыкнул: эти придурки не упускали шанса досадить всем, кому могли, но что Джерард — особенная цель, он уже понял. — Начинаю чувствовать себя твоей нянечкой, — Айеро задрал голову к небу, а затем выдохнул. — Бери велик и пошли, мне всё равно нечем заняться. Он достал из своего кармана ключ и направился к старенькой и явно подержанной машине цвета «бежевый пыльный в пыли». Джерард удивлённо последовал за ним, задумав вроде поначалу отказаться, но потом решил, что шанса побыть хоть в чьей-то компании потом может и не представиться. — Это твоя? — подойдя, спросил он. Совсем старенькая машина, но ещё на ходу. Отчего-то он не думал, что Фрэнк за рулём. Джерард никогда не ездил ни с кем, кроме мамы, ну и может парочки водителей автобусов дальнего следования. В остальном же ему помогал велосипед. — Да, — просто ответил Фрэнк, открывая багажник по-старинке ключом, и этим же ключом почесал бровь. — Бросай сюда, подкину тебя, так уж и быть. — Точно не сложно? — Джерард сжал немного облупившиеся ручки велосипеда, волнуясь, что Фрэнк сейчас скажет, что пошутил или ещё что-то из разряда приколов сверстников. Но тот лишь тяжело вздохнул, отбирая у него велосипед и загружая его в багажник сам. Он был немного хмурым, но не выглядел злым. А ещё был гладко выбрит и пах сигаретами. Захлопнув багажник и открыв водительскую дверь так же ключом, он разблокировал пассажирскую и завëл мотор. — Садишься? — Джерард, как будто только и ждущий приглашения, нерешительно переминаясь на улице, забрался в салон, пахнущий удивительно ностальгически. Новые машины уже не обладали этим душноватым запахом. Они пристегнулись, и Фрэнк плавно вырулил с парковки.