Искушение

Спускаясь по лестнице Натали была очень зла на Владимира за его выходку. Сначала не замечал свою невесту в течении восемнадцати лет, потом устроил её похищение и после стал упрекать ее за помощь. Натали бурчала себе под нос проклятия в адрес Владимира, когда ее нога подвернулась и если бы сильные руки Александра не подхватили ее, падение было бы ниизбежным. - Осторожнее, - произнес Александр. - А если бы я не оказался рядом. - Я и так осторожна, - с раздражением в голосе, сказала Натали. - Мне не нужна твоя помощь. И вообще что ты здесь делаешь? - И это твоя благодарность за спасение от неменуемого падения,- произнес Александр. - и вообще-то я шел к себе в комнату отдыхать после тяжёлого дня, когда ты упала мне в руки. - Я не падала к тебе в руки, - произнесла Натали. - Ты чем-то огорчена? - с нежностью в голосе спросил он, все также удерживая её руками. Натали вырвалась из его рук. - Все вы мужики одинаковые, - с раздражением в голосе произнесла Натали. - Сначала делаете вид что не замечаете нас, а потом хотите чтобы вас простили. - Не понял,- вопросительно изогнув брови, произнес Александр. - Что тебе, непонятно? - ответила Натали. - Посмотри на Владимира, восемнадцать лет избегал встречи с Анной, а теперь когда хвост прижало устроил похищение Анны и хочет чтобы она простила его после всего. А мой братец любит Лизу и боится себе признался в этом. И ты туда же, чем ты лучше этих двоих. Ты боишься презнатся сам себе, что любишь меня. Или ты думаешь я ничего не вижу, не замечаю как ты смотришь на меня. Или ты боишься моего брата, я уже не та что была пять лет назад когда он отправил меня в ссылку и ты не пытался остановить его. Чтобы прервать её триаду Александр приблизился к ней и закрыл ей рот поцелуем. Натали сопротивлялась, но его руки не позволяли ей оттолкнуть его. Александр нехотя оторвался от её губ и удерживая ее голову сказал: - К черту твоего брата, к черту всё,- с лёгкой хрипотцой в голосе, произнес Александр. - Я тебя люблю и все эти годы ждал твоего вазращения. Ты да не представляешь каково это видеть тебя каждый день и сдерживать себя. Он вновь завладел её губами. Этот поцелуй был горячим ни на что ни похожим. Александр оторвал Натали от пола и направился в сторону кабинета не отрываясь от ее губ, вошёл и захлопнул дверь. Она задыхалась, сердце готово было выпрыгнуть из груди, а в голове крутились его слова,, я тебя люблю!" Её счастью не было придела, она готова была взлететь. Если это был приступ безумия, то Александр отдался ему беззаветно. Он жадно и нетерпеливо водил губами по губам Натали, наслаждаясь её вкусом. Губы Натали приоткрылись. Александр охватил ее лицо руками, и сельнее прижался к её губам. Вскоре их языки сплелись в безудержном танце. Тяжело дыша Александр оторвался от губ Натали. Он посмотрел в её зелёные глаза, которые сияли как изумруды, произнес: - Будь моей женой! - Да, да, да! - не раздумывая ответила она. - ещё раз да! Александр стал покрывать её лицо поцелуями. После Александр подняв Натали на руки и подошёл к дивану стоящему в кабинете Корфа, усевшись на диван и усадив к себе на руки любимую девушку он произнес:- как только мы вернёмся в Питер я поговорю с Михаилом о нашей свадьбе. Анна почувствовала, что у неё запылала правая щека, дотронулась до нее рукой, открыла глаза и окинула сердитым взглядом склонившегося над ней мужа. - Что произошло? - Ты упала в обморок, - мрачно ответил он. - Правда? - с неподдельным удивлением спросила Анна. Ей и в детстве случалось раз - другой сильно ударится, но она не могла припомнить ни единого случая потери сознания. - И часто у тебя это бывает? - Прости? А это ты об обмороках. - Анна отрицательно покачала головой. Натянула одеяло выше груди, размышляя о том, разглядывал ли ее муж, пока она была без сознания. - Нет, я к ним совершенно не склонна. А долго я была без сознания? - Не очень, - ответил Владимир, вглядываясь в её лицо. - Минуту, может чуть больше. Как ты себя чувствуешь? Анна сделала вид что прислушивается к своим ощущениям, а сама тем временем прикидывала, надо ли говорить ему правду. Если солгать и сказать что совсем плохо, это скорее всего, позволит ей сохранить невинность до завтра. Это было бы самым малым наказанием для мужа, вынудившиго её на этот брак. - Хорошо...- она допустила ошибку, посмотрев в глаза Владимира. Он уловил её неуверенность и прищурился, ожидая что она скажет ему не правду. Как будто она привыкла врать, чтобы добиться своего! Впрочем немного поправить душой иногда можно, но никто не мог бы обвинить Анну в том, что она трусиха или что она уклоняется от исполнения своего долга. Невыносимо было думать, что он считает ее способной на такое. - Очень любезно с твоей стороны было этим поинтересоваться. Я чувствую себя уже гораздо лучше, спасибо. Её заявление не смягчило Владимира. - За ужином ты почти ничего ни ела, наверное надо принести тебе ужин сюда. - Я не голодна. - Анна откинулась на подушку. - Прости что перебила. Продолжай, пишу тебя. Закрыв глаза, она ждала его новых выходок. Владимир издал странный звук - нечто среднее между рычанием и приглушённым смешали. Анна постаралась не сьежиться, когда матрац прогнулся, а пружины застонали под весом Владимира, севшего рядом с нею. Анна пожалела в ту минуту что у нее скудные познания, что происходит между мужчиной и женщиной. Владимир не стал срывать одеяло и бросается на нее, как взбесившийся от похоти зверь. Вместо этого он слегка провел большим пальцем по её нижней губе. Она бессознательно облизнула губы и ощутила соленый привкус его ласки. - Открой глаза. Она повиновалась этому тихому и мягкому приказу. Владимир склонился над ней, опираясь на одну руку. Она ожидала увидеть в его глазах насмешку, но там была безграничная нежность, которая поразила ее до глубины души. - Тебе незачем меня боятся, Анна. Словно в подтверждении этих слов, он наклонился и легонько поцеловал ее в приоткрывшиеся губы. Для нее это был уже ни первый поцелуй. Честь первого досталась соседскому мальчишке Кольке - однажды летни вечером тот пользуясь случаем, быстро коснулся ее губ когда они гуляли в парке. Ей тогда было четырнадцать, и она не одну неделю тревожилась за друга, опасаясь что об этом станет известно Корфу. Разумеется тревожилась она совершенно напрасно. Владимир со своими друзьями был слишком увеличен тем, чтобы шокировать высший свет Питера, а о своей нареченной совсем забыл. - Хмурился? - Лицо Владимира приблизилось к ней почти в плотную. - Я то надеялся не на такую реакцию. Анна не рассчитывала что мысли уведут ее так далеко, как не ожидала и столь простодушного внимания от мужа. Слишком много лет прошло, чтобы разочарование могло испортить ей удовольствие от поцелуя, которого она ждала всю сознательную жизнь. - Ну что ты! - возразила она, грустно улыбнувшись. - Прекрасный поцелуй. - Правда? - спросил Владимир с сомнением в голосе. - Абсолютная, - поспешно заверила его Анна. - Один из лучших что были в моей жизни. При таком признании в его глазах загорелись огоньки интереса. - И сколько же моих соперников познали сладость твоих губ, любовь моя? - Никогда не давала себе труда считать. - Анна небрежно дёрнула плечом. - Разве это так важно? Она широко открыла глаза и с невинными взглядом встретила взгляд Владимира. Он подумал, не старается ли она нарочно рассердить его. - Быть может важно, - проворчал он. - В том случае если ты думаешь о другом мужчине , когда я тебя обнимаю. - Это совершенно не возможно,- заверила его Анна. - Когда имеешь дело с тобой, приходится как следует напрягать мозги. Такой ответ ему понравился. - Продолжим, а? - А ты ? - спросила она с вызовом, - думаешь ли ты о другой женщине, когда целуешь меня? - На что ты намекаешь, любовь моя? - Владимир бросил на нее недовольный взгляд. - Абсолютно ни на что.- Казалось этот вопрос её даже немного обидел. - Просто я хотела, чтобы между нами все было по справедливости. Если мне не позволено вспомнить поцелуи других мужчин, то и к тебе относится то же правило. Владимир не привык, чтобы кто бы то ни было диктовал ему как нужно поступат. Он не собирался жертвовать своей свободой, тем более ради девушки, на которой он, будь его воля не женился бы. - А если я с этим не соглашусь? - поинтересовался он шелковым голосом. - В таком случае наша брачная ночь пройдет на редкость скучно, - ответила Анна, выпрямляясь и тем самым вынуждая Владимира отодвинуться.- Ибо я категорически отказываюсь делить наше брачное ложе с другой женщиной, особенно с той, которая, возможно, заняла в твоём сердце особое место. ,, Вот она женская логика! - возмутился Владимир .- они думают не мозгами, а сердцем". Анна не так обеспокоена тем, что он целовал других женщин, как тем, что он мог питать к кому то из них нежные чувства. Какая глупость. Ведь женился он на ней! - Я не вижу на этом ложе ни какой другой женщины кроме тебя одной.- это он постарался сказать как можно более применительно тоном, но, похоже у него плохо получилось. С подобными досадным мелочами ему практически не приходилось сталкиваться: любовницы в большинстве своем никог не решались жаловался на что либо, а тем более противоречить ему. А у Анны была черта, немало сердился его, она то и дело противоречила ему. Это приводило его в бешенство, зато он мог быть уверен, что с этой девушкой его не одолеет скука. - А теперь ляг, - сказал Владимир, побуждая Анну свободнее откинулся на подушку. В одеяло она вцепилась такой мертвой хваткой, что его наверняк придется порвать, освобождая Анну, но об этом можно будет побеспокоиться чуть позже. Сначало нужно чтобы она расслабилась. - Вот так. О том что было до тебя, можно преспокойно забыть, любовь моя. Обратись к настоящему...к нам с тобой. Он наклонился чтобы поцеловать ее, и Анна закрыла глаза. Владимир не сомнивался что она считает его привлекательным. Ему удалось исподтишка перехватить её изучающий взгляд. С чем чем, а с плотскими желаниями Владимир был хорошо знаком, и именно на них он рассчитывал, намереваясь пробить брешь в защите Анны. Губы были её напряжены. Она не сделала попытки ответить на его поцелуй, но Владимира это не смутило. Не было ещё женщины, которую он не сумел бы соблазнить, и его упрямая жёнушка не исключение. - Тебе холодно? - спросил он поглаживая губами её губы. - Нет, - ответила Анна, невольно приоткрыв при этом рот, на что Владимир и насчитывал и чем непременно тут же воспользовался. Он завладел её губами и стал целовать всерьез, увлажняя их языком, пробуя на вкус. Губы были сладкими, как то вино что она пила за ужином. Он сосредоточил все свое внимание на этих пухлых губах, на присущем только одной Анне вкусе, на её лёгком дыхании, нежно касающемся его лица. - Раскрой для меня губы, - потребовал он, и сам удивился хрипотца в своем голосе. Любовниц Владимир предпочитал ласкать не торопливо. Многие мужчины стараются покончить с любовной игрой, спеша перейти к главному. Владимир понимал их нетерпение - его орган причинял ему неудобства с той минуты когда он переступил порог ванной и увидел, что Анна сидит обнаженная в воде. Анна слегка подняла голову и приоткрыла губы. Повторного приглашения Владимиру не требовалось. Он нежно присосался к её губам, трогал языком кончик её языка, добиваясь разрешения похозяйничать у нее во рту. Жена его была не привычна к страстным поцелуям. Это радовало Владимира сразу по нескольким причинам. Во первых, было совершено ясно, что ни какой тайный воздыхатель не дожидается, когда она вернётся обратно домой. Кроме того это давало возможность Владимиру самостоятельно обучить свою прекрасную жену искусству целоваться. Если потребуется, такие приятные уроки он готов давать ей часами. Он взял Анну пальцами за подбородок и стал рассеяно гладить ее лицо. - На вкус ты одна амброзии, - прошептал он и снова на долго приник к её губам. - А теперь ты распробуй меня, работай языком, как я. Кончик её языка скользнул по его зубам и потеря о его язык. Владимир удовлетворённо замысел. Получив такое одобрение с его стороны, Анна повторила свой опыт, раскрывая рот все шире, а их языки тем временем сплелись в танце. Не отрывая глаз Владимир скользнул своей рукой вниз, к левой груди Анны. Сквозь тонкое одеяло ладонь ощутила твердость набухшего соска. Значит, поцелуями он сумел возбудить Анну, и от сознания этого его орган напрягся до боли. Владимир мельком подумал о том, появилась ли влага между ее бедер. Ничего он скоро получит ответ на этот вопрос, но пока прикозал быть себе терпеливым. Анна не продажная девка и не рассчетливая любовница, которая думает лишь о том, сколько получить денег, доставив ему удовольствие. В данном случае ему ради этого удовольствия придется потрудиться. Рядом лежащую женщину следует покорить нежностью. Её невинностьь- настоящее сокровище, и Владимир, сколько бы не жаждал овладеть Анной, хотел чтобы слияние их тел и ей принесло удовлетворение. Владимир натворил дел и создал себе массу трудностей, поэтому невесту и принудив её к браку. Теперь нужно спасать положение здесь на супружеской ложе. Можно сказать, что он большую часть жизни готовился к этому моменту. Он игриво сжал ее грудь, от чего Анна прервала поцелуй и застенчиво отвернулась. - Вот этого не нужно, - прошептала она, с трудом переводя дыхание. После поцелуя щеки её расскроснелись, глаза светились восторгом. - Не положено... -... никому касается твоей груди, - закончил он фразу тоном учителя. - Топать никому, кроме меня. А вот я имею право ласкать твои восхитительные груди в любое время, когда только пожелаю. И сейчас как мне думается самый подходящий момент. Непреодолимое желание сорвало все его попытки быть как можно терпеливее по отношению к своей неопытной жире. Не обращая внимания на её возражения, Владимир ухватился за край обряда и одним рывком обнажил её груди, жадно пожирая их взглядом. Когда она была одета, трудновато было представить себе эти сокровища, спрятанные за нижним бельем. Владимир положил руку на грудь, наслаждаясь бархатистой нежностью кожи и приятной тяжестью. У него никогда не было особых требований по поводу относительно размера и формы женских грудей. Ему одинаково нравилось ласкать и маленькие и большие. Он пришел в восторг, почувствовав как затвердели соски под его пристальным взглядом. Невероятно нежные, темно - розового цвета, они вызывали необходимое желание взять их в рот, и у Владимира наполнился рот слюной. Ложбинку между грудей покрывала мелкая расыпь золотистых веснушек. Одна,две, три, четыре...нет, все таки пять. Стало интересно, какие сюрпризы ждут его изучении тела Анны. - Ты прекрасна! При звуках его голоса ее глаза широко потерялись, но не успела она сообразить, что к чему, как Владимир подался к ней и поцеловал сосок. - Не надо! - вскричала она, пытаясь оттолкнуть его. Не отрываясь от своего занятия , он перехватил её руки и прижал к подушке. Держал он крепко, но так , чтобы не проверить ей боли. - Осторожно, любовь моя. Мне не хочется оставить следов на твоих запястьях. - Тогда перестань... Владимир стал облизывать сосок, и у Анны перехватило дыхание. Быстрый взгляд убедил его в том, что руки Анны напряжены не потому, что она хочет вырваться, а от того что она борется с пробуждением его лаской новыми для себя ощущениями. Тогда он переключил внимание на другую грудь. - Владимир! Он улыбнулся, не переставая играть языком с набухшим бутоном. Он даже рискнул отпустить её руки, гадая, что она сделает вцепится в его волосы или ударит его по ушам. Ни того ни другого Анна делать не стала. Вместо этого она убрала руки с подушки и положила их на матрац. Пальцы вцепились в простыню, по телу её прошла дрожь. Владимир поиграл ещё с воском губами. Потом поднял голову, а руками обхватил обе груди. - Значит тебе нравятся мои ласки, а?- спросил он. Не расчитывая на откровенный ответ. - Что же, посмотрим удастся ли мне привратить твои вздохи в сладостные крики. - О чем это ты? - Я хочу чтобы ты выкрикивала мое имя, любовь моя, - сказал он озорной улыбкой. - такое право ты вполне заслужила. По лицу Анны промелькнула тень страха. - Не требуется меня ни в чем убеждать...Владимир!- быстро произнесла она. - Ты просто пытаешься отравить мне удовольствие, - сказал он шутливо, передвинулся ниже и окончательно стащил с нее одеяло. - Не нужно... подожди! Единственное, чего хотел Владимир, - продлить их обоюдное удовольствие. Анна уже показала что живо откликается на его прикосновения. Он считал, что к сопротивлению ее побеждает не антипатия к нему, а страх. А если он прав в этом, то оттягивать неизбежное значит проявить жестокость. Он делит её невинности, а уж потом они могут обсудить, какого рода семейные отношения для них приемлемы. Красота и плотские желания- слишком хрупкий материал, на нем не построишь прочного фундамента. И всё же они сейчас получили друг от друга больше, чем каждый из них мог ожидать. Теперь ему открылось почти все тело Анны,- хрупкая грудная клетка, плоская равнина живота с маленьким углублением пупка, которые Владимиру не терпелось исследовать языком. Он нащупал мягкие изгибы бедер, и Анна застыла. - Это неприлично в вышей степени! - пробормотала она и отвернулась, будто не в силах смотреть на то, что он станет делать дальше. - Но в таком случае, если я сделаю все правильно, обещаю ты станешь просить меня проделать все заново. Такой беззащитной Анна никогда ещё себя не чувствовала. Ни одному мужчине не позволялось ласкать ее так смело, а Владимир оказался очень придирчивым в осмотре своег нового приобретения. Она ощущала двусмысленность своего теперешнего положения. Восемнадцать лет назад отец Владимира сговорился с ее отцом. Он очень умно насчитал, как оказать услугу старому другу и одновременно приумножить состояние. Судя по всему, у Ивана Ивановича был аналитический склад ума и хватало суровости, чтобы принести в жертву своим расчетам что угодно и кого угодно. А его сын и Анна оказались удобными пешками на шахматной доске. Сама Анна в том возрасте, конечно никак не могла постичь замысел старшего Корфа. Но сын то отлично его знал! Стоит ли после этого удивляться, что следующие восемнадцать лет он делал вид, что не знает о ее существовании . - Подвинь немного ногу, - скомандовал Владимир, целуя Анну в живот. Она не спешила выполнить его требования, и он просто положил руки на бедра и развел их в стороны. Она ощутила между ногами прохладный ветерок, когда лицо мужа окружались совсем близко от того места, на которое она сама редко бросала взгляд. Этот холодок констатировал с жаром дыхания Владимира которое она ощутила на бедре. Потом Анна ощутила его палец между бедрами. ,, Во имя всего святого!" Анна беспомощно взирала на его макушку. Она чуть не умирала, чувствуя, что он прикоснутся пальцами и исследует взглядом её сокращённые тайны её женственности. Больше всего ей хотелось оттолкнуть Владимира и закутаться в одеяло. И всё же она была скроена из крепкого материала. Лёжа и не шевелясь,, а он гладил и изучал каждый изгиб ее тела, каждую складочку. - Перестань, - возмалилась Анна. - Забудь о светской учтивости в супружеской постели, любовь моя! - мягко уприкнул ее Владимир, нащупав среди складок самое чувствительное место. От этого нового ощущения Анна задохнулась. - Прекрати сейчас же! - требование свое она усилила, шлепнув его по плечу. - Не могу на это согласится, - возразил Владимир и поднял глаза. Их взгляды встретились. Его серые глаза светились вспышками молний. - Не хочу тебя смутить, однако ты мокренькая. Супруга, казалось, это открытие порадовало, но Анна ничего не поняла. - А какой же мне быть, невежа ты этакий? Ты же вытащил меня из ванной! Анна надеялась, рассердив его резкостью, добился того, что он перестанет так бесстыдно к ней прикасаться. Его палец описывал маленькие круги, лишая её способности мыслить. Но Владимир только улыбнулся ей похоже он отлично представлял себе, что именно она чувствует. Гуляка Чертов! А он, ещё раз погладил ее, протянул руку. - Ты думаешь, это вода из ванной? Нет, любовь моя, эта влага доказывает, что ты меня желаешь, - проговорил он, а последнее слово прямо таки промурлыкал. - Нет, не правда! - Анна затрясла головой. - Я тебя ненавижу, и тут спорить не о чем. - Ну, если такова у тебя ненависть, - Владимир хмыкнул, - то мы отлично друг с другом подадим. - Он положил руку чуть ниже груди и слегка надавил. Теперь веди себя хорошо и не отовликай меня. - Хорошо вести себя? Это ты мне? - Она же ничего не сделала ему. - Да. Я понимаю, что выполнить мою просьбу тебе будет не так то легко. Однако, если у тебя это получится, увидишь сама: делать, как я говорю, значит получить награду. А теперь закрой глазки и перестань со мной спорить. Анна подчинилась - только потому, что смотреть на это было не выносит. Нет Владимир не проверял ей боли. Совсем наоборот. Ей трудно было поверить, что такие большие и сильные руки могут быть столь нежными и проворными, могут вызывать у неё такие острые ощущения. То, как её тело реагировало на его прикосновения, пугало Анну на ноги сильнее, чем она готова была признаться самой себе. - И перестань думать, - пробормотал он. - Это к добру не ведёт. - Откуда тебе известно, что я о чем то думаю? - возмутилась Анна и прогула на Владимира сердитый взгляд. В его ответном взгляде читалась досада. - Как только тебе в голову приходит какая то неприятная мысль, все тело напрягается. С учётом твоего состояния, готов держать пари: чтобы растопить скопившейся в твоём теле лёд, потребуется не просто костер, а бушующее пламя. - И ты считаешь все это ухаживанием? - Нет я просто укладываю свою жену в постель, - ответил Владимир и приподнялся на ногтях. - Или ты собираешься всю ночь вести со мной споры? По выражению его лица Анна догадалась, что разумне молчать. Правда это не соответствовало ее природе. - Тогда тебе нужно встать и разжечь камин. - Это ещё зачем?- поразился Владимир тому, как она сменила тему. - Ну ты же сам сказал, что со мной трудно, так не пора начать разводить костер.? - пока Анна говорила это, она дотронулась до одеяла и прикрыла им живот и грудь. - Я полагаю, что в противном случае от скованности я не избавлюсь. Его красивое лицо посветлела - он понял намёк,- но взгляд серых глаз стал немного сердитым. Владимир издал негромкий стон и приник головой к её бедру. - Ты такая сладкая, как сахар,- сказал ей Владимир, приподнимаясь и давая и давая ей возможность убедиться, как сильно он возбуждён. И брюки его вместе с нижним бельем родители на пол. Анна прикрыла глаза рукой. Действительно, это демонстрация мужского естества была впечатляющей. ,, И оно будет употреблено во благо" , - подумал Владимир, устраиваясь по удобнее и помогая себе рукой направить свой боевой орган в её женственные складки. - Мне пришлось спать по многими женщинами, Анна, - признался он, обжигая ее горячим взглядом. - И все же это мне предстоит впервые. Не давая Анне возможност и задать вопрос, он направил свой орган, потеря им о влажные складки и погладил маленький бугорок плоти, от чего Анна стала развиваться под ним. Он сжал рукой свою напряжённую плоть, стремясь не терять над собой власти. Было совершено очевидно, что Анна и не подразумевала , как он не хочет. Сколько бы не разными были их взгляды, можно будет обо всем договориться и в постели и вне её. Владимир двигал бедрами, устремляясь вперёд и снова отступая, пока её тело не приноровилось к его вторжению. Он стиснул зубы и увеличил темп, проникая в нее все глубже, пока очередной рывок не порвал последнюю преграду и не позволил ему войти на всю глубину. Он очень старался не проверить ей боли, но все же, когда он вошёл полностью, глаза Анны расширились, она сделала судорожный вдох. - Тебе больно? - Не очень, - ответила Анна напряжённым, как и у него, голосом и покачала головой. Это Владимир и хотел услышать. Он сделал глубокий вдох и поцеловал жену в губы. Эта ласка была извинением за то, что он сделал ей больно, хотя сожалеть он об этом не мог. Он не сразу оторвался от её губ, как бы проверяя решимость и ее, и свою. Если бы сейчас она просила его остановится, Владимир не был бы уверен, что смог бы подчинится. С их первой встречи он убедился в том, что Анна способна развеять все его самые добрые намерения. Она удивившись, улыбнулась ему невинной улыбкой. Никогда прежде в постели с женщиной он не испытывал такого удовлетворения. Владимир улыбнулся ей в ответ и взялся за дело по настоящему. Он слышал её приглушённые вздохи, но не замедлял темпа. Правой рукой он, скользнул по ее телу, сжал округлую ягодицу. Имея такой упор, он входил в нее все глубже. Анна стонала и на ощупь изучала его тело - то, до чего могла дотронуться. Владимир воспользовался тем что ее шея оказалась близко, и лизнул языком солёную кожу. От его трудов их тела покрылись по ом и стали скользкими. Он так восторгался ответами ее тела, что отчасти потерял контроль над собой, которым гордился. Движения его замедлились, но оставались сильными. У Анны все поплыло перед глазами от полноты ощущений, вызванных его неистовым желанием. По ом она ногтями впилась чего спину и громко закричала, забилась - её накрыла волна расторжения. В этом она была не одинока. Владимир напрягся, щёлкнул зубами, не в силах больше практики мы нарастающему в теле зову. Горячее семя хлынуло, найдя себе путь, и он застонал от пронзивший его сладкой муки. Наконец то он излился в женщину, которая тревожила его думы с первой встречи. Дрожа всем телом, он крепко прижал Анну к себе. Безумие желания отпускало его, но страсть ещё не улиглась. - Анна! - Что? - задыхаясь, ответила она. - Ты можешь принять меня снова? Орган дернулся внутри нее, и Анна засмеялась. - Ты когда нибудь бываешь удовлетворен? - А это вызов! - Я не говорил, что обожаю вызовы? Ему впервые не хотелось вставать с постели любимой женщины. Раздался стук в дверь. Оба вздрогнули от неожиданности. .