Глава 1. Почему ты пошла работать в психиатрическую лечебницу?
10 апреля 2021 г., 05:19
Холодный ветер трепал волосы, а дождь, словно ледяные стрелы, бил в лицо. Он стоял на мосту, смутно сознавая, что позади кричат люди. Впрочем, ему было все равно. Он принял решение и собирался прыгнуть. Длинная челка падала на глаза, худощавое тело зябко дрожало. Из одежды на нем были только грязная футболка да боксеры. Ледяные руки едва цеплялись за перила.
− Парень, − раздался сзади голос. – Я сейчас подойду. Не шевелись.
Он ослабил хватку на перилах. Лишь мгновение полета, а потом все закончится.
− Нет! – раздалось сразу несколько голосов, его схватили за руку и втащили обратно.
Его прижимали к холодному тротуару и что-то ему говорили, но он не различал слов. Он пытался вырваться, но они были сильнее. Он думал лишь об одном: «Почему? Почему они просто не дали мне умереть?».
***
Психиатрическая больница Святого Мунго находилась на окраине Большого Лондона. Это был крупный госпиталь с множеством отделений и пациентов. По дороге, ведущей к главному входу, шла молодая женщина лет двадцати с небольшим. У неё были огненно-рыжие волосы и ярко-зеленые глаза. Она остановилась на мгновение, будто запечатлевая в памяти здание, прежде чем войти в вестибюль. Перед информационной стойкой она представилась и назвала цель визита. − Минуточку, − сказала сидящая за стойкой девушка и сняла трубку. – Алло? Здесь Лили Эванс. Новенькая медсестра-практикантка. – Через мгновение она положила трубку и подняла глаза. − Сейчас за вами кто-нибудь спустится. Через несколько секунд к стойке регистрации подошла женщина с длинными русыми волосами. Она остановилась перед Лили и протянула ей руку. − Привет, − дружелюбно произнесла она. – Я доктор Лавгуд, одна из двух лечащих врачей-психиатров подросткового отделения. Пожалуйста, зови меня Пандорой, я предпочитаю, когда ко мне обращаются просто по имени, даже пациенты. Мне кажется, это дает им возможность ощущать себя ближе ко мне, если ты понимаешь, что я имею в виду. В общем, меня попросили показать тебе, где тут что, перед встречей с доктором Дамблдором. Он главный психиатр и, могу заверить, один из лучших специалистов в стране. У него огромный опыт, нам повезло, что он работает в нашем отделении. Он здесь уже несколько лет, и дела явно пошли в гору. Он тебе понравится. − Лили Эванс, − Лили улыбнулась, наконец дождавшись окончания речи доктора Лавгуд. – С нетерпением жду встречи с подопечными! Они миновали длинный коридор, и доктор Лавгуд принялась рассказывать. − Вот это отделение для подростков, − она открыла огромную стеклянную дверь. – Обычно у нас бывает около двадцати пациентов. Каждый человек – это бедолага со своими собственными проблемами, но я верю, что мы делаем их жизнь лучше. По коридору пробежал подросток и остановился прямо перед ними. Его лицо расплылось в улыбке. − Привет, Пандора! Кто это? Она что, новенькая? Такая хорошенькая! Тебе так не кажется? Мне так нравятся твои волосы! Как тебя зовут? − Лили, − улыбнулась Лили. – Приятно познакомиться. Доктор Лавгуд вынула из кармана маленький шарик и протянула мальчику, который тут же принялся с ним играть. − Это Джеймс. Он сейчас страдает от гипомании, но он просто очаровашка. − Да! – просиял Джеймс. – Настоящий очаровашка. Но я не страдаю – просто люблю жизнь! – он раскинул руки на манер крыльев самолета и помчался обратно по коридору. – Я могу летаааааать. − Биполярное расстройство? – спросила Лили. − Правда, мы еще не видели его в депрессии, − кивнула доктор Лавгуд. – Маниакальный эпизод длится уже три месяца. Такой продолжительный. Собственно, из-за этого он сюда и попал. Его поймали, когда он играл в «кто первый струсит» на железной дороге. – Она улыбнулась Лили и сменила тему разговора. − Итак, почему ты пошла работать в психиатрическую лечебницу? − Ну, честно говоря, уроки психиатрии в школе медсестер всегда казались мне самыми интересными. Помимо этого, у меня есть родственники с депрессией, я знаю, как тяжело жить с психическим заболеванием. К тому же мне всегда удавалось найти подход к людям, особенно застенчивым или тревожным. И я подумала, что здесь найду себе хорошее применение. Едва они минули одну из дверей, из кабинета вышел пожилой человек с яркими голубыми глазами и добрым лицом. − А, Пандора, это мисс Эванс? – он протянул Лили руку, когда доктор Лавгуд кивнула. – Альбус Дамблдор, главный врач-психиатр. Приятно познакомиться, мисс Эванс. − Взаимно, − улыбнулась Лили. – С нетерпением жду начала настоящей работы и надеюсь, что смогу быть полезна. − Я в этом не сомневаюсь, − ответил доктор. – В отделении всегда пригодится еще одна заботливая помощница. Наши пациенты нуждаются в сострадании и понимании. Пандора, если ты не против, я на минутку украду мисс Эванс. Доктор Лавгуд кивнула. − У меня сеанс через двадцать минут, но я попрошу Молли продолжить экскурсию, когда вы закончите. − Вчера вечером к нам поступил новый пациент, − начал доктор Дамблдор, шагая по коридору. Лили семенила за ним. – Я как раз собирался познакомиться и заодно оценить его состояние, подумал, что вам это тоже будет небезынтересно. Полиция привезла его поздно ночью, а перед этим помешала спрыгнуть с моста. Нам неизвестно, кто он. Он не сказал ни слова ни полиции, ни нам. Он был в неважном состоянии, когда его привезли, так что ночная бригада вколола ему успокоительное, но сейчас он, должно быть, пришел в себя. Дамблдор остановился и открыл дверь. На кровати, подтянув ноги к груди, сидел худенький мальчик. Увидев посетителей, он прижался спиной к стене, словно пытаясь вжаться в нее. Доктор Дамблдор сел примерно в трех метрах от мальчика, очевидно, чтобы тот не чувствовал себя загнанным в угол. Лили устроилась у окна. Старый доктор добродушно улыбнулся. − Добро пожаловать в больницу Святого Мунго. Но мне приятнее думать о ней как о гостинице. Мы делаем все возможное, чтобы наши гости чувствовали себя как дома. Иногда мне самому хотелось бы быть постояльцем, а не врачом, − усмехнулся он. – Я доктор Дамблдор, и я здесь, чтобы помочь тебе. Каковы бы ни были причины, заставившие тебя подняться на тот мост, уверен, мы сможем помочь тебе их преодолеть. Как тебя зовут, мой мальчик? Мальчик ничего не ответил. Он задышал чаще и плотнее свернулся в комок. На нем была все та же грязная одежда, в которой он поступил, хотя рядом лежала чистая смена белья. − Это Лили, − продолжал Дамблдор. – Она новая медсестра, только что приехала. Она очень милая девушка – я это понял, едва её увидел. А я, да будет тебе известно, замечательно разбираюсь в людях. − Привет, − улыбнулась Лили. Мальчик бросил на неё взгляд и, похоже, немного успокоился. − Ну, надеюсь, что в конце концов ты нам откроешься, − все еще улыбаясь, произнес Дамблдор. – Сейчас мы дадим тебе немного отдохнуть. Можешь переодеться в чистую одежду и даже принять душ, если хочешь. Ванная находится вон там. Когда Дамблдор поднял руку, чтобы указать на дверь ванной в противоположном конце комнаты, мальчик соскочил с кровати и забился в дальний угол. – Прошу прощения, если я вторгся в твое личное пространство, − извинился доктор. – Мы уйдем и оставим тебя одного. Лили зайдет к тебе позже, хорошо? Они вышли из палаты, и доктор Дамблдор запер дверь. − Я бы хотел, чтобы потом вы к нему действительно заглянули. Кажется, он вас не боялся. − Конечно, − согласилась Лили. – Думаете, я справлюсь одна? − Вполне. Этот мальчик явно не опасен. В любом случае у вас есть персональная сигнализация. Как, еще не выдали? Попросите Молли. Они спустились в общую комнату, где их встретила полная женщина с такими же рыжими волосами, как у Лили. − Я Молли, − сказала она и махнула в сторону медбрата. – Это Артур, мой муж, а ты, должно быть, Лили. Лили представилась. Ей с первого взгляда понравилась Молли с её румяными щеками и приветливой улыбкой. Она казалась воплощением материнства. Молли выдала ей сигнализацию и предупредила, чтобы она на всякий случай всегда носила его с собой, хотя причин для беспокойства вроде бы нет. − На персонал редко нападают. Однако пациенты иногда дерутся друг с другом. У нас есть несколько буйных. – Они подошли к комнате отдыха. – Это Эван, − Молли указала на молодого человека с каштановыми волосами, вальяжно развалившегося на одном из диванов, − и Сириус, − она указала на весьма симпатичного парня лет восемнадцати, − оба скандалисты, правда, в основном выясняют отношения между собой. Сириус – любитель покрушить что-нибудь, когда злится. Так-то он хороший парень, но в нем столько злости, что он не знает, как её контролировать. Учитывая его прошлое, это не так уж странно. − А это кто? – спросила Лили, кивнув в сторону худенького мальчика с книгой. Тот был очень похож на Сириуса, но выглядел намного младше пятнадцати лет – минимального возраста в отделении. − Это Регулус, брат Сириуса. Он такой милый, − Молли вздохнула. – Бедный мальчик. Вы слышали о Вальпургиевых Рыцарях? Конечно, слышали. Последние четыре месяца они мелькали во всех новостях. Регулус жил у них. Его брат тоже, но он сбежал, будучи в возрасте Регулуса. Секта – все, что знал несчастный Регулус. − Та самая секта, которую накрыла полиция? – Лили вновь удивленно посмотрела на Молли, а потом перевела взгляд на маленького мальчика, казалось, ушедшего в свой мирок. – Они творили ужасные вещи. − Бедный мальчик, − повторила Молли. – Сначала он пытался сбежать, как его брат четыре года назад. Потом хотел покончить с собой. К ним подошла девушка со светлыми длинными локонами. − Привет, кто это? – бесцеремонно вмешалась она. − Я Лили, новенькая медсестра в отделении, − улыбнулась Лили. − Рита, − представилась девица, оглядев её с головы до пят. – Не знаю, в курсе ли вы, но я самая красивая в отделении. Просто чтобы вы знали. − Я запомню, − кивнула Лили. − Пойдем, − позвала Молли. – Нам лучше поспешить, если мы хотим застать доктора Крауча до обеда.***
Начальник администрации Святого Мунго даже не потрудился встать в знак приветствия, когда они вошли. − Итак, вы – новая медсестра-практикантка. Что ж… добро пожаловать в Мунго. Я доктор Бартемиус Крауч, − он наконец соизволил подняться и крепко пожал руку Лили. – Садитесь, я расскажу о наших правилах. Правило первое: не пытайтесь самостоятельно остановить буйного пациента. Для этого есть крепкие ребята в охране. Правило второе: не сближайтесь с пациентами. Вам необходимо соблюдать профессиональную дистанцию. И правило третье: не доверяйте пациентам. Помните: они больны и способны на любые уловки. – Доктор Крауч откинулся на спинку стула и пристально посмотрел на Лили. – Это понятно? Мы им не друзья. Наша задача – уберечь от них общество и, конечно, вылечить тех, кто излечим. Некоторые из пациентов опасны, имейте это в виду. Лили была несколько ошарашена холодностью доктора. Как можно добиться улучшения с таким отношением? Однако она предпочла промолчать и просто кивнула. Все же она новенькая, не стоит начинать знакомство с критики непосредственного начальника. − Отлично. Принимайтесь за работу, − сказал Крауч, махнув им обеим. − Хорошо, что ты не стала задавать вопросов, − похвалила Молли, когда они возвращались обратно в отделение. – Он этого не любит. Да и не слушает все равно. − Я это почувствовала, − ответила все еще шокированная Лили. − Он с долей уважения относится к Дамблдору и считается с его мнением, но не более того. Хорошо, что он дает ему полную свободу действий в подростковом отделении, так что нам не приходится слишком часто иметь с ним дело. На мой взгляд, этого человека больше занимает собственное положение, нежели зависимые от него пациенты. Но, полагаю, это распространенная черта среди руководителей. – Молли вздохнула. – Ладно, пойдем, я познакомлю тебя с остальными сотрудниками. Первым, кого они встретили, войдя в отделение для подростков, был высокий широкоплечий темнокожий мужчина. Он пожал руку Лили и представился: − Кингсли Шеклбот, начальник охраны. Если ситуация выйдет из-под контроля, я помогу тебе. А это мои коллеги – Джон Доулиш и Торфинн Роул. Мы трое работаем здесь постоянно, но иногда в случае необходимости нам помогают несколько охранников из других отделений. Тут всегда дежурит хотя бы один, а чаще всего два человека. − Рада познакомиться, мистер Шеклбот, − произнесла Лили. На первый взгляд крупный мужчина мускулистого телосложения выглядел немного устрашающе, но когда он расплылся в улыбке, Лили сразу попала под его обаяние. − Зовите меня просто Кингсли, − сказал рослый охранник. – Мы все обращаемся друг к другу по имени, кроме врачей. Ну, за исключением доктора Лавгуд – она просит, чтобы её тоже называли по имени. − Да, я с ней уже познакомилась, − улыбнулась Лили. − Значит, уже знаете. А, и Доулиш: у нас было два Джона, потому мы их называли по фамилиям. «Доулиш» прижилось, хотя второго Джона уже давно нет. Лили представили еще троим. Медбрат по имени Антонин оказался угрюмым мужчиной с легким русским акцентом. Вторая медсестра – коренастая женщина с дружелюбным улыбающимся лицом – назвалась Помоной. А третьего медбрата звали Гораций, это был дородный мужчина лет шестидесяти. Молли провела Лили через комнату отдыха на кухню, где огромного роста мужчина помешивал в кастрюле нечто, источающее восхитительный аромат. − Это Хагрид. Хагрид обернулся и радостно улыбнулся Лили. − Рад познакомиться, мисс… − Лили Эванс, − представилась Лили, пожимая протянутую руку. − Лили… Красивое имя. Приходите, как проголодаетесь, − прогремел он, после чего взял заранее приготовленный поднос с едой и протянул Лили. – Доктор Дамблдор просил передать новому пациенту. − Конечно, − согласилась Лили. Хагрид протянул Молли тарелку с очень маленькой порцией. − Для милашки Эммелины.***
Лили тихонько постучала в дверь и медленно открыла её, чтобы не напугать мальчика. − Привет, − улыбнулась она, захлопнув дверь свободной рукой. – Я принесла тебе обед. Лили поставила тарелку с супом на маленький столик рядом с кроватью и присела чуть поодаль, чтобы дать мальчику личное пространство. Тот настороженно смотрел на неё, но, похоже, не боялся. Потом нервно прикусил губу и бросил взгляд на тарелку, но не притронулся к ней. Лили он показался ужасно бледным и истощенным. Его возраст трудно было определить. На вид ему было не больше четырнадцати, но Лили подозревала, что он старше. Она взглянула на стакан воды, явно принесенный недавно. − Может, хочешь что-нибудь повкуснее? Сок? Колу? Мальчик склонил голову набок, словно не понял, о чем речь. Затем медленно спустил ноги на пол, но не встал. − То, что ты переживаешь, нормально, − сказала Лили. – Честно говоря, я тоже, ведь я здесь первый день. Как и ты. – Мальчик продолжал молчать, и она спросила: − Как тебя зовут, дорогой? Он опустил взгляд и сглотнул, нервно потирая ладони о колени. Было видно, что ему очень не по себе. − Может, напишешь свое имя? – предложила Лили, достав бумажку и ручку. Он взглянул на листок, затем медленно написал детскими буквами: «реМуС». − Ремус? – Лили прочитала и улыбнулась. – Какое чудесное имя. И очень необычное. Ремус робко покосился на неё. Он дернул грязную футболку и попытался натянуть её на колени. Ткань была так изношена, что кое-где даже порвалась. − Почему бы тебе не переодеться в чистую одежду, которую тебе выдали? Думаю, ты почувствуешь себя лучше. Она красивая и свежая. Я не буду подсматривать, обещаю, − улыбнулась Лили. – Хочешь, я уйду, чтобы не мешать? Ремус быстро мотнул головой. Ему не нравилось быть здесь одному. Он медленно подошел к стулу и забрал одежду. − Почему бы тебе не принять душ, Ремус? – спросила Лили, обратив внимание, какой он грязный. – Обещаю подождать здесь, чтобы никто не вошел. Ремус закусил губу и, наконец, кивнул. Взял одежду и направился в ванную. Раздеваясь, он взглянул на многочисленные шрамы в зеркале. Он обхватил руками свое худощавое тело и крепко зажмурился, пытаясь подавить дурные воспоминания. Какое-то время он возился с насадкой для душа, пытаясь разобраться, как она работает. Наконец, встав под горячую воду, он смыл грязь с волос и тела. Вышел он чистым и переодетым минут через пятнадцать. − Выглядишь здорово, − улыбнулась Лили. – Может, я тебя причешу? Ремус чуть отодвинулся от неё и пригладил пальцами волосы. − Ладно, − Лили решила не давить. – Я найду тебе расческу, и ты причешешься сам, хорошо? Самому тебе будет комфортнее. Я тоже предпочитаю причесываться сама.***
Позаботившись о Ремусе, Лили направилась к Дамблдору. − Я заставила его принять душ и переодеться, − доложила она. – И мне удалось узнать его имя. Пока без фамилии. Его зовут Ремус. Он по-прежнему молчит, но имя написал. − Хорошая работа, − одобрительно улыбнулся Дамблдор. – Я рад, что вы нашли к нему подход. Я надеюсь, он что-нибудь съест. Бедняга сильно исхудал. − Я оставила еду. В одиночестве, возможно, он расслабится. − На это я и рассчитываю, − кивнул доктор. – Что ж, скоро подадут обед. Не желаете присоединиться? Заодно представитесь остальным пациентам. Пациенты уже сидели в столовой, когда вошла Лили. Джеймс нетерпеливо похлопал по сиденью рядом и просиял, когда она приняла приглашение. Угрюмый мальчик с черными сальными волосами, сидевший чуть поодаль, вдруг заговорил. − Да… да, я видел её, − пробормотал он, обращаясь к пустому стулу, коротко взглянул на Лили и вернулся к еде. − Регулус! – рявкнул кто-то. Лили подпрыгнула от неожиданности, когда Сириус с силой стукнул кулаком по столу перед братом. – Я единственный, кому тут есть до тебя дело, а ты хоть бы глянул в мою сторону! Кингсли подошел к Сириусу и положил руку ему на плечо. − Почему бы тебе не пересесть? Видишь, Регулус сейчас не хочет с тобой говорить. − Иди на хуй, Кингсли, − выругался Сириус, но совету охранника все же последовал и уселся на другом конце стола с крайне недовольным видом. Лили внимательно посмотрела на младшего мальчика, который вел себя так, словно ничего не произошло. Почему он игнорирует собственного брата? Большинство пациентов с любопытством разглядывали Лили. Дамблдор её представил. − Давайте поприветствуем Лили. Думаю, надо познакомиться. Начнем с тебя, Северус? Мрачный мальчик смерил Дамблдора хмурым взглядом. − Вы только что назвали мое имя. Смысл его повторять? − Я – Джеймс! – Джеймс вмешался прежде, чем Дамблдор успел ответить Северусу. – Мне нравятся твои волосы, − продолжил он, пристально разглядывая Лили. – Они рыжие, как огонь. И глаза ярко-зеленые. Я люблю зеленый, это мой любимый цвет. По крайней мере, сейчас! – подросток взъерошил волосы и улыбнулся Лили. − Почему бы тебе не сбавить активность, Поттер? Ты ей не нравишься, − подал голос Сириус и положил ноги на стол, невзирая на то, что остальные уже ели. Молли строго взглянула на него. − Убери ноги со стола и представься Лили. Мальчик со вздохом покорился. − Я Сириус, − пробормотал он. − Че ты такой серьезный? – расхохотался Джеймс. – Выше нос! − Отвали, очкарик! − Но-но, давайте продолжим знакомство, − вмешался доктор Дамблдор. Красивый молодой блондин приложил руку к груди и прочистил горло. − Я – Гэндальф Серый, − сообщил он, и Лили слегка опешила на секунду. − Он Гилдерой Идиот, − сказала одна из девушек. − Да, он чокнутый, − усмехнулась другая. − Дороти, что я говорила насчет таких разговоров? – строго напомнила Молли. − Я не нуждаюсь в защите, миледи, − произнес Гилдерой. – Я слишком мудр, чтобы меня могли запугать такие ничтожества. Еще несколько пациентов не захотели представиться, и Лили решила позже узнать их имена у одной из медсестер.***
После обеда она вместе с несколькими самыми любопытными пациентами села за один из журнальных столиков. − Ты кажешься милой, − улыбнулась Марлен, девушка с волнистыми светлыми волосами. К ним присоединилась очень худая девушка, которой не было за обедом, и села рядом с Марлен. Лили подумала, что это, должно быть, и есть Эммелина – та самая, которой Молли относила тарелку с едой. Очевидно, у неё была анорексия. Лили знала, что уединяться с такими пациентами во время еды у них в комнате – обычная практика для персонала. Эммелина одернула футболку, которая была ей заметно велика, и слабо улыбнулась Лили. Та хотела спросить, как дела, но тут дверь в комнату отдыха распахнулась и вошел Антонин, таща за собой перепуганного Ремуса. Мальчик сопротивлялся, но Антонин был слишком силен. Лили была ошарашена. Молли предупредила: очень важно, чтобы пациенты ежедневно проводили время в комнате отдыха, но она поверить не могла, что напуганного Ремуса, едва прибывшего, притащили сюда силой с одобрения Дамблдора. Увидев, что мальчик близок к панике, она не выдержала и вскочила. − Отпусти! – сказала она Антонину. – Что ты творишь? Разве ты не видишь, как он напуган? Медбрат холодно взглянул на неё, по-прежнему держа Ремуса за руку. − Сидя в палате целыми днями, он ничему не научится. И не подвергай сомнению мои методы в присутствии пациентов! − Он же только что поступил! – воскликнула Лили. – Отпусти его! − Антонин! – к облегчению Лили, это был голос Молли. – Пусть Лили заберет Ремуса. Конечно, мы не собираемся его сегодня принуждать! Антонин отпустил мальчика и повернулся к Молли. Лили ласково обняла Ремуса за плечи и быстро вывела из комнаты отдыха, оставив их спорить. Ремус часто дышал и сильно дрожал, пока они шли по коридору. − Все в порядке, − ободрила Лили и слегка сжала его плечо. – Молли устроит ему разнос. Когда она открыла дверь, мальчик забился в угол палаты. − Все в порядке, Ремус. Хочешь, я останусь ненадолго? Он соскользнул по стене и медленно кивнул. Минут через двадцать раздался стук в дверь и вошел доктор Дамблдор. Увидев испуганное выражение лица Ремуса, он остановился и попросил Лили выйти на минутку. − Я поговорил с Антонином, − сказал он. – Попросил его оставить Ремуса в покое, чтобы он его не боялся. Конечно, Ремус не обязан идти в комнату отдыха, пока не пообвыкнется здесь. − Это хорошо, − с облегчением выдохнула Лили. Дамблдор внимательно взглянул на неё и улыбнулся. − Я подумал, поскольку комфортнее всего Ремус, похоже, чувствует себя с вами, то лучше поручить его вам. Конечно, это не ваша прямая обязанность, но вам стоит стать его, так сказать, контактным лицом. Я скажу остальным, если вы не против. − Хорошо, − улыбнулась Лили. – С удовольствием! Думаю, я смогу убедить Ремуса расслабиться. Он уже начинает относиться ко мне дружелюбнее. − Ну, тогда решено, − кивнул старый врач. Когда Лили вернулась в палату, Ремус забрался на кровать и спрятался под одеяло. Услышав звук открывающейся двери, Ремус вскинулся, но, увидев, что это она, похоже, ощутил облегчение и вновь опустил голову на подушку. − Ты устал? – тихонько спросила Лили, усаживаясь на край кровати. Мальчик кивнул. – Я разговаривала с Дамблдором. Антонину – человеку, который вытащил тебя отсюда силой, – запретили к тебе приближаться. Теперь о тебе буду заботиться я. На губах Ремуса появилась слабая улыбка, и он натянул одеяло на нос.***
Посидев с Ремусом около часа, Лили вернулась в комнату отдыха, чтобы поговорить с другими пациентами. Она увидела, что Регулус сидит один, вновь с книгой, и решила пообщаться с ним. − Привет, − улыбнулась она. Регулус на мгновение замер, потом поднял глаза. − Привет, − отозвался он, вновь уткнувшись в книгу. − Что ты читаешь? − Книгу о Второй мировой войне, − тихо ответил мальчик. − О, историческую? – Лили улыбнулась. – Период ужасный, но читать все равно интересно. − Историю знать очень важно, − Регулус по-прежнему не отрывал глаз от книги. – Даже ужасную. − Это правда, Регулус, − она кивнула. – Как же иначе учиться на ошибках? − Они убили десять миллионов евреев, цыган, гомосексуалистов и душевнобольных, − Регулус говорил так тихо, что Лили его едва слышала. − Да… Да, это очень печально. Тяжело осознавать, каким жестоким может быть мир. − Ммм, − промычал Регулус и вновь взглянул на неё. – Зачем ты со мной разговариваешь? Это потому, что тебе интересно послушать о секте? − Что? Нет, просто подумала, что тебе одиноко. И захотела познакомиться поближе, − она улыбнулась и положила руку на спинку дивана. − Не стоит меня жалеть, − произнес Регулус. – Все меня жалеют, узнав, кто я. Я вижу это в их глазах. Но ты не жалей меня. Я вовсе не несчастная жертва. Я убил своего лучшего друга, так что должен сидеть в тюрьме вместе с остальными, − он вновь опустил глаза и перевернул страницу. Лили ошеломленно смотрела на него, пытаясь осознать услышанное. Мальчик кого-то убил? Она решила пока оставить его в покое и направилась к другим сотрудникам. − Вижу, ты познакомилась с Регулусом? – спросил Артур. – Милый ребенок, но в очень тяжелом положении. − Ну, это понятно, только… он сказал, что кого-то убил. Я и представить не могла, что такой маленький мальчик…Он выглядит таким невинным. − Регулус никого не убивал, − Артур покачал головой. Его друга убил главарь секты или один из последователей. − Я же говорила тебе, что Регулус пытался сбежать, а когда ему это не удалось, он предпринял попытку самоубийства, − напомнила Молли. – Тогда Волдеморт, главарь секты, в наказание убил друга Регулуса у него на глазах и сказал, что это его вина. Лили в ужасе прикрыла рот ладонью. − Все усугубляется тем, что у Регулуса довольно тяжелая форма обсессивно-компульсивного расстройства, − продолжала Молли. – Он одержим идеей смерти – боится, что люди вокруг него умирают по его вине. После случившегося его состояние заметно ухудшилось. Такое ощущение, будто этот ужасный человек знал о фобии Регулуса и воспользовался ею. − Но… − у Лили не было слов. – Как можно проявлять такую жестокость по отношению к маленькому ребенку? − Знаю, − вздохнула Молли и взглянула на часы. – Мне пора идти. У меня сеанс с Линдой. − Дамблдор сказал, ты смогла завоевать доверие новенького мальчика? – спросил Артур. − Да. Кажется, ему со мной спокойно. Он заснул, когда я вышла из палаты. Он был сильно измотан. − Что ж, согласно плану, мы подселяем Ремуса к Регулусу. Дамблдор полагает, они хорошо поладят, и я с ним согласен. Может, ты мне поможешь и приведешь Ремуса? Но сперва я должен обсудить это с Регулусом. − Хорошо, − кивнула Лили. – Прямо сейчас? Артур кивнул, и она заметила, как Регулус проскользнул мимо них и исчез в своей палате. − Ему здесь не нравится, − объяснил Артур. – Дай ему волю, он замкнется в палате. Я очень надеюсь, что Ремус сможет помочь Регулусу. И наоборот.
