Глава 30. Это будет так прекрасно
28 сентября 2021 г., 20:40
Ремус медленно открыл глаза и несколько раз моргнул. Где же он? Он лежал в постели, но в другой, то есть находился не в их с Регулусом палате. Кровать была высокой, белье белоснежным. Он увидел Лили, примостившуюся на стуле рядом. Он попытался сесть, но голова разболелась так, что его повело.
Лили осторожно подложила ему под голову еще одну подушку.
− Все в порядке, Ремус, − сказала она. – Просто лежи спокойно.
− Ч-что случилось?
Лили улыбнулась и на миг заколебалась, рассказать ему все самой или же позволить это сделать Регулусу. Удар по голове – штука серьезная, но она была бесконечно рада, что Ремус почти все время провел без сознания. Причина крылась в том, что она была уверена: если бы Ремус наблюдал происходящее, это бы привело к серьезному ухудшению его состояния. Но Регулус уверял, что Ремус даже не видел Дамблдора.
− Я позову Регулуса. Он просил ему сказать, как только ты придешь в себя. Он тебе все расскажет.
Она пошла в соседнюю палату, где лежал в постели Сириус с перевязанным плечом. На краешке кровати сидел Регулус и развлекал его.
− Ремус очнулся, − сообщила Лили. – Я ничего ему не рассказывала. Решила, что ты справишься с этим лучше.
Регулус поспешил туда и обнаружил Ремуса бледным, но довольно бодрым.
− Привет, − улыбнулся он, усаживаясь рядом с кроватью. – Я рад, что ты пришел в себя. Ты пробыл без сознания несколько часов.
Ремус выглядел по-прежнему растерянным и хлопал глазами, глядя на друга. Потом он заметил большой пластырь на шее Регулуса и вдруг встревожился.
− Что случилось?
− Мы наткнулись на убийцу. Он ударил тебя по голове, и ты потерял сознание. Но теперь все хорошо. Сириус спас нас.
Ремус положил руку на затылок и, действительно, нащупал небольшую шишку.
− И кто был убийцей? Кто-то из твоей секты?
Регулус покачал головой.
− Ты не поверишь. Доктор Дамблдор.
Ремус впился в него потрясенным взглядом.
− Но… но он казался таким добрым!
Хоть Дамблдор и был мужчиной, Ремус не очень боялся его (разве что в самом начале, когда его пугали все взрослые мужчины). Наверное, потому, что он всегда был таким спокойным и добрым.
− Да, − вздохнул Регулус. – В каком-то смысле. По крайней мере, его симпатия ко мне была искренней. Он сказал, что не хочет меня убивать, но придется, поскольку я стал свидетелем. Тебя тоже не было в его списке, − увидев озадаченное выражение лица друга, Регулус объяснил ему мотивы и странную логику действий Дамблдора. – Он нацелился не на всех психически больных, а лишь на тех, кого считал опасными. Страдающих от психозов и всего такого. Как его старый друг, который был шизофреником и убил его сестру. Поэтому он пытался убить Северуса. Наше появление, думаю, спасло ему жизнь. А потом пришел Сириус и спас нас всех. Не приди он, мы все были бы уже мертвы.
***
Позже в тот же день пациенты собрались в комнате отдыха, получив от Артура приказ находиться там до выяснения обстоятельств. С тех пор, как перекрыли коридор В, не было никаких вестей. Все, что было известно, – произошел конфликт с участием четырех пациентов. − Думаю, убийца их всех убил, − сказала Люсинда. – Они исчезли, коридор изолятора опечатан, и там полицейские. − Ты так считаешь? – встревоженно спросила Эммелина. − Ну да, иначе почему они пропали? – вопросом на вопрос ответила Люсинда. − Ерунда. Он не мог убить всех четверых сразу! – фыркнул Эйвери. − Он бы не мог справиться с Сириусом, − сказал Джеймс, стараясь говорить уверенно. Марлен сидела на краешке стула и грызла ногти. Затем встала и вышла из комнаты отдыха, чтобы найти кого-нибудь из персонала. Джеймс последовал за ней, а за ним Эммелина, Питер и Карадок. − Погоди! – крикнула Натали. – Нам же сказали ждать новостей! − Да? – переспросил Джеймс, обернувшись на миг. – Если что-то случилось с Сириусом, я хочу знать! Я не буду просто сидеть и ждать. Они нашли Артура и Помону в служебном помещении. Помона разговаривала по телефону. − Что случилось? – спросила Марлен. – Где Сириус и остальные? Кого-то убили? Помона махнула рукой, чтобы они замолчали. − Да. Да, спасибо, − наконец сказала она и положила трубку. Затем обернулась к подросткам в дверях. – Все под контролем, Ремус, Северус и братья в порядке, так что не волнуйтесь. − Все? Что произошло? – не отставал Джеймс. – Это был убийца? Они его схватили? Кто это был? Сотрудники обменялись взглядами. − Да, убийцу арестовали, − наконец, сказал Артур. – Мы расскажем вам все подробности позже, когда сами их узнаем. − Кто это был? – подпрыгивая, спросил Джеймс. – Ну расскажи! Как они его схватили? – Он несколько раз ударил кулаками воздух и попытался изобразить удар ногой с разворота, представляя себе, как именно все случилось. − Мы расскажем вам все позже, − повторил Артур. – А пока возвращайтесь в комнату отдыха. − Если они не пострадали, почему их здесь нет? – спросил Карадок. − У них незначительные травмы, потому их госпитализировали на ночь. Через день-два они вернутся. − А теперь возвращайтесь в комнату отдыха, − куда строже, чем Артур, сказала Помона. – Полиция будет здесь с минуты на минуту, когда они поговорят с нами, мы вам все расскажем. Так что наберитесь терпения. Патрик, новый охранник, проводил их обратно и остался приглядывать, чтобы пациенты не вернулись в служебное помещение.***
Когда вечером пришел детектив-инспектор Тайлер, чтобы сообщить обо всем сотрудникам, те были глубоко потрясены и восприняли новости скептически. − Я не понимаю, − повторял Гораций. – Это достойный компетентный человек! Вы уверены, что не ошиблись? − Лили и Кингсли поймали его на месте преступления, − отрезала Молли, прежде чем Тайлер успел вставить хоть слово. – Конечно, они не ошибаются. Но я потрясена не меньше твоего. Он был последним, кого я бы заподозрила. Тайлер взял у Хагрида чашку чая и сел. − Я только что проговорил с ним три часа. Он выложил все как на духу. Он полностью готов к сотрудничеству и предоставит всю необходимую информацию, так что тратить много времени на расследования не придется. У него даже имеется записная книжка, куда он заносил даты убийств и имена всех своих жертв. − Сколько человек он убил? – поинтересовался Антонин. − Точное число без блокнота он назвать не смог. Но, по его прикидкам, от сорока до пятидесяти. Над столом разнесся общий вздох. − И давно он этим занимается? Его сестру убили, должно быть, больше сорока лет назад… Когда он начал? И как ему удавалось так долго скрываться? − Первую жертву он убил, когда ему было около двадцати пяти лет. Он никогда не работал в одном отделении больше двух-трех лет и не убивал больше двух человек в одном месте. − До сих пор, − уточнила Помона. Тайлер кивнул. − До сих пор. Дело в том, что его состояние ухудшилось – это часто происходит с серийными убийцами, как мне подсказала наш криминальный эксперт Данэм. Иногда это происходит в результате конкретного события. В случае доктора Дамблдора, вероятно, обострение спровоцировала смерть его брата в прошлом году.***
Сотрудники решили немедленно проинформировать пациентов. Когда Молли закончила, наступила мертвая тишина. − Я же вам говорил! – торжествующе воскликнул Гилдерой. – Но вы решили прикинуться слепыми. Ну что, с ним благополучно разобрались? Он мертв? Кто его сокрушил? Должен сказать, я весьма впечатлен. Молли успокаивающе махнула рукой Гилдерою. − Нет, он не мертв, но его забрали и держат взаперти. − Дамблдор? Как это мог быть Дамблдор? – произнес Питер. – Он был таким приятным человеком. − Я не удивлен, − сказал Майлз. – Я же говорил вам, это должен быть кто-то, кого не заподозрят и кто-то очень злой. Я видел это в его глазах, когда он пихал мне этот яд каждый месяц. Он получал удовольствие, мучая меня. − Ты не знал, что это он! − фыркнула Натали. – Никогда даже не предполагал! − Они сломали его посох? – поинтересовался Гилдерой. – Если нет, то он сбежит! − Да, у него отобрали все оружие, − успокоила его Молли. − Как это произошло? Как его взяли? – спросил Карадок. − Завтра обсудите с друзьями, когда они вернутся, − ответил Артур. – Уверен, они будут рады рассказать вам все подробности.***
На следующий день Лили пришла в больницу за четырьмя мальчиками. Северус выглядел таким же мрачным, как обычно. Она понимала, что, должно быть, ему очень одиноко в больнице, ведь остальные общались друг с другом. − Привет, − улыбнулась она всем. – Больница – не самое приятное место. Ремус, тебя бы оставили еще на денек из-за сотрясения, но они понимают, что без Регулуса тебе дискомфортно, потому выписывают сейчас. Ну и потому, что тебя ежедневно окружают медсестры. Просто пообещай, что какое-то время не будешь перенапрягаться. Ремус медленно кивнул: голова у него по-прежнему побаливала.***
Когда они вошли в отделение, остальные пациенты атаковали их практически сразу и утащили в комнату отдыха, где усадили, предложили газировку и закуски от Хагрида. Затем на них посыпались вопросы и озабоченные комментарии. − Ты в порядке? – спросила Марлен, обняв и поцеловав Сириуса. – Что с твоим плечом? Сириус улыбнулся ей, слегка приподняв руку. − Ах, это? Старина Дамби порезал, когда я от него отбивался. Эммелина сосредоточилась на порезе на шее Регулуса. − Тебе было больно? – мягко спросила она. − Н-не очень, − сказал Регулус, чувствуя, что краснеет. – Царапина. Он не хотел меня убивать. Сказал, что должен, поскольку не может оставлять свидетелей. Но когда вошли Сириус и Лили, стало неважно, видел ли я что-то или нет. Не мог же он убить нас всех. Он хотел бежать со мной в качестве заложника, но Сириус остановил его. Я все-таки думаю, что он бы меня отпустил, сбежав достаточно далеко… − Я рада, что с тобой теперь все хорошо, − улыбнулась Эммелина. Северус, не привыкший к всеобщему вниманию (особенно положительному) и восхищению, не вполне понимал, как себя вести. − Ну… Я вообще-то толком ничего не сделал. Он вырубил меня прежде, чем я понял, что происходит. Знаете, я ему доверял. − Да… как и мы все, − кивнула Люсинда. – Но ты выжил – единственный среди его жертв. Это весьма необычно. Ты станешь знаменитым! – она улыбнулась. Уголок губ Северуса на миг приподнялся, он отвернулся и пробормотал что-то неразборчивое. − Тебе не было страшно? – спросила Натали. − Может, было, самую малость, − пожал он плечами. – Но времени, чтобы это понять, почти не было. − Я бы усралась, − сказала Люсинда. − Но какого черта он это вообще делал? – спросил Карадок. − Полиция называла его серийным убийцей, имеющим собственную цель, − объяснил Северус другу. Ему было легче сосредоточиться на Карадоке, чем на остальных, хотя он знал, что все смотрят и слушают. − Это как? – спросил Джеймс. Северус хотел было сказать Джеймсу какую-нибудь гадость, как обычно, но в последний момент передумал. Джеймс казался серьезным, и он пробормотал: − Это тот, кто видит свою цель в том, чтобы избавить мир от определенного типа людей, которых он считает вредоносными. − Да, чаще всего это проститутки, гомосексуалисты или представители определенной расы, − добавил Майлз. − Как секта Сириуса? – спросил Питер. − Как Гитлер? – спросил кто-то еще. − Гитлер был, скорее, виновником массовых убийств, нежели серийным убийцей, − прокомментировала Натали. − Ну, принцип тот же! Заметив, как побледнел Регулус, Ремус осторожно положил ему руку на колено с молчаливым вопросом. Регулус огляделся. − Что? Они правы. Это как секта. Только они хуже Дамблдора. Они злые. Я не уверен, можно ли назвать Дамблдора злым. Думаю, на него просто ужасно повлияло то, что произошло с его сестрой и братом. Он искренне верил, что защищает людей. − Что? Ты оправдываешь этого психа? – агрессивно спросил Эйвери. Сириус бросил на Эйвери свирепый взгляд. − Мой брат никого не оправдывает! Он просто… − он наклонил голову и взглянул на Регулуса. – Ты его оправдываешь? Лили поспешно подошла и села. − Думаю, Регулус имел в виду, что есть разница из-за характеров убийц, − пояснила она, не желая, чтобы Регулуса вовлекли в философский спор. – Мы же все согласны, что Гитлер был одним из самых злых людей в истории? Остальных, похоже, удовлетворило это объяснение, и разговор возобновился.***
Несколько недель спустя Ремус и Регулус сидели у себя в палате и трудились над орфографическими упражнениями. Ужесточенные меры безопасности были упразднены, и пациентам вновь разрешили оставаться в одиночестве. Но мальчики по-прежнему большую часть времени проводили вместе. Хотя и стали больше общаться с другими пациентами. Поскольку Регулус был братом Сириуса, он легко нашел общий язык с его друзьями (особенно с Джеймсом и Питером). В дверь постучали, и в палату заглянула Лили. − Ремус, к тебе посетитель. Оба мальчика заинтересованно оглянулись. Посетитель? Кто мог прийти к Ремусу? Лили толкнула дверь, и в палату вошла светловолосая женщина лет сорока. Она остановилась и приложила руку ко рту. Казалось, она вот-вот расплачется. − Ремус… Как ты вырос! Ремус моргнул несколько раз, глядя на женщину. Некоторое время он смотрел на неё, потом перевел взгляд на Лили, затем вновь на посетительницу. − Кто… кто вы? − Но, Ремус… − женщина подошла ближе. Она опустилась перед ним на колени и с любовью убрала челку с его лица. – Я твоя мама! Ремус наклонил голову, глядя ей в глаза, и сощурился на миг, изучая её лицо. Она постарела. Её волосы были короче, но по-прежнему оставались золотистыми, а в глазах светились те же доброта и тепло, с какими она смотрела, как он играет в саду. − М-мама? − Да! – она обняла его, прижала его лицо к своему плечу и разрыдалась. Лили и Регулус смотрели на них. Регулус ощутил прилив облегчения и радости за Ремуса. − Я так скучала по тебе, дорогой! – она поцеловала его в щеку. – Я думала, что никогда тебя не увижу! Ремус по-прежнему был в шоке, его нижняя губа дрожала, когда она чуть отстранилась и обхватила его лицо руками. − Ты сердишься на меня? Мы так старались тебя найти. Я так по тебе скучала. Каждый божий день, с тех пор как этот монстр украл тебя у нас. Ремус быстро мотнул головой и снова прижался к ней. Он не мог вымолвить ни слова. Он просто сидел рядом, казалось, несколько часов. В его голове роился миллион мыслей. Потом из глаз хлынули слезы, и он разрыдался. Регулус взглянул на Лили, а Ремус и его мать просто сидели и плакали в объятиях друг друга. Он чувствовал себя лишним, но не был уверен, стоит ли уходить. Ремус всегда хотел, чтобы он оставался. Наконец, Ремус немного пришел в себя и откинулся на спинку стула, вытирая глаза рукавом. Потом он заговорил: − Это Лили, моя медсестра, − он указал на рыжеволосую девушку, потом на мальчика: − А это Регулус, мой лучший друг. Хоуп огляделась. − Да, конечно, я уже познакомилась с Лили. – Она улыбнулась Регулусу. – Регулус… спасибо тебе за то, что ты стал таким замечательным другом Ремусу. Я слышала, как много ты для него сделал. − Ну… он тоже хороший друг, − сказал Регулус, не вполне понимая, как отвечать. Хоуп вновь перевела взгляд на Ремуса. − Ты так вырос, − повторила она. – И стал такой красивый, − она провела рукой по волосам сына. Ремус, еще не вполне осознавая, что перед ним и впрямь его мать, слегка отстранился. В глазах Хоуп появилась грусть, и она опустила руку. Лили улыбнулась, встала и подошла к Ремусу. − Я нашла твою маму на «Фейсбук». Это сайт в Интернете, где могут общаться люди со всего мира. Ремус выглядел слегка озадаченным, но заинтересованным. − Слава богу, один из коллег узнал меня на фото и показал ваш пост, − продолжила Хоуп. – Он понятия не имел, что в Ирландии я потеряла сына. В новой жизни я никому не рассказывала о своем прошлом, потому что… ну, наверное, потому, что пыталась об этом забыть. Убежать от него, потому что это было безумно больно. После папиной смерти я переехала в Австралию, как можно дальше от Ирландии. Мне нужно было начать все заново там, где никто не знал моей истории, и где ничто бы не напоминало о ней. Прости, дорогой. Прости, что я тебя бросила. Спустя три года… я была уверена, что ты умер. Я потеряла надежду. Но я ни на миг не забывала о тебе. Пыталась, но не смогла. Я скучала по тебе каждый день все эти двенадцать лет. Ремус закусил губу. − То есть… теперь ты увезешь меня в Австралию? – наконец, грустно спросил он. Хоуп заметила взгляд, брошенный Ремусом на Регулуса. − Я перееду куда ты захочешь, Ремус, − она накрыла его руку своей. – Уверена, ты захочешь жить рядом с Регулусом. А еще около Лили и твоего психиатра. Я хочу для тебя только самого лучшего. Обрадовавшись, Ремус улыбнулся ей и кивнул. − Все, что пожелаешь, Ремус. У нас будет все, что ты захочешь. Я задолжала тебе счастливое детство. Мы будем жить, где тебе хочется. Я довольно хорошо зарабатываю, последние десять лет я посвятила исключительно работе, так что мы вполне сможем позволить себе хороший дом и все, что ты пожелаешь. − Я… просто я хочу остаться здесь, в Англии, − сказал Ремус, чувствуя себя слегка ошеломленным. − Да, конечно, − рассмеялась она. – Лондон. Поближе к Регулусу. А какой район? В городе? В пригороде? С большим садом, наверное? − С садом, − пробормотал он, вспоминая долгие часы, проведенные в больничном саду с Регулусом. − Хорошо, − улыбнулась она. – У нас будет прекрасный большой сад со всеми цветами, какие ты захочешь. − Розы, − мгновенно отреагировал Ремус. – Я их больше всего люблю. Особенно красные. − Замечательно! В саду будут цвести розы всех цветов, какие ты пожелаешь. Это будет так прекрасно, Ремус. А как насчет домашних животных? Хочешь собаку? Или кота? Или кого-то еще? − Наверное, столько всего для Ремуса – это немного слишком, − сказала Лили, обратив внимание на выражение его лица. – Он к такому не привык. Дайте ему время, хорошо? − Да. Да, конечно, − спохватилась Хоуп. – Просто я хочу для него самого лучшего. − Мы знаем, − улыбнулась Лили. – У вас впереди много времени это реализовать. Регулус смотрел на Лили и хотел задать вопрос, но не думал, что сейчас подходящее время. Не при Ремусе, когда он и так сбит с толку. Неужели мать Ремуса теперь заберет его? Конечно, да, но скоро ли? Регулус корил себя, ведь он должен радоваться, что Ремус поедет домой, к матери. Однако он ничего не мог с собой поделать: ему становилось не по себе при мысли об отъезде Ремуса.***
Хоуп вышла из палаты вместе с Лили примерно через полчаса. Едва закрылась дверь, она расплакалась. − Я пропустила его детство, а это чудовище отняло его невинность. Теперь он словно боится меня. Как чужую. − Нет. Он вас не испугался, − Лили положила руки на плечи Хоуп и посмотрела ей в глаза. – Он был рад вас видеть. Просто он немного ошеломлен. Возможно, мне стоило подготовить его к вашему появлению, но очень уж я хотела сделать ему сюрприз. Пойдемте, я вам кое-что покажу, − сказала она и повела Хоуп в служебное помещение. – Смотрите, я сохранила один из рисунков Ремуса. Хоуп взглянула на рисунок. На нем была изображена женщина с золотыми волосами и красными губами. Она улыбнулась и снова заплакала. − Он часто говорил о вас, хотя почти ничего не помнил, − сказала Лили. Хоуп вытерла рукой глаза и глубоко вздохнула. − Как нам быть, чтобы не травмировать его? Я понимаю, что забрать его прямо сейчас не могу. В конце концов, я еще даже не купила дом в Лондоне. Я села в самолет, едва поговорив с вами. − Надо обсудить этот вопрос с Пандорой, чтобы решить, что будет для него лучше, − ответила Лили. – Но вам однозначно нужно купить дом, устроиться и лишь потом увозить его. Я почти уверена, что Пандора предложит вам навещать его время от времени, чтобы вы заново узнали друг друга. − Да, это хорошая мысль. Просто я хочу проводить с ним каждый час своей жизни. Я боюсь, что если уйду, он снова исчезнет. Лили улыбнулась и обняла её за плечи. − Пойдемте к Пандоре и поговорим об этом.***
− Твоя мама хорошая, − сказал Регулус, когда они минуту просидели молча, глядя на закрытую дверь. Ремус проглотил ком, вставший в горле, едва вошла мать. Он все еще был слегка в шоке. − Да. Хорошая. − Я же говорил! Она хотела, чтобы ты вернулся, − улыбнулся Регулус. − Да, − улыбнулся Ремус. – Я буду жить с мамой… − произнес он, пробуя слова на вкус. – Я перееду к маме! – повторил он, вдруг просияв. Затем его улыбка померкла. – Но тогда мне придется оставить тебя. И других друзей здесь. − Ты же не хочешь провести здесь остаток жизни? Это здорово, Ремус. Жаль, у меня нет любящих родителей, к которым я бы мог переехать… Ремус мягко улыбнулся и вдруг крепко обнял его, положив голову ему на плечо. − Когда я перееду к маме, я буду навещать тебя каждый день! Даже если придется ездить на поезде или на автобусе. Ничего, я научусь! − Мне бы этого хотелось. Но уверен, мама будет тебя возить. Она же сказала, что все для тебя сделает. Все, что угодно. И ты этого заслуживаешь. Жить в хорошем доме, быть любимым и избалованным. Я очень рад за тебя, Ремус, хоть мне будет не хватать твоего соседства. Ремус кивнул ему в плечо. − Я тоже буду по тебе скучать. Регулус почувствовал, что еще немного – и он расплачется, но взял себя в руки. Он не хотел, чтобы Ремус почувствовал себя виноватым из-за отъезда. − Да… но у меня теперь есть Сириус, так что со мной все будет хорошо. И ты будешь меня навещать, как и обещал. Ты лучше приходи почаще, мне еще столькому надо тебя научить. Хотя твоя мама теперь наверняка найдет тебе настоящих учителей. Ремус отстранился, тепло глядя на друга. − Она не найдет никого лучше тебя, − улыбнулся он. – Никогда.
