Глава 29. Лучше бы тебе не кричать
28 сентября 2021 г., 20:26
Хотя большинство пациентов считали, что убийца – Торфинн, а значит, они вне опасности, меры безопасности ослаблены не были. Регулус был рад такому решению, поскольку не был уверен в виновности Торфинна. Он все еще опасался, что за убийствами стоит секта. Остальные пациенты ничего не знали об этой теории – доктор Дамблдор попросил его молчать. Он не хотел, чтобы в отделении распространилась паранойя. Регулус отнесся к его просьбе с пониманием, он и сам не хотел делиться своими идеями. Это сделало бы его центром всеобщего внимания. Он рассказал только Сириусу, но тот лишь посмеялся.
− Регги, это вряд ли, − сказал он. – Это твое чувство вины не дает тебе покоя. У них сейчас имеются проблемы куда серьезнее, чем думать, как тебя наказать.
Полиция до сих пор не нашла ничего, что указывало бы на причастность секты. Регулус не узнал по фото никого из недавно нанятых сотрудников больницы и не вспомнил ни одного имени, помимо тех, что находились в списке арестованных членов секты.
− Чем ты хочешь заняться? – спросил скучающий Регулус, когда они с Ремусом сидели в комнате отдыха. Пациентов просили проводить там как можно больше времени, чтобы находиться под наблюдением.
− Не знаю, − пожал плечами Ремус. – Может, порисовать?
− Хорошо, − сказал Регулус. Он встал и подошел к большому шкафу у окна, чтобы найти принадлежности для рисования. – Артур? – окликнул он. – У нас есть где-нибудь новые цветные карандаши? Красный и зеленый уже почти стерлись.
− В кладовке в конце коридора В, − ответил Артур, подняв глаза. Он сидел рядом с Майлзом и обсуждал с ним одну из его теорий заговора. – Ребята, сами возьмете или помочь? Тогда подождите минут десять.
− Все в порядке. Мы сами возьмем, − сказал Регулус.
− Ладно. Только держитесь вместе. Вы же знаете правила.
В коридоре В располагались изоляторы. Ремусу эта часть отделения показалась немного жутковатой, и он сжал руку Регулуса, когда они шли к кладовке. Вдруг из одного изолятора раздался тихий стон. Оба остановились и покосились на слегка приоткрытую дверь.
− Кто в этом изоляторе? – спросил Регулус. – Вроде, никого же не забирали.
− Может, это призрак? – нервно предположил Ремус. Однажды Джеймс и Сириус рассказали ему о леди в белом, бродившей по коридорам после того, как давным-давно она покончила с собой в изоляторе.
− Нет, конечно. Призраков не существует, − сказал Регулус. Еще миг он прислушивался, потом подошел к изолятору и толкнул дверь.
Развернувшееся перед ними зрелище было более чем неожиданным. У стены напротив лежал Северус, неподвижный и с закрытыми глазами. Не раздумывая, Регулус метнулся к нему, чтобы проверить, не мертв ли он. За спиной раздался глухой звук. Он развернулся всем телом и увидел, что Ремус валяется на полу без сознания. Над ним стоял старик с куском металла в руке (очевидно, именно так он вырубил Ремуса). Поначалу Регулус не узнал этого человека, поскольку этого просто не могло быть. Должно быть, его глаза лгали, поскольку старик выглядел в точности как доктор Дамблдор.
Дамблдор закрыл дверь.
− Лучше тебе не кричать, Регулус, − его тон был добрым, как всегда, − иначе Ремус умрет. – Он вынул из кармана скальпель и снял защитный чехол с лезвия. – К тому же, как ты, наверное, знаешь, изоляторы практически звуконепроницаемы. Так что я сомневаюсь, что тебя кто-то услышит.
Регулус просто стоял и смотрел на него в шоке, не в силах полностью осознать происходящее.
− Мне жаль, что тебе пришлось это увидеть, мой мальчик, − на сей раз голос Дамблдора звучал по-настоящему грустно.
− П-простите? – растерянно переспросил Регулус.
− Да, ты мне очень нравишься, и я никогда не собирался убивать тебя, но я не могу оставлять свидетелей.
− Вы…вы и есть убийца! – выдохнул Регулус.
− Очевидно, − кивнул Дамблдор.
− Но… почему?
− Почему? – повторил Дамблдор. – Я ведь рассказывал тебе о своих брате и сестре, да? И о товарище, из-за которого мы с братом отдалились друг от друга. Видишь ли, − голос Дамблдора был спокоен и доброжелателен, словно он объяснял что-то во время сеанса. – Мой друг, Геллерт, убил мою сестру. Почему? Потому, что он был психически болен, Регулус. Я не думал, что это имеет значение, и за свое невежество поплатился жизнью сестры. – Он указал скальпелем на Северуса. – Геллерт был похож на него, − пробормотал Дамблдор. – Шизофреники – это бомбы замедленного действия.
− А… А Фрэнк и Доркас? Они не были шизофрениками, Фрэнк даже не разговаривал никогда!
− Люди с тяжелыми формами депрессии непредсказуемы, − объяснил Дамблдор. – Они часто кончают жизнь самоубийством и иногда, намеренно или нет, забирают с собой других. Часто самоубийство травмирует тех, кто находит труп или становится свидетелем. Я немало времени посвятил кризисному консультированию. Представь, что происходит с машинистом, когда кто-то прыгает под поезд. Многие вследствие травмы больше никогда не возвращаются к прежней работе. И это лишь один из множества примеров. Пациенты с тяжелыми формами депрессии настолько поглощены ненавистью к себе, что забывают о других. А Доркас? Ты слышал, как она угрожала Майлзу, и видел, как она швырнула книгу в лицо Сириусу. Она бы сорвалась, это лишь вопрос времени. Она была крайне неуравновешенна.
− А Рита? Она же не была опасна!
− Ей просто не повезло, − вздохнул Дамблдор. – Она заподозрила меня в смерти Доркас и попыталась шантажом добиться особого внимания. Как ты понимаешь, я не мог оставить её в живых.
− То есть… то есть вы хотите избавить мир от душевнобольных? – спросил Регулус, с трудом понимая смысл рассуждений старика.
− Только от самых опасных. Полностью оторванных от реальности, с тяжелыми формами депрессии, с нарушениями самоконтроля. Понятно, что целый мир спасти я не смогу, но уже довольно давно вношу посильную лепту.
− Вы говорите совсем как моя семья! Как секта!
− Наоборот! – сердито сказал Дамблдор, внезапно растеряв всё спокойствие. – Они хотели очистить мир от всех, кто не соответствовал их стандартам, то есть практически от всех! Я убиваю лишь немногих и делаю это, стремясь защитить большинство. Высшее благо, Регулус. Вот во что я верю. Высшее благо. Немногие должны пострадать ради безопасности многих.
Регулус неожиданно рассмеялся.
− А ведь Гилдерой был прав. Он с самого начала говорил, что это вы стоите за всем этим!
− Да. Мне бы следовало избавиться от него, но он так редко бывал один. А учитывая его подозрения, я так и не смог уговорить его тихо и добровольно пойти со мной. Конечно, я не волновался, что ему поверят, но потенциально он очень опасен. Я сожалею, что не позаботился о нем, когда было время. Представляешь, что будет однажды, если он возьмет в руки меч и пойдет убивать орков?
− А как же Сириус? Почему вы его не убили? По вашей логике, он должен был быть первым в вашем списке, с его-то характером.
− Я вычеркнул его из списка ради тебя, Регулус. Ты в нем нуждался. И, как я уже сказал, меня глубоко огорчает необходимость тебя убить. Я ведь и впрямь хотел помочь тебе. Большую часть жизни ты был жертвой безумных убийц.
«И сейчас снова ею стану», − с горечью подумал Регулус. Он посмотрел на лежащего на полу друга.
− Вам не обязательно убивать Ремуса. Он вас не видел. Вы вырубили его раньше. – Он молил Бога, чтобы это было правдой.
− К сожалению, я не могу рисковать, − вздохнул Дамблдор. – Хотя бедный мальчик этого не заслуживает.
− Он вас не видел! – в отчаянии воскликнул Регулус, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза, а сердце бешено колотится. – Что вы за человек? Убийца невинных детей! Что бы на это сказал ваш брат?
Дамблдор, казалось, на мгновение заколебался, но затем перешагнул через Ремуса и двинулся к Регулусу.
− Он мертв, и ему больше нечего мне сказать.
Вдруг Регулус услышал чей-то крик. Что там говорят? Его зовут? Дверь была закрыта, и звук был приглушенный, но Регулус был почти уверен, что узнал этот голос.
− СИРИУС! – закричал он во всю мощь легких. – СИРИУС! НА ПОМОЩЬ!
***
Сириус мчался по коридору. Он все обошел, но, когда добрался до кладовки и не обнаружил там ни Регулуса, ни Ремуса, то запаниковал. − Регулуса кто-нибудь видел? – Сириус окинул взглядом комнату отдыха. Присутствующие качали головами. Он подошел к Лили. В конце концов, она была личной медсестрой Регулуса. Лили слегка обеспокоенно огляделась. − Нет… Он же сидел вон там с Ремусом. − Они пошли в кладовку за цветными карандашами, − сказал Артур. – Они что, до сих пор не вернулись? − Сириус, подожди! – позвала Лили. Ей было трудно догнать подростка, бросившегося разыскивать брата. − Они должны быть здесь! – рявкнул Сириус. – РЕГУЛУС! − СИРИУС! СИРИУС! НА ПОМОЩЬ! Лили и Сириус замерли, услышав придушенный крик. Переглянувшись, они помчались к двери, из-за которой, как им показалось, он раздался.***
Дамблдор на миг застыл, но затем бросился вперед и схватил Регулуса. − СИРИУС! – снова закричал тот. Вцепившись в Регулуса, Дамблдор прижал скальпель к его горлу и развернулся лицом к двери. Дверь распахнулась, и в изолятор вломился Сириус. Он остановился как вкопанный, увидев старика, удерживающего скальпель у горла брата. Вбежала Лили и, как и Сириус, в шоке уставилась на происходящее. − Отпустите моего брата! – наконец воскликнул Сириус. − А ты потише, − Дамблдор покачал скальпелем, чтобы показать, что произойдет в противном случае. Лили опустилась на колени рядом с Ремусом и пощупала пульс. Затем она подняла взгляд на Дамблдора. − Почему? Зачем вы это делаете? − Закройте дверь и подойдите к окну, если не хотите, чтобы я перерезал ему горло, − приказал Дамблдор, проигнорировав её вопрос. – Вы оба. – Он заметил, что Лили смотрит на Северуса. – Он не мертв, так что не тратьте время на проверку, − добавил он. – А теперь закройте дверь и подойдите к окну! − Беги, Сириус! – воскликнул Регулус, но замолчал, ощутив прикосновение лезвия скальпеля. По коже заструилась тонкая струйка теплой крови. Сириус стиснул зубы, но сделал, как ему было сказано. − Только… только не трогайте его! Лили неохотно оставила Ремуса на полу и последовала за Сириусом. − Оставайтесь там, пока я не уйду, − сказал доктор. − Хорошо, − Лили сложила руки в умиротворяющем жесте. – Отпустите Регулуса, и мы отпустим вас. − Нет, мальчика я забираю с собой. Он будет моей страховкой. − Вы не отберете у меня брата! – воскликнул Сириус, делая шаг вперед. − Тихо! – предупредил Дамблдор. – Я отпущу его, когда буду достаточно далеко отсюда. У меня нет никакого желания убивать его. Он никогда не фигурировал в моем списке. − Постойте! – в голосе Сириуса зазвучало такое отчаяние, что старик на миг заколебался. – Возьмите меня вместо него. Обещаю, что пойду добровольно. − Нет! – прохрипел Регулус. Сириус подходил под типаж Дамблдора, и тот вполне мог убить его, когда окажется за пределами больницы. Особенно, если Сириус попытается сопротивляться, что вполне вероятно. Регулус понимал: он не сможет жить, если к чувству вины за смерть Кричера прибавится чувство вины за смерть брата. Но Дамблдор, кажется, решил обдумать это предложение. − Ладно. Подойди к двери, развернись и положи руки на стену. После того, как Сириус выполнил его приказ, Дамблдор, прижимая к себе Регулуса, придвинулся ближе, а потом вдруг резко толкнул мальчика в объятия Лили. Услышав, что Регулус вне опасности, Сириус круто обернулся и схватил тянущуюся к его шее руку. Однако старик оказался проворнее, чем ожидал Сириус. К его горлу метнулся скальпель, и он едва успел увернуться, заслонив шею поднятым плечом. Регулус и Лили вскрикнули, увидев, что лезвие вонзилось в плечо Сириуса, и его одежда обагрилась кровью. Дальнейшие события произошли очень быстро. Когда Сириус и Дамблдор, сражаясь, рухнули на пол, дверь распахнулась, и в изолятор ворвался Кингсли. На миг он замер, разглядывая дерущихся. − Это Дамблдор! Он убийца! – закричала Лили, боясь, что охранник сделает неверный вывод и нападет на Сириуса. Кингсли тут же ловко обезоружил доктора и оттащил его от Сириуса. Прежде, чем встать на ноги, Сириус сильно ударил Дамблдора в лицо. − Это тебе за моего брата, ублюдок! Лили тут же очутилась рядом с Северусом, проверяя, действительно ли он жив. Артур вызвал медиков по рации, чтобы те занялись четырьмя пациентами. Теперь, когда опасность миновала, у Регулуса подкосились ноги. Словно в тумане он смотрел, как Кингсли вздергивает Дамблдора на ноги и надевает на него наручники. На его обычно невозмутимом лице читалось недоверчивое и потрясенное выражение, какого Регулус никогда прежде не видел. Понимая, что бой проигран, Дамблдор обрел прежнее спокойствие. Он выглядел как человек, принявший свою судьбу и, возможно, даже приветствующий ее. Встретившись взглядом с Регулусом, он грустно ему улыбнулся, прежде чем Кингсли развернулся, чтобы вывести его из изолятора. Не обращая внимания на собственную рану, Сириус бросился к брату и опустился перед ним на колени, чтобы осмотреть порез на шее. − Я в порядке, − успокоил его Регулус. – Он неглубокий. Что с твоим плечом? Сириус не ответил, но крепко обнял брата и разрыдался от облегчения.
