Я небо за тебя благодарю

      Как не странно, родители Седрика приняли трансмутацию моего тела из мужского в женское чуть не с такой же радостью, что и их сын. Как потом сказала миссис Джулия, они с мужем не были против, чтобы мы с Седриком были вместе, но переживали — как к нашим отношениям отнесутся другие, однополые связи не очень приветствуются волшебниками из-за невозможности продления рода. Леди Боунс тоже не сильно удивилась этому феномену, оказывается подобные случаи уже были в волшебном мире, когда в умершего ребёнка вселялась чужая душа и ребёнок продолжал жить, как будто и не умирал.       Конечно это были не частые случаи — если ребёнок умер не из-за болезни или от несчастного случая, а именно был убит и если на Небесах находилась душа нерожденного ребёнка, погибшего вместе с матерью и тоже от насильственной смерти, но чтобы произошло то, что произошло со мной, эта душа должна была быть связана кровными узами с погибшим. Леди Боунс помогла мне легализоваться в магическом мире с новым именем и датой рождения. Теперь мой день рождения — шестого августа тысяча девятьсот восемьдесят первого года, когда зародилась моя душа в чреве мамы, а тридцать первое июля — стал днём смерти Гарри Джеймса Поттера, когда его душа оставила тело. Так что я стала на год младше…       А вот Сириус… Сириус очень тяжело отреагировал на то, что его крестник Гарри погиб, во всём винил себя и Дамблдора, порывался бежать проклясть старика чем-то заковыристым из арсенала своей семьи, которая всегда придерживалась тёмной магии. Никто даже врагу не пожелал бы получить проклятие семьи Блэков. Но, когда отбушевал и успокоился, он обнял меня и мы с ним вместе поплакали — мне теперь можно плакать, я девушка — а потом попросил собрать все вещи Гарри и, когда его отпустят «монстры в целительских халатах» мы похороним их рядом с могилой родителей на кладбище в Годриковой впадине и, если я не против, проведём обряд крестничества на моё имя. Я не была против. А помолвку с Седриком проведём после обряда…       После официального признания моей личности Визенгамотом и гоблинами Гринготтса в прессе было дано объявление об этом и краткое объяснение причины произошедшего.       И с десятого августа началась моя новая жизнь.

***

      Миссис Джулия с энтузиазмом принялась за моё обучение… Два дня мы с ней потратили на шопинг, преобретая разные так необходимые для девушки моего возраста вещички. Она учила меня одевать и носить платья, юбки, кофточки и другое женское бельё, ходить в туфлях на каблуках, пока невысоких. Я подстригла волосы до плеч, купила новые очки — зрение так и осталось слабым. Внешне, как мне казалось, я не сильно изменилась, только стала немного изящнее, а голос стал тоньше и нежнее. Но для меня было главное, что это тело нравилось Седрику, который тоже принялся за моё обучение.       Утро у нас с ним начиналось тогда, когда мы просыпались — спали мы в разных комнатах — вне зависимости, сколько времени было на часах. Седрик всегда вставал раньше меня, он забегал в мою комнату, хватал меня на руки и тащил к озеру. Там мы плавали, завтракали прямо на берегу.       До обеда помогали маме Джулии и эльфам Тинки и Винки в теплицах и оранжереях. После обеда — занятия по школьной программе, Седрик гонял меня, начиная с первого курса. Так как Гарри гонял балду все четыре курса, занимаясь чем угодно и влипая в опасные для жизни приключения, только не учёбой, то мне приходилось очень сильно напрягаться, чтобы не выглядеть перед своим парнем совсем уж бестолочью. Во время ужина в семейном кругу дядя Амос вводил нас в курс происходящего в магическом мире, как ни странно, но после всех взрывных сенсаций произошедших в конце июля и в начале августа, в мире магии наступила тишина, я чувствовала, что это затишье перед бурей. Ведь Волдеморт никуда не делся, да и директор навряд ли оставит меня в покое и снова что-нибудь придумает. Но теперь у меня была защита от его манипуляций в лице леди Боунс, мистера Диггори, моего Седрика и Сириуса Блэка, который скоро станет моим крёстным отцом — настоящим, а не номинальным.        После ужина мы с Седриком уходили гулять. Надо признаться, что к платьям, юбкам и к туфлям на каблуке я всё ещё не могла привыкнуть и поэтому — джинсы, футболки и кроссовки так и остались моей посевдневной одеждой.       Иногда мы отправлялись в Лондон и тогда Седрик вытаскивал из закромов памяти воспоминания Сергея Драгомирова и водил меня по интересным местам Лондона.       Больше всего мне понравилась знаменитая на весь мир огромная башня Биг-Бен высотой в девяносто семь метров, увенчанная гигантскими часами и звучным колоколом, который и называется Большим Беном. Правда забраться на башню нам не позволили.       Букингемский дворец — резиденция королевской семьи. Жалко, что смену караула увидеть нам не довелось — церемония смены начинается в 10:45 и длится почти сорок пять минут.       А ещё Тауэрский мост — неподалёку от него был вход в министерство Магии, для посетителей проход в него располагался в обыкновенной телефонной будке.       Трафальгарская площадь — чудесные фонтаны и стихийные выставки художников.       Мы ходили в кинотеатры, в парки развлечений и аттракционов, аквапарки.       Иногда мы на мётлах улетали в глубину леса и устраивали там магические поединки, которые заканчивались жаркими поцелуями, дальше этого мы не торопились заходить, объятий и поцелуев было достаточно, чтобы мы оба были довольны.       А когда накрапывал дождь, что становилось часто к концу августа, мы просто сидели в беседке на берегу озера и разговаривали о магии, её законах и традициях, тогда к нам присоединялись мама Джулия и дядя Амос и рассказывали нам разные истории.

***

      Дом Дурслей проверили невыразимцы из Отдела Тайн — те магические плетения, которые окутывали всё внутри дома, концентрировали внимание Дурслей на Гарри и нашёптывали им, что именно он причина всех их бед. Правда там же нашли почти разряженный блок, который не давал им сильно разойтись и выкинуть ребёнка на улицу или покалечить/убить. Из воспоминаний Дурслей было выявлено — Гарри в пять лет совершил первую попытку побега, но его нашли и вернули на «положенное» место, а нашёл и возвращал его… Снейп, обзывая мальчика так же, как он делал это в Хогвартсе: Такой же наглый, избалованный и самовлюблённый, как и твой отец — это ребёнку в пять лет, в обносках, тощему и со следами побоев… Потом явился благообразный Дамблдор и поработал с его памятью, внушая мысль о том, что только здесь — у Дурслей — он в безопасности, и никто не позаботится о нём лучше, в приюте будет хуже. И так было ещё два раза — в семь и девять лет. А так же увидели, как их сын, который уже в десять лет был похож на маленького китёнка, толкнул Гарри в спину, когда тот спускался по лестнице, неся в руках большую стопку белья, и как Гарри скатился кубарем по ступенькам. После этого родители спрятали тело мальчика в сарае, странно, что никто из волшебников не узнал тогда об этом… Моё мнение — ОНИ посодействовали, уже решив, отправить мою душу в тело брата. Невыразимцы даже использовали Маховик времени, чтобы вернуться в тот момент и удостовериться, что Мальчик-который-выжил был мёртв, но, естественно, изменить ничего не могли. Когда Дамблдору показали эти воспоминания, он опять прикинулся сочувствующим добрячком и сквозь слёзы прочитал, что он так виноват, что доверился этим, как ему казалось, замечательным людям, они же не били мальчика сами, ну а дети — что с них возьмёшь… Короче — отмазался, а Снейп просто сказал, что выполнял приказ работодателя.

***

      По выходным, когда в министерстве не было служащих, мы навещали Сириуса в госпитале Аврората. Он уже не выглядел как ходячий труп, поправился и был полон жизни и оптимизма, мы нередко заставали у него в палате леди Боунс и они оба смущённо краснели, как пойманные за чем-то личным школьники.       Двадцать седьмого августа в родовом доме Блэков был проведено три обряда — обряд крестничества и две помолвки — наша с Седриком и Сириуса с Амелией.       На семейном совете решили, что мне не нужно возвращаться в Хогвартс, контракт был заключён на имя Гарри Джеймса Поттера. Мама Джулия сказала, что сама научит меня всему, что должна знать хорошая хозяйка дома. А я и не была против, я не страдала, как Грейнджер, феминизмом и вполне готова была принять мужское доминирование в семейных отношениях. Седрик согласился со мной и сказал — «Муж голова, а жена шея, куда шея повернёт, туда голова и смотрит.» Да и встречаться (и объясняться) с теми, кто помнил меня как Гарри Поттера, не хотелось. А Седрику придётся закончить седьмой курс, да ещё, вдобавок, его назначили старшим префектом школы.        Сириус и Амелия свадьбу решили сыграть после Нового года, а мы — после того, как мой жених сдаст ТРИТОНы.

***

ЭПИЛОГ

      Прошло три года. Мы с мужем отремонтировали дом в Годриковой впадине и перебрались туда. Седрик поступил в Кембридж - заочно на магловский факультет юриспруденции, а очно на магическое отделение Кембриджа и тоже на магическое правоведение и ритуалистики. Через год после свадьбы у нас родились магические близнецы — Гарри и Сергиус. А ещё через два года девочки, но не близнецы, а двойняшки — Анжелика и Ангелина. Мальчики оба темноволосые с зелёными глазами, девочки — Анжелика белокурая, Ангелина рыжая, а цвет глаз у них был одинаковый, как у папы — шоколадный.       У Сириуса и Амелии тоже родились дети-погодки, старший сын Регулус, а младшая дочь Лили. Сириус занял место Скримджера, который стал министром Магии, а Амелия ждала, когда Седрик закончит обучение, чтобы передать ему департамент правопорядка.       Дамблдор ещё три года держался на посту директора школы, и умер в конце девяносто седьмого года — откаты от магии всё же достали его.       Грейнджер после окончания школы устроилась на работу в отдел моего свёкра, который стал начальником отдела, папа Амос не очень был доволен своенравной и считающей правой только себя девушкой.       Рон и Джинни Уизли стали играть в профессиональный квиддич, но звёзд с неба не хватали, были где-то третьими снизу. Джордж и Фред пытались открыть магазин приколов, но пролетели… Своих денег у них не было, а в кредит им никто не решился давать и они отправились работать к брату Чарли в драконий заповедник. Артур и Молли с помощью старших сыновей выплатили штраф министерству, который пошёл на благотворительность в больницу Святого Мунго и жили в своём доме.       А Волдеморт? А вот про него ничего не было слышно, и мы с Седриком уже подумывали, а не было ли всё то, что произошло на кладбище иллюзией с погружением в реальность.