Here we go Loopty Loo

      

_________________________ Петля #7 _________________________

Правила начались в петле #7, когда класс понял, что вещи не всегда идентичны исходной временной шкале. Они поняли это, проснувшись в классе в первый день перед оценкой Причуд, как они делали последние шесть раз, только чтобы обнаружить, что каждый из них был противоположного пола. Айзава не гордился тем, что потерял всякое хладнокровие перед своими учениками, когда он ткнул откровенно слишком большие шары на своей груди, ругаясь непристойно, когда они покачивались. Не помогло и то, что вместо комбинезона на нем был обтягивающий топ с длинными рукавами и чёртовы колготки с сапогами на высоких каблуках. С другой стороны, у студентов дела шли не намного лучше, они смотрели друг на друга и кричали, так как, казалось, забыли о приличиях и били друг друга в грудь, находя их слишком плоскими или слишком упругими. Некоторые из них, Мидория, Джиро, Бакуго, Ашидо и Тодороки, выглядели похожими на свои обычные внешности, в то время как другие, такие как Сато, Иида и Урарака, выглядели совершенно иначе до такой степени, что единственной причиной, по которой Айзава мог сказать, кто они, были манеры, которые были ему слишком хорошо знакомы. Через несколько минут он наслушался этого достаточно, чтобы хлопнуть руками по ближайшему столу и приказать им успокоиться. — Ладно, я понимаю, что у нас у всех экзистенциальный кризис, — огрызнулся он. — Я понимаю, это тоже не то, чего я ожидал. Ясно, что мы не просто возвращаемся к началу нашей собственной временной шкалы, если только у меня всегда не было грёбанного четвёртого размера, и никто не считал важным поделиться со мной. Первым приказом было рассадить всех по местам, чтобы Айзава могла просмотреть список классов и новые имена.… она знала, что студенты не один раз облажаются. Аояма Аки Ашидо Марео Асуи Сусуму Иида Сумико Урарака Кайто Оджиро Мэгуми Каминари Эмико Киришима Эцу Кода Кая Сато Рико Шоджи Мики Джиро Кадзуо Серо Хироко Токоями Джакушицу Тодороки Сузу Хагакурэ Таку Бакуго Касуми Мидория Кумико Шинсо Тошико Яойорозу Кадо Отлично, ей тоже пришлось заново выучить все их имена, что напомнило ей. — Меня зовут Айзава Саки. Имя моего героя осталось прежним. Другие ваши учителя — Ямада Химари, она же Представляющая Мика, Ишияма Камин, она же Цементосс, Каяма Наоки, он же Миднайт, и Эктоплазма всё ещё требует, чтобы мы не называли ученикам её имя, так что разберитесь с этим. — Всемогущая — это Яги Ёшико, — пропищала Модория, — но она всё ещё кашляет кровью, когда я называю её иначе, чем Всемогущая, так что давайте дадим ей немного расслабиться. Мо… Яойорозу поднял руку: — Се… Сенсей могла бы составить список правил и изменений, которые происходят в каждой временной шкале, чтобы мы не путались так сильно? Я думаю, что эта петля будет особенно трудной по очевидным причинам. — Ты не ошибаешься, — согласилась она, проводя рукой по глазам. — А можно ли создать катящуюся доску? Так будет легче прятать и держать в течение следующих трёх лет. Пользователь причуды творения казался более спокойным теперь, когда ему не нужно было беспокоиться о смущении всего класса, чтобы создать такой большой объект. Это не заняло много времени, и Айзава взяла предложенный синий маркер. — Хорошо, — выдохнула она, рисуя семёрку в верхней части доски, прежде чем разделить её посередине. — Правила, чтобы пройти через петли, если мы продолжим зацикливаться, и правила и изменения, чтобы не попасть в неприятности в этой петле, как это звучит? Прозвучал гул согласия, когда она начала перечислять вещи, которые она использовала в качестве эмпирических правил, так как была уверена, что они были зациклены. #1 — Говорите только с теми, кто зацикливается на петле и предыдущих временных шкалах. #2 — Сделайте всё возможное, чтобы изменения между вашим сознанием и исходной версией вас самих из этой временной шкалы казались настолько естественными, насколько это возможно, нам не нужны люди, думающие, что мы Тога. #3 — Раскройте всю соответствующую информацию об изменениях на временной шкале, которую вы знаете при первом пробуждении или когда мы все вместе после первого пробуждения. #4 — Если стресса становится слишком много — поговори с нами, мы все проходим через это вместе. Она оторвалась от письма, с тихим вздохом убрала с лица всё ещё длинные волосы и повернулась к ученикам. — Может ли кто-нибудь ещё придумать какие-нибудь другие правила прямо сейчас? Тишина была всем, что ей нужно. — Отлично, мы можем отредактировать его по мере изменения ситуации, но я хочу, чтобы вы все запомнили эти правила. Они могут быть единственным, что держит нас в здравом уме, в зависимости от того, как долго мы застряли в этих петлях.

_________________________ Петля #10 _________________________

Он собирался разбить им головы, он клянется богом, что эти дети отправят его в раннюю могилу. То, что Мидория, Тодороки, Иида и Урарака сумели выследить Убийцу Героев, чтобы попытаться заставить его изменить свой образ жизни, не было большим шоком, что было неожиданностью, так это то, что Мина, Цу, Денки и Джиро объединили усилия с Пятном, чтобы попытаться уничтожить довольно много героев, которые злоупотребляли своим положением в обществе, чтобы причинить вред другим, как они обнаружили в предыдущих временных линиях, пытаясь отвратить его от смертоносных методов и перейти к искусству разрушения репутации. Результатом стал огромный кошмар и дерьмовое шоу в прессе. То, как пройдут следующие два года теперь, когда эти восемь должны притворяться, что ненавидят друг друга, заставит его поседеть. Никто не заметил, как их раздражённый учитель нацарапал новое правило. Это казалось вполне справедливым. #5 — Любые важные решения по изменению временной шкалы должны обсуждаться со всей присутствующей группой.

_________________________ Петля #21 _________________________

— Чёрт, — закричала Мина, как только они проснулись, — я крот! — О, тогда у меня перерыв, — промурлыкал Аояма. — Как интересно, Лига становилась утомительной. Хотя было приятно заранее знать, за кем следить, Мина слишком хорошо сыграла двойного-двойного агента, сообщая им обо всём, что бы они могли пожелать, чтобы график шёл гладко, все студенты могли почувствовать нарастало напряжение по мере того, как им начинало наскучивать быть обычными студентами-героями. Айзава даже не потрудился вылезти из своего спального мешка, когда Иида встал посреди теста, который он им дал, в основном для видимости, так как знал, что они легко справятся, и потопал к шкафу, где они спрятали доску. #6 — Если у вас есть информация, которая может сделать временную шкалу интересной, если держать её в секрете (например, быть кротом), держите её в секрете. Он встал рядом с доской, словно вызывая кого-то на поединок, но Айзава кивнул. — Как бы ни был хорош мир, если мне придётся пройти через другую временную шкалу, которая так проста, я действительно могу изгнать всех вас, засранцев. — Значит ли это, что мы можем быть линчевателями? — Нет, я отказываюсь иметь с вами дело ночью, если решил не встречаться с вами днём.

_________________________ Петля #24 _________________________

Класс только моргнул в замешательстве, когда злодеи упали на колени от явной боли. Атака USJ была для них старой песней на тот момент, но бои едва начались. Даби попытался подняться на ноги, вытянув руку, словно призывая пламя, но ничего не произошло. В разных зонах герои сталкивались с похожими дилеммами, когда встречались с, казалось бы, лишенными силы злодеями. — КАКОГО ХРЕНА? — завизжала Мидория, как только путешественники во времени вернулись в класс. Они окружили всех злодеев, и между злодеями, профессиональными героями и студентами возникла явная путаница в том, почему злодеи внезапно потеряли доступ к своим силам. Всемогущий предположил, что, возможно, Все За Одного имели к этому какое-то отношение, так как это казалось его причудой, но не мог придумать причину его врага, который, как он знал по большому шраму на боку, был на самом деле злодеем на этот раз, а не просто добрым отцом, как это случилось раньше. Он получил ответ из неожиданного места. — Так что… — слабо рассмеялся Серо, — забавный факт, мой прадед может быть или не быть Все За Одного на этот раз, и у меня может быть «Все за одного» в качестве «второй» причуды… — Чёрт возьми, — простонал Яги, уткнувшись лицом в парту, когда класс уставился на Серо со смесью благоговения и страха. Однако интрига их одноклассника, имеющего «Все за одного», была недолгой, поскольку они поняли, что злодей-вдохновитель не собирался нападать в любое время в течение следующих трёх лет, поскольку теперь ему приходилось набирать новых приспешников, чтобы бороться с ними, и что ж, это требовало времени, чтобы культивировать злодейские намерения, которые имели шанс против них. Это был даже не конец 1-го года, и они уже так устали от того, чтобы просто… быть нормальными студентами-героями. Даже Яги был на пределе своих возможностей, решив уйти пораньше, даже если бы ему не пришлось использовать остатки «Один за всех». Бакуго впился взглядом в Серо, когда тот вносил поправки в шестое правило, а остальная часть класса смотрела на застенчивого мальчика. #6 — Если у вас есть информация, которая может сделать временную шкалу интересной в течение длительного периода времени, если она хранится в секрете (например, будучи кротом), держите её в секрете.

_________________________ Петля #64 _________________________

Айзава резко закашлялся, пытаясь очистить легкие от пыли, когда грохот вокруг него изменился. Должно быть, это была засада, но… класс вёл себя так же, как всегда. Аояма проговорился, что он не был кротом в этой временной шкале, поэтому охота продолжалась, поскольку атаки изменились, держа их всех в напряжении. Яги заверил Айзаву, что он будет держать ухо востро, сказав им, что он уверен, что Все за Одного всё ещё там, даже если его раны не были такими тяжёлыми, как в первой временной шкале, заставляя его больше походить на гладкого бегуна, чем на скелет истинной формы, в которой они привыкли видеть его, хотя он всё ещё мог трансформироваться в свою сильную форму и держать её почти весь школьный день, даже после передачи «Одного за всех» Изуку. В целом это была приятная перемена, даже если приближался конец второго года занятий, а злой ублюдок так и не появился. Студенты проводили время, которое они обычно тратили в более длительных битвах, мучая Старателя, с Айзавой, дающим удобные алиби для студентов каждый раз, пока они следили за тем, чтобы кухня общежития была заполнена его любимой маркой кофе. Но теперь, во время одиночного патрулирования, они нанесли удар. Он должен был предвидеть это, но после почти 200 лет, когда он делал то же самое с незначительными изменениями снова и снова, он становился небрежным, слишком довольным нормой, чтобы помнить, каково это — иметь чистый адреналин и страх, бегущий по его венам. — О чёрт, ты всё ещё дышишь, я думал, что это тебя точно прикончит, — простонал знакомый голос, заставив Айзаву попытаться вскочить на ноги, но он обнаружил, что его ногу придавила часть упавшего здания. Знакомая гибкая фигура сидела на вершине кучи, глядя в его душу с явным весельем в ох как неправильно выглядящих фиолетовых глубинах. — Тошинори? — Привет, Шота-кун, — промурлыкал мужчина, улыбка тронула его губы, жестокая имитация обычно ослепительной улыбки, — удивлён? Его глаза выпучились, а сердце подскочило к горлу. Не было никакого способа… Всемогущий… — Что? — спросил Символ Мира. — Вы были так заняты поисками крота среди детей, другого персонала, даже растущего подозрения ваших ближайших друзей, но вы даже не потрудились предположить, что это я, не так ли? — Но ведь ты заклятый враг Все За Одного… Мужчина засмеялся, спрыгивая вниз, чтобы встать над своим павшим противником. — О, я был, но человек, о котором ты говоришь, мёртв, Шота-кун. Он мёртв с тех пор, как я сражался с ним шесть лет назад. — Ты сказал, что он все еще там… — Нет, я сказал, что «Все за одного» всё ещё там, — фиолетовые глаза вспыхнули, когда он постучал по обломкам, наблюдая, как они взрываются, распадаясь до самого основания. — Восстановитель… — Айзава даже не попытался встать, чувствуя, как лёд пробегает по его венам. — Как… — Когда я столкнулся лицом к лицу со Все За Одного, он пришёл в отчаяние, — объяснил Яги со вздохом, словно вспоминая приятное свидание. — Он пытался всунуть в меня столько причуд, сколько мог, надеясь, что я взорвусь или превращусь в Ному от такого количества энергии в моей системе, без сомнения, но что самое замечательное в «Один за всех», она запасает силу. Он не понимал, пока не стало слишком поздно, что, открыв связь между нами, я смог забрать у него его причуду. Он рассыпался в прах, как только последние причуды покинули его. Однако «Один за всех» отказался впитать в себя какую-либо из причуд, в том числе и причуду его брата. — И ты просто что? — потребовал Айзава. — Решил стать злодеем? А как насчёт того, чтобы дать Мидории «Один за всех»? Мужчина только рассмеялся. — Что за злодей без героя, отчаянно пытающегося его остановить? Я потратил столько времени, пытаясь спасти общество, которое не хочет спасаться, возможно, юный Мидория сможет наконец достучаться до них. — Курогири, — позвал он, прежде чем Айзава успел ответить, и внезапно парочку протащили через портал в тускло освещённую камеру, а остальные члены Лиги Злодеев насмехались над ними. Айзава чувствовал себя подавленным, сердце билось сильнее, чем когда-либо за долгое время, настоящий страх бурлил в его животе. — Нори? Он почувствовал, как другой путешественник во времени остановился при этом имени, понимая молчаливое требование. Они создали систему много лет назад, Айзава даже не мог уже вспомнить, в какой именно петле. Если ученики когда-нибудь нуждались в том, чтобы кто-то из их учителей говорил о Петлях, они называли их Шота-сенсей и Тоши-сенсей, если им нужно было обратиться друг к другу, они становились Нори и Шо. — Оставьте нас, — рявкнул Тошинори и стал медленно наблюдать, как злодеи исчезают в тёмных туманных порталах. — Чт… Тошинори поднял руку, и пронзительный звон пронёсся над ними, прежде чем исчезнуть. — Что это было? — Сирена, — промычал Тошинори. — Пока я не отпущу её, они не услышат, что мы говорим, но они всё ещё могут видеть нас, так что поддерживай свой ворчливый взгляд. Его хмурый взгляд стал глубже, но паника, которая начала царапать его горло, начала отступать. — Что происходит? — У меня сложилось впечатление, что правило № 6 все еще действует, — усмехнулся Тошинори. — Ты… — Айзава не мог сдержать смех, который клокотал у него на губах. — Ты хитрый старик… на этот раз ты играл со всеми нами, как на скрипке, не так ли? — Скрипка? — Тошинори хмыкнул, шагая через комнату к сундуку за пределами камеры. — Нет, скрипки на самом деле требуют усилий, это было потрясающе легко, В конце концов кто бы мог подумать что Символ Мира будет большим плохим злом~ Айдзава хмыкнул в знак согласия, когда герой… злодей повернулся к нему. — Так что нет, Шота-кун, — продолжал Тошинори, входя в камеру, — я играл с тобой не как на скрипке, а как на дешёвом казу*, которым ты и являешься. — Я убью Денки за то, что он научил тебя мемам. — Если тебя найдут, — усмехнулся Тошинори, хватая его за запястья и приковывая наручниками к кровати. — Ох, затейник, — пробормотал Айзава. — Не видел их уже несколько петель. — Может быть, в следующий раз мы снова столкнемся с причудой половой пыльцы, — предположил Тошинори, закатив глаза. — А теперь стой спокойно, пока я лечу твою ногу. — Разве это не контрпродуктивно для всего твоего дела? — Правило № 6. Что будет забавного, если я позволю тебе умереть или украду твою причуду? — Твои приятели не будут сомневаться? — прошипел Айзава, когда его рана была очищена. — Нет, — промурлыкал Тошинори, но не стал уточнять, закрывая рану бинтом. — Швы не нужны. — Хорошо, твои швы — дерьмо. Тошинори только фыркнул, прежде чем встать. — Я лучше вернусь к ученикам, они будут так опустошены, узнав, что тебя похитили. — 10 000 йен Тодороки поймёт первым. — 10 000 йен на то, что молодой Шинсо поймает меня, — парирует Яги, не оборачиваясь. — Никаких намёков. Яги только улыбнулась, когда снова раздался звон. — Даже не мечтай об этом, Шота-кун.