О зомби и чудовищах

Похоже, о нас совершенно забыли. Провизии не было уже месяц. Люди всё ждут, пытаются экономить, сидят на одной воде… а еды всё нет. Значит, настало время отправляться за припасами. Как всегда, вызвалась добровольцем. Если появляется шанс выйти из убежища хоть на какое-то время, то надо его использовать. Особенно мне. По единственной причине. Я думала, всё пройдет, как обычно, но наше везение должно было рано или поздно кончиться… Рыжее солнце застыло над горизонтом. Ветер гонял в воздухе запах мертвечины, испражнений и рвоты. Семеро человек продвигались по улице, отбиваясь от нападавших заражённых. Лидер отряда шёл первым, остальные – по двое сзади. Место для вылазки они выбрали неудачное. Никто не использовал огнестрельное оружие, боясь, что на звук выстрелов могут сбежаться твари. Их и без того было жуть сколько. И вот последний ходячий в поле зрения замертво упал на асфальт. Живые обошлись без потерь. Трупы заражённых слетелась клевать стая одичавших ворон. Путь к маленькому магазинчику, который походил на те, что стоят на заправках, был свободен. Войдя внутрь, отойдя чуть дальше к пустым полкам, лидер распоряжался кто, с кем и какой отдел осмотрят. Кто-то из группы пробовал включить свет. Ничего не получалось, но парень не сдавался и продолжал щёлкать выключателем, действуя остальным на нервы и мешая слушать указания Александра. За спиной командира послышался нечеловеческий хрип, над ухом в тот же миг просвистела пуля. На пол повалился заражённый с дырой во лбу. Выстрелила девушка. Шатенка. Боясь подходить к инфицированным на близкое расстояние и быть укушенной, она носила с собой только огнестрел. Вместо благодарности она услышала лишь ругань согруппников и звериные вопли. В тот момент идея пристрелить мертвяка и спасти Александра казалась мне правильной, но только потом я осознала, что совершила ужасную ошибку. Из-за выстрела к нам со всей округи сбежалась целая толпа заражённых. На место каждого убитого прибегало ещё трое. Отбиваться не получалось, патроны подходили к концу. Эти твари у меня на глазах убивали моих знакомых одного за другим. Нас осталось двое… Я и Александр против кучи пожирателей плоти. Командир вытолкнул меня на улицу и велел валить от того места как можно дальше. Я отбежала метров на пятьдесят, думала, он бежит за мной. Но обернувшись, поняла, что Александр остался с заражёнными. За мной выбежали двое мертвецов, которые почти сразу потеряли ко мне интерес из-за взрыва в магазине. Громкие звуки привлекают их больше, чем что-либо другое. Александр подорвал кучу зомби и себя вместе с ними, оставив меня одну… По застывшей улице, съёжившись и держа в руках пистолет с пустой обоймой, шла измазанная в крови девушка-шатенка. Шла она не к своему убежищу, идти туда без оружия было самоубийством. Вместо этого выжившая направилась к запримеченной многоэтажке. Подойдя ближе, она увидела открытое окно на шестом этаже и ведущую к нему пожарную лестницу, под которой на старых мешках с гнилым мусором лежала куча обглоданных человеческих трупов. Зрелище не из приятных, в какой-то степени пугающее, но скорое наступление ночи и ухудшение видимости пугало девушку сильнее. Без промедлений она забралась на желаемый этаж и через разбитое окно попала внутрь квартиры. Это была двушка: две комнаты-спальни и кухня, соединённые узким коридором. Маленькая душевая располагалась в дальней спальне без окон. В квартире не было ни живых людей, ни заражённых. Лишь раздетый по пояс труп молодого паренька с сочащейся из свежих ран кровью сидел у входной двери. Рядом лежала кепка, в руке он держал пустой "дезерт игл", а на поясе красовалась фляга с водой. Девушка забрала себе бутыль и решила немного осмотреться на наличие пищи и чистой одежды. Солнце практически закатилось за горизонт, уступая место безлунной ночной синеве. Где-то далеко со стороны пригорода затрещали первые сверчки. Кровь из мёртвого юноши почти полностью вытекла на ворсовый ковёр. На кухне в шкафах не оказалось ничего съестного, а из одежды шатенка нашла всего-навсего жёлтую мужскую футболку с потёртым принтом, сохнувшую на ручке шкафа. Ночевать решила в дальней спальне без окон, где на прикроватном столике её ждала ваза, наполовину наполненная водой, и немного влажных салфеток, чтобы оттереть с тела кровь заражённых и погибших товарищей. Пока девушка занималась личной гигиеной, она услышала ровные размеренные шаги. Кто-то поднимался или спускался снаружи по пожарной лестнице. “Зомби или человек?” – единственный вопрос, который тревожил меня и от которого зависел дальнейший исход. Лишаться жизни не хотелось, но любопытство взяло надо мной верх. Я встала в дверном проёме, хотела подойти ближе к окну. Я не знала, кто ходил по лестнице до того момента, пока этот неизвестный не залез ко мне в квартиру... Тёмный силуэт ступил на пол соседней спальни. Девушка, стоявшая до этого в проходе, стала отходить вглубь своей комнаты. Тень существа была ровной, шла плавно, не шатаясь. Незнакомец целенаправленно шёл к обескровленному трупу. Согнутые когтистые пальцы ухватились за дверной косяк и подтянули остальное тело. Теперь шатенка могла различить, кем являлся её гость. Стоял прямо, лишь наклонив голову вниз, смотря на безжизненное тело. Напряжённый, не шевелящийся, окровавленный… Охотник. Он дёрнул носом и резко поднял взор горящих глаз на девушку. Она испугалась, вздрогнула от неожиданности, непроизвольно схватила с кровати пистолет, совершенно забыв, что в нём нет патронов, но все же направила дуло на заражённого. Казалось, инфицированный вот-вот нападёт и глупому спектаклю с "бутафорским" оружием конец, но он просто фыркнул в сторону потенциальной добычи и, усевшись на корточки рядом с трупом, разорвал сильными пальцами его грудную клетку и брюшную полость, начал неаккуратно поедать органы с мышцами, вырывая нужные части и запихивая их кусками в рот одну за другой. Шатенка опустила оружие дрожащими руками, не сводя глаз с хищника. Ноги не держали её, мысли путались. Упёршись руками в колени и опустив голову, она стояла до той поры, пока Охотник не прервал трапезу. Теперь у него появилась заинтересованность к новой соседке. Он встал, ссутулился из-за высокого роста и крадучись пошёл прямо в комнату девушки. Она это заметила, попятилась от него, пока не упёрлась в стену. Поняв, что отходить некуда, она стала медленно сползать по обоям на пол. Заражённый осторожно сел рядом, будто не хотел нервировать и без того перепуганную выжившую, и начал детально разглядывать её с головы до ступней, пытаясь принюхаться. – Чего ты хочешь от меня, – шепча себе под нос, шатенка отвела взгляд в сторону. – Почему не убиваешь… – Чудовище. Странное, – слова, похожие на человеческие, с хрипом и рыком вырвались изо рта заражённого. – Ты говоришь? Но зомби не умеют говорить, – инфицированный повторил обрывок фразы, пропуская слово "зомби", о значении которого не догадывался. – Ты ведь зомби, разве нет? Конечно зомби… Ты же только что ел труп того парня! – девушка всплеснула руками и указала ладонью в коридор. Охотник отшатнулся и оскалился, думая, что она пыталась его ударить, но тут же успокоился и обернулся на свой ужин, не выражая ничего, кроме непонимания. В глазах девушки мелькнула надежда на то, что заражённый отпустит её, но эта единственная надежда рухнула хрустальной люстрой с потолка на пол, когда из его молчания она поняла обратное. – Значит, убьёшь меня? Просто я не собираюсь накладывать на себя руки, – только не после жертвы Александра, – и своего решения не поменяю. – Не протянешь. Без еды. А ведь он был прав. – Ты так уверен, что я не найду чем поживиться? – спросила девушка, пытаясь угрожающе нахмурить брови. Хотя, ответ был известен. Он её не отпустит. Она это понимала. Не понимала она только то, почему Охотник не может просто убить её. Почему хочет пустить её смерть на самотёк. Ей ничего не оставалось, противостоять голыми руками особому заражённому было глупо, а попытки спровоцировать его на агрессию не увенчались успехом. Похоже, ей придётся умереть. Эта вылазка – единственное, что могло спасти девушку и многих других жителей убежища от голодной смерти, а теперь она пленена разумным зомби, по одному ему известной причине. От безысходности она начала тихо плакать, уткнувшись лицом в колени. – Что я тебе сделала? Почему ты так жаждешь моей смерти? – шатенку понемногу начала одолевать тревога. – Чудовища должны умереть. – Я похожа на “чудовище”? – заражённый лишь утвердительно промычал, отвечая на вопрос. – Что во мне такого чудовищного? – капельки слёз стекали по её раскрасневшимся щекам и падали на поджатые ноги. – Раз я – “чудовище”, то кто ты? Человек? Хочешь, открою тебе секрет? Люди не едят себе подобных! Мы чувствуем боль, испытываем эмоции, – теперь шатенка выглядела очень злой и, не по положению, властной. Она бы и дальше продолжала урок о том, чем отличаются люди и зомби, но решила, что пока собеседник отдаёт предпочтение исследованию её тела, это не даст должного результата. Несколько часов палач и смертница смотрели друг на друга, не отрываясь ни на секунду. Он изредка хватал её за руки, а она вырывалась, царапаясь об его когти. Каждый думал о чём-то своём. В физиономии заражённого явно читались любопытство и странная симпатия, а на девчачьем личике были обида, грусть и страх. Время близилось к полуночи. Мёртвая тишина становилась невыносимой, девушке это явно наскучило. – Мне было бы легче умереть сейчас, чем мучиться, – мысленно она прикидывала, сколько ещё дней сможет прожить без еды. – Сомневаюсь, что убить человека... “чудовище”, для тебя нелегко. Ответа не последовало, так как раздался усталый девичий зевок. Первый за всю ночь. Заражённый отстранился назад, а после встал и вышел из комнаты. Он ведь не глупый, понял, что чудовище хочет спать, и уж точно не сидя на полу вблизи с ним. Ожидая какой-то хитрости, шатенка, побаиваясь, всё же неловко легла на застеленную кровать. Засыпала она очень плохо и долго. Неприятный хруст, слышавшийся в коридоре, мешал сосредоточиться на сне. Кое-кто зря времени не теряет. Приятного аппетита, зверюга, чтоб ты подавился. Ничего. Скоро и мои кости будут звучать точно так же.