Аниматор для русалки

      Оставшиеся два дня рабочей недели для Киришимы прошли на одном дыхании, если так можно сказать. Каждый день он начинал и заканчивал тем, что проходил через главный зал Океанариума, мимо аквариума с русалкой, но та всегда была не в зоне видимости. Однако стоило только парню спуститься в аквариум, как Кацуки тут же появлялся. В основном Кацуки занимался своими делами: плавал туда-сюда, рвал водоросли, охотился на рыб, добывал для пропитания какую-то живность, искал что-то на дне, просто сидел или лежал. Но что бы он ни делал, это всегда сопровождалось тем, что он доставал Киришиму. Проплывет мимо – обязательно ударит парня хвостом по бедру или толкнет рукой, словно требуя: «Свали с дороги!». Если Кацуки поймает что-то съестное, то обязательно раздерет это перед носом Киришимы, которого всего передергивало от такой мерзости. Но чаще всего русалке нравилось кидаться в сторону парня камнями. Вероятно, Киришима сам виноват в последнем, так как кидать камни он начал первым, когда выманивал русалку из пещеры. Вела русалка себя плохо только тогда, когда Киришима был занят заманиванием своими «танцами» зрителей. Решив, что русалке просто скучно, парень постарался привлечь и ее к «танцевальному шоу», различными жестами и телодвижениями подзывая ее. Однако та не хотела никого развлекать, а на Киришиму в этот момент смотрела высокомерно. Только в последний день рабочей недели начало что-то наклевываться. Но не в плане «танцев». Киришима, набравшись мужества, осторожно взял русалку за руку и тут же отпустил, так как ее хвост на секунду распушился острыми плавниками. Парень не успел отплыть, как его схватили за руку в ответ, сжимая запястье, но не сильно. Русалка медленно ощупала пальцами по выступающим на запястье венам, а затем уже ладонью провела вверх до самого плеча. Ее, как и в прошлый раз, заинтересовали искусственные, красные чешуйки на теле парня. У самого Кацуки такой россыпи чешуек не было на плечах и предплечьях. На самом деле это было свойственно редким видам диких русалок, что очень нравилось Ашидо, потому она не удержалась от того, чтобы не обклеить так Киришиму. Киришима, когда Кацуки, изучая, несильно ущипнул его, немного опомнился, соображая, что ему делать в ответ. В итоге, парень прикоснулся к русалке и отзеркалил движение чужих ладоней на своем теле. Кацуки вновь на секунду расправил плавники, но контакт не прервал. Значит, позволяет. Как и прошлый раз Киришима ощутил, что кожа у русалок холодная и приятно гладкая. Стало интересно, как для русалки ощущается кожа человека. Вероятно, сейчас по температуре тело Киришимы почти идентично Кацуки, так как парень большую часть дня провел в воде и значительно охладился. Во всяком случае, русалка нашла, что изучить, кроме искусственных чешуек на коже Киришимы. Кацуки, как-то странно, высокомерно ухмыляясь, буквально начал мять, словно пластилин, предплечье парня, видимо, оценивая податливость его мышц на сжатие пальцами. У русалок все тело было жилистым, подтянутым, от чего даже в расслабленном состоянии и близко нельзя было сравнить с пластилином. Киришима напряг свою руку, от чего Кацуки даже оторопел, когда мышцы под его пальцами стали твердыми, как камень. Русалка хмуро уставилась на парня, который смутился от этого взгляда, не зная, как объяснить, что он, Киришима, постоянно качается, чтобы сохранять свои мышцы в тонусе. И это парень еще потерял немного в мышечной массе из-за специфики работы аниматора. Киришима согнул руку, за которую его не держала русалка, в локте, напрягая мышцы и демонстрируя результат своих тренировок. Кацуки тут же принялся ощупывать выпирающий бицепс парня, при этом скорчив непонятную рожу, что-то среднее между недоверием, интересом и недовольством. Ощупав всю руку и даже часть напряженной груди парня, русалка как-то ворчливо отвернулась. В этот момент Киришиме пришлось уплыть, чтобы подышать. Всю дорогу он думал над поведением русалки и над тем, как ее немного приободрить, чтобы они не расстались в обиде на единственный его, Киришимы, выходной день на неделе. Повезло, что русалка не скрылась в пещере, когда Киришима вернулся. Значит, русалка не сильно обиделась без причины. Парень протянул ей несколько своих красных чешуек, которые отлепил еще в пещере. Все равно чешуйки скоро снимать, а русалка частенько на них поглядывает с интересом. В прошлый раз, когда Киришима предлагал ей чешуйку, русалка повредничала, возможно, сейчас поведет себя иначе. Кацуки, как всегда, хмуро и высокомерно посмотрел на искусственные чешуйки в количестве трех штук, что лежали на ладони Киришимы. Парень взял одну из них и продемонстрировал, крутя в пальцах. Если повернуть на свет, то в искусственной чешуе легко можно было рассмотреть узоры, которые не свойственны настоящей. Киришима специально для русалки выбрал самые большие чешуйки, но разные по оттенкам и узорам. Красная чешуйка с изображением клинового листа, алая с каким-то цветком, розоватая со спиралевидной ракушкой. Это Мина специально для Киришимы где-то их раздобыла. И лепила она их на тело парня на совесть так, что они держались целый день. Парень надеялся, что девушка не сильно расстроится из-за того, что три самые лучшие чешуйки «потерялись». Просто Киришима не скажет, что дал их русалке. Киришима подплыл к Кацуки, пристроившись сбоку от него, и, подняв руку с чешуйкой перед собой, направил ее на свет, показывая узор. Пока русалка, прищурившись, смотрела на чешую, парня неожиданно стал мучить вопрос: «Как можно плавать с длинными волосами?»       Дело в том, что блондинистые волосы Кацуки были невероятно длинными, впрочем, как и у других русалок, насколько парень помнил. Киришима предполагал, что если волосы Кацуки выпрямить, то они будут ниже колен. Если бы у русалки, конечно, были колени, а не гнущийся по всей длине хвост. Когда Кацуки плавает, то его волосы из-за потоков воды убираются назад, а вот если он находится длительное время в покое, то длинные пряди постепенно начинают окружать его, спутываясь облаком. Киришима ни разу не видел, чтобы русалка как-нибудь негативно реагировала на свои волосы, даже если они закрывали обзор. Кацуки всегда безразлично отмахивался от них. А вот Киришиме, пока он зависал рядом с русалкой, демонстрируя одну за другой чешуйки, жутко мешали чужие длинные волосы, которые лезли ему в лицо. Не выдержав, Киришима осторожно убрал от себя свободной рукой чужие пряди. Русалка это заметила, так как ее взгляд был направлен уже не на чешуйку перед ней, а на лицо парня. Киришима сразу начал собираться уплывать, понятия не имея, как русалки относятся к тому, что их волосы трогают. Тем более что рабочий день окончен, судя по декоративным часам в центре главного зала, которые виднелись из аквариума. Прощаясь с русалкой, Киришима в очередной раз предложил ей самой взять и посмотреть искусственные чешуйки. Русалка приняла их, но с таким лицом, словно делала парню одолжение. Помахав Кацуки на прощанье и не получив ни жеста в ответ, Киришима поплыл к выходу. Когда Киришима выбрался из аквариума, то не был рад узнать, что его выходной переносится на несколько дней. И все из-за того, что ожидался, судя по забронированным электронным билетам, большой наплыв посетителей, а Океанариум никак не мог допустить, чтобы русалка в эти дни не показывалась. Потому Киришиме, который успешно справлялся со своими обязанностями, предложили поработать, обещав компенсировать потраченный выходной. Честно, парень за неделю устал настолько, что хотел отказаться, но этого он не сделал по ряду причин. Во-первых, предложили дополнительно поработать ему с такой серьезностью, мол, либо работаешь, либо даже не возвращайся после выходных. Во-вторых, живя в одиночестве в съемной однокомнатной квартире, парень как никогда нуждался в деньгах. В-третьих, Киришиме нравилась его работа. И плавать в обществе вредной русалки тоже интересно. Когда Киришима, мысленно оплакивая свой выходной, перед отправкой домой прошел через главный зал Океанариума и заглянул в аквариум, то русалки уже нигде не было видно. – Можно нежнее? – просит Киришима Мину, которая быстро-быстро вплетала в его волосы искусственные водоросли, от чего больно тянула парня за пряди. – Или давай лучше я сам. Быстрее будет. Зачем это вообще в моих волосах? – Чтобы ты больше походил на русалку, – ответила девушка, передавая Киришиме водоросли-ленты. – Ты картинок из сказок и мифов насмотрелась? Сомневаюсь, что это свойственно настоящим русалкам, – он попытался вспомнить хотя бы одну прочитанную им в интернете статью о русалках, где бы упоминалось хоть что-нибудь, связанное с волосами, но ничего подобного нет. – Не замечал, чтобы Кацуки прически себе крутил. – Кацуки, может, и нет, – усмехнулась девушка. – А вот Изуку постоянно что-то себе в волосы пихал, еще и Шото с его руки часто плавал «заплетенный», – она сделала воздушные кавычки. – Видел бы ты, что он ему накручивал на голове. Вероятно, это и отбило в Кацуки желание, что-либо делать со своими волосами. – Получается, русалки относятся к своим волосам так же, как и люди, да? – задумался Киришима, примерно придумав, чем можно занять Кацуки сегодня, если тот согласится, конечно. – Видимо, – пожала плечами девушка, уже во всю увлеченная тем, что клеила к телу парня искусственную чешую.       То, что три чешуйки «пропали», Мина все же заметила. Еще бы! Она их зачем-то каждый раз пересчитывала. Девушку и в прошлый раз не порадовало, что одна чешуйка отлетела. Поэтому сегодня Ашидо клеила чешую более дотошно, чем раньше. «Лишь бы потом не пришлось снимать чешую вместе с кожей», – смотря на старания девушки, думал Киришима. Когда Киришима, опоздав к началу работы из-за гребанных чешуек, спустился в аквариум, то увидел, что Кацуки занимается тем, что «пылесосит» дно. Точнее, русалка что-то искала на дне среди камней и песка, порой поднимая и рассматривая найденное и тут же грубо откидывая это в сторону. Киришима подплыл поближе, но, заметив его приближение, русалка тут же прекратила то, чем занималась. Парню от взгляда русалки даже неловко стало, словно он влез в нечто личное. К счастью, Кацуки пугал его взглядом не долго, и уже через несколько секунд лицо русалки приобрело выражение безразличия, мол: «А, это опять всего лишь ты». Зря Киришима потревожил русалку, которая, копаясь на дне, была видна из главного зала. Кацуки, окончательно плюнув на то, чем занимался, поплыл в ту сторону, где находились обломки заброшенного города и имелось больше водорослей. Это значило, что какое-то время Кацуки не будет видно. Этого Киришима сегодня не мог допустить, так как в зале уже ходили две группы с экскурсоводом, потому парень поплыл следом за русалкой – «Номером один» всего Океанариума. Естественно, русалка заметила преследование и, резко обернувшись, начал внимательно осматривать парня, особенно его руки, ладони, вероятно ожидая, что тот опять что-то для нее притащил. Судя по тому, как русалка с упреком глянула на Киришиму, она была разочарована, что гость пришел ни с чем. Киришима же протянул к ней свою руку, думая, что если вчера получилось «держаться за руки», то сегодня это тоже может сработать. Русалка отреагировала на это словом «никак». Но раз не было негативной реакции, Киришима решил, что можно подобраться ближе. Кацуки позволил. Киришима осторожно взял чужую ладонь в свою, намереваясь утянуть так русалку в ту часть аквариума, в которую ему надо. Кацуки нахмурился и на секунду распушил плавники, глядя на свою ладонь в чужой руке, но сопротивляться не стал, даже не сжал пальцы в ответ. Посчитав это успехом, парень потянул его за собой к центру аквариума, где располагалась большая куча камней. Эти камни обычно использовались самой русалкой как место, на котором можно посидеть или полежать. И это место неплохо просматривалось из главного зала. «Побудь здесь», – мысленно просит Киришима, подведя русалку к куче огромных камней, а сам поспешил подышать. Когда парень вернулся, то русалка, скрестив руки на груди, ждала его, зависнув на том месте, где ее оставили. Киришима подплыл к камням и уселся на них, а затем похлопал рукой по свободному месту возле себя. Русалка поняла и опустилась рядом, все также хмурясь и держа руки скрещенными на груди. «Так. И что дальше?» – соображал Киришима и, глупо улыбаясь, наверное, впервые посмотрел прямо на лицо русалки, а не «сквозь» него, подчеркивая только мимику. Лицо у Кацуки оказалось довольно симпатичным, несмотря на нечеловеческую бледность, глаза с черной склерой и ярко-красной радужкой, острые плавники, растущие на месте ушей, подвижные жабры на шее. Нечеловеческие элементы внешности делали Кацуки еще более привлекательным и загадочным. Киришима даже опечалился, подумав, что как русалка и как человек он выглядит непрезентабельно и скучно по сравнению с Кацуки. Ранее, читая мифы и события из истории, парень поражался тому, как глупо вели себя моряки, путешественники, с первого взгляда влюбляясь в русалок, и совершенно не сопротивлялись, когда те утаскивали их на дно. А сам Киришима сейчас был зачарован интересной внешностью Кацуки, от чего забыл, что изначально хотел сделать. «У него действительно есть третье веко, – заметил Киришима. – Это прикольно выглядит. Надо Ашидо сказать». Кацуки, которому надоели гляделки, нервно шлепнул хвостом по камню, задев ноги парня. Киришима, моргнув пару раз, тут же очнулся от созерцания внешности своего собеседника. Парень понял, что если он сейчас не начнет что-либо делать, то русалка обидится и уплывет. Киришима неловко заправил за ухо собственные волосы и, нащупав пальцами одну из косичек, вспомнил, что планировал сделать. Но для начала нужно было узнать, как Кацуки отнесется к тому, что его волосы будут трогать. Подышав в ближайшей пещере и вернувшись обратно, Киришима, собравшись мужеством, осторожно поймал плавающую возле него белую прядь, при этом внимательно наблюдая за реакцией русалки, чтобы в любой момент прекратить, если что. Кацуки нахмурился еще сильнее, грозя сломать бровями себе переносицу, и озадаченно посмотрел на прядь своих волос в чужих пальцах. Киришима намотал на свой палец прядь и тут же распустил. Русалка не против, только явно не понимает, зачем парень это делает. Тогда Киришима осмелился подобраться чуть ближе к голове Кацуки и, подключив свою вторую руку, аккуратно начал разделять большую прядь на три поменьше. В воде, как оказалось, очень сложно начать плести косицу. Только у Киришимы вышло перебросить одну прядь черед другую, как Кацуки ударил его по рукам и отмахнул свои длинные волосы себе за спину, выглядя при этом очень раздраженным. Киришиме сразу же потребовалось вновь подышать. Получается, что сегодня парень уже провалился в общении с русалкой. А это только начало рабочего дня. Кацуки не покинул камень, на котором сидел. Приняв это за хороший знак, Киришима вновь устроился на камне, за что был награжден недовольным взглядом. Волосы Кацуки, повинуясь движению воды, сами пристали к плечу парня, но тот не посмел от них отмахнуться, чтобы лишний раз не трогать. Вместо этого Киришима прикоснулся к своим волосам и начал заплетать косицу, что из-за того, что его волосы были длиной немного не достающей до плеч, в воде удавалось куда легче, чем с прядями русалки. Парень постарался максимально красиво, насколько в воде это вообще возможно, подобрать свои волосы от висков с одной стороны и подцепить в области затылка. Кацуки, когда Киришима демонстрировал свои умения делать прически, отвернулся еще в начале процесса, игнорируя это все. Однако не уплывал. И опять же дождался Киришиму, когда тот снова плавал подышать. Киришима, завязав искусственными водорослями высокий узел на затылке, чтобы прическа не распалась, легонько похлопал пальцами по плечу русалки. Та сначала посмотрела на свое потревоженное плечо и только после полностью повернулась к парню лицом. Киришима, легко улыбаясь, указал руками на свои волосы, покрутил головой из стороны в сторону, демонстрируя прическу, при этом надеясь, что все выглядит достаточно прилично для русалки. Возможно, у парня получилось не так уж и плохо, раз Кацуки не отвернулся и даже как-то хмуро и задумчиво посмотрел на свои пряди, что как раз мельтешили перед ним. Но стоило только Киришиме потянуться к волосам русалки, как та ощетинилась. Даже трогать теперь их не разрешала. И опять же, несмотря на свое скверное настроение, Кацуки никуда от Киришимы не сбегал. В оставшееся время до перерыва Киришима оставил в покое волосы русалки, видя, что той не нравится, и занялся тем, что показывал трюки с веревкой на пальцах, используя для этого искусственные водоросли-ленты, которые не вошли в его прическу. За каждый обманный маневр парень получал по рукам – Бакуго не нравилось, когда его нагло дурят, а он попадался на это. Киришима даже научил русалку паре трюков, когда та, немного подумав, позволила запутать свои пальцы в веревке. Когда Киришима уплыл на обед, веревку ему не вернули. Честно, Киришиме осточертело каждый раз ради короткого перерыва полностью снимать с себя образ русалки, чтобы потом начать гримироваться с нуля. Но приходилось терпеть, если он хотел сходить в туалет, перекусить, не заработав штраф. – Ты это под водой сделал? Классная прическа вышла, – заметила Мина, помогая парню избавляться от того, что он накрутил у себя в волосах – выходило плохо. – Только теперь придется отрезать, – с этими словами она взяла ножницы из чемодана-косметички, в которой хранилось все для нанесения грима русалки, и чиркнула ими в области затылка Киришимы. – Эй! – испугался парень, на секунду решив, что его подруга вполне могла резануть его волосы. – Испортить такие ленты, – вздохнула она, откидывая в сторону куски порезанных искусственных водорослей. – Тебе срочно надо подкрасить волосы. Корни видны. Хм. Мне казалось, лент было больше, – заметила Мина. – То, что было, ты все состригла, – ответил на это Киришима, так как девушке лучше не знать, что он оставляет всякую дрянь в аквариуме, что делать запрещено. Но парень просто не знал иного способа попробовать сдружиться с русалкой. На самом деле, Киришима изначально планировал только показывать весь этот мусор Кацуки, а после уносить с собой. Откуда ему было знать, что русалка будет все безвозвратно отбирать и прятать. Свою ошибку он понял еще на моменте с картинками, но, почему-то, продолжал попадаться в одну и ту же «сеть». Все, с этого момента он больше не будет ничего предлагать русалке. И первую же ошибку Киришима совершил, когда решил, что, вероятно, Кацуки никогда не видел своего отражения и не знает, насколько невероятно и круто выглядит. Парень протащил в аквариум карманное, складное зеркальце. По правде говоря, Киришима предвкушал бурю эмоций удивления от русалки, но та, заглянув в зеркало, безразлично от него отмахнулась. Парень, было, решил, что зеркало слишком мало, потому русалка ничего не поняла. Но Кацуки доказал ему обратное. Кацуки схватил Киришиму за руку и повел ближе к стеклу аквариума, которое выходило в главный зал. «Да ладно?!» – только и пронеслось в голове Киришимы, когда Кацуки указал на свое полупрозрачное отражение в стекле. Парня и раньше смущало, что русалка слишком умная и эмоциональная для того, кого можно держать в ограниченном пространстве на забаву людям. Но то, что она понимает, что такое отражение, почему-то, приводило в шок. Хотя чему он удивляется? Кацуки был очень доволен, что смог удивить парня такой ерундой. А вот Киришима немного смутился и расстроился, что принес бесполезное зеркало. Ну, раз зеркало русалке не интересно, значит, можно было сразу отнести его к выходу, чтобы перед уходом не забыть подкинуть его обратно в чемодан-косметичку. Только вот Кацуки, когда Киришима направился к выходу из аквариума, смотрел на складное зеркало так, словно его у него украли. Тогда парень, сжалившись, просто раскрыл зеркало, давая возможность русалке посмотреться в него. Все же в стекле аквариума не такое четкое отражение. Кацуки тут же выхватил протянутое в его сторону зеркало и сбежал, скрывшись в своей пещере. Киришиме только и оставалось мысленно кричать: «Я не предлагал его тебе! Ну ё маё!». Пришлось купить для Мины новое зеркальце, сославшись на то, что старое он, Киришима, разбил, когда подправлял грим самостоятельно. После того, как Кацуки отказался заплетаться, Киришима по несколько раз на дню менял свои прически, делая их исключительно в аквариуме, чтобы не только продемонстрировать, что он это все сам, но и чтобы потренироваться плестись в воде. Сделав новую прическу, парень начинал назойливо красоваться ей перед Кацуки, получая за это толчок рукой в плечо или удар по бедру хвостом. Кацуки прекрасно понимал, куда клонит парень, но упорно отказывался давать свои волосы на истерзание. Но Киришима тоже был упорный. Его назойливость довела русалку до того, что она схватила его за плечи и, резко развернув к себе спиной, начала расплетать все, что Киришима так старательно накрутил на своей голове. Русалка разбирала прическу так быстро, без лишних движений, что Киришима не смел даже думать о сопротивлении. Когда пряди парня стали абсолютно свободными от косиц и вплетенных в них лент-водорослей, которые откидывались небрежно в сторону, движения пальцев русалки в его волосах уже не чувствовались таким напряженным. Она начала неспешно пропускать между своими пальцами красные с черными корнями пряди Киришимы, окончательно выпрямляя и распутывая их. «Значит, своего мнения по поводу причесок ты не изменишь», – понял Киришима, наслаждаясь тем, что делают с его волосами. Но пришлось прервать это ради новой порции кислорода. После этого случая Киришима решил дать своим волосам передохнуть и вернулся к первоначальной прическе – просто несколько лент-водорослей, вплетенных в красные пряди. А вот Кацуки решил, что теперь и это неприемлемо, потому снова полностью расплел парня. Честно, Киришима даже был рад больше не вплетать в свои волосы ленты, чтобы угодить русалке. Но та все равно периодически, мимолетно «расчесывала» его волосы своими когтистыми пальцами. Самое долгое «расчесывание» было тогда, когда Киришима обновил краску на своих волосах, избавившись от своего естественного, черного цвета у корней. Естественно, русалку заинтересовало то, что башка у парня стала ярче и однотонно-красная. – За целый день не навидался? – усмехнулся Денки, поймав Киришиму за тем, что он, перед тем как отправиться домой, пытался из главного зала рассмотреть русалку в аквариуме. – Он так тебя сегодня за голову держал, я думал, поцелуетесь. Удачно я подошел, чтобы это заснять, – он нашел в своем телефоне фото и показал его Киришиме. Действительно, смотрелось так, словно они должны были поцеловаться. – А я думал, что он мне нос откусит за то, что я слишком красный, – фыркнув, признался Киришима, вспоминая, как близко к его лицу приблизился Кацуки, чтобы посмотреть, что не так с красными волосами, и как при этом скалился. Благо, потом Кацуки, кажется, смирился с этим. Конечно, только после того, как Киришима дал ему монету. Киришима, когда отсчитывал наличные для того, чтобы дать их Каминари для покупки газировки из автомата, случайно обронил монету в воду. А все потому, что не следовало заниматься своими сбережениями, сидя на бортике аквариума. Киришима удивительно быстро нашел монету на дне аквариума и показал ее русалке, которая хоть и была взбудоражена чересчур яркой внешностью парня, но все же крутилась рядом. Киришима не удержался от того, чтобы не показать русалке, с какой ловкостью он может перекатывать маленькую монетку, перекидывая ее между пальцами. Кацуки не знал значение монет, но явно был только «за» получить одну из таких. Русалка взяла предложенную монету из рук Киришимы и долго рассматривал узоры на её сторонах. А парень слишком поздно сообразил, что опять дал что-то русалке. – Так что? – Каминари кивнул на аквариум. – Будешь ждать его или со мной и Ашидо до клуба? Там Серо обещал за просто так провести. Понимаешь? Бесплатно. Пользуйся, пока он с подработки из клуба не ушел. А то Ашидо говорит, что на следующей неделе у него экзамены, после чего Серо собирается работать по специальности. Спорим, у него пылать будет ниже спины, когда с первой зарплатой травматолога-ортопеда поймет, что с законченным образованием стал зарабатывать меньше. Так ты с нами? – Мне не до клубов с моим графиком работы, – устало вздохнул Киришима, мечтая лишь о теплом душе и сне. – Слушай, – опомнился он. – Раз у тебя и у Ашидо на завтра выпал выходной, то кто будет помогать мне с хвостом? – За это не волнуйся. Нашли мы хороших ребят тебе в подмогу, – заверил Денки. На следующий день Киришима для образа русалки почти все делал сам: красился, клеил чешую и плавники на руки. «Хорошие ребята» в количестве двух штук, конечно, помогли с плавником на спине и хвостом, но не идеально. Спустившись в воду и успев достаточно быстро найти Кацуки, который копался, точно садовник, в водорослях, Киришима резко почувствовал, что хвост расходится. Вероятно, замок не дотянули до конца, от чего не сработала защелка, и хвост начал расстегиваться. Мысленно ругаясь, Киришима попытался тут же застегнуться обратно, но замок успел за секунды разъехаться до середины бедра, от чего это оказалось сделать не так легко. Совсем нелегко, если уж на то пошло. Заметив, как странно парень извивается, Кацуки сразу забыл о водорослях. Киришима заплыл в одну из пещер, надеясь, что если у него будет больше кислорода, то появятся и силы на застегивание замка. Пока парень искал «собачку», он заметил под водой силуэт Кацуки. Это был второй раз, когда он заплыл за парнем в пещеру, значит, его что-то очень заинтересовало. И Киришима догадывался, что именно. Так и не справившись с замком, Киришима нырнул под воду, едва случайно не ударив своими коленями Кацуки по плечу, который подплыл слишком близко. Увернувшись от удара, русалка недовольно оскалилась и распушила плавники. Киришима тут же выставил перед собой руки вперед ладонями, мол: «Спокойно». После парень повернулся к ней спиной и показал расстегнутый хвост, объясняя этим свою неуклюжесть, а когда повернулся обратно, то русалка, склонив голову в бок, уже просто хмурилась. Киришима еще раз попытался застегнуть замок, но не вышло, тот только разъехался дальше. Русалка, смотря на его потуги, откровенно ухмыльнулась, когда тот, психанув, весь аж дернулся, скорчив недовольную рожу. Киришима сомневался, что та пара помощников все еще находятся в комнате над аквариумом, потому задумчиво посмотрел на Кацуки. Пришедшая в голову идея, попросить помощи у русалки, показалась не самой адекватной, но все же... Набрав в легкие новую порцию кислорода, Киришима нырнул поглубже, чтобы поравняться с русалкой, и, повернувшись к ней почти полностью спиной, показал, что: «Надо взять «собачку» и довести доверху». Показал он это подряд раза три, пока русалка не подплыла к нему. Оказавшись за спиной парня, Кацуки правильно взялся за «язычок собачки» и потянул вверх – замок поддался. Почувствовав, что хвост снова сходится, плотно обтягивая его ноги, Киришима расслабился раньше времени. Только вот Кацуки где-то на середине пути передумал тянуть застежку вверх, потому резко сменил направление. Киришима испугано и возмущенно дернулся, когда хвост разошелся до колен, а затем ниже. Оттолкнув от себя русалку, он всплыл, придерживая свой хвост за плавники. Ему следовало бы догадаться, что Кацуки может так сделать. Еще бы! Киришима сам позволил русалке трогать так свой хвост. Давно надо было выучить, что любое прикосновение Кацуки воспринимает за «приглашение». – И как мне уплыть? – соображал Киришима, который почти лишился хвоста и не мог сверкать своей жопой в купальных трусах в аквариуме, пока добирается до поверхности, до выхода. Еще как назло, он выбрал подышать пещеру, которая находится почти на самом дне. Либо придется как-то договариваться с русалкой, чтобы она все же помогла, либо постараться проплыть как-то передом к зрителям, а уже наверху вызвать тех ребят, которые заменяли Каминари и Ашидо. – И почему я сразу не выбрал второй вариант, – откровенно ударил себя по лбу Киришима и приготовился нырять, чтобы поплыть вон из пещеры, к выходу. Но Киришиме так и не дали нырнуть. Кацуки, находясь под водой, прижал Киришиму лицом вперед к одной из стен пещеры, надавив своей рукой в области его поясницы. Парень, голова которого все еще находилась над водой, ойкнул от неожиданности, выставив руки перед собой в момент удара о стену пещеры. Кацуки оказался достаточно сильным, чтобы одной рукой крепко прижимать довольно крупного парня к стене. Киришима еще только осознавал, что происходит, а русалка уже просунула свою вторую руку ему между ног и прошлась ладонью по внутренней стороне бедра вниз, останавливаясь в области коленей. Парень подогнул ноги, от чего чуть было не зажал под коленом большой палец русалки. От действий Киришимы его расстегнутый хвост частично отстал от ног, но полностью сниматься никак не хотел. С хвостом, который обычно не так-то легко снять, на удивление быстро справился Кацуки. Киришима, почувствовав, что его ноги полностью свободны, почему-то, не спешил отталкивать от себя русалку. Может потому, что парень все еще был немного в шоке от происходящего. Или потому, что он боялся вновь как-то обидеть русалку. Или что еще. Но Киришима больше не дергался, позволяя исследовать свое тело, хоть это и жутко смущало. Люди не трогают друг друга так откровенно просто так. Такое позволено только людям определенных профессий, а Кацуки точно не массажист, не врач и прочее. Хотя слово «массирует» – это самое точное описание того, как Кацуки сейчас мнет стопу Киришимы, который только поджимает пальцы ног от каждого надавливания. Или так прикасаются друг к другу люди, состоящие в отношениях, или намекающие на секс, но русалка явно ничего такого не подразумевает. Изучив стопу парня, Кацуки вернулся к его бедрам, чтобы залезть пальцами под плотно прилегающие к телу трусы. На этот раз Киришима остановил его руку, взявшись за запястье, и осторожно убрал. После чего парень попытался избавиться и от второй руки, которая фиксировала его на месте, но русалка сама убрала ее раньше. Получив свободу, Киришима развернулся на 180 градусов и нырнул, планируя найти свой хвост и все же как-то добраться до поверхности. Киришима погрузился под воду, сразу же встретился лицом к лицу с русалкой. Парня зрительный контакт смутил сильнее, чем прикосновения. По лицу Кацуки не особо было понятно, какие эмоции он сейчас испытывает, однако это точно не похоже на «обижен», «рассержен» за то, что ему не дали проводить осмотр дальше. Не получив толком никакой реакции от русалки, которая теперь исследовала его ниже пояса не читаемым взглядом, Киришима, стыдясь того, что ему чем-то понравился «осмотр», поплыл к своему хвосту, который осел на дно, и натянул его на ноги. Он планировал все же добраться до верха и позвать тех ребят, но для начала ему следовало запастись кислородом. Придерживая хвост, Киришима проплыл вверх, стараясь не думать о том, что только что было между ним и Кацуки. Кацуки же все это время просто следил за его передвижением. Только парень, всплыв, сделал пару вдохов, как чужие руки резкими движениями подтянули его хвост выше и застегнули до конца замок, который тут же скрылся за искусственными плавниками. «А сразу так нельзя было сделать?» – мысленно кричал Киришима, в котором резко проснулось возмущение, но одарить многословным взглядом русалку не получилось, так как она уплыла из пещеры. Раз хвост вернули на место, то теперь Киришиме не было смысла выбираться из аквариума, поэтому пришлось просто вернуться к работе. «Интересно, – задумался Киришима, выплывая из пещеры, – сколько мы здесь просидели? Лучше не рассказывать, чем мы там… Чтоб тебя!» Киришима запаниковал, вспомнив, про камеры в пещерах, которые были установлены на тот случай, если русалкам вздумается прятаться. Не был бы парень в воде, то с большой вероятностью сгорел бы от стыда, прекрасно понимая, что какие-то люди могли видеть то, как его лапала русалка, а он даже не сопротивлялся. Каким больным извращенцем его теперь будут считать?! Киришима решил убедиться, что камера в пещере есть, однако он надеялся на обратное. Камеру он нашел не сразу – она была встроена в стену и, почему-то, закрыта камнем, который пробил стекло. Позже Киришима узнает от друзей, что такое с парочкой камер сотворила еще русалка Изуку, заинтересовавшись тем, что какие-то «камни» в пещере выглядят иначе и блестят, потому одну только разбила, а вот вторую умудрилась выковырять. Парен благодарил Богов, что он оказался с Кацуки в пещере, где чудом разбита камера. Стало значительно легче знать, что пребывание в пещере было приватным. Успокоившись с камерами, Киришима нашел другой способ ввести себя в смятение, а именно прокручивать в голове то, как руки русалки исследовали его ноги. Ладно, он понимал, что для русалки подобные прикосновения – это норма. Но как быть ему – человеку, у которого, кажись, резко съехала кукуха, раз он теперь немного жалеет, что не дал обследовать себя полностью. «Да что за мысли?! С чего вдруг?!» – отмахивается Киришима и решает, что это все из-за того, что в свои двадцать три года он не имеет партнера для отношений. И надо же было задуматься об отношениях только после того, как твои ноги облапали. Киришима, наконец-то, выплыл из этой чертовой пещеры, в которой пробыл достаточно долго, чтобы к аквариуму успело подойти много народу. Парень сразу понял, к чему столько зрителей разом – Кацуки привлек их внимание своей активностью. Скорее пассивной активностью. Русалка сидела на камне, на котором не так давно парень впервые пытался ее заплести, и сосредоточенно перебирала длинные водоросли, откидывая в сторону те, которые ей не понравились. Похоже, что именно в этих водорослях копался Кацуки до того, как появился Киришима со своим проблемным, искусственным хвостом. Кажется, русалка не запаривалась мыслями о том, что произошло недавно, потому спокойно вернулась к занятию, от которого ее отвлекли. Примерно такого безразличия Киришима и ожидал от Кацуки. И такое поведение русалки радовало парня, так как теперь проще будет успокоить своих тараканов в голове. Решив, что между ними все по-прежнему, Киришима подплыл чуть ближе к Кацуки, чтобы только глянуть, что именно тот делает. Для парня главное было сделать это так, чтобы русалка не «спрыгнула» с камня, с которого она хорошо видна зрителям, и не сбежала, спрятавшись. Киришима неторопливо подплыл к русалке с боку, чтобы не загораживать ее от зрителей своей тушей, и присмотрелся, что именно делают руки Кацуки с водорослями. Как выяснилось, ничего особенного, просто ощупывают по всей длине и, найдя порванную, с дыркой, слабую или подгнившую, избавляется от брака. Прошедшие проверку водоросли оказывались аккуратно сложены на коленях русалки. Зачем Кацуки это делал, Киришима не понимал. Несколько раз парень, естественно, видел, что русалка жевала какие-то водоросли, другие только срывала и утаскивала к себе в пещеру. Еще Киришима знал из научных статей, что русалки могут лечиться некоторыми водорослями, только не знал, есть ли такие в этом аквариуме, так как за здоровьем здешних русалок следят люди, которые для быстрого восстановления предпочтут использование медикаментов, а не «народных» средств. Хотя, судя по тем же научным статьям, дикие русалки спецы в своей медицине и очень трепетно относятся к здоровью своих собратьев. Особенно яро последнее проявляется перед спариванием – партнеры тщательно осматривают друг друга на болячки, чтобы исключить в дальнейшем появления слабого потомства из-за болезни одного из родителей. Делают ли что-либо подобное искусственно выведенные русалки – Киришима упоминания не нашел. «Надо будет не забыть спросить у друзей, как вели себя Изуку и Шото в брачный период», – мысленно поставил себе пометку Киришима. Ему просто было любопытно. Раз пока ничего интересного не было, то Киришима решил вообще оставить русалку в покое, но та неожиданно повернула в его сторону голову и как-то серьезно окинула взглядом. Парень стушевался из-за этого, забыв, что хотел уплыть. В голову полезли мысли, что, возможно, мнение русалки на его счет изменились, после того, как она однозначно убедилась в том, что под хвостом человеческие ноги. Ну мало ли, вдруг это ей резко показалось неправильным, что парень выдает себя за русалку, а наличие у него под хвостом ног стало противным. Но Кацуки тут же успокоил Киришиму, похлопав ладонью по свободному месту на камне возле себя. Парень устроился на указанное место, вспоминая, что когда-то таким же жестом просил русалку сесть рядом. Кстати, Киришима не раз замечал, что русалка копирует жесты, которые он ей показывал, пытаясь ей что-то объяснить или попросить. И копирует она их только тогда, когда максимально точно поймет их значение. «Вариант или нет, научить Кацуки каким-нибудь жестам, сигналам?» – задумывается Киришима. И зачем Кацуки попросил сесть Киришиму рядом, если сам продолжил перебирать водоросли – не понятно. Но парню не хотелось его отвлекать, поэтому он по-тихому уплывал, чтобы подышать, и возвращался обратно.       Сидя рядом с Кацуки, Киришима старался смотреть только на его перебирающие водоросли руки, мол, это его тоже увлекает. Однако долго Киришима смотреть на это не смог – в голову лезли смущающие воспоминания, что именно эти руки ощупывали его ноги там в пещере. Парень постарался найти что-то интересное вокруг себя, помимо самой русалки, поэтому начал следить за тем, как одна из рыб с тупым взглядом заглатывала со дна камни и тут же выплевывала их обратно. Киришима, смотря сквозь эту рыбу, даже не заметил, как Кацуки закончил с водорослями, оставив их в спокойствие на своем хвосте. Перед тем, как захотелось подышать, Киришима все же боковым зрением засек, что Кацуки смотрит на него. Повернувшись к нему, парень впервые смог увидеть, как выглядит лицо русалки, когда она не скалится, не хмурится и не ухмыляется – это, честно, было прекрасно. Только Кацуки, когда Киришима поймал его взгляд, моментально исправился, сведя брови к переносице. Уже в который раз вернувшись обратно, Киришима устало опустился на камень – просто плавать туда-сюда ему надоело. Поэтому он повернулся лицом к Кацуки, раз тот все равно пристально смотрит на него. Возможно, что парень немного привык к таким пристальным взглядам, что даже не постеснялся, удивив этим самого себя, так же нагло рассматривать лицо русалки, как и она его. Киришима даже не сильно дернулся, только прикрыл правый глаз, когда Кацуки поднял руку и осторожно пальцами дотронулся до его лица, проведя линию от брови по веку. Парень, вопросительно моргнул, когда руку убрали, не сделав ничего более. Русалка пальцем махнула перед своим глазом так, словно резко царапала его. «У меня что-то на веке?» – Киришима сам дотронулся до своего правого глаза и ощутил рубец от шрама, про который вспомнил только что. Когда на шраме долгое время не акцентируешь внимание, то забывается, что он вообще есть. Тем более что шрам у него с детства. Бегал, играл, зачем-то собирал разноцветные стекляшки от бутылок на дороге и, забыв, что одна из них зажата между пальцами, без задней мысли потер зачесавшийся глаз. Либо Кацуки, чтобы «не молчать» указал на шрам, либо только сейчас его заметил, так как Киришима обычно не давал рассмотреть свое лицо нормально, тем более при хорошем освещении, постоянно неловко отворачиваясь. Зачем вообще русалке знать про этот шрам? И как она его за слоем косметики на лице парня заметила? Как бы там не было, но Киришима попытался все теми же жестами сказать: «Я, – он указал на себя, – ранил, – согнув пальцы, как хищный ястреб, рукой изобразил, что царапает свой глаз, и снова указал себе на грудь, – сам себя». На объяснение Кацуки как-то медленно и еле заметно опустил и поднял голову, не сводя взгляда с лица Киришимы. Парень только понадеялся, что тот понял его правильно, и, сплавав подышать, ждал, что русалка сделает дальше. Та же занялась тем, что вернулась к водорослям. «И все?» – Киришима, почему-то, даже обиделся, что его «собеседник» потерял к нему интерес. Так и прошла большая часть времени до обеда. Кацуки, как оказалось, сплел из водорослей сеть, притом, очень искусно. Позже он использует ее, как ловушку для рыб, которые не так глупы, чтобы «клевать» на яркий, искусственный хвост парня, или дать легко себя поймать хищнику. Когда же Киришима потянулся к сети, чтобы рассмотреть получше, Кацуки не дал этого сделать, отдернув ее в сторону от парня. Мало того, что русалка пожадничала, так еще и смотрела так, словно Киришима в конец оборзел. Парень, шарахнувшись от русалки, сразу учел, что то, что принадлежит Кацуки, лучше не трогать. Смотреть можно, но трогать нельзя. А Кацуки, когда к его вещи чуть было не притронулись, еще долго плавал взвинченный на Киришиму. «Хорошие ребята» опоздали на перекур Киришимы, о котором тот их предупреждал еще в начале работы. Такого Денки и Мина себе не позволяли! Потому Киришима проплавал в аквариуме лишние сорок пять минут. А еще «ребята» по-настоящему заперли Киришиму в аквариуме. Обычно аквариум запирали, когда парень покидал его – это во время перерыва или в конце рабочего дня. В остальное же время вход в аквариум был просто закрыт, чтобы парень, который следит за русалкой, если что случится, мог быстро выбраться сам. Да и Денки с Миной довольно часто поочередно проверяли Киришиму. То из зала смотрят, плавает он или нет, то не редко сидят в комнате с выходом из аквариума. А самое главное, друзья всегда заранее подготавливали для него быстрый перекус, который не редко включал в себя салаты, и теплые напитки. Ворчали, словно заботливые родители на ребенка, когда Киришима долго стоял босой на холодном полу или плохо просушивал волосы перед уходом домой. Ладно, ворчала в основном Мина, а Денки отпускал колкости по поводу последствий от переохлаждения. Короче, типичные мама и батя. В общем, сегодня Киришима плотно провел перерыв:       1. перевоплотился в человека, снимая с себя большую часть грима самостоятельно;       2. справил естественную нужду, а после облегчения какое-то время считал себя в Раю;       3. отстоял очередь за пончиком и кофе;       4. перекусил на ходу, параллельно пролистывая чат в телефоне, чтобы узнать, что Ашидо против Океанариума, а Серо устал от клубов, которые им успели предложить в диалоге, вероятно в шутку, как место для свидания;       5. облился кофе из-за активиста, который сунул ему листовку «Русалки должны жить на воле» и мигом смотался;       6. задумчиво и печально завис над листовкой;       7. вспомнил, что из-за ряда причин «воля» для Кацуки – это смерть;       8. постарался забыть о листовке, выброшенной в урну вместе со стаканчиком от кофе и бумажной салфеткой от пончика;       9. вернулся в комнату с аквариумом;       10. превратился обратно в русалку.       Короче говоря, даже не присел за перерыв. После перекура пришлось успокаивать русалку игрой. Киришима отцепил от своего рюкзака брелок – маленький, плоский камень, с изображением улыбающейся мультяшной акулы с одной стороны, который он выиграл в карты у своего друга Тецутецу. Они в тот день всякую ерунду на кон ставили – чисто развлекались, ожидая свой рейс. В итоге, Тецутецу выиграл пластыри, почти новый маток ниток с иголкой, значок с супер-героем, только одну тапочку кроссу, ручку с красной пастой, целый шоколадный батончик, а Киришима всего лишь брелок и пластинку жвачки. Киришима потратил немало времени, чтобы сделать игровую арену на дне аквариума, используя водоросли, камни, осколки кораллов, ракушки, черепки от «древних» ваз, которые оказались рядом с разрушенным, затонувшим городом. В результате вышла большая «карта с тропами» для Игры-ходилки. Естественно, Киришима значительно упростил эту игру. Во-первых, не будет никаких ходов назад или ловушек. Во-вторых, вместо кубика с шестью сторонами, планировалось кидать камень через плечо, где поверхность с рисунком – один ход, а без – ноль. Оставалось только объяснить принцип игры Кацуки, который все то время, что Киришима готовил игру, наблюдал за ним, скрестив руки на груди. Сыграть в игру с русалкой оказалось не так просто, как это было в голове Киришимы. Кацуки все еще был нервным, что его самодельную сеть хотели потрогать, потому не очень охотно шел на перемирие. К счастью, любопытство русалки взяло свое, и она соизволила «выслушать» парня. Правило игры Кацуки понял быстро, только долго корчил рожу, мол, что за бред и зачем это. И еще он снова начал воротить нос, когда Киришима протянул ему «двухстороннюю игральную кость». Но ровно в тот момент, когда парень сдался, решив, что Игра-ходилка – худшая его идея, Кацуки грубо, словно хотел и пальцы чужие вырвать, выхватил у него «игральную кость» и, придирчиво осмотрел, подбросил вверх, делая ход, как ему ранее показали. Когда же они обменивались «костью» обратно, то Кацуки протянул ее не очень охотно, даже напряженно, жадно. Чем чаще «кость» гуляла из рук в руки, тем менее напряженной становилась русалка. Киришима проиграл, значительно отстав от Кацуки, который почти в начале игры как-то хитро стал подкидывать «кость», что всегда выпадал балл для хода. В награду парень отдал ему «кость», решив, что все равно это камень, и какая разница, что с рисунком. Такой камень никому не помешает в аквариуме. Выиграв и получив приз, Кацуки окончательно успокоился. Даже снова начал по-доброму рассматривать счастливо улыбающегося Киришиму. Ну, как по-доброму… Взять человека за голову, пальцами раскрыть ему рот и с умным видом дантиста изучать человеческие зубы – это, блин, ужасающая доброта. Киришиме повезло, что ему потребовался воздух, потому русалка держала его не долго. Русалка настолько успокоилась, что позволила Киришиме научить ее нескольким жестам. В итоге только разъяснил ей сигналы из дайвинга:       1. большой палец вверх – «Всплывай»,       2. вниз – «Погружайся»,       3. ладонь в кулак и указывающий направление большой палец – «Плывем туда»,       4. кольцо из большого и указательного пальцев – «Я в порядке»,       5. один, два, три и так далее пальцев – элементарный счет, знакомый всем.       Для первого и второго жестов пришлось, показывая их, несколько раз всплывать и погружаться соответственно, а после просить Кацуки повторить только эти самые сигналы, а он, Киришима, им следовал. Для третьего сигнала пришлось проделать все примерно идентично. Кацуки быстро понял смысл и без труда начал «управлять» парнем, заставляя его всплывать, погружаться, плавать туда-сюда. Киришима сначала был рад следовать указаниям, но русалка начала слишком быстро менять сигналы, при этом как-то довольно ухмыляясь.       Парень успел выдохнуться, пока понял, что над ним просто начали издеваться. Однако Киришима только посмеялся над этим. Честно, его такое поведение Кацуки забавляло. Русалка явно любила командовать и наслаждалась тем, что ее слушаются. Однако то, что Киришима на последнем издыхании поплыл почти по дну к разрушенному городу, ее встревожило.       Киришима даже и не думал пугать русалку. Он вообще не предполагал, что русалка может испугаться того, что он задыхается. Парень просто поспешил к кислородному баллону, который спрятал недалеко в развалинах, чтобы ненадолго засесть, отдышаться, а Кацуки уже разнервничался.       Дыша через маску, Киришима показал русалке следующий жест: «Я в порядке». Русалка не поняла. Пришлось убрать маску, показать жест, улыбнуться, указать на себя и снова показать это жест. Кацуки, к счастью, успокоился и, к несчастью, заинтересовался кислородным баллоном.       Чтобы отвлечь Кацуки от баллона, Киришиме пришлось занять его счетом, сопоставляя количество показанных пальцев с количеством предметов, найденных на дне. К концу рабочего дня Кацуки очень легко научился просить, скорее, требовать предметы в количестве до десяти штук. Вполне вероятно, что русалка и раньше понимала смысл счета, но делала это по другому, не на пальцах. Кто знает? – Как же я скучал, – Киришима сгреб в свои объятья Денки и Мину, у которых сегодня был рабочий день. – Больше не бросайте меня. – Ох, чувак, – сдавлено протянул Денки, – если продолжишь нас так сжимать, то мы оставим тебя прям сейчас. Навсегда. – Прости, отпускаю, – Киришима выпустил друзей из объятий. Денки сразу отвалил в сторону, а вот Мина продолжила обниматься. – Я не выспалась – мне нужно больше подзаряжающих объятий, – проныла девушка. Вид у нее и в самом деле был слегка помятый, что не скрывала тоналка, которая была с явным розовым оттенком, но из-за волос девушки это выглядело неплохо. Необычно и даже интересно. Или это Киришима уже привык к слегка инопланетянской внешности Ашидо, которая не редко носила свой любимый ободок с рожками. – Я догадываюсь, почему ты не выспалась, – хмыкнул Денки, игриво подергав бровями, на что Киришима, обнимая девушку, одними губами шикнул на него, мол, тише, помолчи. Киришима еще из вчерашнего чата понял, что Ашидо и Серо на свидание пошли друг к другу, только кто к кому, не ясно. Возможный исход, когда парень с девушкой, которые встречаются довольно давно, остаются наедине, напрашивается сам с собой. Это веселит Каминари. Но Киришима не исключает варианты, что «исхода» могло и не быть. И какая кому разница, как Серо и Ашидо провели вечер, если им хорошо с друг другом с «исходом» и без. Киришима сегодня тоже не выспался, но из-за того, что голова не могла выкинуть мысли о русалке, его своде, удовлетворенности жизнью в аквариуме и фантастические фантазии о том, как Кацуки мог бы стать человеком. Потому сонливость взяла свое, а теплые объятья почти заставили его и Мину отключится от реальности. – Как наша замена справилась? – спросил Денки, взбодрив тем самым задремавшую стоя парочку. – Хорошо, – выпустив Мину из объятий, не стал жаловаться Киришима. – Но вас никто не заменит. – Конечно, – самодовольно цыкнул Денки. – Кто лучше нас сможет быстро натянуть и сдернуть с тебя хвост? Киришима чуть было не ответил: «Тот, кто проживает на дне аквариума». Сегодня точно должен начаться снегопад посередине лета, так как Кацуки, а не Киришима придумал «конкурсы» для развлечения. Однако больше это походило на то, что русалка решила поиздеваться над парнем, заставляя его выполнять русалочьи дела. Первое задание – собрать водоросли. Кацуки, показав сигнал «Плывем туда», привел Киришиму к тем самым водорослям, в которых русалка копалась вчера, чтобы набрать материала для сети-ловушки. Русалка продемонстрировала, как правильно срывать водоросль, а затем сделала комбинацию жестов руками, которые парень расшифровал, как «Теперь ты» или «Повтори». Теперь Киришима повторил. И, вроде, сделал все правильно. Так он думал, пока Кацуки грубо не ударил его по рукам. На немой вопрос Киришимы «Что не так?», русалка тыкнула на оторванный конец его водоросли. Парень не понял. Тогда русалка продемонстрировала ту водоросль, которую она вырвала сама. Сравнивая два, казалось, идентичных листа водорослей, Киришима подметил, что оторвал свой неровно, драно, когда у русалки все выглядело так, словно срезано секатором. «Может, он использовал свои когти? Надо было лучше смотреть, как он это сделал», – подумал Киришима, но только про себя посмеялся, что провалился на таком простом задании. Заметив на его лице неуместную, широкую улыбку, Кацуки щелкнул его по лбу и, раздраженно дергая плавниками, тыкнул на водоросли, мол: «Еще раз!». И русалка не устала повторять «Еще раз!», пока у Киришимы не вышло сделать все так, как ей надо. Хорошо, что это вышло с раза четвертого, а то получать, когда ты очень стараешься, по лбу от недовольной русалки – неприятно. «Что это за водоросли, кстати?» – Киришима только сейчас подумал, что ничего не знает о здешнем аквариуме. Друзья когда-то упоминали, что часть из того, что в нем обитает, выращено искусственно и чаще является гибридом того, что существует в дикой природе. Все из-за «одомашненных» русалок, которые не все дикое переносят. Даже вода нужна немного другого состава, чтобы русалки чувствовали себя комфортно. В такой воде и люди могут плавать дольше. А что сказать о живности в русалочьем аквариуме? Например, те невзрачные рыбы, что запущены в аквариум и не редко падки на яркий хвост Киришимы, специально выведены для «домашних» русалок. Потому данные рыбы не только для них не ядовиты, а полезны, даже помогают переваривать прочую еду, что обитает в аквариуме. Только эту рыбу, которая растет и размножается с бешенной скоростью, русалки едят с потрохами, целиком, а всю остальную предпочитают чистить. Киришиме вот интересно, сколько стоит выведение одной русалки, что ради сохранения ее жизни и здоровья не поленились потратиться на безопасных рыб, водоросли и прочее. Второе задание – сплести сеть. Кацуки, что удивительно, терпеливо показал, как сортируются «непригодные» и «пригодные» для работы водоросли. Киришима без труда справился с сортировкой, так как еще ранее, только наблюдая, понял ее примерный принцип. Было очень приятно и вдохновляющее, когда, оценив его работу, русалка стала выглядеть менее напряженной. Трудности у Киришимы начались, когда Кацуки потребовал от него сплести сеть. Как бы парень не старался, но он не мог повторить те ловкие узелки и переплетения, которые с легкостью делали пальцы русалки. Киришима либо затягивал сильно, рвал водоросли, либо запутывал то, что начинало получаться. В итоге, парень выдал не сеть, а клубок из узелков. Кацуки был настолько не доволен, что одним ударом выбил клубок из рук Киришимы. До установки сети-ловушки дело не дошло. Третье задание – поймать рыбу. Это больше походило на тест на скорость и маневренность, который Киришима успешно провалил. Весь «тест» Кацуки смотрел на парня так, словно ничего безнадежнее в жизни не видел. Парень мысленно оправдывал себя тем, что у него получалось бы лучше, если бы не постоянное плавание за кислородом, который быстро кончался из-за возросшей подвижности. И тем не менее, Киришиме было весело, что он не мог не улыбаться, представляя, как нелепо выглядит со стороны. А рыбу он все же поймал, когда одна из них привлеклась его ярким хвостом. Киришима, радуясь неожиданному улову, помахал двумя руками Кацуки и, широко улыбаясь, указал на один из своих искусственных плавников, где шурудила маленькая, невзрачная рыбка. На это Кацуки резко отвернулся от него. Но Киришима-то успел заметить, как у Кацуки задрожали губы, выдавая еле сдерживаемую улыбку, и дернулись плечи вверх-вниз, словно тот поперхнулся кислородом. «А русалки умеют смеяться?» – впервые задается вопросом Киришима. Четвертое задание – съесть рыбу, разделать рыбу, сохранить рыбу на потом, завернув уже в какую-то другую водоросль. Киришима просто поочередно отказывался от всего, что предлагал Кацуки сделать с рыбой. Парня воротило от этого, из-за чего он пару раз испытывал рвотный рефлекс, да такой, что «выблевывал» воздух из легких. Кацуки сначала сердился, что парень воротит нос от рыбы, но после, поняв, в чем дело, и что это не исправить, благоразумно решил покончить с «рыбным» заданием. Даже уйдя на обед, Киришима не мог не поперхнуться чаем, не вовремя в красках вспомнив рыбьи потроха. Особенно его поразило, что русалка, почистив свою добычу, отдала ее потроха на съедение другой рыбе. Просто до этого парень видел только то, как Кацуки целиком ел серую, невзрачную рыбеху, а манипуляции с остальной едой до сего дня как-то остались «за кадром». Пятое задание – что-то сделать с пещерой? Что, простите? Киришима заплыл подышать в пещеру. За ним приплыл Кацуки. Увидев русалку в пещере, парень разволновался, что сейчас начнется очередное изучение его тела. Киришима, как-то миновав русалку, поспешил уплыть в ту пещеру, где не работали камеры. Русалка последовала за ним. Оказавшись в пещере без камер, Киришима вдарил сам себя по челюсти, когда осознал, какие именно мысли крутились в его голове в этот момент. Он не планировал сбегать, а наоборот приготовился и ждал того, что русалка опять начнет распускать руки. Даже укромное место нашел, чтобы не мешали. «Какой «чтобы не мешали?!» – мысленно стыдил сам себя Киришима: – «Я здесь для того, чтобы русалку демонстрировать посетителям, заплатившим за билет, а не прятаться с Кацуки ото всех, словно подростки в пубертатный период… Боже! О чем я думаю?» Но Кацуки, вопреки всем ожиданием Киришимы, руки не распускал. Он снова начал давать указания, которые на этот раз были связаны с тем, чтобы… Прибраться в пещере, вроде? Серьезно. От Киришимы требовалось выгнать лишнюю живность из пещеры, которую он бессмысленно прогонял жестами рук «Кыш-кыш-кыш!». Это несерьезное отношение к заданию выбесило Кацуки настолько, что он сам выгнал в раз всю подводную живность вместе с парнем, которого, немного остыв и одумавшись, схватил за руку и вернул обратно в пещеру. Русалка продемонстрировала, что не все камни хорошо держатся на стене пещеры, без особых усилий смахнув вниз один из них. После поймала несколько бесколхозно плавающих ветвистых водорослей и что-то, похожее на оторванный плавник рыбы, и выкинула этот мусор за пределы пещеры. Когда русалка вернулась обратно, то притащила с собой какую-то новую водоросль, сложенную в несколько слоев, и пару-тройку раз провела по стене пещеры, то ли удаляя какую-то грязь, то ли размазывая самодельную «тряпку» по камням. Хрен просечешь. Киришиме пришлось повторить все, что делала русалка, лишь бы та перестала бычиться и требовательно и неприятно тыкать костяшками своего кулака ему под ребра. Хоть парень, судя по одобрительной мимолетной ухмылке Кацуки, делал все правильно, но весь этот процесс с уборкой пещеры был невероятно скучен. Да и сильно беспокоило то, что русалка прячется, когда в зале полно народу. Киришима, конечно, старался делать так, чтобы, выплывая из пещеры, он с Кацуки задерживались на виду, но надолго это не получалось. Первым делом потому, что парню необходим был кислород, а русалка впускала его только в ту пещеру, где проходила «уборка», и к баллону, спрятанному на дне аквариума, притрагиваться не давала. А вторым – Кацуки быстро раскусил, что Киришима специально долго копается за пределами пещеры, от чего либо подгонял, ударяя своим хвостом его по заднице, либо хватал за руку и тянул обратно на «уборку». Когда скучная и довольно изматывающая «уборка» закончилась, Киришима был слегка расстроен, что декоративные часы в главном зале показывали, что до конца рабочего дня осталось еще час и десять минут. Честно, парню хотелось уже наконец-то передохнуть. А Кацуки смотрел на него так, словно придумывал, какое задание еще ему устроить. Киришима очень удивился и испугался, когда Кацуки, который секунду назад пребывал в относительном спокойствии, неожиданно хищно оскалился, сгорбился, растопырил плавники и уставился так, словно сейчас набросится. Не понимая, с чего вдруг такое агрессивное поведение, парень выставил руки вперед в защитном жесте, прекрасно понимая, что все равно не успеет уплыть от быстрой русалки. «Что, черт тебя подрал, с ним?» – Киришима не знал, к чему готовиться. Кацуки молниеносно кинулся на него, вознамериваясь схватить когтистой рукой за горло. Киришима чудом отреагировал на нападение. Он успел схватить русалку за запястье до того, как чужая рука сомкнулась на его шее. После чего парень, дернув русалку за руку вперед, ушел в сторону, тем самым «прогоняя» противника мимо себя. Первую атаку Киришима пережил, и если он хочет пережить и возможные следующие, то необходимо выбраться из аквариума до того, как кончится кислород. Парень уже не брал пещеры, как вариант для пополнения легких кислородом, опасаясь, что там русалка его зажмет и все – это западня, конец. Пока недооценивший своего соперника Кацуки соображал, какой трюк с ним провернули, Киришима успел проплыть немного вверх, не выпуская того из вида. Парень вовремя успел извернуться при второй атаке так, чтобы буквально перекувыркнуться через русалку, уперевшись руками ей в плечи, снова оказываясь у нее за спиной. Набравшись мужества, Киришима нагло воспользовался спиной русалки, как опорой, от которой можно оттолкнуться, чтобы поплыть быстрее. Оттолкнувшись от чужой спины, парень не только придал себе ускорение и откинул противника подальше, но и потратил последние остатки кислорода, о чем говорила давящая тяжесть в легких. Из последних сил Киришима плыл к поверхности, с отчаяньем осознавая, что до нее совсем не близко, и он хлебнет воды раньше, чем успеет всплыть. Поэтому, послав к черту все опасения о западне, парень быстро нашел взглядом ближайшую пещеру. Но беда в том, что сил хватило только на поиски пещеры, а вот доплыть до нее – это тоже не представлялось возможным. Киришима приготовился защищаться от третьего нападения, но на этот раз русалка его обошла. Она схватила его за запястье первая и как-то заломила так, что парень не заметил, как уже его обе руки оказались зафиксированы у него за спину. От этого Киришима окончательно отчаялся и несдержанно выпустил из своих рта и носа пузыри углекислого газа, дергаясь в чужой хватке. Парень в панике не прекращал дергаться даже тогда, когда его освободили из захвата и, подхватив под руки, с невероятной быстротой доставили в ближайшую пещеру. Киришима глубоко и тяжело глотал воздух, стараясь выровнять дыхание, и не верил тому, что он не успел хлебнуть воды благодаря тому, что русалка спасла его. Русалка, кстати, держа свою голову над водой, выглядела какой-то садистки довольной. Чему она так радовалась, парень не понимал, но в голову его закралась мысль, что драка была шуточная. Скорее игра или спарринг. – Если это было по-дружески, мог бы и намекнуть, – фыркал на Кацуки Киришима, прекрасно зная, что тот ни одного слова не поймет. То, что парень начал говорить, дыша уже ровно, Кацуки принял за сигнал к четвертому нападению. Только на этот раз это реально было похоже на игру, когда тебя пытались пощекотать, а ты сопротивляешься, прикрываясь руками. Хотя Кацуки в этот момент просто пытался перехватить руки парня.       Киришима засмеялся, когда когти русалки случайно пощекотали его ребра, после чего маленькая драка сразу прекратилась. Парень тут же перестал смеяться, разволновавшись, что слух русалок может раздражать смех людей. И как же он ошибся, потому что теперь Кацуки был нацелен на то, чтобы щекотно царапать его ребра и даже догадался до того, что результат будет эффективнее, если подняться выше. – Хватит, пожалуйста, – сквозь смех и слезы молил Киришима, пытаясь в ответ пощекотать русалку, но та то ли не боялась щекотки, то ли не ощущала ее. Кацуки прекратил только тогда, когда парень закашлялся от смеха. Приходя в себя и выравнивая дыхание после смеха, Киришима медленно осознал, что руки Кацуки с его боков никуда не убрал, но теперь касался не только ногтями, а всей ладонью. Да и находилась русалка слишком близко, от чего при вдохе парень мог задевать чужую грудь своей. Не сказать, что Киришима не ожидал ничего подобного от Кацуки, но это все равно всегда было неловко и смущающее. Особенно когда в этот момент твое лицо внимательно изучают. Смутившись, Киришима положил свои руки на плечи Кацуки, намериваясь мягко отодвинуть его от себя, но, почему-то, уверенности на это не хватало. Зато у русалки уверенности хватало с лихвой. Она, неожиданно прильнув к парню, уткнулась носом в его щеку и, равномерно дыша, повела им дальше, к виску. «Какого я позволяю ему это делать?» – паниковал Киришима, подразумевая, что это неправильно, но ничего не мог с собой поделать. По телу Киришимы побежали мурашки, когда он услышал тихое шипение возле своего уха, больше походившее на неразборчивый шепот. По тому, что шипение было прерывистым и немонотонным, создавалось ощущение, что Кацуки что-то говорил на своем языке. Так это или нет, но Киришима вслушивался, словно мог понять, что ему шепчут. Шепот прервался так же неожиданно, как и начался, после чего русалка опустила голову ниже, к шее парня, и ниже, к плечу. Киришима вскрикнул, когда в его плечо вонзились зубы. Вот теперь-то ему хватило решимости оттолкнуть Кацуки, но тот крепко держал его в своих объятьях и продолжал сжимать челюсть на его плече с такой силой, чтобы прокусить до крови, но не откусить кусок мяса. Довольно быстро парень перестал бессмысленно сопротивляться и даже свыкся с болью в плече, через которую он чувствовал, что Кацуки, не разжимая челюстей, медленно водит своим языком по его коже в месте укуса – слизывал кровь. Глупо или нет, но Киришима начал молиться на то, чтобы не оказаться для русалки вкусным.