Аниматор для русалки

      – Офигеть. Это что? След от зубов? Утром и в обед этого не было. Ты же не… Ох! – естественно, Ашидо не могла не заметить кровавый укус на плече Киришимы, тем более, что именно она занималась приклеиванием, а сейчас и отклеиванием оставшейся на плечах искусственной чешуй. – Да именно, что «Ох!», – ответил Киришима, не сильно беря во внимание, что подруга пораженно закрыла рот рукой. – Кацуки меня укусил, – парень с трудом стянул с себя влажные штаны от спортивного костюма, которые по-быстрому напяливал на мокрое тело, чтобы сбегать в туалет, и закинул их в пакет, чтобы дома перестирать и высушить. – Отвернись. – И как он тебя укусил? – осторожно поинтересовалась девушка, поворачиваясь спиной к парню, так как тот собирался снять с себя купальные трусы. – Тяпнул, как собака, или, так сказать, тщательно прокусывал? – Скорее, второе, – задумчиво потрогал поврежденное плечо Киришима, надев сухое белье, и, прочистив горло, решил признаться: – Сначала обнимался, что-то на ухо шептал, а после вонзил зубы мне в плечо. Крепко, слушай, вонзил и долго не отпускал. Что это вообще значит? Можно поворачиваться. – То, что ты прошел отбор, как кандидат на спаривание, – на одном дыхании выдохнула Мина и, повернувшись к нему лицом, неуверенно, но с сарказмом добавила: – Поздравляю? - Чо? – пораженно уставился на девушку Киришима, так и застыв, как цапля, опираясь только на одну ногу, на которую успел надеть штанину сухих джинс. – Чо? – повторил он, прежде чем потерять равновесие и завалиться на бок, благо, что от полного падения его спасла стена, на которую он беспомощно оперся прокушенным плечом. – Да именно, что «Чо?», – неожиданно строго огрызнулась на парня Мина и, проведя ото лба к затылку по своим розовым волосам, уже спокойнее спросила: – Чем ты с ним занимался на самом деле все эти дни? – Да ничем таким, – Киришима все-таки натянул джинсы и тяжело бухнулся на стул, чуть не промазав мимо него. Ашидо была чересчур серьезной, чтобы то, что она говорила, являлось шуткой. Да и он сам давно то ли от кого-то слышал, то ли где-то читал, что русалки метят своих партнеров, но, черт тебя дери, совершенно не помнил, как именно. Если укус – это метка, то Киришима в полной ж… – Правду, Киришима, – требовала от него Мина. – Метка говорит, что именно ты первым предложил себя в качестве партнера. Что ты делал? О нет. Нет. Ради Бога, только не говори мне, что плевал ты на инструкции и подарил что-то русалке. Киришима открыл рот, чтобы возразить, но так ничего и не сказал, мысленно перечисляя все те вещи, что перетаскал в аквариум и… дарил русалке. – Возможно, что-то я и в самом деле подарил, – протянул парень и тут же поспешил вставить в свою защиту: – В инструкции не сказано, что это запрещено. – Вот, – девушка пролистала инструкцию, которая так удачно была у нее под рукой, и указала на строчку, прочитав: – «не давать ничего русалке». Это для тебя инопланетным языком написано? – с этими словами она хлопнула его по башке этой самой инструкцией. – Я не хотел ему ничего дарить, честно, – парень прикрыл голову от второго удара, но девушка только замахнулась, запугивая, и откинула инструкцию на ближайший стул. – Я таскал в аквариум вещи, чтобы привлечь внимание Кацуки. Как-то расположить его к себе. Подружиться. У меня, вроде, получилось… – Таскал «вещи»? – переспросила Мина, перебив его. – «Вещи»? Значит, ты «подарил» ему не одну вещь? – Да, – стыдливо потер плечо с укусом парень. – Я пренебрег правилами, ради дружбы с Кацуки. Пойми, – как-то даже отчаянно вздохнул он – У меня иных идей, чем бы его заинтересовать, не было. В аквариуме нет того, чего бы он ни видел каждый день. Вот я и… – И он принимал от тебя все вещи? – Мина все еще была недовольна Киришимой, но в ее голосе ясно слышался интерес. – Не сразу. Сначала буянил, скалился, игнорировал, но теперь вполне нормально реагирует. Если считать нормальным то, что он забирает все безвозвратно и может обидеться, если я не дам ему то, что принес. «Подарки» что-то значат для русалок, да? – до Киришимы только сейчас доперло, почему Ашидо, сказав, что он теперь «кандидат на спаривание», первым делом вспомнила правило «не давать ничего русалке». – Кири, – Ашидо удрученно опустилась на стул, прямо на журнал-инструкцию, которую бросила на сидение недавно. – Ты серьезно не знал? Мне казалось, и ребенок знает, что если делаешь «подарок» русалке, то предлагаешь встречаться. Это я мягко выразилась, что «встречаться». – По-о-о-огоди, – не поверил своим ушам Киришима. – Выходит, все это время, я не просто пытался подружиться с Кацуки, а кадрил его? – Выходит, что так. И судя по плечу, – кивнула она на укус, – ты успешно соблазняешь русалок за несколько дней. – Я обязательно укажу это, если буду регистрироваться на сайте знакомств, – нервно посмеялся Киришима, а сам, опираясь локтями в колени, схватился за голову, зарываясь пальцами в свои влажные после купания в аквариуме волосы. – Да, удивительно быстрое достижение для человека, – после не долгого молчания подала голос Ашидо, от чего Киришима вздрогнул. – У Шото ушло гораздо больше времени на то, чтобы Изуку хотя бы начал принимать подарки. Да. А Кацуки от Изуку так и вовсе ничего не принял, насколько мне известно. Как? Как тебе это удалось? Еще и с вредным Кацуки? – Не знаю я, – простонал Киришима, обдумывая то, что сказала девушка, и решая, рассказать ей все-все, чем он занимался с Кацуки в аквариуме или некоторые моменты упустить. Например, то, что он позволил русалке себя изучать, было рассказывать очень неловко. Погодите! – Только не начинай ругаться, – осторожно попросил подругу Киришима. – Просто ответь. – Уже хочу ругаться, – ответила она, но с максимально спокойной серьезностью дала добро: – Хорошо, спрашивай. – Изуку и Шото. Они… Перед тем, как стать парой, – начал Киришима, отчего-то не зная, как правильно сформулировать свою мысль. – Я слышал или читал, не помню точно, что русалки проверяют друг друга на болячки. Изуку и Шото делали подобное? – Не только на болячки, – нахмурившись, серьезно задумалась Мина. – Русалки еще смотрят, в каком состоянии тело будущего партнера. Насколько оно сильное. Не подвержено ли истощению. Один из партнеров даже может устроить испытания другому, чтобы определить его силу, гибкость, выносливость, скорость. Вынашивать, растить и защищать потомство – очень ответственное и нелегкое дело в природных условиях. Однако и наши русалочки продолжают соблюдать традиции своих диких сородичей на инстинктивном уровне. Так что, да, – в итоге ответила девушка. – Изуку и Шото делали подобное. Сама раз видела, как они дрались друг с другом. Там весь Океанариум сбежался на это посмотреть. Шото оказался сильнее, потому на Изуку выпала роль самки в их паре. Ты что-то сильно побледнел, – заметила она, глянув на Киришиму, и сразу пораженно ахнула: – Боже. – Нет-нет-нет, – тут же запротестовал Киришима, пытаясь, скорее, себя успокоить, чем Ашидо. – Не надумывай там себе. Кацуки изучал меня только потому, что я – человек. Он же впервые видел людей так близко… – Ты обязан мне все рассказать, – потребовала Мина, перебив его. – Что он должен рассказать? Что я пропустил? – зайдя в помещение, Денки сразу заметил, что друзья слишком напряженные, что с этими двумя, считай, никогда на его памяти не бывало. А нет, было, когда они впервые открывали шампанское. У Денки до сих пор глаз нервно дергается, потому что открывали они, а пострадали его штопор, вилка, ключи от дома, камера телефона, диван, ковер и кофейный стол. – Да так, – затараторила девушка, не дав Киришиме вставить свое «Ничего». – Всего-то новость о том, что Кацуки деликатно укусил Киришиму за плечо. – А, – изрек Каминари не слишком-то обеспокоено и посмотрел на плечо друга. – Выглядит серьезно. За что он тебя так? Советую показаться тебе ветеринару. Я всегда считал, что Кацуки немного бешеный, так что укольчик не помешает. – Серьезно? – Ашидо посмотрела на Каминари так, словно он непроходимый идиот. – Серьезно, – ответил Денки без тени смеха. – Надо врачу показаться. Русалки питаются сырой рыбой и не чистят зубы – столбняк обеспечен. – Русалки чистят зубы, – заметил Киришима в защиту Кацуки, так как лично видел, как тот сначала тщательно выковыривал остатки еды из зубов острой, рыбьей костью, после воспользовался поочередно два вида водорослей, как своеобразными плоской щеткой и жвачкой. Как Кацуки «моется», парень тоже видел. Так что Киришима с уверенностью скажет, что русалки могут чистить свое тело теми же водорослями, песком и даже умеют пользоваться для «мытья» губкой, предварительно отчистив ее скелет от всякой дряни. Но Каминари прав – врачу показаться надо. – Нет, ты серьезно не знаешь, в каких случаях русалки ставят такие метки? – девушка указала на плечо Киришимы. – Именно в этом месте. Нет? Вам, ребята, хоть раз для приличия стоит побывать на экскурсии, которая каждый день здесь проходит. – «Метки»? Какие «метки»? – вот теперь у Денки реально появился интерес в глазах. – Введите в курс дела. – Если коротко, – опять Мина начала говорить раньше Киришимы, – то теперь Кири – потенциальная самка Кацуки. – Кха! – подавился на ровном месте Денки, и, судя по интонации, с которой он продолжил говорить, для него сказанное являлось шуткой. – Да ну, – посмотрел он на Киришиму. – С чего вдруг? Ты же страшненький. – Чего? – это заявление было настолько неожиданно, что Киришима даже не смог нормально возмутиться, потому тупо «словил петуха». – По русалочьим меркам, я хотел сказать, – поправился Денки. – Но как человеческий мужик – ты красавчик. – О, спасибо. Это я тоже укажу на сайте знакомств. Ой, забудь, – отмахнулся Киришима, чтобы не объяснять Каминари шутку, над которой Ашидо, зная суть, даже не улыбнулась. – Он прав, – встала на сторону Денки Мина. – Ты – человек, а Кацуки – русалка. Удивительно, что он принял тебя, как любовный вариант. Как часто, например, человек влюбляется в обезьяну? – Я еще и обезьяна, – наигранно возмутился Киришима, но тут же серьезно добавил: – Я понял, что ты хочешь этим сказать. Мы разного вида и… – Эпидемия в 80-х! – воскликнув это, Мина заставила парней испуганно дернуться. – Вспомнила пример из истории. Скажу, пока не забыла. В восьмидесятых ученые лечили русалок от болезни, которая была схожа с оспой. За два с половиной года около десятка вылеченных русалок предлагали себя своим спасителям в партнеры. Значит, мы для них не такие уж и обезьяны. Но там хоть ясно, почему русалка испытывала чувства к человеку, который за ней ухаживал во время болезни. – Ребяяяят, – шокировано протянул Денки, привлекая к себе внимание. – Вы слишком серьезны. Ты? – обратился он к Киришиме и тут же повернулся к Ашидо: – Он? В него влюбилась русалка? Кацуки втрескался в Киришиму! – Да как ты понял? – закатила глаза к потолку Мина, так как Денки прямым текстом было сказано, что «Кири – потенциальная самка Кацуки». – Да я смотрю, что вы даже не улыбаетесь, – с некой гордостью ответил Каминари, что это заметил. – Обычно вы, если пытаетесь кого-то разыграть, меньше чем через полминуты начинаете ржать, – и, задумчиво помолчав, вымолвил: – Черт. Беда. Как так вышло? Какого черта, Киришима? Что ты все это время делал с Кацуки? – Еще один, кто меня обвиняет, – пробубнил Киришима, который предполагал, что Каминари, на самом деле, позабавит то, кого русалка выбрала себе в пару. Однако Денки подключился на волну Мины – серьезную, строгую и растерянную. Значит, дело нешуточное. – Он дарил Кацуки «подарки», – ответила за Киришиму Ашидо. – Вот же дураааак, – ударил сам себя по лбу Денки и обратился к Киришиме: – Зачем? В инструкции же написано… – Да знаю я, что там написано, – перебил его Киришима, заскулив. – Но там нет пояснений, почему нельзя. Ладно, да, глупая отмазка, – тут же сдался защищать себя парень, потирая укушенное плечо, и обеспокоенно выдает вопрос: – Это очень плохо, да? Я про всю эту ситуацию с меткой. – Для русалки – да, для тебя – не знаю, – начал Денки, после добавил, подозрительно прищурившись: – Смотря, как ты относишься к… – Сам посуди, – предчувствуя, что Каминари собирается что-то несуразное ляпнуть, продолжила говорить за него Ашидо. – Кацуки довел себя до истощения, когда Изуку и Шото перевели в другой аквариум. А что с ним будет, когда исчезнет его пара? Ты же здесь временно. Как уволишься, тебе запретят плавать в аквариуме и вообще проходить на территорию Океанариума бесплатно. – Но меня уволят, когда в аквариум вернутся другие русалки, значит, Кацуки не останется одиноким, – Киришима очень на это надеялся. Парню не хотелось, чтобы Кацуки страдал по нему. – Чувак, представь, что у тебя есть любимая девушка, – все же включился в разговор Денки. – И раз! Она ни с того ни с чего пропала. Пропала без объяснений. Ты же не сможешь донести до Кацуки, почему оставляешь его. Что ты будешь чувствовать на его месте? Киришима представил и ужаснулся настолько, что не нашел слов для ответа, потому только опустил взгляд в пол. Парень, продолжая представлять, что его любимая пропала, мысленно пытался найти какое-нибудь решение для данной проблемы. И Киришима нашел немало способов, что можно начать делать, чтобы хоть что-нибудь выяснить о пропавшей девушке. Хоть что-то. Однако все эти способы для Кацуки, мягко сказать, бесполезны, так как он – русалка, привязанная к аквариуму. – Как нам с Кацуки «расстаться»? – серьезно спрашивает Киришима, поочередно смотря то на Ашидо, то на Каминари. – Пожалуйста, скажите, что еще можно исправить мою ошибку. – Вот я не знаю, – признался Денки. – Если бы ты был русалкой, – задумчиво протянула Мина, – то, как инициатор отношений, мог бы просто сказать, что передумал становиться парой. В таком случае подарки остаются у Кацуки, если ему это надо, и вы тихо и мирно расходитесь. Или нет, потому что Кацуки, если ты ему интересен, и он хочет продолжить отношения, может перенять на себя роль инициатора. – Очень интересно, – кивнул на это Киришима, слегка съязвив. – А без знания языка русалок есть варианты? – Сделай так, чтобы Кацуки сам от тебя отказался, – предложила девушка, пояснив: – Кацуки вернет тебе все, что ты ему подарил, зачеркнет метку, что, мол, больше тебя не рассматривает, как партнера. И все. Вы оба свободны, – Мина улыбнулась, видимо, уже решив, что данный вариант действий идеален. – Как это «зачеркнет метку»? – Киришиму немного волновало, что это может значить, содрать кожу с места укуса. Ну, мало ли. – Царапнет когтями так, чтобы было видно, что укус перечеркнут, – объяснила Мина таким тоном, словно это пустяк. Примерно так же ребенку говорят про любые уколы, называя введение лекарства «укусом комара», а на деле у тебя отнимается нога. – Нормально, блин, – Киришима, конечно, рад, что кожа на его плече останется при нем, но это «царапнет когтями» все равно пугало. – И что я должен делать, чтобы Кацуки от меня отказался? – Просто будь самим собой, – фыркнул Денки, видимо, расслабившись, что решение проблемы нашлось так легко. – Кири и был, как я понимаю, самим собой, – ответила на это Мина. – И вот к чему это привело, – указала она на всего Киришиму, перед тем, как к нему обратиться. – Надо понять, что именно привлекло в тебе Кацуки, и обратить это в худшую сторону. Тебе придется нам все рассказать, Кири. Как ты «общался» с Кацуки? Что делал? Какие подарки ему дарил? И как их преподносил? Как Кацуки реагировал на все это? Расскажи уже наконец-то, расскажи, – все же, не сдержавшись, выдала она то, что сгорает от любопытства, потому с самого начала несколько раз требовала, рассказать все. Девушка даже стул перевернула на 180 градусов, чтобы сесть на нем удобнее, сложив скрещенные руки на его спинке, на которых устроила свою голову, приготовившись к долгому рассказу. – Серьезно, чувак, – Денки сел на соседний стул. – Рассказывай, не тушуйся. Я не хочу, чтобы меня оштрафовали и уволили, если выяснится, что русалка страдает-помирает из-за того, что за тобой не доглядели. – Так тебя больше волнует увольнение? – неодобрительно посмотрела на Каминари Ашидо. – Русалку, конечно, в первую очередь жалко, – сразу же добавил Денки, положив руку на сердце. – Помните, – набравшись мужества, начал Киришима, привлекая внимание друзей к себе, – в первый день, когда Кацуки столкнулся со мной в аквариуме? Мы еще в пещере какое-то время пробыли. Так вот. Прошу не перебивать, а то я собьюсь и что-нибудь пропущу. В тот день… – Ты все сказал? – спросила Мина, как только Киришима закончил пересказ того, что происходило с ним в аквариуме. – Э, да, – ответил парень, предчувствуя, что сейчас что-то будет, так как девушка еще в начале пересказа начала поочередно тихо постукивать пятками по полу, словно хотела куда-то бежать, но сдерживала себя. Каминари это тоже заметил, потому уже уселся на стуле так, чтобы большей частью корпуса быть повернутым лицом к девушке. – Ааа, не могу, хочу спросить, – Мина аж подпрыгнула на стуле, встрепенувшись. – Кто тебе сказал, что у русалок нормально без причины щупать друг друга? Сам решил, да? Боже, Кири, ты такой дурак! Они к прикосновениям относятся так же, как и мы, только с одним большим отличием в плане влюбленности. Если у людей нормально прикасаться друг другу только после того, как объявляют себя парой, то у русалок это происходит до объявления, так как они заранее начинают изучать, насколько тело партнера здорово для заведения и выращивание потомства. У Киришимы на это только рот несколько раз открылся и звучно захлопнулся обратно. А вот Денки не понял ничего: – К чему ты клонишь? – Любовь с первого взгляда, – пропела Ашидо, словно забыв, что именно из-за этого у них сейчас проблемы. – Вот почему в тот день Кацуки наблюдал за Киришимой со стороны. Холодное русалочье сердечко дрогнуло от его «танцев». Нет, честно, Кири. Ты великолепен, когда увлечен работой. – Во дела, – присвистнул на эту новость Денки. – Как же Кацуки расстроился, узнав, что ты, – кивнул он на Киришиму, – человек. Бедолага. Прикинь, встретить красотку в клубе, а при ближайшем знакомстве увидеть, что у нее член. – Дружище, – серьезно посмотрел на него Киришима, – заткнись немного. – А что? Ситуация же идентичная… – Заткнись, друг, заткнись, – остановил его ассоциации Киришима, хоть и думал, что Каминари как нельзя точно описал ситуацию. – Если это «любовь», – обратился он уже к Ашидо, – тогда какого черта Кацуки пытался меня тогда прогнать? Вы бы видели, как яростно он вымахивал «Вон!». Махни он рукой чуть сильнее, я бы из аквариума вылетел. Да Кацуки постоянно скалится на меня. До сих пор скалится, кстати. – Во-первых, ты его обидел, не дав себя пощупать, – поясняла за русалку Ашидо. – Во-вторых, ты все же человек. С этим не так просто смириться. Кстати, да, это словно у девушки член найти. Уж, прости. В-третьих, это же Кацуки. Он не может не ерепениться. И несмотря на эти три причины, твое плечо говорит, что у вас все хорошо складывается. Все из-за того, что ты начал дарить ему «подарки», – неожиданно строго заметила девушка. – Повторяю, я только хотел привлечь его внимание, – в очередной раз оправдывался Киришима. – Откуда мне было знать, что так я стану инициатором в отношениях. И ты сама сказала, что это Кацуки влюбился в меня с первого взгляда. Не значит ли это, что это Кацуки – инициатор, так как сделал явные намеки, трогая меня? – Строго говоря, – тон учителя у Мины всегда выходил такой, словно она тебя сейчас указкой треснет, – Кацуки только «сказал» так: «Ты мне чем-то, вроде, нравишься». А ты начал приставать к нему с требованием: «Выходи за меня». – Вот это полный пиздец, – опять втиснулся в разговор Денки. – Не представляю, как тогда русалки взаимодействуют друг с другом, если любую протянутую вещь принимают за обручальное кольцо. Ни дать пиво подержать, ни ключ на десять не попросишь. – На самом деле, все зависит от того, как ты протягиваешь предмет или как его принимаешь, – заметила Мина, указательным пальцем поправляя невидимые очки ученого. – Не знаю, правда, какими жестами подкреплена «дружеская» передача предмета. Думаю, они еще свои «слова» могут использовать, чтобы пояснить значение своих действий. Но для «подарка», точно помню, важна демонстрация предмета и предложение его напрямую от себя к партнеру с ожиданием, что тот примет его сам. Кириии, – протянула с осознанием девушка, медленно повернув голову к Киришиме. – Ты молодец, конечно, чувак, – покачал головой Денки, прекрасно помня, как его друг вот буквально только что рассказывал, как именно давал предметы русалке. – Все как надо делал, не осознавая этого. – Твою ж медь, – простонал невнятно Киришима, так как всегда именно после демонстрации предмета, он протягивал его Кацуки, ожидая, что тот возьмет посмотреть. Теперь понятно, почему русалка поначалу зло скалилась, когда ей что-то протягивали, а когда начала принимать «подарки», то делала это с таким гордым видом, словно говорила: «Это полное дерьмо, но сделаю тебе одолжение и возьму». Самый прикол в том, что в последнее время особых усилий Киришиме не требовалось, чтобы Кацуки взял от него что-нибудь. Кацуки, конечно, поломается, скорее, для вида, но резво отбирает у Киришимы предложенный предмет до того, как парень уберет его, решив, что русалке это не интересно. И почему Киришима не догадался поговорить с Ашидо о русалках? Он же прекрасно знал, что девушка фанатеет по русалкам, потому могла ответить почти на все вопросы, связанные с ними. Киришима серьезно тупанул. – Так что именно Киришиме надо «обратить в худшую сторону», чтобы Кацуки его разлюбил? – поинтересовался у Ашидо Каминари, решив, что она уже все придумала, но от себя добавил: – Я вот ума не приложу, что делать, кроме, как не давать русалке больше ничего и отказывать в прикосновениях. – Ничего не дарить и не прикасаться друг другу – основные два правила, - кивнула Денки Мина, соглашаясь с его идеями. – Так же, думаю, не следует «играть» с Кацуки, пытаться развлечь и вывести на «общение». Пусть думает, что ты потерял к нему интерес. – Грубо как-то так сразу, – нахмурился Киришима. – Подарки таскать не буду. От прикосновений воздержусь еще. Но совсем не «общаться» с ним, я не смогу. Мы ж в одном аквариуме. И жалко его будет. Подумает, что я ненавижу его после этого, – указал кивком головы в сторону своего прокушенного плеча, неосторожно вызвав тем самым боль. – Надо как-то мягче, что ли. – На «мягче» уйдет много времени, – не поддержал его Денки. – Ты, может, здесь еще неделю продержишься от силы. Шото и Изуку должны со дня на день вернутся в этот аквариум – ты будешь не нужен. Лучше, если вы с Кацуки быстро поссоритесь и разбежитесь. – Вот легко сказать, чем сделать, – Киришиму не устраивало «быстро». Естественно, ему хотелось ради блага Кацуки расстаться как можно скорее. Но дело в том, что Киришима ставил себя на место Кацуки и пытался понять, что бы чувствовал на его месте. И ему эти чувства очень не нравились. Только одна мысль о том, что тот, кого ты нарек своим партнером, резко начал тебя игнорировать, а ты не понимаешь причину, приносила боль. – Прости, но тебе придется игнорировать Кацуки, – хоть Мина не отреклась от предложенных идей для расставания русалки и Киришимы, но в ее голосе слышались явные нотки сочувствия. Очень вероятно, что ей тоже было жаль Кацуки, однако это не та ситуация, когда чувства превыше разума. Не надо быть гением, чтобы понять, что ничего из этой односторонней любви не выйдет. – Ты-то сам, что к русалке чувствуешь? – поинтересовался Денки, почему-то застав этим Киришиму врасплох. – Не смотрите на меня так. Особенно ты, Ашидо. Просто у меня сложилось такое впечатление, что Киришима был бы не против оставить все так, как есть, если бы не его уход с работы и последующее страдание русалки. Так что скажешь, Киришима? – Ничего, – поспешно выпалил он и, когда первый гул в ушах из-за паники притих, пояснил. – В смысле, ничего запредельно сложного. Мы только бро по рыбьему хвосту. Это моя работа. Общаться с ним. Я считал нас друзьями. До этого разговора. – Так он – работа, друг или бро? – решил уточнить Денки. – Ты сам запутался. – Честно, у меня сейчас реально каша в голове, – признался Киришима, массируя свою шею со стороны укуса, тем самым вызывая очередной приступ боли. – Но точно скажу, что я никогда не рассматривал русалку, как партнера в отношениях. Я не настолько одинок. Да, Киришима никогда не думал о том, чтобы встречаться с русалкой. Но если быть откровенным до конца, то парень не редко прикидывал в голове, как бы было здорово, встретить Кацуки не в аквариуме, а где-нибудь, скажем, еще в школе. Киришима не мог объяснить, чем, но чем-то вредная русалка ему нравилась. Ведет Кацуки себя высокомерно, вспыльчиво, ворчливо, но если долго с ним плавать, то можно разглядеть и более мягкие стороны его натуры, которые он сдерживает. Было интересно, насколько тяжело дружить с человеком с подобным характером. Если с русалкой Киришима сладил благодаря – будь они не ладны – «подаркам», то чтобы пришлось делать для Кацуки-человека, чтобы он принял тебя в друзья. Только в друзья! Киришима однозначно натурал. «Натурал, который русалке с явно выраженной мужской внешностью позволял себя щупать», – удрученно усмехнулся над собой Киришима. – Теперь ты точно не одинок, раз тебя пометили, – ухмыльнулся Денки. – Он только потенциальный партнер, – напомнила Мина. – И это замечательно. Не очень, конечно. Но замечательно. Русалки могут метить и выбирать между двумя-тремя потенциальными партнерами, пока один из них окончательно не докажет, что лучше других. Есть шанс, что Кацуки переключится на кого-нибудь другого. – На кого это? – одновременно воскликнули парни. – Они в аквариуме в Адама и Еву играют, – Каминари поочередно указал в сторону аквариума и на Киришиму. – Больше никого нет. – Н-да, – задумчиво кивнула девушка, проговаривая тихо, видимо, чисто для себя: – Шото с Изуку в паре, и каждый из них не подпустит к своему партнеру. А до половозрелого возраста их детей очень долго ждать. К тому времени у Кацуки к моменту их половой зрелости может пропасть интерес к спариванию. – Ты сейчас серьезно обдумывала вариант, чтобы Кацуки переключился на детей своих ровесников, – подозрительно покосил на Ашидо Каминари, для пущего эффекта отодвинулся от нее вместе со стулом. – Чувствую, скоро ты меня подсунешь, как вариант на спаривание с Кацуки, лишь бы не твой любимый Кири. – Хм, – продолжала размышлять Ашидо, но уже про себя, совершенно не слушая парня, сидящего справа от нее, в итоге выдала, обращаясь к Киришиме: – Я вот думаю. Почему Кацуки сделал тебя только потенциальным партнером? Реально, в аквариуме больше никого подходящего на эту роль нет, да и сама русалка к тебе неравнодушна. Так к чему все эти лишние ритуалы с меткой? Мог бы сразу ответить тебе взаимностью. Предположу, что либо Кацуки все еще сомневается, что у вас что-нибудь получится, но упускать тебя не хочет, либо он просто соблюдает традиции русалок на уровне инстинктов. Для нас, конечно, выгоден первый вариант. – Как выглядит «ответить взаимностью»? – поинтересовался Киришима, надеясь, что этот «ответ» не произошел не заметно. А то сейчас выяснится, что завтра свадьба до обеда, а после «супружеский долг». «Как, кстати, эти два дела происходят у русалок?», – теперь Киришиме это очень интересно. – Подарить что-то в ответ, – просто ответила Мина и тут же спросила: – Он тебе ничего не давал? – Пытался дать, – вспоминая, поморщился Киришима и, до того, как друзья шокировано ахнули, пояснил: – Разрезанную рыбу, чтобы я голыми руками вынул потроха. – Фух, – выдохнула Мина, помахав рукой перед своим лицом, словно веером. – Еда не считается, к счастью. – И ты вынул потроха? – скривился Денки и еще раз отодвинулся вместе со стулом, только на этот раз от Киришимы. – Меня чуть не вырвало, так что нет. – Неженки, – фыркнула на них Ашидо. – Но хорошо, что ты этого не сделал, – впервые за весь диалог похвалила она Киришиму. – Русалка для выживания рыбу убивает и потрошит – ей можно. А тебе за просто так, не одобряю, – и, хлопнув в ладоши, заявила, что: - Завтра, Кири, ты ни в коем случае не щупаешься с Кацуки, не даешь ему ничего, а также сам ничего не принимаешь. Попробуем внушить Кацуки, что ты больше не заинтересован в спаривание с ним, – Киришима успел только пискнуть в оправдание «Я и не был…», как девушка затараторила вновь. – Было бы прекрасно, если бы Кацуки сам отказался от тебя. Но как это сделать? Что привлекло в тебе русалку? Улыбка у тебя очень обаятельная, на самом деле. С этим надо что-то делать. – Если предложишь выбить зубы, сама будешь потом ему еду пережевывать, – не мог не вставить свой подкол Денки. – Старайся не улыбаться так часто, - проигнорировала Ашидо шутника, продолжая давать советы Киришиме. – Волосы яркие. Нет, Каминари, мы не будем его брить. Помнится, Кири, ты говорил, что Кацуки раздражают ленты в твоих волосах. Начни снова их заплетать. Что еще? С твоим сексуальным телом… Боже мой, Каминари, захлопни рот и не открывай до завтра. И да, Кири, ты выглядишь слишком горячо в роли русалки, что удивительно, как от тебя еще в аквариуме вода не вскипела. Только вот, думаю, русалку больше заинтересовало, что тело у тебя выглядит здоровым и сильным. Короче, с твоим сексуальным телом будет посложнее. Жаль, что запрещено лезть в одежде в аквариум. И русалкам не положено быть одетыми – образ теряется. Еще виден этот укус… Укус, кажется, опух. – Плечо немного онемело, – обеспокоено пожаловался Киришима, ощупав место укуса. Реально плечо стало немного больше, словно раздулось. Что там Каминари говорил про бешенство? – Вот и решена проблема с сексуальным телом, – тут же открыл свой рот Денки. – Ампутируют половину торса из-за заражения. – Быстро собирайся, – вскочила Ашидо со стула и кинулась к вещам Киришимы, чтобы помочь ему одеться. – В медпункт пойдем? – предположил Киришима, но друзья одновременно тревожно, отрицательно замотали головами. Очевидно, что они не хотели, чтобы про укус донесли начальству, так как начнут выяснять, как и почему это произошло. – А куда? – В больницу, конечно, – Мина разблокировала свой телефон и зашла в приложение. – На такси. Боюсь, в метро ты не протянешь долго. – Не так все страшно, – оценил свое плечо Киришима, но паника за свое здоровье никуда не делась. – Что я в больнице скажу? Здесь явный след зубов виден. На собаку не похоже. – Ты взрослый парень. Скажешь, что с подружкой увлеклись немного, – подал идею Каминари, который явно собирался вместе с Ашидо и Киришимой до больницы. – Не думаю, что докторов такой фигней удивишь. Вот если ты залетишь от русалки. – Предлагаю выкинуть его из такси во время движения, – серьезно обратился к Ашидо Киришима, закидывая свой рюкзак на здоровое плечо. – Предложение принято, – не менее серьезно кивнула та, забирая свои вещи. – Вдвоем мы его точно вытолкаем. – Чур, я сажусь рядом с водителем, – поспешно вставил Каминари, вслед за друзьями покидая помещение и запирая двери на ключ. На следующий день Киришима был вынужден уйти на дополнительный выходной, так как рана на плече, на которую, обработав обеззараживающими средствами, наложили повязку, нуждалась в покое. Плюс к этому парень изрядно вымотался, проведя остаток дня в больнице. Впрочем, как и его друзья, которые отсидели в больнице с ним, несмотря на то, что Киришима уверял, что справится один, и просил их ехать по домам, отдыхать. Радовало то, что Каминари не лез со своими шутками. Зато приставал с флиртом к девушке-рокерше. Бедняжка и так страдала из-за того, что вынуждена сидеть в очереди с порванной мочкой уха, так еще пришлось вторым ухом слушать подкаты назойливого, незнакомого парня. Денки не остановило даже то, что у девушки в сумочке оказался шокер. Ашидо и Киришима давно считали, что их друг заслужил поучительный удар током, но не думали, что это таки случится. Доктора и в самом деле не сильно удивились укусу на плече Киришимы, только заметили, что зубы у «его девушки» странные, судя по ране. Но когда парень неловко улыбнулся, показывая свои акульи зубки, те сказали только: «Ясно». Вероятно, Киришима с такой улыбкой выглядел, как неформал, но он ничего со своими неестественно острыми от природы зубами не делал. Взяв дополнительный выходной прямо перед двумя нерабочими по графику днями, Киришима впервые за долгое время ушел отдыхать на целых три дня. И это были, наверное, одни из самых тяжелых его выходных. Все из-за того, что Киришима с тревогой ожидал того, что должно случиться в день его возвращения на работу. Киришиму беспокоило, что у него не получится расстаться с Кацуки, и тот перейдет на новую ступень в их «отношениях». Ашидо несколько раз предостерегла, чтобы Киришима не смел принимать «подарок» от русалки, и парень, естественно, этого делать не будет. Но это не отменяет того факта, что русалка, по словам все той же Ашидо, вполне может продолжить ухаживать за Киришимой, плевав на его отказ. Честно, парня больше волновало, что Кацуки будет страдать из-за безответной любви чем то, что он, Киришима, стал любовным интересом русалки. Это парень как-нибудь переживет, а вот что будет с русалкой? Действительно ли она доведет себя, скучая по Киришиме? Киришима вернулся на работу только через три дня, умудрившись не выспаться из-за того, что подсел на какой-то проходной сериал, но досмотрел его, потратив на это ночь, словно парень не сможет жить дальше, если не узнает, чем закончился сезон. На самом деле сериал он начал смотреть потому, что ему не спалось. Ашидо, у которой выпали рабочие дни на его выходные, отправила с телефона запись того, как Кацуки зависал около входа в аквариум, откуда всегда появлялся Киришима. Девушка еще подписала: «Он там плавает с самого утра. Угадай, кого он ждет?» Киришима начал переживать, так как русалка и в самом деле ждала его и не понимала, почему его нет. – Подводный Хатико, блин, – недовольно фыркнул Киришима, после чего печально вздохнул, перечитав свою с Миной переписку: Мина Ашидо: «Ты как?» Вы: «Все ок. Уже не болит. На работу выйду вовремя». Мина Ашидо: «Рада за твое плечо. Но я не про это спрашивала». Мина Ашидо: «???» Вы: «Он все еще там?» Мина Ашидо: «Погоди, я не рядом». Мина Ашидо: «Пришла». Мина Ашидо: «Все еще там :-(». Вы: «Я выезжаю». Мина Ашидо: «Куда собрался?» Мина Ашидо: «Сюда?» Вы: «Может, ему станет лучше, если увидит меня в зале». Мина Ашидо: «Даже не думай!» Вы: «?» Мина Ашидо: «Он должен привыкнуть, что тебя может не быть. Сегодня первый день. Может, обойдется?» Вы: «Думаешь?» Мина Ашидо: «Посмотрим». Мина Ашидо: «Надеюсь».       Выйдя с выходных, Киришима чувствовал себя разбитым. – (Зевок) Еще раз зевну так широко – сломаю себе челюсть, – сказал Киришима сам себе и, продолжая зевать, быстро и профессионально накладывал на себя грим, считая, что Ашидо все равно справилась бы с этим лучше, но она сегодня на выходном. – Поднимись, прошу, со стула и помоги мне с плавниками, – обращается он к играющему во что-то на телефоне Каминари, глядя на того за своей спиной через маленькое зеркальце. Тот вел себя так спокойно, словно у них нет проблем с влюбленной в человека русалкой. Освещение в помещении было ужасным и не везде равномерным, от чего Киришима, найдя идеальный источник света, старался, пока красится, не потерять его, потому за всеми действиями своего друга следил через отражение. Друг мог и проигнорировать просьбу, пока не пройдет уровень, а времени на это нет. Но, к счастью, задницу свою Каминари соизволил поднять. Пока Денки, матерясь сквозь зубы, возился с плавником на спине, Киришима успел закончить с гримом на лице и заняться чешуей, которую необходимо было приклеить на ключицу, плечи и предплечья. Парень предпочел бы без Ашидо этим не заниматься, так как у него все равно выходило не так хорошо и требовало больше времени, чем у девушки, но на этот раз были причины, чтобы сделать это обязательно. Киришима хотел с помощью чешуек немного замаскировать укус, чтобы он был не так ярко виден. Плюс ставка делалась на то, что если Кацуки увидит, как его потенциальный партнер прячет метку, то может оскорбиться и разорвать отношения. Потому Киришима, сжав зубы, заклеивал след от укуса. Получилось неплохо, только если раньше искусственная чешуя была «разбросана» по верхней части его тела, то теперь большее ее количество было сосредоточено на плечах, редея к шее и предплечью. Пришлось даже достать запасную, еще не распакованную, маленькую баночку с искусственной чешуей, чтобы хватило. На самом деле, Ашидо не распаковала именно эту баночку потому, что в ней были чешуйки ярко-оранжевого цвета, которые не очень подходили к искусственному хвосту Киришимы. Киришима на свет рассмотрел одну из ярко-оранжевых чешуек и увидел многоконечную звезду, которая своей формой больше походила на взрыв. «К его плавникам подходит», - печально подумал парень, помня, какие у Кацуки «взрывные» плавники с оранжевым обрамлением. После чешуй настало время перейти к лентам-водорослям. Все же Киришиме без них было лучше, но так как они не нравились Кацуки, пришлось вплетать их в волосы. Тем временем Каминари уже разложил на полу искусственный хвост. Киришиме осталось только лечь на пол и засунуть ноги в хвост русалки. – Чувак, ты словно в первый раз ныряешь, – Денки заметил, что Киришима дрожит, погружаясь в воду аквариума. – Что тебя так трясет? – Прыгай ко мне – поймешь, – ответил парень, привыкая к холодной воде, а мысленно огрызнулся: «Словно не знаешь, от чего меня может трясти». – Нет, спасибо, – мотнул головой Денки, на руках которого отчетливо выступила гусиная кожа. – Только глядя на тебя, я замерзаю. Постарайся сегодня. Ты же понимаешь, про какое «постарайся» я говорю, – дождавшись кивка в ответ, продолжил: – Увидимся в перерыв. Чем будешь согреваться? – Кофе, – бросил Киришима и, набрав в грудь воздуха, а в кулаки решимости, нырнул, предварительно прихватив с собой баллон с кислородом. Киришима очень надеялся, что выходные аукнутся ему тем, что их с русалкой «любовь» вернется на уровень «дружба». Однако в случае с Кацуки, скорее всего, сразу будет первоначальный, нулевой уровень. Русалка вечно кидается из крайности в крайность. Но нулевой результат – тоже положителен в сложившейся ситуации. Стоило Киришиме проплыть немного вниз, как его огрели хвостом по спине. От этого парень, выплюнув большую часть воздуха, выронил баллон с кислородом и начал задыхаться. Киришима был готов уже хлебнуть легкими воды, как его подхвати под грудь и с невероятной скоростью вытащили на поверхность. Откашливаясь, Киришима попытался сообразить, где он, и что происходит, но тут услышал голос Каминари. – Вот же херь, – это звучало больше испугано, хотя отголоски удивления присутствовали. Вот теперь Киришима понял, где он. Русалка, которая чуть его не убила, вытащила Киришиму к выходу из аквариума. Видимо все произошло так быстро, что Денки не то что не покинул помещение, но и даже не успел закрыть вход в аквариум. – Вот же хрень, – повторил Денки, шокировано глядя не на друга, а на Кацуки, который находился за спиной Киришимы и, обвив того руками поперек груди, прижимал крепко к себе, тем самым придерживая его над водой. На «Вот же хрень» русалка зашипела прямо над ухом Киришимы. Киришима, чувствуя боль в спине, протянул свою руку и ухватился за бортик аквариума, планируя выбраться наружу и немного придти в себя. Он думал, Кацуки его не отпустит, но ошибся, тот наоборот подтолкнул его ближе к бортику. Русалка оказалась умнее Денки, который сообразил, что надо помочь другу выбраться из аквариума только тогда, когда тот рукой ударил его по ноге. – Он не выберется? – с беспокойством спросил Денки, волоча за руки тело Киришимы по полу. – Он может? – Почем знать, – отмахнулся Киришима, тяжело дыша больше от того, что испугался, когда получил под водой удар по спине. Хорошо, что толком наглотаться воды он не успел. А вот спина от удара зудела болью. – Ага, – неопределенно кивнул Денки, не сводя глаз с входа в аквариум. – Что произошло-то, а? – Закрой, – приподнявшись на локтях, напомнил ему Киришима наказ Ашидо, которая всегда ответственно относилась к тому, чтобы аквариум с русалкой был закрыт. Она и парням постоянно это твердила. Сегодня Каминари должен был проследить, чтобы за Киришимой закрывались «все двери». Он и проследил. Послышался всплеск воды. – Ой-ей! Нет, – подскочил на месте Денки, как козлик. – Нет-нет. Киришима мог посмеяться над прыжками друга, если бы сам не оторопел, когда увидел, что Кацуки благополучно уселся на бортик аквариума и начал с интересом осматривать помещение, в котором оказался. – Киришима, спихни его обратно, – просит Каминари шепотом, не решаясь сделать и шагу по направлению к русалке. – Я-то почему? – возмутился Киришима, от чего-то тоже шепча. – Ты лохонулся с единственным, что лично тебе поручила Ашидо. – Но я не хочу к нему подходить, – признался Денки, пожалуй слишком громко, от чего русалка обратила на него внимание. – Видишь? У него взгляд, как у хищника. – Да надо же, кто испугался, – саркастично возвел глаза к потолку Киришима, вспомнив, как Каминари веселило то, что он, Киришима, боялся находиться с русалкой в одном аквариуме. – Русалки не агрессивны к людям, дружище. Они же ручные. Иди, вон, погладь. – Чувак, ну, пожалуйста. К тебе-то он привык. Ты ж у него в невестах плаваешь. Это так, уж не отрицай. А если ему вздумается проползти дальше, и он поранится? Нас же уволят. Вдруг заставят оплатить лечение? Это в лучшем случае. Хуже будет, если Ашидо узнает. Весь диалог Киришима и Каминари не сводили взгляда с русалки. Та, к счастью, не пыталась выползти дальше. Единственное, чем она занималась, это изучала окружение, посматривая на парней лишь тогда, когда они в процессе диалога изменяли свою интонацию. Кажется, русалка чувствовала себя вполне комфортно, сидя на бортике аквариума. – Ладно, попробую. Но он очень упертый, – зная Кацуки, Киришима заранее приготовил себя к тому, что русалка не сдвинется с места, пока сама это не захочет. – Только клянись, что не будешь комментировать мои методы переговоров с русалками. – Клянусь. Делай, что считаешь нужным. И под «нужным», как я понимаю, тебе придется забыть о запрете… – Прикасаться к нему. Да, придется. Перед Ашидо ты отчитываешься, усек? – Только если она узнает, – тихо протянул Денки, словно неуверенно, что это можно скрыть от девушки. Киришима, чувствуя боль между лопаток, подполз, хвостом вперед, чуть ближе к краю аквариума и остановился, так как Кацуки, скорчив злую гримасу, на него зашипел. – Что это он? – испугался Каминари. – Я бросил его на три дня, – ответил Киришима. – Как ты думаешь, почему он зол на меня? – парень, игнорируя шипение, продолжил ползти вперед, пока не оказался на бортике аквариума рядом с Кацуки, свесив хвост в воду. Кацуки не был доволен, что Киришима устроился рядом, однако, кроме гневного взгляда и шипения, ничего более не делал. Вздохнув, парень осторожно положил свою руку на плечо Кацуки, которым тот сразу нервно дернул. Однако Киришима руку не убрал, а осторожно начал водить ладонью от плеча к шее, ощупывая контуры закрытых жабр, и обратно. Кацуки какое-то время еще щетинился, но все же поддался на успокаивающие прикосновения. – Ладно, – спокойно проговорил Киришима, ласково улыбаясь русалке, хоть Ашидо и просила, больше этого не делать. – С этим мы справились. Осталось решить, как тебя вернуть в воду, – продолжал он гладить плечо Кацуки, при этом чувствуя, что спина у него не просто болит, а горит в месте удара от каждого движения рукой. Русалка точно не спешила в воду, ей куда интереснее было сидеть на бортике аквариума и принюхиваться, судя по вздымающимся ноздрям, к запахам, витающим в помещении. Киришиме даже стало интересно, отличается ли восприятие запахов у русалок от человеческого. Возможно, что да, раз Кацуки морщил нос, хотя в помещении не было ничего, чтобы дурно или резко пахло. Но неприязнь могла быть также и с непривычки или от того, что обоняние повышено, потому запахи могли быть для русалки резче. Кацуки, немного понюхав окружение, наклонился к Киришиме достаточно близко, чтобы почти касаться его шеи своим носом как раз с той стороны, где находилась скрытая под искусственными чешуйками метка. Киришима настороженно застыл. Парень точно знал, что не должен пахнуть ничем таким, что могло иметь резкий, раздражающий запах. Ему запрещалось пользоваться дезодорантами, духами и прочим перед погружением в аквариум. Настораживало другое. Кацуки обратил свое внимание на плечо парня, где за чешуей скрывался укус. Киришиму бросило в жар, когда русалка, не поднимая головы, посмотрела на него исподлобья. – Вот же хрень, – в очередной раз за сегодня воскликнул Денки, спугнув русалку, от чего та вновь зашипела, но не на Киришиму. – Я же просил, не комментировать, – строго напомнил ему Киришима. Надо было попросить Каминари выйти ненадолго. – Да я не про это. Ваше. Ты совсем боли не чувствуешь? – Денки показал в воздухе прямую линию, идущую наискосок. – Тебя словно плетью огрели по спине. Я бы предположил, что у тебя выходные были интересные, но с утра этого не было. Киришима, точно маленький, сразу же попытался потрогать свою спину, хотя боль и так чувствовал. От лишних движений рукой и от прикосновения собственных пальцев стало только хуже, от чего парень несдержанно шикнул. Кацуки сразу отпрянул от Киришимы с растерянным, даже испуганным видом. Но уже через секунды три, видя, что парень не проявляет агрессии, русалка скривила недовольное, задумчивое лицо. Не хило Киришиму русалка по спине ударила, что место ранения быстро распухло, стало горячим и немного кровило мелкими, как от когтей кошки, царапинами. Еще бы! У Кацуки очень острые хвостовые плавники. Если бы не искусственный плавник на спине Киришимы, который, кстати, распался надвое в месте удара, то рана могла бы быть серьезнее. – Снова в больницу? – предположил Денки. – Нет, оно не сильно болит, – соврал Киришима. С такой раной его могут отправить на больничный, а парень не хотел тратить оставшиеся до своего увольнения дни впустую. Чем больше Киришима находится дома, тем меньше у него шансов разонравится Кацуки. Пока парня нет, русалка только тоскует, а если он будет каждый день показывать себя не в лучшем свете, то ей это надоест, и она разорвет отношения. Плюс Киришиме нужны нормальные деньги за последние рабочие дни. Так что больница отменяется. Однако спина беспокоит. – Отлепи это, – указал на свою спину Киришима, так как порванные, искусственные плавники раздражали свежую рану. Пытаясь убрать плавники самостоятельно, отлепив только малую часть, парень извернулся так, что оказался спиной к Кацуки. Каминари сделал неуверенный шаг к другу, но тут же сразу три решительных назад. Одновременно с этим Кацуки схватил Киришиму руками за плечи, не давая двинуться с места или повернуться, и неодобрительно зашипел. – Он шикает на меня, – испугался Денки. – Давай, как-нибудь сам отползай от него. Я не подойду. – Не могу, – Киришима даже не попытался двинуться с места, так как прекрасно чувствовал, что чужие руки держат его крепко. – Он не отпускает. – И? – Отойди еще дальше. Думаю, ты его напрягаешь. – Без проблем, – Денки отошел максимально далеко, пока не уперся спиной во входную дверь. Кажись, это сработало. Давление чужих рук на плечи Киришимы ослабло. А одна рука вообще исчезла с плеча. Киришима вздрогнул, когда с его спины начали медленно отклеивать искусственные плавники. – А он точно не понимает, о чем мы говорим? – удивление Каминари вполне можно было понять, ведь русалка делала именно то, о чем просил Киришима его, Денки, говоря человеческим языком. – Нет. Зато неплохо, даже хорошо разбирается в жестах и мимике, – пояснил Киришима, больше не чувствуя плавников на своей спине, и добавил: – Когда ему самому это интересно. – Охренеть просто, – это прозвучало довольно искренне заинтересовано от Денки, хотя такой тон больше свойственен Мине, чем ему. – А в аквариуме он рыба-рыбой выглядит. Только с человеческим лицом. Ты когда еще о нем рассказывал, я подумал, что преувеличиваешь. Но он реально на подводного дикаря не похож. Молчу, – тут же заткнулся парень, так как что русалка, что Киришима, не сговариваясь, посмотрели на него неодобрительно. Киришима из-за того, что тот не очень хорошо отзывался о Кацуки. А Кацуки потому, что Денки разговорился. У Киришимы пробежали мурашки по спине, когда Кацуки легонько провел возле шрама пальцем, осматривая. Русалка что-то пробухтела на своем языке, мимолетно прошлась пальцами по плечу с меткой и вдарила своей пятерней по спине парня. Киришима, коротко вскрикнув, подпрыгнул, тем самым заставив Денки тоже, закричав, испуганно подскочить, ударяясь затылком об входные двери. Киришима чуть не соскользнул с бортика аквариума в воду, но Кацуки вовремя подхватил его за талию и притянул к себе так, чтобы их бедра соприкасались. Из-за боли в спине парень это как-то проигнорировал, сгибаясь пополам и упираясь лбом в свои же колени, от чего одна из рук русалки оказалась сжата у него под животом. – Бляха, – тихо протянул Денки, потирая ушибленный затылок, но больше ничего, на удивление, не произнес. Боль утихла довольно быстро, поэтому Киришима с удивлением смог почувствовать, что его осторожно гладят по спине, не задевая раны. Кацуки теперь жалеет его что ли? Сам побил, теперь жалеет. Но, если быть откровенным, то от поглаживания шел приятный мороз по спине Киришимы. Холодные ладони русалки немного успокаивали разгоряченную из-за свежей раны кожу. Киришима встрепенулся, резко вспомнив, что все эти прикосновения должны быть под запретом. Поэтому он сел ровно и отодвинулся от Кацуки, который не очень охотно отпустил его от себя. Но все еще у парня оставалась проблема с тем, чтобы вернуть русалку в аквариум. Киришима аккуратно спустился в аквариум, стараясь не шипеть от того, что рану адски защипала вода, и, повернувшись к Кацуки, позвал его за собой жестом руки. Тот на это только дернул хвостом, хмуро и высокомерно смотря сверху вниз на парня. Киришима нырнул, уплыл вглубь, подождал, но Кацуки так и не последовал за ним. Видимо, русалку задело, что потенциальный партнер оттолкнул ее, когда та попыталась проявить заботу. Вынырнув, парень заметил, что Кацуки его игнорирует и занимается тем, что запугивает своим прищуренным взглядом Каминари, который скулил из другого конца помещения: «Киришима? Куда ты смотался? Не бросай меня с ним. Киришима, пожалуйста, забери его». Делать нечего, придется извиняться перед русалкой. И опять нарушить запрет на прикосновения. Вздохнув, Киришима подплыл ближе к Кацуки, от чего тот слегка показал оскал. Но парень не сильно испугался этой наигранной дикости, потому аккуратно прикоснулся к хвосту русалки. Это было впервые, когда Киришима трогал хвост Кацуки, раньше он, почему-то, не думал этого делать. Настоящий хвост совсем не такой, как искусственный. У искусственного все чешуйки прощупываются как-то остро, колюче и нередко выбиваются из общей композиции, ложась неровно. У настоящего же хвоста чешуйка к чешуйке, от чего он на ощупь гладкий. Правда у Кацуки Киришима нащупал несколько старых повреждений, где чешуя была выдрана, имелись побелевшие рубцы. Вероятно, именно эти шрамы русалка получила, когда стрессовала из-за того, что Изуку и Шото пропали из аквариума. Очерчивая пальцами контуры шрамов, Киришима поднял голову вверх, чтобы посмотреть на реакцию русалки. Та хоть и не отталкивала парня, но взгляд отвела в сторону, словно ей неловко за эти раны на своем хвосте. Похоже, что Киришима сделал что-то не так, раз вызвал такую реакцию. Но он же, не зная, чем себя отвлечь в эти выходные, читал, что у русалок довольно чувствительный на ласки хвост. «Но чувствительный он только в определенном месте», – стыдливо вспомнил Киришима, что читал предложенную Ашидо для ознакомления небольшую, краткую статью о размножении русалок. Ради интереса. Интересно оказалось то, что русалки, несмотря на схожесть с людьми, именно любовью не занимаются, а спаривание заключается в «сунул-спустил-вытащил», грубо говоря. Получалось, что секс не приносил им удовольствия, кроме осознания, что выступающий в роли самки партнер оплодотворен. Именно в том месте, где находятся половые органы, хвост русалок более чувствительный. Однако прикосновение к этой части хвоста возбуждение не вызовет, только приятные ощущения. «Все равно, что погладить кого-то по голове», – заверял себя Киришима и подтянулся еще ближе к Кацуки, чтобы суметь спокойно достать рукой до передней части его хвоста на уровне бедер, где, если переводить на человека, должна быть промежность. Кацуки напрягся, когда его хвост потрогали, чувствительно надавив, в определенном месте, и посмотрел на парня так удивленно, что даже забыл по стандарту нахмуриться. Киришима заранее выяснил, что такое прикосновение не является приглашением к спариванию, однако русалки обычно себя там не щупают. И видимо, для Кацуки такое было впервые, так как его действия стали какими-то неопределенными. То он смотрел на парня, то отворачивался, то снова смотрел, то приподнимал хвост, чтобы им оттолкнуть «раздражителя», но не делал этого, то поджимал плавники, то клал руку на плечо Киришимы и, едва коснувшись, убирал ее. И все это за несколько секунд. В итоге Кацуки оперся руками за своей спиной, откинулся верхней частью туловища назад, подставляя свои бедра ближе к ласкам, и со смесью интереса и наслаждения смотрел на парня, при этом едва хмуря брови. Только русалка осознала, что ей это нравится, как Киришима прекратил и, снова жестом позвав ее за собой, нырнул под воду, отплывая в сторону. Кацуки, к счастью, практически сразу же нырнул за ним, после чего выход из аквариума моментально закрылся. – Как спина? Норм? Рана выглядит страшно, но не очень. Где твои ленты и чешуя? – в обеденный перерыв Каминари оперативно помог Киришиме выбраться из аквариума и отползти в сторону, после чего поспешил закрыть на замок выход. Видно, что ему хватило одной встречи с Кацуки, чтобы усвоить урок, что аквариум надо закрывать. – Вот, – Киришима разжал кулак и показал несколько искусственных чешуек. – И вот, - указал он на запястье другой руки, где, как браслеты, были намотаны ленты-водоросли. – Все, что смог собрать. Кацуки зажал меня в пещере, расплел волосы и с плеча чешую счистил. Для него не было это намеком, что «нам надо расстаться». Он просто сделал так, как ему нравится. – Ясно. Так ты хоть придерживался плана ничего не дарить и не лапать друг друга? Хотя ты его уже полапал сегодня. Не по-дружески. Точно. Каминари же видел, где именно трогал русалку Киришима. – Это по твоей вине пришлось сделать, – Киришима, как только ему расстегнули хвост, начал сгибать и разгибать ноги, приводя их в чувства, после чего поднялся. – Как только мы оказались в аквариуме, я его и пальцем не тронул. А вот он меня несколько раз хватал, – парень решил упустить, что хватал его Кацуки в основном потому, что хотел, чтобы тот снова потрогал его хвост в «определенном» месте. В этом Киришима сам виноват, за что теперь корил себя. Надо было попробовать что-нибудь другое, а не сразу прибегать к радикальным мерам, чтобы заманить русалку в аквариум. – И ты позволял ему себя хватать, да, – Денки запустил в Киришиму полотенцем. – Мне в запертом аквариуме особо деваться некуда, – заметил парень, перехватив в полете полотенце до того, как оно хлестнуло его по лицу. – Я сопротивлялся, как мог. Да, Киришима постоянно вырывался из объятий русалки, но та настырно продолжала делать то, что делала. – Но Кацуки хотя бы немного догадался, что ты не хочешь быть с ним? – с надеждой спросил Каминари, спокойно передавая в руки Киришимы горячий Кофе. – Не знаю, честно. Не уверен, – Киришима, погрев руки об бумажный стакан, сделал один большой, неосторожный глоток, обжигая себе небо, и поставил Кофе на ближайший стул. – Его поведение не сильно отличается от того, что происходит обычно. Парень быстро оделся и впервые решил не смывать с лица косметику, подумав, что прикрыться капюшоном худи – вполне достаточно. Просто очень хотелось в туалет, потому тратить время на смывание косметики не было сил. - Куда с лицом разукрашенным? – попытался остановить его Каминари. - Мужик, очень надо бежать. Пойми. - Блин. Ладно. Тебе повезло, что я – не Ашидо. Только не попадись никому из персонала. Пока Киришима бегал до туалета, стараясь смотреть исключительно себе под ноги, чтобы никто его разукрашенного лица не увидел, ему неожиданно пришла в голову мысль. Но для этого придется снять весь макияж. – Тебя там прихватило? – спросил Денки, когда Киршима вернулся в помещение с аквариумом значительно позже, чем должен был. – Нет, меня перехватили, – ответил Киришима, раздеваясь. – Охранникам показалось очень подозрительно, что я прячу лицо. Поймали. Попросили сфотографироваться. – Ну ладно, а то я думал, зря стол накрывал, – Денки указал на пиццу и салат, которые он успел за это время закупить на обед другу. – Ооо, спасибо, – парень чуть собственной слюной не захлебнулся, когда увидел еду. – Разрешаю сдачу оставить себе. – Великодушно, – ответил Каминари, фыркнув. – Если учесть, что платил я с твоей карточки, – и демонстративно положил зарплатную карточку друга обратно ему в рюкзак, где взял. – Иа туф кофе пфомял, – промямлил Киришима, захватив огромный кусмень пиццы в рот, и, прожевав, повторил: – Я тут кое-что понял. Кацуки ни разу не видел мое настоящее лицо. Я постоянно в гриме плаваю. А с этим гримом я – не я. Черты совсем не те. Так я подумал, что если я смою всю косметику с лица, то могу ему разонравиться. – Внатуре, – Денки тоже загорелся этой идеей. – Твое простецкое лицо сразу его отпугнет. – Какое у меня лицо? Повтори, – прищурился Киришима, в шутку сильнее сжимая одноразовую вилку для салата, чтобы продемонстрировать свои накаченные мышцы. – Фак, - сломал случайно вилку. – У тебя стандартное человеческое лицо. Есть вся атрибутика: нос, глаза, рот. Но все просто, не примечательное. Уж прости, но это факт. – Мило. Я думал, ты шутишь, – Киришиму это немного задело. – А где в этом чемодане средство для снятия косметики, – Денки уже рылся в косметичке и, достав нужный бутыль, уточнил: – Это оно? Ну что ж. Посмотрим, сработает ли. Кацуки дернулся и завис на месте, настороженно смотря на Киришиму. Киришима даже разволновался, что русалка вообще его не узнает. От волнения парень резко испытал нужду подышать, поэтому пришлось срочно нырнуть в одну из пещер. Киришима не сомневался, что русалка приплывет следом. Кацуки долго изучал его лицо взглядом. Или это Киришиме показалось, что долго, так как он ожидал вердикт от русалки. Кацуки заострил свое внимание на правом глазе парня, на нижней губе, которую тот нервно покусывал острыми зубами, на плече с меткой, которая опять была спрятана за искусственной чешуей. У русалки дернулась бровь вверх, когда она с удивлением распознала своего потенциального партнера. Но для достоверности повернула его за плечи спиной к себе, проверяя на наличие свежей раны от своего же хвоста, затем развернула обратно. Схватив Киришиму за подбородок, от чего тот дернулся, безуспешно сопротивляясь, Кацуки покрутил голову парня из стороны в сторону. Все также одной рукой держа Киришиму за подбородок, Кацуки когтями соскреб лишние искусственные чешуйки, оголяя метку, и начал привычно расплетать волосы парня, убирая из красных прядей зеленые водоросли-ленты. Киришима, думая, что завтра у него появятся синяки на лице в виде пальцев русалки, дернулся несколько раз, пытаясь вырваться, но его прижали спиной к стене пещеры. Рана тут же отозвалась болью, до дрожи пробирая тело. Кацуки понял свою ошибку, поэтому тут же притянул Киришиму к себе, отстраняя от стены. Крепко держа парня за талию, русалка убрала руку с его лица. Киришима сразу пошевелил челюстью, проверяя, что все в порядке, и ее не заедает. Проведя рукой по лицу Киришимы от лба к виску и дальше к скулам, русалка удовлетворенно ухмыльнулась. Парню, признаться, было лестно, что Кацуки нормально воспринял его настоящее лицо, но он добивался другого результата. С трудом, но Киришиме удалось вырваться из рук Кацуки. На самом деле, тот сам соизволил его отпустить, искренне, судя по вновь нахмуренному лицу, не понимая, почему тот дергается. Киришима не хотел его обижать, но ему пришлось бросить Кацуки, уплыв из пещеры, и остаток дня стараться его всячески игнорировать. Игнор работал бы лучше, если б Киришима сам все не портил, переживая за русалку, потому не мог не бросать на нее украдкой взгляд. Но с Кацуки не получалось «украдкой». Как оказалось, тот постоянно теперь следил за своим потенциальным партнером. Единственное, что он не делал, это не заплывал за Киришимой в пещеры до конца дня, но всегда провожал до них хотя бы взглядом. Киришиме очень хотелось присмотреться к русалке и попытаться понять, о чем она думает, что чувствует, но нельзя. Если игнорировать, то игнорировать. Поэтому единственным развлечением для Киришимы в аквариуме оставалась работа по привлечению зрителей, чем он и занялся, стараясь отвлечься. Киришима улыбался и весело приветствовал зрителей, предлагая им посмотреть на настоящую русалку, которая маячила за его спиной. Когда же парень начал «танцевать», то сам почувствовал, что все его движения какие-то не такие. Они исполнялись тяжело и были менее энергичными, хотя он делал все так, как обычно. К концу рабочего дня Киришима осознал, что не заметил, как перестал улыбаться. Он словно не развлекал народ своим выступлением, а… плакал этим «танцем». «Что ж это со мной?» – Киришима, исполняя сальто, постарался вернуть себе улыбку, но вместо этого удивленно приоткрыл рот, так как оказался лицом к лицу с Кацуки. Кацуки легко подхватил его так, словно был знаком с тем, как надо располагать руки при вальсе, и, не на секунду не останавливаясь, начал вести. Под его руководством Киришима неосознанно сделал несколько «танцевальных» элементов, повторяя все изгибы тела своего партнера. Они были друг к другу так близко и кружились так быстро, что их хвосты почти скрутились в спираль между собой. Для такого у Кацуки было слишком серьезное лицо. Киришима понял, что русалка поймала его, чтобы «разобраться». Сыграет ли это в положительную сторону, или в отрицательную, парень не знал. – Всплыл-таки! – возликовал Каминари, который, видимо, все то время, на которое Киришима задержался в аквариуме, нервно грыз ногти. – Я уж было подумал, что тебя там оприходовали. И теперь ты живешь в аквариуме. – Закрой быстро крышку, – выбравшись из аквариума, потребовал Киришима, отползая от края на руках. – Кацуки за мной приплыл. – Оей, – спохватился Денки. – Нет, приятель, оставайся в своем домике, – услышал Киришима перед тем, как крышка закрылась на замок. – Так что на этот раз? Я когда сюда шел, видел, как вы вальсировали. Ты чем опять там с ним занимался? – Кацуки сам проявил инициативу, – Киришима махнул хвостом, брызгая с него водой на Каминари, который только после этого сообразил, что надо же помочь с замком. – Раньше он, даже когда я просил, отказывался «танцевать» со мной. Такое чувство, будто он понял, что я хочу сделать отворот-поворот, поэтому уже берет инициативу в отношениях в свои руки. Единственное, что он мне «подарков» еще не делал. Я с трудом от него сейчас отбился. И Кацуки, кстати говоря, доволен моим настоящим лицом, – незнамо зачем похвастался парень, хотя и понимал, что в данной ситуации это скорее минус, чем плюс. – Он точно шизанутый. Я про то, что русалка ухлестывает за человеком, а не про твое лицо. Может, Ашидо что еще за свой выходной придумает, чтобы отвадить от тебя русалку. – Очень на это надеюсь.