Восьмое чудо света

— О чём болтаете? — сказал зашедший в комнату мембер. — Ээ~Тэ, ты чего не спишь? — спросил Пак, переводя взгляд на Ли и замечая, что тот переживает, не услышал ли младший их разговор. — Да там Джун-хён книгу читает, свет включил, лампа ему видите-ли не устраивает, а я сегодня весь день в зале провёл, спать хочу, — злился Ким. — Ты опять всего себя истязал за день? — тут уже разозлился Туан, он не любил, когда Тэхён изводил себя либо тренировками, либо диетами. — Хён, не переживай, я поел сегодня и делал перерывы, как ты и говорил, — лучезарно улыбаясь сказал младший, чтобы не показывать своё истощение, он знал, что Туан-хён больше всех печётся о его сохранности, поэтому не хотел волновать парня. — Я же вижу, что ты очень устал. И когда-же ты ел, уточни пожалуйста, — задал вопрос Ту, прилетевший прямо в лоб Тэ. — Я не помню, и вообще, я к вам спать пришёл, давайте спать! К кому я могу лечь? — ушёл от вопроса Ким. — Давай к Ту-хёну, я последнее время ночью сплю неспокойно, не хочу случайно потревожить тебя, — ответил Чимин, смотря на друга и замечая в его взгляде непонимание. — Хорошо! Ту-хён, я сплю с тобой, двигай свою зёпку, — кинув подушку на мягкую кроватку старшего, он бессовестно улёгся на неё, занимая добрую часть спального места, и начал тихонько сопеть. Туану ничего не оставалось, как лечь, укрыть их обоих одеялом, и уснуть. На утро Тэхён и Туан проснулись не то чтобы в обнимку, младший без единого зазрения совести лёг на старшего, и как коала, свесил ножки и ручки в разные стороны. Ту проснулся от тяжести на себе, хотел её скинуть, но увидев перед своим лицом макушку его любимого, не посмел пошевелиться, потому что совесть не позволила тревожить сон этого ангелочка. Так они пролежали ещё с полчаса, но разбудили их обоих чьи-то крики. Соскочив с кровати, Ту и Тэ пошли в общую комнату, где застали остальных мемберов, наблюдающих за ссорой Чонгука и Чимина: — Я же спросил: «Кто-нибудь будет банановое молоко?», мне никто не ответил, я и выпил его! — громко объяснял Гуку Чимин. — Я спал в то время, когда ты это спрашивал! — также на эмоциях отвечал Чон. — Дак меньше спать надо! — Я у тебя ещё разрешение на сон должен спрашивать?! — Я вообще о другом говорю! — Всё, блять! Иди нахуй, хён! — крикнул Гук и развернулся, чтобы уйти из комнаты. — Извини, но это место давно пригрето тобой! — выкрикнул на эмоциях Пак, тут же закрывая рот рукой, Гук повернулся к нему лицом, его глаза были стеклянными, огромные бусинки слёз текли по его щекам. Он громко заревел и стремительно вышел из помещения, убирая руки хёнов, которые хотели его успокоить. Чимин сразу понял свою ошибку; он вспомнил ту ситуацию, когда, зайдя в его комнату, он застал Гука, трахающего себя резиновым дилдо, тогда они пообещали не вспоминать об этом; а сейчас Пак так грязно напомнил ему об этом. Хотя остальные не поняли сути этой фразы, Минни побежал за Гуком, чтоб извиниться. — Вы хоть что-нибудь поняли? — спросил Туан. — Чимин выпил банановое молоко Гука, и они наорали друг на друга, только вот, почему фраза Чимы так задела его? — объяснил Джин, хотя также оставался при вопросе. Тем временем Чонгук закрылся в ванной и ревел, а Чимин ломился в дверь: — Гуки, малыш, прошу, прости меня, я не хотел снова об этом! Открой дверь! Чон, прошу, я не хотел, я вообще не подумал! Я не хотел кричать на тебя, я очень извиняюсь, прошу, открой дверь! — до чуткого уха старшего донёсся щелчок, и он зашёл в помещение, тут же загребая младшего в крепкие объятия. — Прошу, прости, я не хотел кричать, не хотел напоминать тот случай! Я безумно виноват, мне очень стыдно, бесконечно извиняюсь перед тобой! — Хён, я так и не сказал тогда, кого я представлял в тот момент, я представлял тебя, — сказал Гук и закрыл лицо ладошками от стыда. — Меня? — Чимин охуел, он взял руки Гука в свои, чтоб смотреть ему прямо в глаза, — подожди, ты представлял вместо той игрушки…меня? — Да, хён, мне так стыдно. — Боже, тебе нечего стыдиться, малыш. Скажи честно: я тебе нравлюсь? — «Скажи да! Прошу, скажи да!». — Да, хён, ты мне нравишься. — Божеее, малыш, ты не представляешь, как я страдал, думая, что я для тебя лишь друг. Может тогда начнём встречаться? — Но разве мы можем, хён? — Конечно можем, любовь пола не имеет, тем более мы уже взрослые и давно знакомы и дружим. Дак, что ты скажешь? — Я…я не…не хочу отказывать тебе хён!