Стреляй же!

Утром следующего дня пошёл снег. Антон увидел его сквозь не до конца закрытые шторы собственной комнаты. Внутри него проснулось давно забытое чувство, когда в детстве он, засыпая в гостиной, знал, что утром проснётся в своей постели. По внутренностям разлилось приятное тепло, и парень снова накрылся одеялом по самый подбородок, закрывая глаза и широко зевая.

15 декабря 2003 года.

Зима в этом году выдалась снежная. Первый снег выпал ещё в начале ноября и с того момента почти не таял. Антон любит снег. Да и вообще, покажите мне ребёнка, который в свои пять лет не любит снег. На часах девять утра. Мальчик стоит в одной пижаме коленками на подоконнике и заворожено смотрит на падающие с неба хлопья. Частный сектор, в котором живёт их семья, зимой выглядит, как маленькая деревушка из какой-нибудь самой волшебной из всех волшебных сказок на свете. До нового года осталось меньше двадцати дней, поэтому припорошённые снегом крыши домов были украшены светящимися разными цветами гирляндами. На окнах их красовались снежинки и мишура, а на дверях висели еловые веточки. Да, что уж говорить, у семьи Шастунов тоже всё было готово к празднику. Гирлянды развешаны, снежинки вырезаны, ёлка украшена, даже новогоднее постельное бельё Антон заставил непременно постелить, чтобы ничего «непраздничного», по его мнению, в их доме не оставалось. Письмо Деду Морозу он, конечно, уже тоже написал (ну, не совсем он, но повар Марина, оторванная от варки супа на обед, писала строго под его диктовку). Спрыгнув с подоконника, Антон распахивает дверь своей комнаты и босиком бежит вниз, перепрыгивая сразу через две ступеньки. С кухни, как и всегда, пахнет завтраком, слышны громыхание посуды и приглушённые разговоры. — О, кто к нам пришёл! — тянет Майя, увидев сына в дверях. — Привет. — Антон подходит к матери, и та берёт его на колени. — Доброе утро, сынок. — здоровается отец, читая в газете утренние новости. Антон завтракает манной кашей, пригревшись на коленях у мамы и слушая разговоры про то, что доллар растёт, евро падает, а юани, вообще, заканчиваются (а, возможно, всё было с точностью наоборот, но Антон тогда ничего не понял). Отец уходит на работу сразу после завтрака, а мама, перед тем как уйти, снаряжает сына с няней и отправляет их на улицу. Маленький Антон катается с горок с соседскими ребятами почти целый день, потому что… да, потому что ему всего пять лет, и он имеет на это полное право.

~

На часах уже почти двенадцать. Антон широко зевает и откидывает одеяло в сторону. Впервые за эту неделю он выспался. Правда ради этого пришлось вытрепать себе все нервы, но это, уж поверьте, того стоило. Парень подходит к окну и раздвигает плотные занавески. Снег ещё мокрый из-за плюсовой температуры, но атмосферу он создаёт просто сказочную. Для полного джингл-беллса не хватает только сказанного кофе. Накинув олимпийку поверх растянутой домашней футболки, Антон выходит из комнаты и… «Так, стоп, — останавливает его подсознание, и парень поворачивается лицом к двери — ощущения, как в детстве-это, конечно, круто, но какого хуя я уснул там, а проснулся здесь?» Шестерёнки в голове завертелись, проматывая, словно плёнку, вчерашний день. Антон помнил всё в мельчайших подробностях. Помнит бессонную ночь, разговор с Окс на кухне, не пойманный энергетик, инструктаж, вылазку, ранение Графа, перестрелку, что они слушали в компьютерной, вечерний фильм… И всё. Дальше Антон уснул. Уснул в проекторной. — Бред какой-то… — пробубнил он и всё-таки направился на кухню. Нужно было срочно выпить кофе, и не чашку, а сразу литр, чтоб наверняка. Антон заходит на кухню. Там сидят Нурлан с Серёжей и о чём-то бурно спорят. — …А я тебе говорю, нет. — вздыхает Серж. — Можешь по камерам посмотреть. — Не могу. Дима стёр. — Нур откидывается на спинку стула. — Теперь только гадать остаётся. — Что за шум, а драки нет? — спрашивает Антон, опираясь бёдрами о столешницу и делая глоток из кружки с кофе. Ребята, видимо не заметившие, как он вошёл, уставились на него в оба глаза. — Да, мы тут никак понять не можем… — начал было Сабуров, но Серёжа тут же перебил его: — Кто в Графа стрелял? Нурлан вопросительно уставился на него, но спорить не стал. Антон сразу же заподозрил, что что-то тут не то, но допытываться не стал. Придёт время, и он всё узнает. — Я не знаю. — пожал плечами Антон. — Да, и какая уже теперь разница? Один из людей клиента. А кто? Да, срать я хотел. Всё равно ничего сделать не сможем. — Да, дело не в этом. Там, чтобы в тебя попасть надо было целиться долго и с определённого угла, — влился в разговор Нурлан, — вот мы и думаем, как мы этого гада проглазели? — Ну, это да… — Антон делает ещё один глоток из кружки. — А чё Дима записи то стёр? — Да, там какая-то хуйня вышла, сервер полетел, что ли… — смотри-ка, врут и не краснеют. Антон хоть и знает их всего месяц, но тут любой дурак бы понял, что что-то эти двое явно не договаривают. — Гуд морнинг всем. — зевая, здоровается Рустам, заходя в кухню. — О, Тоха, а ты, чего вчера с сеанса свалил? Серёжа и Нурлан синхронно вздыхают. Конспирация не удалась, конспиратор был пьян. Антон скрывает улыбку за кружкой, делая вид, что он великий тупой, слепой, глухой, косой, и ничего у него нигде не ёкнуло. — Да, я почувствовал, что засыпаю и решил в комнату уйти, пока не вырубился. — с невъебенно спокойным лицом выдаёт парень, краем глаза наблюдая за Сержем и Нурланом. Те переглянулись, мысленно, видимо, давая Русу чапалах. — Оно и неудивительно. — хмыкнул ничего не подозревающий Рустам. — А Граф случайно не с тобой уходил? Вот тут пришло время ахуевать. Антон вспомнил, что они сидели рядом, и засыпал парень… Шаст давится кофе. — Ты чего? — Рустам хлопает парня по спине. — Я, вроде, не спрашивал, с кем ты ночь провёл. Теперь уже кофе давятся Серёжа и Нурлан. Почти синхронно. — Да чё происходит то, я не понял. — разводит руками Рус. Антон сейчас настолько ахуел от жизни, что слова съебались из его головы, не оставив даже записки. — День добрый, кого не видел. — а вот и, сука, виновник торжества. — У нас тут массовый курс по вымиранию? — поднял бровь Граф, увидев трёх кашляющих человек. Шастун поднял на него именно взгляд умирающего. Столько вопросов Граф не видел ещё ни в чьих глазах — Тох, ты меня пугаешь… Парень достаточно быстро спохватился. Выяснять что-то при всех ему не хочется. Да, и к тому же, может, он вообще сам ушёл, просто не помнит. — Как ваша рука? — первый вопрос, который пришёл ему в голову. — Нормально. До свадьбы заживёт. — видимо, это был какой-то супер прикол, потому что ребята прыснули со смеху. Антон же вникать не хотел. Он смотрел на немного выпирающий из-под рубашки бинт. Он совсем белый, видимо, Граф поменял его только что. Парень снова перевёл взгляд на лицо мужчины. Он рассматривал его достаточно откровенно. Но никого это особо не волновало, ведь, сейчас каждый смотрел на Графа очень внимательно. Но Антон разглядывал его не потому что ему было до боли интересно, что там у кого и когда заживёт. Он пытался прочесть его. Увидеть по лицу, о чем тот думает на самом деле. Дураку понятно, что, несмотря на оболочку сосредоточенности, мысли его были где-то далеко. И Шасту было ужасно интересно, где же. — Тох, ты с нами? Приём, приём! — пощёлкал пальцами прямо у него перед носом Серёжа. — А? Да. Что? — невпопад проговорил парень, мотая головой. — Эх, Шастун, Шастун. — покачал головой Граф. — Я тут стою, распинаюсь, а он в облаках витает. — Простите… Я не выспался. — почесал затылок Антон, делая глоток кофе. — Ладно. Для тех, кто в танке, повторяю, — вздохнул Граф, — за вчерашним долбоёбом я гоняться не собираюсь. Документы у нас, так что пусть идёт ебётся конём. Сегодня у нас официальный выходной, но в клубе всё-таки есть работка. Мы должны были покончить со всем вчера, но были не в состоянии после вылазки. А тот, кто забронировал у нас помещение, чудесным образом не испарился. Так что мы должны управиться с подготовкой первого этажа и двух вип-зон сегодня до девяти. Ну а завтра сможем нормально отдохнуть. Договор? Выбора особо не было, и ребята хоть и без особого энтузиазма, но согласились. — Вот и славно. — хлопнул в ладоши Граф, — Полчасика вам на сборы, и встречаемся у входа в туннели сектора В. И остальных там растрясите. В клубе позавтракают. Получив в ответ разношёрстное угуканье, мужчина допил залпом свой кофе и вышел из кухни. Антон, толком не успев обдумать свои действия, ставит кружку на столешницу и кидается следом. — Я, ведь, не просто так про руку спросил. — говорит он, поравнявшись с Графом. — А я не просто так ответил. И что из этого следует? — не останавливаясь, ответил мужчина. — Я у вас хотел спросить. — Спрашивай. «Что за детский сад? — негодовало подсознание, — Нельзя прямо спросить? Как подростки, ей-богу…» — Как я телепортировался из проекторной в свою комнату? — царь в голове Антона, если он там был, хлопнул себе по лбу. Ну почему этот парень воспринимает всё в штыки? — Так… — Граф резко остановился. Так, что Антон чуть не прошёл мимо него. — Ты не помнишь? — парень отрицательно помотал головой, и мужчина хмыкнул. — А какие варианты? — Вам не понравится. — замялся Шаст. — Рискни. — Я… Лунатик…? — нет, ну а что… Воспринимать в штыки и говорить в штыки — разные понятия. — Лунтик ты, Шастун. — хмыкнул Граф. — Ладно, я просвящу тебя. — Антон напрягся. Но только мысленно, потому что внешне выглядел абсолютно спокойно. Несмотря на это, он еле сдержался от того, чтобы скрестить пальцы за спиной. — Ты вчера уснул на середине фильма. Ну, почти уснул. Начал нести какой-то бред во сне. Я попытался тебя разбудить, но, видимо, получилось только на ноги поднять, а проснуться, ты так и не проснулся. — Граф вздохнул и улыбнулся, — Ну, в общем, я тебя до комнаты довёл, одеялком накрыл и ушёл. — То есть… «Да, не нёс он тебя, успокойся уже. Выдохни!» — перебили Шаста собственные мысли, и он всё-таки выдохнул. — «То есть…» что, Антон? Не висни. — мужчина пощёлкал пальцами у него перед глазами. Это было сказано без раздражения, а с толикой задора. Скорее с ухмылкой и с неким снисхождением (?) — Ничего. — улыбнулся Антон, выныривая из своих мыслей. — Я пошёл собираться. — и он быстро нырнул в свою комнату, как раз оказавшуюся неподалёку. Граф вздохнул и покачал головой, смотря на закрытую дверь и улыбаясь краешками губ. "Надо ж было так вляпаться..." - подумал он и тысячу раз похвалил себя за правильное решение, умолчать о некоторых аспектах вчерашнего вечера. Чисто теоретически, он не соврал, но травмировать Шастуна, винящего себя в графском раненом плече, очень не хотелось.

***

Ребята скопились у выхода в туннели сектора В, потому что через него лежал самый близкий путь к клубу, который находился на станции метро Павелецкая. Решение забить хуй на почти двухчасовую поездку на машинах и дойти пешком минут за тридцать по туннелям было принято почти сразу и единогласно. Единственное, что никак не могло решиться, так это то, кто останется трезвым в случае чего, чтобы довести всех до дома в целости и сохранности. Макар предложил не париться и остаться ночевать в клубе, но то, что там неизвестно сколько будет тусить арендатор накрывало план побухать и оторваться медным тазом. - Ладно, решим на месте. Если что возьмём бухла домой и выпьем здесь. - сказал Граф, намечая на пейджере короткий маршрут до места назначения. Как выяснилось, по туннелям они достаточно редко ходили в графский клуб, поэтому каждый представлял себе этот маршрут примерно, и у каждого пример был разный. В итоге, Сусаниным нарекли Графа (что, в принципе, было понятно с самого начала) и всей большой толпой поперлись за ним. Серый пыльный туннель как-то оживился с этим шумным шествием. Ребята ржали, обсуждали вчерашний день, строили планы, спорили, гонялись друг за другом. - Пусти, дурак! - завизжала Оксана, когда Серёжа буквально на ходу схватил её и помчался вперёд. - Поставь малую! - засмеялся Граф, пускаясь за ними. - Спасите, помогите! - сквозь смех кричит Суркова, и теперь уже все бегут за Сержем. Несмотря на маленький рост, бегает тот довольно быстро. На бегу Антон подхватывает Иру, и та с характерным звуком "ой" быстро группируется. - Обгоним их? - спрашивает парень, ускоряя бег. - Естественно. - фыркает девушка, одной рукой обхватывая шею парня, а другой показывая на бегущего впереди Серёгу - Вперёд, мой верный конь! Антон улыбается и бежит с ещё большей скоростью (с его то ногами, он ещё даже не разогнался). - Догоняйте! - кричит он Графу, минуя его и двигаясь точно к цели. - Ну, а вы то куда? - сокрушается мужчина. Он лишь на пару сантиметров ниже Антона, поэтому без труда равняется с ним. Знаете, Ира, ведь, для Графа почти как сестра, и глупо было бы ревновать к ней. Да, и вообще, глупо ревновать. И почему он решил, что ревнует? Ещё и Антона. Ни капли он и не ревнует, просто показалось. Наверное... В таком темпе ребята добегают до места за пятнадцать минут и останавливаются у массивной железной двери, чтобы отдышаться. В наступившей тишине слышится вибрация телефона. - Чей? - загнанно, но настороженно спрашивает Граф, подняв голову. - Мой. - откликается Рустам, шаря по карманам. Когда наконец находит, поднимает глаза на Графа, - Это мама. Можно отвечу? Мужчина кивает, и Рус быстро проводит пальцем по экрану. - Привет, мам. - говорит он в трубку. Все затихают, слушая разговор. Особенно Антон - ... Всё хорошо... Да, ещё на работе... Поздно... Не знаю, скорее всего, до нового года... Дальше Шаст не слушает. Он вспоминает Аню, и в груди начинают скрестись кошки. Парень ставит Иру на землю и чуть отходит, углубляясь в свои мысли. Аня так же звонила ему, когда он был подростком. Звонила просто узнать как дела, как школа. Они с отцом часто бывали в разъездах, но она всегда находила время позвонить. А Антон ждал её звонка. Вообще, с тех пор как они сблизились, он всегда ждал, чтобы поговорить с ней. Она всегда умела поддержать диалог и найти интересную тему. -... Хорошо, мам. Увидимся... И я тебя. - закончил Рустам и положил трубку. - Простите, я вчера не успел ей позвонить, вот она и заволновалась. - Ничего страшного. Пойдёмте внутрь. - сказал Граф, открывая дверь и пропуская всех вперёд. Антон шёл последним. - Эй... Ты не один. Парень удивлённо поднял взгляд и посмотрел в глаза напротив. Они смотрели искренне, тепло и прямо в душу. Антон как-то грустно улыбнулся, кивнул в знак благодарности и прошёл внутрь. Граф зашёл следом.

***

Клуб представлял собой невысокое двухэтажные здание, увешанное по периметру неоновыми лентами. В конце главного зала стояла барная стойка, на потолке в самой середине по классике висел диско-шар. Вдоль стен стояли кожаные диванчики со столиками. В середине располагался танцпол. На противоположном конце от барной стойки находилась лестница, ведущая на второй этаж. Там располагались вип-зоны, туалеты и кальянные. Весь день ребята занимались подготовкой помещений к приходу арендатора. Надо было убраться и разгрузить коробки с новой посудой и алкоголем для бара. Параллельно с этим Граф ещё и копался в бумажках, звонил кому-то и с кем-то ругался. - Щас Воля притащит свой зад и хоть чуть поможет. - кинул Граф, уходя, чтобы ответить на очередной звонок. - Друг графский. - Серёжа поймал на себе не понимающий взгляд Антона, протирая тряпкой шейкер, помытый девочками на кухне. - Они в прошлой команде вместе работали, Пашка уже давно не в бизнесе, но помогает всегда. - Местный Аркадий Паровозов, в общем. - с насмешкой добавляет Дима, ставя на стол коробку. - Это последняя. - Ок. Свистни девчонок, харе там намывать. Тут будет не много народу. Нахуй им столько посуды? - кивнул Серёга в сторону комнаты для персонала. Дима отсалютовал ему и направился исполнять поручение. Антон завалился на только что протёртый диванчик и залип в телефон. За вчера наприходило много сообщений, и надо было ответить хотя бы на половину из них. Среди уведомлений обнаружился один пропущенный, и парень зашёл в телефонную книгу. Незнакомый номер, наверняка реклама. Антон бездумно пролистывал контакты в телефонной книге, находя там старых друзей и знакомых, одноклассников и ребят с курса в институте.

"Аня рабоч"

Парень остановился на этом контакте, гипнотизируя его взглядом. Когда-то давно Аня позвонила ему с работы, и Шаст записал этот номер, чтобы по ошибке не сбросить. Так и не удалил. Если покопаться, то можно найти и мобильный, но вряд ли он ещё зарегистрирован на Аню. - Кого я вижу! Мы всё-таки соизволили приехать? - Антон услышал голос Графа и повернулся на звук. Граф стоял возле входа в клуб, пожимая руку высокому худому мужчине в кожаной куртке (он был, наверное, сантиметра на три ниже самого Антона). Рядом с мужчиной стояла женщина восточной внешности, ростом примерно по плечо мужчине. - Да вот думаю, дай-ка загляну, проверю, не откинул ли ты коньки. - посмеялся графский друг, похлопывая того по спине. - Как ты живёшь с этим чёртом, Лясь? - спрашивает Граф, отлипая от мужчины и обнимая его спутницу. - Любовь зла... - вздыхает она, обнимая его в ответ, а потом встаёт на носочки и целует мужа (судя по кольцам на безымянных пальцах обоих) в щёку. - Это точно... - смеётся Граф. - Ладно, вешайте куртки и проходите, я организую чего-нибудь выпить и спущусь. Он ещё раз хлопает друга по плечу и уходит наверх. - О, вот и Пашка подтянулся. - Макар заходит с улицы, стряхивая с ботинок мокрый снег - Ляйсан, прекрасно выглядишь. - Здорова, Макарыч. С каждым месяцем крепчаешь. - улыбается Паша, пожимая руку Ильи. - Ну, так... Бесконечность не предел. - смеётся тот. Ребята заполняют зал и встречают Пашу с женой, как давних друзей. В общем-то, так и есть. Антон наблюдает за этой картиной, приподняв уголки губ и решая не вмешиваться, пока до него не дойдёт очередь. - Кстати... - тянет Окс. - У нас же пополнение в коллективе. - она оглядывается по сторонам и наконец натыкается взглядом на Антона. - Тох, ты чего там, подушкой прикинулся? У тебя не получается, так что давай к нам. - Не думал, что найдётся парень, на которого я буду смотреть снизу вверх. - говорит Паша, когда Антон поднимается с места, и протягивает ему руку. - Павел. Это моя супруга Ляйсан. - он приобнимает её за плечи. - А это мой курьер Антон. - вставляет за парня вернувшийся Граф, повторяя жест своего друга. От этого "мой" по телу бегут мурашки, но парень быстро берёт их под контроль. - Очень приятно. - закатывает глаза Антон, самостоятельно пожимая Пашину руку.

***

Время летит незаметно. Ещё несколько часов до прихода арендатора, так что ребята врубили музыку, разлили по бокалам виски с колой и отрывались по полной. Антон выпил бы тоже, но из головы всё не вылезал найденный в закромах телефонной книги номер Ани, и желание набрать его росло. Не мог же парень позвонить ей бухим. - Что случилось? - Граф присел рядом с Антоном на диван, кинув взгляд на его полный бокал. Сам он тоже не пил. Ну кто-то же должен был оставаться трезвым, кроме Ляйсан. - Ничего. Я просто устал. - отмахивается Шаст, сверля взглядом янтарную жидкость в своём бокале. - Ну, да. А я балерина в отставке. - вздохнул Граф. - Ты думаешь, что не можешь на что-то решиться, но не сделал ни глотка, значит уже знаешь, чего хочешь. Действуй. Антон посмотрел на него ошалелыми глазами. - Как? - это всё, что он смог выдавить из себя. Неужели, он настолько мистер очевидность? Вроде, это он всегда "читал" людей, и когда "прочитали" его, стало как-то не по себе. - У тебя на лице написано. - усмехнулся мужчина, щёлкая его по носу, - Советы тебе уже ни к чему. Действуй. Расскажешь потом, что из этого вышло. Антону большего и не надо. Он хватает куртку и бежит к ближайшей телефонной будке. Всё-таки звонить со своего номера ему не хочется.