It's a love shot

Чангюн так забавно и в чем-то даже умилительно краснеет, что Кихён смеется, утыкаясь лбом в его ладонь - он по прежнему держит ее в своих руках. Но съесть уже не пытается, да и вообще ему все-таки не кажется хорошей идеей пытаться тянуть в рот чьи-то пальцы. Особенно здесь! - Я так и понял, - кивает он, фыркая. - А куда пойдем? Идут они еще выше, и Ки думает, что сам сюда бы точно не полез, только в какой-то очень веселой компании или вот так с кем-то, кто точно знает, куда и зачем идет. Ну еще его могло бы занести спьяну, но это тоже не сам, однозначно. Вид интересный, но Кихён чувствует себя немного неуютно и, конечно, неосознанно выпускает колючки - ну как это так, это он что, будет показывать, что еще чего-то боится?! Так что он наоборот начинает с энтузиазмом осматриваться и заглядывать во все щели, чтобы доказать самому себе, что все нормально. А вот Чангюну тут хорошо, это очень заметно, и Ки даже почти любуется им, это слишком красиво. - Вот если бы мы не выпили кофе, я бы начал кусаться, - хитро улыбается он. - А завтрак - это то, что можно отложить. Ты часто тут бываешь? Как вообще нашел это место? Или твоя студия где-то неподалеку? От дома Кихёна эта часть города не слишком близко, но он и не спрашивал, кажется, где живет Им, а в какую сторону тот обычно уезжает, он понятия не имел. Как-то не было повода наблюдать за такими вещами, да и не говорят они совсем ни о чем. Сам Ки выглядит на этой крыше гостем, это заметно, видно, что он не привык, не бывал, не дома. И он совершенно точно не может предположить, как смотрится тут со стороны - и вообще об этом не думает.

***

- Если бы не кофе, я бы не смог встать с дивана, так у тебя и остался бы, - смеется Чангюн. - И ты бы запер меня в клетку и кормил морковкой, как большого хомяка. А на мотоцикле сам бы катался, да? Потом он становится как будто немножко грустным. И обнимает Кихёна со спины и опускает подбородок на его плечо, как будто это что-то само собой разумеющееся и для них нормальное. То ли прячет от ветра и пытается защитить от страшного мертвого завода, то ли сам греется - сейчас слишком сложно решить, на что это больше похоже. - Это место, где прошлое переплетается с настоящим, - рассказывает он. - Мне его когда-то показал мой друг. Его больше нет в моей жизни, и это место ему больше не нужно, а я до сих пор люблю бывать здесь. Это все еще немного больно, но место очень хорошее. Мне здесь спокойно и легко. И здорово, что здесь никто не бывает. Он не показывал это место больше никому, это сразу понятно. Такими вещами нельзя делиться с многими. - Этот мой бывший друг, кажется, знает весь город, весь, представляешь? Он показал мне много интересных мест, без него я изучал бы Сеул очень долго, - признается Им. - Но это было так давно... Все-таки иногда прошлое держит слишком крепко.

***

- Все бы неплохо, но ты бы точно не влез в клетку, - почти вздыхает Ки, но глаза его улыбаются. - Но мне почему-то кажется, что на одной морковке ты бы не смог. И даже на морковке с кофе. Так что... На мотоцикле сам он бы тоже не рискнул, это очевидно. Хотя... А потом Кихён ненадолго застывает, пытаясь понять, что случилось. Хорошо, они оба признали, что стали за такой короткий срок приятелями, но разве это повод его обнимать? Чангюн совсем не кажется тактильным маньяком, но... Но ему, похоже, просто нужна поддержка, решает Кихён и не вырывается, зачем? Так намного теплее, так уютно, Чангюн кажется каким-то большим и теплым, хотя он точно не выше Ки. И он слушает рассказ, от которого становится грустно, потому что... "Как мы, оказывается, похожи", - думает он, кладя холодные ладони на обнимающие его руки. - У меня тоже есть такое место, - говорит он потом и закрывает глаза. Наверное, это правильно, наверное, он должен не только сказать, но и объяснить, потому что Чангюна это касается очень сильно. - Это наша работа. И твоя барная стойка. Мой лучший друг был у нас барменом, а потом... В общем, мы больше не общаемся, он ушел с работы. И хотя я сам сделал все, чтобы этот человек тогда исчез из моей жизни, я так и не мог принять ни одного нового бармена. Но тебе я больше мешать не буду. Разве что чуть-чуть, - в голосе слышна улыбка, потому что совсем не мешать он обещать не хочет, это будет неинтересно, да и мешать можно по-разному. - У тебя хорошая память, - вздыхает он. - Если все было давно... Думаешь, прошлое, такое прошлое, должно там и оставаться?

***

- Не смог бы, но ты же был бы внимательным хозяином и иногда подкармливал бы чем-нибудь еще? Или нет? - ну а что, о хомячке и кошке Кихён вон как заботится, неужели Чангюн хуже и не заслуживает такого же внимания? Или даже больше, ведь он сам больше! Но, наверное, не такой красивый... Да, это проблема. Кихён не отстраняется, когда Им его обнимает, даже кладет ладони на его руки, и это очень хорошо и нужно. Только хочется скорее его отогреть, но как? Уходить отсюда ведь совсем не хочется. - Я не догадывался... - тихо вздыхает он, когда Кихён рассказывает свою историю. - Понимал, что это что-то очень личное, но что так... Прости, со мной, наверное, действительно очень сложно, и я могу очень раздражать. И спасибо, что все-таки принял. Такое прошлое... Оно еще болит, это прошлое, слишком очевидно болит у обоих, хотя ситуации точно были очень разные. - Мое точно должно, - Чангюн снова вздыхает и перекладывает ладони Кихёна к нему на живот, а сверху накрывает своими руками - они у него очень горячие, ему совсем не холодно на этой крыше. - Помнишь, я говорил, что мне было тяжело, когда я переехал? Со мной мало кто хотел общаться, но один человек все-таки нашелся, и сперва все было очень хорошо, мы действительно были лучшими друзьями. А потом его девушка начала со мной флиртовать, и я никак не мог объяснить, что мне это не надо, он ужасно ревновал и не верил, мы часто ссорились. А потом она попыталась меня поцеловать, пока он отошел, и... В общем, объяснить что-то уже просто не получилось. Он ничего не хотел слушать. Я ушел, они как-то даже помирились, позже, когда они уже расстались, я пытался возобновить с ним общение, и он признался, что она все-таки сказала ему, что я ни в чем не виноват, но... Ничего не получилось. Он все равно не смог мне доверять, и мне опять пришлось уйти. Тут уже ничего не поделаешь.