It's a love shot

Мило. Если бы о его студии это сказал кто-то другой, он бы разозлился, но сейчас Чангюн смеется и радуется, что Кихён не пугается, ведь ему могло быть очень неуютно в таком месте. - Перемажешься, - смеется художник, когда друг его обнимает, но отстраняться и не думает, ему нужны эти объятия, и им обоим это прекрасно известно. Вчера он ужасно скучал, когда не получилось встретиться - он всегда очень расстраивается, если их планы срываются, и каждый раз ругает себя, напоминает себе, что нельзя быть таким жадным, что это нормально, что Кихёну хочется общаться с кем-то еще и что у него есть девушка. Девушка... Почему-то очень тяжело принять именно ее. Зачем она вообще понадобилась? Ну то есть понятно зачем, но... Может быть, до Чангюна и дошло бы что-то, но ему слишком неприятно об этом думать, а его мозг слишком не готов к мыслям о том, что он сам хотел бы спать со своим другом, и он так и не понимает, почему так расстраивается и злится, когда Кихён встречается со своей девушкой. Но сейчас об этом можно не помнить, сегодня у них будет много времени, и Чангюн весь сияет. - Пойдем к столу, - он ловит друга за руку, пачкая зеленой краской, и тащит к стоящему у окна письменному столу, заваленному коробками с красками. Сейчас на нем еще и стоят несколько белых тарелочек, в которых Чангюн смешивает нужные оттенки. Мольберта у него здесь нет, и рисовать не так удобно, как дома, но он давно приспособился. На столе - незаконченный фантастический пейзаж, и да - это весна, это очень сочные краски, это роскошная цветущая аллея и утопающие в зелени и цветах высокотехнологичные шпили из сверкающего стекла и металла. - Скоро закончу, - Чангюну нравится эта работа, но прямо сейчас возвращаться к ней не хочется, и он вытирает с рук краску, чтобы скорее обнять Кихёна как следует и потащить его дальше - показывать эскизы и фото готовых работ, развешанные на стенах. Здесь у всего есть своя история, и об этом можно говорить очень долго, а он только рад рассказывать, это его стихия, это его жизнь, и ему очень нужен кто-то, с кем можно делиться такими вещами. - Видишь этот эскиз с лилиями? Эту татуировку я делал вчера утром, фотографий пока нет, но как только все заживет, я обязательно сделаю, - рассказывает Чангюн. - Девушка сперва очень боялась, но все прошло хорошо, она думала, что будет очень больно, а в итоге отказалась от обезболивающего. Обещала скоро вернуться за еще одной татуировкой, ей теперь хочется что-нибудь еще с лилиями. Буду рисовать для нее разные варианты.

***

Перемазаться Кихён совсем не боится, это даже кажется чем-то вполне уместным здесь и сейчас. Это может показаться странным для того, кто привык видеть Чангюна всегда черным и мрачным, но для Ки теперь это царство красок кажется очень подходящим его другу. Действительно - очень. И перемазаться краской - это как стать частью чего-то большего, стать полноценным гостем этой страны, суметь лучше увидеть и понять то, что нарисовано, создано, что здесь оживает. - Расскажешь мне об этом месте? - Ки кивает на незаконченную работу, и у него в голове - начало истории, его собственной истории, которую он мог бы поселить в этот пейзаж, но он хочет узнать, о чем думал Чангюн, когда рисовал. И думал ли художник о чем-то вообще, или вдохновение приходит по-другому и забирает все пространство, не оставляя места для описаний. За время их знакомства у Ки появилось несколько набросков от Чангюна, но они небольшие, и он пока так и не понимает, как же работает вдохновение у художника. А наблюдать ему нравится. Чангюн вытирает руки - даже не об одежду Ки, - и тут же обнимает друга. Кихёну хорошо, Кихён соскучился, с Чангюном тепло и здорово, и он идет с ним к эскизам, не выпуская, почти висит на нем, совсем не замечая, что обнимает друга куда радостнее, чем девушку. Он вообще об этом не думает, уверенный в том, что проблема решена, но ему очень хорошо, и - он это чувствует - Чангюну тоже хорошо, и это ведь правильно. - А долго заживает? - Ки ежится, но все-таки не шипит так, как мог бы. - Но эта твоя девушка странная. Зачем отказываться от обезболивающего? Неужели ей нравится, когда больно? А лилии классные. Где ты ей их сделал? И где будут еще? Кихён понимает, что эстетически все должно смотреться очень хорошо. Конечно, если сама девушка стройная и красивая, иначе будет странно смотреться что угодно. Но это же понятно, да, что ему нравятся обязательно красивые девушки? У него же просто все хорошо со вкусом, да? Правда, красивые девушки часто и требуют к себе особого отношения именно из-за своей красоты, а он в этом плане человек черствый, ему кажется, что быть красивой для женщины - вообще-то и не только для женщины - нормальное и естественное состояние, ведь всем надо следить за собой и все такое, так что зачем это делать таким - часто, увы, единственным - достоинством, он не понимает. За то, что он нередко говорит об этом прямо, на него часто обижаются знакомые, но в основном все уже привыкли к его колючкам, да?